Глупости

- Вэй Ин. Ванцзи осторожно тронул за плечо сладко спящего Усяня. Будить его ужасно не хотелось, но Лань Чжаню пора было отправляться на утренние занятия. Привычная разминка, медитация, затем завтрак, занятия с учениками… День выглядел ужасно длинным, особенно учитывая то, что большую его часть он проведет без Вэй Ина рядом. Но выбирать не приходилось. В свете последних событий оставлять Усяня одного на весь день в цзинши было опасно. Если запирать дверь, то дядя, который и так подозрительно посматривал на Лань Ванцзи, сразу понял бы, что в цзинши есть кто-то ещё - не сама ведь дверь заперла себя изнутри! А не запирать - опаснее вдвойне. Это игра в прятки порядком осточертела Лань Ванцзи, и он мысленно поклялся - как только они разузнают, наконец, что это за ерунда творится вокруг них, то немедленно покинут Облачные Глубины. Лань Чжань не ощущал никакой вины перед дядей и Цинхэн-цзюнем за это решение. Что бы ни выяснилось в итоге - только он сам вправе решать, как и с кем ему жить эту жизнь. - Вэй Ин. Пора. - Мнгххх….Лань Чжа-ань, - протяжно зевнул Усянь, не открывая глаз. - Слишком… рано…. Ванцзи вздохнул, глядя на кокон из одеяла, из которого виднелась лишь часть лица и растрёпанные волосы. Их запланированный несколько дней назад поход в библиотеку все время откладывался - дядя, как назло, попросил Лань Ванцзи подменить одного из заболевших ночных патрульных, так что он провел две ночи, обходя территорию. Это злило, и не только из-за задержки планов, но и потому, что им с Усянем удавалось встретиться лишь на несколько часов. Зато за это время Ванцзи продумал план. Его тревожила безопасность Вэй Ина в дневное время, когда сам Лань Чжань находился на занятиях. Его нахождение в цзинши с каждым днём становилось всё более опасным, но видимых альтернатив не находилось. Но Лань Ванцзи внезапно вспомнил - есть ведь дом брата, ханьши, о котором тот рассказывал пару раз. Вспомнив эти рассказы, Ванцзи без труда отыскал постройку во время ночного патруля. Двери там тоже не запирались, но сам дом стоял на отшибе, среди густой зелени, и обнаружить, что в нем кто-то живёт, было бы непросто. Так что на исходе второй ночи он заглянул внутрь, возвращаясь с патруля. Было бы нехорошо, если внутри оказались бы личные вещи брата. Но быстрый осмотр показал, что опасения не оправдались. Комнаты были чистыми, но слегка пыльными - очевидно, сюда давно никто не приходил. Кроме книг и традиционных украшений Лань Чжань не заметил ничего особенного. Это было идеальное убежище. - Прости, дагэ, - пробормотал он, закрывая двери. Усянь, узнав про ханьши, поддержал план. Он и сам прекрасно понимал, что они ходят по тонкому льду. - Узнаем, что к чему, и свалим отсюда, да, Лань Чжань? Надоело прятаться, как будто я какой-то преступник! - Мгм, - кивнул Ванцзи, полностью разделяя его чувства. - Лань Чжааааань?.. - хитро потянул Вэй Ин, жмурясь. - Я ведь не буду ночевать там один, да? - Я буду приходить, - хрипловато подтвердил Лань Ванцзи, ощущая прилив неуместного сейчас возбуждения. Пусть их ласки становились всё жарче и откровеннее, Лань Чжань все ещё не решался сделать последний шаг. Было страшно не за себя - он боялся, что не сделает всё как надо, причинит Усяню боль, и что-то между ними навсегда изменится. Боялся - и одновременно безумно хотел окончательно сделать Вэй Ина своим. Внезапные собственнические чувства расцветали в нем каждый раз при виде этого невозможного человека. Вот и сейчас, глядя на сонного Вэй Ина в собственной постели, он поймал себя на том, что пальцы тянулись к вороту собственного ханьфу. Развязать все эти дурацкие одежды, лечь рядом, прижаться к горячему телу, целовать любимые губы … Он коротко сморгнул, прогоняя наваждение. Сейчас было не время. - Вэй Ин.. - Ты безжалостен! - со стоном выдохнул Вэй Ин, садясь прямо в одеяле. Он выглядел таким сонным и несчастным, что Лань Чжань вздохнул. - Отнесу тебя. И, не дожидаясь ответа, подхватил кокон из одеяла и Усяня в нем на руки. - Ой! - совершенно по-детски вскрикнул Вэй Усянь, а затем хихикнул, беззастенчиво устраиваясь поудобнее: - Лань Чжань, да ты романтик, кто бы мог подумать! Я ведь могу так совсем облениться, знаешь? - Ленись, - коротко фыркнул Ванцзи, плотнее прижимая свою ношу к груди и распахивая ногой двери. Он старался идти как можно быстрее и тише, так что весь путь занял от силы минут пятнадцать. Чёртово одеяло то и дело сползало, и уже рядом с ханьши он не выдержал - на миг прижался губами к обнажённому плечу, соблазнительно притягивающему взгляд. - Айя, гэ, нельзя быть таким милым! - Усянь в притворном ужасе прижал руки к щекам. - Это попросту противозаконно! Лань Чжань, Лань Чжань, что же мне с тобой делать? - Что хочет Вэй Ин, - выдохнул Лань Ванцзи, опуская того на порог ханьши. - Сейчас, - Усянь подтянул одеяло повыше и повернулся, - этот недостойный очень хочет, чтобы его поцеловали. Ванцзи, не глядя, захлопнул за собой дверь и впился в губы Вэй Ина требовательным напористым поцелуем. От утренней нежности не осталось и следа - между ними мгновенно вспыхнула яростная искра, разгорающаяся настоящим пожаром. Целовать такого Усяня, сонного, по-домашнему уютного, прикусывать эти теплые губы было так хорошо, что останавливаться не хотелось совершенно. Лань Чжань едва мог удержать себя, чтобы не поддаться соблазну спуститься поцелуями вниз, по шее, прикусывать, ласкать языком и губами, оставляя темные метки. Вэй Ин коротко простонал, когда язык Лань Ванцзи властно проник в глубину его рта, чуть запрокинул голову, отдавая ему такую же страстную ласку. Дыхание сбилось, с губ рвались рваные выдохи, хотелось прижаться ещё ближе, ощутить касание горячей кожи… Но Лань Ванцзи мягко отстранился и Усянь разочарованно вздохнул. - Время, - с сожалением выдохнул Лань Чжань, протягивая руку - жёсткие подушечки пальцев прошлись по скуле Вэй Усяня, даря удивительно нежную ласку. Усянь схватил эти пальцы, скользящие по его щеке, притянул к губам, даря короткий поцелуй. - Я буду скучать, Лань Чжань, - вздохнул он. - Буду скучать по Вэй Ину, - эхом отозвался Лань Ванцзи, не отводя взгляда, в котором словно переливался жидкий янтарь. - Лань Чжань, если ты ещё хоть секунду будешь так смотреть, я за себя не ручаюсь! - совершенно искренне воскликнул Усянь. Ванцзи улыбнулся - коротко, словно солнечный луч на миг пробился сквозь тучи. - Условный сигнал, помнишь? - Ага! Три, два, три. Дольше оставаться было опасным, он и так почти опоздал. Ванцзи осторожно приоткрыл дверь, осмотрелся - никого. - До вечера, - негромко попрощался он, ступая за порог. - До вечера, гэ, - шепнул вслед Вэй Ин, и от этого “гэ” в груди Лань Ванцзи расцвело что-то теплое и лёгкое. К вечеру Лань Чжань вернулся в цзинши. Без Вэй Ина здесь мгновенно стало как-то пусто и слишком тихо. Он ценил тишину - но в данный момент она совершенно не радовала. Хотелось поскорее пробраться в ханьши, увидеть любимую улыбку, узнать, как прошел день. Но идти сейчас было бы опасным. Надо было ждать отбоя, так что Лань Ванцзи, не привыкший бездельничать, решил занять время чем-то полезным. Он скрупулёзно проверил нотные диктанты учеников, принесенные с собой, составил план на следующий урок, затем бережно протер собственный гуцинь, любовно трогая струны. Это почти медитативное занятие всегда приносило спокойствие и уверенность. Когда вставал из-за низкого столика, взгляд упал на книжную полку - он ведь так и не глянул, что за тайны скрывала унесенная из тайной секции библиотеки книга. Ванцзи взял древнюю вещицу, снова прочел название. - Мелодии Смятения, - тихо повторил он вслух. От книги ему почему-то было не по себе, и Лань Чжань даже мысленно отругал сам себя за мнительность - ну что за глупости, в самом деле! Он решительно открыл ее, наугад остановился на какой-то мелодии, попытался напеть - она звучала странно, чужеродно, хотя и была похожа на традиционную музыку народа Хань. Но - именно, что лишь похожа. Лань Ванцзи чуть нахмурился, пытаясь поймать смутную мысль, скользнувшую по краю сознания. Есть! Вот оно. Мелодия была с характерным японским строем. Так вот что показалось странным. Их страны издавна имели крайне сложные отношения, так как же книга оказалась здесь? И что в ней особенного, раз ее спрятали в закрытой секции? Лань Чжань почти раздражённо закрыл сборник, сунул обратно на полку. Это загадочное место начинало его утомлять. Очень хотелось домой - в привычную обстановку, сидеть с Вэй Ином на кухне, пить кофе и смотреть на город через панорамное окно. - Мяу, - недовольно подтвердила Тьма. С появлением Усяня внимания ей стали уделять в три раза больше, и кошка явно избаловалась - внаглую выпрашивала еду, беззастенчиво терлась о ноги, и повадилась спать на их кровати, упорно влезая прямо между ними. Ванцзи присел, наглаживая теплую кошачью спину. - Не ной. - Мяу! Он вздохнул и поднялся. Положил Тьме корма, запасы которого почти иссякли, проверил воду… - Отбой, - заунывный возглас с улицы заставил встрепенуться. - Наконец-то, - прошептал Лань Ванцзи. Выждав ещё полчаса, он осторожно приоткрыл дверь, выглянул на улицу. Ночь сулила дождь - порывы ветра стали неожиданно холодными, а в воздухе разливался запах озона. Сам Лань Ванцзи к холоду был восприимчив слабо - сказалось закаливание, которое в детские годы казалось почти пыткой. Но Вэй Ину точно не помешает теплая одежда, особенно учитывая, что они собрались на ночную прогулку. Он невольно вспомнил свод правил, который так и остался лежать в его спальне дома. Дядя подарил его на шестнадцатилетие, особо подчеркнув, что их необходимо знать. Так что теперь он точно мог сказать, сколько и какие именно правила он собирается нарушить этой ночью. “Интересно”, - размышлял он, засовывая в сумку вещи для Вэй Ина, - “а какое же наказание за нарушение правил?” В самом своде про это не было ни слова - но ведь если правила есть, то должны быть и последствия за их невыполнение? Сразу вспомнился тот сон. Его подробности смазались, он не помнил ни слов, ни людей рядом. Помнил лишь жгучую боль в спине, и гораздо более сильную, невыносимо ломающую грудь изнутри. Боль от потери кого-то важного. Кого-то… Он нахмурился, рассеянно потёр переносицу. Был ли тот сон только сном или чем-то большим? Ванцзи надеялся, что посещение библиотеки раскроет хотя бы часть загадок, которые множились с каждым днём. - Будь умницей, - шепнул он Тьме и скользнул за дверь. Дождь всё-таки начался - аккурат в момент, когда они почти добрались до здания библиотеки. Холодные толстые струи ударили с такой силой, будто кто-то на небесах выкрутил все краны на максимум. - Ого! - присвистнул Вэй Усянь, ускоряя шаг. - Повезло нам, Лань Чжань! В такую погоду точно никто сюда не сунется. - Мг, - согласился Ванцзи. Мокрые одежды неприятно липли к телу, стесняя движения, но он догнал Усяня и нащупал за пазухой ключ. - Сейчас, - коротко сказал, вкладывая его в замок. Тот щёлкнул и они поспешили войти. Лань Ванцзи сразу же тщательно запер дверь изнутри - благо, здесь для этого был засов. - Уффф, - фыркнул Усянь, встряхиваясь как мокрая собака. - Надо бы вещи просушить. Но вначале осмотреться! Где тут выключатель, Лань Чжань? Темно как в гробу! Вместо ответа Ванцзи чем-то щёлкнул - в руке у него оказался фонарик. - Окна, - пояснил он, кивая на огромные стеклянные арки. - Точно, - хлопнул себя по лбу Вэй Ин. - Мы тут как на ладони будем. Надо ставни прикрыть. Спустя пять минут тяжёлые деревянные ставни были плотно закрыты, а Ванцзи уже поджигал библиотечные светильники. Мягкий желтоватый свет рассеял темень, открывая им всё великолепие библиотеки Гусу Лань. - Ну что, - весело воскликнул Вэй Усянь, скидывая с себя промокший свитер, - надеюсь, тут найдется что-то полезное! Ванцзи не ответил - на мгновение залип, зацепившись взглядом за ключицы в вырезе черной майки. - Лань Чжань, ты тоже раздевайся! Мокрая одежда - не самая приятная в мире вещь, да и заболеть неохота. Давай, сними хотя бы этот верхний халат. Лань Ванцзи отвёл взгляд и неохотно стянул верхнее одеяние. Помогло не особо - даже нижняя рубашка была неприятно сырой, но если он разденется полностью, то совершенно точно будет думать не о книгах. - Так, Лань Чжань, - хлопнул Усянь в ладоши, развесив их мокрые вещи, - давай так. Начнем отсюда, я налево, ты - направо, по секциям, идёт? Что найдешь интересного, тащи к столам. - Мгм, - Ванцзи кивнул, повернулся и пошел к ближайшему стеллажу справа. Пока он изучал полки, то и дело вытаскивая книги, кажущиеся полезными, слева слышался шорох и бормотание. - Лань Чжань! - взбудораженный Вэй Ин чуть не сбил его, когда Ванцзи нес стопку отобранных книг на стол. - Смотри, что нашел! - “Шуансю. Теория и практика” - прочёл вслух Лань Ванцзи. - Да ты не название читай! Ты на картинки глянь! Честное слово, Лань Чжань, никогда бы не подумал, что здесь можно найти… такое! Лань Чжань наугад открыл - и обмер. На иллюстрации мужчина и женщина явно занимались любовью, но при этом вокруг их тел и по ним были схематически отрисованы какие-то энергетические потоки. - Не, я о даосских секс-практиках слышал, конечно, - хихикнул Усянь, оценив выражение лица Лань Ванцзи, - но чтоб здесь, да ещё и с картинками!.. Ну вы даёте. Там, кстати, и между мужчинами есть. Хочешь глянуть? - Бесстыдник, - отмер, наконец, Ванцзи, захлопывая злополучную книгу. - То есть храните здесь такое вы, а бесстыдник я?! - наигранно закатил глаза Усянь. - Дай её сюда. Интересно же! Надо будет попробовать, да, Лань Чжань? Хихикнул и снова умчался за стеллажи, оставив Ванцзи с алеющими кончиками ушей. Наконец, спустя пару часов, они уселись за стол и Вэй Усянь уставился на гору книг. - М-да, - протянул он. - Ну, никто не обещал, что будет легко! Нашел что-то, что в первую очередь глянуть надо? - Это. - “Истории великих орденов”? Думаешь, там будет что-то годное? Наверняка, просто сборник даосских легенд. - Смотри, - Ванцзи открыл книгу, указал на символы и подписи под ними. - Цишань Вэнь, Цинхэ Не, Юньмэн Цзян, Ланлинь Цзинь, Гусу Лань. Усянь поднял от книги взгляд, мгновенно ставший серьезным. - Слишком много знакомых фамилий, да, Лань Чжань? - Мгм. Лань Чжань склонился вместе с ним над толстой книгой. Страница за страницей - в напряжённом молчании, пока… “23 год правления Сюаньчжэня. Двадцатый год 60-летнего цикла. Ордена Цинхэ Не, Гусу Лань, Ланлинь Цзинь, Юньмэн Цзян с десятитысячной армией ворвались в Безночный город. Битва длилась долго, но победа была далека. Вэнь Жохань с помощью осколка Иньского железа подчинил себе сотни марионеток, которым был неведом страх, боль и жалость. Но Вэй Усянь, известный также как Темный заклинатель…”