Пари

      — Ты носишь её вещи?       Голос Назимы раздаётся в комнате, где единственным источником света является восковая свеча, стоящая на тумбочке около деревянной кровати. Нова узнаёт этот голос, но это не помогает избежать падения книги на пол, когда от неожиданности она вздрагивает и разжимает пальцы. Роман с глухим ударом приземляется на половицу, и ведьма, которая сопутствовала этому падению, поднимает её. Женские пальцы скользят по обложке книги — «одиннадцать минут». Ох, она знает эту книгу и очень хорошо осведомлена о том, что там происходит. С интересом облизывая пересохшие губы и явно наслаждаясь прочитанным, Назима убирает книгу в сторону, закрыв её и положив на тумбочку, как ненужную вещь в этой обстановке. Ведьма садится на край кровати, наклоняя голову и глядя на девушку — такую невинную и такую недоступную для неё. Нова поджимает ноги, пряча их в подоле длинной шелковой сорочки, которую ей одолжила Веспер, когда один из длинных пальцев лениво скользит по её ноге в интимном жесте.       Назима издаёт грустно «ох», явно не получив желаемое.       — Тебя стучаться не учили, да?       Нова язвит. Ей не нравится, когда в комнату кто-то является без стука. Особенно Назима, которая была готова при первой встрече утащить её под землю. Женщина пожимает плечами, ладонью скользя по мягкому матрасу и достигая её прикрытых колен. Ловчая хватает её за запястье, но не крепко — достаточно, чтобы показать, что такое она не приветствует.       — Мне кажется, тебе пора уходить, — твёрдо говорит, нет, приказывает девушка, указывая янтарными глазами на дверь. — Не заставляй меня применять силу. Я показала, что могу равняться с тобой.       — Ну… — Назима тянет слова, медленно подбираясь ближе, как кошка, готовая на полную очаровать девушку своими прикосновениями. — Может быть… — её пальцы пробегают по бедру, эротично поднимая сорочку повыше, а потом достигая лица и очерчивая контур подбородка ловчей. — Ты хороша в своей силе, но что на счёт — постели?       Нове хочется её придушить.       Подушкой.       Однажды ночью.       — Знаешь, что сделает с тобой Веспер, когда узнает, что ты пристаёшь к её девушке? — голос ловчей тихий, но в нём отчётливо была слышна нотка предупреждения. — Она в порошок тебя сотрёт и развеет прах над озером.       — Не хочу тебя огорчать, моя милая, но я чувствую, что ты возбуждена, — Назима улыбается, а Нова отворачивает голову, скрывая тот факт, что прочтение книги повлияло на неё больше, чем она рассчитывала. — Хочешь узнать, как я поняла?       — Не хочу. Просто уходи, — повторяет Нова, только уже тише. Уже не таким властным тоном. Её раскусили так легко. Должно быть — стыдно осознавать, что она возбудилась от книги. А может быть, дело было совсем в другом? — Уходи, Назима.       Сдаётся.       Оставляет свои ненужные позиции и нравы за закрытой дверью.       И закрывает глаза, когда Назима мягко хватает её за подбородок и тянет к себе.       — Скажи вслух, что ты хочешь этого, — большой палец очерчивает контур пухлых губ, но Назима не собиралась торопиться — впереди у них была целая ночь. — Будь хорошей девочкой для меня, милая, скажи, чего ты хочешь.       — Нет, — решительно отвечает Нова, но в её голосе нет сопротивления. Скорее, смирение и признание своих желаний, которые она хранила глубоко внутри. — Без Веспер не хочу.              Ох.       Так вот в чём было дело.       Назима отстраняется, а Нова готова провалиться в недра земли и скрыться там навсегда. Ловчая прячет голову под подушкой и целиком накрывается одеялом. Корит себя за то, что так легко сдалась в своих порочных желаниях и призналась в них не Веспер, а Назиме — женщине, с которой они, в какой-то степени, были соперницами. Когда ловчая слышит скрип двери, она отбрасывает подушку в сторону и уже предчувствует слова, с которыми Веспер бросит её. Да, она поддалась на провокацию Назимы. Позволила прикоснуться к себе. Позволила дотронуться до губ. Но не позволила поцеловать. Без Веспер. Без её женщины, которая должна сейчас прийти сюда и разнести в щепки всё её существование. Нова чувствует себя жалкой потаскушкой. Поджимая ноги, она готова лить бессмысленные слезы, когда дверь снова открывается.       Вот он.       Конец.       Девушка открывает глаза и лицезрит сквозь слёзы Веспер, а позади Назиму, которая выглядит так, будто разгадала смысл существования на этой земле. Неужели, это будет публичным позором? Может быть, тогда стоит пригласить сюда Зоряну и Лючию? Нова встаёт с кровати, когда через секунду уже цепляется за сорочку верховной ведьмы и молит о прощении, стоя на коленях.       — Я виновата, Веспер, я так виновата перед тобой, я… — не успевая договорить, она поднимает голову, когда осознаёт, что на лице Веспер нет ни гнева, ни отвращения. Скорее, улыбка? Может быть, у неё галлюцинации или что-нибудь хуже? — Веспер, прости меня…       Верховная ведьма отрицательно качает головой.       Ей не нужны были её извинения.       Дело обстояло совершенно в другом.       — Назима передала мне ваш разговор, — её голос спокойный и тихий. — Ты правда этого хочешь?       Нова знает, что женщина не рассказала ей, что произошло тут на самом деле. Она поведала другую историю. Более скрытую, но правдивую. Ловчая встаёт с колен, поправляя платье, и видит, как Назима многозначительно ведёт бровью.       — Я пойму, если ты откажешь.       — Нет, не откажу.       Девушка слышит, как дверь закрывается, а свеча от сквозняка — гаснет. Теперь в этой комнате — она, Веспер, Назима и лунный свет, который прибавляет ещё больше атмосферы. Верховная ведьма делает шаг вперёд, обнимая Нову за талию и целует её в губы. Поцелуй выходит нежным. Мягким. Долгим. Ловчая не хочет с ним расставаться, но когда её талию обвивает ещё пара рук, то Назима не оставляет право выбора — хватает за челюсть, поворачивая к себе и жадно впиваясь в губы. Нет намёка на нежность. Язык скользит по нижней губе и Нова слегка приоткрывает рот, позволяя женщине осуществить желаемое. Назима знает, что делает с ней. Заставляет сходить с ума. Девушка стонет и слегка хмурится, когда тёплая рука сжимает грудь сквозь ткань и обхватывает сосок, перекатывая его между пальцев. Понятие не имеет, кто из них. Настолько потерялась в ощущениях, что не хочет разбираться в том, кто сейчас стягивает с неё сорочку.       Она целует Веспер.       Потом Назиму.       И вновь возвращается к Веспер.       После очередного поцелуя губы настолько опухшие, что Нова ощущает себя пьяной, в ласках двух женщин. Сорочка застряла где-то на бёдрах. Плевать. Назима оставляет поцелуй на шее, а потом проводит языком, оставляя мокрую дорожку. Ловчая дрожит. Внизу тянет так сильно, что ей хочется плакать. Веспер замечает. Женщина встаёт на колени, до конца стягивая шёлковую вещь и ей приходится держать себя в руках, когда она понимает, что Нова промокла насквозь.       — Ты давно хотела этого, девочка моя? — хриплый от возбуждения голос пробирает до самых костей. Нова обнимая Назиму за шею, сжимая её волосы между пальцев, когда Веспер прижимается к ней поверх ткани, языком смакуя скопившуюся влажность. — Такая сладкая… Такая жаждущая…       — Пожалуйста… — девушка не понимает, о чём именно просит: либо снять эту чёртову ткань, либо не снимать и взять так… Но она хочет этого. Каким образом — её не волнует.       Назима понимает всё без слов: опуская ладонь, она подхватывает левую ногу девушки под колено и притягивает к груди. Нова задыхается, когда Веспер отодвигает мокрую ткань в сторону и пальцами раздвигает половые губы, между которыми тянется густая смазка. Всё происходит словно в какой-то безумной сне. Ловчая сжимает ладонь в тёмных волосах ведьмы и тянет на себя. Назима прижимается губами к её плечу, ощущая солоноватость от вступившего пота. Горячая рука скользит по животу, добираясь до груди и сжимая — больно — страстно — хорошо. Кожа покрывается мурашками, а бёдра невольно дёргаются вперёд.       Она ищет освобождение.       Готова потерять сознание, если к ней не прикоснуться должным образом.       Веспер сжимает упругие ягодицы в ладонях, ударяя по нежной коже. Её губы оставляют горячие поцелуи на лобке — Нова ноет. Девушка хочет опустит ладонь, зарыться в эти светлые локоны, но Назима не позволяет — хватает её за запястья и удерживает за спиной. Слабо, но ловчая не сопротивляется. Ей нравится, когда ситуацию контролируют. Нравится, когда контролируют её.       — Может быть, наша милая девочка хочет лечь на кровать, м? — ведьма мурлычет ей на ухо, обхватывая губами мочку и посасывая. Нова хрипит, не в силах ответить. Когда Веспер горячими губами обхватывает возбужденный клитор — то все слова мира забыты. — Я не слышу ответа, дорогая… Мне нужно привлечь твоё внимание, не так ли?       Девушка не понимает, что это значит. Назима целует её в макушку, когда отпускает её левую ногу, а Веспер в свою очередь отстраняется.       Почему?       Ей хочется задать этот вопрос.       Открывая рот, она даже не осознает, что её уже ведут к кровати. Ложась на мягкие подушки, Нова чувствует на себе взгляды — начиная от раскрасневшегося лица, заканчивая ногами, которые постоянно сжимались, чтобы найти облегчение.       — Пожалуйста.       Этого слова достаточно, когда Назима оказывается у ней между ног, положив ладони на бёдра и подтянув к себе. Она не медлит — сразу пробует её на вкус — слегка солоноватая. Веспер ложится рядом. Её бордовая помада размазалась по губам и щекам. Нова протягивает ладонь и тихо смеётся, большим пальцем стирая косметику, а потом притягивает к себе и целует. Страстно. Желанно. Возбуждённо. Веспер обнимает её за талию, большим пальцем поглаживая мокрую кожу. Прижимаясь носом к шее ловчей, она глубоко вдыхает её запах — хочет запомнить его навсегда.       Назима ревнует. Ей губы находят внутреннюю часть бедра, когда она жадно всасывает кожу, намереваясь оставить там засос. Нова хватается за простынь и слегка сжимает ноги, но ведьма не позволяет этого сделать — раздвигает ещё сильнее. Назима поднимает голову и взгляд её не сулит что-то хорошее.       — Я заставлю эти прелестные глазки плакать от удовольствия.       Веспер приходится прикрыть ловчей рот, когда та была готова закричать — Назима погрузила в неё два пальца, начиная двигать ими грубо и глубоко, а сама нависла сверху, наблюдая, как бедняжка от безвыходности корчилась под ней. Ведьма ощущала — чувствовала — впитывала момент, когда Нова находилась под ней — под её контролем — под её властью. Верховная ведьма опустила ладонь, начиная обводить клитор девушки — нежно и медленно. Этот контраст заставил Нову метаться по кровати. Она была готова кончить только спустя минуту стимуляции, когда женщины одновременно остановились.       Дыхание словно остановилось.       Сердце, кажется, тоже.       — Нет, п-пожалуйста… — ловчая умоляла. Была даже готова встать на колени. Её глаза покраснели от подступающих слёз. — Дайте мне к-кончить…       — Конечно, милая девочка, но только не сейчас.       Нова уже подумывала биться в истерике, когда одна слеза всё-таки скатилась по её щеке. Назима и Веспер переглянулись, будто безмолвно обсуждая что-то, когда Назима схватила девушку за плечи и потянула на себя. Веспер пристроилась сзади, обнимая её за талию. Теперь Нова была безвозвратно зажата с двух сторон. Оставаясь в сидячем положении (женщины тоже оставались в таком же), Назима схватила её за челюсть и сильно надавила. Девушка издала тихое мычание в знак протеста, когда через секунду изящные пальцы Веспер скользнули по её языку и всё сопротивление в миг испарилось. Нова провела языком по каждому пальцу, обильно смазывая слюной, пока Назима мастурбировала ей, собирая как можно больше смазки.       Наслаждаясь всем этим, Нова не подозревала, что её ждёт дальше.       Когда Веспер вытащила пальцы, её рука опустилась к ягодицам девушки и ниже, слегка надавливая на влажный вход. Назима последовала её примеру, наблюдая, как Нова за секунду поменялась в лице.       — П-подождите… Я не смогу… Нет…       — Если ты расслабишься и доверишься нам, моя милая девочка, то всё будет в порядке… — Веспер целует её в шею и медленно погружает пальцы внутрь. — Вот так… Расслабься, мы рядом…       Нова приоткрывает рот, когда пальцы Назимы скользят следом. Они ждут, когда девушка привыкнет. Ловчая опирается на плечи ведьмы, словно ища какую-то моральную поддержку, и Назима целует её, начиная равномерно шевелить пальцами. Стенки её влагалища податливые и растягиваются под натиском четырёх пальцев внутри. Веспер внимательно изучает лицо девушки, пытаясь выявить хоть каплю дискомфорта, но Нова закрывает глаза, начиная самостоятельно двигать бедрами, чтобы задать нужный ритм.       Под покровом ночи — они стали единым целым.       — Такая хорошая девочка, ведь не правда ли, Веспер? — щебечет Назима, довольствуясь, как Нова от похвалы сжимает их пальцы. — Боже мой, кто-то любит, когда его хвалят?       — Пожалуйста…       — Что? Прости, я тебя не расслышала, — следом издевается Веспер, и ловчая готова на всё, лишь бы получить желаемое.       — Можно мне кончить?       Нова уже не может кричать, когда их движения становятся хаотичными и грубыми. Облокотившись на Веспер — она кончает, но женщины даже не останавливаются, доводя её до следующего оргазма. Потом ещё один. Зрение затуманивается, когда её бедра дергаются назад — но теперь не от удовольствия.       Слишком много.       Нет, она не сможет.       Веспер шепчет ей на ухо, какая она хорошая девочка.       Назима заявляет, что гордится ею.       Нова закрывает глаза, когда на секунду застывает, кончая четвертый раз за ночь. Её тело дёргается, словно от электрического удара, когда она устало падает в объятия женщин, которые любезно обнимают её с двух сторон. Она видит, как женщины целуются между собой и просто позволяет себе заснуть.       Вот так просто.       Без лишних мыслей в голове.

      ***

      Когда Нова просыпается, то первое, что она чувствует — тупая боль между ног. Ей приходится опираться на руки, чтобы сесть. Рядом никого нет, а она одета в свою сорочку.       Неужели, всё это было сном?       Девушка чувствует разочарование, когда берет в руки книгу и открывает. В ту же секунду выпадает записка. Нова берет её в руки, когда улыбается, а потом усмехается.

      «Спасибо за ночь, дорогуша, но твоя девушка была намного лучше в постели в твои годы».

      Ловчая бросает записку на кровать и ложится, прижимая к себе книгу, когда через секунду в комнату заходит Веспер, держа на руках поднос со свежесваренным кофе.       — Что-ж, теперь Назима должна мне денег, — непринужденно говорит она, ставя поднос на тумбочку. — Кто-ж знал, что ты и правда готова к такому.       Подождите-ка, что?