сигареты на крыше

очередной все также наскучивающий урок ничем особенным не закончился. ребята из знакомого всем "А"-класса, давно перешедшие на второй год обучения, с заметной усталостью поднялись из-за письменных столов и отправились в сторону выхода из помещения, о чем-то друг с другом переговариваясь. среди этого закладывающего уши гама, Мидории все же удалось расслышать близко знакомый низковатый голос, призывающий его к себе. Изуку неторопливо встал со стула и подошел к блондину с правой стороны. тот же, в ответ на действия зеленоглазика, поднял на него красные радужки, внимательно всмотрелся в глубокие, словно затягивающие и при этом безобидные зрачки, после чего снова бросил взгляд на парту. на ней уже ничего не лежало, потому Мидория не понимал, чего конкретно от него ждет Кац-чан, однако тот ничего не потребовал, и, спустя секунд десять, поднялся из-за парты и прихватил рюкзак. — я бы мог его понести, — тихо пролепетал Деку, потянувшись к уходящему Бакуго. — ты вечно за меня его таскаешь. последствий от травмы сердца уже почти нет, прекрати говорить это из раза в раз. — парировал блондин, однако то резкое, на первый взгляд, "прекрати" произнес он низким и даже нежным тоном, явно не пытаясь задеть собеседника. Динамайт поковылял к выходу. за ним последовал и Изуку. по дороге до дома не происходило ничего особенного. в воздухе благоухали запахи недавно зацветших деревьев, в ладах с которыми щебетали птицы, препятствовавшие хрустальной тишине. на земле расплостались длинные холодные тени, а по лазурному небу плыли точно ватные облака. Мидория ощупал свой уже заросший зеленой гривой шрам, подняв глаза на далекую темную тучу, висящую над верхушками деревьев и бетонными постройками. Кацуки же безотрывно пялился в асфальт. с его плеч свисали два проводных наушника, которые он хоть и повесил на себя, но втыкать в ушные раковины не собирался. не в компании с Мидорией, каждое слово которого было для блондина на вес золота. из аксессуара слышался неразборчивый писк, который Кац почему-то не рисковал хотя бы чуть приглушить. Изуку окинул товарища однозначным взглядом, после чего чуть прибавил шаг, стремительно опередив Бакуго, который даже не подумал останавливать одноклассника, а лишь всколзь поднял на него очи, мгновенно опустив обратно. бурить асфальт взглядом блондин продолжил, но уже не с прежней задумчивостью, а некоторой тревогой. быстрый шаг впереди идущего сменился на шустрый бег. вскоре Изуку исчез за углом жилого дома, но через несколько десятков секунд его можно было увидеть на сáмой крыше, сидящего со свешенными с края ногами. Бакуго обреченно вздохнул, и не придумал ничего лучше, чем отправится вслед за парнем. потребовалось несколько неспешных минут перед тем, как друзья снова столкнулись. Динамайт застал товарища с тлеющей сигаретой между пальцами, от которой исходил тонкий столбец дыма и едкий запах, моментально встрявший блондину в мозг. — снова за свое? — невозмутимо проязвил Кацуки. — прости, сегодня снова чувствую себя неважно.. — пробормотал Изуку. — это не причина нарушать данного тобой обещания. — без доли презрения или гнева отрезал Бакуго, усевшись рядом с полу-пустой пачкой сигарет в руке. — если понадобится – у меня есть еще. Деку в ответ на реплику друга лишь безэмоционально улыбнулся, выражая благодарность. блондин же принялся знакомым Деку взглядом выуживать информацию. зеленоволосик же поддался совсем не сразу, но, неожиданно для себя, взглянув в глаза приятелю, парень сдался и, стряхнув с уже новой сигареты горсточку пепла, он с холодной грустью улыбнулся, поглядел в несуществующую точку в воздухе и начал: — я сказал, что чувствую себя неважно, но, думаю, что ничего такого не случилось. в целом, все в порядке. не надеявшийся услышать ничего, кроме отмазки, Бакуго чуть разочаровано закатил глаза. — почему даже мне из тебя выпутать правду с первого раза не представляется возможным? — парень произнес это не столько с раздраженностью, сколько с печалью и жалостью. — прости, такой уж я человек... — не найдя ответа лучше, произвел "по скрипту" Мидория. парни посидели в безмолвии несколько нескончаемых минут, после чего Бакуго с осторожностью вновь поглядел на собеседника. мелкие шрамы, покрывавшие чуть потемневшую на солнце кожу лица Мидории не сильно бросались в глаза, в отличие от рассекшего щеку и "элегантного", по словам Кац-чана, шрама, что еще несколько мгновений мелькал перед глазами, когда ты перемещаешь взор на что-нибудь еще. Бакуго раздражал этот шрам не столько тем, что некоторые люди могли допрашивать обоих постоянно находившихся рядом друг с другом парней о его истории, сколько тем, что он перекрыл восхитительной красоты веснушки Мидории, которыми изо дня в день любовался блондин на протяжении всей дружбы парнишек. в "надежде" на их возвращение, Кацуки мягко прикоснулся к разодранной щеке Изуку, от чего по коже обоих пробежали многочисленные, но уже давно привычные мурашки. с каплей разочарования, Бакуго медленно оторвал ладонь от поврежденной кожи собеседника. на этот жест Изуку отреагировал неожиданно: парень не глядя схватил ладонь рядом сидящего и приложил обратно к шраму, опустив веки. Кацуки же сначала озарил Деку озадаченным взглядом, однако сопротивления оказывать он не стал, вместо чего лишь воткнул один наушник в дальнее от рядом сидящего парня ухо, включив на минимальную громкость песню "It Almost Worked — TV girl". — спасибо. — через минут десять молчания вдруг пролепетал Мидория. блондин не понял, за что поступило благодарственное выражение. однако после краткой фразы не последовало продолжение. зеленоглазик лишь отпустил руку Бакуго, после чего повернулся к нему лицом, чуть приблизившись к лицу товарища. Кацуки же поспешно вынул наушник и посмотрел на Мидорию в ответ. через секунду сердце забилось с бешеной скоростью, по телу разлилось горячее внеземное ощущение, а по животу внезапно запархали легкие и в то же время не позволяющие оторваться от земли бабочки. губы Изуку с устойчивой нежностью и точно такой же несбиваемой страстью впились в уста напротив сидящего парня, что изумленно распахнул глаза. однако, через пару секунд поцелуя, его веки смиренно схлопнулись, а парни слились в безмолвном, облегчающем любую ношу, ,поцелуе. наконец отстранившись друг от друга, у ребят на лицах щеки заполыхали румянцем. — спасибо, что терпишь меня. — повторил Мидория с большей конкретностью. в ответ на это, Кацуки лишь отнял у Изуку почти истлевшую сигарету и всунул себе меж губ, вдыхая никотиновое содержимое.