Пионы в постель

Джисон, если честно, ну, очень любит поспать. Ну, правда, а кто нет? Нет, ладно, Джисон тоже знает (нет, они не знакомы) людей, которые просыпаются в пять утра каждый ебанный выходной чтобы все-все-все делать… Но Джисон — упаси — не такой. Он ебал каждый рабочий день в неделю просыпаться в шесть, ещё и в выходной просыпаться в шесть? Нет, спасибо, Джисон нормальный. Вот только у Джисона, блять, есть, сука, парень. И, конечно же, его парень — вот вообще не «блять» и не «сука», он самый лучший и все такое… Вот только ему вставать в будни — не в шесть, и он, сука, привык отсыпаться. А в выходные — как штык. В шесть сорок пять в другой комнате — прыгает, сука, у него, нахуй, тренировка на час. И Джисон, ну, любит его, правда, и, конечно, Минхо честно — старается закрывать дверь… А потом — это, и, ну, блять, да ну вас нахуй. Джисон в одиннадцать — разморенная зефирина, которой бы в душ, и у него ломит кости, потому что трахаться в их возрасте нужно уже поосторожнее… Но в квартире пахнет — вкусно, и жрать хочется больше, чем сдохнуть… А в телефоне от Минхо аккуратное «Стой лежи никуда не ходи». Не то, чтобы Джисон сильно, ну, собирался. Но все равно отправляет в ответ — штук двадцать так вопросительных. И Минхо, ну, правда, и так часто творит — вот эту романтическую хуйню. Ну типа посуду помыть не по графику, на грязном стекле в ванной мылом написать «помой плиз, люблю тебя», воды предложить после секса… Шутка, шутка, на самом деле — серьезно, он и на свиданки Джисона утаскивает, и покупает — рандомно — цветы, и конфеты, и чипсы, и… Джисон не мудак, правда, он тоже старается, просто он работает с девяти до восьми. Минхо игнорит — в открытую — вопросительные сообщения, зато вдруг втаскивает, сука, поднос. И улыбается так — по-дурацки, ну, хитро — потому что: — Доброе утро. Выспался? И, блять, он сделал ему — Джисону — в субботу — вафли, с сиропом, и сливками, и кофе — сварил, не развел — и даже хуйню из салфеток какую-то выложил, и дорезал остатки фруктов из холодильника, которые бы ещё немного — и попортились бы нахуй в пакетах… И, ну, это — нечестно. Потому что Джисон — плачет немножко, и жует какое-то кислое яблоко, потому что, ну, блять, он его любит — очень, правда, и он, ну, не думал, что кто-то для него — для Джисона — будет вафли жарить с сиропом, в субботу — в шесть сорок утра… И это так мило, ну, правда, и вафли они так и доедают — в постели и на двоих, и Джисон — честно, благодарит его долго (нет, не только минетом потом, ну, нет!) В Джисоне, вообще-то, тоже — зачатки романтики, правда, и он на неделе покупает цветы. Правда он забывает, что розы, ну, блять, колючие… короче, не спрашивайте, зато он старался! И он Минхо забирает с работы, и ему в руки — розы и кофе, холодный и сладкий, и Минхо — честно — почти не смеётся с чутка поцарапанных ладоней. Вздыхает только — немножко. И в аптеке ему берет — от царапин. И Джисон, правда, иногда на работе чутка — зашивается, и забывает забирать их заказы из автомата… А потом Минхо — приносит ему обед на работу, и Джисон снова — ну, плачет. И задерживается на работе — снова. И все, на что он способен — это заказать домой роллы, и попрость впихнуть в них записку «Прости, что сегодня они не на мне, люблю тебя». Записку ему, правда, в доставке — конечно же путают. Поэтому Минхо присылает ему огромное, удивленное… Хо-я 21:37 ????????????????????? Хо-я 21:38 Что значит «Дорогой, у нас будет ребенок»? И Джисона — в такси — немножко хватает так приступ. А потом — утром — Минхо, сука, снова. Он Джисона — не будет, зато прямо к кровати втаскивает ему — тарелку панкейков, и сироп — в закрытой бутылке — и горячий какао, и недоеденные роллы из холодильника… А потом это повторяется ещё, и ещё, и Джисону, ну, кажется — пора брать себя в руки. Потому что он берет — и встаёт в пять утра в воскресенье. И самое — блять — правда, ну, главное — не уснуть нахуй, потому что Джисон — ну, умеет… Поэтому он выпивает огромную кружку кофе — и, ну, правда, пытается — безопасно включить плиту. Джисон — вообще-то — умеет готовить. Главное рядом поставить — от порезов, ожогов, на самой плите трещин… Но сковородка, кастрюля — и все остальное — немытое в раковине, и ну, лучше уж так. Поэтому Минхо — вместо будильника своего (ебаного) на кровати — находит утром Джисона — с огромной кружкой растворимого кофе, розой — по-дурацки — в зубах, и с бутылкой, ну, смазки. Шоколадной! — Посуда в мойке, завтрак через час приедет. Меня бери. Могу принести взбитые сливки. И Минхо сначала — смеется громко и сонно, потому что серьезно, ты встал в пять утра? И Джисон — да, после секса и душа — конечно же отрубился на пару часов, несмотря на огромный кофе, приехавшую пиццу и, ну, Минхо. Нет, романтические завтраки — это все-таки, не его. Хоть он и Минхо ну очень любит, правда. Но все-таки приятнее получать в постель букет пионов, чем подгоревшую яичницу с тухлой капустой. Пионы, как известно, не колятся.