мигрени

хэдканон на то, что билл страдает от сильных мигреней.

обычно он справляется с неприятными ощущениями путем отвлечения на что-либо и абстрагирования от всего мира, зарываясь в белый плед и перебиваясь вкусом насыщенного зеленого чая с нотками ароматного улуна. в уставших длинных пальцах покоился бы какой-нибудь роман или книга о звездах, тело тонуло бы в шелке мягкой пижамы и влажные волосы ручьями стекали бы по молочной лебединой шее, обрамляя черными волнами. в некоторые дни терпеть давящую головную боль становится совсем невыносимо. одежда словно неприятно липнет к телу, или будет ощущение, что она и вовсе надета шиворот на выворот. волосы секутся и путаются в низком небрежном пучке, трапециевидные мышцы шеи неприятно натягиваются, а руки неконтролируемо дрожат. в голове басом отдается пульсацией, в висках стучат молотком, а каждая извилина мозга словно подвергается насилию со стороны черепной коробки, и даже горсть таблеток обезболивающего препарата больше не помогает. тогда на помощь приходит самый родной и близкий человек - старший брат, который обнимет, аккуратно снимая резинку с волос, заставляя те каскадом рассыпаться по тонкой, напряженной спине. мозолистые пальцы зароются в отросшие корни, особенно уделяя внимание затылку и области за ушами, круговыми движениями скользя по всему периметру головы. глаза Билла будут сомкнуты, длинные ресницы трепещут, а тонкие брови сползают к переносице. глубокие выдохи через нос, легко вздымающаяся грудь и дергающийся кадык приходятся признаком сладкого дрёма младшего братишки, когда старший же аккуратно укладывает его голову на особенно мягкую подушку, тощее тело накрывают пушистым одеялом, а тяжёлые массивные джинсы шуршат, отдаляясь, и комнату мгновенно поглощает темень. сквозь прикрытое окно слышатся чарующие пения птиц, что решают на ночь глядя устроить эксклюзивный, короткий концерт, свистя. и ветер кружа утягивает за собой в лихом танце звонкий щебет, смешивая с шумом ночных дорог большого города. прохлада лихвой залетает в комнату, заставляя во сне продрогнуть и скрыть голые пятки под одеялом, поворачиваясь набок, и съеживаясь в клубок, подобно сытому котенку, едва только отошедшему на пару шагов от миски теплого, парного молока.