Found you

      Бомгю нашёл.       Если спросить у него, что конкретно он нашёл — не признается ни в жизнь. Стыдно даже перед самим собой, что уж говорить о других. Но согласиться он может, это — действительно красиво. Белый свет режет глаза, ночник ситуацию не спасает; время на часах около четырёх утра, а в телефоне открыт кое-чей профиль в инстаграме. Ну, что сказать.        Во-первых, Бомгю не сталкер, ни в коем случае. Он говорил себе это по несколько раз на дню, пока шерстил все соц.сети в поисках того самого единственного, с которым фотка закинута в папку избранных.        Во-вторых, он просто интересуется его творчеством, а не им самим, поэтому нормально, что он так усердно искал его профиль, - Бомгю себя этим успокаивает. И ничего, что не глядя на образ, парень оказывается шикарным сам по себе. Он его не интересует, ничуть, так что палец над кнопкой «подписаться» так и не появляется.        Парень вздыхает и трёт глаза, что пересыхают от света и усталости. Минут пять или десять, он точно не уверен, листает фото на страничке, чтобы спалось лучше, и по итогу откладывает телефон куда подальше от себя. Нет, он точно не будет этого делать, он его не интересует. Хотя, скорее, это Бомгю его не интересует и от понимания этого факта даже обидно становится. Аккаунт он нашёл чисто случайно, не идя намеренно по следу. Вот когда он серьёзно шёл к своей цели, то ни намёка не было на успех, а как забил, бросив мысленно фразу «Если судьба, то ещё пересечёмся», вот тебе на, успешный успех спустя неделю, аж смешно. Но не Бомгю, который снова трёт глаза до разноцветных бликов. Он всю ночь думал, а сейчас, ранним утром, чувствует себя, как выжатый лимон.        Парень тянется к уже не нужному ночнику, потому что рассвет заливает улицы города первыми лучами. Скоро снова станет жарко, потно и муторно, а сейчас, пока утренняя прохлада гуляет по комнате, надо поспать, чтобы днём, сидя в кафе под кондиционером вместе с друзьями, продолжать изводить себя мыслями.

***

      — Да блять, — Бомгю снова сворачивает приложение, где был открыт профиль того самого парня, что ярко улыбается, позируя в образе очередного героя из игры. Падает лбом на лакированный стол, от чего оба его друга подскакивают на месте.       — Боже правый, хён, без души оставишь! — восклицает Кай, положив руку на так называемую область души. Он переводит дыхание тихим «фух» и смотрит в упор: — Подпишись уже наконец на него, ну не съедят же тебя в самом деле, — пока Хюнин Кай пытается придать другу уверенности, с другой стороны стола Тэхён посмеивается, глядя в свой телефон, а затем выдаёт:       — Подожди, сейчас фаза отрицания начнётся.       — Он мне не интересен как личность, мне понравился только его косплей на Рэйкана, на этом всё, всё-ё, — устало тянет Бомгю, а Кай еле сдерживает смех, кусая губы и переглядываясь с другом.        — Ну-ну, продолжай убеждать себя, — мурлычет ему Тэхён, вылезая наконец из телефона. — Может когда-нибудь у тебя это получится, — ехидничает он, и тут же отодвигается на приличное расстояние, потому что удар в плечо не заставляет себя ждать. У Бомгю сейчас пар из ушей пойдёт, и неизвестно точно по какой причине: злость, жара или смущение.       — Ну всё-всё, не деритесь хотя бы здесь, — возмущается Кай, встревая между ними. В этот же момент им приносят заказанные ранее напитки.        Бомгю собравшимся холодным конденсатом поочередно остужает руки, щеки и шею, что так нещадно горят от жары, а потом наконец отпивает уже наполовину тёплый безалкогольный мохито. Потом ещё раз. И ещё третий, для уверенности, и берется трубочкой ковырять бедную дольку лайма на дне высокого стакана. Отпивает снова.        — Хуйня, а не мохито, — заключает красноволосый. Тэхён рядом обреченно вздыхает.       — С этим надо что-то делать, — и намекает так непрозрачно, что не понять, о чём он, посчиталось бы грехом. Хюнин Кай кивает, сёрбая свой оранж кофе, а Бомгю в то время, разворошив все листья мяты, трубочкой подтягивает дольку-беднягу к краю стакана и, перехватив аккуратно пальцами, откусывает зеленую мякоть.       — Он даже не кислый, вот суки.        — О, я слышал о такой схеме, — щелкает пальцами Кай. — Они сначала используют его в одном коктейле, а потом перекидывают в другой, чтобы экономнее было.        — Хрен им теперь, а не ещё один коктейль, — говорит Бомгю, жуя дольку цитруса.       — Ты так гордо съел этот лайм, будто отомстил самому злейшему врагу, — Тэхён не то кривится, потому что у самого на языке становится кисло, не то улыбается. Хюнин прыскает со смеху, представив удивлённо-разочарованные лица сотрудников когда они увидят разворошенный коктейль и кожуру на салфетке.        — Я за это заплатил в конце концов, — Бомгю допивает оставшийся в стакане спрайт и цепляет взглядом телефон, где всё ещё открыт чужой профиль. Уже и уверенность откуда-то появляется, потому что количество подписчиков там превышает добрых десять тысяч и он просто затеряется среди них, и признаться, что он ему понравился… Нет. Не понравился. Это только образ. Точка. и ещё две.       Оставшееся время, что парням под силу провести вместе, они ходят по парку, где местность помимо зелени усыпана ещё и фонтанами. Людей здесь, соответственно, куда больше, чем в других местах, тем более, что выходной день. Изредка встречаются те, кто гуляет с животными, чаще — с детьми, которых Бомгю на дух не переносит, как и шум, который они создают. Это почему-то сильно заставляет тревожиться и пробуждает желание уйти как можно скорее.        Кай с Тэхёном по колено в воде, брызгаются бликующими на солнце каплями и смеются, когда обливают друг друга. Воду, кстати, Бомгю тоже не любит, потому что из-за неё вся одежда неприятно липнет к телу. И солнце он не любит, потому что то жжется в макушку, как бешеное; и бабулек, что занимают все лавки в округе и сидят там вечность, обсуждая каждого прохожего; и местные ларьки, потому что цены там неадекватные, в половину выше от обычных. В общем, Бомгю не в настроении. Снова берёт в руки телефон, вертит его с минуту и возвращает в карман, не взглянув даже на время. Тэхён, замечая пустое действие, подходит к сидящему на краю фонтана парню с улыбкой:       — Красотка, ну и чего ты снова раскис? — он мокрой рукой касается лба Бомгю, зачесывает бордовые пряди назад, разделяя с ним холод воды. Надеется, что это поможет остудить бурлящие в голове мысли. — Не подписывайся, если не хочешь, — мягко говорит он с лёгкой улыбкой и жмурится от бьющих в глаза солнечных лучей. — Но если всё же решишься, то знай, что никто тебя за это не убьет. На него каждый день сотнями подписываются, и я не думаю, что среди них он различит твою физиономию, учитывая, сколько людей с ним тогда фоткались.       — Ну спасибо, друг, успокоил, — Бомгю отодвигается и смешно дует губы, как ребёнок. Хотя на самом деле это даже обидно как-то. Он для тебя почти что идол, а ты для него очередной зевака, влюбившийся в косплей, хуже не придумаешь. Тэхён сочувственно хлопает по плечу, подошедший ранее Кай обнимает, молча присев рядом. 

***

      — Чёрт, ну ничего же не случится, я такой далеко не один, — Бомгю ходит из стороны в сторону по своей небольшой комнате в родительском доме и уже в сотый раз повторяет себе, что всё хорошо, будто мантру читает. Родители давно спят, на часах половина третьего, в руках снова телефон с открытым чужим профилем. Он поднимает голову к потолку и горестно вздыхает, зажмурив глаза: — Ну за что мне это всё…       Секунда, две, три. Палец удачно приземляется на заветную кнопку. Бомгю кажется, что разом его покинули все силы. Голова опустела, руки и ноги будто свинцом налились. Он блокирует телефон и откидывает его куда-то на кровать, куда и сам буквально падает следом, сопровождая всё долгим выдохом, и закрывает глаза. От чего-то становится вдруг так легко, что лицо озаряется наконец расслабленной улыбкой. Почти идиллия.        Почти.        Телефон звенит уведомлением, но смотреть слишком лень. Это наверняка Кай или Тэхён снова скидывают ему всякие плоские мемы, с которых он посмеяться может и утром. Сон утягивает всё дальше, так же, как и тянет посмотреть, что же там ему снова скинули. Бомгю вытаскивает телефон откуда-то из-под живота, стучит пару раз по экрану и морщится от яркости дисплея, тут же её понижая. Обращает наконец внимание на пришедшее уведомление.  «Пользователь jun.ie хочет отправить вам сообщение»       Телефон летит на другой конец кровати быстрее выпущенной стрелы, Бомгю ищет чем бы себя вскрыть. В голове хаос, в котором явно различается только бегущая строка «блятьблятьблять», изредка прерываемая ярким «какого хуя». Сон отбило полностью, сердце вылетает, а Бомгю шлёт всё куда подальше.        — Я не буду это читать, ни в коем случае, — утверждает он сам себе, сжавшись в комок и нервно посмеиваясь. — Не буду. Не буду. Нет-нет-нет, это бред полнейший.        Сон, галлюцинация, ошибка, да что угодно, только не реальность. Пришедшее снова уведомление заставляет сильнее хотеть убиться. Он молится всем богам, которых только знает, своим и не своим, и ничего, что атеист, ситуация позволяет. Лишь бы Тэхён или Кай, лишь бы показалось, лишь бы ошибся, адресуя сообщение случайно. В голове звучит отчаянная мысль: вдруг он так всех новых подписчиков приветствует? — ещё более абсурдно и смешно. Приходится тянуться за телефоном, сжимая его потными ладонями, и ловить ещё одно новое сообщение. jun.ie Наконец-то нашелся   02:34 Не игнорируй меня   02:40 :((   02:42       — Какого… — фразу Бомгю так и не заканчивает, быстро тапая на все нужные кнопки. Он всего лишь набирает сообщение, а складка между бровей интригует своей глубиной. bbbbbbgyu В смысле блять нашёлся   02:44 И кто тебя игнорит, может я спать ушёл   02:44       Парень закрывает диалог так быстро, как это только возможно, и замирает в одной позе, глядя перед собой. Что вообще происходит? Подумать не даёт новое уведомление.  jun.ie  В прямом 02:44 Я искал тебя, надеялся найти хоть какую-то зацепку в виде лайка и выйти на тебя, но безрезультатно 02:44       Оно и понятно. Бомгю крайне редко предпочитает светиться за пределами аккаунтов своих друзей, одаривая лайками только их да видео с милыми животными. Его легко было вычислить по фотографии профиля, единственной, где мелькало собственное лицо, пусть и сделана она больше года назад. Сама страница пестрила только кадрами неба и цветочков, потому что к своим Бомгю слишком сильно придирался, пока Хюнин Кай устало закатывал глаза на очередные негативные высказывания и жалобы на внешность. Удивительно, как он ещё не захотел сменить аватарку, предпочитая себе нелюбимому что-угодно. jun.ie Кстати ты красиво фоткаешь  02:45 И сам красивый  02:45 bbbbbbgyu Скажи это моим прыщам на щеках, они будут рады  02:46 На кой я тебе понадобился вообще? Хочешь чтобы фотки скинул?  02:46 jun.ie Если только свои  02:46       Что.       — Что. bbbbbbgyu Что 02:46 jun.ie Шучу 02:46 Ты просто мне понравился 02:47 Не справедливо что у тебя есть моя фотка, а у меня твоей нет 02:47 Кстати, я Ёнджун  02:47 Но ты можешь звать меня на свидание  02:47 Хотя это скорее сделал бы я 02:47 bbbbbbgyu Бомгю  02:48 jun.ie Как-то сухо. Я переборщил, да? Прости 02:48 Приятно познакомиться  02:48       У Бомгю кольнуло где-то между рёбрами, там, где по идее должно находиться сердце. Ёнджун, оказывается, общительный, а не такой, каким парень его себе вообразил. Он не шлёт на три буквы, как делал образ из головы, не унижает за совсем не подходящий яркий красный цвет в спутанных волосах (хотя он вряд ли вообще помнит об этом), не ругает за внимание к своей персоне и не материт. В груди просыпается обида на себя. bbbbbbgyu Не переборщил, я просто стрессанул  02:49 И мне непривычно такое в свою сторону слышать  02:50 И не могу я вот так сразу с незнакомцем на свидание пойти, не для того мама цветочек растила  02:50 jun.ie Хахаха милашка 02:50 Тогда как на счёт _просто прогулки_? Можем компанией собраться, чтобы тебе спокойнее было  02:50       Бомгю задумался. С Каем и Тэхёном ему действительно спокойнее будет, но захотят ли они этого? Он уверен в своих друзьях, ведь те всегда поддержат и помогут, когда тот будет в этом нуждаться, да и на встречу они бы с радостью пошли, просто сам парень не хочет их этим напрягать. Он взрослый человек, в конце концов, может сам свои дела решить. Поэтому, подумав ещё немного, он всё-таки отвечает.  bbbbbbgyu Можем и вдвоём пойти, это не проблема  02:52 Но это просто прогулка  02:52 jun.ie Понял принял  02:52 Тогда как насчёт завтра в пять у фонтана с птицей?  02:52 bbbbbbgyu Идёт 02:53

***

      У Ёнджуна потрёпанный жизнью одиннадцатый айфон, растянутая майка и штаны из секонд хенда, несколько проколов в ушах, а ещё шрам на плече и множество всяких историй из жизни. Бомгю слушает его с упоением, вдруг понимая, как скучно он живёт, потому что из развлечений только редкие ссоры с родителями да культурный отдых с друзьями. Ни тебе разбитых окон в чужом подъезде, ни забреданий в незнакомый район без гугл карт, ни побега от чокнутой старухи с палкой и криками, что волосы красят только законченные пидоры. Ёнджун смеется каждый раз, рассказывая новую историю, останавливается перевязать растрепавшийся хвостик из выкрашенных в чистый розовый волос, а Бомгю утопает в нём, как моряк, последовавший на глубину по зову прекрасной русалки.        — Знаешь, мне просто повезло с внешностью, — вдруг говорит розововолосый, занимая совместную качель над небольшим озером поперёд шумных детей, что бежали к ней, завидев ещё издали. Но Ёнджун уступать заветное место намерен не был, безжалостно усаживаясь и утягивая Бомгю за собой. Мелкие пыхтя жалуются родителям, требуя повиновения в своей прихоти, а те только смотрят на двух парней с недовольными лицами. Бомгю чужое негодование до лампочки, старшему, он видит, тем более. — Если бы не она, то я бы так не взлетел. Да и зарабатывать на новые образы не смог бы.        — Продаёшь свои фотографии? — Бомгю заглядывает тому в глаза, чуть повернув голову.        — Ага, вроде того, — Ёнджун слегка раскачивает качели, чтобы в волосах беспорядочно играл ветер. — Людям нравится моя внешность и мои косплеи, так почему нет?        Бомгю чувствует, как разговор сводится к чему-то очень личному и чувственно-печальному. Хотя Ёнджун всё так же улыбается, как и прежде, Бомгю улыбаться больше не хочет, и это не остаётся без внимания старшего. Он вдруг посмеивается:       — Ты был таким милым, — ловит вопросительный взгляд карих глаз рядом. — Ну, на фесте, когда подошёл ко мне. У меня тогда чувство было, что ты смотришь не на образ, а прямо мне в душу. У тебя так глаза светились, что я даже смутился, — он вспоминает, как в тот момент его сердце пропустило пару-тройку ударов, потому что такой взгляд, направленный именно в его сторону, он видел впервые в своей жизни.        — Твой Рэйкан был лучшим из всех, что я когда-либо видел, но… — Бомгю отворачивается от любопытных глаз, устремляя взгляд в водную гладь, что кругами расходится от прыгающей стрекозы. — Без образа ты куда более красивый.       Шея, щёки и уши краснеют так быстро, как никогда прежде. Сердце снова стучит как ненормальное, и это он ещё даже кофе не пил. Оказывается, говорить людям комплименты это круто, но не круто, что сейчас пришлось вывернуть себя почти что наизнанку ради этого и раскрыть какую-никакую свою тайну.        Тайну того, что Ёнджун ему понравился с первого взгляда.        — Можно тебя обнять? — голос парня рядом звучит менее радостно и более приглушённо, от чего у Бомгю по спине пробегают мурашки, а внутренности грозят завязаться узлами. Он отвечает не поворачиваясь:       — Можно.        Ёнджун с трепетом обвивает его талию, притягивая парня спиной к своей груди, лбом укладывается тому на плечо и глубоко вдыхает. Бомгю пахнет сладко, похоже на манго и какие-то цветы, вероятно его любимый спрей для тела. Ёнджун теряется в приятном запахе человека перед ним и старается не слишком нарушать чужие границы, не слишком касаться и не слишком быть навязчивым, потому что и так уже слишком. Бомгю делает всё сам. Он перехватывает кисти рук старшего и тянет ближе к себе, плотнее прижимая чужие ладони к своему телу, накрывает их собственными и стукается головой о его, укладываясь поверх. Ёнджун чувствует себя тряпичной куклой в руках доброго человека.       — Мне жаль что люди такие, — вздыхает Бомгю, сведя брови к переносице. — Они не умеют правильно вести себя с такими, как ты, не умеют ценить и забывают, что ты человек, а не вещь, — он поглаживает руки Ёнджуна, трепетно выводя на них разные узоры кончиками пальцев. — Не все конечно, есть и те, кто поймёт тебя, просто их мало и они теряются в этом количестве отрицательных личностей. Так что я надеюсь, что отныне и впредь тебе будут попадаться только хорошие люди.       Бомгю всё так же нежно касается чужих рук, что крепко сцеплены на его талии, и смотрит на мутную озёрную гладь. На душе кисло, ведь он сам считал Ёнджуна слишком красивым и потому далёким, когда тот, по факту, оказался самым обычным парнем, почти таким же, как и сам Бомгю. Он курит по вечерам пятницы, потому что пытается бросить, устраивает марафоны комедий и мелодрам с чипсами и пивом, крафтит вещи для своих косплеев, сам укладывает парики, любовно называя их своими детьми, и перешивает костюмы, потому что в тех вечно что-то не так, как ему нужно. Самый обычный и невероятно талантливый.       Сидеть в такой позе, полуоборотом, долго не получается, где-то пережимает спину, где-то ногу, да и шея уже побаливает. Ёнджун сдаётся первым, поднимая голову с чужого плеча, разминает затёкший затылок и немного поясницу. Бомгю при этом из рук не выпускает, потому что после своей небольшой разминки снова возвращается к нему, рассматривая черты лица и те самые прыщики, что парень так старался спрятать под слоем тонального средства и пудры; длинные, пушистые ресницы и радужку цвета тёмного шоколада.       — Ну чего? — не выдерживает Бомгю, смущаясь такому пристальному взгляду.        — Ты красивый.       Красноволосый вздыхает на это заявление. Сжимает губы в тонкую линию и поворачивает голову к Ёнджуну, что находится сейчас чересчур близко. Он сталкивается с ним кончиком носа, обменивается горячим дыханием и растерянным взглядом, бегающим по всему лицу и тормозящим в основном на губах и глазах, что сияют ярче звёзд на небосводе. Ёнджун замирает лишь на мгновение, затаив дыхание, а затем приближается так близко, что их губы наконец соприкасаются, но не в поцелуе. Бомгю чувствует, как сердце стучит везде в его теле: в груди, в желудке, в ушах, в голове и даже в кончиках пальцев, которыми он тянется к выкрашенным в розовый волосам...       — ЕТИТЬ ТВОЮ НАЛЕВО, ХЁН, Я ЭТО СНЯЛ! — Бомгю отскакивает от Ёнджуна так резко, что чуть не падает с качели, благо тот вовремя его подхватил. Хватается за сердце и кричит в ответ на крик Хюнин Кая:       — БЕГИ, БЛЯТЬ! — Хюнин всучивает телефон стоящему рядом Тэхёну и смеясь пускается в бега. Бомгю вырывается из рук Ёнджуна, спотыкаясь на первом же бордюре, и бежит вслед за ним. Парк наполняется смехом, визгом и отборным матом, а ещё всплесками воды, потому что Бомгю наворачивается, поскользнувшись в фонтане, в который Кай запрыгивает на ходу. Ему это даёт лишь несколько секунд на то, чтобы двинуться дальше, потому что мокрый разъяренный Бомгю его почти догоняет. Ёнджун, почёсывая затылок, подходит к другому парню и девушке, что стоит подле него и снимает всё, что происходит.        — Неловко получилось, — тушуется Ёнджун, а Тэхён улыбается.        — Да ладно тебе, это нормально, — он поворачивается к нему полностью, закидывая солнцезащитные очки на макушку, и встречается взглядом с причиной отчаяния Бомгю в последнее время. — Тэхён, будем знакомы.       — Ёнджун, будем, — они кивают друг другу, когда девушка тоже подаёт голос:       — Рэй, — она не отрывается от съемки двух парней, что в своём дурачестве задели ещё какого-то мимо проходящего беднягу, заваливаясь вместе с ним на горячую после палящего солнца плитку. — Ну и дураки, — заключает девушка, пока со стороны слышатся мольбы.        — Боже, да успокойтесь вы уже- Ай! — незнакомый парень, которого Кай использует в качестве щита, вскрикивает, когда Бомгю промахивается и ударяет тому по руке.         — Вот чёрт, они же его сейчас убьют, — смеется Ёнджун, и втягивается в потасовку между друзьями. Выступает он то ли в роли защитника Кая, оттягивая Бомгю от сидящих на плитке парней, то ли в роли спасителя незнакомца, потому что втянутый в это совершенно случайно, он смотрит на подошедшего с благодарностью. Бомгю пытается вырваться из захвата, но быстро сдаётся, переводя дыхание. Хюнин Кай тем временем наконец поднимается с земли, тянет за собой незнакомца, всё ещё прячась за его спиной, и выглядывает из-за плеча.        — Пожалуйста, оставьте меня в покое, — незнакомец не знает на ком остановить свой взгляд, кого просить и к кому обращаться с мольбой, смотрит на всех поочередно.       — Прости, но это надолго, — откликается со стороны Тэхён, и приветственно машет испуганному парню, что обречённо вздыхает, возводя глаза к небу.       Кажется, это только начало.

***

      Вспоминая этот момент сейчас со смехом и всё ещё недовольными комментариями Субина о том, что в тот день был испорчен лучший, и единственный, его офисный костюм, никто и подумать не мог, что спустя полгода они всей компанией будут сидеть дома у Ёнджуна. Его маленькая однокомнатная квартира совершенно не была готова к таким набегам друзей. Изначально она не была готова и к Бомгю тоже, которого Ёнджун вёл за руку в совершенно незнакомый ему район.       — Вдруг я маньяк, и как доберемся, я тебя убью? — шутил старший, пока Бомгю рассматривал захудалые дома и круглосуточные магазинчики, что располагались в основном на углах зданий, привлекая внимание к себе неоновыми вывесками или плакатами с акционными товарами.       — Ты не дотягиваешь до маньяка, — задумавшись, отвечает ему Бомгю. — Скорее модель, которая решила провести время без лишних глаз. Тебя помыть, причесать, вырядить в какой-нибудь диор и вперёд покорять модные дома.        Ёнджун моделью не был, а люксовые бренды и подавно не носил. Зато у него был Бомгю, рядом с которым чувствуешь себя так, будто покорил весь мир в лице одного человека. 

ᯓ ᡣ𐭩

      Позже к ним несмело присоединился Кай, когда пришлось заносить Бомгю его забытый в аудитории телефон, пока тот сидел у Ёнджуна. Тогда-то Хюнин Кай открыл в себе талант к шитью, заглядываясь на то, как мастерски это делает старший и прося дать попробовать пришить маленькую деталь к его новому образу. А ещё открыл своё неспокойное сердце, рассказав, что Субин-хён уж слишком ему запомнился. Тот общался только с Бомгю, потому что так уж получилось, что у них совпали интересы и любимая игра. Но и то случалось изредка, потому что работать тому приходилось долго и много.        — Хён, ты же не против? — шёпотом спрашивает Бомгю Ёнджуна, который умостился рядом с ним на диване в гостиной, уступая своё место под лампой Каю. Тот корпел над деталькой, совершенно не обращая внимание на разговоры за его спиной.       — Я только «за», — отвечает он, оставляя короткий поцелуй на каштановых волосах. Бомгю улыбается и быстро набирает знакомому сообщение. — Только все карты не раскрывай, — и текст сокращается до шаблонного «Привет, Субин-хён».       Через неделю после того, как Субин пообещал зайти к ним «как только появится время», он приходит рано утром, когда на часах ещё даже нет шести. Никто, из присутствующих троих человек в квартире, так и не ложился спать, завалив гостиную Ёнджуна огромным количеством бумаг. Хюнин Кай клацает мышкой, вставляя нужную скопированную информацию, и трёт красные от усталости и резкого света ноутбука глаза. Бомгю, вычитывая на одном из листов очередную мазню, именуемую почерком преподавателя, поднимается и зашвыривает его, предварительно скомкав.        — Гореть им всем в аду, блять, — пыхтит от злости Бомгю, когда звучит звонок в дверь. — Я открою.       На пороге, ожидаемо, Субин. Он немного потерянно смотрит на лохматого Бомгю, у которого синяки под глазами цвета морской глубины, и протягивает ему пакет с энергетиками и едой быстрого приготовления. Бомгю замечает, что тот выглядит не лучше со своим депрессивным видом и полным печали взглядом.       — Проходи, — он забирает пакет из чужих холодных рук, и пропускает его внутрь. Субин нерешительно топчется на пороге, оставляя чёрное кашемировое пальто висеть на единственном свободном крючке.       Свет горит только в гостиной, где сидят все, включая владельца квартиры, что всё поправляет сползающие с переносицы очки. Глаза болят нещадно, пальцы в пятнышках крови, а в зубах булавки, что сменяют друг друга. Костюм не готов и на тридцать процентов, Бомгю проект заворачивают уже третий раз, у Хюнин Кая его и вовсе отказались читать, просто бросив «переписывай», Субина уволили с работы. Ну что за чёрная полоса.       — Сказали, что я слишком неловкий, а им нужны только смелые и целеустремлённые, — Субин мешает палочками лапшу в коробочке, потупив в неё взгляд. На кухню они переместились только десять минут назад.       — А до этого тупо выезжали за твой счёт, — фыркает Бомгю. — Ну конечно. Ты для них просто был удобным мальчиком на побегушках, а как разобрался со всеми их делами, то и попёрли, — он держит ёнджуновы руки в своих, разминая ноющие запястья. Гладит, прося прощение за то, что не может помочь как следует, а Ёнджун в ответ переплетает их пальцы. Они всё ещё не встречаются.       — Может ты и прав, — полушепчет Субин, потупив взгляд в остывающую лапшу, а Кай рядышком отчаянно вздыхает. Он поднимается, чтобы переставить свой стул ближе к Субину, и вернувшись на своё место утягивает того в утешительные объятия. Ему больно видеть старшего таким, а Субин в его руках почему-то расслабляется. Ёнджун крепче сжимает ладонь Бомгю в своей. 

ᯓ ᡣ𐭩

      Через какое-то время, что тратится на две проектные работы и создание костюма, к ним заглядывает Тэхён вместе со своей девушкой.        — Мои хорошие, это просто ужасно, — сетует он на всё происходящее, обнимая каждого из присутствующих в квартире. Девушка, в свою очередь, сразу обращает внимание на парик, что валяется в углу комнаты, заваленный небольшим количеством скомканных бумажек. И пока Тэхён выслушивает уставшего переписывать проект Кая, она подходит к Ёнджуну, что курит у открытого окна.        — Напиши мне когда доберёшься до парика, я с ним помогу, — она протягивает ему листочек с ником в инстаграме и номером телефона. — А ещё там номер мастерской моего отца. Если понадобится сделать какие-то детали или скрафтить вещи, позвони и скажи, что от меня. У него есть всё нужное и 3D принтер, и он будет рад повозиться с этим, — Ёнджун принимает листочек с радостью и благодарностью, а девушка улыбается самими краешками накрашенных губ. Эмпатией она похвастаться не может, но таких людей, как Ёнджун, что делают себя сами, уважает непомерно, поэтому и помощь предложила, заслуживает.        Она ушла сразу же, потому что на встречи с друзьями опаздывать не любит. Тэхён проводил её только до порога.        — Отпишись мне, как у вас будут обстоять дела и как будешь дома.       — Обязательно, милая, — Рэй кривится на такое обращение, но всё равно подставляет щеку под быстрый поцелуй.       По возвращении обратно в комнату, Тэхён спроваживает Кая с Субином в ближайший супермаркет, потому что холодильник Ёнджуна опустел ещё вчера днём, а сам садится за тот самый проект, который снова отказались читать.        — Если ему его и в этот раз завернут, я этому упырю шею сверну, — Бомгю отрывается от своего ноутбука, вглядываясь в чужой, а Ёнджун скептически хмыкает и выгибает бровь. Бомгю тут же переводит на него взгляд. — Сомневаешься в моей силе? Эй, на меня смотри, я с кем разговариваю? — Ёнджун посмеивается, так и не взглянув на него. Бомгю ставит ноутбук в сторону и подходит вплотную к сидящему за столом парню, со спины обвивая его шею руками и прижимая к своей груди. Не душит, но держит крепко, из-за чего процесс работы приостанавливается, а Ёнджун смеётся, умоляя не сломать очки. Бомгю аккуратно снимает те, чтобы не зацепились за яркие волосы, и оставляет лежать на столе, снова возвращая руку на прежнее место. И оставляет пару поцелуев на макушке и лбу парня. — Пошли отдохнёшь?       — Работа не ждёт, — вздыхает Ёнджун, глядя на разбросанные по столу нитки и почти дошитый плащ. — Осенний фест через два месяца, а это только накидка, — Бомгю тяжело сопит тому в ухо, от чего по спине пробегают мурашки.        С Бомгю ему уже очень давно хочется остаться только вдвоём, всё обсудить, во всём признаться. Но он пообещал себе найти более подходящий и красивый момент для этого, а тот, как на зло, всё никак не хотел наступать. То работа над косплеем навалилась, то такие ненужные загоны и молчание в недели две, то проект, который жаждущий денег преподаватель всё не хотел принимать. Ёнджун решил, что сама судьба противится тому, чтобы он наконец расставил все точки над i. Значит, ещё не время и не место. Тэхён тихо щелкает их на камеру своего телефона.        Когда возвращаются Хюнин Кай и Субин, первый сразу спешит к Ёнджуну, забирая у того место и работу, потому что «Раз уж Тэхёни сел за мой проект, значит я наконец могу продолжить учиться шить!». И совсем ничего, что полотном для обучения выступает сразу чистовик, Ёнджун ему доверяет. Сидит рядышком, показывая что и как нужно делать, куда вести иголку и где выводить, учит так, что Кай процессом наслаждается. Субин выглядывает из кухни, не скрывая улыбки. На душе становится тепло. 

ᯓ ᡣ𐭩

      Уже в следующую среду Бомгю буквально залетает в квартиру старшего, почти сбивая его с ног своим телом и радостным криком «Я СДАЛ!». Ёнджун подхватывает его на руки и кружит по всему коридору, смеясь с парнем в унисон, а когда наконец отпускает, то позволяет себе лучше рассмотреть запыхавшегося, но счастливого Бомгю. У того радость искрится звёздами в глазах, а красноватые от тинта губы всё не перестают растягиваться в улыбке. Ёнджуну физически трудно отвести от них взгляд как бы он себя не заставлял, потому что за прошедшие дни, что они не виделись, он безумно соскучился. Стало очень сильно не хватать летящих в стены бумажек, громкого смеха и прохладных рук, что охлаждали его собственные.       Ёнджун забывает вдохнуть, когда видит, как младший проходится языком по губам; понимает, что зря, потому что сразу после этого Бомгю его целует. Медленно и осторожно, неумело и нежно, смущаясь при этом так, будто никогда этого не делал, а всё потому, что эра его первого поцелуя началась пять лет назад и закончилась в том же году, потому что отношения длились от силы месяца три, и с тех пор Бомгю так больше и не влюблялся. Ёнджун чувствует всю неловкость и страх младшего. Прижимает к себе ближе, удобнее обнимая за талию одной рукой, а другой зарывается в отросшие каштановые пряди, слегка оттягивая те, и улыбается в поцелуй, потому что Бомгю в его руках послушный и мягкий, плавится под жаркими поцелуями и нежными касаниями. Оба понимают, что сначала было бы неплохо поговорить, но дорвавшись наконец до желанного, отпускать уже не хочется.        Спустя часа два в квартиру вваливаются Кай и Субин. Младший устало оседает прямо на полу в коридоре и наконец позволяет себе выдохнуть, пока Субин приглаживает растрепавшиеся светлые пряди, убирая те, чтобы в глаза не лезли. Бомгю появляется там тоже, в ёнджуновой футболке и его же домашних штанах. После спонтанной близости, они ворошили шкаф старшего добрых пол часа, пока наконец подобрали Бомгю одежду плюс-минус по размеру. Он подходит к Хюнин Каю и заваливается рядом с ним, падая головой на его плечо, а Субин спешит на кухню, потому что в пакетах пиво греется.        — Сдал?       — Сдал, — кивает Кай, укладываясь поверх Бомгю. — А ты почему так вырядился?        — Пришёл сюда сразу после пары, поэтому пришлось просить хёна одолжить одежду, — Хюнин усмехается и трёт переносицу, крепко зажмурив глаза. Вид друга слишком о многом ему говорил.       — Да фиг с вами, я просто рад, — Бомгю прикусывает губу, толкая того локтем между ребер. — Надеюсь, Субин-хён тоже когда-нибудь поймёт, что он мне нравится.        Субин убедился в этом тем же вечером, потому что пьяный Кай не отлипал от него ни под каким предлогом, а потом ещё и расплакался, спрашивая, почему он не замечает его. Бомгю и сам был готов заплакать, если бы Ёнджун не утащил его и полусонного Тэхёна из кухни, потому что такие вещи коллективно не обсуждаются.

ᯓ ᡣ𐭩

      За всеми рутинными делами никто, кроме Ёнджуна, не заметил, как пролетело время, и вот уже через неделю у него дефиле. Парень сидит перед готовым образом и рассматривает каждую мелочь в поисках недочётов, пропущенных деталей или стежков с торчащими нитками, и не находит, как бы не старался. То, что он видит — идеально. Все пришитые Хюнин Каем ленты выглядят аккуратно, а нарисованная Бомгю окантовка имеет полное сходство с оригиналом; все детали, что изготавливались в мастерской, сделаны на высшем уровне, крепятся удобно и надёжно, не утяжеляя костюм. Ёнджун сидит в полумраке сам, потому что попросил дать ему немного времени, и вытирает скатывающиеся к подбородку слёзы. Он впервые доволен тем, что видит перед собой. Завтра придёт Рэй чтобы помочь с укладкой парика, а послезавтра Бомгю, потому что соскучились договорились. И может совсем скоро станет чуточку легче.        — Мне страшно, что как только закончится фест, закончатся и наши посиделки, — признаётся Ёнджун, пока Рэй гофрирует чёрные длинные пряди, поправляя очки и поглядывая на референс.        — Почему ты так думаешь?        — Не знаю, мне просто страшно, — парень сидит за столом так, чтобы не загораживать свет от настольной лампы, и смотрит на пачку чёрной краски для волос.       — Если не знаешь, значит и бояться не обязательно. Судя по тому, что я слышала, вас здесь собрал явно не твой косплей, а ты сам, — она аккуратно прочёсывает прядь и отправляет ту к остальным таким же. — Если позовёшь их просто сыграть в карты — они будут тут-как-тут; если скажешь, что нужно спрятать труп конкретно в двенадцать часов ночи — то не опоздает никто. Они придут вне зависимости от того, что ты скажешь, потому что они — твои друзья, и они знают, что ты поступил бы так же, — девушка наконец поднимает глаза на притихшего Ёнджуна, что сидит, опустив голову. Друзья у него впервые, а такие — тем более, всё написано на красивом лице. От этого тянет улыбнуться. Тишина повисает на следующие десять минут. Ёнджун всё думает, а Рэй ему не мешает, заканчивая гофрирование копны длинных прядок. Прочёсывая последнюю, она говорит:        — Пойдём, расскажешь, какую стрижку хочешь. Парик потом закончу, — девушка забирает со стола ножницы, краску и машинку, купленную на днях, и следует за Ёнджуном на кухню, пол которой со временем устилают отрезанные розовые волосы. Признаться, их не жалко никому.        Бомгю только жалко, но совсем чуть-чуть, потому что глядя на своего парня с новым цветом волос, у него пропадает дар речи, а щёки заливаются румянцем, будто впервые. И всё ощущается чуточку иначе, чуточку более страстно.

ᯓ ᡣ𐭩

      А в день феста и дефиле накрывает уже всех. Субин сдерживает себя, чтобы не перефотографироваться со всеми людьми, что пришли сегодня в образах его любимых героев, а Кай наоборот, тянет того за руку, заставляя «стать посерединке и улыбнуться». Тэхён и Рэй сегодня выступают в роли фотографов, а Бомгю — в роли самого нервного. Он носится за Ёнджуном по пятам, уступая своё место тем, кто желает сделать с ним фотографию, и внимательно следит за всеми деталями костюма. «Хрена с два вы отвалитесь» — сказал он каждой, пока помогал Ёнджуну облачиться в несколько слоёв разной ткани. Парень такому вниманию сильно умиляется, смущая младшего оставленными на запястье поцелуями. Как Бомгю доживает до дефиле — неизвестно.       Внутренне он умирает, когда оглашают имя его парня, и тот наконец выходит на сцену. Каждая деталь его образа переливается под разноцветными софитами, золотая окантовка мерцает, будто сделана действительно из золота, а меч в руках и вовсе будто настоящий. Зал ахает, парни завороженно рассматривают довольно известного косплеера, а девушки визжат с каждым выпадом в поставленном наспех номере. Бомгю визжит тоже, пока Субин не хлопает ему по плечу, чтобы заткнулся, но тот просто не может себя сдерживать.       Он любовался Ёнджуном каждый момент их совместно проведённого времени: любовался им, увлечённым работой, и по утрам, когда просыпался первее старшего; любуется им и сейчас, потому что Ёнджун не просто красивый. Он тот, кто создал всё это, кто поддерживал его, кто учил Кая, кто выступил в роли наставника для Субина, кто помог Тэхёну с выбором качественной камеры, и в конце концов, он просто Ёнджун. Для Бомгю этого более, чем достаточно, чтобы любоваться им каждую секунду.       И как так получилось, что время от дефиле до оглашения первого места пролетело так быстро — он совершенно не понимает. В каких облаках он витал эти сорок с лишним минут? В принципе, не важно, потому что Ёнджун всё это время был рядом и держал его за руку, костяшки которой Бомгю теперь кусает в ожидании оглашения результатов. Третье место вполне заслужено, думает он, девушка действительно постаралась, создав такой качественный костюм; со вторым местом он не согласен абсолютно, потому что парень, что занял его, выглядит слишком лицемерным, он таких не любит;       Первое место Чхве Ёнджун.       Что?       Кай подрывается первым, хлопая и поднимая за собой весь зал, а Бомгю, как под гипнозом, глаз отвести не может; плачет. 

***

      — Я вам говорю, я так испугался, когда он застыл и просто начал рыдать, что аж душа в пятки улетела! — Субин хвастается за «душу» и за Бомгю, который идёт подле смеющегося Ёнджуна.       — Я видел это, я видел! Ёнджун-хён, это было просто незабываемо! — кричит Кай, заполняя своим смехом всю улицу.       — Я вам это припомню, — Бомгю прикрывает красное от стыда лицо, крепко держа Ёнджуна за руку. Для него этот день получился слишком эмоциональным и выматывающим, а тут ещё и друзья масла в огонь подливают. Ну расплакался он от радости, ну не осознал этого сразу. Не преступление же совершил!        Ёнджун заливисто смеётся, параллельно успокаивая Бомгю поцелуями в висок, а потом ему прилетает сообщение. От Рэй. И он останавливается, чтобы взглянуть. n.rrrei *фотография*   22:09       Ёнджуну кажется, что он сейчас готов заплакать сам. Тот самый момент с Бомгю, о котором говорили Субин и Кай. Он всматривается в блестящие от слёз глаза, что с восхищением смотрят на сцену, и думает, что Бомгю самый красивый человек в этом мире; и не верит, что этот человек, чей такой взгляд направлен на него, принадлежит ему. Ёнджун давится собственными эмоциями и чувствами.       — Хён, всё-… — старший перебивает его поцелуем. Утягивает в объятия, зацеловывая всё лицо, и обнимает так крепко, как никогда раньше. Бомгю пугается. Перемещает руки на его спину и гладит нежно, с тревогой глядя в любимые глаза напротив: — Ёнджун?..        — Спасибо тебе.        Бомгю замирает на секунду, а потом облегчённо выдыхает. Перемещает одну руку старшему на затылок и утыкает его лбом в своё плечо, не прекращая гладить; оставляет поцелуй на виске и макушке, зарываясь носом в чёрные пряди. Кай с Субином их не трогают, прикрывают только от слишком любопытных глаз и улыбаются, переплетая пальцы.       На душе, наконец-то, становится чуточку легче.