Под окном твоего дома

Стук в окно отчётливый, громкий и даже грубоватый. Чимин дёргает голову в сторону оконной рамы и чуть хмурится, когда отодвигается от письменного стола. Кого занесло в такой час? Да ещё и не через парадный вход. Может, и вовсе кто-то балуется? Парень шторы распахивает и щурится, чтобы разглядеть хоть что-то, но свет от люстры отсвечивает о стекло и видно конкретное нихуя. Чимин дёргает ручку, распахивая окно и встречается с довольной и очень хорошо знакомой рожей. — Привет. Прокуренно. Чимин хмыкнуть и возмутиться не успевает, пока перед лицом оказывается букет цветов. Явно где-то сорванный в тихую. И что ему опять нужно? Не с математикой ведь помочь, оно и ясно. — Какую старушку обобрал на этот раз? С насмешкой, но без какой-либо злобы. Чимин наваливается на подоконник, но цветы принимать точно не спешит. Но парню напротив это явно не нравится, его вид чуть теряет былую уверенность, хоть он, это пиздец видно, пытается этого не показывать. Рука, сжимающая стебли, опускается, а сам парень поправляет шапку, скрывающую выжженные краской волосы. Кажется, с неделю назад он пришёл с сеном заместо волос, чем вызвал только смех Чимина, но, кажется, совсем не обиделся. Прекрасно понимал, что выглядит это нелепо. Сжёг волосы осветителем, да ещё и блонда не добился, лишь только желтовато-рыжеватого эффекта. Неудачная попытка стоила пожизненного ношения шапки, пока это чудо попросту не отрастёт. А может, просто следовало подстричься налысо? — Юнги, я ведь уже говорил тебе. — Говорил, но говорить можно много что, а вот думать так на самом деле…— улыбка снова украшает повеселевшее лицо Юна, он снова предпринимает попытку всучить в чужие руки букет, но она остаётся без внимания. Непробиваемая Цаца. Ничего! И не таких раскалывали. Хотя… Можно ли сравнивать Чимина и тех, кто явно по уровню привлекательности и сочувствия проигрывает? — пошли погуляем, тебе слезть тут совсем недолго. Чимин смотрит выжидающе, словно думает, что этот спич продолжится дальше, но Юнги молчит. Переминается с ноги на ногу и шею трёт, потому что затекла. Стоять с постоянно поднятой головой такой себе опыт и не самая лучшая перспектива вечера, но всё это такие пустяки. Юнги бы только в очередной раз: «Уходи» Не услышать, а остальное… С остальным он определённо справится. Эта гордая принцесса засела в его голове настолько сильно, что узнай кто из друзей, так точно бы лишился возможности думать. Пожалуй, навсегда. Просто бы забили ногами или чем под руку попалось. Но Юнги отчего-то совсем не может прекратить приходить к дому Чимина, хоть и осознаёт, что они явно из разных вселенных. Может, предел своей прочности испытать хочет, может, достоверность и долговечность своих чувств, а, может, Чимин и правда такой цепляющий, что Юнги спать тяжело. Постоянно эти карие глаза снятся, эти каштановые волосы, в которые он пальцами зарывается, перебирает и чувствует своими подушечками всю мягкость и ухоженность. Не то, что его грубые и жёсткие, которые даже трогать иной раз не хочется. Но… Это в любом случае только фантазии, Юнги никогда на самом деле его волос не касался, а так хотелось бы! Потрогать хотя бы кончики, спуститься чуть ниже, на уровень щёк и коснуться ещё их. Проверить чужую кожу, провести по ней и понять на самом ли деле она настолько бархатная, как Юнги кажется. Чимина просто хочется трогать. И не в каком-то пошлом смысле, не в плане интима и утоления своих похотливых желаний, а просто… Гладить. Гладить и переплетать пальцы, прижимать к себе и зарываться носом в эту копну волос, прикрывая глаза и вдыхая запах шампуня. Интересно… А каким он пользуется? Чимину грубые запахи не подходят, он сам по себе такой нежный, но совсем не женственный. Чимин не девчонка, Чимин парень и Юнги это понимает. Нет смысла искать оправданий и говорить, что это просто Пак на девку смахивает. Нет. И Юнги даже почти не страшно от того, что он в парня влюблён. Почему почти? За Чимина тревожно, ему ведь тоже достаться может. А Юнги точно бы не хотел этого. Чимина только лелеять и цветы ему носить, украдкой поглядывать и обрывать любые возможные оскорбления в его сторону. Чимина любить хочется. — Юнги, послушай… Вот снова. Юнги брови заламывает, а Чимин смотрит так, словно прямо сейчас готовится его прогнать. Что не так? Всё дело в том, с кем ходит Юнги? С кем он общается? В том как он выглядит или какой образ жизни выбрал? Так Юнги готов меняться! Правда готов, лишь бы Чимин смотрел на него с нежностью, с той самой желанной любовью, с которой сможет только он. Юнги свои бледные и сухие губы обкусывает, нервничает, а Чимин молчит. Молчит так долго, что кишки скручивает от напряжения. И Юнги внезапно чувствует себя таким жалким и беспомощным перед ним, таким зависимым от его голоса, что становится плохо. Но что он может поделать? Больше не подходить? Сам не выдержит. Он Чимином дышит с того момента, как увидел его в толпе школьного коридора. Этот растерянный взгляд и сжатые кулаки въелись в мозги настолько, что убрать их оттуда не получится никогда. И было бы странно тогда подойти, Юнги наверняка бы только испугал его, но как к нему тянуло. Юнги мечтал в тот день увидеть его вновь. Что это? Любовь с первого взгляда? Всё возможно. Мин в таких делах, а именно любовных, никогда силён не был и не изучал, пытаясь разобраться во всём. Любовь никогда его приоритетом не была до определённого момента. Сейчас казалось, что он мог бы вытащить своё сердце из груди и протянуть его прямо Чимину, как очередной букет цветов, что он таскает почти каждый вечер. — Чимин, пожалуйста, — Юнги готов раненым псом скулить, лишь бы дали шанс быть рядом. Хотя бы просто рядом, даже не в плане отношений. Около Чимина жизнь играет другими, более яркими красками и все проблемы теряют свой смысл, когда Юнги может просто видеть свою обсессию, — Дай мне шанс, я обещаю, что не проебу его. Юнги готов умолять. Но пока он лишь наблюдает за тем, как Чимин грузно и тяжело вздыхает, как ветер трепет его волосы и как Чимин решается на что-то. Но ведь, у Юнги сейчас есть шанс, что это решение будет в его пользу? Он надеется. Тело остаётся в напряжении, теперь ветер намного сильнее задувает ему под ветровку, но холод совсем не чувствуется в том томительном ожидании, которое сейчас висит между ними. Наконец Чимин словно отмирает, но не говорит ещё пару секунд, прежде чем выдать: — Хорошо, но только один. Эти слова бьют по затылку своей неожиданностью. Первые пару мгновений Юнги даже не понимает, что должен радоваться, лишь пялиться глупо на красивое лицо и крепче цветы сжимает. Он уже и забыл об этом букете, будто он сросся с его ладонью воедино. Но радость накатывает. Нет, она обрушивается на его голову огромной волной обливая этим осознанием полностью. Теперь тепла в груди Юнги столько, что хватит, чтобы согреть сотню человек, а того и тысячу! Улыбка широкая, совсем непроизвольная, но кому какая разница, когда Чимин согласен дать шанс! Рука вновь тянется к парню и, только на большую радость, Пак принимает чуть помятые цветы. Может, пока неохотно, лишь в подтверждение своих слов, но Юнги этого хватает, чтобы влюбиться ещё больше. Хотя, казалось бы, куда ещё? — Я, честно, сделаю всё, чтобы не разочаровать тебя. Почти шепчет, что слова теряются в шуме ветра и шебуршании листьев. Хочется плясать, кричать на всю улицу о своей любви и маленькой победе. Эта холодная принцесса дала ему шанс. Пусть и один, Юнги достаточно! Точно не подведёт, обязательно докажет, что с ним Чимину будет нечего бояться, что Юнги станет несокрушимой скалой, на которую всегда можно будет опереться в случае трудностей. Юнги поможет, как умеет, но не оставит без внимания ни одно переживание своей любви. Юнги уходит, запинается о собственные ноги и неловко оборачивается, но тут же замечает слабоватую улыбку, которая растягивает пухлые губы. Юнги впервые так сильно хочет их поцеловать, но слишком рано. Пока ещё нужно добиться полного расположения, но Юнги мальчик целеустремленный. Обязательно добьётся своего!