«Сталкеры»

Где-то в году две тысячи девятом ветки форумов заполонили фотографии индустриальных туристов пятилетней давности. Пользователи имиджборда брали друг друга на слабо, поднимали старые архивы и делились находками, и все ради того, чтобы зацепиться за любую мелочь, найти больше информации о загадочных туристах. «Сталкеры» - именно так они себя назвали. Понятие растяжимое и многозначное, и, судя локациям на добытых фото, вернее называть их непосредственно диггерами. Поиском занимались не только любители потерянных медиа и подобных, окутанных пугающе-загадочным шлейфом, вещей. К ним даже присоединилась каста пользователей, обычно увлекающихся /b/-досками. Однако, находились и противники продвижения треда на главную страницу, но даже полегший, не без помощи вышеупомянутых, на целый день имиджборд не поумерил ярый запал энтузиастов. Но, в основном, все шло, к всеобщему удивлению, тихо, и волны споров в треде наблюдались крайне редко. Абсолютное большинство притягивали мыльные, сделанные с помощью дешевого цифрового фотоаппарата, фото. На которых, обычно, были запечатлены не более двух человек в черных масках, скрывающих половину лица, и в нелепом, большинстве самодельном снаряжении. И Накахара находил себя не менее странным, ведь стабильно каждый день включался в беседы и в очередной раз разглядывал фотографии. Среди пользователей он прослыл настоящим героем, ведь в недрах форума нашел видео. Короткое, нестабилизированное, записанное в темном помещении, но нашел. Аудиодорожка не пострадала, и люди смогли услышать голоса некоторых ребят. Оказались они молодыми, и энтузиастам удалось прикинуть диапазон их возраста в настоящее время: от двадцати до тридцати лет. Но самое действительно странное в Чуе - его бесконечная и трепетная любовь к заброшенным промышленным и не только зданиям. Именно она заставила его с головой погрузиться в историю отбитой группы загадочно пропавших, которые даже после некоторой популярности на форуме, не особо стремились заявить о себе. Иногда выползали агрессивно утверждающие о бывшем членстве в группе, но убедительных доказательств не поступало. Только координаты зданий для вылазок, предоставленные некоторыми форумчанами, заставляли Накахару отрываться от небольшого монитора и, сломя голову, исследовать новое. Учеба его не интересовала, как и общение за пределами злосчастного треда о Сталкерах. Чуя давно прекратил почти все контакты с людьми из внешнего, скучнейшего мира. Родственники открестились от него шустро, а друзей у Накахары в избытке никогда и не было. Только парочка гиков курсом выше. Они иногда составляли компанию на долгих, до тошнотворного тягучих, переменах, и такого же характера парах. Но Чуя пережил целых два курса университета - было жалко и время, и деньги. Причем, с третьего курса он вынужден платить за обучение сам - из-за отсутствия ближайших родственников в жизни. Поработать он еще успеет, к тому же такое время суток, как день, не привносило красок в его жизнь. Ему хватало лунного света, а если уж прям честно и нисколько не романтично - то достаточно тускловатого экрана ноутбука. Но ради вылазок он вынужден переступать через сформировавшиеся под гнетом анонимных пользователей принципы - выходить из дома чаще, чем раз в неделю, так еще и днем. Ночные вылазки те же анонимы отчего-то порицали, впервые давали весьма здравые напутствия. Но Накахара сызмальства, с целых семнадцати лет, регулярно прогуливается по заброшенным зданиям, поэтому он и без них все знает, и горазд раздавать более мудрые советы в нелегкой нише индустриального туризма. Но в напарнике он остро нуждался. Во-первых, ночные путешествия представляются более возможными, когда вас двое, и хотя бы один имеет рост выше среднего значения для женщин. Во-вторых, в одиночку тяжеловато придумать заковыристые, порой опасноватые конструкции, чтобы преодолеть слишком высокое препятствие. От компании, вернее, легиона, объединенного общей, великой целью изучения загадочно-неизвестного, Чуя отказался сразу. Людей он в больших количествах тяжело переносил, сразу всплывали ассоциации с некоторыми группками несогласных с его огромной ролью в расследовании прошлого Сталкеров. И так рьяно спорить Накахара был горазд только в интернете и только один раз. В общем-то, характеризовать Накахару можно долго, но еще дольше пытаться выискивать положительные качества, помимо добровольного затворничества и конкретной зависимости от сомнительного качества зданий. Обитель его выглядела под стать увлечениям: только штукатурка держалась молодцом, не осыпаясь который год, да пол был завален не стеклами и кусками шлакоблоков, а всего лишь бомжеватой, но зато околовоенной стилистики одеждой для вылазок. Важно упомянуть, что мусор выкидывать дело не сталкерское, тем более не диггерское. Пустые упаковки еды быстрого приготовления, возможно, употребленной полгода назад, наоборот добавляют антуража жилищу. Но в один вполне себе солнечный, мерзковатый из-за ярких утренних лучей и громких голосов за окном, день Накахара соизволил явиться на пары. Между прочим к первой. Нисколько не потому, что эти самые голоса вопили хуже представительниц слабого пола, оказавшихся на ночной вылазке. Накахара, конечно, не проверял, но интернет-собратьям охотно верил, что так оно и происходит. Он в первую очередь сложил в худоватую сумку ноутбук, надеясь на мало-мальское интернет соединение в библиотеке, а после наугад накидал разного состояния учебники. Однако, решил не беспокоить выполняющие функции подставок для посуды книги по вышмату. Накахара предпочитал наряжаться исключительно на вылазки, потому в стенах университета решил вышагивать в простенькой футболке и порванных джинсах. Дырки были нисколько не частью оригинального дизайна, а последствием слишком близкого и не разового контакта с торчащими арматуринами. Но расположились они удачно - в местах, где должны проглядываться угловатые, стертые о бетон колени. Оказавшись в процветающей обители знаний (реставрация настигнуть которое могла только по превращению университета в одну из точек для сталкеров или, гляди, диггеров), Накахара конкретно пожалел, что предпочел здоровый восьмичасовой сон эдакой утренней вылазке. Первая же пара удивила присутствием большого количества людей. Большинство своих одногруппников он видел в первый раз, как и они Чую. Но подвох нашелся быстро - контрольная проверка знаний по высшей математике. Учебник, оставленный под кружкой застывшего кофе, был бы невероятно полезен. Накахара уныло завалился на парту, исподтишка оглядывая соседей. Бессовестно скатать даже на низший балл не представлялось возможным - места рядом пустовали, а самый ближайший человек выглядел так, точно оказался в университете первый раз, несмотря на цветущую и пахнущую грязью под ногами весну, середину учебного года. Энергичный запал и стремление к знаниям тут же подугасло из-за внешних, крайне безрадостных факторов. Но ситуация начала развиваться интересным, подозрительно удачным образом. Сначала лектор, спустя двадцать минут тяжелого и гнетущего молчания в аудитории, пронесся мимо, и закрыл дверь с обратной стороны. Затем однокурсники, которых, судя по всему, о внеплановой проверке знаний осведомить никто не удосужился, начали некоторого рода саботаж. Группка самых смелых норовила порыться на лекторском столе в поисках редчайшего артефакта, именуемого «ответами». Поначалу Чуя осудил их действия, в голове обозвав ребячеством, но стоило ему только перевести взгляд на пустой лист под рукой, как мнение касательно ситуации изменилось. И чтобы получить ответы, нужно поучаствовать в их добыче. Было страшновато вот так спонтанно встать с места, после шататься по аудитории, выискивая нуждающихся в его помощи. — Споттера у двери поставьте! — крикнул паренек, принимающий непосредственное участие в действе. Причем, самое активное: он один из первых ринулся к столу и начал рыться в куче бумажек. Накахаре жутко повезло, что остальные не совсем сразу поняли юношу, поэтому Чуя мигом оказался у двери, гордо поглядывая на него. Долго смотреть Накахара не мог, стеснение взяло вверх, поэтому он шустро отвел взгляд. Только вот понял, что оказался у нужного места он один из первых только потому, что говорящий использовал довольно-таки локальное слово. Сам парень удивленно попялился на Чую еще с несколько секунд, потом, махнув рукой, продолжил заниматься своей задачей. Помощь Накахары оценили, и пустой кусок бумаги превратился во вполне исписанный, даже для правдоподобности с исправлениями, листок с ответом. Но теперь, ранее долгий и растянутый перерыв между парами, казался короче обычного. Чуя, стремглав, побежал до аудитории, в которой проходили занятия у его единственных приятелей. И только чтобы поделиться невероятным открытием - среди его одногруппников есть сталкер. Человек, который разделит интересы Накахары, и, возможно, станет напарником. Не будь Чуя завсегдаем именитого имиджборда, он подошел бы и прямо заявил юноше о своих догадках, а не побежал к друзьям советоваться. Но Накахара к особо социальным существам себя не причислял, и подобных сторонился, поэтому это действие характерно и нисколько не удивительно для него. Конечно, он жалел, что упустил возможность и не догнал быстро вышагивающего из аудитории парня, но переступить через себя Чуя горазд не был. Друзья не отличались от Накахары ровным счетом ничем. Кроме стремления найти не координаты интересной точки, а достойную работу в будущем. Чуя подружился с ними сначала из-за общего японского происхождения, и только после узнал, что они в некоторой степени похожи. Накаджима Ацуши являлся истинным гиком, носил очки с толстой оправой и не побоялся заявить, что предпочитает имиджборд, который издревле является противником любимому накахаровскому. А Рюноске Акутагава был обыкновенным и самым типичным приверженцем субкультуры людей с черными, зачастую нелепо выкрашенными волосами и объемной челкой. Но такой преданной и безусловной любви к форумам не испытывал. Накахара вообще понятия не имел, чем увлекается Рюноске, ведь его речь была сравнима только со скоростью интернета начала двухтысячных: два слова в неделю. — Короче, ребят, — Накахара присел на ступеньки, рядом с Ацуши, и обращался фактически только к нему, несмотря на Рюноске под боком у Накаджимы, — левак какой-то, первый раз увидел в группе, сталкером оказался. Подойти, как понимаете, я не могу. Советы? Накаджима серьезно задумался, а спустя несколько секунд, потирая подбородок рукой, ответил: — Подойти и поговорить, — Ацуши выудил из рюкзака тонкую карточку с потертым голографическим покрытием и радостно залепетал. — Смотри, что я нашел! Это - Чаризард, очень редкая карта! — Наверное, круто? — сухо ответил Чуя. Коллекционеров макулатуры он недолюбливал, но Накаджиму стерпеть мог. — Ты мне лучше накидай фразочек что сказать. А-ля: «Ты сказал странное слово, поэтому я решил опозориться и подойти к тебе с нелепым вопросом». Так? — Ну и что с тобой случится, если ты подойдешь? — продолжил рассуждать Накаджима. — Он же не какой-то анон - за вопрос не накинется. — Верно, — тихо подал голос Рюноске. И Накахара действительно осмелел. Слова Ацуши особенно убедили его. Чуя отвык от общения в реальной жизни, и единственное, на что он мог ориентироваться в сложных социальных ситуациях - опыт, полученный в интернете. Который не всегда выходил приятным. Но ему вот-вот стукнет двадцать два, пора откреститься от прежнего образа жизни и начинать нужно потихоньку, небольшими шажками. Хотя, Накахара знал, что после пары таких шажков он убежит обратно на километр. Застать уже знакомого юношу ему удалось в одиночестве, отрешенно читающим какую-то литературу. Получалось у него с трудом, он морщился, постоянно переворачивал страницу обратно и отвлекался на мелочи. Чуя отметил его опрятный вид и неплохие внешние данные, отчего подходить совсем перехотелось. Накахара еще с несколько минут понаблюдал за ним, искренне надеясь на внезапное окончание перерыва, но этого не произошло. А значит время пришло. — Извини, — он почувствовал как тело холодеет, а лицо будто обдали кипятком, — ты упомянул кое-что, — Чуя никогда не замечал красоты университетского газона. Выстрежен он был очень ровно и скрупулезно. А собеседник все еще смотрел заинтересовано, не отводя взгляд. — Ну, слово... — Слово? — он положил книгу в рюкзак, приподнимаясь с места. — Споттер, вот его! — наконец смог продолжить Чуя. Слова тяжеловато лезли в голову, перестали внятно складываться в предложения. — Локальное оно. Ты, случайно, не сталкер? — Накахара был действительно горд собой. Впервые дважды за день и в купе трижды за жизнь. Он уже смог придумать русло, в которое поведет разговор дальше, когда собеседник раскроет себя и они станут напарниками. Эта история определенно должна впечатлить Накаджиму и Рюноске. — Нет, с чего бы? — ответа на вопрос он дожидаться не хотел, и быстро, даже стремительно, ретировался. А Накахара не хотел и не мог ответить. Попытка осмелеть успехом не увенчалась. Оказавшись в родных четырех стенах, измученный душевными терзаниями, Накахара излил душу в треде, и, запивая неудачу дешевым пивом, спорил с анонимными пользователями, назвавшими его словами, которые даже стыдно сказать вслух. Снять накопившийся стресс поможет только ночная вылазка. Там он будет слишком насторожен разного характера маргиналами, и потенциальной охраной. Точку он выбрал небольшую и отдаленную, но с живописными видами на предлесье. Однако, в очередной раз подумал с понедельника начать искать подработку, чтобы накопить на старенькую груду металла, именуемую автомобилем.