Соблазни меня

Как до этого дошло? Слово за слово, выпад, провокация и вот Сакура сидит у Какаши на коленях и все, о чем может думать – как так прокричаться, чтобы ее никто не услышал.      - Давай, Сакура, ты сможешь, - издевается Хатаке, мирную улыбочку нацепил, типа весь такой сенсей из сенсеев. И даже такому научит. Вот черт дернул ее ляпнуть!      Некоторое время назад Сакура пришла в квартиру лидера их, с Наруто, Саске, Саем и Ямато, отряда, а сейчас, через несколько дней, готовящегося стать Шестым Хокаге. Ей нужно было передать сообщение от Пятой об очередном изменении в церемонии передачи власти и еще его личные данные. Пока сенсей искал их, девушка разглядывала холостяцкую квартиру Хатаке, в которой никогда раньше так долго не была. Обычно он и внутрь не приглашал, так как всегда куда-то спешили – то он, то команда. И самое интересное, на что у него можно было посмотреть – очень много книг. Безусловно, она знала какой род литературы учитель особенно любит читать, но увидела среди них и мотивационную книжку и не тонкую такую с ядрено-неоновой обложкой и кричащими иероглифами. Отчего это ее разозлило? Ходили разные слухи о его внешности, а редкие счастливчики, видевшие его без маски, поголовно очарованы Хатаке. Порой хотелось сказать: снимите маску, сенсей - и полдеревни будут ваши. А все потому, что Харуно увидела у него книгу с названием «Техника соблазнения». Тогда она не сдержалась и сказала:      - Да что там сложного, чтобы даже книгу об этом написать? Девушка всегда может соблазнить мужчину! Это у нас врожденное.      - Правда? – вдруг показательно-миролюбиво улыбнулся Какаши – как всегда лишь глазами.      - Конечно, - Сакура зазнайски выставила указательный палец вверх, заодно и высокомерно нос задрала, - всем известно, что юность вообще имеет особую привлекательность у мужчин…      - И ты тоже? – продолжил Какаши.      - Чего «тоже»? – наивно моргнула девушка.      Ее бывший учитель теперь с недобрым блеском в глазах смотрел на Харуно, у которой вмиг стало сухо во рту от предчувствия, что она только что угодила в ловушку, как несчастная бабочка в паутину: она может дергаться и сопротивляться, но паук уже нацелился на нее, а паутина держит крепко. А тут Какаши: смотрит на нее, и неторопливо садится на стул:      - Соблазни меня, Сакура.      Ой-ой-ой! Здесь надо говорить: язык мой – враг мой?      - Да вы шутите! – нервничая, засмеялась и замахала ладошкой Харуно. – Давайте уже сюда ваши документы почти-Шестой, и я пойду.      - Значит, сказала – и в кусты? – ухмылялся Хатаке. - Только что утверждала: каждый мужчина поддастся соблазну молодой девушки. Я мужчина, ты еще очень молода, по сравнению со мной. Ну, соблазни меня, Сакура.      - Да… да с чего бы?! – возмутилась розововолосая куноичи. – Это так, к слову пришлось…      Какаши вздохнул, опустив взгляд и чуть качая головой, словно страшно разочарован:      - Так и знал, что всего лишь слова.      Что-то дернуло в голову куноичи с розовыми волосами. Ярость, может быть? Но сенсей ее сейчас назвал пустозвонкой?! Да, сама виновата, что ляпнула… Соблазнить, говоришь? И только на адреналине, скакнувшем на небывалые высоты от гнева и бессилия вернуться во времени и не говорить ничего, Сакура сделала первое, что пришло на ум – прыгнула сенсею на колени. Даже Какаши такого не ожидал и чуть вздрогнул. А может притворился? Уж он-то опасность чувствует получше многих и реакция у него отличная даже без шарингана. Или правда не ожидал, что его манипуляция сработает? Подумал, что девочка еще не выросла и убежит от него подальше, чтобы он потом посмеялся от ее неопытности? Вот еще! Соблазнить, значит… соблазнить… Ками-сама, а дальше-то что делать?!      И вот сидит Сакура на его коленях, боком к учителю, а ладони уткнула в свои колени, как и панику во взгляде, и просто понимает, что действительно пустозвонка. Признать поражение и трусливо бежать? А что потом? Потом она будет прятаться от сенсея… Нет! Он станет Хокаге, а она его подчиненной, они будут видеться часто хотя бы потому, что Харуно уж очень много ответственности на себя взвалила после войны. Сакура, шаннаро, ну что у тебя в голове?!      А еще… Какаши молчит. Она сидит боком, и просто не смеет посмотреть на него и увидеть, как он смеется над наивной ученицей, всю жизнь ждущей любви от парня, которому не до нее. А Харуно умеет соблазнять? Вот и доказательство, что нет… Ниже свесив голову, Сакура сгорбилась и почему-то в ее голове выплыли образы Цунаде, Наруто, Шизуне, Ино, всех ее друзей и близких, которые не щадили себя, становясь лучше. Она и сама выдержала адские тренировки с Пятой. И чтобы здесь и сейчас сдаться? Да это же просто несравнимые уровни: тогда она была на грани жизни, юная и неопытная. Здесь – просто надо рискнуть. Ну, опозорится, только ничего не делать - куда хуже. Сакура решилась и – раз – рука метнулась к его шее и обхватила сенсея. Так, уже неплохо. Что там дальше? Чем читать результаты поединков спортсменов, она бы лучше интересовалась как ведут себя мужчина и женщина наедине. Сакура уже не ребенок, но, если ничего не сделает, так и будет в глазах уважаемого мужчины маленькой девчонкой. Почему это так важно, чтобы он видел в ней рост не только сил, но и женственности – она подумает потом. Сейчас нужно собраться и просто сделать, пересилить смущение, неловкость и прочее. Потом, все потом. Соблазнить, значит?      Сакура повернулась к учителю и обняла, прижавшись щекой к его щеке, а грудью к его груди. Внутри у нее что-то пиликало, гудело, вроде сирены «спасайся, кто может!» от этих недружественных жестов. Если она перебарщивает? Но правда – что еще можно сделать - как соблазнить? Все ее методы довольно грубые - банальные прикосновения. Но Сакура не гейша, она не научена флиртовать и кокетничать так искусно, чтобы только словами вызвать желание. Значит, она проиграла? Если может лишь вот так? Обидно. Девушка поджала губы, обнимая сенсея и вдруг его руки перехватили ее плечи, отстраняя от себя и отсаживая, после ставя на ноги и вставая сам. Он взял со стола документы и передал ей со словами:      - Достаточно, Сакура. Я ведь пошутил.      Сакура не смела даже посмотреть на шутника, обмерев, побелев от ужаса, что она тут делала и просто не зная, где найти такую норку, куда бы она могла забиться от стыда и забыться. Вырвав из его рук документы, Сакура резко поклонилась, истерично засмеявшись:      - Я тоже! Аха-ха! Весело вышло!      И выскочила из его квартиры, дав по пяткам пеший бег такой, что дорожная пыль клубами стелилась за ней на десятки метров.      …Какаши закрыл дверь и прислонился к ней спиной, схватившись за грудь и только сейчас понял, что вспотел, сердце устроило брейк-данс, а все, где она касалась – будто горело ожогами. Сложно было скрыть такое – если бы Харуно осталась дольше, опозорился бы. Он правда пошутил, не ожидая, что Сакура поддастся и сделает такое. Вроде ничего особенного, но Какаши сейчас понял для себя нечто важное. Ощущать приятную тяжесть ее тела, тонкий запах – едва уловимый для других, но не для шиноби с улучшенным нюхом, а уж ее объятья – отдельное испытание. Это совсем не так, как спасать, подхватывать во время сражения - рядом не стоит. Это уровень, где на полную катушку живут чувства. И они у Хатаке, оказывается, есть… На него накинулся неожиданный страх после такого скачка эмоций и слишком отзывчивого тела, а ведь даже любимые книги давно не вызвали подобных всплесков чувств, пусть он по-прежнему обожал их. Теперь страх? Чего он боится? Он боится, что это достанется кому-то другому? Это – ее неуклюжее внимание, но слишком милое от усердия девушки, даже в таком деликатном вопросе?...      Какаши не думал, а повернулся к двери и вдруг уловил этот тонкий аромат. Она возвращается? Неужели не все документы отдал… Хотя… Ему очень надо ей что-то сказать. Но насколько важно будет это для нее, которая годами ждала свою любовь, не замечая никого вокруг? В таком случае, у Какаши будет шанс, что она услышит его, если он пойдет с козырей соблазнения. Ведь книжка на полке, которая так возмутила его бывшую ученицу, предназначалась не для обучения флирта женщинам, а как раз мужчинам. Ее оставил у него Сай, а Какаши дисциплинированно прочитал, не особо надеясь на что-то. Но сейчас надо бить по юному и наивному сознанию Сакуры бронебойным. Тем, что может показать только мужчина…      …Сакура так далеко убежала, но на полпути вспомнила, что надо было сказать Хатаке что-то очень важное, потому также быстро припустила обратно, молясь, чтобы он никуда не ушел.      Однако, она застыла на пороге, когда ей открыл дверь бывший сенсей, в одних брюках и маске, лениво приглаживая мокрые волосы полотенцем, а капельки воды стекали по торсу, достойного богов, где каждый миллиметр тела максимально хорош даже со шрамами, а вода лишь усилила его сногсшибающий нокаут, стекая по туловищу, что оторваться нельзя. Даже Сакуре, как-то не думающей про парней неприличное – только чуть-чуть и чаще всего про одного, стало невмоготу от того, что капельки заползали Какаши в брюки, а ей не видно, как они дальше стекают по телу!      - Сакура, - будто он не душ принимал, а спал, томно сказал учитель.      - Ка-Какаши-се-сенсей, я… я… - А что могла сказать девушка, увидевшая бога?      - Что-то забыла? – и стоит тут, не стесняется. А ей хотелось прикрыть красоту, чтобы соседи не видели, ведь до сих пор стоят по разные стороны двери. Даже странно – с чего бы…      Понимая, что плавится и скоро будет способна изъясняться только звуками, она решила, что самое безопасное – смотреть на его ноги и уткнулась взглядом в пол, находя, что у него красивые стопы – раньше как-то не замечала. И удивлялась: как от факела, которым стала, еще не воспламенился дом. Она и сама будто горела – какая впечатлительная стала, а может это все ее неудавшийся флирт, подзарядивший ненужным настроением? Только ведь пришла уже.      - Я лишь хотела попросить… Не говорите никому… что тут было.      Какаши молчит. Шантажировать ее будет? А может уже обдумывает как на посту Хокаге спихнуть ей работы, чтобы самому прохлаждаться? Что же, за все нужно платить: за глупость особенно.      - Пожалуйста, - повинно прошептала розововолосая.      - С одним условием.      Сакура мгновенно подняла голову, с надеждой, что как-то может выкрутиться из некомфортной истории. На ее макушку легла ладонь сенсея – порой он делал так, как подбадривающий жест. Но сейчас ничего такого. К тому же склонился и чуть ли носом в ее нос уткнулся, глядя в испуганные глаза, обмеревшей и забывшей как дышать, ученицы.      - Больше никогда и ни с кем ты так не будешь делать… Кроме меня…                                                 ***      - Вызывали? – Сакура Харуно стояла на пороге кабинета Хокаге и заранее дулась. Ей теперь всегда жутко, когда никого, кроме них двоих, не было – в почти ночное время тем более. Потому что уж очень много перемен произошло в ней после того случая. Долго храня в себе любовь к другому, она отчего-то не могла отказаться помечтать и даже поучаствовать в забавах Шестого Каге. Казалось, что они начали встречаться, но он не предлагал прямо, а Сакура не спрашивала. Они даже не говорили на тему отношений, просто будто однажды, Какаши присвоил Сакуру себе, а она не сильно возражала. У него была весомая отговорка: дел после войны – горы, и распыляться на отношения некогда. Но вот появилась у него одна привычка, которая не то чтобы Сакуре не нравилась…      - Соблазни меня, - ухмылялся Хатаке, похлопывая по колену. – Мне срочно нужен заряд энергии твоих объятий.      Харуно обидчиво фыркала, бубнила что-то вроде «обещал не вспоминать об этом», но послушно шла и садилась к нему на колени, обнимая и тут же крепко обнимаемая в ответ. Их головы ложились или упирались в плечи друг другу, будто думая о чем-то постороннем, расслабляясь и избавляясь от усталости. Все. Пока это все, что он просил. Но все чаще она думала, что изображает неприятие таких «вызовов», когда у нее дел вагон. Ведь, на самом деле – ей эти обнимашки, сидя на коленях Какаши, очень нужны. Они тоже заряжают силами, энергией и чувствами, которые девушка совсем не звала, переживая несчастную любовь к другу и напарнику. Ей с Какаши теперь тепло и, ощущая поддержку, понимание и нечто невыразимое, как обоюдная симпатия, девушка с каждым объятьем будто растапливала свой ледяной панцирь неудач на любовном фронте. Оказывается, она умеет нравится и симпатизировать в ответ. Уж кто бы ждал, что это будет ее сенсей. Только комфорт, уют и какая-то тихая радость за эти минуты полностью преображали ее мысли на позитивные, чтобы не случалось накануне. И с каждым разом, посидев у Какаши на коленях, Сакуре становилось все сложнее и сложнее понять: а чего она раньше так не сделала? И кто кого соблазнил?