Падшие

      Хеллоуин — праздник всех мертвых, день, когда существа могут показать свою подноготную, не боясь ответственности. Именно поэтому вся Вихора блестит и сияет, окутываясь в разноцветные огни. Вихора — место иллюзий, пропитанное похотью и страстью, где все существа остаются безнаказанными. Город, находящийся вне семи кругов Ада и являющийся столицей демонов.       Эдгар проходил мимо улочек, с улыбкой рассматривая кварталы. Ему действительно нравилось подобное торжество. Его хвост был приподнят из-за хорошего настроения, а пальцы ютились в карманах штанов, что скрывали достаточно длинные и худые ноги. Хоть Хеллоуин — это и праздник мертвых, сегодня он отправился на Землю, чтобы удовлетворить свои потребности в энергии, как инкуба. Демоны устраивают такие же, как и человеческие вечеринки в клубах, но чтобы найти там себе жертву — нужно уж очень постараться. В основном, это какая-то полукровка, ну или уж очень доверчивое существо. Люди же — слабые личности, намного более падкие на чары инкубов, а потому парень часто прибегал к подобной хитрости, хоть это и было запрещено правилами Ада.       Эдгар поправил укладку, прежде чем переступить порог клуба. По ушам сразу же стала бить громкая музыка, а глаза резать от ярких неоновых лучей. Температура здесь явно отличалась от уличной, но тело демона уже привыкло к подобной жаре, а потому он с уверенностью шагнул внутрь, смотря по сторонам. На стенах висела искусственная паутина, с «ползающими» по ней пауками; под потолком, вместо ламп качались бумажные приведения; на столах, вместо привычных подсвечников, стояли тыквы с криво вырезанными улыбками; на барной стойке расстелилась черная сеточная ткань, увешенная маленькими черепами, сами напитки подавались не в привычных всем бокалах, а в емкостях, что были стилизованы подобно колбам ведьм.       Его губы тронула злобная улыбка, видя то, как большинство гостей пытались изобразить демонов, которых они в помине не видели, лишь на страничках книг автора, ничем не отличавшихся от них. Для него они выглядели детьми, что играли в монстров на детском утреннике. Их они превосходили лишь возрастом. Десятки улыбок светили ярче софитов, их радость и смех казались такими неуместными для Эдгара.       ~Если бы они хоть на миг прознали настоящую тьму, не было бы столько предвкушения этого праздника.~       Эти мысли пронеслись у него в голове спонтанно, но показались такими соблазнительными. И всё же, в рамках Ада это было запрещено. Демоны не могут вредить человечеству в таких масштабах, а потому, с тяжелым вздохом, пришлось идти дальше. И так продолжается не первый раз. Каждый Хеллоуин инкубу хочется все сильнее познакомить их с настоящий злом, не скрытым за бумагой или экраном телевизора.       Черноволосый пытался пробраться сквозь толпу, чтобы подойти к барной стойке. Оттуда открывался наилучший вид на помещение, в особенности на всякие укромные диванчики. Его крылья хлопали об друг друга, помогая ему парить над танцполом. Он не переживал, что его заметят. Люди слишком глупые и наивные, чтобы догадаться. Вальяжно усевшись за барный стул, Эдгар запрокинул ногу на ногу, оперевши щеку на ладонь. Ухмылка на его лице не сникла, а глаза сверкнули, тут же начиная оценивать громкую обстановку. Огромная куча гостей веселилась, купаясь в разноцветных лучах. Они все выглядели так беззаботно, отсвечивая яркими улыбками и чуть ли не срывали голоса, выкрикивая слова песни, что тонули в толпе, смешиваясь с остальными. Тела двигались в такт музыке, буквально терлись об друг друга из-за маленького душного помещения. И даже несмотря на характер инкуба, это своеобразное смешивание пота и прочего грима, что стекал из-за жары, ему было не по душе, оттого его интерес к этой толпе быстро погас.       Красная кожа Эдгара довольно сильно контрастировала с хаотично уложенными черными, практически угольными, волосами, а на ногтях можно было заметить свежий маникюр. Обтягивающая одежда подчеркивала каждый изгиб тела, ведь самое главное для такого демона как он — иметь привлекательную внешность и завлекающий голос. Длинные ноги качались из стороны в сторону, демонстрируя его беспечность, но даже с учетом этого, черноволосый был сосредоточен. Брови немного нахмурились, а глаза старались зацепиться хотя бы за кого-то, с кем, в теории, можно было бы завести разговор. — Добрый вечер, — вдруг окликнули его со спины. — Желаете что-нибудь заказать?       Это оказался бармен, что во время реплики протирал бокал. Хоть Эдгар и был слегка раздражен, что его отвлекли, но все же нацепил приветственную улыбку, сквозь которую можно было даже заметить небольшие клыки. — Абсент, — кратко кинул он, возвращаясь к прежнему занятию.       Рассматривая всех веселящихся людей, парень невольно вспомнил своих друзей. Те, скорее всего, сейчас также отдыхают, не думая совершенно ни о чем. Им не нужно было задумываться об энергии, ведь у большинства из них есть постоянный партнер, на людском языке — отношения. Эдгар же тоже однажды попробовал, но опыт оказался безумно болезненным, даже для инкуба. Демона может ранить лишь такой же демон как он, надавливая на самые слабые места, и тогда черноволосый пообещал себе, что больше не позволит себе обжечься. Уж лучше сидеть в душном клубе и тратить время на поиски, чем наблюдать за тем, как тебя медленно втаптывают в землю.       От подобных воспоминаний тело немного напряглось. Пальцы стали судорожно бить по лаковой поверхности стойки, а ожидание казалось бесконечным. Признаться честно, музыка здесь — полный отстой, похожая на старческую попсу. Будучи так часто на Земле, Эдгар волей-неволей стал углубляться в их культуру. И это также касалось стиля одежды, либо манеры общения. Она слегка отличалась от привычной ему, как минимум, большим дружелюбием. Парню казалось забавным, что люди — вроде бы милые и дружелюбные существа — в критический момент готовы бросить близких, заботясь в первую очередь о себе. Демоны отличались своей верностью: для них предать родню — предать самого себя, хоть и таковое родство у них явно не проявлялось во взаимной поддержке и милых сообщениях о любви. Это была настоящая моральная связь, которая сцепляла самыми надежными цепями.       Красные глаза вновь стали метаться по присутствующим. На одном из дальных диванчиков сидел хмурый незнакомец, уткнувшись в свой телефон. Видимо, его совершенно не интересовало данное мероприятие, ведь по его внешнему виду нельзя было сказать, чтобы тот хоть как-то готовился к празднику. Чуть правее, за небольшим столиком, сидели две девушки, что-то с интересом обсуждая. Эдгар удивился: как при таком шуме вообще можно что-либо услышать? Но их беседа действительно была сконцентрированной. Это можно было понять по сосредоточенному взгляду каждой, а еще по положению рук. Не так давно инкуб нашел для себя очередное увлекательное занятие — язык тела. На демонах оно очень редко работало, по большей части они были искусными лжецами, но вот люди совершенно не контролируют свое тело при смущении, либо при том же вранье. Это помогло ему куда лучше понимать своих жертв, окружая их изначально полной зоной комфорта.       Заведя выбившуюся черную прядь за ухо, он заметил в самой дали, практически у выхода, одну интересную пару. Их явно не заботила эта огромная толпа позади, ведь те яростно изучали друг друга, не замечая ничего вокруг. Это заставило инкуба зло усмехнуться. Похоть, страсть — все это приносило красноглазому неподдельное удовольствие. Ощущение разгоряченной кожи, мелких капелек пота. Ему нравилось мучить своих жертв, слушать их мольбы, держать содрогающееся тело. — Привет, — окликнул его чей-то женский голос со стороны. — Классный костюм.       Эта фраза оторвала от мыслей, вынуждая парня вернуться в реальность. Эдгар развернулся к источнику шума, замечая довольно симпатичную беловолосую девушку. Та присела рядом, с нескрываемой радостью смотря на инкуба. От жары у неё немного растекся грим, а на зубах можно было заметить накладные клыки. Видимо, та приняла облик Эдгара за образ, как и задумывалось им ранее. В глубине души парень ликовал, ведь ему даже не пришлось ничего думать и тратить и так немаловажную энергию на человеческий облик. — Привет, — он развернулся к ней всем телом, одаривая такой же улыбкой. — У тебя тоже, — после чего парень подмигнул.       Девушка рассмеялась, подмигнув своему новому знакомому в ответ, а после протянула руку в знак рукопожатия. Парень разделял с ней такие же позитивные эмоции, тем не менее в его случае это было от того, что жертва сама канула к нему в «объятия». — Я Колетт. — Эдгар, — коротко, но по смыслу ответил инкуб. Их знакомство прервал бармен, поставив перед черноволосым рюмку с абсентом. Зеленая жидкость красиво переливалась в стакане, а сверху горел рафинад. — Абсент? — с неким удивлением произнесла беловолосая, поближе подвигаясь к Эдгару. Тот лишь кивнул, наблюдая за тем, как догорает сахар. Зрелище действительно занимательное, в особенности под клубными лучами, что слегка искажали все цвета. — Будешь? — Нет, спасибо. И тебе не советую, а то домой вряд ли доберешься, — Колетт подозвала бармена, что уже успел уйти за стеллаж, в то время как черноволосый проходился по ободку рюмки апельсином, чтобы не обжечь и так покусанные губы. Клыки не были удобной вещью, в особенности в стрессовых ситуациях, когда они прокусывали нежную кожу до крови. — Мне бокал мартини.       Бармен кивнул, оставляя их наедине, если это можно так назвать. Справа было еще одно свободное место, но, к счастью для черноволосого, его никто не спешил занимать. — Расскажешь что-нибудь о себе? — вдруг заговорила Колетт, облокачиваясь на ладонь. — Я тебя здесь не видела раньше. — А ты часто по клубам ходишь? — усмехнулся, обхватив рюмку пальцами. Он прислонил ту к губам, вливая сразу же весь алкоголь в себя. Это было явной ошибкой, ведь после того, как рецепторы почувствовали жидкость — на языке появилась противная горечь, словно Эдгар съел листок полыни. Спирт обжигал губы и нёбо, оставляя за собой ощущение сухости, а по горлу прошлась волна жжения, что стала спускаться к груди. Черноволосый скривился, с характерным стуком ставя рюмку на стойку, чуть ли не разбивая хрупкое стекло. — Гадость.       Абсент был его любимым алкогольным напитком в Аду. Там в него обычно добавляли специи и сладкие добавки, что перебивали эту противную горечь. Тут же, видимо, алкоголь подавали в чистом виде, и даже тот расплавленный рафинад, который должен оставлять за собой привкус карамели, не спасал. Колетт же рассмеялась, глядя на реакцию знакомого. — Кто же залпом пьет абсент, так еще и без закуски? — Это хуйня какая-то, а не абсент. У нас его готовят лучше, — он прошелся пальцами по лицу, выдыхая в ладоши. В животе стала испытываться неприятная тяжесть, а мысли стали словно мутными. И это было очень странно, обычно алкоголь не берет демонов, да и Эдгар, сколько ни пил, всегда оставался трезвым. Было лишь ощущение бодрости и небольшой дымки. А тут же, его словно ударили по голове, смешивая все размышления в одну кучу. — У вас? Так ты все же приезжий. А откуда?       Парень мысленно ударил себя по лбу, ведь только что оступился на ровном месте. — Со столицы. — Круть, — глаза девушки вновь зажглись от интереса и, прижав кулаки к груди, она чуть ли не вплотную подвинулась к нему. — А у нас что забыл? — Учиться приехал, — отмахнулся Эдгар, понимая, что разговор идет в совершенно не нужное ему русло. — Может, лучше о себе что-нибудь расскажешь?       Девушка со всей серьезностью отнеслась к вопросу, начиная излагать свою мини-биографию. Её звонкий голос немного терялся из-за громкой музыки, да и черноволосый не особо горел желанием забивать себе голову бесполезной информацией, слушая ту сквозь туман. Парня интересовало совершенно другое: её тело. Стройное, изящное. Хотелось подойти к ней, скользнуть рукой по талии, опускаясь к бедрам. Насладиться бархатной кожей, теплом еще живой девушки. Собственными руками бы обхватить эту тонкую шею, увидеть то, как пухловатые губы с жадностью ловят воздух, а после сорвать эти надоедливые пуговицы с её рубашки.       Тяжело сглотнув, инкуб понял, что лишь сильнее распалял себя этими мыслями. Но эти невинные жесты, случайные касания его ладони либо плеча, когда девушка словно ждала одобрения либо подтверждения его слов, только подпитывал его голод. А азартности добавляло то, что Колетт даже не подозревала, что рядом сидел тот, кто, возможно, был гостем её кошмаров, и так спокойно рассказывала иногда совершенно неуместные факты, соскакивая с мысли на мысль. Эдгар уже давно потерял нить разговора, раздумывая лишь о том, насколько хрупкой и уязвимой была беловолосая. — Эд, — парень вздрогнул от прозвища, сжимаясь всем телом. — Ты меня слушаешь? — Да, прости, здесь просто очень шумно.       «Эд». «Эд». «Эд». Так называл его только он. Черноволосый возненавидел это прозвище так же сильно, как и полюбил. Не хотелось слышать его больше никогда, но в то же время инкуб до сих пор надеется услышать его, шепотом возле уха. Хочется вновь почувствовать этот аромат лаванды, руки на своих плечах.       Словно подстраиваясь под его мысли, чья-то рука легла на крылья, начала поглаживать. Это вызвало некий трепет в груди, разливаясь теплом по всему телу, по каждой клеточке. Он тяжело сглотнул, прикрывая глаза, длинные ресницы невольно подрагивали. Касания приносили ему неистовое удовольствие, но лишь когда те принадлежали ему. ~Кажись, я уже брежу.~ — Охренеть, — с восхищением воскликнула Колетт. — Они как настоящие! Такие мягкие, как ты их сделал?       Это буквально отрезвило Эдгара, и тот распахнул свои глаза. Заметив чужую ладонь на своих крыльях, он резко отстранился, чувствуя, как голова начинает кружиться. Схватившись за неё, черноволосый прикусил губу, пытаясь притупить нарастающую тошноту. — Что-то случилось? Тебе плохо? — Я пойду умоюсь.       Сразу после этих слов он спрыгнул со стула, спеша поскорее удалиться. Вокруг все толкались, вынуждая Эдгара шипеть и сдерживаться, чтобы кого-то не прибить. Пальцы были сжаты в кулаки, оставляя кроваво-красные следы от острых ногтей, а хвост постоянно путался под ногами. Внизу живота тянуло неприятным узлом, а во рту стала обильно выделяться слюна. Световые лучи раздражали глаза, светя прямо в радужку, оттого в уголках стала скапливаться влага. Он уже пожалел, что сюда пришел, лучше бы сидел в Аду и не высовывался. Да и наказание за нарушение правил довольно строгое. Был достаточно большой шанс, что его хватились.       Проскальзывая мимо той парочки, которую черноволосый заприметил в самом начале, он буквально влетел в уборную и облокатился на стену. Атмосфера здесь была совершенно другая, даже немного пугающая: белые стены, мигающая лампа, спертый воздух и терпкий запах от дыма сигарет. Все здесь словно давило на парня, который вновь забылся в своих воспоминаниях. Обещая себе больше не вспоминать его, инкуб вновь и вновь грезит о прошлом, о тех моментах, о том давнем силуэте. Эдгар мучает самого себя, зарываясь в еще более старые промежутки времени. Он больше не придет, и это нужно было понять только по хлопающей двери напоследок. Любовь — слишком сильное чувство, способное прогнуть даже такого демона, как красноглазый.       Отстранившись от холодной стены, парень подошел к умывальникам, что стояли в самом конце помещения. На уровне его глаз висели несколько зеркал. Эдгар мог детально рассмотреть свое отражение: ярко выраженные острые скулы, тонкие бледные губы. Сегодня ему даже не пришлось принимать человеческий облик, как он это делал обычно. Прямо-таки подстать тематического праздника. Открыв кран, черноволосый набрал немного холодной воды, совсем не контрастирующей с температурой кожи, в ладони и прошелся ею по лицу. Скривившись от неприятных ощущений, он повторил все то же самое. Нужно было привести себя в порядок, иначе так и останется ни с чем сегодня. Без энергии демон может прожить чуть больше недели, но тем не менее, это будет обычное состояние овоща, при котором все, что он сможет делать — лежать в постели и рассматривать белый потолок, еле как разговаривая. Однажды он уже подвергся такому голоданию, и это были просто отвратительный ощущения. Благо его очень хорошая знакомая Виллоу заметила отсутствие парня на их общих сборах и забила тревогу еще до того, как стало поздно.       Вода потихоньку отрезвляла разум, стекая мелкими каплями по подбородку. Внизу живота все еще стягивало, но не было такого сильного рвотного позыва. Его угольно-черные волосы были влажными у корней и выглядели какими-то слишком запутанными. Да и сам он был слегка помятым, отчего несильно ударил по щекам. Еще раз взглянув на себя, Эдгар сделал тяжелый вздох, но кран все же закрыл, стряхнув воду с пальцев.       Пройдясь рукавами водолазки по влажному лицу, парень вышел из уборной, направляясь обратно к барной стойке. Черноволосый надеялся, что Колетт никуда не ушла, ведь он так резко покинул её, практически не объясняя причины. Но каково же было его удивление, когда он застал девушку там, но уже не одной, а в компании какого-то незнакомца. Эдгар отошел всего на пару минут, а рядом с ней уже кто-то уютно устроился, нагло заигрывая. Нахмурив тонкие, но четко очерченные карандашом брови, инкуб стал подходить ближе, думая, как бы спровадить это недоразумение. Музыка продолжала бить по ушам, а громкие крики толпы не давали нормально сосредоточиться. Острые ногти немного царапали кожу, унимая небольшую дрожь в теле. Но стоило черноволосому приблизиться к стойке, как он почувствовал странную энергетику. Она явно не принадлежала человеку, у них она рассыпчатая, словно дымка, и за неё очень сложно ухватиться. Здесь же чувствовалось что-то более целостное, что свидетельствовало о присутствии потустороннего существа. Причем демонического. Это было еще одной привилегией чистокровных демонов — чуять, кто рядом с тобой, если это не вампир, ведь те умеют блокировать данную способность.       Тяжело сглотнув, Эдгар ступил дальше, и чем ближе парень подходил, тем четче ощущалась эта аура, окутывая его тело с головой. — Эд, — заприметив парня, Колетт помахала рукой. — Все хорошо?       Её тон звучал так непринужденно, а сама девушка вела себя, словно они знакомы не час, а целый год. Это не могло не вызвать в нем еле заметную ухмылку, и он даже позабыл об своих опасениях, но стоило подойти в притык к ней и странному незнакомцу, как тревога усилилась в двухкратном режиме, и тогда все стало на свои места. Синеволосый парень повернулся к нему, одаривая широкой улыбкой. В отличие от самого Эдгара, он выглядел обычно, даже слишком. — Знакомься, это Фэнг, — представила беловолосая того незнакомца, на что черноволосый с недоверием сузил глаза. Они недобро блеснули, заметив перед собой протянутую руку. Та была не такой костлявой как у инкуба, но тем не менее тоже достаточно худой. Нехотя протянув в ответ, он почувствовал поцелуй на тыльной стороне ладони, отчего, словно ошпаренный, выдернул её. Фэнг неодобрительно посмотрел на него, и Эдгар, казалось бы, даже заметил смятение в его выражении лица, но эта эмоция быстро сменилась дружелюбием, и тот предложил сесть ему вместе с ними.       Это инкуб.       Первая мысль которая его посетила, прежде чем демон уселся за барную стойку. По-другому быть не могло, и вполне очевидно для чего ему понадобилась Колетт. Но судя по всему, он был не чистокровен, иначе бы давно почувствовал присутствие черноволосого. Но то, что Фэнг не знал его сущность — было его большим преимуществом.       Колетт же, тем временем, непринужденно болтала о чем-то своём, словно не замечая это напряжение между ними. Эдгар уселся поудобнее, принимая более заинтересованный вид. В ушах у него торчали сережки, которые отражали лучи софитов. Фэнг украдкой посмотрел на него, поджав губы. Все же, его выдавали клыки и чересчур острые скулы, которые совсем не были привычны для обычного человека. Черноволосый задумался, перебирая варианты того, как бы избавиться от Фэнга, ведь у него уже были свои планы на Колетт, в которые тот явно не входил. И, видимо, у синеволосого были такие же мысли, раз уж взгляд украдкой превратился в лоб. Инкуб захлопал ресницами, делая глупый вид, будто не понимал почему Фэнг чуть ли не прожигал его взглядом. Синие локоны немного падали на глаза и потому тот, с небольшим раздражением завел их за ухо. — У меня что-то на лице? — Эдгар склонил голову в сторону, обращая этим внимание не только знакомого, но и девушки, которая была немного недовольна, что её перебили.       Фэнг выпрямил спину, завертев головой. — Нет, просто рассматриваю твой костюм. Так значит, ты — демон, да? — с легкой ухмылкой спросил синеволосый, кивая на его «костюм». — Смотрится, должен признать, впечатляюще. Прямо как настоящий.       Инкуб усмехнулся, поправляя свою челку. Колетт подалась ближе, облокачивая свой подбородок на плечо Фэнга. — Да, решил немного выделиться, — ответил Эдгар, пожав плечами. — А ты, я смотрю, предпочел повседневность, — добавил, отмечая простоту образа второго. — Иногда, простой выбор — самый лучший, — сказал Фэнг, мельком кидая взгляд серых очей на Колетт.       Та уже отвлеклась на бармена, заказывая себе очередной бокал мартини. Эдгар решил повторить за ней, на этот раз не решаясь взять абсент. Синеволосый же притянул к себе уже начатый бокал, делая глоток. Красноглазый невольно засмотрелся на его красивый профиль, что смотрелся еще более утонченно в таком освещении. Небольшой лоб, вздернутый кончик носа и припухловатые губы, по которым стекала капля вина. Фэнг выглядел довольно хрупко, а его принадлежность к демонам не могла не заинтересовать Эдгара. — Колетт, кстати, — вдруг начал синеволосый. — Ты говорила, что пришла с подругами. Где они?       Девушка оглянулась по сторонам, словно только сейчас заметив, что её компания давно растворилась в толпе. — Да уж, отличные подруги, — с усмешкой ответила она, покачав головой. — Оставили меня одну. Ну или, наверное, застряли на танцполе. — Что ж, тогда за наше знакомство, — протянул свой бокал с мартини Эдгар, ловя удивленный взгляд Фэнга на себе. — Знакомство? — после риторического вопроса, Фэнг усмехнулся, неловко почесывая свой затылок. — Я думал, вы давние друзья.       Колетт лишь рассмеялась, в то время как Эдгар предпочел промолчать. Второй демон решил поддержать веселый настрой девушки, но в отличие от неё, его смех был явно наигран. — Нет, — беловолосая потянула гласную. — Мы с Эдом познакомились буквально час назад, за этой же барной стойкой. Кстати, — девушка вдруг что-то вспомнила, вновь повисая на шее у Фэнга. — Тебя я тоже раньше тут не видела. Откуда ты? — А, — синеволосый заметно напрягся, что не могло не вызвать в Эдгаре, пускай и скрытую, усмешку. — Я из столицы. Я сюда на учебу приехал.       Инкуб подавился своим мартини, а как Колетт еще больше заинтересовалась его личностью. Брови черноволосого нахмурились, глаза недобро посмотрели на парня возле него. Возможно, эта отмазка и правда очень распространена, но какое же это было чертовое невыгодное совпадение. — Вот так совпадение. Эдгар тоже.       Фэнг глупо захлопал ресницами, небыстро разворачиваясь ко второму собеседнику. На его бледном лице можно было заметить смятение и даже некий испуг, пока другой демон уже принял свое привычное выражение. Немного выпрямив свою спину, он вопросительно, и даже с вызовом посмотрел на Фэнга. Тот же ничего не ответил, но взгляд не отвел, словно пытаясь лишь в одних красных глазах прочесть ответ на интересующий его вопрос. — Это самая настоящая судьба, — она странно хихикнула, прикрывая рот рукой, пока её не окликнули. — Это Биби! — с радостью воскликнула она. — Ладно, мне пора, мальчики. Было приятно с вами познакомиться, — хватая свою клатч-сумку, она отправила им воздушный поцелуй и поспешила к своей подруге, что ждала её возле одного из столиков.       Эдгар со всей злостью ударил по барной стойке, отчего пошла небольшая трещина. Из рук ускользнула настолько легкая жертва, а все из-за синеволосого недодемона, что сейчас с неким недовольством наблюдал за уходящей девушкой. Но этот резкий удар вынудил его вновь вернуть внимание черноволосому, что сейчас, казалось, готов прибить его здесь же. — Она тебе так понравилась что ли? — Фэнг ввел одним вопросом инкуба в ступор. — Что? — на секунду задумался черноволосый. — Нет. С чего ты взял? — А чего ты так тогда отреагировал на её уход? Не бойся, это останется между нами, — он подмигнул, на что Эдгар лишь скривил губы. — Это не твоё дело. Ладно, мне пора, — но стоило ему встать из-за стола, как его схватили за кисть достаточно крепко. — Куда же ты? Давай тогда уже вдвоём выпьем, ты мне понравился.       Черноволосый чуть не подавился слюной, когда услышал это. Эти серые глаза странно поблескивали, даже с учетом клубного света, они пронизывали до кончиков пальцев, будто гипнотизируя. ~Твою мать.~       С этими мыслями, Эдгар поспешил прикрыть веки. Это было слишком странно, словно кто-то пытался влезть в его голову. Теперь он понял, что ощущают его жертвы, когда парень использует на них свое очарование. И именно с этого момента до него стало доходить, что происходит. — Хорошо, я не против. Но за твой счет.       С невозмутимым лицом, Эдгар сел обратно за стойку. Он понял, что Фэнг видит в нем такого человека, как в Колетт. Глупого, наивного, которым можно воспользоваться из-за случайной встречи. Но почему бы ему не вывернуть эту ситуацию в свою пользу? Синеволосый, будучи полукровкой, вряд ли сможет осилить такого демона, как Эдгар, а значит, это отличная возможность сделать это самостоятельно. Но на этот раз, в их уединении заинтересованы оба, а значит, все должно пройти без неожиданных уходов. Все, что требуется от инкуба — притвориться, словно он действительно пал под чары Фэнга. Это было не так сложно, просто нужно вспомнить всех своих прошлых жертв и их манеру поведения. — Как пожелаешь, — синеволосый протянул ему бокал, и они чокнулись.

***

      Шум в клубе не утихал ни на секунду. Огни вспыхивали над барной стойкой, смешиваясь с дымом от кальяна. Они заказали еще несколько коктейлей, начиная дискуссию, которая, на удивление, черноволосого, лилась у них и не так плохо. Фэнг оказался интересным собеседником, даже слишком, но постоянно избегающим личностные детали. И если бы не эта маленькая деталь, парень бы и вовсе позабыл о игре, что они оба устроили. — Расскажи, чем ты занимаешься в свободное время, — ему стало интересно, ответит ли Фэнг, либо снова избежит, пытаясь перевести тему. Тот же сделал вид, что очень увлеченно рассматривает бутылки на стеллаже, и Эдгар уже успел откинуть мысли о дальнейшем развитии темы, как синеволосый заговорил: — Я обычный студент. Занимаюсь, — парень на секунду замолк, — историей искусства. Мне нравятся старинные легенды, особенно те, которые касаются мифов и мифологических существ, — он говорил это так легко, как ни в чем не бывало. — Правда? — Эдгар приподнял брови в своей обычной манере удивления. — Мне казалось, такие вещи подвластны только мечтателям, либо заядлым романтикам. А ты ни на одного, ни на другого не смахиваешь. — Почему это? — взгляд Фэнга стал походить на лисий, стоило ему немного сожмурить веки. Ответа на свой вопрос не услышал, ведь черноволосый предпочел стушеваться. — А ты чем увлекаешься?       К сожалению, инкуб совершенно не был готов к встречному вопросу. — Я? — это скорее был риторический вопрос, чтобы потянуть немного времени для раздумий. — Я путешествую, — произнес он, лениво вращая бокал в руках. — Веду дела по всему миру. Последние несколько лет провел в Европе, в основном в Германии. Сейчас решил взяться за учебу наконец. — В Германии, — на этом моменте, кажись, Фэнг выглядел неподдельно заинтересованным. — А что ты там делал так долго? — Ну, я в целом, разносторонняя личность, — парень тяжело вздохнул, делая глоток коктейля. — Но конкретно в Германии занимался антиквариатом, искал редкие артефакты. Есть что-то завораживающее в том, чтобы держать в руках предмет, которому сотни лет и чувствовать всю его историю. Надеюсь, ты понимаешь о чем я, — Фэнг кивнул. — Я всегда мечтал посетить Германию, — признался Фэнг. — Говорят, там по ночам можно встретить призраков в старых замках. — Призраки? Кто знает, может быть, я даже видел одного или двух.       Синеволосый засмеялся и наклонился ближе, завел выбившую прядь нового знакомого за ухо. Эдгар чувствовал, как гипнотическое давление через физический контакт Фэнга усиливается, проникая глубже в его сознание. Это были странные тормошащие ощущения, покалывающие где-то в районе щек. Тряхнув головой, он постарался поскорее «отрезвить» собственные мысли, чтобы не дать полукровке завладеть его сознанием. — Все нормально? — Да, — протянул тот. — Я просто не люблю, когда трогают волосы. — Правда? — Фэнг уселся поудобнее, приподнимаю уголки губ. — Странно, они ведь такие мягкие у тебя, — его тонкие пальцы прошлись по локонам, отдавая током по коже головы. — Будь бы у меня возможность, я бы их трогал вечно.       Эдгар прикусил губу, убирая руку со своей макушки. У синеволосого она была ледяной, как и у него самого, но вот если инкуб понимал почему, то второй нахмурил брови, обхватывая ту обратно. По его лицу можно было понять, что тот не то что озадачен, а даже испуган. Их вечер начинает набирать совершенно новые обороты, а атмосфера, пускай и незаметно, но стала накаляться, как для Фэнга, так и для Эдгара. — У тебя при такой жаре такие холодные ладошки. — У тебя тоже, — парень не растерялся, решив что если скрывать свою личность, то скрывать до конца. Синеволосый нервно усмехнулся, протягивая свой бокал. — Выпьем, — не зная, что ответить на чужое заявление, он просто решил разбавить обстановку, съезжая с темы. И это было выгодным решением, потому Эдгар с радостью поддержал эту идею.       Их разговор вернулся в прежнее русло, вновь наполняясь какими-то придуманными фактами о себе. Пускай гул в клубе стоял сильный, но Фэнга он слышал достаточно отчетливо, хоть иногда и приходилось переспрашивать. Казалось, за это время, здесь не то, что уменьшилось количество людей, напротив — возросло, оттого дышать становилось все тяжелее и тяжелее. Жара стояла попросту невыносимая, не спасало даже несколько кондиционеров. К тому же, высокий градус алкоголя еще больше распалял внутри, потому они оба перешли на текилу, которую здесь подавали со льдом. Чувствуя неприкрытое наслаждение от желаемой прохлады, Эдгар также начал замечать, как Фэнг стал чаще проявлять физический контакт: незаметные касания пальцев к волосам, краткие объятия, частые столкновения ног, а потому понимал, что их времяпровождение в баре подходит к концу. Когда инкубы начинают проявлять такого рода действия, значит, что они надеятся получить полный контроль над жертвой. И это работает практически во всех случаях. — А потом, — уже заканчивая очередную историю, синеволосый на секунду запнулся, а после, Эдгар ощутил что-то холодное у себя на губе. Чужой палец нежно смахнул с уголка пролитую текилу, а после, оттянул саму покусанную кожицу вниз.       Демон неловко прокашлялся, чувствуя, как перехватило дух, а после отвернулся, как ему даже показалось — смущенно. Но, видимо, Фэнга не устроил данный расклад и он обхватил подбородок, поворачивая обратно к себе. Черноволосый замер, видя в серых глазах разгорающийся огонь недоброго желания. Фэнг медленно приблизился, коснулся носом чужого. Эдгар мог чувствовать горячее дыхание на своей носогубке, а дальше и вовсе что-то мокрое на губах. Парень ожидал такого, однако все равно дернулся, в то время как его руки застыли в воздухе. Дыхание сперло, в особенности, когда их уста в ответ встретились. Решив уже играть свою роль до конца, Эдгар обхватыватил бледные щеки второго, склоняя макушку в свою сторону. Его веки прикрылись, и последнее, что тот увидел — глаза Фэнга неестественно потемнели. Ему даже показалось, что он на секунду заметил настоящий облик синеволосого, но либо это была игра сознания, либо его успешно скрыли.       Пальцы инкуба зарылись в васильковые локоны, перебирая их между собой. На ощупь они были буквально шелковыми, светились в свете неона. Будь бы Эдгар человеком, его сердце бы сейчас забилось в бешеной скорости. Мысли стали потихоньку туманиться, как только их языки столкнулись. Черноволосый зажмурился, будто стараясь вытолкнуть чужое вмешательство в собственную голову. Поцелуй — был самим ярким и эффективным способом овладения жертвой, но также мог и напугать, если та еще недостаточно расслабилась под более слабыми чарами. И Эдгар теперь, похоже, понял почему. Оно буквально давило в затылок, делая голову тяжелой, а состояние больше походило на пьянящее.       Фэнг прикусил его губу, умело зализывая свой укус, а руки спустились к талии, немного надавливая. Черноволосый выгнулся и обмяк в чужих ладонях, пытаясь отдышаться. Он явно не ожидал такого напора. Фэнг оказался сильнее, чем ему казалось, но все еще недостаточно, чтобы сломить волю демона. Но тем не менее, на секунду, парню действительно показалось, что тот граничил с реальностью. Его мысли прервал еще один поцелуй, на этот раз в ухо, а после в скулу, и наконец в шею. Эдгар промычал от неожиданности, обхватывая чужие плечи. Язык провел мокрую дорожку от мочки до ключицы, несильно прикусывая ту. Это вызвало достаточно неприятные ощущения, отчего черноволосый похлопал того по спине, призывая остановиться. И Фэнг действительно прекратил, поднимая взгляд. Его губы расплылись в ухмылке, когда он заметил тяжелое дыхание знакомого. — Пойдём, — он который раз за день завел ему прядь за ухо, невесомо прикусывая. — Тут слишком шумно.       Инкуб лишь кивнул, вставая с барного стула. Ноги уже успели затечь из-за довольно долгого сидения на одном месте. Но каково же было для него удивление, что время пролетело так быстро. Парень безумно не любил ту часть, когда нужно втираться в доверие, и даже тот диалог с Колетт в начале казался ему безумно скучным. Возможно, на этом моменте сыграла и сущность синеволосого, а возможно, Фэнг и правда был хорошим собеседником, пускай и практически все, что он говорил — было придумано. Разминая затекшие конечности, Эдгар еще раз посмотрел по сторонам. Их знакомой не было видно и в помине, а та парочка, что стояла возле уборной, уже давно смылась. Он хмыкнул, возвращая внимание собеседнику, что оплачивал счет. Пальцы изящно достали карту из бумажника и приложили к терминалу, а после, поблагодарив бармена, Фэнг вернулся к нему, одаривая улыбкой. —Идём?

***

      Фэнг осторожно, но достаточно крепко, держал его за руку, ведя в неизвестном направлении. Эдгару, честно, уже надоела игра в послушного человека, но он пытался держаться. Синие локоны развевались на ветру в хаотичном порядке, а прохладный воздух неприятно бил по лицу, обжигая щеки и нос. Город давно окутала глубокая ночь, видимо, они все же долго засиделись в клубе. Но несмотря на это, до сих пор можно было встретить пьяную молодежь в костюмах, которые громко смеялись, еле разбирая дорогу домой.       Гирлянды, коими был украшен город, сверкали, отдаленно напоминая проблески лучей солнца. Но в небе сейчас светила лишь полная луна. Ему нравилось наблюдать за ней и россыпью тысячи звёзд, что так чарующе украшали темное полотно. Эдгар часто любил тратить время на Земле, на спокойные наблюдения где-нибудь на лавочке в парке, ведь в Аду луну не видно.       Так они и дошли до ближайшего мотеля в полной тишине. Хватка на кисти усилилась, фаланги чуть ли не вцепились в нежную кожу парня. Эдгар еле слышимо усмехнулся, следуя далее. Фэнг оказался еще более неаккуратным, чем показалось на первый взгляд. Убийство в общественном месте вызвало бы большой переполох, хоть полиция вряд ли бы раскрыла его, если бы не какой-то дурачок не попался не в то время, не в том месте. Инкуб своих жертв всегда заманивал в переулок, где нет ни свидетелей, ни камер, так, чтобы это просто походило на разбой. Правоохранительные органы редко берут такие дела во внимание, часто смахивая на несчастный случай, как бы это неуместно ни звучало.       Облизав обветренные на холоде губы, Эдгар уже предвкушал сегодняшнюю ночь. Представлял жалкое лицо Фэнга, что так самоуверенно сейчас стоял возле стойки ресепшен и брал ключ от свободного номера, в ответ протягивая украденные у кого-то деньги и липовые документы. Не первый раз, раз уже с такой подготовкой. Эдгар задумался, ведь раньше не встречал его ни в Аду, ни на Земле. Вселенная богата, но не на демонов, что свободно разгуливают среди людей. Черноволосый удивлен, что тот умудрился ни разу не попасться. О таком обычно гремят все, ведь нарушение, пусть и таких мелких законов, считается неким «предательством». Даже он попадался, и после этого Эдгар стал думать на три шага вперед, ведь то наказание, что следовало за его оплошность, парень до сих пор вспоминает с дрожью.

      «…Я лежу в своей комнате уже третий день. Моё тело полностью истощено, настолько, что каждое движение даётся с трудом. Дышать больно, легкие словно сожгли изнутри. И каждый раз я вспоминаю эту темную подвальную комнату, которая полностью пропахла сыростью. Я будто вновь чувствую эти холодные цепи, что намертво обвивали мои кисти и лодыжки, блокируя мне какой-либо путь отхода. А я бы и не сбежал — снаружи стоит с десяток охранников, а я полностью обезоружен.       Отчаяние — оно сковало мое дыхание, а потом появился адский огонь. Тот самый, которым нас пугали ещё в Академии, и я стал понимать почему. На спине до сих пор пульсировали следы, оставленные огненной плетью, а теперь и само пламя впивалось потихоньку через кожу, в каждую жилку, до самой глубины костей. Кандалы на крыльях стали ещё более тяжелыми, чем казалось изначально, а этот нескончаемый жар чуть ли не разрывал меня изнутри.       Огонь растекался по сухожилиям, доводя моё тело до судорог, по подбородку стекала кровь, появляющаяся на губах, от того, как сильно я прикусывал их, чтобы не закричать. Я готов был поверить в кого угодно, пообещать и поклясться в чем угодно, лишь бы эти пытки поскорее прекратились…». — Пошли, — Фэнг замахал рукой перед его лицом.       Настолько ушел в свои мысли, что не услышал приторно-сладкий шепот у уха. Признаться честно, несмотря на свою принадлежность к демонам-полукровкам, свою роль инкуба он исполнял искусно. Настолько, что в кончиках пальцев приятно закололо. Не будь бы Эдгар таким же, — повелся бы. Гарантировано. Но мысли вернулись в привычное ему русло, стоило парням зайти в неосвещенный коридор, вдаль которого протягивались номера.       Видимо, личность черноволосого раскроется еще до того, как они зайдут в комнату, ведь была ещё одна отличительная черта демонов: их глаза остаются светящимися в темноте.       Фэнг решил не оборачиваться, протягивая ключ к замочной скважине. И лишь после двух поворотов, когда послышался скрип от ручки, его быстро затолкнули в номер, не забывая за собой захлопнуть дверь. Эдгар прижал парня к стене, отчего тот несильно ударился затылком, а после, с испугом посмотрел в чужие красные глаза. Черноволосый ликовал, наконец-то можно опустить все маски и больше не участвовать в цирке, который ему пришлось разыгрывать ранее. Фэнг просто замер, кажется, даже перестал дышать. Инкуб широко улыбнулся, оголяя свои клыки. В комнате стояла кромешная темнота, которую перебивал лишь лунный свет из окна, а также их глаза. Оттого Эдгар казался еще более устрашающим, проводя ногтем по чужой щеке. — Ты... — но синеволосому не дали договорить, прикладывая палец к его губам: — Тише, милый, — по помещению раздался хрипловатый голос Эдгара. — Ты чего так испугался?       Фэнг тяжело сглотнул, сжался всем телом. Хватка инкуба была сильная, намного сильнее чем у него. Рядом с ним явно более вышестоящий демон. А, возможно, на его испуг сыграла и неожиданность, ведь все произошло настолько быстро, что тот даже глазом моргнуть не успел, как оказался прижатым к стене. — Полагал, ты окажешься умнее, — голос стал звучать все менее человечески, а от его тела исходила едва заметная темную аура, которую тот перестал скрывать. — Но ты так старался весь вечер очаровать меня, я даже практически повелся, хвалю.       Фэнг до скрипа сжал зубы, отчего скулы стали казаться острее. По спине пробежал холодок. Он понял, какую ошибку совершил, но из-за собственного характера не хотел признавать поражение. — Ты тоже хорошо притворялся, — фыркнул парень, пытаясь сохранить остатки своего достоинства, но Эдгар не оценил этого, сжимая и так покрасневшую кожу кисти знакомого. — Что ж, стоит признать, что я ошибся в сегодняшнем выборе. — Ошибся? — его лицо вмиг оказалось в расстоянии нескольких сантиметрах от чужого, а в глазах сверкнуло что-то опасное и жутко притягательное. — Ты даже не представляешь насколько.       Черноволосый приподнял Фэнга за подбородок, вынуждая того смотреть прямо на него. Распатланые волосы лезли прямо в лицо, но инкуб старался не обращать внимания, упиваясь страхом жертвы. Тот даже не заметил, как участилось дыхание, как свело колени. Эдгар усмехнулся, наконец-то впиваясь самостоятельно в губы парня. Этот поцелуй отличался от того что был в клубе. Более грубый. Более властный. Во рту до сих пор можно чувствовался привкус алкоголя вперемешку с железом, ведь инкуб до крови прокусил чужие уста. Фэнг простонал от боли, выгибаясь в пояснице. Те и так неистово жгли, а теперь к прошлым добавились новые ранки. Черноволосый схватил его за галстук, отходя назад. Парня безжалостно бросили на постель и нависли сверху, продолжая широко улыбаться. От неё прошлась дрожь по всему телу, буквально вынуждая содрогаться каждую клеточку.       Тонкие пальцы инкуба прошлись по шее, поглаживая ее, а после поднялись к затылку, хватаясь за те самые синие локоны, что так понравились ему еще в клубе. Оттянув чужую голову назад, он оголил для себя нежную кожу, что при таком свете казалась еще более бледной. Жадно облизнувшись, парень впился в шею своими клыками. Кровь тут же полилась по ключицам, пачкая белую рубашку Фэнга, а также подбородок Эдгара. Губы ухватились за укус, а язык старательно слизывал капельки, ускользающие из-под зоркого взгляда инкуба. Синеволосый зажал рот руками, чтобы не закричать на весь мотель, а его глаза распахнулись от ужаса. По шее тут же расползлась жгучая боль, в особенности на месте укуса. Он завертел головой, пытаясь убежать от чужих клыков, но Эдгар лишь посильнее намотал длинные локоны себе на руку, таким образом закрепив положение макушки парня. — Хороший мальчик, — прошептал черноволосый, отстраняясь от шеи. — Если будешь вести себя тише, я, так уж и быть, задумаюсь, чтобы не убивать тебя, — подушечка пальца прошлась по губе, собирая оттуда кровь Фэнга, а после, Эдгар размазал её по его же лицу, любуясь своим творением. Кровь синеволосого была сладкой, как для демона, и спутал бы с человеческой, если бы не её угольно-черный цвет.       Усаживаясь поудобнее на паху нижнего, он поддел края черной водолазки, оголяя своё тело и демонстрируя ребра и четкий пресс, плечи были широкими, а на руках виднелись небольшие бицепсы. Крылья, получив полную свободу, а не какую-то проделанную в одежде дырку, полностью распахнулись, создавая небольшой поток ветра. Подобное зрелище впервые заставило Фэнга ощутить на своей шкуре всепоглощающую панику. Столь прекрасные алые крылья заслонили остатки обзора на очертания номера. Он в ловушке. Чем дольше его взгляд был прикован к ним, тем больше сужался мир, будто перенося в чужой: мрачный и грешный, пронизанный беспощадностью своего хозяина.       Прикрыв веки, Эдгар тихо промычал от наслаждения, похрустывая поясницей. — Хождение по клубам так утомляет, не находишь? — он вновь вернулся в свое старое положение, нависая над чужим телом, что по сравнению с ним сейчас казалось таким хрупким. — Ну же, скажи что-нибудь.       После этих слов Фэнг убрал руку, зажимающую губы, но ничего произнести так и не осмелился, потому тишину в комнате разбавил звонкий шлепок. На щеке синеволосого остался красный след от ладони инкуба. — Если я что-то сказал — ты должен сделать, а не продолжать держать полный рот воды, — лицо парня грубо повернули обратно, немного надавливая на скулы. Губы Фэнга сложились в своеобразную трубочку, а палец Эдгар скользнул к нему в рот, обводя сначала нижние, а после и верхние зубы. — Клыки у тебя маленькие, удивляюсь, как ты ими вообще кусал кого-то. Но, — он усмехнулся, — что взять с полукровки?       Эдгар отпустил его щеки, горячим дыханием обдал ухо, а после коснулся языком ушной раковины. Фэнг все это время лежал неподвижно, понимая, что сопротивляться бесполезно. Эдгар обездвижил его одной рукой у стены, кто знал, на что тот способен в полную силу? Говорят, что второй раз умереть невозможно, но не в их случае. Не той привычной смертью, благодаря которой парень оказался в Аду. Душа переносится в Небытие — мирок между Раем и Адом, где все, что ты можешь — видеть кромешную темноту и изводиться диким холодом. И все это длится бесконечно. Ты просто попадаешь в пространство, где время не движется, и потихоньку сходишь с ума.       Фэнг, по своей природе — человек. Когда-то он жил свою счастливую жизнь вместе с семьей, друзьями и любимой девушкой. Казалось бы, у него было все. Но всегда есть то самое «но». Парень безумно мечтал стать актером. И родители старались помочь ему с этим: оплачивали дорогостоящее обучение, через знакомых пытались продвигать сына на кастинги. Везде Фэнг слышал одно и то же: «У вас нет таланта». И после восьмой пробы он действительно подумывал забросить эту мечту, если бы не его окружение, что продолжало поддерживать и заряжать боевой дух. И тогда, в один из вечеров, они с его знакомой, в шутку, решили вызвать дьявола. Это было как раз таки преддверие Хеллоуина, мрачная атмосфера. Но кто же знал, что все окажется не так просто.       Мировая популярность, признание, сотни предложений — все то, о чем парниша так мечтал. И вся эта радость длилась около пяти лет, после чего актера, якобы, настигла очень серьезная болезнь, и он скончался. И никто даже не догадывался, что в тот день ему все же удалось вызвать нечисть, но уже в одиночку, и Фэнг заключил контракт кровью: популярность взамен на душу. По окончанию срока действия это договора его душа вознеслась в Ад, где по сей день парень вынужден служить тому, кто помог ему когда-то. Клеймо демона-полукровки делала его пребывание там еще сложнее. Ему не было дозволено множество привелегий, а также в силе парень явно уступал чистокровным демонам. И сегодня Фэнг в очередной раз усомнился в своем поступке в прошлом.       Эдгар же время зря не терял. Инкуб губами спускался по шее, оставляя там дорожку из своих поцелуев, а следом уткнулся в мешающий воротник испачканной рубашки. Он по одной стал расстегивать пуговицы, оголяя подтянутое тело. На секунду засмотревшись на тяжело вздымающуюся грудь, черноволосый полностью снял лоскут ткани, откидывая его куда-то на пол. Перед ним пристало нетронутое, бледное юношеское тело. Ладонь аккуратно обвела зону грудной клетки и опустилась ниже, в район пупка. Кожа была нежной, покрытой мурашками, без шрамов, рубцов либо родинок. Буквально идеальное, но в то же время настолько неживое. Это лишь иллюзия, данная от человеческого облика, а потому Эдгар быстро утерял интерес к его разглядыванию. Он вновь примкнул к бедной истерзанной коже, начиная оставлять там все новые и новые укусы. Пятна достаточно сильно контрастировали, будто красную краску разлили на белое полотно, но еще больше выделялся его первый укус. На шее виднелось два следа от клыков, а также кровоподтек вокруг поврежденной зоны. Парень большим пальцем прошелся по нему, чувствуя небольшую выпуклость, а после повторил те же действия, но на этот раз острым кончиком языка. Фэнг вздрогнул, хватаясь за постельное белье. Регенерация на теле демонов позволяла им быстро заживлять подобного рода раны, оттого ощущения были довольно смешанными, в коей степени даже приятными. Синеволосый ужаснулся от собственных мыслей, словно ему действительно начинало нравиться, что происходит сейчас с ним, то, как нахально расцеловывал инкуб грудь, а фаланги поглаживали его впалый живот.       Мерзко и отвратительно.       Эдгар вобрал в рот сосок, чувствуя, как тот начинает набухать. Он старательно прошелся по нему языком, несильно прикусил, оттягивая его. Данные махинации вызвали томный вздох сверху, отчего демон не смог сдержать тошнотворную ухмылку. — Мне нравится, что твоё тело отвечает честнее, чем ты сам, — ноготь оставил небольшую царапину меж грудями. — Ну же, не расстраивай меня, скажи что-то. — Что тебе нужно? — Как немногословно и грубо, — наиграно-грустно произнес Эдгар. — В клубе тебя было не заткнуть. Что же произошло?       Фэнг не понимал почему, но эти слова не на шутку разозлили его, и парень даже предпринял попытку встать, но его тут же опередили, сильно надавливая на плечи. — Тише-тише, ты чего разбушевался, котёнок, — и вновь этот привычный оскал. Черноволосый попросту насмехался над ним, над его положением и над тем, как беспомощно тот выглядел с размазанной кровью возле губ.       Сквозь сжатые губы, Фэнг дернулся, призывая отпустить его плечи. И инкуб, на удивление, действительно сделал это, но сразу потянулся за своей водолазкой. Он обвил ею и так потертые кисти синеволосого, а после, закрепил его руки над головой, радуясь своему творению.       Даже не слушая недовольные восклики, Эдгар вернулся к прежнему занятию, вбирая, в этот раз, уже второй сосок. Они уже казались ему более твердыми, и, слегка надавив, он лишь убедился в этом. Красные поблескивающие от слюны две бусинки выделялись на фоне идеально-чистой кожи. Потирая их меж пальцами, инкуб наслаждался довольными вздохами со стороны другого демона. Тот прикусил губу, чтобы не быть столь слышимым, но все же данная реакция не смогла укрыться от Эдгара. Обхватив всю грудь, парень сжал её, оставляя там отпечатки. Она была мягкой и упругой, не такой, как у черноволосого. Фаланги водили вокруг ареолов и бывало хватались за сами соски, оттягивая до болезненно-сладкой истомы. — Выглядишь чертовски сексуально, — низким басом проговорил он, кусая парня за нос. Фэнг отвернулся, чувствуя, как принялись гореть его уши. Выглядел так невинно, словно сам не добивался весь вечер, чтобы сделать все то же самое с Эдгаром. Это одновременно злило, и одновременно забавляло. Как же черноволосому не хотелось разбивать этот сладкий мирок прелюдий. Но, решив не тянуть время, инкуб резко развернул лежащее под ним тело. — Встань на колени и прогнись, — приказным тоном произнес Эдгар, наблюдая за тем, как тот покорно выполнял приказы.       Руки скользнули по пояснице к животу, касаясь металической пряжки ремня. Та быстро поддалась умелым пальцам черноволосого. Он без раздумий снял ремень с петель, по комнате разошелся звук расстегнутой ширинки. Эдгар помог Фэнгу избавиться от штанов, и те улетели в ту же сторону, куда и рубашка. Теперь парень мог рассмотреть детальнее оголившиеся ноги партнера. Ягодицы все еще скрывались за тканью трусов, но он решил пока повременить с ними. Коснувшись плеч, Эдгар непринужденно разминал их, далее прошелся промеж лопаток, по самому позвонку. Кожа Фэнга была мягкой и податливой, отчего трогать её было само наслаждение, из-за этого инкуб позволил себе небольшое исключение и повторил траекторию рук, на этот раз губами. — Тебе нравится получать ласки, а, Фэнг-и? — демон буквально улегся на его тело, прижимаясь тазом, а ухо опалил своим горячим дыханием. Убирая синий локон, он слегка прикусил его за завиток, а после немного дернул за волосы, наклоняя голову назад. — Что я говорил о молчании? — Нравится, — парень быстро ответил на задаваемый ему вопрос и поспешил стушеваться, обратно опуская подбородок.       Эдгар же усмехнулся, услышав довольно смятый ответ и повернулся назад, замечая на постели лежащий ремень. Взяв его, он несколько раз покрутил аксессуар в руках, потом провел по идеально чистой коже. Фэнг напрягся, явно понимая, что это такое, громко вскрикнул, когда удар резанул по спине. — Тише, ты же не хочешь, чтобы нас услышали, — и вновь этот сладкий шепот возле уха. Инкубы — самые настоящие искусители, способные заставить поверить в обман одним своим взглядом. Но синеволосый предпочел не знать о них ничего и не быть таким же. Хотя нет, он точно не был таким же, как Эдгар. Парень полностью вводил своих жертв в состояние транса и не мучил их, в отличие от его знакомого, которому приносило садистическое удовольствие наблюдать за мольбами других. — Считай это уроком для себя.       Ремень со свистом вновь опустился на спину, а после ещё раз, и ещё, продолжая хлыстать измученную поясницу. Кожа горела от каждого удара, будто по ней лупили языками пламени. Фэнг содрогался и посильнее утыкался в подушку лицом, кусая постельное белье, чтобы хоть как-то заглушить всхлипы и не давать возможность инкубу насладиться эмоциями. Эдгар схватил его за галстук, рывком натягивая назад. Синеволосый был вынужден прогнуться, чувствуя удушье от этой противной ткани. Демон развернул чужое лицо к себе, замечая мокрые дорожки на щеках. В уголках глаз можно было заметить собравшиеся кристаллики слез, а ресницы немного слиплись. Делая ещё один удар, который на этот раз оставил за собой еле заметный кровоподтек, он наблюдал за выражением лица Фэнга. Тот зажмурился, до боли прикусывая губы, а вскрик больше походил на хрип. — Как бы ты не хотел показаться сейчас сильным, ты выглядишь по-прежнему ничтожно, — он отпустил чужой галстук и тот сразу же упал лицом на подушку. Следующий удар пришелся на плечи и лопатки, оттого боль казалась еще более невыносимой. — Бог тебе тут точно не поможет, котёнок, — Эдгар не прекращал насмехаться над полукровным демоном, слыша, как тот от полного отчаяния начал бормотать молитвы. Последний раз хлыстнув, черноволосый все же откинул ремень в сторону. Комната неизменно была погружена во мрак. Тусклый свет из окна отбивал тени на потрепанный ковер и обшарпанные обои. Воздух здесь был тяжелым и застоявшимся, витал слабый запах сырости. Ко всему этому температура стала словно на несколько градусов выше, потому появлялась большое желание открыть окно. Руки Фэнга лежали возле потертого деревянного изголовья, в углу комнаты стоял узкий шкаф, а рядом с ним журнальный столик, что немного уже косился в сторону из-за поломанной ножки. Тишина в этом маленьком пространстве нарушалась лишь тяжелым и рванным дыханием синеволосого, а также звуками с улицы. Подойдя ближе, Эдгар облокотился на подоконник, принялся рассматривать проезжую часть. Лениво повернув голову в сторону инкуба, Фэнг на секунду подумал, что это его шанс быстро смотаться, но второй быстро зашторил окно и вернулся обратно. — Не думаю, что другим нужно смотреть за нашими играми. Как думаешь? — но он не дал ничего ответить, нажимая на те красные следы, что остались от ремня. Фэнг выгнулся чуть ли не до хруста, чувствуя невыносимо ноющую боль, сравнимую с касанием тлеющего угля.

Когда это уже закончится?

      Голова казалась ему уже чугунной, а шею сводило от боли из-за того укуса. Хотелось безумно пить, а еще тошнило. Внизу живота тянуло и ныло, будто ком в районе пазухи. Глаза налились свинцом, было уже тяжело смотреть даже из-под ресниц.       Эдгар снял с себя брюки вместе с боксерами, оставляя последние элементы одежды на тумбе возле постели. Возбуждение сильно давило на пах, он сводил колени в сладкой неге. Вильнув хвостом, он заметил, как Фэнг еле прибывал в сознании, а потому оставил легкий шлепок на ягодице, чтобы привести того в чувство. Пальцы до скрипа ткани впились в одеяло, а ноги дрогнули, разъезжаясь сильнее, и теперь поза казалась еще более неудобной. Но самого инкуба все устраивало, потому тот, подцепив ткань трусов, поспешил снять их с синеволсого, оставляя того полностью нагим. Его хвост прошелся по упругой ягодице, а после — обернулся вокруг полувставшего члена, надавливая заостренным кончиком на уретру. Послышалось болезненное мычание со стороны нижнего, но тот даже не просил остановиться. Полностью зная природу инкубов, Фэнг также понимал, что это бесполезно, а своими мольбами лишь сильнее заведет Эдгара. Чувствуя прохладные фаланги на своем анальном отверстии, синеволосый подавился стоном. На них ощущалось что-то вязкое, очень похожее на смазку. Он приятно удивился, ведь до последнего думал, что инкуб не будет даже подготавливать его к проникновению. Но, видимо, его душа не была окутана такой жестокостью.       Эдгар вошел сразу двумя, кривясь от того, насколько плотно их сжимают. — Расслабься, если ты не хочешь, чтобы я вошел сразу до упора, — настойчиво проговорил парень, повторяя действие пальцами.       Фэнг зашипел, ведь тело стало бить крупной дрожью. Пальцы входили в него резко и размашисто, иногда задевая чувствительные мышцы кончиком ногтей. Черноволосый вышел из неподатливого тела, чтобы смазать их большим количеством смазки, а после повторил свои действия, создавая давящие движения. Синеволосый приглушил протяжной стон подушкой, чувствуя, как руки перестают его держать, а потому в следующую секунду распластался по кровати. Эдгар успел придержать его за бедра, делая все более настойчивые движения. Он растягивал, разводя свои фаланги по обе стороны, а после вновь сводил, чтобы продвинуться глубже.       Пальцы стали входить с характерным хлюпом от смазки, спустя время он добавил третью фалангу, которая, даже несмотря на растяжку, вошла с трудом. Все это сопровождалось хрипами со стороны Фэнга из-за неприятной тянущей боли. Парень дергался, двигался назад, лишь бы избавиться от неприятной наполненности, что явно не удовлетворяла и так сдерживающего себя Эдгара, а потому тот несколько раз ударил по покрасневшим ягодицам, тогда второй демон принял поражение. Глаза вновь стала заполнять мутная пелена, а из уст вырвался очередной всхлип. Ему не нравилось абсолютно ничего из происходящего, даже стимулирующий его пах хвост, что оттягивал чувствительную кожицу вниз, верхом ласкал головку, но даже это касание казалось мерзким.       Силы стали полностью покидать Фэнга, оттого его человеческий облик растворился, и теперь перед Эдгаром лежал уже не двадцатилетний парень, а полноценный демон с тяжело вздымающейся грудью. Синеволосый попробовал перевернуться на спину, ведь поясница уже ныла от одного положения, но его остановили, вдавливая головой в подушку. — Признаться честно, так ты мне нравишься даже больше, — тишину вдруг нарушил саркастичный голос инкуба. Сделав последние размашистые движения, он вышел из синеволосого, оставляя того ненадолго в покое.       Это спокойствие закончилось практически сразу, как Фэнг смог полностью прочувствовать возбуждение второго. Дыхание вдруг сперло, а в горле застрял неприятный ком. Эдгар подставил головку ко входу, и, обхватив чужие кисти, резко потянул синеволосого на себя, входя, как и обещал, до упора. Демон подавился вскриком, видя перед собой чуть ли не целый калейдоскоп, после чего в глазах потемнело, а из уст вырвался хриплый кашель. — Не драматизируй, — безо всякого зазрения совести фыркнул инкуб, видя, как дрожало ослабшее тело парня.       Тот изогнулся дугой от первого толчка и закричал. Все же, растяжки не хватило на столь грубые толчки, колечко мышц стало неистово жечь. По щекам безостановочно лились слезы, попадая на застывшие ранки на губах. Эдгар улыбнулся, наслаждаясь беспомощностью полукровки. Держать подобным образом за кисти оказалось не так удобно, он отпустил Фэнга на секунду, затем схватил его за шею, прижимая макушкой к своему плечу. Медленно увеличивая амплитуду своих движений, черноволосый наблюдал за тем, как кривился второй.       Пальцы обвились вокруг шеи, немного надавливая на кадык. Слюна застряла в горле и рвалась наружу ужасным кашлем. Он душил его без сожалений, в то время как сам синеволосый беспомощно хватался за эту руку. Соленые капли падали с подбородка на тыльную сторону ладони, а с уголка губ стала стекать слюна. Ресницы задрожали, ногти буквально впились в кожу инкуба, и тот все же разжал её, давая отдышаться. Фэнг беспомощно хватал воздух, стараясь в то же время откашляться. Легкие болели, вздохи смешивались со всхлипами и шлепками кожи об кожу. На лбу у синеволосого выступила испарина. Помимо дикой усталости он чувствовал боль. За это время она словно заменила собой норму. Хотя нет, она безоговорочно стала нормой, вытесняя какие-либо другие ощущения.       Эдгар не переставал держать его плечи, не давая рухнуть на постель. Продолжал двигаться в нем грубо, упитываясь желанной энергией. Его ничуть не беспокоили судороги чужого тела, постоянный кашель, обмякшие руки, что уже свисали, будто он держал не демона, а тряпичную куклу. Черноволосый был одурманен запахом секса, крови и темной аурой второго демона, что питала его собственную. Волосы стали влажными у корней, прилипая ко лбу, но даже это его не смущало, не смущал пот, что стекал по вискам, оставляя мокрые дорожки на скулах.       У Фэнга не было уже сил ни плакать, ни кричать, лишь жадно хватать воздух. И даже когда Эдгар опять схватил его за волосы, наматывая к себе на кулак, он лишь скривился от неприятный ощущений, прикрывая веки. Ускоряя темп своих движений, инкуб впился своими клыками в его плечо, но не настолько глубоко. Несмотря на это, несколько капелек крови все же скатились по груди, оставляя алую дорожку. Зализывая место укуса, он сделал последние размашистые толчки, и Фэнг наконец-то рухнул на постель, чувствуя, как по бедрам стекала вязкая жидкость.

Боже, спасибо.

      Словно прочитав чужие мысли, Эдгар улыбнулся, убирая мешающие пряди с лица. Потянувшись к салфеткам, что лежали на той же тумбочке, что и его одежда, инкуб сначала вытер свой пах, а после позаботился о чистоте второго. Разворачивая того на спину, Фэнг заскулил, прогибаясь в спине. Ссадины от ремня вновь заныли вместе с поясницей, потому черноволосый схватил его за руку, помогая принять сидячее положение. Лицо полукровного демона было заплаканным и полностью измученным. Губы до сих пор подрагивали, а брови свелись к переносице. — Не радуйся раньше времени. Наша с тобой совместная бесконечность только начинается, — с этими словами инкуб протянул ему одежду, а после растворился, оставив за собой лишь еле заметную дымку.