Своей душою черной полюбила кроваво-красное

Кристина. Очередное занятие рисунком должно было начинаться через сорок минут, но Кристина уже была в здании художественной школы. Нельзя, конечно, назвать художественной школой, ведь это еще и музыкальная школа. Кристина за два полных года обучения, между прочим, здесь не встречала музыкантов, на удивление.  Девушка открыла дверь кабинета, в котором должно быть занятие. Слово кабинет слабо подходит, чтобы описать помещение: больше похоже на зал. Основная часть зала со стульями, мольбертами, картинами и роялем, находится внизу, до которых можно дойти только по лестнице вниз. За счет этого потолок гораздо выше, чем в других местах школы. Стены окрашены в белый цвет, что придавало еще большей свободы.  Зайдя в помещение, Кристина увидела девушку-виолончелистку, которая упорно что-то играла на инструменте. Незнакомка никак не отреагировала на то, что в зале она теперь не одна. Кажется, чем дольше Крис стояла в дверях, тем больше сердцебиение учащалось. Боги, почему эта незнакомка была так красива? Коричневые, словно плоды каштана, волосы были собраны в неаккуратный хвост; руки, беспрерывно и беспощадно работавшие, дабы издавать на инструменте звуки; лицо с правильными его чертами, на удивление спокойное. Что уж говорить, один внешний вид завораживал, не то чтобы то, что незнакомка играла.  — Ты чего тут? – спросила виолончелистка, прервав или закончив свою игру.  — А-ам.. В 17:40 здесь будет занятие, – Кристина явно не ожидала обращенный к ней вопрос. — Точно. Художка? Меня предупреждали об этом, прежде чем дать ключи от этого кабинета… Диалог не продолжился, ведь в зал зашла знакомая Кристины, Саша. Они вместе поступали в художественную школу, поэтому знали друг друга. Завидев еще одного человека, незнакомка быстро встала и начала собираться. Обычно Крис рада появлению Саши, но не в этот раз. Тем временем виолончелистка вышла из помещения, попрощавшись с Сашей и Кристиной.  — Быстрая она, да, Крис? – Саша начала спускаться по лестнице к мольбертам.  — Ага.. Не то слово, – согласилась Кристина.  — Ты чего такая рассеянная? Женя так сильно тебя удивила? — Кто? — Женя, говорю же. Женя Скайнова, виолончелистка, которая только что убежала отсюда.  — А-а, так вот как ее зовут… Да, да, удивила.  — Повернись-ка ко мне, Крис. — Зачем это еще, – пробурчала Кристина, но всё же повернулась лицом к Саше. — Выглядишь реально рассеяно. Неужели любовь с первого взгляда? Я могу вам нормально знакомство устроить, а не вот такое нечто.  — Саш, хватит фигню нести, – Крис понимала, что одногруппница пошутила, но смущение от её слов было. — Насчет знакомства… Давай, эта Женя выглядит как интересная личность.  Как раз, когда закончился этот разговор, подошли остальные одногруппники и занятие началось. ••• Кристина уже пришла домой, и лежала на кровати, смотря «в никуда» или же в потолок. Все мысли были о Жене Скайновой, известной всей школе виолончелистке из восьмого класса. Известной всей школе, но - черт возьми! - о которой Крис ни разу не слышала. Женя. На улице еще было светло. Погода в начале сентября будто бы не могла выбрать между ношами так называемого тепла и холода. В этот раз “выбор“ климата пал на лето, похоже на середину или конец августа. Голова Жени была слишком напряжена по пути домой. Умещались мысли о нескольких вещах: о ждущих дома уроках, о расписании на будущий день и, чёрт бы побрал, о той девушке из художки, с которой встреча произошла в зале школы. Не прошло минуты, как в голове вспыхнула внешность незнакомой художницы. Тогда Женино внимание привлекли сначала волосы, слишком похоже по цвету на пшеницу, и только потом уже фигура, одежда и прочее. Ах да, прежде чем выйти из зала, Скайнова успела на долю секунды пересечься с художницей взглядом. И тем самым увидела столь карие глаза, что даже зрачок не с первой попытки разглядишь. Внешность незнакомки, в общем, нельзя назвать сильно выделяющейся, но всё же красивой. «Любовь с первого взгляда», говорите? У кого-то может и с первого, а у Жени явно со второго. А этот «кто-то» с любовью с первого взгляда – незнакомка-художница. Абсолютно точно. Она серьёзно думала, что её взгляд, направленный на Женю, не был виден? Допустим, не был, Жене было некогда смотреть за чьими-то взглядами, когда она играет, но он чувствовался. Взгляд. Каждой клеточкой тела. Незнакомку, кажется, знает Саша. Ну, которая еще зашла чуть позже. Из-за неё Жене пришлось уйти из зала, ведь людей в помещении оказалось слишком много для дальнейшей репетиции. Да и время поджимало, но не суть. Последнее, о чем подумала Женя, прежде чем зайти на порог дома, это о том, что надо бы Александре позвонить или написать. Но позже.  — Молодец, Скайнова. Ты всю дорогу думала о той, чьё имя которой ты даже не удосужилась узнать, - В Жениных словах, обращенных к себе, был один сарказм и осуждение. Родителей Жени дома не было: судя по всему, каждый из них на работе и приедет ближе к ночи. Стараясь отбросить отвлекающие мысли, девушка, не переодевшись, села за рабочий стол в своей комнате. В ближайших полтора часа точно предстоял очень не-весёлый разговор с домашкой по биологии и английскому.  ••• Прошло чуть больше, чем полтора часа. Два часа. С раздражением кинув тетради по биологии и английскому на школьный рюкзак, Женя пошла на кухню за стаканом воды. Или недопитого еще до занятий в музыкальной кофе. Времени задуматься не хватило, ведь из Жениной комнаты был слышен телефон, на который кто-то звонил. Женя быстро побежала за телефоном, держа в руках кружку кофе. Звонила Саша. Помним ее ведь? Подруга загадочной незнакомки, которая так и не смогла покинуть мысли Жени. По этой причине, в основном, девушка и приняла звонок. — Наконец-то ты ответила, – быстрый темп Сашиных речей ударил из динамика телефона. — Жень, еще дольше нельзя было? Впрочем, ладно…  — Александра, чего звонила-то? Ну точно чтобы не узнать как у меня дела, – по сравнению с собеседником, Женя говорила гораздо спокойнее. — Что случилось?  — Точно, да. Ты в субботу свободна же, да? Может быть встретимся?  — Стоять, а что в субботу… – Женя постаралась быстро вспомнить, но в итоге поняла, что Саша подловила свободный день. — Раз предложили, отказываться нечестно. Давай.  — Как-то ты неохотно соглашаешься, – Услышав это, Женя мысленно хмыкнула. — Ладненько, я знаю как добавить тебе больше энтузиазма в прогулке. С нами пойдет Кристина. — Кристина?  — Ну, Крис. Кристина Увалова, – Саша, кажется, через мгновение поняла, что Женя не понимает, поэтому продолжила свою мысль чуток иначе. — Она еще зашла в зал, когда ты играла. Со мной, кстати, учится. Теперь вспомнила? — Всё-всё-всё, дальше можешь не объяснять, – Женя сделала щедрый глоток кофе. — Меня твои нотки в голосе напрягают, кстати. Ты точно ничего не задумала? — Шутишь? Нет конечно. Впрочем, не суть. Все согласны, значит ближе к субботе напишу где именно встретимся.  Не успела Женя ответить, как собеседница сбросила трубку. Вполне можно ликовать, теперь известно имя той незнакомки-художницы. Скайнова произнесла это имя, оценивая на слух. Кристина Увалова… Звучит красиво, не поспоришь.  ••• Женя стояла на балконе в квартире семьи Скайновых, облокотившись на перила. Только закончила играть на виолончели. Пальцы горели. Мышцы, к сожалению, тоже, но не так сильно. Много ли она играет? Да. Нужно ли это? Безусловно, почти выпускной класс же, восьмой. Экран телефона показывал время. 23:55, еще четверг. По идее, Женины родители уже должны были приехать, но их не слышно. — Задерживаются они, – пробормотала Женя, подпаливая сигарету. Как говорится, «Он нуждался не в никотине, а в едком дыме, напоминавшем ему о матери». Целью Жени не было курить. Она ощущала дым сигареты, вспоминая свою близкую некогда подругу, пропавшую без вести уже как год. Итого, самое интересное за сегодня – это музыкальная школа. Тот злосчастный кабинет. И Кристина.  — Слишком ты интересна, Увалова, – сказала Женя в пустоту, навряд ли её слушавшую. — Когда-нибудь ты будешь моей. Это уже вопрос времени.  Женя потушила сигарету и сбросила окурок с балкона. Включился телефон, лежащий в кармане черного зип-худи. Теперь время было 00:01, минута как пятница. Написала, как оказалось, Саша. Прислала чей-то номер. Чей-то. А, это номер Кристины, только что Саша дописала.  Вставать часов в семь, но Женя все равно сначала дождется прихода родителей, а только потом уже пойдет спать. За еду беспокоиться не стоит, скорее всего они взяли себе какую-нибудь готовую. Обычно родители Жени так делают, если понимают, что поздно приедут.  Смотря на вторую попусту сгорающую сигарету, Женя сделала одну затяжку. К черту, весь мир подождет: что время, что мысли. Пока внутри не будет приятного ощущения сигаретного дыма, Женя не вернется ни к чему из перечисленного.