Seiðr

      Кира не могла уснуть, думая о пережитом в момент разрыва связи. Она слышала мирное сопение Шепса рядом, но самой спать мешало чувство стыда. Она убивала и наслаждалась этим в мороке. Она провозгласила себя мороку самим темным сейдом без какой-либо задней мысли. И это казалось страшным. И еще она ощущала вину и ответственность. Ведь ни она, ни Артем, ни Максим не предупредили о главном: каждый еще с месяц будет отходить от этого ритуала. Будет видеть дурные сны, возвращающие его в тот морок, слышать всякое в реальности и видеть, как бесы зазывают его на свою сторону, заставляют творить плохие вещи. И если за Диму она так не переживала, потому что тот с бесами дело часто имел и знал, как им отпор дать, то Олег будучи медиумом мог позволить бесу вселиться в него, а выйдет бесятина или нет, что сотворит с его телом и разумом никому неизвестно. Для каждого последствия были опасны. Но на данный момент казалось более опасным долгое нахождение в этой деревне проклятых. Раз земля пожирает тех, кто имеет способности, то эту землю нужно усмирить. Найти источник и выйти из игры. Девушка села на постели, стараясь не разбудить Олега. Она посмотрела в окно и увидела силуэт женщины. До боли знакомый, но чей именно вспомнить девушка никак не могла. Самое глупое решение - последовать за ним, подойти ближе. Так ведь гласит правило тупого ужастика? Увидел - иди, а то фильма не будет. Кире было плевать, она хотела знать больше. Поэтому тихонько встала и пошла на улицу. Было уже темно, все еще капал очень мелкий дождик. Но девушка пошла за силуэтом, который стремительно скрылся в заброшенном доме напротив. Она встала посреди дороги и с сомнением оглянулась на дом, откуда вышла. - Да ну и хуй с ним, что я маленькая что ли, - махнула она рукой, - я ж больная на голову. В жопу ваши инстинкты самосохранения, - девушка нащупала в кармане джинс телефон и открыла фонарик, смело направляясь в дом. Старые доски противно скрипели под ногами. Из мебели в первой комнате стояли только диван, да стол с поеденной молью накидкой, сломанный стул. Она решила рассмотреть стены: облезшая светло-синяя краска, где-то куски обоев. На одной из стен висели фотографии, старые еще черно-белые. Вот вся большая семья: молодая девушка с густыми волосами слегка пухловатая, еще моложе, лет четырнадцати, вероятно дочь, но худенькая, красивая, мужчина широкоплечий в пиджаке с короткой стрижкой, двое мальчиков-близнецов лет двух в шортиках с полоской светлой у их края и кофточках свободных сидели на его коленях. Она внимательно всмотрелась в портрет и увидела на нем позади всех чуть с краю худую старушку, что выглядела несколько пугающе на фоне улыбающейся семьи. Лицо было хмурое, взгляд бросала недовольный и злой куда-то на девочку. - Кто ты и зачем звала меня? - подняла голову Кира, задавая вопрос пустоте. - Я помогу тебе, - она шагнула вперед и что-то под ногой хрустнуло. Брюнетка присела, чтобы поднять. Это было еще одно фото. Но на нем близнецы были уже взрослее, там им лет шесть, а еще не было этой девочки, а старушка как-то странно улыбалась, кожа ее совсем обвисла, бородавки на лице стали ярче. - Ты че, бабка, внучку грохнула? - Кира нахмурилась и пошла в другую комнату, отодвигая в сторону грязную рваную занавеску, что была вместо двери. Это оказалась спальня. Был небольшой деревянный комод с ручками аля ракушки. Было видно, что тот сделан с добротного дерева. А на нем потрескавшееся от времени пыльное зеркало и рядом шкатулка. Вельва задумалась, стоит ли что-то трогать, но плюнула на все, потакая своему любопытству. Она открыла шкатулку из бересты и увидела там старые украшения. Красивый кулон с листочком папоротника внутри был на металлической цепи тоненькой. Все ржавое от времени. Среди всего в шкатулке лежал привязанный к веревочке кулон из сосновой коры в виде сердца с выжженым именем "Олеся". А энергия от него была такая чистая и светлая. В отличие от других украшений. - Как романтично, наверное, кто-то его сам делал, да еще и так аккуратно. Невероятно. - Ты, как я, - вдруг услышала девушка буквально у своего уха, а затем перевела взгляд на зеркало и валявшейся так кстати недалеко тряпочкой попыталась стереть пыль, вглядываясь в отражение. За спиной она увидела ту самую бабушку, оскал у нее был нечеловеческий, от того не думал она, что это бабки призрак. Сразу ясно было, кто говорит с ней. - Чего надо, бесяра? - Кира слишком смело смотрела на отражение. Она понимала, что нельзя так с бесами говорить, что их откупать надо, что уважительной надо быть, но плевать хотела на это. - Как грубо, я ведь и шею могу тебе свернуть, - засмеялся бес голосом старухи, а Ермурганд ощутила словно на шее смыкаются пальцы огромной руки, а дышать тяжелее стало. Но проигрывать она не хотела. - Не забудь только, что земля эта тебя не отпустит отсюда, пока ты полезен ей. А ты полезен будешь, раз дашь ей ведьмину смерть, - она не знала, попала ли в точку о своей догадке, но отступать уже было поздно. Но ощущение руки на шее не исчезло. - Помогите нам, - попросила старуха, - не хотим мы тут больше быть. Только молитвы вас не спасут. Не все тут дружбу хотят с вами водить. Земле есть нужно. Бегите только быстрее, а то Машка вас первая земле и отдаст, доверчивые вы. Травят вас тут, а вы и не видите. Слабее становитесь, а не заметите. Болезни начнутся да грызни. Брат брата убивать будет, - не унимался бес, - любовник любовнице глотку резать побежит, а одинокая душа сама себя уничтожит и других с собой заберет. Мальчишка твой злее становиться с каждым днем. А вы такое сотворили, так скоро сам себя потеряет. С ума его сведут, а он и не поймет уже. - Убедил, помогу вам, - сквозь удушающую ее руку беса хрипела девушка, - Как я могу вам помочь? - Те, кто спастись хочет, подсказки тебе давать будет. Всем вам. Читайте их вовремя и правильно, тогда и сами живы останетесь, - и старуха еще ближе к уху ее приблизилась, шепча, - в подвалах и погребах ищите вещи, что фонят, словно только из ада забраны были. Души все упокоить не сможете, но себя защитите. Не забирают они тех, кто уже им принадлежит, - затем резко бес пропал, позволяя дышать. Кира опустилась на колени, откашливаясь, переваривая полученную информацию, потирая горло. До этого она не говорила с бесами так близко. И не обещала им ничего. Что будет, если она не поможет? Они не отпустят их? Девушка села на пыльный пол, опираясь спиной о комод, придвинув к себе расставленные в сторону колени, руки укладывая на них локтями. Кира откинула голову к комоду, заглядывая в окно с разбитым стеклом. Там начинали метать молнии, усиливался дождь. Кира совсем не знала, что ей лучше делать дальше. Просто так быть в этом доме не хотелось. Так что она решила не терять времени и пошла искать в доме подвал или погреб. Пришлось поднимать пыльные коврики, периодически чихая от обилия пыли. Только вот погреб она нашла не тем способом, которым планировала. Она просто наступила на старую доску около старого шкафа, падая вниз с громким грохотом. Благо падать было не глубоко. Все же упала она на спину, дыхание выбилось из ритма, заставляя вновь кашлять. - Срань какая, - девушка повернулась на бок, понимая, что отбила себе пару мышц. - Да чтоб я... кха-кха...поздно, блять, зарекаться...кха-кха...- и тут она поняла, что телефон куда-то улетел и видимо фонариком к полу, потому что его не видно от слова совсем. Вокруг темнота, в которой даже привыкшие глаза с трудом что-то видели. Под ногами холодная и мокрая земля. Укушенная рана снова засаднила, начиная кровить, - Отлично, спасибо, Олежа, - она ощутила вкус крови на губе и провела тыльной стороной кисти по лицу, видя кровь, а потом понимая, что саднит левая скула. Конечно, ей же мало было всего, что происходит. Маленькой аккуратной заднице всегда положены огромные абсолютно небезопасные приключения. Надо было выбираться, каким образом еще совершенно не придумано. Девушка встала с пола и оглянулась. Тогда она закрыла глаза и постаралась сосредоточиться, чтобы найти хоть что-то. Возможно почувствовать. В голову вдруг полезли картинки убийства той девочки, слышны были крики, визги, ругань.       Олег проснулся от того, что слишком громко раздался гром и сверкали молнии. Шепс нахмурился, понимая, что лежит на диване один. Он решил, что девушка могла пойти в туалет. Полежал на спине минут пятнадцать, начиная волноваться за девушку еще сильнее. Медиум встал и собрал волосы в хвост, оглядывая комнату. На полу на толстых одеялах спали Дима и Артем. На кровати спали Вика и Лиза, а в кресле уснул Левин, рядом с которым в ногах спал старший брат. Где ее искать? В доме было совсем тихо, только молнии и раскаты грома мешали. Все же брюнет встал тихо совсем и прошелся по дому. Обуви ведьмы на месте не было. И куда она ушла? Лунатит? Вряд ли бы она тогда обувалась. Сердце забилось чаще. Но один идти он не станет, мало ли что произойдет. Тогда он вернулся в спальню и присел к Матвееву, толкая того: - Дим, - шепотом будил его Олег, - Дима, проснись. - Ммм, че те надо? Спи давай, - буркнул чернокнижник, закрываясь от друга лицом в сгибе локтя. - Дим, вставай, Кира пропала, - все так же шепотом и с явным волнением прошептал Олег. - Че, блять? - Дима пристал на локтях, лежа на животе, с непониманием и паникой глядя на друга. - Тихо ты, пошли... у меня плохое предчувствие, а один я не сунусь никуда, - парень встал с корточек, помогая встать другу. Оба надели кофты с капюшоном и взяли телефоны, выходя на веранду. - И давно ее нет? Куда она могла уйти? В лес? - заваливал вопросами Матвеев, светя фонариком на телефоне вокруг, не зная с чего начать. - Не знаю, я проснулся, ее нет. Минут двадцать уже нет точно. Надо найти ее. - У вас же связь, придется тебе почувствовать ее. Иначе мы так два дня будем бродить... А, ты ж не поисковик, - хмыкнул Дима. - Ну придется, Олеж... ____________________________________________ Жду ваши отзывы, солнышки:* Интересно, что вы думаете насчет работы)