Сон не лечит.
7 июля 2024 г., 08:17
Пребывая в полном отчаянии, Юль, захлебываясь в слезах, дрожал над острием ножа, словно желая перерезать свою глотку, но не осмеливаясь причинить себе вреда. Так больно жить и дышать, зная, что он больше не увидит её лучезарной, чарующей улыбки, что обращена словно в детстве, к нему.
Он не хотел бы вновь её расстроить вестью о своей смерти, помня, как она умоляла его очнуться, пока он лежал истекая кровью у неё на руках.
Она не хотела бы этого, не хотела бы его трупа, но нежелание видеть Юля, больше не давать ему приблизиться, было также крайне сильно. Никто не заслуживает умереть, но не каждый заслуживает очередного шанса, что провалится даже в длительных и мучительных попытках все исправить.
Глаза Юля разбегались по комнате, голова кружилась до тошноты, сердце стучало в бешеном темпе и тело тряслось жутко сильно, пока пот так и лился ручьем со лба уже бывшего сталкера.
Он думал, что умрет, что сердце не выдержит такого отвратного удара, что душа разорвется на сотни частей, а тело боле не двинется никогда, ледяным сгнив под землей, закопанным в коробке на глубине двух метров.. Ему не хотелось просыпаться живым, снова дыша в привычном темпе. Он лишь хотел получить ещё один шанс, хоть в глубине души и знал, что давно все кончено.
Боль пожирала нервные клетки, малейший рассудок и любые чувства, кроме разбитости.
Организм не справлялся с нагрузкой, не справлялся ни с чем, что испытывал Чхе. Ему было достаточно травм, достаточно происшествий за последнее время, но уже этого вынести он не мог. В отсутствии любых сил, темноволосый свалился на кровать и начал засыпать. Нож же лежал рядом, вдруг осмелится на новую попытку. Свернувшись ежиком и сжав одело, Юль сам того не поняв, наконец уснул. Какого же было его удивление, когда проснувшись он все так же был в кровати, а не на небесах, куда так надеялся и ожидал, что попадет.
Сердце не болело столь же сильно, скорее наоборот, словно билось легче, но серая тоска стремительно заполняла его душу. Мысли закончились, думать было не удавалось ни о чем, но руки тянулись к телефону, открывали контакт и медленно набирали полное оставшейся, глубинной нежности, которую смешали с тоской, «я люблю тебя, нуна».
Он долго вчитывался в эту фразу, отводил взгляд на обклеенные ее фотками стены, но в конце концов удалил написанное со строки и бросил телефон в сторону, зарываясь руками в волосы.
Кто бы мог подумать, что все его мечты и планы разрушатся в один миг? Бежать за нею боле не было смысла.
„она простила меня“
Но так ли это на самом деле? Возможно ли действительно простить Юля? Уже неважно, он не хочет её тревожить.
Одна лишь мысль не давала покоя: «Почему все так?» Почему снова кто-то другой, но не он?
Юль в упор не видит своих ошибок, но и Си Ан вела себя точно так же, обвиняя во всём одного Чхе.
Навязчивость убеждения, что каждый будет лучше, чем сам Юль, возрастала с каждым вздохом и усиливалась выдохом. Конченое разочарование повсюду. Ее взгляд на фотографиях словно стал холодным. Не таким живым, как виделось раньше..Либо же розовые очки наконец разбились стеклами внутрь.. Парниша сам не понимал что происходит, куда деваться и нужно ли в принципе вставать с кровати сегодня.
Недолго думая, змееныш улегся обратно и зарывшись под одеяло, попытался уснуть, что хоть и не совсем скоро, но получилось. Он проспал более 13-ти часов, и хотел было после пробуждения залечь обратно, как что-то словно ударило его по мозгам. «А что изменится, если я так и останусь проебывать свою жизнь в кровати? … Именно, нихуя, лучше вообще больше не просыпаться, всем будет похуй. ДА ИМ ВСЕГДА ПОХУЙ. ЧТО ЕСТЬ Я, ЧТО МЕНЯ НЕ БУДЕТ, РОВНЫМ СЧЕТОМ ПОМЕНЯЕТСЯ ЛИШЬ КОЛИЧЕСТВО ТРУПОВ НА КЛАДБИЩЕ.»
Да, похоже, мы зря надеялись. Не может такому человеку в голову прийти здравая мысль в столь скором времени после разбития надежд и „жизни“. Чхе принялся бить подушку о стену, а потом и вовсе стал долбиться о стену уже своим лобешником, в очередной раз прошибая его до крови. Надолго его не хватило, апатия снова завладела телом и постанывая от боли в купе с несправедливостью, Юль упал обратно, в мягкие объятия теплого одеяльца, опять спать.
Он совершенно забил на свой внешний вид, пропускал любые приемы пищи.. лишь изредка пил воду и ходил в туалет по «двум делам», словно идиот выкуривая кучу вонючих сигарет с их ужасно едким дымом прямо сидя на толчке.
Волосы были сальными, неприятный запашок от немытого тела и грязных зубов чувствовался издалека, и для любого нормального человека это давно был бы минимальный звоночек, чтобы наконец сходить в душ.. Но сейчас, гигиена — последнее, о чем вообще думал Юль. Скажу больше, он о ней в принципе не думал все это время.
Иногда голод становился настолько невыносимым, что парню приходилось заказывать доставку на дом. Замок все равно был сломан после того, как Ю чжин расхерачил его огнетушителем, так что Чхе никогда не трудился, чтобы забрать принесенное, лишь тихо пытался выпросить донести еду до него, в комнату и так доступной для всех квартиры.
Ему хватало маленького бургера, чтобы наесться, но и то, после них он всегда в итоге блевал.
Что-то в глубине души лобелии кричало ему, что все это — полный пи••ец, а не жизнь, и пора бы что-то менять, но разве он услышит? Все, что есть в его мыслях — глубочайшее желание того, чтобы реальность оказалась лишь сном, а он - просто попавшим в кому, парнишей, которого так трепетно ждет его любовь.
На руках и кровати красовались кровавые следы, которые змеюшка стал оставлять уверенней, уже без мимолетных опасений, ведь ему никто ничего не скажет. Было больно, отвратно больно, особенно в ощущении горящих сигарет на запястьях, ведь тушить о них удобно, но только самый сюр в том, что сам он этой боли не понимал.
