life is beautiful

Richy Mitch and The Coal Miners — Evergreen Чимин открывает шкаф, в котором они обычно хранят постельное бельё. Вытаскивая свежее, пахнущее хлопком бельё, омега кладёт его на диван, собираясь отнести в спальню. С самого утра он затеял уборку в доме. Его муж был на работе, дети в саду, а у него самого — выходной. Прекрасное время, чтобы потратить его с пользой. Омега открывает нижнюю полку в шкафу, в которой они стали прятать безделушки от детей и острые предметы. Отодвинув в сторону игольницу, Чимин замирает — на глаза попадается белый конверт без адресата, которого раньше здесь не было. — Что это? Чимин спрашивает у самого себя, не зная ответа. Он подхватывает пальцами конверт, замечая написанное слово «Семье» почерком любимого мужчины, и идёт в сторону кресла. Наверняка Чонгук подготовил какое-то письмо для своей семьи, но почему спрятал именно сюда? Чимин редко заглядывал на эту полку, поэтому спрятанная вещь была незаметна до этого дня. Мужчина распахивает конверт, зажимает в пальцах белый листок бумаги и разворачивает, начиная читать. С самых первых строк улыбка с лица взрослого омеги меркнет, а после и вовсе пропадает. Лист бумаги исписан почерком Чонгука, его тонким и ровным шрифтом. Стиль не отрывистый — он точно не испытывал сильного волнения, когда писал это. На глаза мгновенно накатывают слёзы от каждого слова. Его любимый муж… его тёплые руки написали это? Чимин шумно всхлипывает, сжимая одну ладонь в кулак и прижимая её к груди. В горле образуется серьёзный и удушливый ком. Так больно и тяжело одновременно, что омеге становится тяжело дышать. Держа в свободной ладони листок с написанными словами, Чимин поражённо качает головой, не веря в происходящее. Он поджимает губы и дрожащими пальцами отводит от себя бумагу, чтобы не запачкать сорвавшимися слезами. Под конец письма буквы начинают плыть. Возможно, Чонгук тоже не сдержался, когда писал это, и Чимин прекрасно понимает. Омега убирает письмо в конверт и прячет его на полку, словно никогда не видел. Жалеет только о том, что не увидел раньше. Закрыв шкаф, Чимин всё ещё находит себя искренне расплакавшимся перед всем этим. Это ломает его. Прощальное письмо Чонгука с просьбой никого не винить и не обижаться на него. Чимин вытирает ладонями лицо, пытаясь подавить слёзы, но едва ли может их остановить. Он устремляется в ванную, чтобы смыть с себя этот ужас, и заходится в бурном плаче, вспоминая их деньки. Чонгук и их двое детей были в парке, потому что Чимин работал дольше, чем альфа. Вечером они все вместе готовили ужин, и альфа улыбался, выглядя счастливым. Он был рад находиться рядом со своей семьёй. Чимин точно чувствовал это — потому что своими глазами видел, как альфа целовал детей в щёки и мягко обнимал его, пытаясь надышаться родным и любимым запахом. Этого не может быть. Не может быть, чтобы Чонгук думал о суициде. В их семье ведь всё прекрасно: практически нет ссор и пустых скандалов, они понимают друг друга с полуслова и полувзгляда, поддерживают и защищают. Это ведь так?.. Сейчас уже Чимин не был уверен. Чонгук, как альфа их семьи, как их защитник и крепкое плечо, находясь в постоянной ответственности за жизнь своих горячо любимых детей и мужа, просто… устал. Такое бывает, когда человек постоянно находится в стрессе. Рассказы о детстве Чонгука тут же всплывают в голове Чимина: когда он был подростком, отец Чонгука ушёл из семьи, бросив их. Это наложило на него травму, и альфа часто повторял, что боится стать таким же, как его отец. Боится быть похожим на него, не справиться со своими обязанностями и неправильно воспитать их детей. Чонгук боялся быть плохим мужем, хотя он ни разу не заставил усомниться в себе. Альфа Чимина многое переживал в одиночку, потому что о многом молчал. Не делился чувствами, эмоциями, переживаниями, которые в конце концов привели его к тому, чтобы он осознанно написал прощальное письмо для своей семьи. Старший брат Чонгука, Сокджин, остался жить со своим омегой Тэхёном в Корее. Чонгук же, когда подвернулась возможность, уехал в Америку. Там он и встретил своего будущего омегу Чимина. В родную страну он не возвращался уже около двенадцати лет. Общение с обожаемо-любимым братом было редким. Пара не смогла приехать на свадьбу Чонгука и Чимина, и они не смогли побывать на рождении племянников. Они общались редко, только по телефону, иногда включая камеру, чтобы посмотреть друг на друга и обсудить новые появившиеся морщины. Тогда Чимин тактично молчал, но мягко улыбался, целуя мужа в щёку. Чонгук не был для него старым. Он был для него самым любимым и дорогим человеком. Человеком, который собирался отнять жизнь у самого себя. Немного успокоившись, Чимин нашёл свой телефон. Ему нужно было позвонить старшему брату Чонгука, чтобы немного поговорить с ним. Попросить его сделать для младшего брата подарок на предстоящий день рождения. Вечером того же дня Чимин старался не подавать вида, что он знает о существовании этого письма. Омега готовил на ужин любимое блюдо своего мужа, увидев нотку удивления в его глазах. — В честь чего такое вкусное блюдо? — со смешком спросил Чонгук, приподняв крышку огромной сковородки. — Потому что люблю тебя, — просто ответил омега, подавив дрожь в голосе. — Ты счастлив? Чонгук согласно промычал, наклонившись пониже к сковороде, чтобы вдохнуть приятный запах. Альфа подцепил кончиками пальцев горячий кусочек мяса, наклонив голову, и поморщился, когда жар пробежался по его пальцам. Было очень горячо. Обернувшись на мужа, Чонгук заметил, что тот пристально за ним наблюдает, стоя у стола. — Да, я счастлив, — просто ответил альфа с улыбкой. Чимин сделал вид, что поверил. Прибежавшие после мытья рук сыновья сели за стол, начав рассказывать о своем дне. Чонгук молчаливо слушал их, спрашивая о многом, но ни разу не сказал о том, как прошёл его день. Чимин заметил это, когда они собирали грязную посуду со стола. Мальчики помогали — передавали папе столовые приборы, пока Чонгук сидел за столом и пил чай. — Как прошёл твой день, Чонгук? — спросил Чимин, взяв полотенце, чтобы вытереть влажные после воды тарелки. — Как обычно, — альфа подставил кулак под висок, удерживая голову. Он бросил долгий задумчивый взгляд на своё отражение в кружке, — а твой день? — Немного убрался, — омега поставил тарелки на место, — хочешь поговорить о чём-нибудь? Скоро твой день рождения. — Ещё полтора месяца, — устало отмахивается Чонгук, — никаких походов в рестораны и кафе. — Я ещё даже предложить не успел, — Чимин с маленькой улыбкой отложил полотенце в сторону и подошёл поближе к мужу, — хочешь какой-нибудь подарок? — Вы — это мой подарок, — произнёс Чонгук, протянув руки. Чимин мгновенно подошёл поближе, обнял мужа за плечи, прижав его голову к своей груди. Сидящий на стуле и обнимающий его Чонгук тихо выдохнул словно бы с облегчением. Чимин поджал губы, чтобы не спросить напрямую о письме. Он наклонился, с нежной улыбкой поцеловал любимого мужа в макушку, поправив его волосы. — Целуешь как маленького, — простым тоном поделился Чонгук. — Тебе не нравится? — Нравится. Чонгук помолчал, прижав ухо плотнее к груди омеги, чтобы услышать стук сердца. Чимин сильно прикусил нижнюю губу, чтобы сдержать слёзы, дрожащие в уголках глаз. Он не мог поверить, что его любимый и самый лучший на свете муж способен на такое. Способен наложить на себя руки и оставить их одних. И главное здесь для Чимина было не то, что он оставил бы их одних, а то, что Чонгук сделал бы это с собой. Он не может позволить своему мужчине совершить это. Он сделает всё, что угодно, чтобы Чонгук почувствовал радость в жизни и ему стало лучше. Чимин обещает это самому себе и Чонгуку. С каждым новым днём он пытается обращать внимание на то, что игнорировал раньше. Он больше разговаривает с мужем, пытаясь вытянуть из него многие слова, больше уделяет ему внимания, всё чаще обнимая и касаясь его. Это могут быть простые прикосновения к волосам, поглаживание по щекам сонным утром, потому что Чимин заимел привычку просыпаться раньше альфы и нежить его сонное, чуткое и родное лицо. Чимин стал чаще обнимать Чонгука, чтобы он чувствовал себя комфортнее. Он пытался дать альфе побольше отдохнуть после работы, старался не сильно тревожить в выходные дни, но Чонгук и сам без проблем соглашался на просьбы отправиться с детьми в парки, зоопарки, аттракционы. Он словно пытался успеть сделать всё до… В свой день рождения Чонгук поспал дольше положенного. Он с удивлением заметил, что его никто не будил утром, а в доме стояла тишина. Альфа вышел из спальни, найдя родных в гостиной. — Не смотри! — пискнул младший сын, держа в руках цветной шарик. — Что вы делаете? — Чонгук всмотрелся. Чимин уже закончил вешать на стенку объёмные буквы с фразой «С днём рождения». Чуть ниже висели в форме сердечка рисунки их детей с подписями, почему они любят своего отца. Чонгук даже удивился, когда в этом сборе детских рисунков были и рисунки Чимина с подписью, почему альфа являлся самым лучшим мужем и папой. Это тронуло Чонгука. Он улыбнулся, а обрадовавшиеся дети кинулись обнимать своего отца, думая, что он безгранично счастлив их подарком. Только Чимин увидел тень грусти в улыбке альфы, пытаясь реагировать на это спокойно. — Мы тебя так сильно любим, — признался старший сын. Омежка наклонился к лицу своего отца, оставляя там цыплячьи поцелуи. Младший присоединился, шутливо пощекотал Чонгука под подбородком, повторив жест своего отца. — Я тоже вас люблю, — признался Чонгук, — спасибо вам большое. — А вечером придёт дядя Юнги! — младший сын радостно хлопнул в ладоши. Юнги, младший брат Чимина, всегда приходил на общие праздники и звал в гости к себе. Он всё ещё не жил с альфой, но встречался с кем-то. Держал это в секрете. Родители Чимина жили в другом городе, они приезжали раз в год на Рождество, либо семья полным составом ездила к дедушкам на праздники. Папа Чонгука умер несколько лет назад, приехать к нему у альфы не получалось из-за работы. Тогда они крупно поругались с братом, стали созваниваться всё реже, но постоянно поздравляли друг друга с праздниками. Этим утром Чонгук не получил сообщения от Сокджина, решив поделиться об этом с мужем. — Может быть, он просто занят? — омега пожал плечами. — Наверное, просто забыл, — вздохнул альфа, пытаясь скрыть разочарование. — Чем тебе помочь? — Я всё подготовил, тебе сегодня нужно только отдыхать, — отмахнулся Чимин, погладив альфу по плечам, — если хочешь, можешь съездить с детьми в магазин. Они хотели праздничные колпаки. Альфа в шутку закатил глаза, издав звук несогласия. Резинка от праздничных колпаков всегда врезалась в кожу под подбородком и была не очень удобной. Но раз этого хотят дети — Чонгук не может им отказать. Половину своего дня он проводит в магазине, изредка отвечая на сообщения Чимина. Балуя детишек, он покупает им игрушки, которые они хотят, не забывает про колпаки и свечи, зная, что не только ему придётся задувать их. Маленькие дьяволята обязательно подползут со своими жалобными глазками. В последний раз Чимин дал детям отмашку в виде двух кексов и одной свечки. И то задували они после именинников, радуясь этому. Чонгук уверен, что в этот раз будет то же самое. Возвращается он домой под вечер, наблюдая за красивым столом. — С днём рождения, большой брат, — с весёлой улыбкой поздравляет Юнги, обнимая Чонгука. — Спасибо, мелкий, — легко отзывается Чонгук. Он принимает подарок от Юнги, и они перемещаются в гостиную, в которой стоит стол с разными блюдами, бутылками с алкоголем и соками и посудой. Чонгук позволяет старшему сыну надеть на свою голову колпак. Он дурачится, вытаскивая язык, вызывая хихиканье у своей семьи. Главу семьи усаживают в кресло. На колени залезают дети, присаживаясь и обнимая своего отца, и рядом на подлокотнике устраивается Чимин. Они делают такие фотографии каждый год. Сначала на этом кресле были только Чонгук и Чимин, затем можно было увидеть Чимина с большим животом, сидящим на коленях Чонгука. В следующий год на фотографии Чонгук держал своего сына, а Чимин сидел рядом. Ещё через пару лет Чонгук держал двоих сыновей, радостно смеясь, испачканный в торте, а Чимин привычно широко улыбался на подлокотнике. Эти фотографии с их дней рождения были своеобразной традицией, которую они всегда соблюдали. Чимин не может поверить, что для Чонгука это могла бы стать последняя фотография. Он поправляет колпак на голове мужа, мило улыбаясь, и просит дать ему минутку, чтобы пригладить свои волосы. Проходит действительно меньше минуты, когда Чимин возвращается, волнительно присаживаясь рядом. Чимин жмётся к плечу мужа, обнимает свободной рукой сына и улыбается. Юнги делает фото на полароид, хитро улыбаясь. Чонгук не спешит вставать, потому что знает, что по семейной традиции Чимин вынесет торт со свечками, он его задует, загадав желание, и только после они с детьми переместятся за стол. Всё происходит, как обычно: Чонгук задувает свечки на своё торте, разрешает зажечь ещё парочку, чтобы их задули дети. — Это фото будет твоим самым любимым, — улыбается Юнги. — Все фото хорошие, — мягко отвечает Чонгук. — Но это лучшее! — спорит Юнги. Он протягивает небольшую фотокарточку Чонгуку. Альфа сжимает её пальцами, с прищуром всматриваясь в фотографию. Его взгляд меняется за долю секунды, когда он понимает, кто именно стоит на фото позади его семьи. — Сюрприз! — громко кричит счастливый Тэхён, взрывая хлопушку, которую держал до этого в руках. Чонгук не поднимает голову, только прижимает руку к своим губам, которые с силой прикусил, чтобы сдержать эмоции. Дети сползают с колен, чтобы вскрикнуть от радости, и даже не пугаются, когда Чонгук резко поднимается на ноги. Своего брата он находит взглядом мгновенно. Чимин прижимает раскрытые ладони к своим губам, не пытаясь сдержать слёз. Сокджин широко распахивает руки и крепко обнимает своего младшего брата. Он по-родному целует его в висок и улыбается. В его глазах сверкают слёзы от воссоединения. Чимин по дрожащим плечам своего мужа понимает, что он не смог сдержать слёз. Копившиеся в нём эмоции годами выплеснулись мгновенно. Тэхён тоже прижимает пальцы к уголкам век, чтобы стереть подкатившие слёзы. Их с Сокджином единственный сын обнимает младших братьев. Даже Юнги не сдерживает эмоций, счастливо заплакав. Чимин продолжает смотреть на братьев с надеждой. Чонгук крепко обнимает Сокджина в ответ, шумно всхлипывает, вызывая в старшем альфе усмешку. Сокджин не стесняется показывать своих слёз, когда хлопает по спине брата и пытается его приподнять, как в детстве, но из-за разной весовой категории он только морщится и тихо смеётся. С особым удовольствием он зарывается пальцами в волосы брата, растрепав их, и ещё раз смачно целует родного человека в висок. — С днём рождения, — с дрожью в голосе произносит Сокджин. — Спасибо, — качает головой Чонгук. Его веки опухли и покраснели. Он отрывается, чтобы взглянуть на брата, а после снова прижимается к нему, крепко обнимая, — спасибо. — Это всё благодаря твоему мужу, — улыбается Тэхён. Чонгук шокированно качает головой — слишком счастливый. Он не может прийти в себя от шока. Его губы вновь поджимаются, а глаза наполняются несвойственной влагой, когда он идёт через всю гостиную, чтобы крепко обнять своего мужа. Он практически падает в его маленькие руки и благодарно сжимает в объятиях. Сокджин в это время тискает своих маленьких племянников, достаёт для них фотоальбом с детскими фотографиями Чонгука, дарит привезённые с собой подарки, целует малышню и просит поторопиться и сесть за стол, потому что они ужасно голодные. Чонгук удаляется, чтобы хорошенько умыться холодной водой, а Юнги помогает брату достать заранее приготовленные столовые приборы на семью. Тэхён помогает с блюдами, накладывая всем и открывая алкоголь для взрослых. Весь вечер проходит в общении, воспоминаниях и впечатлении от полёта. Благодаря просьбе Чимина Сокджин со своей семьёй купили билеты, чтобы успеть приехать на день рождения Чонгука. Чтобы поздравить его лично. Свой подарок семья брата вручает Чонгуку после застолья. В конверте оказываются билеты в Пусан. К ночи они убирают со стола. Тэхён моет посуду, болтая с Чимином на кухне, а Чонгук и Джин уходят на балкон, чтобы поговорить без лишних взглядов. Младшие дети укладываются в своей спальне, а Чонгук без сомнений переносит в комнату раскладной диван, достав комплект белья. Он готовит спальное место для своего племянника, а после подготавливает спальное место в гостиной для брата и его омеги. Тэхён утаскивает мужа на балкон, когда Юнги уходит домой, потому что Чонгуку и Чимину точно нужно поговорить о личном. — Ты прочитал письмо, — констатирует факт Чонгук, когда закрывает за собой дверь в кухню. Чимин кивает головой. Он встаёт из-за стола — там стоят три бокала с вином, которое он пил с Юнги и Тэхёном. Омега поднимается на ноги, подходит поближе к мужу и откровенно смотрит в его глаза. — Пожалуйста, давай всё исправим, — просит едва слышно Чимин. На дне его глаз плещутся слёзы, — давай что-нибудь поменяем. Чонгук морщится: сегодня у него самый эмоциональный день за последние годы. Он ловит ладони своего омеги, благодарно целует его волшебные руки и согласно кивает. — Давай, — тихо хрипит альфа, соглашаясь. — Хочешь, уедем отсюда? Хочешь, поменяем город? Только не молчи, Чонгук, — Чимин не сдерживает слёз. — Я так сильно испугался, когда прочитал твоё письмо. Почему ты не говоришь о своих чувствах? Почему не скажешь, что устал? — Не должен, — отрицательно качает головой Чонгук. — Ещё как должен, — тянет Чимин, — ты так сильно дорог мне. Не только как муж и отец наших детей. Ты удивительный человек, Чонгук, и ты всегда рядом, когда нам нужна помощь. Ты чувствуешь всё на особенном уровне и всегда понимаешь меня. Ты самый невероятный человек, которого я встречал за свою жизнь. И я люблю тебя, потому что не любить такого, как ты, — просто невозможно. Хочу, чтобы ты знал: не нужно всегда быть сильным и жить в дискомфорте, стараясь ради нас. Я всегда буду на твоей стороне, если ты захочешь что-то исправить или изменить. Я всегда буду поддерживать тебя. — Знаю, — кивает Чонгук, прикрыв глаза. — Если бы знал, даже не думал о том, чтобы сдаться, — тихо шепчет Чимин, — ты всегда делаешь всё для моего комфорта и счастья, и я готов делать то же самое и для тебя. Родной, просто не молчи. Скажи, если плохо или тяжело, вместе мы справимся. Я помогу тебе, ты никогда не будешь обузой в глазах своих детей. Для них ты всегда как супермен, который делает невероятные вещи. Для меня ты всегда будешь самым невероятным мужчиной на свете. Самый чуткий, добрый, внимательный, заботливый, понимающий. Самый нужный и самый родной. Чонгук тихо кивает, крепко обнимает омегу, прижав его к себе. Зарывается лицом в его волосы, чтобы спрятаться и не показывать слёзы. — Я тебя очень сильно люблю, — признаётся альфа. — И я тебя, — согласно отвечает омега, с любовью проводя ладонями по всей спине мужа. — Спасибо тебе, — шепчет сбивчивым тоном Чонгук, — за всё. За поддержку, за понимание, за всю нашу жизнь. — Обещай, что ничего не сделаешь с собой, — просит Чимин, — мы всё исправим, Чонгук. — Обещаю, — кивает альфа. И хоть в моменте его слова могут звучат фальшиво, но он действительно постарается ради своей семьи. Он ведь должен соответствовать своему прекрасному мужу. А фото со следующего дня рождения они сделают у моря. В составе всей своей счастливой семьи.

💕

«Моей семье.

Если вы читаете это письмо, значит, меня уже нет.

Пожалуйста, не вините никого и не держите на меня зла, не обижайтесь.

Я прошу прощение за то, что не справился и оказался слабым человеком, не выдержав этой жизни.

Я также понимаю, что тяну свою семью на дно.

Бесконечно сильно люблю вас.

Люблю своих детей.

Люблю тебя, Чимин.

Прости, что подвёл тебя, возложив такую ответственность. Пойми — я устал.

Наверное, мне не стоит это писать, потому что я вижу, что и ты устаёшь, и я подражаю тебе в каком-то смысле, стараясь не жаловаться.

Моя семья распалась — брат находится так далеко, что я уже начинаю забывать, как он выглядит. Мои дети нуждаются в более лучшем и ответственном отце.

И мой любимый муж нуждается в том, кто будет рядом всегда.

Я знаю, что жизнь — прекрасна.

Не для всех.

И в этом мире не для меня.

Я бы хотел, чтобы жизнь была прекрасной для моей семьи.

Я безгранично сильно люблю вас. Но больше так не могу.

Просто сдаюсь. Слабак.

Деньги на похороны возьми с моей карты, остальное потрать на детей. Не злись на меня, не вини себя, Чимин. Продай эту квартиру, уезжай поближе к морю. Я всегда мечтал о море…

Я люблю тебя, Чимин.

Поцелуй детей перед сном.

Ты — моя прекрасная жизнь.

Простите меня.»

«Речь идет о том, чтобы встать, выздороветь и покончить с плохим. Становитесь счастливыми, хорошо? Будь счастливым». Стивен Кинг