Чистый брак

      Вивьен стояла на распутье дорог, метая глаза из стороны в сторону. Она стояла посреди густого, темного леса. По глазам и мантии бил ливень, девушка дрожала, всматриваясь вглубь двух разных дорог, замечая на каждой из них двух людей в тёмных мантиях. Дорога слева загорелась ярким, алым пламенем, а силуэт все подходил ближе и ближе, пока блондинка отчетливо не разглядела в парне Сириуса Блэка.       — Сириус…? Что… где я? — кричала Вивьен, точно в пустоту, Блэк её не слышал. Он замер почти дойдя до неё, девушка в ужасе застыла, из его рта капала кровь. Она заметалась в поиске поддержки, посмотрев на дорогу справа. Дорога горела зеленым пламенем, разливаясь в густой, черный дым. Там стоял Регулус Блэк, горько смотря на девушку. Когда парень повернулся, из его спины показался страшный, железный прут, протыкающий его насквозь. По щекам белокурой катились слезы, страх и паника навалились на нее, разрывая, не зная кому из братьев помочь.       — Выбирай! — демоническим голосом галдели парни. — Выбирай, Вивьен! Девушка крепко зажмурилась, закрыв уши руками, села на корточки, чувствуя как ливень только усиливался. Все резко сменилось, теперь девушка бежала по яркому полю, в нежном платье, хохоча и задорно смеясь.       — Подожди, куда ты убежала! — смеялся вслед за ней парень, догоняя девушка и роняя на ровную, зеленую полянку.       — Сириус, отпусти меня! — хохотала девушка, пока длинноволосый парень её щекотал, громко заливаясь смехом.       — Не отпущу! Знаешь почему? — привстал на локтях Блэк, нависая над девушкой.       — Почему же? — улыбнулась Вивьен, наматывая прядь его волос на пальчик.       — Потому что, люблю тебя! — весело крикнул Блэк-старший. Под задорный смех, парень мягко поцеловал девушку, утопая во вкусе её нежных губ. Вивьен закрыла глаза, а поцелуй стал грубее, вкрадчивее, более напористым и глубоким. Волосы вмиг стали короче, а руки грубее сжали талию блондинки, страстно усадив на себя, а юноша продолжал врываться в её рот, сжимая второй рукой её лицо. Вивьен почувствовала запах корицы, отпрянула от парня, утыкаясь лбом в его лоб, они вместе тяжело дышали.       — Я отдам за тебя свою жизнь, солнце… — прошептал парень, но уже другим голосом. Голосом Регулуса Блэка. Вивьен выпрямилась на его бедрах, уперевшись спиной в колени Регулуса, его грудь тяжело вздымалась, губы распухли, а тёмные волосы были взъерошены. Регулус начал тормошить девушку за предплечье, а лицо приобрело суровый вид.       — Вивье-е-ен. — протянул он, все еще теребя плечо блондинки.       — Просыпайся, Больер, эй! — услышала она голос в затворке сознания, резко распахнув глаза. Она лежала в своей комнате, на своей кровати, вокруг светлые тона комнаты, а на белоснежной простыне сидел парень из её сна, уставившись на неё.       — Что случилось, где все? — пробормотала она.       — Все разошлись, а ты уснула. Не стали тебя будить. — Регулус отвел взгляд в сторону. — Что тебе сказал Лорд? Но к его удивлению, девушка лишь крепко обняла его со спины, прижавшись щекой к жилистой спине. Он чувствовал её дыхание даже сквозь темно-серый свитер, от чего сердце замерло на мгновение, но чего-то не хватало. Блэк немного склонил голову в ту сторону, где было лицо Вивьен. Светлые кудряшки не спадали с его плеча.       — Прости меня, Редж… — прошептала она, сильнее прижимая его за грудь к себе. Регулус приложил руку к обнимающим ладоням, аккуратно поглаживая большим пальцем.       — За что?       — Ты… единственный был рядом, пытался понять что со мной. — она отстранилась и села напротив. — Прости, что не рассказала… Теперь Блэк разглядел точно, волосы кудряшками подскочили выше плеч, а не свисали длинными прядками к пояснице. Отрезала.       — Так ты вспомнила? — как-то больно стало в его сердце. Кольнуло. — Я не мог понять до Рождественского приема, стыдно признаться, но наверное и не понял бы. Нарцисса догадалась, сказала мне. Но зачем? Вивьен понимающе кивнула головой, отчего волосы качнулись вперед.       — Отец напугал меня тогда бабкой, я думала расскажет ей про мое общение с… ну ты знаешь. — чуть запнулась Вивьен, прикусив губу. — Придумала план, попросила Лили наложить заклинание, дабы провести бабку Присциллу. Перестраховалась, но не учла, что Тёмный Лорд меня раскусит сразу же, а после сделанного и вовсе забыла об этом. Блэк нахмурился, поджав губы, снова заглянул в глаза волшебницы.       — Что было потом?       — Лорд снял заклятие, дал шанс. Метку я не получила, меня назначили целителем армии. — облизав губы, Больер завела прядку за ухо. — Затем ворвался отец, пытался снова меня…избить. Я выгнала его, плюнув в лицо. Блэк едва заметно сжал руку в кулак. Он снова хотел избить его будущую жену. Урод. Хотелось размазать его лицо, заставить рыть могилу, а после закопать его в ней же, как псину. За неё.       — Что ты сделала с волосами? — выдохнув, спросил Блэк.       — Надоели.       — Тебе идет. — улыбнулся он. — Могу задать тебе вопрос? Один. Вивьен залилась румянцем, заметив как детально изучал ее парень, потупив взгляд, она кивнула. Смотреть на него было пыткой. Одни глаза чего только стоили! Мало того, что она вспоминала теперь и о Сириусе, так теперь в её мысли вцепился и другой брат… Черт бы побрал этих Блэков!       — Что теперь будет? Ну, между нами… — зачесал затылок Регулус. — Ты была не тепло настроена ко мне, надеюсь это ты вспомнила? Он надеялся, что не вспомнила. Вивьен немного помолчала, отведя глаза на камин. Вопрос был кстати, но она не ожидала его так скоро. Она задумалась, а действительно какие отношения теперь будут, когда она вспомнила всё? Тишина душила блондинку, а взгляд серых глаз желал ответа. Ви прокручивала в голове все события и их общие моменты. Когда они поцеловались перед Рождеством, пришла к нему в комнату, заботливо укрывая одеялом. Как сидели в гостиной сегодня днем, смеялись и беззаботно дурачились с другом. Ей было хорошо, комфортно, весело. Хотелось ощущать это всегда, но в мысли снова вкоренился образ старшего Блэка, чувства к нему притупились значительно сильно еще перед внедрением фальшивых воспоминаний, но было ли это правдой?       — Пойдем пить горячий шоколад с вафлями? — выпалила Ви, резко повернув голову на парня. Блэк сначала опешил, не понял, но потом начал заливисто смеяться, посчитав это хорошим ответом. Она не хотела прогонять его, а остальное было не важно. Сгребая блондинку в охапку сильных рук, Блэк закинул смеющуюся Больер на плечо, со смехом спускаясь во вторую гостиную, о которой Ви успела позабыть. Вторая гостиная была другой. Теплой, уютной, не большой. Красивые колоны, мраморный светлый пол, панорамные окна украшали светлые портьеры, открывая вид на густой лес. Посреди залы стоял широкий, бежевый диван украшенный золотистыми нитями, на который парень и скинул девушку, присаживаясь рядом. Тоби снова принес горячий шоколад и вафли, разговоры и шутки наполнили помещение. Регулус любовался звонко смеющейся кудрявой блондинкой, которая заражала его своей энергетикой. Он хотел запомнить этот момент, особенно в такое время как сейчас. Помнить их такими.       — Ой, пошли спать, Редж. — махнула рукой Вивьен, отпив последний глоток горячего напитка.       — Да, пора. — ответил Редж, вставая с дивана. Пожелав друг другу спокойной ночи, подростки разошлись по спальням. Зайдя в свою, Регулус только сейчас обратил внимание на небольшую, зеленую коробочку, одиноко стоявшую на столе за книгами. Как он не заметил её раньше? Взяв в руки бархатную коробочку, он увидел серебряное кольцо, с аккуратным, темным камнем, и записку.

«Надеюсь, тебе понравится мой подарок.

Обнимаю. С Рождеством, В.П.Б.»

Сердце вновь замерло, а рука невольно потянулась к шее, обнажая оттуда маленький кулончик на серебряной цепочке. Он носил этот подарок не снимая, только сейчас задумавшись о том, почему он его носил все время. Его подарила она. Надев кольцо на палец, в своих мыслях он лег в постель, улыбаясь куда-то во тьму. Мысли метались в хаосе чувств и воспоминаний, когда он наконец осознал глубину своей привязанности. Вивьен была для него не просто бесящей девушкой-однокурсницей, а источником вдохновения и внутренней тоски, которая не оставляла его на протяжении всех этих лет. Он помнил, как в детстве завороженно наблюдал за ней, когда она смеялась или играла с его братом или друзьями, раньше его это бесило. Раньше, но не сейчас. С каждым годом его чувства становились всё более сложными. В то время как его старший брат уверенно дружил с Вивьен, он, застенчивый и неуверенный в себе, оставался в тени, ненароком страдая от своего безмолвного обожания. Он понимал, что его брат был тем, кого она желала, и это лишь усиливало его внутреннюю борьбу, взывая к ненависти ко всему миру. Каждый их разговор, каждое её легкое прикосновение к руке брата вызывали острое чувство зависти, смешанное с печалью, это и заставляло парня подкалывать и дразнить однокурсницу. Но вот он лежал в тишине своей комнаты, и, в конце концов, все эти подавляемые эмоции выплеснулись наружу. Он больше не мог отрицать, что это не была просто детская влюбленность, это чувство переросло в что-то гораздо более значимое и глубокое. Он влюбился в Вивьен Больер по-настоящему — с каждым годом все сильнее, даже несмотря на то, что она никогда не смотрела в его сторону, более того — терпеть не могла. Теперь он знал, что должен найти способ быть честным с собой и, может быть, даже с ней, хотя бы в своих мыслях.

***

Поезд по дороге в Хогвартс потонул в гробовой тишине, не было слышно никаких смешков, радостных криков и обсуждения прошедших каникул. Все молча уставились в «Ежедневный пророк». Всё это больше походило на страшный, зловещий сон, кошмар, будто вот-вот проснешься. Но все было по-настоящему. Шутки закончились. Газета гласила о страшном, зверском убийстве ученика второго курса Пуффендуя по имени Квентин Селфорт и всей его семьи. Мальчик и его семья были убиты на Рождество. Министерство лишь разводило руками, списывая все на несчастный случай. Второкурсник был маглорожденным. Надвигалась буря, шторм, и все это пугало всех по дороге в школу. Их даже некому защитить. Вивьен перевела взгляд на усмехающуюся Розье, которая детально, безумно изучала газету. Крауч и Рабастан казались отстраненными, Регулус молчал, но был бледным, не верил, что его некогда кумир, мог пойти на такое зверство. Не хотел верить в это.       — Розье, ты в себе? — фыркнула Вивьен, буравя взглядом девушку. — Он же ребенок…       — Ну и что? Он грязнокровый, с такими только так. — хмыкнул та, пожав плечами. Вивьен откинула от себя газету, нависая прямо над брюнеткой. Злоба начинала подкрадываться все ближе и ближе.       — Ты настолько бездушная?! Его подвесили ногами на лестнице, заставляя смотреть, как медленно погибают его родители, а затем вспороли живот. Как ты можешь быть такой отвратительной?! — повысила голос Больер, а Розье это только позабавило.       — Мне все равно. Они заслужили. — воскликнула Элизабет.       — Ребенок заслужил?! Ему было двенадцать! Идиотка… Вспыхнув, как спичка, Вивьен пулей вылетела из купе, проходя по пустому коридору. Достав сигарету, наглым образом украденную у Регулуса, прикурила от палочки, выдыхая дым в приоткрытое окно поезда. Вивьен не узнавала свою подругу, ей вдруг стало мерзко и противно от неё, от её жестокости. Темная метка давала о себе знать, превращая беззаботную, веселую Элизабет, в злостную, жестокую стерву. Или же просто её сущность вырвалась наружу, до этого притаившись в закромах сознания. Больер даже подумала о том, что Розье и сама была бы не против сделать это с беззащитным мальчиком. В одном из купе, послышались мокрые всхлипы, кто-то рыдал. Причем так досадно, что у Вивьен сжалось сердце. Затушив сигарету и магией избавившись от нее, блондинка обернулась, приготовив носовой платок, двинулась в сторону громких рыданий. Когда она открыла дверь, то заметила, как спрятав лицо в ладонях, плакала совсем юная девушка, замотавшись в Когтевранский шарф поглубже.       — Почему ты плачешь? — спросила блондинка, присаживаясь напротив. Ответ не последовал. — Как тебя зовут? Девчушка с недоверием покосилась на слизеринскую форму, но увидев действительно заинтересованный вид Больер, перестала шмыгать носом.       — Кортни. Кортни Белшоп. Вивьен задумалась, фамилию Бэлшоп она не слышала среди чистокровных, значит девушка была маглорожденной. Увидев озадаченность на лице блондинки, Кортни уже готовилась выслушать пару оскорблений от неё, но к её большому удивлению, Вивьен лишь сжала её руку в подбадривающем жесте.       — Не бойся, малышка. Хогвартс безопасное место, там тебя не тронут. Все будет хорошо.       — Я боюсь не за себя… мои мама и папа… — девушка снова разразилась слезами.       — С ними тоже все будет хорошо, Министерство обязательно возьмет контроль над ситуацией. Не плачь, вот, возьми платок. Вивьен и сама не верила тому, что говорит. Хогвартс безопасным местом она не считала, после того, как увидела всю силу и мощь Лорда, на Министерство тоже надеяться было лажей. Они ничего не делали, вероятнее всего, там уже был их человек, который умело заметал следы и наложил на всех Империо. Сделал пешек. Страшно было всем, особенно маглорожденным. Что теперь будет, не знал никто. Просидев с Кортни еще минут двадцать, Вивьен ушла, передав девушку в руки заботливых подруг-когтевранок. В коридоре она наткнулась на Иветту Гринграсс, что стояла мрачнее тучи.       — Ветс, у тебя все нормально? Миловидная девушка обернулась на голос, падая в объятия Вивьен.       — Ви, все что происходит… это так страшно. Мой отец, брат… все они, получили метки, их все время куда-то направляют… — шепнула Иветта. Вивьен обняла девушку в ответ, поглаживая по шоколадным волосам, когда её настигла ужасающая мысль.       — А ты…? — спросила она, надеясь на то, что Иветта просто не смогла.       — Какой из меня боец… — выдохнула Ветти. — Лорд назначил меня целителем армии. Еще одна. Вивьен медленно прикрыла глаза, понимая, что теперь в этом дерьме завязаны они обе. Но лучше было лечить солдат, чем убивать их, не правда ли? Хотя нет, все в любом случае плохо. Поговорив с Гринграсс еще немного, Больер узнала, что почти всех девушек из чистокровных семей назначили в целители. Одна только Розье покорила сердце Лорда и стала полноправным бойцом, о чем и мечтала. Если же сердце у него было. Но мучал вопрос, раз уже выбрали целителей, уже идут такие страшные, масштабные бои, где будет располагаться лазарет? Не по лесам же их отправят бегать… Наверное. Время за мыслями шло быстро, уже виднелась станция Хогсмид, а когда поезд окончательно остановился, все ученики вышли, кучками держась друг друга. В дали, Вивьен увидела компанию Мародёров, но не в полном составе. Лили Эванс нигде не было. Сердце немного пустило в удар, куда подевалась школьная староста в середине года? Факт того, что Эванс была еще и маглорожденной, навеивал страх, от которого по рукам пробегали мурашки. Да и уж больно странный, разбитый вид был у компании. Поравнявшись с Регулусом, который за всю поездку все еще не сказал ни слова, они сели в карету к однокурсникам, добираясь до замка. Молчание угнетало, становилось еще хуже, когда в Большом зале, Дамблдор начал свою речь, глядя на учеников с пьедестала.       — Друзья, вы все слышали, что случилось на Рождественских каникулах. Нас покинул второкурсник Пуффендуя, Квентин Селфорт. — громко говорил директор, пока за преподавательским столом тихонько плакала мадам Стебель. — Квентин был прекрасным, добрым, умным мальчиком. Прошу вас, сохраняйте спокойствие, ситуация в мире очень напряженная… Директор все говорил, говорил и говорил, когда Вивьен потерялась где-то в своих мыслях.       — Это сделала Белла. — прозвучал рядом шепот Блэка-младшего.       — Что? С чего ты взял? — так же шепотом, нахмурив брови, спросила Вивьен. Регулус наклонился ближе, в самое ухо девушки.       — На Рождество их не было. Они были на важном задании Лорда. В тот же вечер умер мальчишка с семьей. Регулус выглядел озадаченным, как не от мира сего. Вивьен словно током прошибло от услышанного. Что делать? Рассказать Дамблдору? Отправить сову в Министерство? Нельзя. Они все в одной упряжке, загребут всех разом, даже имени не спросив. Ладно Вивьен, у нее не было зловещей метки, но она была у Реджи. Но и молчать было нельзя. Хотелось взвыть от безысходности. Вивьен нервно убрала прядь за ухо, еда в горло не лезла. Последние новости подкосили девушку, она не могла думать не о чем другом, как о том, куда они вляпались. По уши вляпались. Регулус тоже думал, много думал. Не верил в это, не мог его кумир совершить такое деяние над ребенком. Но факт оставался фактом, Беллатриса была там вместе с мужем. По приказу Тёмного Лорда. Сомнений не было, это сделал он. Все, что он чувствовал, это разочарование. Пустоту и обиду еще, но разочарование давило больше всего, сковывая грудь. В глазах все еще плавала газета: зверское убийство, колдографии с места преступления, маленькое тельце, накрытое белой простыней. Вот он, бегал по коридору, улыбался, читал книжки в библиотеке, а теперь его сравняют с холодной, сырой от снега, землей. Было все равно, какая кровь у него была. Он был ребенком. Двенадцать лет… Сердце Регулуса сжималось с невероятной силой, он осмотрел своих товарищей, надеясь увидеть хоть какое-то сострадание к мальчику. Барти отрешенно отпивал тыквенный сок, в нем совсем не было нотки на грусть, Розье во всю упивалась положением грязнокровок, чувствуя привкус власти. Лишь Рабастан задумчиво перемешивал ложечкой сахар в чае. И бледная Вивьен сидящая рядом. Она думала о том же, о чем и Блэк. Они молча ждали окончание ужина, когда к ним внезапно подошел декан, устремляя грустный, полный скорби взгляд на Вивьен Больер.       — Мисс Больер, вас хочет видеть директор после ужина. Это срочно, не затягивайте.       — Конечно, сэр. — отрешенно кивнула блондинка. Для неё эта фраза никогда не сулила ничего хорошего, но постоянно носилась по пятам, загоняя в тупик. Когда пробил колокол и ужин наконец остался позади, Вивьен, распрощавшись с однокурсниками, поплелась за Слизнортом к директору. Волнение пробуждало дрожь, усиливая чувство легкой паники. Что ему понадобилось так срочно? Войдя в след за зельеваром, она осмотрела все помещение. Во главе стола стоял старик с серебряной бородой, деканы остальных факультетов и старосты школы, среди которых она видела Мэри МакДональд, Римуса Люпина и Сетта Вуда. Но рыжей макушки по-прежнему не было.       — Мисс Больер, приветствую вас. — кивнул директор.       — Здравствуйте, профессор Дамблдор. Зачем меня пригласили?       — Видите ли, мисс Больер… случилась беда, вы осведомлены. — директор обошел стол, поправляя очки-полумесяцы. — В связи с данной ситуацией, многие маглорожденные волшебники решили не возвращаться в школу в этом году, в их числе Лили Эванс. Что за чушь? Лили Эванс решила не возвращаться в школу, звучит как абсурд. Сюрреализм какой-то. Вивьен перевела непонимающий взгляд на Римуса, он выглядел хуже некуда. Тоска, грусть, печаль и отчаяние сражались на его бледном лице. Что-то было нечисто.       — Мы бы хотели, что бы вы получили должность старосты школы и на время подменили Лили. — продолжила МакГонагалл. Вивьен свела брови, потерев переносицу. Сколько же навалилось.       — Профессор, я не очень понимаю… я ведь только на шестом курсе, старосту школы назначают на седьмом. — озадаченно проговорила Больер.       — Верно, мисс. Но в связи с такими обстоятельствами, поскольку все лучшие ученики седьмого курса уже являются старостами, преподавательский состав, решил выбрать человека с шестого курса. — развел руками директор. — Вы лучшая на шестом курсе по знаниям. Не хуже седьмого. Как вы на это смотрите? Больер думала, что хуже не будет, когда ехала сюда. Теперь еще и значок старосты на себе носить придется, а ведь это они еще не знают о запретном, которым от Вивьен досталось бедолаге Филчу. Выперли бы, а тут староста школы… Но везде нужно было искать плюсы. Она съедет от Розье, которую видеть не хотелось совсем, после происшествия в поезде. В целом, это был один плюс… Черт с ним, была не была.       — Хорошо, профессор, я попробую. Директор томно улыбнулся, вешая ей на грудь значок старосты. Послушав еще кучу наставлений, старик передал эту обязанность Римусу Люпину, поручив помочь с переездом, все показать и рассказать.       — Башня старост знаешь же где? — спросил Римус по пути в подземелья, на что девушка кивнула. — Пароль меняется каждую неделю, сначала я тебе буду говорить, ну или Мэри с Сеттом, а затем, как вольешься, получишь гравюру. Там будет появляться новый пароль. Дежурим сменами, раньше я дежурил с Лилс, но теперь буду с тобой. Завтра наша смена. Комната у каждой старосты своя, девочки на втором этаже, парни на первом… Люпин объяснял долго, но достаточно понятно, пока они не дошли до подземелий. Римус остался ждать у входа, когда Вивьен зашагала в свою комнату. У входа к лестнице её остановил Регулус, немного отводя в сторону.       — Чего хотел Дамблдор?       — Меня назначили старостой школы, вместо Эванс. Временно. — проговорила блондинка, показывая ему значок. Регулус нахмурил темные брови, так, что выступила морщинка.       — А где сама Эванс? — перешел на шепот. Вивьен отвела его чуть дальше, от лишних глаз и ушей.       — Сказали, будто она не захотела возвращаться в школу, но я им не верю. Что-то они умалчивают, Редж. — шепнула Вивьен. Регулус озадаченно кивнул. Эванс никогда не бросила бы учебу так просто.       — Ты думаешь… — не успел парень договорить, как Вивьен вскинула палец к его губам, поняв, что тот хочет сказать.       — Я не думаю об этом, но хотелось бы верить, что пожиратели хотя-бы здесь не причем и с ней все нормально. А сейчас прости, правда, меня ждет Люпин у входа, мне нужно собрать вещи. Регулус понимающе кивнул, предварительно уточнив, не нужна ли ей помощь и получив отрицательный ответ, отпустил Вивьен собираться. В комнате Больер и Розье, пахло назойливыми, сладкими духами, которые раньше казались блондинке прекрасными. Но сейчас в нос бил просто адский запах, смешиваясь с отвращением. На кровати сидела обладательница этих самых духов, листая какой-то бесполезный журнал. Вивьен хаотично начала скидывать вещи палочкой, не забывая о книгах, пергаментах и прочей мелочи.       — Ты куда? — протянула Элизабет.       — Меня назначили старостой. Переезжаю в башню. Лиззи закрыла журнал, приподнявшись на кровати.       — Там же полно народу. Зачем им ты? Вивьен на это промолчала, уже с готовой сумкой направляясь к выходу. Разговаривать с ней приятного было мало, не хотелось даже думать про неё. Обида грызла изнутри. Столько лет она грела у себя под боком такую змею, не замечая, кто она такая на самом деле. Мерзко до дрожи в коленках. Наспех обнявшись с Регулусом в знак прощания, девушка выскочила за двери гостиной, после чего, благополучно дошла до Римуса.       — Пароль: «Волос единорога». Вивьен усмехнулась, едва сдержав смешок.       — Оригинально.       — Согласен, звучит максимально бредово. Только дурак не догадается, но в прочем, упустим. — усмехнулся Люпин. Решив пока что не тревожить парня расспросами про Эванс, Вивьен решила отложить это дело на потом. Когда они поднялись в Башню старост и Римус шепнул пароль, дверь с щелчком открылась, открывая вид на широкую гостиную в нейтральных тонах. На диванчике возле камина расположились Мэри и Сетт, тепло улыбнувшись при виде ребят.       — Я Мэри, будем знакомы. — с улыбкой проговорила МакДональд. — Идем, я покажу тебе комнату. Римус поднял руки в знак капитуляции, когда Мэри увела девушку наверх. На втором этаже было всего две спальни, в одну из которых МакДональд завела Вивьен.       — Вот, твоя комната. Меняй все, что захочешь, старостам все прощают. — подмигнула девушка.       — Спасибо, Мэри. Очень признательна. — ответила Ви, натянув самую дружескую улыбку, которая у неё только имелась. Как только дверь за МакДональд закрылась, блондинка обессилено упала на кровать, запустив руки в непривычно короткие волосы, распушая их руками. Открыв глаза, она осмотрела комнату по кругу. Та была не большой, уютной, окрашенная в теплые, коричнево-бежевые цвета, напротив входной двери была еще одна дверь. Личная ванная комната. Кровать с завесами, стол для письма, шкаф и стеллаж для книг и широкое окно, открывающее вид на другую часть замка. Даже можно было рассмотреть Черное озеро, если приглядеться. Непривычно. Никакой воды, первого этажа, только гудящая высота Башни. Так красиво… Сил думать не осталось, Вивьен быстро приняв душ, решила для себя, что известий уже достаточно на сегодня. Как только голова коснулась подушки, блондинка сразу окунулась в сон с головой, поплотнее кутаясь в одеяльце.