Моя вина

Гнев и раздражение исчезли с лица Ноа, когда она увидела, что ее стакан был пуст. Эта девушка была абсолютно непредсказуемой. Я был удивлен, как легко она вышла из себя. И мне понравилось наблюдать, какой эффект я могу произвести на нее всего с помощью нескольких слов. Ее щеки, усеянные маленькими веснушками, стали розовыми, когда она поняла, что оказалась в смешном положении. Взгляд скользнул с пустого стакана на меня, а затем она оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил, в каком глупом положении она оказалась. Ситуация была комична. Но нельзя ей позволять так вести себя со мной. А что, если бы стакан был полон? Она не должна даже думать о том, что может плеснуть мне в лицо воду. И должна ценить того, с кем ей посчастливилось жить. Большие неприятности ожидают ее, если она снова попытается играть со мной в подобные игры. Я склонился над столом, изобразив одну из своих милейших улыбок, Ноа осторожно взглянула на меня, зрачки ее расширились. Мне было приятно заметить в них страх, скрытый длинными ресницами. – Никогда не делай так больше, – предупредил я ее спокойно. Она задержала на мгновение на мне свой взгляд, а потом как ни в чем не бывало повернулась к матери. Вечер продолжился без происшествий. Ноа больше не говорила со мной и даже не смотрела на меня. Это беспокоило меня и в то же время радовало. Пока она отвечала на вопросы моего отца и нехотя разговаривала со своей матерью, я мог беспрепятственно наблюдать за ней. Она была очень простой девушкой. Но я предчувствовал, что она доставит мне множество неудобств. Когда я увидел ее выходящей из своей комнаты, то был ошеломлен. Я не в силах был оторвать взгляда от ее фигуры: длинных ног, тонкой талии и груди. Она была такой тоненькой в своем черном платье. Красота ее была естественной, а не плодом операций, как у большинства девушек Калифорнии. На ее лице не было ни капли макияжа. Это было необычно. Все девушки, которых я знал, проводили много времени перед зеркалом, приводя себя в порядок. А Ноа пошла в шикарный ресторан, даже не накрасив губы. Она в этом и не нуждалась. У нее была красивая гладкая кожа с едва заметными детскими веснушками. Я должен был признаться себе, что она была красивее, чем мне показалось сначала. Именно это омрачило мое настроение. Мне нельзя отвлекаться на что-то подобное, учитывая, что мы собирались жить под одной крышей. Через несколько мгновений Ноа резко повернулась, поймав на себе мой пристальный взгляд, и гневно сверкнула глазами. – Хочешь фотографию? – спросила она с сарказмом. – Если без одежды, то конечно, – ответил я, наслаждаясь легким румянцем, появившемся у нее на щеках. Ее глаза засверкали от злости. Она снова обратилась к родителям, которые даже не подозревали о баталиях, происходивших рядом. Я поднес к губам бокал с газировкой и взглянул на официантку, которая наблюдала за мной за стойкой бара. Краем глаза посмотрев на отца, я встал и извинился, чтобы отойти в туалет. Ноа снова посмотрела на меня с интересом, но я не придал этому значения. У меня было кое-что поважнее. Я решительно подошел к барной стойке и сел на стул перед Клаудией, официанткой, с которой я время от времени развлекался. С ее двоюродным братом у меня были более сложные, но и более выгодные отношения. Клаудия смотрела на меня с натянутой улыбкой, опершись на барную стойку. Такое положение открывало мне довольно ограниченный обзор на ее грудь. – Вижу, ты уже нашел себе другую девушку, с которой можно потусоваться, – сказала она, имея в виду Ноа. Это было забавно. – Это моя сводная сестра, – объяснил я, глядя на часы. У меня было свидание с Анной через сорок минут. Я снова посмотрел на Клаудию. – Я не понимаю, почему тебя это волнует, – добавил я, вставая. – Скажи Ронни, что я буду ждать его сегодня вечером в доках, на вечеринке у Кайла. – Клаудия напряглась, вероятно, раздраженная полным отсутствием внимания с моей стороны. Я не понимал, почему девушки ждали серьезных отношений от такого парня, как я. Разве я не предупреждал их, что не хочу никаких обязательств? Разве им не было ясно, что я сплю с кем хочу? Почему они думали, что могут заставить меня измениться? Я перестал встречаться с Клаудией именно по этой причине, и она так и не простила меня. – Так ты идешь на вечеринку? – спросила она с проблеском надежды в глазах. – Конечно, – ответил я. – С Анной… И вот еще, – добавил я, игнорируя ее недовольство, – постарайся не показывать, что мы с тобой знакомы. Моя сводная сестра уже поняла, что между нами что-то было, и я бы не хотел, чтобы мой отец тоже об этом знал. Клаудия поджала губы и повернулась ко мне спиной, ничего больше не сказав. Я подошел к столу в тот момент, когда принесли десерт. Примерно через десять минут, в течение которых разговор шел только между отцом и его новой супругой, я решил, что сегодня уже достаточно хорошо исполнил роль послушного сына. – Извините, но мне придется вас покинуть, – извинился я, глядя на отца, который на мгновение нахмурился. – Ты к Майлзу? – спросил он. – Как у вас продвигается дело? Я изо всех сил постарался сдержать ухмылку и солгал, стараясь выглядеть максимально правдоподобно: – Его отец переложил на нас всю бумажную работу, полагаю, пройдут годы, прежде чем мы получим настоящее дело. Внезапно я осознал, что Ноа с интересом наблюдает за мной. – Что ты изучаешь? – спросила она, и я увидел в ее глазах некоторое недоумение. Я удивил ее. – Право, – ответил я, наслаждаясь выражением изумления на ее лице. – Ты удивлена? – Ну да, вообще-то, – сказала она прямо. – Я всегда думала, что нужно иметь мозги, чтобы изучать право. – Ноа! – воскликнула ее мать со своего места. Это маленькая сопля начала действовать мне на нервы. Прежде чем я успел сказать что-нибудь, вскочил мой отец. – Вы оба начали плохо, – сказал он, сверля меня своим взглядом. Мне пришлось сдержаться, чтобы не встать и не уйти безо всяких объяснений. На сегодня хватит с меня этого счастливого семейного вечера. – Извините, но я должен идти, – я встал и положил салфетку на стол. Я не хотел терять самообладание при отце. Ноа тоже встала, правда, менее элегантно, и бросила свою салфетку на стол. – Если он уходит, то и я тоже уйду, – сказала она, нагло уставившись на свою мать, которая растерянно смотрела на нас. – Сядь сейчас же, – пробормотала она. Черт возьми, я не мог тратить время на всю эту чушь. Мне нужно было идти. – Я подвезу ее, – сказал я к удивлению всех, особенно Ноа. Она смотрела на меня с недоверием и подозрением. А я не мог дождаться, когда же, наконец, избавлюсь от нее. Если я отвезу ее домой, то одновременно избавлюсь и от нее, и от контроля отца. Что может быть лучше? – Я не поеду с тобой даже до соседнего угла, – с вызовом сказала она, четко произнося каждое слово. Прежде чем кто-то успел произнести хоть слово, я схватил пиджак и, надев его, обратился ко всем: – Я не намерен терпеть всю эту школьную ерунду, так что увидимся завтра. – Николас, подожди, – приказал мне отец, и я был вынужден остановиться. – Ноа, поезжай с ним и отдохни, мы скоро будем. Я смотрел на свою сводную сестру, которая, казалось, выбирала между поездкой со мной и дальнейшим сидением за столом. Она огляделась по сторонам, вздохнула, а потом посмотрела мне прямо в глаза. – Хорошо.