пятнадцать суток лейтенант Чон?

В огненном свете виднеются новые знакомые, взгляд совсем уже мутный, без ощущения боли и правдивых эмоций парень допивает виски, оставляя стакан на небольшом сооружение в виде стола. На улице невообразимо красиво и будь он немее пьян возможно заметил, синие небо и ярко свечащую луну, остражение которой падает в озеро, где бутылкается его друг. Деревья стоят будто бы в ряд, скошенная тропинка, воздух свежий, ветер бьет прохладой в лицо, запутывая белые локоны, совсем скоро будет скандал, но уже дома. Пак привык к злому взгляду отца и холодному отношению матери, каждый раз оправдывая их для себя, что все это из заботы, но так ли? Отец тоже давно привык к пьянкам сына, а матери и правда все равно на младшего ребенка, она его только родила и дальше будто бы не ее во все. Пора бы вызвать такси и уйти от красивой природы. Надо бы выйти в более людную местность, чтобы найти было легче таксисту, а до этого надо вытащить друга из озера и заставить одеться. Но и это не вызывает проблем, ведь Намджуну тоже поднадоело видеть лица почти не знакомых людей, их никто и не вспомнит на следующий день, даже имена не запоминали ни один из них. Намджун и правда быстро одевает и прощается со всеми, про кого еще не забыл, прихватывает Пака за талию направляя в нужную сторону, ведь блондин уже не помнит как сюда пришёл, но уде заходит в приложение и заказывает такси к ближащиму дому с адресом. Появления таксиста производит слишком быстро, и так же быстро находит причины, ведь машины подъедет только через семь минут, брюнет видя эти цифры, достает пачку Мальборо и закуривает, предлагая Паку тоже и он соглашается. Намджун тянет сигарету, всматриваясь в младшего и неожиданно начинает разговор. - на сколько на этот раз будешь наказан?- с почти не видным стебом улыбается Джун, затягиваясь снова. - не знаю, - спокойно, хоть и знает, что получит, но спокойно отвечает, затягивается и продолжает. - мне двадцать три года, почему они продолжают меня контролировать? Сам за собой могу присмотреть. - может потому что ты горел мечтою, и они были рады тому, что ты к чему стремишься, а сейчас готов отчислиться и не знаешь как прожить жизни? - прикусывая губу, за такую прямоту и больную тему, знает же, что пак ненавидит эту тему, Джун продолжает прокусывать губу, наказывая себя. - ты не горишь как раньше, вот они и переживают, ещё пить начал вообще страшно, ты ведь горе запиваешь - не запиваю я горе и давно отпустил, - выкидывая окурок, смотря на время. еще четыре минуты ждать. Ким больше не слова не говорил, прекрасно зная, что закончится это может плохо, больше предпочитая в тишине ждать машину, которая со всем скоро подъехала. Кожаный салон, темнота и лишь свет фонарей и навигатора, на самом деле все слишком плохо. Чимину и правда двадцать три и за эти никчемные два десятка с тремя годами, он успел найти себя, найти дело которым готов жить, влюбиться, получить плохой опыт и потерять все что было до этих отношений, больше не хочется оставаться, наедине с собой, заниматься делом ради которого вложил всего себя и заканчивать последний курс, куда мечтал поступить последние десять лет, а все из-за неудачных, абъюзивных отношений, больше и любить не хочется. *** В доме полная тишина, но из гостиной горит свет, на часах пять утра, за окном рассвет, а от Чимина несет алкоголем. Конечно хочется пройти мимо гостиной, но к сожалению его уже услышали и ждут. Заходя в комнату, взгляд падает на отца, он сидит в кресле, в все еще рабочий форме, взглядом готовый вбивать, а ведь он может и физически и морально убить. Отец по званию полковник, но давно уже работает главным в отделении полиции, по праздникам надевая свою лучшую форму с тремя звездами на погонах. Тишина никого из них не тревожит, ведь оба привыкли к таким случаям, только если бы полковнику дали шанс вернуться в прошлое, он бы согласился, вернулся и не показывал свои погоны, грамоты и письма висящие в его комнате тому самому Юнги, скорее он его вывернул из дома, запретив сыну с ним не то что встречаться, а даже общаться, припугнул бы Мина чтобы боялся подходить и все было бы хорошо, Чимин перебесился и вернулся в то прекрасное время, а не это всё. - где был? - грозный голос портит молчание, нагнетая на все ситуацию. - гулял, - трезвым голосом даже не пахло, но ответит надо, все таки сын полковника должен отдувать надежды отца. - не устал гулять каждую ночь? мать хоть поберег, у нее нервы сдают, ходила успокоительные пила, а ты даже ответить на звонок не смог, может пора прекращать уже гулять, м? - отец и правда ломал Чимина, хотя просто констатируя факты. Да Чимин правда не ответил ни на один звонок и даже больше говоря, не думал о нервах матери, скорее побыстрее напиться и забыться. Вот чего он хотел. - иди спать, утром на учебу. - полковник молча уходит, оставляя Пака одного со своими никчемными мыслями, предупредил о учебе, прекрасно зная, что он никуда не пойдёт. Парень лишь усмехнулся такому заявлению и прямо направляется к кровати, ведь ноги уже ноют от усталости. *** Утро не заставляет себя ждать и свет из окна, привычно будит Пака, попадая прямо в глаза. Мама на кухне ругается с посудой, отцом, сестрой, она как и Чимин ненавидит утро, только если сын может закрыть дверь и шторы, улечься по удобнее под одеяло и продолжить крепко спать, у матери так не получается, на ее плечах слишком много лежит, в том числе и спящий, уже как четыре минуты Чимин. - сын мой любимый, ты на учебу вставать собираешься?- саркастично выговаривала мать, зайдя в комнату. Она знает, что даже если ее и услышали, то не ответят, решая подойти ближе к кровати, взглянув на спящее тело, пошла громко отодвигать шторы и открывать окно. - закрылся тут без воздуха и солнца нету, как вампир честное слово, - продолжала мама, возмущённо наблюдая за сыном. - Чимин вставай, завтрак готов, - постояв еще минуту над постелью, громко вздыхает и уходит, не закрыв за собою дверь, начиная кричать на мужа. Через каких то пятнадцать минут, все уходят и наступает полная тишина, в которую Пак снова проваливается, с головой, не желая просыпаться. *** Ближе к вечеру состоялся разговор о" запрете Чимину пить" между отцом и Паком, итог которого вышел тем, что Чимин едет снова пить к уже новому другу, предварительно привезя свои вещи к Намджуну, ведь последнем словом отца было : «хочешь спиться, спивайся, но не в моем доме, продолжишь пить, то иди на все четыре стороны», а последним словом Чимина: «хорошо», спокойным голос сказал и пошел забирать необходимые вещи, а после написал другу и поехал к нему. Отец до последнего не верил в это, и надеялся, что через день, два сын вернется, ему же все равно идти не куда. Он был частично прав, через два дня Чимин вернулся, забрал остальные вещи и снова уехал. Полковник Пак хотел остановить младшего, поговорить, извинится, но достоинство не позволяло, так и прошел первый месяц без сына, второй, третий и даже четвертый, жена утверждала, по началу что «перебесится и успокоится», а когда закончился второй месяц, сказала : « значит нашел где жить, и на что, зачем мы тогда ему?». Полковник давно замечал, что ей плевать на сына, но после того как не видеть четыре месяца сына, она даже не пыталась найти или узнать как он, пришлось брать в свои руки и понимать, что сын ей и правда не нужен.