Вина

С самого восхода яркого светила-солнца, кудрявый паренёк в потрёпанной форме бежал по каменному тротуару с обклеенной со всех сторон посылкой в руках. Ветер поглаживал нежную кожу, а ноги так и норовили утонуть в недавно оставленных лужах. Ещё вчера прошёл лёгкий дождик, который после себя преподнёс лишь холод и уныние. Только вот юноша совсем не реагировал на изменения, как бы дрожь не трогала его и не терзала душу – ничего не менялось. Вокруг высоченные здания, желающие пробить небеса, отправиться ещё выше, стать лучше. Прохожих практически нет, лишь дети с криками пробегают иногда, сбивая координацию кудрявого доставщика. У них в глазах плещутся искры и юная радость, которые невозможно унести томными проблемами и муками, нельзя запросто стереть и оставить пустоту в груди. Пусть уж играются, пусть не ощущают на себе эту вечную нервозность за собственное здоровье, за способ заработка, за жизнь. Пока огни их внутреннего мира не погасли, пусть бегут, да подальше. А парень всё тащится и тащится, старается игнорировать пульсирующее внутри ребячество, желание отпустить работу и сбежать туда, где его не достанут и не найдут в этом веке. Только нельзя, иначе он подведёт всех. Станет виноватым. Грязь тонкой струёй стекает по бедру, заставляя прибавить шагу. Лололошка хотел бы достигнуть желанной двери заказчика быстрее, чтобы вручить в его шершавые руки посылку, а затем унестись в родные стены. Однако приходилось терпеть, сжимать пальцы в кулак до посинения. Губы от голода и терзающих чувств давно обкусаны, а от печенья в кармане тошнит. Лололошка тонет в унынии вне дома. Дети рядом незаметно проносятся, лишь некоторые останавливаются, а зрачки их увеличиваются. Стараются незаметно следовать за доставщиком, едва заметно касаются его клетчатого шарфа, любуются очками. Для маленьких созданий сам парень и его одеяния в сегодняшний утренний холод – диковинка, настоящее чудо. Голубоватые очки, округлые и проверенные временем наушники, измазанная в грязи красная униформа – всё выражает истинное лико своего хозяина. Лололошка не глупый, нитками разума ощущает на себе пристальные взгляды, но пропускает заинтересованное поведение мимо себя. Сейчас он не делает вид, что бурно увлечён своим занятием или сильно нагружен, не заговорит с прохожими, как делает днём. Парень ни на секунду не остановится и не обернётся, чтобы взглянуть на детей, ведь тогда они сразу же сбегут. Уйдут не по причине, что их резко засекли, а потому, что узреют на себе взгляд бесконечно усталых чёрных глаз. В них, казалось бы, нет ничего: ни зрачков, ни бликов, ни отражений. Полноценная картина истинного облика Лололошки открывается лишь в одиночестве. Как же он устал от загадок и сложностей, как же давно пытается укрыться бесконечных штрафов. Хочется вернуться домой. Но нельзя, ему не позволят. В один момент дыхание налаживается, а костяшки белоснежных пальцев стучат по деревянной поверхности двери. Скоро на её пороге появится заспанный человек, который сразу же загорится от счастья при виде долгожданной посылки. Лололошка давно привык к этому, его занятие – глубокая рутина, не более. Она утянула тело далеко, запросто не даст выбраться наружу. Главным на поверхность взрослой жизни всплывают лишь отзывы. Больше звёзд – больше денег. Без них жизнь становится тухлой и донельзя мало содержит в себе. Черноглазый не принял бы себя, если бы не нашёл приключений или хотя бы работёнку. Ни единой мысли и желания висеть тяжёлым грузом у своего соседа Ричарда на шее. Он ведь не мусор, точно? Парень не потерпит своего существования, если когда-либо утянет практически единственного дорогого человека ко дну ада современности. Смуглый зеленоглазый парень, переживший взрывы и ужасы острова, не достоин страданий. Лололошка готов перерабатывать, если сможет помочь ему хоть с чем-то, сможет залечить раны и боль. Кудрявый паренёк ощущает, что в душе его друзей таится ужас и вечный страх. Он должен спасти их, должен вытянуть к свету и вере! Кто ещё это сделает? Ушедшая блондинка Шэрон? Автоматон Дилан? Сейчас компьютерный гений попросту гниёт в устройстве телефона, не в силах вселиться обратно в своё тело. Его же попросту нет. Ох, мысли покрывает пелена воспоминаний о случае на корабле. Становится склизко. Лололошка ведь мог остановить подругу, мог предотвратить лишние слёзы и волнения, но ничего не предпринял! Почему он просто молчал? Лололошка несёт на себе этот груз, но он, наверное, справится? Ло некуда деться, ведь за каждым углом его поджидает криминал. Мироходец обязан достигнуть совершенства, чтобы дать миру единое счастье. А вдруг у него вновь развился синдром спасателя? Вновь? Дверь со скрипом открылась, позволяя увидеть блондинистого парня в зелёной пижаме с тапочками-жабками. В его глазах всё плыло. Было ясно, что юного жильца вырвал из сновидений громкий звонок в дверь. Быть может он смог уснуть впервые за несколько дней, о чём твердили бурые синяки под слипающимися серыми глазами. Лололошка об этом не подумал. Он поступил ужасно, нужно было прийти позже. — Да кто ж в такую рань пришёл, кх, совсем обнаглели! Мой сон хоть пожалейте, грёбанные рекламодатели! Эй, малый, те чё надо? – бас прогремел в ушах, а тело мироходца покачнулось во внезапном раздражении. Лололошка преодолевал до этого замысловатого здания столько трудностей, терпел ужасные погодные условия, спотыкался в недосыпе ради плевка в лицо? Не хватало получить низкий рейтинг за его ускоренный рабочий режим. — Здравствуйте! Я приношу свои глубочайшие извинения в вашу сторону, ведь никаким образом не желал разбудить! На ваше имя поступило письмо и запакованный товар, вот я и поспешил вручить их, чтобы не было лишних задержек, а вы были довольны работой Пост-офиса! – разговорился доставщик, протягивая появившемуся в дверях парню посылку. Охолодевшие за время «прогулки» губы пристроились на лице в виде слащавой улыбки. Желание подзаработать стояло выше усталости, так что приходилось собирать ещё живые частички себя. Парень должен успокоиться, ведь это полностью его ошибка и вина в том, что он поступил неправильно. В голове стали собираться миллионы извинений, пока в реальности физиономия мироходца сложилась замысловатую картину благородного работника. Брови стоящего напротив парня поднялись, он принял доставку с дрожащими руками. Глаза вобрали в себя колечки слёз, заживо выдавая появившуюся радость в душе незнакомца. Быстро коробка стала вращаться, исследуемая серыми глазами на свету. Тихое бормотание казалось бы окутало каждую лавочку, разливаясь искрами в небе. В мире стало на одного яркого и счастливого человека больше. Разве не славно? Только вот от вида счастливого незнакомца Лололошка даже не дрогнул. Он не вобрал в себя этих эмоций, ничего не почувствовал в очередной раз. — Посылку доставили считанные часы назад, да и она была на стадии распаковки или что-то вроде. Какая же быстрая у вас работа и.. доставка. Меня это приятно удивляет! Так, что там? – незнакомец оглядел Лололошку изучающим взглядом, который пронизывал его до самой корки. – Отзыв тебе, дем? Вообще это очень неприлично беспокоить людей в такое раннее время, но тебе повезло, что я так рад приходу письма. Бывай. Дверь с громким хлопком закрылась прямо перед лицом доставщика, она едва не оставила на щеках болезненную отметину. Лололошка втянул в лёгкие воздух и открыл телефон, где в стёклах его тёмных очков загорелась новенькая цифра «600». Работа не была проделана зря. Теперь парень без зазрения совести сможет оплатить недавно образовавшийся штраф. Пальцы парой движений пролетают по экрану, а затем избавляют устройство от назойливого упоминания от полицейских. Зарплата, полученная в результате муторной работы, испарилась на глазах. — Интересно, когда поступит новый штраф? Да и, к слову, мог тот парень и «спасибо» сказать. Я же помог ему, осчастливил. А итог каков? Хотя, может, я всё-таки неправильной улыбался или, может, не так уложился во время. О господи,– понизил голос до шёпота Лололошка, тихо-тихо возмущаясь на неудачного клиента. Телефон в руках завибрировал, приковывая к себе заинтересованный взгляд Ло. Ритмичная мелодия сообщений могла играть лишь у одного контакта, который манипулировал ею, как только желал. Естественно Дилан «проснулся» от возмущений парня, решил проверить его и лишний раз упрекнуть. Без него краски жизни утекли бы в подол, а не на картину. Без автоматона стало бы угрюмо. Лололошка уткнулся в телефон, спеша по выученному маршруту в сторону автобусной остановки. На его глазах в мессенджере всплыло новенькое сообщение: «Чел, ты спишь там вообще? Как не взгляну на время, да услышу твой голос – ты либо работаешь, либо участвуешь в делах мафии. Я понимаю, денег много нужно, лабораторию скорее хочешь найти, но, понимаешь, не дело это как-то», – Лололошка старался в голове подставить интонацию Дилана под его сообщения. Пожалуй, сейчас автоматон был бы рассержен или немного зол. Предугадать это было слишком трудно. В один день Дилан заботлив и добр, а в другой – сверкает холодным взглядом и выстраивает революционные планы. Что уж поделать? В горле кудрявого пересохло, в груди закололо от незримого чувства. Почему-то после сообщения Дилана хотелось ускорить шаг, скорее вернуться домой и, по его укору, погрузиться в сон. — Я сплю, Дилан. Просто мне хватает меньше времени, чтобы подскочить и отправиться на работу. К тому же я помогаю людям, разве может быть что-то важнее? – наглая ложь срывается с уст. Мироходец не мог уснуть этой ночью, однотипно обращая свой взгляд к потолку в течение всей тьмы и спокойствия. Зная характер и легкомыслие Ло, провестись на его слова не составляло бы труда. Помощь – действительно благое дело, которого, по словам мироходца, достоин каждый в огромном количестве. Парень не возникает и игнорирует затёкшие мысли, ведь ставит довольные лица клиентов выше собственного блага. Он привык жертвовать чем-то от своей идеальной жизни, старается вечно искать приключения, ведь в них обязательно окажутся страдающие люди. Мироходец не имеет много свободного времени, но всегда тратит его на труд. В голове слишком много бурных предположений и планов, хочется сбежать от них. Правда, в этот раз всё изменилось. «В следующий раз я засеку количество часов, которые ты проводишь в сновидениях. Учти, если их будет менее 4, то я сделаю Ричарда твоей мамочкой, которая вновь будет спать с бедным сыном», – шутливая угроза отобразилась в сообщении, но даже такого хватило, чтобы пробить Лололошку на смех. На несколько секунд парень остановился у фонарного столба, чтобы осознать высказанную мысль от Дилана. Какой же он всё-таки наглец порой. Летящие листья падали на голову кудрявого, но он был поглощён своими мыслями. По приезде в «Блогер-Хаус» он и вправду спал с Ричардом, таким образом привлекая к собственной персоне большую долю внимания. Только вот это не было чем-то постыдным. Мироходец всегда ощущал себя под невидимой защитой, мог расслабиться и утонуть в умиротворённом дыхании рядом. Оно служило действенней колыбельной и лучше утреннего будильника. Лололошка соврал бы, если промолвил о том, что ему было хуже, когда под боком ютился Ричард. Слишком уж тепло было рядом с телом друга, а волосы были невообразимо маняще-мягкими. Мироходец наблюдал за прикрытыми глазами и слегка опухшими после тяжелого дня губами с упоением. Ло путался в себе, когда речь заходила о Ричарде. Всегда в груди расползался очаг огней, а ноги слегка подкашивались. Ричард, Ричард, Ричард, Ричард. Только это имя затмевало разум, а тело продолжало ощущать обжигающие прикосновения после обьятий. Лололошка хотел бы видеться с парнем чаще, говорить обо всём, забыть о трудностях и мафии. В его изумрудных глазах Мироходец всегда находил себе место, никогда не ощущал себя брошенным. Доставщик не успел словить себя на том, как внезапно остановился посреди тротуара. Массовка гремела вокруг, но она не способна была отцепить внутренний мир парня от дорогого ему человека. Телефон в руках гудел, раскрывая в себе одно сообщение за другим. Губы резко поджались, а в жжение в горле стало невыносимым. Всё тело подрагивало, зрачки в глазах увеличивались до невозможности. Ужасы острова и паникующий Ричард всплывали в голове, заставляя сделать шаги назад. Парень успел сбить мимо спешащую девушку, успел схватить ужасный комментарий в сторону самого себя, но никак не зациклился на нём. Лололошка понимал, что его целиком сжирает привычное липкое чувство. Ричарду было трудно спать с ним, до скрипа зубов неприятно на себе переносить шутки Глена про «партнёров», должно быть тошнотворно обнаруживать себя по утру случайно тронутым Мироходцем во сне. Кудрявый мог бы держать руки при себе. Мог бы вообще поспать на полу или где-то ещё. Лололошка ограничивал Ричарда всякий раз, ставил рамки и границы. Парень хотел сделать лучше всем, но по итогу, должно быть, рушил идеальные дни близких ему людей. Это всё неправильно. От очередного укуса с губы потекла кровь. Она целиком была пропитана чувством вины. Лололошка испытывал в себе её тело, хватку и удушение. Вина сжирала, не оставляя здравых мыслей. Эмоция будила, открывала глаза на явь. «Там кстати Ричард рассказывал о том, что ему разрешили съездить в больницу, да проведать Чарли. Кажется, его питомцу стало хуже. Боюсь, радостные дни медленно заканчиваются. Сгоняешь с ним проведать собаку? Если что – поможешь как-нибудь там», – тянулось длинное сообщение. Дилан предупреждал, помогал понять, что сам он не справится. Не был никогда автоматон пропитан сочувствием и методами поддержки. «Может, ты и сам выберешь животное какое. Хотелось бы похожее на Абилку. Скучаю по ней. Я, конечно, могу создать её виртуальную копию. .», – внезапно экран преобразовался в виртуальную реальность Дилана. Он быстро напечатал что-то в искусственном компьютере, и рядом из зеленых символов появилась Абилка. «Смотри какая! Почти как настоящая. Только вот тепла я от неё не чувствую, жаль очень», – промолвил Дилан, оборачиваясь в сторону Лололошки. Только сейчас автоматон увидел, что Мироходец пребывает в своих мыслях, его нервозное состояние выдавали подрагивающие губы и немного съехавшие с носа очки. «Ло? Очнись! Тебя сейчас собьёт кто-то и всё. Иди в общагу уже быстрее. А ещё у тебя губа красная вся», – брови Дилана снизились к его переносице. Рука спала с закодированной Абилки, оказываясь на клавиатуре устройства. «Ло-ло-лош-ка», – Дилан медленно терял терпение. Было видно, как его виртуальное лицо слегка покраснело. Взгляд мироходца опустился на экран. В душе невыносимо сильно рябило. Должно быть Лололошка заставил парня сильно беспокоиться о нём. Кудрявый не смог за считанное время найти тело для Дилана, заставил его страдать в устройстве в полном одиночестве. Парень должен быть сильнее, ведь он итак доставил своим близким сильном много боли. Страх и Вина плещутся в чёрных могильных глазах Ло, покрывая его с головы до пят. Действовать нужно быстрее. Какой из него герой иначе? Нельзя оставлять Ричарда. Какой из него друг иначе? Нужно спасти автоматонов и город. Какой из Лололошки человек иначе? Руки мироходца опустились на экран телефона, он стал постукивать по нему пальцами, пропуская мимо ушей возгласы Дилана. Голова совсем разболелась, желание упасть прямо на площади возрастало с каждой секундой. Лололошка заставил автоматона волноваться за него потому, что парень чуть ли не уснул на дороге. Кудрявый подверг эмоциональной опасности близких людей. Эти ощущения поглощают полностью, связывают слова, не позволяя ответить другу, не дают и шанса посмотреть ему в глаза. Лололошка до жути устал. Парень резко нажимает на телефоне боковую кнопку и экран тухнет безвозмездно. Мироходец дрожащими руками вытирает кровь со своих губ, смотрит завораживающе. На руках течёт собственная вина. Медленные дорожки и следы оставляет она навсегда, цепляет за одежду, словно вечное клеймо. И резко в глаза ударяет свет огней около остановки. Лололошка приподнимает очки, испуганно раскрывает глаза в попытке прозреть после «удара яркостью». Капля вины спадает вниз, а руки сами опускаются, не в силах больше держать эту ношу. Парень, казалось бы, очнулся с глубокого сна. Голова мечется в разные стороны, на губах появляется улыбка. Мироходец вновь входит в игру масок, вновь будет казаться жизнерадостным для всех. Лололошка на время забывает, что Дилан больше его не видит. Паренёк быстрым шагом подходит к автобусу, стоит в ожидании чего-то. Глаза его покрыты чёрной пеленой, а на лице сияют новые силы для борьбы с трудностями. Глубоко в душе теплится понимание того, что ему небезопасно киснуть долго. — Понял тебя, Дилан. Сейчас приеду к Ричи и всё решим, – хрипло смеясь, говорит Лололошка и шагает в автобус. Может, он сделал что-то не так, может, всё станет хуже, но мироходец не хочет останавливаться. Каждая минута стоит настроения и самочувствия близких ему людей. Машина трогается с места. Никто не будет знать, что утром парень гулял не ради работы, не ради заказов или денег. Он просто хотел почувствовать себя свободным от нитей и замков современности, он желал найти себя, отлучиться от уныния и Вины. Лололошка – опора для людей и автоматонов, если он не справится, то все падут за ним. Понимание этого придаёт раскованность и уверенность в своих действиях. Телефон разрывается от сообщений Дилана, пока Ло вновь нацепляет очки на глаза в надежде, что те когда-нибудь вновь засверкают при свете солнца. Впереди много дел и событий. Мироходец радует прохожих улыбкой, машет знакомым на сиденьях, включает любимую музыку в наушниках. Он пытается поднять своё настроение, старается сделать себя вновь кукольно-радостным. Лололошка надеется, что Дилан не расскажет Ричарду об увиденном. Парень не хочет, чтобы между ними произошло недопонимание. Он будет чувствовать на себе ещё больше Вины за враньё.

***

Лололошка оттолкнул деревянное препятствие, возвращаясь в родной Блогер-Хаус. Запах горячих блюд так и сочился в нос. Видимо он пришёл как раз к готовке завтрака, что не могло не радовать. День раскрывает свои объятья всем жильцам, помогает почувствовать привкус событий и новых дел. Кажется, Мироходец приметил около окошка Клео. Труда не составляет догадаться, что она занята поливкой своих ценных растений. Кудрявый паренёк ловким движением сбрасывает с себя грязную кофту и складывает на пополам, чтобы после положить под подмышку. Лололошка прижимает очки ближе боязливым движением, ведь его чёрные глаза не должны быть видны кому-то кроме родных и близких людей. Внутри парень опасается современного мира, остров прогрызал нити памяти, не позволяя верить каждому. Шаги доставщика бесшумны, он с лёгкостью может оказаться за спиной рыжеволосой девушки. Поцарапанная о какую-то ветку рука падает на плечо знакомой, вынуждая косплеершу испуганно дрогнуть и обернуться. Её золотистые глаза осматривают лицо Лололошки, прежде чем испуганно ахнуть: — Ло! Ты где-то гулял что ли? У тебя уголок щеки в крови.. а руки! Себя видел вообще? — Клео качает головой, после чего делает лёгкий шажок назад, обрывая тактильный контакт с парнем. — Я тебе сейчас пластыри отыщу, а ты поднимешься наверх, обработаешь и поклеишь раны, а потом отдохнёшь от своих походов. Хорошо? Мироходец промычал со скрытым согласием, пока бледные руки соседки быстро залезли в нижний шкафчик слева от холодильника. Тело Ло облокотилось на острый край стола, а голова склонилась в немом извинении. Парень считал, что глупые царапинки получится скрыть за слоями одежды. Уж совсем не хотелось поведывать историю о том, как доставщик воевал с шипами красных роз ради одной рыжеволосой девушки. Достаточно глупое было зрелище, позорное. Тело покрывали взгляды прохожих, заставляя прикрывать чем попало все расцарапанные участки кожи. Лололошка не позволял увидеть себя слабым. Он промолчит о проблемах, стянув губы в линию. Не расскажет про ситуацию, когда сам, закатав штанину униформы, лез через забор к прекрасным дамам-цветам. Это приключение ещё и оставило у него царапину продолжительной длины на коленной чашечке. Но что не сделаешь ради Клео! Из-за глупых ран, образовавшихся по Вине Ло, не хотелось беспокоить милую девушку ещё сильнее. — Тебе пластырь с котиками или с самолётиками? Выбор, ха-ха, не густой, но я не могла позволить другим медикаментам находиться в нашем доме! Эти рисунки же такие ми-и-илые! — Девушка затараторила о понравившихся вещах в своей манере и обернулась, демонстрируя пластыри с разными извилистыми изображениями. В её золотых глазах так и сверкали лучи солнца, демонстрируя добрую душу. Мироходец потупил взгляд, рассуждая в голове над таким сложным вопросом, как выбор рисунка. Парню было всё равно, но ради того, чтобы подыграть девушке, он сделал нахмуренное лицо. Заботил людей вид задумчивого и растрёпанного Лололошки, ведь редко такого можно было увидеть на днях. — Ты дала мне слишком жестокий и сложный выбор! Может, одолжишь упаковку, где меньше всего пластырей? Остатки я занесу! Просто так будет справедливее для остальных, — цедит Лололошка, показательно демонстрируя свою чистую белоснежную улыбку. Клео хмыкнула, а затем коготками притянула к себе «дверцы» упаковки, рассматривая содержимое коробочек. Её ресницы дрогнули, а затем быстро-быстро-быстро стали похлопывать в недоумении. Кажется, она не ожидала, что многим участникам Хауса нужны будут пластыри с котиками. С другой стороны, в чём заключаются минусы? Умилительное поведение отражает в себя слаженность команды и её общие интересы. Клео привстала и совершила плавный оборот вокруг себя. Девушка подхватила кисть руки Лололошки, а затем осторожным движением вложила в его ладонь коробочку с розовыми волнами и белоснежными котиками на фоне. Верхушка упаковки была явно кем-то потрёпана в прошлом, потому что сейчас она не скрывала от чужих глаз порванные уголки и почерневшие области. — Тогда держи с котиками! В следующий раз будь осторожнее, Ло, а то я буду беспокоиться, как и остальные участники, — тихим голосом подметила девушка, поднимая голову на высокого паренька. — У нас, кстати, завтрак правда скоро, приходи там, да. . . Бледные руки Клео сложились около серых джинс, а пальцы спутались в непонимании, как продолжить диалог. Лололошка кивнул, а затем сделал ненавязчивый шаг вперёд. Его левая рука занеслась за спину, скрывая истинные намерения. Ничего не отражало будущие планы и действия парня по причине того, что глаза были скрыты за солнечными очками, а губы выстроились в вечную улыбку. Что мироходец придумал в этот раз? — Спасибо тебе, Клео! — Лололошка сладко протянул речь, а затем закрепил в волосах девушки розочку в качестве благодарности. Мироходец отошёл назад и прижал холодные ладони к себе, показывая восхищение стоящей перед ним картиной. Пока Клео стояла с приоткрытыми губами и порозовевшими щеками, паренёк без единого сомнения покинул кухню, оставляя за собой запах улицы и древней бумаги. Подарки всегда поднимали его взаимоотношения с другими, вызывали чувство доверия. Лололошка надеялся, что таким образом в мире станет меньше негативно настроенных людей. Каждый день он ищет подходящие для них вещи, Ло становилось легче при виде радости и искренних улыбок на лицах соседей. Так прекрасно. Ло спрятал упаковку с пластырями в карман своей толстовки. Ему попросту не нужно пользоваться ими, ведь сами царапины заживают быстрее из-за расы мироходца. Лололошка убедился в этом ещё после смертоносной аварии в машине Брендона. Он не должен был выжить, он обязан был отправиться на верхний свет с блондином, но почему-то остался на больничной койке. Всё потому, что Ло навечно застрял в коже Мироходца. Помнится, тогда умер Брендон. Лололошка должен был оказаться на его месте, ведь он сделал намного меньше. К тому же о мироходце никто не побеспокоится, как о Бренди. Ло не знал своей родни, не был уверен, что она у него есть. Темп шагов ускоряется, руки хватаются за деревянные перила. Лололошка по-ребячески взлетает сразу на несколько ступенек вперёд, а после старается отдышаться, чтобы вновь двинуться выше. Скоро он достигнет дверей Ричарда. В груди теплится надежда, что сосед ещё спит, что он не заметит пропажи друга. И с этой гложущей мыслью Лололошка проходит в комнату, сразу же встречаясь взглядами с Ричардом. Его зелёные глаза сразу же расцветают и сияют при виде зашедшего товарища в очках. Кажется, что чёрноволосый сейчас же сорвётся с места и бросится к Ло с мёртвой хваткой, но он остаётся неподвижен. Ограничивает себя в действиях, впиваясь пальцами в простыню. — Ты вернулся, — констатирует факт Ричард, разжимая руки, чтобы скрестить их около талии в возмущении. Сразу же понятно, что скоро начнутся причитания, да лишние вопросы. Лололошка петлит по комнате, незаметно задирая уголки рукавов, чтобы скрыть царапины. От пристального взгляда становится стыдно, да так, что парень припускает голову, стараясь не видеть выражение лица друга. Если после прогулки мягкие щёки Ло были немного покрасневшими, то сейчас они приобрели более алый цвет от неловкости за своё поведение. — Привет, Ричи. А я, это, ну, гулял. Дела по работе, сам понимаешь, — попробовал начать разговор Лололошка, присаживаясь на второй половинке мягкой кровати Ричарда. Ткань под его телом прогнулась с показательным скрипом, заставляя тельце сжаться. — Знаешь, я итак не в восторге от того, что ты вляпался в дела с мафией, но хотя бы постарайся не уходить на свои задания с самого утра! Лишаешь себя сна, а меня, знаешь, в беспокойство вводишь, — понурил голову Ричард. Корпус его тела повернулся в сторону Лололошки, а смуглые руки притянули парня ближе, заключая в заботливые объятья. Было видно, что сын уборщиков сильно беспокоился, не обнаружив поутру товарища рядом с собой. Это был не первый раз, когда происходила такая ситуация, но каждый раз она захватывала в себя лишь плохие воспоминания. Чего стоило попадение Лололошки в тюрьму. Этот момент с силой ворвался в мирок Ричарда с Диланом, а затем пропечатался до настоящих дней. До сих пор прохлада по рёбрам ходит от того испуга. — Извини, правда, я постараюсь так больше не делать, — прошептал Лололошка, касаясь рукой пушистых волос Ричарда. Пальцы стали играться с ними, а затем зашуганно отстранились, не желая показывать сильной привязанности в сторону парня. — Я уж поверю тебе, ха-ха, — протянул Ричард, хихикая, чтобы разбавить натянутую атмосферу в помещении. Парни просидели в объятьях ещё несколько минут, пока их разум улетел в различные мечтания и думы. Часы на стене тихо вели отсчёт, а в окне сверкали фары от едущих куда-то машин. Тепло было находиться друг с другом, приятно и сладко. Лололошка прикрыл в наслаждении глаза, чуть ли не падая Ричарду на плечо. Только вот этого нельзя позволить, неприемлемо уж рушить личное пространство. Ричард разлучает их контакт и отодвигается первым, открывая свой телефон, чтобы найти что-то важное. Его глаза пробегаются по контактам в пейджере в поисках особенного сообщения. Зеленоглазый сразу же выпрямляется, как только находит нужную ему переписку. Она была с собственной матерью. — Мне мама писала. Сказала, что я за всё это время.. значительно вырос. Говорила, мол, теперь она намного меньше волнуется насчёт моего отдельного проживания. Это так, знаешь, мило, — подал голос Ричард, считывая другу фразы из переписки, его зрачки показательно увеличились, выдавая искреннюю радость. — Не то чтобы я и раньше давал ей повод для беспокойств. Просто это так приятно, что моя вчерашняя благодарность так легко растопила ей сердце. Стало более, мм, спокойно на душе, да и ощущение близости появилось спустя столько лет. Лололошка кивает Ричарду с согласием. Его чёрные глаза из-под очков примечают множество сообщений от фанатов, которые так и хотели добиться внимания своего кумира, забавно ведь. У каждого из них разные аватарки, разные увлечения, а сближение произошло всего-то из-за одного парня. Лололошка думает, что это даже правильно. Ричард удивительно красив и умён, да и голос приворожит любого после единого разговора. В животе порхает гордость за него, а так же странное тепло. — Только вот есть и плохая новость, Ло. Она написала про Чарли. Моего пса, – Ричард сглотнул, начиная нервно постукивать по экрану, Лололошка уже знал тему от Дилана, но всё равно позволил высказаться именно зеленоглазому. — Ему стало хуже. Черноволосый парень поднялся с места, чтобы взять с прикроватной тумбочки пластиковую бутыль с прохладной водой. Вскоре она была вскрыта с целью поглотить содержимое, так как ком в горле не вовремя стал мешать разговору друзей. Ричард поднял голову, не обращая внимания на стекающие по его щеке капли. Мысли унеслись в другое место, они представляли в голове образ дорогого друга – Чарли. Труман хотел верить, что всё будет хорошо, желал найти в себе силы договорить фразу. Только вот почему такая горечь в устах? — М-мама писала, что врачи готовы принять к нему людей, – на первых секундах голос предательски дрогнул, но Ричард нашёл в себе силы поправить его тембр, — Я очень надеюсь, что они думают, мол, это поможет, а не предлагают.. попрощаться навсегда. Ричард припустил голову, его зрачки боязливо уменьшились. Всё внимание было обращено к Лололошке с невидимой просьбой. Руки Трумана дрожащими движениями скрепились в замок около груди, без желания открываться до фразы: — Ло, умоляю, съезди со мной, – голос ударил по ушам холодным отзывом. Зрачки Ричарда стыдливо были отведены в бок, глубоко в тяжело бьющемся сердце читалось продолжение фразы, переведённое в реальность. — Не говори никому, но я боюсь узнать страшное. Лололошка подскочил с кровати и внезапно схватил Ричарда за плечи, вынуждая посмотреть на себя. Мироходец готов все силы тратить, чтобы подарить Труману надежду и веру на счастливый конец. Кудрявый выйдет из кожи, но убедит Ричарда во всех чудесах и удачах мира. Он не позволит смуглому парню сомневаться в своей кандидатуре. — Я в жизни не брошу тебя одного, Ричи. Просто.. сохрани эти слова глубоко в себе, чтобы никогда не забыть. Поедем сейчас или сначала позавтракаем? — произнёс мироходец на одном дыхании, крепче сжимая руки на ткани футболки парня рядом. Труман склонил голову в бок, пока на лице всплыла доверительная улыбка. Правая рука коснулась кисти Лололошки, увлекаясь ласковыми поглаживаниями. Подобные жесты действовали, словно успокоительное для Мироходца. «Лекарство-действие» заставляет застыть на месте, не в силах вдохнуть побольше живительного кислорода. Так спокойно становится вокруг, что даже птицы затихли, не стали дальше вести свою трель. Приятно. — Спасибо огромное, Ло. Ты не представляешь, как много это для меня значит. Я, я даже чувствовать себя легче стал, – горячее дыхание и слова благодарности отпечатывались в каждой клеточке воспоминаний Лололошки. Он не позволит забыть себе этот момент, зароет своё тело в могилу вместе с ним. Слишком хорошо жить с Труманом, слишком много эмоций переполняют мироходца в этот момент. Ричард сделал длинную паузу, стараясь согнать с себя траурный настрой. В конце концов парень вздохнул и заговорил вновь: — И ещё, давай-ка быстро поедим и отправимся к Чарли. А то у меня живот уже от голода бурлить начинает! К тому же сегодня Клео для всех готовит, м-м-м.. Лололошка бросил заинтересованный взгляд на Ричарда. Не было понятно, с каких пор Труман так трепетно говорит о рыжеволосой, а тем более вызывали сомнения слова об общем завтраке. Обычно каждый готовил сам для себя, редко девушки устраивали «праздничное» утро, когда не нужно что-либо делать и стараться. Видимо, сегодня воистину особенный день. — У тебя лицо такое стало, Ло! Не знал что ли? А-а, точно, ты же в это время у своего психотерапевта торчал. Перед самым началом просмотра аниме мы решили сыграть в дурака на желание. Мм, хотелось, конечно, оставить проигравшим Тима, но он оказался умнее и расчётливей, чем я предполагал. Вышел без карт одним из первых, представляешь?! — Ричард сам не заметил, как вырвался из хватки Лололошки и начал кружить по комнате, увлечённо жестикулируя. — Собственно, как бы забавно не было, но в дураках осталась Клео. Глен и Брай такого наказания себе надумали! Но я убедил их смягчить желание на завтрак, о чём совершенно не жалею. Лололошка стоял, хлопая глазами. Картина представлялась с трудом, но он пытался воссоздать её в своей головешке. Парень пропустил много интересных вещей, о чём совсем немного жалел. Чуть-чуть. Пожалуй, если бы мироходец проиграл, то Глен бы придумал что-то в роде своих шуток. Только вот действия в виде обнимашек с Ричардом или поцелуя в лоб звучат уж очень заманчиво. Кудрявый забывается, не замечая, как с губ срывается фраза: — Клео была права в том, что ты милашка, – мечтательно раздаётся в комнате. Ричард застыл на месте, удивлённо разглядывая невинно стоящего Лололошку. Щёки медленно покрываются пятнами горячего смущения. Труман дышит замедленно, разжёвывает в голове фразу, пока мироходец подскакивает на месте, осознавая, что случайно сморозил смущающее прозвище, — я про… — Да-да, Ло, пойдём уже, не будем тянуть резину, — пробурчал Труман, прикладывая к горящему месту руку, уж изо всех сил старается скрыть свою удовлетворённость услышанным. – Я отсюда чую вкусный запах! Первым из комнаты выходит Ричард, слегка покачиваясь от какого-то бурлящего чувства по всему телу. Лишь самый внимательный человек может приметить, что вместе с щеками у Ричарда покрылись пунцом и уши, пол еле слышно скрипнул вдогонку парню. Лололошка же ещё раз оглядывает комнату, пытаясь найти интересный предмет, за который можно уцепить свой горящий взгляд. Подопытными становятся занавески, которые притягивают к себе тело, так и приказывают закрыть их, защитить комнату от дневного света. Мироходец подавляет в себе желание совершить это действие. На одних лишь носочках он разворачивается и следует за Ричардом. Вокруг них витает сладкий аромат, напоминающий дымок. Сразу предельно ясно, что его источник – кухня. Ло позволяет себе на несколько секунд застыть, раскрыть рот, чтобы вдохнуть как можно больше запаха в своё нутро. Он пробуждает, даёт стержень для того, чтобы идти дальше. Парень шагает вперёд, ощущая в себе невиданный прилив энергии, как вдруг врезается в спину Трумана. Дивный аромат околдовал и его, заставляя пьяно ухмыляться в пустоту. Так странно видеть такого Ричарда, но он так манит к себе, хочется прикоснуться к его рукам, не отпускать даже на минуту. Резко зеленоглазый оборачивается на мироходца, по-ребячески хватает Лололошку за руки и ведёт за собой, разливая тепло в душах обоих. Ричард задорно смеётся, а затем восклицает: — Я знаю этот запах наизусть! Уверен, что Клео приготовила сырники. Идём скорее, а то всё пропустим! Крупицы Вины, плохого настроения, тяжёлого дня пропадают, стоит лишь Лололошке втянуться в эту детскую радость, стоит лишь позволить черноволосому вести. Только рядом с этим человеком кудрявый понимает, что в нём всё ещё остались какие-то эмоции, что он всё ещё жив и должен радоваться до конца всего путешествия. Парни задорно бегут с лестницы вовлечённые в глупый разговор о еде. В моментах Ричард слегка припрыгивает, а Лололошка старается последовать за ним, без единой запинки или падения. Вся ситуация напоминала торжествующий танец, который хотелось проводить каждый день, как утренний обряд или способ пробудиться. Ничто не служит границами: ни ступени, ни вопросительный взгляд Глена при входе, ни хихиканье со стороны. Лучи яркого солнца освещают сырники на столе, которые так и блещут своей золотой корочкой, привлекая к себе ещё больше голодного внимания. Два парня, даже не помыв руки, садятся за красиво покрытый стол. Аура бодрости вокруг них с немыслимой скоростью передаётся окружающим, заставляя так же улыбаться и радоваться началу дня. Только Тим остаётся нахмуренным, не принимает реальность, громко чавкает своим сырником без капли стыда. По воздуху проходит тонна шуток в сторону ненавистника автоматонов, заставляя того подавиться собственным завтраком и обозлённо хрюкнуть. Только вот это вызывает экстаз посильнее, особенно у Глена. Тот даже не засыпает во время еды, по крайней мере, пока что не засыпает, увлечённый разыгравшимся представлением. Клео встаёт со своего места и подходит к Тиму с белыми салфетками в красную крапинку, начиная заботливо вытирать его загрязнённый рот. Из её уст вырывается подобие шутки о том, что парню нужно много кушать, чтобы мозг активнее работал в течение дня. Рыжеволосая медленно оглаживает волосы парня свободной рукой. В моменте она была настоящим ангелом во плоти. Святыми были почти все, но только до очередной шутки Глена о том, что Тим в другое время скорее всего голодает. Всего за несколько секунд Брай скорчилась в приступном смехе, а Ричард стукнул дрожащей рукой по столу, чуть ли не давясь сырником. Птички за окном подпевают под слова, наводят ещё большую шумиху. Лололошка остался неподвижен. Почему-то внутри вновь разыгралась пустота. Неужели, что-то произойдёт. Слова Глена стали конечной станцией для Тима. Паренёк вырывается из контакта с Клео и, будучи нахмуренным, покидает кухню. В помещение опускается затишье, правда оно тянется не так уж и долго. Быстро спокойствие и тишину обрывают новые звуки – звон тарелок после окончания завтрака. Участники Хауса от всего сердца благодарят Клео, показательно облизываясь перед ней. Они все довольны, каждый испытывает свою благоприятную эмоцию. Лололошка является последним, кто прикоснулся к раковине после окончания трапезы. Ричард уже покинул помещение, но перед этим громко прокричал на все стены: «СПАСИБО!». Это восклицание вогнало Клео в краску, заставляя Брай приводить её с небес на Землю. Кажется, девушке непривычно получать комплименты. Ло отмечает, что ему стоит чаще говорить их ей, чтобы видеть такое чудесное выражение лица. Парень следует к выходу, краем глаза подмечая уснувшего за столом Глена. После окончания веселья его никто больше не держал на земле, блондин спокойно мог опуститься в продолжительную дрёму после стрима. Лололошка не осуждал его, лишь опечаленно вздохнул. Хотел бы мироходец помочь девушкам дотащить такую тушу до самого верха, только вот Ричард не ждёт. Приходится лишь сочувствующе махнуть и шагнуть за пределы дома. Ричард стоит в куртке болотного цвета, лениво листая что-то в телефоне. Он отрывается от гаджета лишь тогда, когда в дверях показывается макушка Лололошки в привычных голубых очках. — Сейчас скину тебе адрес, куда мы поедем, — бурчит про себя Ричард, пока мироходец подходит к нему ближе, рассматривая падающие в глаза чёрные волосы. Забавляет то, как парень кликает по экрану, а после нервно отбрасывает локоны, которые вновь возвращаются на привычное место. — Вот! Если что, кхм, не против, если мы поедем на метро? Затраты на Блогер-Хаус сильно ударяют по кошельку, вряд ли сможем арендовать машину, сам понимаешь. Лололошка открывает телефон и рассматривает присланный зеленоглазым адрес. Кажется, на его телефоне высветилось сообщение от мистера Санчеза, но оно останется проигнорированным на некоторую долю времени. Всё же прогулки с любимым человеком стоят намного выше мелочей с мафией. Главное позже не получить замечание. Почему-то появился ком в горле от этой мысли. Лололошка никогда не ездил в метро, по крайней мере этого нет в его памяти. Он совершенно не знает, куда идти, как действовать и работать. Остаётся лишь недоумённо смотреть на парня рядом, а затем неловко прошептать: — Ты же отведёшь меня туда, расскажешь обо всём и покажешь, Ричи? — сомнения проскакивают в голосе, пока Лололошка неуверенно почёсывает затылок, стараясь хоть как-то отвлечься. — Разумеется, Ло! — и вновь Труман светится не хуже солнца, хватает под руку и тащит за собой с улыбкой на лице. Лололошка определённо чувствует себя менее потерянным рядом с ним, он верит каждому слову парня, не сомневается ни в чём. Рядом с Труманом в груди всё сверкает в пламени, капли вины испаряются высоко в небе. За всё время, проведённое около него, Лололошка почти не задумывается о проблемах, не чувствует боли и слёз на глазах. Рядом с Ричардом он чувствует себя менее Виноватым за все глупости.

***

Под ногами с характерным звуком хрустит не до конца растаявший снег. Похоже, что этой области коснулся лёгкий дождик. Ричард с Лололошкой шли продолжительное время, лишь изредка перебрасываясь глупыми фразами или шутками. По пути парни встречали людей совершенно разных возрастов, сразу было видно, что город проснулся и готов трудиться и стараться ради общего блага. Только вот дети с улочек пропали, упечённые матерями в школу на уроки. Глаза мироходца с удивлением осматривали новые окрестности. Со временем зрачки удивлённо расширились при виде огромного здания с мраморными колоннами. Посетителей встречали каменные ступеньки, припорошенные снежком, а внутрь подзывали тёмно-зелёные столбы с округлыми фонарями. Брови Лололошки снизились к переносице, ведь парень совершенно потерял в догадках насчёт собственного местоположения. Только подойдя ближе, мироходец тихо охнул, смотря на здание сверху вниз. Вдали оно казалось намного ниже и уютнее, чем сейчас. Глаза разбегались, не зная, что рассмотреть самым первым. Везде были закоулочки с вещами, справа располагалась статуя JDH, сделанная из золота, а заодно и приукрашенная самоцветами вокруг. Фигура так и возвышается над прохожими, кажется, что она смеётся им в лицо. Лололошка вспоминает поведение близнеца в собственном видении. Они явно схожи. Клетчатый делает шажки вперёд, прерывая свою связь с реальностью. Хочет прикоснуться к каждому рельефу на камнях, прочувствовать бурную жизнь граждан. Его нелепые действия прерывает крепкая хватка зеленоглазого. Ричард недовольно скалится и притягивает завороженного мироходца к себе, тихо бурча: — Это железнодорожная станция, глупыш. Вход в само метро располагается сбоку ниже, — Паренёк лёгким движением рук касается щеки Лололошки, а затем аккуратно подвёл его голову в сторону, чтобы мироходец увидел их истинный маршрут. — Вот, смотри! Перед друзьями красовалась мраморная постройка с надвисающей деревянной крышей, цвет был её схож с горьким шоколадом. Такая же тёмная, но чем-то манящая к себе. За крышу цеплялась белая вывеска-табличка с коричневой окантовкой. На бумаге были напечатаны буквы, которые соединялись в предложение и гласили: «Станция метро Загородная». Неужели парни добрались до транспорта? Лололошка протянул тихое «о-о-о», а затем последовал за Ричардом. Парень совершенно не знал, как устроено метро, но интерес бился изнутри гулким потоком. Или же попросту не помнил? В глубине души мироходец надеялся, что сможет уследить за ситуацией или просто подстроиться под неё. Лололошка хотел бы научиться пользоваться новым транспортом сразу же, не было никакого желания показывать свою слабость или незнание. Он же не ребёнок какой-то, должен самостоятельно справиться! Его не должны унизить. Спускаются по лестнице парни аккуратно, каждый тонет в своих мыслях: Ричард вспоминает о том, что нужно делать дальше, как пройти и сесть на метро, а Лололошка просто тупит взгляд в пол, молясь на удачу. Впереди грозно стоит новая преграда – турникет, соединённый с терминалом оплаты. Для новенького в современных реалях мироходца он кажется целой изгородью. — А тут забор какой-то, эм, Ричи.. может, мы не там зашли? Я не уверен, что нам нужно следовать вниз, — неловко проговорил Лололошка, костяшкой указательного пальца касаясь руки зеленоглазого, чтобы привлечь к себе внимание. Стоило парням сделать ещё один шаг в сторону механики, как панель управления на терминале оплаты быстро замигала, припугнув мироходца своим неожиданным появлением. Ричард приблизился к устройству и задумчиво окинул его взглядом, прежде чем начал искать в кармане штанов банковскую карту с кровно заработанными деньгами. — Ло, ты никогда на метро не ездил что ли? — осторожно произнёс Труман, стараясь ненароком не оскорбить близкого друга. — А, да, точно, ты же.. извини, я иногда подзабываю про наличие амнезии у тебя. Ты просто, знаешь, с ней или без такой чудесный человек и.. забей. Просто забудь, что я сказал и всё! Лололошка провёл пальцем по щеке, слегка почёсывая её. Мироходец выглядел глупо, старался показать, что в фразе Ричарда нет ничего такого, пока внутри него летели бабочки во все углы и стороны. Приятно знать, что Труман про тебя возвёл по-настоящему положительное мнение. — Так вот! Даже без амнезии ты вряд ли бы прознал о метро. Дело в том, что на острове его попросту нет! Рабочие тупо поленились сделать его механизм и забили на середине пути. Странно, что никто не заметил отсутствия такого важного транспорта, — рассуждал зеленоглазый, разводя руками в разные стороны от удивительной «находки» в прошлом. Труман покачал головой в разные стороны, а затем ступил вперёд. Легким движением его рука с карточкой легла на датчик турникета. Несколько секунд на его панели вращался шарик загрузки, заставляя мучительно топтаться на одном месте. Однако вскоре он пропал, превращаясь в зелёную галочку. Дверцы механизма открылись, спокойно пропуская Ричарда вперёд. Как только зеленоглазый прошёл через препятствие, то дверцы приняли прежнее положение, ни в какую не желая пропускать Лололошку без оплаты. Мироходец открыл рот от такой наглости. Как простая машина может только сопротивляться воле человека? В чём вообще проблема просто пойти напролом? Вопросы кружили голову, не позволяя даже сдвинуться с места. — Иди сюда, бедолага. Смотри, Ло, тебе нужно достать твою банковскую карту и прислонить к тому же датчику, что и я. Со счёта у тебя спишется 75 V, считай, что это полная цена за проезд. Мало же, согласен? После того, как деньги спишутся – эти двери с радостью откроются и пропустят тебя. Усёк? — медленно объяснял Ричард, повторяя некоторые предложения дважды, чтобы парень в очках уж точно запомнил принцип работы турникета. Лололошка бурно закивал, хлопая в ладоши. Паренёк стал копаться у себя в каждом кармане, пока не вспомнил, что карта у него находится в чехле телефона. Мироходец стал яро выполнять все указания Ричарда, прокручивая их в голове по несколько раз. Когда дверцы подались вперёд, черноглазый моментально вылетел навстречу к другу, начиная кружиться вокруг него. Ричард лишь тихо посмеивается, а затем кладёт ладонь на плечо парня и ликующе произносит: — Так держать! Умница, Ло. А затем всё превращается в очередной поход. Парни спускаются всё ниже и ниже к недрам земли, с каждым шагом ощущая своё приближение к полному шуму и гаму. Лишь на половине пути Лололошка приближается к Труману, чтобы проронить последнюю фразу в окружающем их коридоре: — Без тебя бы я ничегошеньки не понял. Спасибо, Ричард, – фраза теряется в голосах прохожих, испаряясь где-то далеко. Только вот её суть навсегда засела в сердце Трумана. Он смог помочь кому-то, он полезен и хорош. Ричард ведь не одинок теперь? Парни не замечают, как останавливаются около рельс на возвышенности. Границей между платформой и входной дорожкой на транспорт служит бирюзовая полоса на полу. Помещение украшено лавочками, да красиво постриженными кустами в форме овала. Везде сидят люди, от скуки залипающие в телефоне. Время словно ускоряется, бежит, как ручей, по этой причине Метро приезжает уж очень быстро. Есть предположение, что Ричард попросту подгадал время, чтобы поскорее разрешить все дела. Кто знает его голову? Дверцы открываются с приглашением для людей. Горожане вскакивают с лавочек, собирают вещей и берут детей на руки, чтобы поспешить в метро. В их глазах огни пылают, все увлечены своим делом и путём в разные направления. Лишь Ричард стоит, хлопая глазами. Лололошка непонимающе косится на него, дергает за руку, старается утянуть за собой. — Помню, я на острове разрисовал граффити один из вестибюлей метро. Дело в том, что его даже не закрасили! Вот ирония же, — выпалил Ричард, открывая свои воспоминания только для Лололошки. Как же без них в подобные моменты? — Никто не спускается туда, вот и всё! Интересно, граффити ещё осталось висеть? – ухмыляется Труман. После он отталкивается с места и вступает в помещение метро, подзывая за собой миророходца одним взмахом руки. Пора заходить. — Однозначно. Вряд ли бы пожар тронул ту зону, а автоматонам это тем более не нужно, — подметил Лололошка, опираясь рукой о салатовую стенку в ожидании дальнейших действий приятеля. Ричард подходит к золотому устройству, прикреплённому справа от двери, рассматривает с таким же интересом, как делал это с поручнем наверху. Парень проводит по подбородку в раздумьях и расчётах, прежде чем обернуться к Лололошке с фразой: — Смотри, в этой штуке можно посмотреть, какие станции есть. Нам на Восточную, кстати, — зеленоглазый тычет пальцем в сторону терминала, заставляя мироходца подойти и самому взглянуть. — Нам три остановки ещё ехать. На изображении были показаны все возможные станции. Справа синим светились все доступные к проезду, а снизу находилось место, где парни находятся сейчас. Кажется, им осталось пройти Северобережный, Садовый и Академический пункты, чтобы достигнуть своей цели. Остановок и вправду 3! Когда Лололошка отстранился от терминала, то краем глаза увидел знак обозначения метро – обведённая белоснежным цветом буква «М». Гражданских с каждой минутой становилось всё меньше и меньше, значит, скоро двери закроются, а метро двинется в путь. Парни направились прямо по «залу», стараясь найти свободное место, куда можно приземлить свою тушу. Где-то сидели семьи, где-то играли в телефон дети, а кто-то вовсе наклонился, предварительно прикрыв глаза. Видимо, этому человеку довольно далеко нужно ехать. Ричард примечает свободные сиденья ближе к концу метро, гордо приземляется и тянется. Лололошка подходит ближе к нему, и по ушам резко ударяет объявление: «Осторожно, двери закрываются!» Механизм метро начинает своё движение. Ноги путаются между собой, неуклюжий Лололошка готов встретиться с полом из-за резкого толчка техники. Первые ощущения будут не самыми лучшими из-за случившегося, клетчатый готовится ощутить их на себе, как вдруг чувствует на талии чужие прикосновения. Ричард с цоканьем притягивает парня к себе, усаживая под боком. В глазах Трумана виден страх: вдруг Ло упадёт и получит повреждения. Ричард не хочет допустить плохих воспоминаний у невозможного мироходца. Только не сейчас. — Будь осторожнее, Ло, прошу тебя, — проговорил зеленоглазый, не отпуская талии клетчатого даже сейчас. Почему-то не хочется расставаться, присутствует желание сидеть так дальше. Появляется дивное спокойствие. — Постараюсь, извини меня, я просто… мне жаль, что я многого не знаю и тебе, ну, ты делаешь всё это, — пытается построить предложение Лололошка, но никак не может найти нужных слов для этого. Хватка на талии усилилась, Ричард притянул клетчатого ещё ближе, заставляя буквально уткнуться себе в грудь. На его лице так и светилось недовольство, образовавшееся после слов мироходца. Труману совсем нет дела до того, кто на них смотрит и с какой целью, хочется просто забыться и успокоить Лололошку. — Не говори такого. Просто не стоит. Я итак прекрасно понимаю твою ситуацию, Ло! Я не считаю тебя слабым или что-то вроде, только не загоняйся, не стоит, — вытягивал из себя слова зеленоглазый, запрокинув голову назад с поднятым подбородком, не хочет смотреть на Лололошку в таком положении. — И вообще! Я, ну, узнать хотел. Ты случаем со своим психотерапевтом не обсуждаешь меня? Мироходец на несколько секунд призадумался. Что он совершал на приёме, кроме попытки найти свои воспоминания? До обсуждения Ричарда дело определённо не доходило, что являлось хорошим знаком. Клетчатый парень покачал головой, проходя носом по куртке Трумана. От него исходил приятный запах кофейных зёрен, который, судя по всему, образовался после завтрака. А может, Ричард всегда был таким притягательным и дурманящим, как дорогая чашка кофе. — О, прекрасно. Я, эм, знаю, что буквально вчера пропустил парочку шуток в твою сторону по поводу походов к психотерапевту, — пробормотал Ричард, пожав плечами, его голова опустилась, а взгляд похолодел, — но знаешь, ты стал меньше ворочаться в кровати и почти не стонал во сне, как будто походы туда тебе и вправду помогли. Лололошка поёрзал на груди Ричарда, стараясь принять удобное положение. Труман давно не заставлял парня так лежать, однако клетчатый не хотел терять тепло рядом с собой так быстро. Ло взволнованно поджал губы, до этого момента он сам не знал, как ведёт себя во сне. Парень мог предполагать, из-за чего такое происходило. Ему часто снились кошмары, отрывки воспоминаний с ужасными событиями. Эмоции били по мозгу, вырывались на свободу, ведь держать их - непосильная задача. После похода к Психотерапевту что-то изменилось. Скорее всего Ло смог переработать информацию, благодаря диалогам и разборам, или получил отдых, в котором нуждался. Кошмары медленно стали исчезать. Клетчатый мог спокойно просыпаться без болей по всему телу, способен был без лишних переживаний проводить свой день, что сильно радовало. До одного момента.

***

Лололошка находился на кухне, беспокойно переминаясь с ноги на ногу, он не решался обратиться к Ричарду. Сосед был явно настроен агрессивно после встречи с родителями. Не все его ожидания сбылись, что сильно бесило. Клетчатый волновался за здоровье Трумана, хотел помочь, но не понимал, как. Обнять вряд ли получится, а словами лишь устроит конфликт. Мироходец тихо отошёл к ящикам около раковины, принимаясь искать что-то, что может помочь. Вокруг куча барахла, начиная от мёртвого кузнечика, которого Ричи притащил после работы, заканчивая битой. Зачем она в доме? Никто не знает. Лололошка когда-то отжал её у бандитов в порыве гнева, а девать уже некуда, ведь мужчины в панике скрылись. За всем складом вещей была обнаружена коробка с шоколадным печеньем. Лололошка облизнулся, а затем взял её с блеском в глазах. Этот вкусный сюрприз точно задобрит Ричарда! Кто в здравом уме будет отказываться от такой вкуснятины? Мироходец достал чистую тарелку и насыпал на её край 3 округлых печенья в крапинку. Затем руки потянулись к недавно разогретому чайнику, чтобы быстро сообразить горячий напиток. Хрустальная чашка наполнилась водой, от которой сразу же пошёл пар, приятно согревающий лицо. Пакетик чёрного чая погрузился внутрь, одаряя жидкость рыжими цветами, которые заполняли её, как краски холст художника. В конце концов чашка чая была помещена на середину тарелки. Мироходец улыбнулся и поспешил к Ричарду со своей кулинарной помощью. Правая рука стала ответственной за тарелку, а левая должна была стать способом привлечения внимания. Клетчатый приблизился со спины к дорогому человеку и пальцами ласково прошёлся по плечу. Треск. — Я же сказал, блять, не трогай меня! — вскрикнул Ричард, разворачиваясь, чтобы нанести удар кулаком прямо по щеке Лололошки. Хруст. Мироходец падает на пол, роняя тарелку. Её осколки разносятся в разные стороны, своими крупицами впиваясь в ноги Лололошки и часть руки. Парень морщится, сглатывая льющиеся по его щекам слёзы из-за бурной реакции тела. До безумия больно и горько в душе, хочется провалиться под землю. Очки сами сползли с лица, заставляя пустые глаза Ло встретиться с разъярёнными изумрудами рядом. Почему это произошло? Парень хотел сделать, как лучше. Он хотел помочь. Почему так больно и ужасно? Почему он снова виноват во всём? — Извини, Ричи, — прошептал Лололошка, поднимаясь с места. Он далеко не слабый парень, он способен действовать дальше. Руки всё ещё подрагивают, а глаза продолжают дырявить лицо Трумана. Сам сосед, видимо, стал осознавать, где ошибся. Об этом гласил медленно раскрывающийся рот от шока. Резко сын уборщиков срывается с места, обувью втаптывая осколки в пол, он побежал вперёд к другу. Изумрудные зрачки расширились в волнении, а руки обхватили худое тельце мироходца, прижали к себе близко-близко. Страшно обоим за то, что случится дальше. Ричард утыкается в плечо клетчатого, а хватка с каждой секундой становится всё крепче. В горле пылится ком крика, который невозможно сглотнуть. Парни стоят ещё несколько минут в тишине. За это время солнце на улице окончательно садится, оставляя их в полной темноте. Лишь тогда Труман находит в себе силы что-то сказать: — Ло, миленький, ты в порядке? Прости меня, я не хотел, извини, умоляю. Как же так, как же. . . А слышит ли Ло?

***

После этой ситуации Лололошке стали снится бесконечные однотонные сны, где его бьют по щеке неизвестные люди. Везде меняется локация, лица. Парень словно оказался в цикле, в котором каждый раз совершает ошибку, в котором его корят близкие люди. Среди многих лиц особенно запомнились смуглый потрёпанный парень в лёгком одеянии и юный эльф с вьющимися белоснежными волосами. В конце каждого сновидения Лололошка видит Ричарда, прокручивает ситуацию в голове до дыр. Он не может избавиться от бесконечного изнеможения и Вины. Лололошке становится страшно спать. Он не хочет чувствовать боль и обвинения вновь. Наверное, он сильно мешал Труману, что является, быть может, главной причиной, почему сосед яро пытался сбежать с его кровати. В душе скреблись кошки, пока вина в крови начинала увеличивать свой объём. Ричард, почувствовав напряжение вокруг себя и мироходца, заметно занервничал и попытался найти способ исправить ситуацию: — Ло! Ты если что не мешал этим спать мне, когда мы находились в одной кровати! Ну, вообще, мне было не совсем комфортно, но обычно ты успокаивался, когда я приобнимал тебя или поглаживал по голове! Я, конечно, сразу извиняюсь за нарушение личного пространства, но так ты чувствовал себя лучше! Это - экстренная мера, да и я сам просто меньше беспокоился, — отговорки летали по всему метро, лишь усугубляя ситуацию лишней неловкостью. — Просто есть одна проблема. Мне кажется, что я стал другим. Совсем другим. От всех этих людей меня воротит, — Ричард снизил свой голос до полу-шёпота, заставляя Лололошку заинтересованно вскинуть голову, — и после того, как мы покинули остров, мне то и дело снятся кошмары с обгоревшей Дженной. Руки Трумана, расставленные по бокам, сжались в кулаки от неприятных воспоминаний. Парень с трудом припустил голову, стараясь найти хоть какой-то ответ в сиянии очков Лололошки. Губы его слегка подрагивали, но зеленоглазый нашёл в себе силы продолжить: — Хаос, взрывы, пожары. Во всём этом виноваты люди, которые издевались над автоматонами, специально мучали их, создавали всю эту иллюзию. Вокруг нас сейчас происходят восстания, виновниками которых являются они! – с каждым словом зрачок Ричарда испуганно увеличивался, а по телу проходили волны дрожи. — Я просто не могу даже предугадать, когда в дом ворвётся мафия! Мы с тобой окружены преступниками, а ты даже являешься их частью. Ты можешь пропасть в любой момент, погибнуть. А я останусь с ними один на один. Лололошка отстранился от груди парня, чтобы Труман мог высказаться без давления у сердца и легких. На последнем слове Ричард обхватывает свои плечи, задыхаясь от волнения. Перед глазами встала картина дня их побега, полного крови и огня. По лицу стекает капля пота, пока сильно расширенные зрачки носятся по разным предметам, не в силах стереть ужасающие сны и мысли. Труман думает, что сейчас сойдёт с ума, начинает бормотать разные бредни: — Здесь очень много людей. Слишком много. Почему так шумно? Почему? Душно, воняет от них всех, — тело Ричарда неимоверно горело, в животе, словно органы рвались, заставляя чувствовать тошноту и онемение. Так хотелось упасть, закрыв глаза. Силы медленно истекали, а дыхание учащалось. Хоть Лололошка и отошёл, кислород не прекращал утекать. Труман непонимающе коснулся своей шеи, ведь в ней кололо и рябило, постоянно ощущались элементы удушья без веской причины. — Ло, пожалуйста. Ты же.. слышишь меня? Люди, эта куча, автоматоны, — в глазах стало рябить, а руки уже не удерживали поток страха и паники вокруг собственного тела. Внезапно около щёк парня оказались горячие руки Лололошки. Клетчатый с волнением прижался к Ричарду, пытаясь отдать всего себя, чтобы успокоить Трумана. Мироходец сделал глубокий вдох и подал голос: — Ричард, успокойся, я рядом с тобой, я здесь. Я не человек, я твой друг и дорогой человек. Мы прошли через многое вместе и я всё ещё рядом. Ты сможешь преодолеть это и сейчас. Повернись, посмотри на меня. Только на меня, — прошептал кудрявый, поворачиваясь свои ладони вместе с головой Ричарда. — Говори со мной, постарайся вернуться в реальность. Их взгляды встретились. Своей безгранной тьмой в зрачках Ло старался окутать Ричарда, придать ему успокоение и уверенность. Парень проматывал в голове все возможные сценарии из жизни, старался найти выход в моментах с психотерапии. Что ему предлагали при панических атаках после сна? Как он решал проблему? Медленно и самого мироходца погружала липкая паника и дрожь, но он старался оставаться железным и непробиваемым. А вдруг он не справится? Вдруг Ричард потеряет сознание из-за него? Точно ли имеется способ помочь? Решение всё же есть. — Ричард, прошу, попытайся сделать вдох, я отсчитаю пять секунд, а затем ты выдохнешь. Это важно, — неожиданно обратился мироходец к Ричарду, в воспоминаниях всплыла картина с техникой, которая помогла ему когда-то. Лололошка надеялся, что она сработает и на зеленоглазом. — Ты справишься. Я помогу, обещаю. Ричард ссутулился, его брови опустились, а выражение лица скривилось. Руки стали лишь сильнее подрагивать. Мироходец не нашёл иного способа, как покрыть их своими, на что поймал на себе паникующий взгляд. На Ричарда было смотреть страшно. Весь помятый и взъерошенный. Глаза покраснели, а тело горело от напряжения. Нормально дышал парень только через несколько раз. Лололошка нагнулся к Ричарду, одними губами говоря: «пожалуйста». Пальцы стали поглаживать тыльную сторону руки смуглого парня, клетчатый всеми способами пытался разрядить обстановку. Ричард всё же приложил усилия, кое-как поднимая голову вновь. Лололошка ликует внутри, а затем начинает проводить парня в мир успокоения: — Вот так, молодец. Давай, теперь, вдох, — убеждает совершить действие мироходец. Перед тем, как начать, Лололошка показательно вздыхает, держит внутри себя воздух и отпускает его. Труман еле заметно кивает, а затем раскрывает рот, чтобы повторить действия Ло, заглатывая побольше живительного кислорода внутрь. — хорошо-хорошо. Вот так, Ричи, вот так, — старается поддержать Ричарда мироходец, следя за каждым его движением. Подождав несколько секунд, Лололошка горько улыбается и смотрит на Трумана. Зеленоглазый парень совсем немного опускает подбородок вниз. Этого хватает, чтобы мироходец начал отсчёт вслух: — 1. Ричард пытается осмыслить происходящее, но в голове всё перемешано. Нет ни единого способа, которым можно было бы связать свои мысли в единое целое. — 2. В Груди всё ещё душно, но сердце плывёт от заботы рядом сидящего человека. Всё ужасно. Плохо. Скудно. Но Труман чувствует, что есть шанс всё наладить. — 3. Краем уха парень слышит, как Лололошка уверенно говорит о том, что всё пройдёт, что он переживёт это состояние. Пальцы парней переплетаются, сохраняя тактильный контакт. Он служил, как спасательный круг для них обоих. Никакого интима и возбуждения, лишь доверие между Лололошкой и Ричардом. — 4. Привкус солёного спадает с языка, а в кишечнике утихает буря. Ричард чувствует себя пьяным созданием, испытывает отвращение к собственному Я. Как он докатился до такого? Что сделал не так? Парень не желал получить полностью травмированную жизнь, не хотел взрослеть так рано. Смерти, побеги, автоматоны. Всех их уже не исправить. Но можно спасти в будущем. — 5. Парень выдыхает, давясь и кашляя собственной слюной. Внутри становится легче, сердце стало меньше сдавливать. Только вот Лололошка не унимается, заставляя повторить упражнение ещё несколько раз. С каждым разом реальность перестаёт иметь расплывчатый вид, дрожь в руках унимается. Ричард потерял ход времени ещё в самом начале поездки, не сумел ухватиться за тонкую грань равновесия. Людей в метро было до безумия много, все они прожигали зеленоглазого взглядом, заставляя сжаться. Только вот эта суматоха ушла на второй план, когда к глазам Ричарда прикоснулась заботливая рука мироходца. Парень плавно вытирал слёзы с глаз Трумана, утешая его. Среди толпы прохожих Ричарду помог мироходец. Раса, которую люди презирают и унижают. Лололошка итак с каждым днём поднимался в глазах сына уборщиков, а сейчас и вовсе взлетел высоко-высоко, к самым облакам. Дыхание Ло опаляло кожу, обжигало её не хуже пламени. Ричард затих, ожидая дальнейших действий клетчатого, который тоже молчал, ведь слова были излишни. Лололошка едва заметно вернул свои руки обратно к ладоням Ричарда, переплетая пальцы друг с другом вновь. Никто не комментировал эту особенность, парни были увлечены своеобразной игрой в гляделки. Лололошка резко очнулся, начиная промаргиваться. На лице вырисовалась глупая улыбка, пока щёки покрылись пунцем. Парень не разорвал хватку рук, не было никакого желания. Клетчатый лишь прижал к себе губы, чтобы незаметно провести по ним языком, для слабого увлажнения. Мироходец вернул свой взгляд к Ричарду, который сидел, словно загипнотизированный. В нём чувствовалось напряжение после всей ситуации. Нужно его уничтожить. — Ричард, всё хорошо, ты чудесно справляешься. Просто умничка. Только, пожалуйста, позволь мне поговорить с тобой ещё. Я отвлеку тебя от всех этих людей, — проговорил Лололошка, практически не используя шёпот. Ричард очнулся из раздумий, а затем кивнул. Парня рядом не хотелось бояться, хоть и по всему телу кололо недоверие. Труман ощущал себя странно, уныло, устало, но не хотел уходить в одинокие мысли. Слишком уж интересно стало, что можно ждать от Лололошки после его слов. Правая рука выпуталась из замка, оставляя только левую в физическом контакте с Ричардом. Затем конечность Клетчатого вытянулась вперёд, располагаясь тыльной стороной к взгляду парней. Она была полностью распрямлена, бледные пальцы спокойно висели в воздухе. Хорошо, что на коже этой руки были лишь зажившие царапинки. — Психотерапевт проводила на мне эту технику. Она помогала! Так, Ричард, тебе придётся немного напрячься, — промолвил Лололошка, вращая ладонью из стороны в сторону от нетерпения. — Сможешь назвать пять вещей, которые видишь вокруг себя? Зеленоглазый парень нахмурился. К нему обращались, как к какому-то глупому ребёнку! Однако стоило парню вспомнить всю помощь, которую оказал ему мироходец, как всё желание возмущаться провалилось под землю. Голову Труман наклонил в бок, изучающим взглядом осматривая метро. Множество предметов окружало его, сложно было выбрать лишь пять. — Эм, ну, допустим. . сиденье, поручень, дверь, книга, — начал перечислять парень то, что первым врезалось в его взгляд, с каждым названием его задумчивость увеличивалась, а тело расслаблялось, — телефон. И в чём прикол? Я, вроде, русский язык, да и названия предметов знаю. Один палец на руке Лололошки загнулся под шум рельс. Кажется, метро остановилось на станции. Парни были уверены, что им ещё не стоит выходить, что они ещё не приехали. Зеленоглазый посмотрел на открывающиеся двери и тут же вернул взгляд на руку мироходца. Заданный вопрос пропал в шуме голосов, оставаясь без ответа. — Чудно! А теперь, Ричи, давай-ка четыре вещи, которые ты сейчас можешь потрогать, — хитро ухмыльнулся Лололошка, откидывая голову назад в ожидании ответа, — и не молчи слишком долго, иначе обижусь. Да и ты, небось, не справишься с такой задачей. Слишком сложна она для тебя. В парне, казалось бы, проснулся некий дух лисицы, хитро уманивающий всё внимание за собой. Мироходец чувствовал, как хватка на левой руке ослабилась, значит способ успокоиться помогал. Пока Ричард отвлечён, хотелось сделать многое. Защекотать, потрогать, совершить нереальное. Правда, руки заняты. Как жаль. Ричард насупился после слов его дорогого друга. Хотелось назвать что-то особенное, что удивит Лололошку или собьёт с толку. Даже голоса людей ушли на второй план, пока мысли о будущем шокированном лице приятеля заполняли голову. Труман стал проводить пальцами по различным предметам, к которым только мог дотянуться. С каждой тронутой вещью с губ парня вырывалось её название. — Стена, — пробормотал Ричард, оглаживая её ладонью. Холодная с зелёными оттенками, а так же белоснежными узорами. Была сделана явно под стиль станций, чтобы метро не было каким-то выделяющимся. Лололошка дёрнулся в бок, слегка толкая Ричарда. Стена – никакой не предмет! Подобная реакция позабавила парня, заставляя хихикнуть. Труман обвёл глазами круг, показывая таким образом, что ему было как-то всё равно на данный факт. Поиски продолжились. — Купюры, конечно же, — потрепав карман, Ричард достал заветных 15 V, красуясь ими перед клетчатым. Зеленоглазый немного вытянул язык, чтобы продемонстрировать своё «превосходство» перед другом. На это действие парень получил значительный удар под бок, который свалил его на конец сиденья. — Ну что ты толкаешься! Сидушку могу потрогать! Слезай с моего бока! — сопротивлялся Ричард, словно маленький котёнок. Он размахивал одной рукой с бешеном темпе, создавая потоки воздуха. В конце концов парень смог усесться на прежнее место, когда Лололошка отодвинулся от него на несколько сантиметров. — Куртка, зелёненькая моя, красивая. Ло, кстати, ты бессмертный? Ходишь в этом белом одеянии. Это даже словом пальто назвать трудно! Ты его ещё и испачкал когда-то, что пятна остаются до сей поры. Как так? — раскрыл глаза парень, начиная костяшкой пальца проводить по чистым местам одеяния мироходца. На ткани совершенно ничего не было, но это не помешало Лололошке вопросительно опустить голову. Глупый паренёк старался найти проблемные пятнышки. Одним движением подбородок Лололошки был схвачен рукой Ричарда. Касания обжигали кожу, заставляя взгляд мироходца неуверенно подняться. Вновь парни смотрят друг на друга без единого слова, но в этот раз в изумрудных глазах сияло пламя азарта. Он окончательно нашёл способ, как смутить клетчатого, как вогнать в испуг. Это и вправду работает, ведь щёки Ло покрываются алым цветом. Мироходец надеется, что свет метро укроет эту деталь от взгляда Трумана. Только вот он не спасает, а лишь сильнее подчёркивает. Ричард замечает, как медленно клетчатый становится схож на помидор. Это поведение лишь забавит и увеличивает желание зайти немного дальше. Все шутки, замечания о Передружбе становятся правдой, но думать об этом нет сил. Тело Ричарда с каждой секундой отдаётся моменту, а мозг забывает о наличии людей вокруг. Сейчас парни созданы только друг для друга. Тело зеленоглазого придвигается ближе, да так, что дыхание горячо опаляет кожу Лололошки. Левая рука мироходца, заключённая в замок, начиная подрагивать и хочет дёрнуться, чтобы остановить выходку Трумана. Только вот черноволосый оказывается впереди, сдавливает тыльную сторону, не позволяя двинуться ни на сантиметр. Щёки парня начинают взаимно покрываться красным ядом, ведь он медленно сходит с ума от такого тягучего контакта. Слишком сладко становится на языке, что хочется приблизиться и приоткрыть рот, чтобы надышаться кислородом. Желание близости становится невероятно нужным. С силой парень пересиливает себя, натягивает прошлую улыбку и свободной рукой выхватывает голубые очки Лололошки. Ричард отстраняется, прекращая муку мироходца рядом. Ранее пустые глаза превратились в кашу бурных чувств и ощущений, в них, кажется, засверкали искры из-за произошедшего. Ло сидит в немом оцепенении, пока сын уборщиков вращает меж пальцами предмет, изучая его подробнее. — Кстати, Очки. Я назвал четыре предмета. Доволен? Что дальше? — почти что мурлычет зеленоглазый, примеряя на себе находку. Предмет выглядит стильно на парне, но никак не подходит по цвету под его образ. Мир вокруг становится очень уж тёмным и неузнаваемым. Как Лололошка только ходит в таких очках? Второй палец на руке мироходца самостоятельно загибается, пока его обладатель всё ещё сидит со вскруженной головой. Всё тело потрясывает от резкого жара. Парню кажется, что ещё совсем немного, и он растает. Это он должен был отвлекать Ричарда от тревог и раздумий, а не наоборот! Лишь спустя несколько минут Лололошку тормошат, заставляя очнуться из мира грёз. Мироходец, наконец, принимает реальность, продолжая игру: — Я как-то отвлёкся. И, Ричард! Ты что чудишь такое вообще?! Не мог нормально сказать про очки? Обязательно такую сценку устроить нужно, ну конечно! — начал возмущаться клетчатый, он готов был выгнать Трумана с его же места, лишь бы не видеть эту нахальную морду более. — Я с тобой уже вымотался! Не могу продолжать эту меру успокоения и дальше. Силы покинули тело вместе с выбросом окситоцина из него. Лололошка готов был вести под запись имена всех людей, которые смотрели на них с Ричардом, имея при себе открытый рот. Как человек, который боится всех их, может совершать действия, после которых всё тело в пламени? Мироходец стал сомневаться, что его друг не является какой-нибудь рептилией или автоматоном со сценарием. Когда мысли доходят до силуэта Зеленоглазого, Лололошку подталкивают к себе, заставляя положить голову на плечо. Мягкая куртка Ричарда, имеющая болотный оттенок, сейчас помогает парню расслабиться и прикрыть глаза. Пожалуй, Ло всё-таки забьёт на свои рассуждения, когда жизнь даёт возможность насладиться временем рядом с любимым человеком. Сердце так и трепещет, готовится получиться финальный удар от всей нежности Трумана. Только вот спокойствие разрушают слова: — Эй, Ло, не засыпай! Я делаю это, чтобы тебе стало удобнее и ты мог продолжать со мной свою «терапию». Если уж начал, то закончи. А то вдруг мне станет хуже после твоих незаконченных действий, — Лололошка от этих слов невольно вытягивает из себя звуки, напоминающие скрип половиц. Радость длилась недолго. — Словно ты сейчас в обморок упадёшь, глупый, – бурчит клетчатый, размещая свою щёку в более удобное положение. Краем глаза мироходец подмечает, как на несколько секунд Труман откидывается назад, театрально изображая падение. — Ладно, Ричард. Только не придуривайся, пожалуйста. Следующим по списку предметов оказываются три вещи, которые зеленоглазый может прямо сейчас услышать. Испытания становятся труднее, накаляют своими поручениями обстановку. В метро, оказывается, шумно. Ричард уж давно позабыл об этом, ведь был увлечён одним лишь Лололошкой, не хотел слышать кого-то ещё, кроме него. В первую секунду отвлечения от звонкого голоса мироходца кажется, что всё спокойно и умиротворяюще. Во вторую всё меняется. По ушам ударяет множество голосов, шуршаний и песен. Трудно остановиться на чём-то одном. Ричард решает игнорировать людей вокруг. Они не нужны ему. Их голоса создают шум и гам, вечно сбивают с отмеченной цели. Никакой гармонии и мирного сожительства. Тошнить начинает в очередной раз, а к ногам подползает страх. Ричард старается самостоятельно уйти от этих ощущений, отворачиваясь к окну. В стекле редко мелькают огни из подземелий. Видна лишь непроглядная тьма, в которой иногда мелькают искры. А ведь появляются они от трения колёс о рельсы. Обычно ещё скрежет появляется неприятный, из-за которого часто приходится загораживать уши руками, лишь бы убрать нервирующие звуки. Точно. — Движение колёс по рельсам, — проговорил Ричарда, постукивая пальцем по окну. Удостоверившись, что Лололошка кивнул, парень продолжил заниматься поисками звуковых вещей. Справа от парней располагались две девушки. Одна из них – блондинка, неприлично двигающая бёдрами под такт музыки, исходящей из колонки у её ног. Рядом с танцовщицей находилась брюнетка с видеокамерой, девушка активно снимала происходящее, то и дело меняя ракурс. Кажется, именно таких выскочек и упоминала Брай, когда говорила о том, что у неё стали забирать просмотры новички. Впрочем, не только соседка была недовольна таким положением. Все сидящие неподалёку от блондинки сверкали разъярёнными взглядами, стараясь стереть её из этого метро. Из колонки исходила иностранная песня, которую Ричард ранее не слышал. Парень позволил себе совершить несколько рывком головой под сумбурную музыку, прежде чем остановился в озарении. Глаза ещё раз пробежались по механической коробке серого цвета. Только сейчас парень приметил, что она украшена различными стикерами с персонажами из аниме. Но не это было самым главным. Колонки ведь проводят через себя песни, музыку, издают звуки! Второй предмет был схвачен за горло. — Колонка той блондинки. Боже, у меня от её музыки уже голова гудит. Хочу заткнуть себе уши и не слышать это безумие, — дал свой ответ Ричард, медленно перемещаясь из хорошего настроения в агрессивное. Лололошка сочувственно вздохнул, а затем кивнул, принимая ответ зеленоглазого. Остаётся всего одна вещь. Только вот идей совсем не было, что ещё может издавать какие-то выделяющиеся звуки. Ричард определённо не хочет упоминать людей, а в остальном нет ничего такого, что могло бы послужить решением поставленной миссии. Рука неловко начинает потирать шею, пока идеи медленно движутся к голове парня. Молчание продолжается минуту, две, три. Двери метро открываются со скрипом, а программа оповещает о текущей станции. Граждане поднимаются с мест, забирают свои вещи и уходят с помещения. Кислорода в груди становится значительно больше! В особенности настроение улучшилось, когда шумящая блондинка покинула метро, забирая за собой плохие чувства и эмоции. Создаётся ощущение, что мир очистился от грязи. На душе теплится счастье. Только вот звуков стало ещё меньше. Идей так и не пришло. На этот факт Ричард опечаленно вздыхает, а затем проговаривает тихо-тихо, да так, чтобы свои слова слышал лишь он: — Ну не могу же я сдаться! Только идей совсем нет. Чёрт, мог бы кто-то и пошуметь, чтобы я ответ дал. Парень начинает ворочаться, мешая покою Лололошки. Несправедливость бьёт ключом по телу, а гордость не позволяет признаться мироходцу в провале испытания. Сеанс успокоения превратился в полное соревнование Ричарда с самим собой. Он хотел выиграть, дойти до конца, достичь цели во что бы это ни стало. Парень напоминал барана с вытянутыми рогами. Вцепился в задачу и не отходит! От злости парень пропускает два жужжания в собственном кармане. Ричард рявкает на мир, прежде чем просунуть руку, чтобы найти свой телефон. Кому он нужен в такое время? Зеленоглазый парень желает разбить экран, лишь бы не видеть своё лицо, наполненное позорным путём к проигрышу. Почему серой массы не достаёт именно в важные моменты? Ричард даже не нервничает сейчас! Пальцы проходят быстрыми движениями по клавишам, вводя пароль. Источником жужжаний является пейджер, который в настоящий момент разрывался от потока сообщений. Все они приходили от одного преданного контакта: «Ричард, на тебя смотреть смешно. Если ответить не можешь сам, то попроси у меня придумать что-то, лол», — насмешливо светилось сообщение от Дилана, который явно слышал весь диалог между парнями. Он даже видел печальное состояние Ричарда не так давно? Стыдно. «Я бы не возникал, но эта глупая ситуация становится невыносимой. Какой ужас», — с каждым словом Ричард всё сильнее снижал брови. «Типо, ответ прямо перед твоим носом сейчас, а ты не реагируешь ни в какую», — это сообщение должно было стать ключом к тому, чтобы отгадать загадку вселенского масштаба. Только вот Ричард никак не понимал, что от него хочет Дилан. — Я не понимаю, что ты имеешь в виду, — прошептал Ричард, прижимая динамик ближе к губам, чтобы его слова услышал лишь автоматон. «У тебя есть наипрекраснейший я – Автоматон, который будет в сто раз умнее твоей тугодумкой головушки. Только вот я заточён в одном устройстве, интересно, в каком.», – насмешки так и кололи Ричарда со всех сторон, пока он резко не осознал, о чём ведёт речь Дилан. Глаза засветились в счастье. — Телефон, Ло! Он же издаёт звуки. Ну, понимаешь, уведомления и так далее, — чуть ли не пропел Ричард прямо на ухо клетчатому парнишке, победно пританцовывая. Главный приз должен был достаться Дилану, но так как он не материален на данный момент, Труман может забрать награду себе. «Вау, молодец, Ричи. Без меня ты бы не выиграл. А знаешь, как обычно парни благодарят своих спасителей? Дам подсказку: они используют руки и рот, чтобы..», — от одного сообщения Дилана захотелось упасть головой в пол. Парень любил пошутить так, чтобы контекст выходил из рамок любого здравомыслящего человека. В особенности таким геймер стал увлекаться после того, как потерял тело. Знает ведь, что может сполна поиздеваться над товарищами, а они даже руки поднять на него не посмеются Ричард с возгласами закрывает телефон и убирает глубоко в свою куртку. В душе парень изо всех сил молится, чтобы устройство потерялось в бездонном пространстве, утянув за собой и автоматона. Зеленоглазый давно осознал, что ему достаточно современного интернета на сегодняшний день. В один из ярких солнечных дней он обязательно купит кнопочный телефон. Всё это будет на зло Дилану. Следующим предметами от пригревшегося на плече Лололошки становятся две вещи, которые можно унюхать. Ричард в душе начинает ликовать, ведь это задание – одно из простейших в этом квесте. По всему метро проходило множество запахов, которые смешивались в одно общее целое. Ричард уже в который раз жалуется, что вокруг стоит ужасная вонь. Кажется, Лололошке придётся ещё раз услышать жалобу об этом. Ричард упоминает, что в самом начале поездки он учуял запах духов. Кажется, их можно сравнить с горсткой лиловой лаванды. Этот цветок всегда служил олицетворением благородности, счастья и грации для зеленоглазого. Множество маленьких лепестков заполняли каждую пробоину в сердце влюблённого, даря ему шанс на прекрасное будущее. Ричард любил эти цветы, считал, что если кому-то их и нужно дарить, то лишь человеку своему мечты. Вторым запахом, как не странно, являлся запах сигарет. Люди, пришедшие с «Садовой» станции, были одеты в чёрные элементы одежды. Практически на каждом из них покоилась маска. Самый высокий из этой компании – лысый мужчина с сигаретой в руках, указал остальной компании сесть на дальние места, до которых никому не было дела. Вся группа повиновалась ему и разбежалась по углам. Смотреть на подобного рода представление было отвратительно, каждый человек напоминал культиста. Особенно сильно пугал их глава, от которого так и сверкали холодные взгляды. Вскоре высокий мужчина потушил свою сигарету, а затем выкинул в ближайшую урну. Только вот противный, заражающий лёгкие каждого запах никуда не ушёл. Он вампиром впился в горло Трумана, не желая отпускать до конца поездки. Как-то душно стало. Итоговым ответом стали духи и сигареты. Лололошка почти уснул. Когда мироходец старался открыть глаза, они слипались обратно, как у сонного котёнка. Тело было совершенно расслабленным, от парня шло полное доверие в сторону Ричарда, что приятно удивляло. Труман никак не ожидал, что после панической атаки и волнения невозможный мироходец сможет с таким упоением находиться рядом с ним. Это так хорошо, что хочется присоединиться к нему. Только вот нельзя. Не хочется случайно разбудить бедолагу. Парни проезжают ещё одну станцию, прежде чем мироходец окончательно дёргается, чтобы кивнуть на ответ Ричарда. Ло давно перестал считать предметы по пальцам, ведь его рука спокойно опустилась на собственные колени. Зеленоглазый изучает каждое пятнышко на лице Лололошки, прежде чем кудрявый успевает осознать, что он должен оповестить о последнем задании. С трудом губы разлипаются и выдают, что Ричард должен назвать одну вещь, которую он мог бы попробовать сейчас. Вещь. Попробовать. — Тебя, — выпаливает Ричард, совсем не подумав о том, как глупо он прозвучит после сказанного местоимения. Лишь спустя несколько секунд парень бурно краснеет, надеясь, что никто не услышал его ответ. Что он несёт? С каких пор его вообще интересует что-то подобное? Труман расстёгивает куртку, ведь дышать становится тяжело от стыда за своё поведение. Благо Лололошка ни капельки не пошевелился. Парень утонул на плече Ричарда в параллельной вселенной, несущей за собой лишь сны и мечтания. Его грудь едва заметно вздымалась, а ресницы подрагивали после каждого неосторожного движения Трумана. Момент утягивал Ричарда за собой, заставляя зевнуть и взглянуть на мироходца с бесконечной благодарностью за всё. Сын уборщиков хотел бы зацеловать каждый бледный уголок на коже парня вместо бесполезного слова «спасибо». Слишком мало оно значит. Ричард отдаётся возможности передохнуть. Парень откидывает голову в сторону Лололошки, чтобы разместиться поудобнее и поближе. Изумрудные очи прикрываются, а дыхание окончательно уравнивается. В глубине души Труман уверен, что мироходец это тот, кто нужен был ему всю жизнь. Создание, что избавит парня от вечного падения в пропасть одиночества, что подаст руку помощи и поддержки даже в самый смертоносный момент. Они вдвоём могут проспать нужную остановку, но Ричард постарается этого не допустить. Не желает видеть возмущение на лице яркого солнышка под своим боком. Парни посапывают в тепле друг друга, пока метро едет по полной тьме. Вместе они постараются освещать путь всем унылым и опечаленным людям, они сделают все возможное, чтобы подарить надежду каждому сердцу в этом криминальном городе. Левая рука Лололошки не прекратила обвивать правую конечность Ричарда даже под предлогом сна. Сердца парней бьются в унисон, как жаль, что они ещё не знают о сладкой симпатии друг к другу. Дилан будет явно недоволен такой беспечности. Программы в голове автоматона ещё долго будут кипеть, а сам геймер собирается припоминать этот момент до самой гробовой плиты. Однако даже со своим характером Дилан не пожелает прервать единственный спокойный момент двух влюблённых за последнюю неделю. Сжалится под предлогом того, что давно ожидал подобного рода тишину. Скроет ухмылку и немую радость до определённого момента. А бокал Вины заботливо вытирают, осушают до дна. Лололошка чувствует себя донельзя хорошо и свободно, словно он белоснежный голубь, парящий в небесах. Он может дышать полной грудью. Телефон в кармане куртки Ричарда ещё несколько раз вибрирует, прежде чем оставить парня в покое. «Хорошие мальчики, то есть ты, использует свои руки позже, чтобы сделать мне массаж. Разумеется, когда я верну себе тело. А вот собственным ртом ты объяснишь мне, каким образом и когда стал каннибалом, да таким, что хочешь попробовать Лололошку. Уж очень мне интересно послушать рассказ о том, что между вами происходит», – отразилось на экране телефона. Улыбку Дилана можно было определить даже без наличия его тела. Геймер знает толк в подколах. «А ещё ты поступаешь очень глупо, засыпая прямо перед своей станцией. Так и быть, я тебя разбужу. Но не думай, Ричард, что ты так просто уйдёшь. С тебя после такого события будет долг. Запиши эту информацию хоть у себя на лбу, мне всё равно. Главное – не забудь», – промелькнуло последнее сообщение, прежде чем Дилан умолк. Страшно предполагать, что автоматон может загадать обычному человеку, имея при себе знания о его слабых местах. Ричард побеспокоится об этом больше, чем один раз, но не сейчас, когда ему так хорошо рядом с мироходцем. Теперь, когда все спокойны, можно продолжить поездку без единой проблемы. Спустя некоторое время диктор оповестит о нужной остановке, двери с грохотом приоткроются, выпуская толпы людей. Кто-то спешил на работу, кто-то домой, а кто-то таким же образом за питомцем. Нет ничего дороже этих мгновений. Только стоит по всему периметру метро пройтись словам о «Восточной Станции», как место взлетает в воздух из-за резкой трели.

***

— Этот будильник орал на всё метро, особенно с такой ужасной мелодией! Боже, Ричард, что у тебя стоит вообще на нём и почему он вообще вылез? Я чуть с кресла не упал, когда эта штука ударила мне по ушам! — жалуется Лололошка, шагая по улице с лёгким пошатыванием. Парни выбрались с метро и сейчас шли по дорожкам между домами, стараясь обнаружить клинику. Мироходец выглядел так, словно по нему пробежалась стая лошадей или кабанов. Волосы кудрявого падали по лицу и голове туда, куда им только захочется, таким образом закрывая взор. Чёрные очи не до конца проснулись, иногда Ло приходилось останавливаться, чтобы проморгаться или протереть глаза. Последствия спонтанного действия оказались велики, в особенности на их радиус повлиял факт того, что мироходец достаточно мало спит. Организм желает утянуть парня поглубже в оздоровительную дрёму, а ему всё время мешают. Какой кошмар. — Ло, ну я же не знал, что такое произойдёт! Не хотел уснуть, это всё как-то само произошло. К тому же Дилан в переписке упомянул, что разбудит нас если что! Я понятия не имел, что у него такие изощрённые способы призыва подняться с места, — пробурчал Ричард, посильнее утыкаясь в телефон, где располагался диалог с геймером. Трумана потрепало не так сильно после поездки, даже волосы остались в полном покое! Только вот уши заложило после бурного зова друга подняться с мест. Зеленоглазый поклялся себе, что в жизни больше не доверится словам автоматона о безопасном пробуждении. Одного раза хватило. Всё произошло в метро. Когда двери приоткрылись, как только диктор роботизированным голосом объявил станцию, в кармане Ричарда словно бомбу прорвало. Оттуда раздалась резкая трель, которая больно ударяла по ушам каждого сидящего неподалёку. Звуки заставляли лица граждан скрючиться, а мироходца с сыном уборщика подскочить с шокированными лицами от происходящего. Желание Ричарда потерять телефон в бездонном кармане сбылось, боги даровали ему мечту прямо в руки. Только вот появился «золотой дар» в самый худший момент, когда нужно было выключать трель. Зеленоглазый копошился в кармане, словно сумасшедший, пока мироходец не взял его под локоть и не поволок в сторону дверей. Парни были в негласном шаге от того, чтобы пропустить нужную станцию и встречу Ричарда со своим первым другом. Было бы до безумия обидно, если бы они уехали! Только вне метро Ричард наконец-то обнаружил своё мобильное устройство, на котором дребезжал будильник, установленный самопровозглашённым спасителем на полную громкость. Дилан был полностью уверен в том, что парни проспят любые его звонки или зовы, по этой причине поступил настолько импульсивно. Ещё несколько минут после случившегося Лололошка с Ричардом шли, окружённые непонимающими взглядами. Желание покрыться корочкой дерева, чтобы слиться с окружением и скрыться от ситуации, возрастало с каждой секундой. В конце концов юные путники покинули подземелье с метро и вернулись на поверхность. Ветерок и легкий снежок приятно прошелся по коже, пробуждая разум. Парни не забыли о том, что их главная цель – питомец Ричарда и шанс повидаться с ним. Пальцы быстро открыли карты и нашли нужное здание, а полусонные друзья направились к нему. Спустя неизвестное количество времени парни возвратились к настоящим реалям. — Не хочу таких странных приключений в метро вновь. Надеюсь, следующие поездки будут более уютными, — вздохнул Лололошка, посматривая в экран устройства Трумана. Желание присесть на ближайшей лавочке возрастало с каждой секундой, но парень поставил себе цель: любой ценой дойти до клиники без остановок. — Что там Дилан пишет? Ричард согласно кивнул, а затем приподнял телефон и повернул в сторону Лололошки, чтобы показать новое сообщение от геймера. Его зелёные глаза сосредоточились на поиске высокого здания, которое должно было находиться совсем рядом. Судя по электронной карте, парни находились совсем рядом с нужным пунктом. Только вот взгляд не мог зацепиться за определённую возвышенность. Все здания в округе напоминали жилые комплексы, а не заведения для помощи животным. Смуглому парню пришлось легонько подтолкнуть мироходца, чтобы тот перенял у Трумана телефон. Ричард не мог удерживать устройство, ведь в его планах находилась последовательность действий, которая должна была помочь обнаружить цель. Парень не желал признаваться Лололошке в том, что на самом деле ему было до дрожи в коленях страшно услышать плохие новости. Вдыхать кислород становилось тяжело, а сердце билось всё чаще и чаще, выдавая волнение с головой. Благо никто не прислушивался к работе организма смуглого парня, никто не мог раскрыть его боязливое состояние. Лололошка задумчиво стоит с телефоном в руках, парень никак не может понять, что изменилось вокруг него. Реальность стала светлее, создавалось ощущение, что в неё добавили ярких красок. Раньше такого определённо не было, так что произошло теперь? От раздумий парня отрывает экран телефона, который стал темнеть, открывая искусственную реальность, которую запрограммировал сам Дилан. — Если вам не нравится мелодия собственного будильника, то я сменю мелодию на нём на ужасный рок, чтобы в следующий раз вы встали ещё быстрее, без лишних колебаний, — прохихикал геймер, размещаясь на красном диванчике в гостиной общежития на острове. — Пока вы будете навещать Чарли, я попробую запрограммировать Абилку здесь. Я, разумеется, не мастер технологий, но думаю, что получится создать модель получше искусственного интеллекта. Правда, до изготовления механизмов, служащих подобно автоматонам, мне ещё далеко. Жаль, но что поделать, — на коленях парень разместил ноутбук, обращая всё внимания к нему вместо реальных друзей. В воспоминаниях всплыл образ ухоженной чёрненькой кошечки с белыми лапками и пузиком. Её изумрудные глаза напоминали очи Ричарда, однако характером питомец походил скорее на Дилана. Кошечка всегда была спокойной и тихой, ни в коем случае не лезла на рожон без веской причины. Особенно вызывают улыбку моменты, когда геймер с усердием тратил своё время на компьютерные игры, а питомец приходил в трудных моментах к нему. Обычно Абилка ложилась к Дилану на колени и наблюдала за процессом так, словно всё понимает. Один раз мироходец хотел сфотографировать удивительное зрелище, но автоматон сразу же прогнал его из комнаты. Жаль, что Абилка и Ричард так и не встретились. Зеленоглазые определённо нашли бы общий язык. — И где эта клиника? Я совсем потерял способность ориентироваться, слишком волнуюсь, – проговорил появившийся рядом Ричард, тяжело дыша. Парень схватился рукой за грудь, делая порывистые вдохи и выдохи, на грудь неимоверно давило из-за продолжительного ожидания. — Дилан сказал, что она напротив нас, Ричи, — слегка улыбнулся Лололошка, протягивая руку вперёд, чтобы указать парню на местоположение здания. Автоматон в телефоне поднимает голову, чтобы посмеяться с невнимательности Ричарда. После этого действия Дилан моментально утыкается за своё устройство вновь, забывая о произошедшей ситуации за ненадобностью. Зеленоглазый обернулся назад, наблюдая за протянутой рукой мироходца. Взгляд Трумана встречается с высокими белоснежными стенами здания, которые так и подзывали к себе. Стоило поднять взор немного выше, как в изумрудах заблестел ярко-красный крест, оповещающий о том, что парни пришли точно по адресу. — А, вот же она, — застыл Ричард на несколько секунд, обрабатывая увиденное. Затем зеленоглазый слабо ударил себя по лбу, стараясь избавиться от жужжащих ощущений и тёмных мыслей. Скоро они придут в клинику, увидят радостного Чарли, который будет изо всех сил стараться выздороветь. В глубине души остаётся яркая звезда надежды, напоминающая искру мироходцев. Ричард надеется, что всё пройдёт гладко. Из телефона доносится шипение, которое привлекает к себе взгляд двух парней. Дилан создал себе красную банку колы, жидкость которой уже оказалась у него во рту. Нельзя сказать точно, чувствует на себе геймер её кусачий вкус или же нет, но, судя по довольному выражению его лица, парню понравился напиток. — Хватит на меня так смотреть, я вам не клоун в цирке. Отправляйтесь в поликлинику, и, Ричард, послушай. Какими бы новости ужасными не были, не срывайся и не круши ничего там, хорошо? Мы всё исправим и наладим. Оставляю Лололошку ответственным за тебя, — хмыкнул парень, переводя свои карие глаза на Трумана. Дилан определённо волновался за будущее состояние товарища, правда, не желал показывать это чувство. — И, знаешь, тебе определённо не идут очки Лололошки. Сними их лучше. А я, пожалуй, отключусь от вас и буду заниматься Абилкой, – глаза программиста сщурились, застревая на одном определённом объекте в волосах Ричарда. Экран замигал, с каждым разом все сильнее и сильнее расплющивая Дилана до тех пор, пока автоматон не превратился в короткую вспышку и окончательно не пропал. Вместо силуэта парня осталось лишь окошко с диалогом, где пылало одно единственное сообщение: «Удачи.» Мироходец переглянулся с Ричардом, решая, что время пойти навстречу своим страхам – в поликлинику. Лололошка провёл ладонями по своей одежде, стряхивая лишние листики и пыль, чтобы привести себя в более прилежный вид. Руки кудрявого легким движением стянули с копны чёрных волос свои голубые очки, которые вскоре привычным образом упали на его нос, отгораживая чёрные глаза от лишних взоров и вопросов. Только теперь можно было идти. Поворот назад позволил Лололошке встать напротив неловко мнущегося Ричарда, в голове которого крутились неуверенные просьбы и вопросы. Одним из них являлась заинтересованность тем, каким же образом очки мироходца оказались на его голове. Неужели парень позабыл отдать аксессуар после забавной игры в метро? Только вот клетчатый вновь находился со своим любимым предметом, заставляя Ричарда жалеть о том, что позволил без лишних трудностей забрать вещь. Без очков мироходец казался намного милее, чем есть на самом деле. — Мы идём? — произнёс Лололошка, а затем коснулся тыльной стороной ладони ко лбу зеленоглазого, чтобы проверить температуру тела. Смуглая кожа была пропитана высоким градусом. Ло мог поклясться, что услышал вращающиеся шестерёнки внутри Трумана, которые помогали парню принимать решения. Удивительный человек! Ричард вздохнул и опустил взгляд в каменный пол, поджимая губы. Он не был уверен, что готов занимать ведущую позицию, как делал это всегда. Ему нужно собраться с мыслями, высказаться вслух, не обращая внимание на мелочи и проблемы. Парень был уверен, что если Лололошка отправится вперёд, то он сможет подготовиться и вытерпит эту встречу. — Иди первый, я за тобой. Сказать честно, я очень боюсь. Мне будет легче морально подготовиться, если мы пойдём так, — признался Ричард, приподнимая голову, чтобы взглянуть в очки Лололошки. Как только Труман заметил кивок со стороны мироходца, то тут же распрямился, довольно пропуская клетчатого вперёд. Приятно осознавать, что его чувства понимают. Парни направились ко входу в здание. Солнце давным-давно достигло зенита и теперь понемногу спускалось к нишам дорог и морей. Было совершенно не жарко, но сугробы на скамьях и иных предметах начали насыщаться теплом наступающей весны. Капли воды с них скатывались до самого тротуара, иногда попадая по ногам Ричарда и Лололошки. Однако парни не обращали на это внимания, лишь вслушивались порой в пение птиц. Идти нужно было не так уж и долго. Скамьи медленно пропали из вида, оставляя перед глазами большие двери из тёмного дуба. Их золотистая ручка так и подзывала к себе, чтобы путники вошли в мир лекарств и помощи животным. Люди в округе стали обеспокоенными, опечаленными. Некоторые были унылые, стояли вдалеке со слезами на глазах. Не каждого доброго человека и счастливого ребёнка ожидала приятная новость по приходу за своим питомцем, это запугивало ещё сильнее. Ричард остановился у первой каменной ступеньки, ведущей ко входу в здание. Зеленоглазый опустил свои дрожащие руки в карман чёрных штанов, стараясь скрыть своё напряжение и внутренний страх. Только вот уменьшенные зрачки выдали его с головой перед мироходцем, который обернулся, чтобы узнать о состоянии своего друга. Лололошка вытянул руку вперёд, подзывая Трумана к себе, однако парень отказался, грубо поворачиваясь спиной. — Знаешь, Ло, Чарли – настоящий пёс, не автоматон, как ты понимаешь, — начал говорить Ричард, переводя свой взгляд на чистое голубое небо: на нём не было ни облачка, которое могло бы помешать текущему потоку мыслей остановиться. — На острове были дикие животные настоящие и некоторое количество домашних. Я нашёл Чарли, когда сам был вечно одиноким ребёнком. Вся его родня: братья, сестры, семья – мучительно погибли от беспощадного голода. Лишь этот щенок был настоящим бойцом, практически дрался за шанс выжить. Я просто, Ло, я не мог бросить его, я не нашёл иного способа, как забрать к себе и выходить! Мне было так худо одному. Лололошка поравнялся с Ричардом, окинул взглядом его нервное лицо и не проронил ни слова. Труману не нужны лишние комментарии, а лишь понимание. Кудрявые волосы двинулись под порывом ветра, стало холоднее не только физически, но и духовно. Мироходец попросту не был в силах отказать в помощи сейчас. — Понятия не имею, что буду делать, если Чарли не выкарабкается, — улыбается зеленоглазый, поворачиваясь к Лололошке, чтобы резким хватом притянуть парня к себе для крепких объятий. Ричард старался таким образом заглушить бурю внутри себя, хотел поделиться переживаниями с близким человеком, чтобы стало легче. Парни стояли перед входом, не зная, что их ждёт. Тёплые руки Трумана сжимали холодное тело Лололошки, не желая отпускать. Казалось, что в этот момент зеленоглазый голов оторвать кудрявого с земли и понести внутрь здания, настолько не хочет расставаться с физическим контактом. Тактильные взаимодействия стали для них настоящим домом, который дарил покой и уют. Парни не могли бы прожить без лишних касаний и объятий друг друга. Они стали почти что зависимыми от близости. Когда нашёлся подходящий момент, Лололошка выпутался из тёплых касаний и обвил пальцами ладонь Ричарда, утягивая за собой. Они не могут продолжать стоять у всех на виду в таком виде продолжительное время. В конце концов парни не готовы вечно прятаться от истины за стенами клиники, слишком много они прожили и прошли вместе. Сердца бьются в унисон, когда двери в здание открываются, кажется, что сейчас начнётся суд над судьбой одного дорогого пса. Лололошка надеется, что Ричард сможет перенести на себе любые решения докторов и ветеринаров. Парень готов быть рядом с ним до самой смерти, какой бы она не обернулась. Молиться за здравие хочется до безумия, но позволить себе такого, увы, не предоставляется возможности. А Ричард пропускает это утверждение мимо своих ушей, молится всем богам, плюётся грешными словами на собственное Я. До одури готов он повторять одни и те же фразы, лишь бы его услышали высшие силы. После появления невозможного мироходца, парень, кажется, стал верить в любые совпадения и единичные шансы. Только вот какой шанс, что молитвы Трумана пройдут не за упокой? — Добрый день! Вы записаны на приём, хотите взять кого-то из нашего приюта или же пришли проведать питомца? — бархатным голосом протянула администратор – шатенка в белоснежной форме с азиатскими чертами лица и карими глазами. На вид девушка выглядела очень приветливо, совсем не пугала, скорее наоборот, выводила на доверие. Лололошка подошёл к стойке и упёрся о неё своими руками, покрытыми тканью одежды. Он с интересом начал осматривать интерьер, параллельно не забывая вслушиваться в слова девушки. Кажется, это заведение он видел чуть ли не в первый раз. Вокруг всё блестело от чистоты и было украшено живыми растениями и цветами, которые придавали не только чудесный запах, но и оставляли хорошее впечатление о внутреннем виде клиники. — Мой друг пришёл, чтобы проведать своего питомца-пса. Не могли бы вы помочь нам? — тихо произнёс Лололошка, не смотря в глаза администратору. Мироходец, словно беззащитный маленький мальчик, переминался с ноги на ногу, нервно подергивая рукав кофты. Девушка понимающе кивнула, а затем выглянула из-за спины Лололошки, взглядом осматривая помещение на наличие второго человека. Как только её взгляд столкнулся с очами Трумана, девушка тут же туго сглотнула из-за того, насколько же жутко выглядел Ричард в данный момент. Зеленоглазый напоминал сумасшедшее животное. Ногти на пальцах правой руки впивались в левую, невольно оставляя красные царапины. Парень совершенно не двигался, находясь в полном оцепенении от происходящего. Не было известно, слышит ли он разговоры прохожих, осознает ли где находится прямо сейчас. На лице отражалось одно глубокое желание сбежать. — Ох, божечки, с ним точно всё в. . порядке? Он выглядит до ужаса напуганным, — пробормотала шатенка себе под нос, а затем неуверенно опустилась на кресло около компьютера. — Кхм, прошу меня простить, сэр. Скажите, пожалуйста, какая кличка у питомца. Лололошка обернулся к приятелю, мысленно стараясь позвать его по имени. Зеленоглазый не показывал себя, как человека, который любое слово сможет выгрести без запинки. Мироходец сделал несколько шагов, чтобы приблизиться к другу. Розовые губы парня приоткрылись в слабом шёпоте, который касался лишь ушей Трумана: — Эм, Ричард? Я понимаю, что тебе достаточно тяжело, но постарайся собраться, пожалуйста. Нам нужно повидаться с твоим питомцем, — холодная рука мироходца незаметно забралась на спину Ричарда, начиная оглаживать её поддерживающими движениями. Одновременно с этим кудрявый вернул свой взор в сторону администратора и разом отчеканил: — Пса зовут Чарли. Хозяином является Ричард Труман. Пробейте, пожалуйста, да поскорее. — Сейчас посмотрим, так-так, — хмыкнула девушка, начиная проверять названные данные в своём рабочем устройстве. Её пальцы быстро касались клавиш, вводя сначала имя владельца питомца, а позже и саму кличку собаки. Поначалу атмосфера была мягкой, непринуждённой, так и манила своей беззаботной аурой. Только вот резко по положительным качествам прошла душераздирающая трещина, которая отразилась на лице Администратора скорченной гримасой. Девушка убрала лезущие в глаза волосы и с нотками грусти проговорила: — Нашла. И, будет лучше, если я провожу вас к нему. Пройдёмте. Девушка вышла из-за стойки, направляясь к парням. Она оказалась ниже, чем можно было бы предполагать. Походка была совершенно неуверенная, а руки сцепились в замок около живота, в котором сейчас вращалась буря переживаний. Отмеченная на табло компьютера информация приносила в горле огромный ком, содержащий в себе соболезнования. Одним простым сочувствием в ситуации не обойтись, это понимал даже мироходец. Слишком много воды утекло вместе со временем, слишком долго Чарли старался ради счастья Ричарда. — Мистер Труман, вы в порядке? Может, вам воды? — на секунду дрогнувшим голосом спросила кареглазая, на что получила ответ в виде энергичных отрицательных поворотов. Ричард сумел очнуться после шёпота Ло, пробудился, как от самого пугающего кошмара. Во всему телу бежали мурашки, а ноги почти что слиплись с плиткой в ожидании конца диалога. Администратор скептически посмотрела в уменьшенные зелёные зрачки Ричарда, прежде чем успокоилась. Шатенка прочистила горло и повернулась в сторону Лололошки, печально вздыхая. С её рта сорвались жестокие слова: — Мистер, вы уж простите, вас я не смогу пропустить в стационар. Согласно нашему кодексу, мы не имеем право впускать больше одного посетителя за раз. Прошу вас дождаться вашего друга здесь, — каждая буква резала горло, не хуже ножа. Лололошка не мог предположить, что ему придется отпустить своего друга проходить испытание со скорее всего ужасным исходом в одиночку. Мироходец стиснул зубы, еле-еле сохраняя самоконтроль, хрупкая оболочка которого рассыпалась на глазах. Парень не желал терять Трумана в пучине страданий. В лицо подул резвящийся ветерок, заставляя парня на несколько секунд отвернуть голову в попытке скрыться от потока воздуха. За короткий, но полноценный момент Ричард оказался впереди мироходца. Рука смуглого парня была вытянута вбок, показывая, что он не посмеет расстаться с другом даже на несколько минут. Слишком тяжело станет на душе, а вероятность потерпеть крах в эмоциях увеличивается. Неожиданный порыв пробудил в каждой косточке Трумана нужду в нахождении кудрявого солнышка рядом. Зеленоглазый не успел проконтролировать свой порыв эмоций, как, словно на инстинктах, стал в защиту прав Ло. Они вытерпели огромную поездку, вынесли на себе гору чувств и событий и теперь должны разъединиться? Не много ли хочет администратор? — Пожалуйста, девушка, пропустите его со мной. Прошу вас! Без этого парня мне.. будет слишком трудно пережить эту встречу, я попросту не справлюсь со своим эмоциональным порогом, и, и, и, — заикаясь проговорил Ричард, прижимаясь как можно плотнее к родному тельцу сзади. Он готов заплатить Администратору, лишь бы девушка сделала для них двоих исключение из правил. Шатенка вобрала в себя воздух, шумно вздыхая. Работа выматывала девушку. Каждый раз приходили люди, много кто испытывал негативные эмоции и страх. Каждая частичка настроения впитывалась в её белоснежную ткань формы, оставалась в теле на протяжении недель. Помнится, как хозяева плакали в одиночестве, когда узнавали о плачевных новостях про своих домашних любимцев. Страдания продолжались долгое время, что иногда вынуждало шатенку с силой выводить человека из приюта, ведь наступала глубокая ночь. Во многих ситуациях хозяин оставался поголовно одинок, безнадёжен и слаб. Никто не приходил к нему на помощь, игнорировали просьбы и мольбы, отражающиеся в звонках. Кошки раздирали душу, словно бумагу, каждый раз, когда доводилось видеть подобные случаи. Правду ведь говорят, что настоящего близкого человека найти практически нереально. Раздумья над случаем мозолили мозг. Так приятно вновь увидеть поддерживающих друг друга людей, которые готовы глотки рвать чужакам, лишь бы защитить близкого человека. По всем органам распускались тёплые цветы, подталкивающие шатенку к совершению благородного, по её мнению, поступка. Оттого, что к смертельно больному псу зайдут двое, вместо одного, ничего же не случится, верно? — Хорошо, я согласна. Только в темпе и без лишних задержек, сейчас врач на обеденном перерыве, главное, чтобы она ничегошеньки не узнала. Идёт? — проговорила на одном дыхании Администратор и, дождавшись кивка от парней, направилась в сторону нужной палаты. Лололошка с Ричардом потянулись вслед за ней, невольно засматриваясь на вывешенные на стенах плакаты. В них отражались призывы защищать милейших питомцев, просьбы приютить бедолаг и подарить им счастливую жизнь на воле. В самом конце коридора висел плакат, в котором содержалась реклама автокормушек. Бурый бельчонок с полосками на спине увлечённо употреблял пищу из удивительно устроенной миски. Выглядит очень мило! Дверь позволила парням пройти в просторную светлую комнатушку. В ней располагалась вывеска с фотографиями счастливых хозяев и выздоровевших животных. Это была память, позволяющая клинике всегда двигаться вперёд и надеяться на лучшие события. Также взгляд сразу же примечал в левом углу письменный стол с объемным компьютером на нём. Рядом стояла значительно высокая стопка бумаг с оставленной ручкой около неё. Сразу было понятно, что врач отлучился на перерыв, не окончив заполнение документов. Ричард остановился у ровно выстеленной кушетки, на которую в скором времени должны были поместить заболевшего питомца. Парень заметно поутих, а глаза затуманились дымкой. Когда все, наконец, расположились в помещении, администратор остановилась и произнесла: — Попрошу меня подождать здесь, я схожу за Чарли, — шатенка отдалилась от парней, покидая кабинет. На бетонные стены опустилась мёртвая тишина. Присутствующие не могли найти слов, чтобы прокомментировать скорое воссоединение хозяина и дорогого друга-питомца. Первым делом прорвало, словно трубу, Ричарда. Парень пошатнулся и скривился в туловище, хватаясь одной рукой за сердце, а другой – за живот. Зеленоглазый рвано вдыхал воздух, нервно усмехаясь. Не в его силах было сосредоточиться на окружающем мире, когда мысли были поглощены тем, что скоро он встретится с Чарли. — Я не знаю, чего мне ожидать, Ло! Я очень боюсь, вдруг, неладно все пойдёт! Ведь Чарли мой лучший друг! — взволнованно закопошился Ричард, стараясь отдышаться. Парень медленно наполнялся светом радости от того, что питомец совсем рядом с ним, что через пару минут они почувствуют тепло друг друга вновь. — Ой, ха-ха, без обид, хорошо? Я просто так соскучился, что не могу уследить за своей речью, — произнёс парень, стоило только зелёным глазам уловить еле видное смятение на лице Ло после последнего предложения. Мироходец потёр свои холодные руки друг о дружку, стараясь хоть как-то разогреть их. За слова Ричарда он не был в обиде, ведь такого поведения требовала ситуация. Черноглазый не смог бы ощутить и долю того, что сейчас кипит в Трумане из-за ожидания любимого питомца. Кудрявый паренёк попросту не мог представить себя привязанным чувствами к какому-то животному и предмету. С Абилкой такого не произошло, а больше подробностей он и не помнит. В мыслях рождается идея когда-нибудь намеренно завести питомца, но она сразу же исчезает после стука каблуков рядом. Администратор занесла на своих руках собачку с шерстью, цвет которой напоминал шоколад. Шею пса украшал зелёный ошейник с серебряным округлым бубенчиком. Глаза умного животного выглядели поникшими и угасшими после испытаний, которые пережило его тело. Ухоженные руки смотрящей уложили животное на кушетку, но из-за болезни Чарли сразу же завалился правым боком на покрывало, не издав ни звука. Ричард без раздумий ринулся к питомцу, остановился перед ним с лучезарной улыбкой на лице, которая могла бы осветить даже самую глубокую и тёмную ночь. Парень с дрожью в руках наклонился к питомцу и прижался носом к тёмной шерстке, начиная водить им из стороны в сторону, приятно щекоча. Пальцы вцепились в Чарли со всей оставшейся силы, Труман прижал тельце собаки поближе к себе без желания отпустить. Ричарду казалось, что его лучший друг испарится, стоит лишь перестать обнимать его, поглаживать и вспоминать. — Болезнь атаковала конечности, ему тяжело стоять, — кратко описала проблему Администратор, с болью в глазах смотря на Ричарда, она поджала губы и отвернулась от зрелища, обращаясь в этот раз к мироходцу. — Я оставлю вас. И, сразу предупрежу, что вы максимум можете задержаться здесь на десять минут, после я попрошу вас покинуть помещение. Я искренне надеюсь, что вы справитесь с этой трагедией вдвоём. Не успел Лололошка открыть рот, как девушка поспешила покинуть кабинет. По ней было видно, что каждое подобное представление доставляло высокий спектр эмоций, выводило на слёзы и истерики, что не полагалось испытывать Администратору. Кудрявый не собирался судить шатенку за это, наоборот, осознавал её тревогу и принимал поведение, как должное. Черноглазый обернулся к Ричарду, который всё ещё не мог отказаться от прикосновений к Чарли. Парень, боясь спугнуть собаку, тихонько подошёл к Труману и положил руку ему на плечо, начиная сочувствующе водить круги на ткани одежды. — Эй, Чарли, м-мальчик, я тут, я рядом, я с тобой. Я не оставлю тебя, боец, не волнуйся. Всё наладится, правда, всё будет хорошо, – бессмысленно шептал Ричард, ощущая, как по его щекам стекают горючие слёзы. Зеленоглазый ощущал себя маленькой сущностью в этом огромном мире. Он стоял, не в силах сдерживать отчаянные всхлипы. Почему никто не в силах помочь его Чарли? Почему он настолько мал в этой вселенной, что не может спасти и избавить собаку от этих ужасных мук? Парень явно перенял у бокала Лололошки всю часть багровой Вины, перенёс её на себя без возможности вернуть. Раздалась новая волна нервных смешков, перемешанных со страданиями и слезами. Ричард поворачивает голову, чтобы увидеть рядом стоящего Лололошку, он думает, что это поможет успокоиться. Только вот слишком уж неожиданно эмоции ударяют новой волной, заставляя одной рукой ухватиться за лицо, а второй придерживать кушетку, чтобы тело парня не упало в печали. Труман глотает собственные слёзы, питается ими, теряясь в попытках контролировать выделение этой горькой жидкости. — Чарли, как ж-же так? Ты же.. ты же боец, ты всегда был.. был им и-и.. остаёшься, — повышает тон Ричард, стараясь смотреть Чарли прямо в глаза, чтобы питомец мог понять его слова. Обстановка в комнате накалилась до невозможных температур. Чувствуется слишком много негатива. — Мы же с тобой через, через столько всего прошли, блин, Чарли. . . Ричард почувствовал, как под его руку упёрлось тельце. Парень всё-таки решился отпустить питомца, как тот, вдруг, начал рваными движениями подниматься с места. По дрожащим конечностям было видно, каких ему усилий стоит простое действие, но Чарли не сдавался ради Трумана. Верный питомец тихо гавкнул и накинулся на плечи хозяина, начиная шершавым язычком облизывать всё на лице, до чего только мог достать. Лололошка испуганно отошёл, боясь помешать ласкам собаки и друга. — О-ох, ты мой боец, Чарли! Тихо-тихо, ты побереги силы, тише.., — сквозь рыдания протянул Ричард, руками обхватывая питомца, чтобы притянуть ещё ближе. Чарли опечаленно скулил, не в силах оторваться от хозяина, ведь если он отстранится, то больше не сможет прильнуть вновь. Пёс шоколадного цвета вилял хвостом во всю силу, которую только мог приложить. Лололошка, находясь в стороне, замечал, что с каждым мгновением болезнь всё сильнее утягивала Чарли вниз, не позволяя смотреть на хозяина даже краем глаза. Ужас сковал движения клетчатого, не давая шанса вздохнуть. — Ну-ну, мальчик ты мой, всё будет хорошо, всё будет славно, всё в нашей жизни наладится, — повторял в очередной раз Ричард одни и те же слова. — Давай, родной боец, всё в порядке. Ложись, копи силы, ты выздоровеешь, я рядом, — он старается убедить в высказанном факте ни сколько собственного питомца, сколько себя. Парень почувствовал, что любимое тельце обмякает в его руках, и поспешил возвратить Чарли на кушетку, Пёс, послушав своего хозяина, обессиленно упал на покрывало, начиная сильно скулить. Боль ломала его изнутри, болезнь утягивала последние остатки сознания. Ричард сидел и поглаживал шёрстку своего питомца, горько улыбаясь со слезами. Зелёные глаза потемнели от постоянного стресса. Стоило им уставиться на Лололошку, как клетчатый моментально оказался около Трумана, чтобы помочь любыми способами. Желание стереть слёзы с глаз, поцеловать каждое место, где они прошлись, искрится в сердце. — Спасибо, просто, спасибо тебе, Лололошка, что ты сейчас здесь со мной, — проговаривает Ричард без единого стеснения, Лололошка не сомневается в том, что честность Трумана сейчас выбивает все поставленные грани и определения. — Я не представляю, что делал бы без тебя с-сейчас. Лололошка поматывает головой, отказываясь принимать благодарности. Он задушил бы самого себя, если бы не явился на помощь Ричарду. Парень встаёт сзади зеленоглазого и тянет руки, чтобы без всякой на то причины приобнять друга, тактильно поддержать. По телу мироходца проходит объёмный заряд дрожи, оповещающий о том, что из горла Ричарда так и норовит пойти поток слов и бессвязных предложений. И Лололошка готов слушать его вечно. — Я выкармливал Чарли из пипетки, кормил каждые, каждые полчаса, по чуть-чуть! Он был настолько истощён, что ему нельзя было давать сразу много еды, и-и.., — Парень всхлипнул, обернулся в сторону Лололошки, чтобы взаимно притянуть того как можно ближе к себе, поддержки до жути не хватало. — Я ночами не спал, прогуливал школу, родители, ха-ха, им по своей сути было плевать, они не пытались отговорить меня от этой затеи. Ричард прикрыл глаза и вжался лицом в плечо Лололошки. В груди беспощадно кололись воспоминания о семье и недавняя ненависть. Парень окончательно запутался в том, что испытывает к своим родным, любит ли по-настоящему или истинно презирает за многочисленные обманы. После конечного диагноза зеленоглазый желал отправиться к ним, чтобы оповестить о состоянии Чарли, только вот все задумки утекали из-за неприятных моментов прошлого. Он понятия не имел, любили ли эти взрослые люди его собаку, относились ли к ней с нежностью и добротой взаправду. Зеленоглазый обернулся на Чарли, чтобы ещё раз взглянуть на его плачевное состояние. По какой причине в далёком прошлом он вообще решился спасти этот чудесный комок шерсти? Обыкновенная жалость, желание помочь или, быть может, что-то иное? Нет-нет, парень никогда не жалел о своём выборе. Среди тонны железных лиц и фигур Чарли был единственным ярким солнышком, который не имел в себе записанные программы или тексты. Этот друг был полностью реальным, всю жизнь помогал Ричарду не из-за чьего-то приказа, а по собственной воле. Чарли был самым первым созданием, который открыл глаза Ричарду на действительность. Жестокую, ломающую и печальную. Собака – единственное существо, которое стало для Трумана единственным и неповторимым спасением. Он совершил поступок, который стал толчком, помогающим Ричарду продолжать движение вперёд. Именно благодаря лохматому псу смуглый парень обрёл надежду на счастливые дни. Ведь именно Чарли освободил Ричарда от тягучего одиночества. — Я тогда только-только вступал в свою подростковую фазу, только,да, только начинал понимать, — замялся Ричард, его мысли были наполнены одним лишь островом и автоматонами, — что у меня на самом деле нет реальных друзей, что их никогда не существовало вовсе. Все автоматоны следуют лишь своему конченному сценарию. Они просто хотят меня обмануть, желают заставить поверить в эту «красочную сказку, где всё всегда прекрасно». Парень обратил свой взгляд на большое круглое окно, позволяющее увидеть красоты сада при Приюте. Должно быть именно там выгуливают питомцев или знакомят с природой. Только вот в голове зеленоглазого всё это являлось кропотливо выстроенной фальшью. Он медленно начинал путать вымыслы своего мозга с реальным окружением. Страшно стало вдруг. Ричард сбросил с себя руки Лололошки и поспешил сделать шаги в сторону окна. В его лицо упал свет, который выделил лучшие черты лица и внешности парня. Зелёные глаза, несколько секунд назад казавшиеся потухшими, сейчас медленно разгорались вновь. Труман обернулся и с нежностью в изумрудных очах посмотрел на Чарли. Ему до безумия было тоскливо без верного друга, да и в данный момент ноги еле сдерживались от желания скоситься. Только вот ради Пса парень оставался сильным, хотел подать пример для Чарли. Внезапно Ричард покосился, а зрачки забегали по мордочке питомца. Его озарили воспоминания с точно таким же мотивом, но произошедшие несколько лет назад. Когда свет светил из окна собственной уютно обустроенной комнаты, когда парень сидел на ковре, заботливо оглаживая шоколадную шерстку щенка. Рядом лежала пипетка и миска с кормом в полном одиночестве. Родители лишь грубо сбросили обязанности на ребёнка и покинули дом, оставляя парня в полном одиночестве. Белоснежная футболка маленького Ричи давным-давно промокла из-за слёз. Вокруг не было никого, кто мог бы понять его, кроме бессовестных родителей, почти признавших ребёнка собственностью компании. Лапки Чарли в тот момент были страшно худыми, а тело напоминало по своему весу хрупкую пылинку. Труман не мог отлепиться от щенка, ведь он был так похож на самого зеленоглазого. Мальчик являлся практически рабом острова, не имел ничего. Ричард никогда не ощущал полноценной свободы, вечно видел лживые улыбки и фразы автоматонов. Воспитывали ли его родители, заботились ли о психическом состоянии? Нет, ни за что. Они лишь могли указывать парню, куда поступать и что делать. В остальном он с самого осознанного возраста принадлежал себе. А что касаемо Чарли? Собака также была брошена, оставлена жестокой реальностью в одиночестве. Она искала долю поддержки, боролась за своё счастье даже сквозь тёмные и голодные ночи. Мальчик не мог не обратить внимание на такую трагичную судьбу, не мог не подойти и забрать страдальческое животное к себе. И тогда шёпот уничтожил тишину, просьбы терпеть витали везде. Мальчик утешал страдающего щенка своими просьбами и мольбами. А затем, когда терпение растворилось в вечных беспокойствах, Ричард произнёс свою первую клятву, вспоминая собственную судьбу. — Я-я вспомнил о к-клятве в детстве. Решил, что если Чарли справится с тяжёлыми испытаниями судьбы, то и я смогу выкарабкаться из своих проблем. Я клялся, что когда ему станет легче, то сам моментально займусь обнаружением проблемы и методами её искоренения, — с каждым словом слёзы с щёк Ричарда всё сильнее и больше стекали. В этой ситуации парень молился и умолял Чарли бороться точно так же, как и в детстве. Дежавю пробивало сердце, заставляя, ускорившись, подойти к койке с Чарли, чтобы заглянуть ему в глаза. Точно ли это родные очи его питомца? Точно ли Труман не бредит? Парень вздохнул, а затем дополнил сказанное ранее предложение: — А главной трудностью в моей жизни являлось бесконечное одиночество. В нервном состоянии Ричард был слишком активным и эмоциональным. Он не мог понять, что хочет сделать в данный момент. В одно мгновение он отходит от питомца, а в другое – уже стоит перед ним практически на коленях, обеспокоенно сжимая простыню. В каждой частичке тела застряли когда-то ранящие воспоминания, которые давно нужно было отпустить. Этим Ричард и занимался, прямо сейчас распинаясь в клинике. — Эта проблема постоянно душила меня, заставляла вспоминать о том, что вокруг нет ни единой души, которая могла бы взаправду понять мои чувства. И, Ло, понимаешь, я… Ещё тогда я выходил Чарли и перестал задыхаться в постоянном чувстве одиночества, — произнёс Ричард, вновь прильнув к своему питомцу с чувством неполноценности и печали. — Думаю, родители совершили тогда один разумный поступок: никаким образом мне не препятствовали. Быть может они осознавали, что мне нужен настоящий живой друг, а может и нет. Прикосновения медленно теряли в себе тепло, а Чарли растворялся во сне. Питомец не был в силах терпеть душераздирающую остановку, желал лишь отдохнуть от лишних глаз. Сильно била по его конечностям болезнь, всё сильнее утягивая в загробный мир. Зеленоглазый смотрит на Чарли, а ведь однажды питомец не проснётся. Это может случится сейчас, а может позже. Парень прикусывает губу до крови, понимая, что медленно теряет связь со своим лучшим другом. Из горла вырывается еле слышный хрип: — Ло, как я, как я выживу без него? Как буду дальше существовать? — голова поднялась, чтобы посмотреть на Лололошку. Клетчатый приподнял очки, чтобы встретиться взглядами со страдающим Труманом, который отчаянно цеплялся за любое проявление помощи и поддержки. Сейчас зеленоглазый завёл себя же в тупик, потерял смысл существования от полноценного осознания возможной трагедии. Мироходец склонил голову, переводя свои чёрные зрачки на больного питомца. Реальность сверкала в голове, давая понять, что собаке осталось не так уж и долго. Как бы Ричард не пытался защитить Чарли от худшего исхода, он всё равно произойдёт. Смерти не избежать даже гению, который придумал множество способов для её устранения. Только вот каждый из них не являлся таковым. Идеи способны лишь оттянуть момент прихода кончины, но никак не позволяли убрать её. По лохматому и усталому виду питомца было видно – он постоянно мучается и страдает. Стоит ли продлевать его боли ради того, чтобы слепо надеяться на такую же счастливую жизнь, как и прежде? Лололошка кладёт руку на грудь, проверяя собственное сердцебиение. Парень не может изменить положение событий. Лололошка хочет надеяться, что у Чарли ещё есть шансы. Только вот придётся всё равно аккуратно донести Ричарду, что смерти не избежать. А что если бы ему самому рассказали бы о практически летальном состоянии любимого человека? Разве такие острые слова не сделали бы хуже? Кожа холодом обливается от осознания, что выход из ситуации является ужасными словами, которые могут разрушить их дружбу раз и навсегда. Сердце заполняется каплями вины от ситуации. Что может дать Ло, чтобы Ричард не плакал? Что он способен сделать, чтобы исправить ситуацию? А с другой стороны плещутся точно такие же мысли. Что может дать Ричард, чтобы его питомец проснулся без мук и страданий? Что парень способен сделать, чтобы исправить переменчивое положение? Труман на каждой подушечке пальцев ощущает нити Вины и криков, которые тянут его вниз. Он не хотел, чтобы всё это случилось, он не желал подобных болей своему питомцу. Ричард прокручивает в своей голове тысячи ужасных слов, лишь бы принять правдивость собственного осуждения. Зеленоглазый смотрит на Лололошку с немой мольбой что-то сделать. В глубине души теплится желание попросить клетчатого ударить его. Нанести вред не ради того, чтобы проснуться, а для того, чтобы перенять кусочки боли Чарли. Как же трудно здраво мыслить. — Ты подарил Чарли жизнь, без тебя её попросту бы не было, — осторожно начал свою фразу Лололошка спустя длительной переработки вариантов ответа. — Я уверен, он был самым счастливым псом на этом свете. Эти слова послужили побуждением к тому, чтобы Ричард с тяжестью поднял трясущиеся руки и вытер беспрерывно льющиеся слёзы. Зеленоглазый вздохнул, поворачиваясь к Чарли вновь. Парень окончательно выдохся после паники и эмоционального срыва, хотелось попытаться настроиться на что-то хорошее. Именно этим и решил заняться Труман. — У нас с ним, кхм, было достаточно много счастливых дней. Я помню, как мы резвились на полях, вместе гуляли и просто получали удовольствие от нахождения рядом. Я благодарен тебе за каждую минуту и счастлив, что встретил такого чудесного пса, как ты. Я надеюсь, что ты вместе со мной разделяешь радость за то, что мы были друг у друга, – прошептал парень спящему псу, а затем наклонился, чтобы оставить поцелуй на коричневом ухе, выражающий одну единственную заботу и доверие между друзьями. — Надеюсь, что ты поправишься. Я правда верю, что у нас ещё не всё потеряно, Чарли. Просто знай, что я благодарен тебе за все моменты, в которых ты был рядом. Отдыхай спокойно, боец, я правда… Дверь комнаты открывается, а из-за неё выглядывает администратор. Девушка азиатской внешности поманила парней пальцем к себе. Перед этим она осмотрела койку с питомцем, проверяя его самочувствие. Её лицо расслабилось, когда она увидела спящее создание. Когда парни остановились рядом с кареглазой, администратор проговорила монотонным голосом: — Я прошу прощения, но врач скоро придёт, — Девушка кивком указала на настенные часы. — Пройдёмте со мной в основной зал. Хозяин может остаться тут, а я скажу врачу, чтобы она подошла. Лололошка не заметил, как же быстро протекли данные им десять минут. Казалось, что ему не хватило этого времени, чтобы заверить Ричарда в возникновении хорошего исхода. Мироходец не мог прекратить волноваться, однако стоило ему обратить своё внимание на зеленоглазого, как бурлящие чувства успокоились. Труман стоял у кушетки, внимательно следя за действиями мироходца. Его изумрудные глаза были полны искренней благодарностью и сияли ярче ночных звёзд. Ричард чувствовал себя свободнее после того, как наконец-то смог сбросить тяжёлое бремя воспоминаний с раненых плеч. Парень обязательно крепко сожмёт в своих руках Лололошку, когда покинет кабинет с хорошими или плохими новостями. Теперь-то он увидел свою истинную привязанность к мироходцу. Труман ни за что не посмеет разорвать её, но сейчас придётся отстраниться на разговор с врачом. — Я поговорю про состояние Чарли наедине, хорошо, Ло? — спросил Ричард, намекая на то, что мироходцу нужно поскорее скрыться из помещения. — Иди и не беспокойся, после твоей поддержки я уверен, что смогу справиться. Руку Лололошки обхватила администратор и начала уводить из кабинета. Парень успел лишь взглянуть на Ричарда и проговорить в очередной раз одну единственную фразу: — Всё будет хорошо, Ричард. А затем парни потеряли друг друга из виду. Лололошка вновь шёл по тёмным коридорам, но больше не интересовался яркими плакатами на стенах. Парень быстрым движением вернул очки в первоначальное положение, желая скрыть свои обеспокоенные глаза. Он не мог поверить, что Ричард всё-таки решился справиться с итоговым разговором самостоятельно. Хотя это произошло, разумеется, не без помощи самого клетчатого. Зеленоглазый значительно повзрослел после побега с острова. Шатенка остановилась в привычной белоснежной комнате, которая по сути являлась регистрационной. Её карие глаза поменяли свой вид с серьёзного выражения на опечаленный, от чего у Лололошки перехватило дыхание. Спустя несколько скомканных движений девушка начала свою речь: — Знаете, мистер, вы очень-очень хороший друг. Я часто вижу, как владельцам питомцев приходится переживать своё горе в одиночку, — Лололошка не понимал, к чему ведёт этот диалог администратор, в груди заболело сердце от предвкушения отрицательных новостей. — Всё-таки не каждому хватит сил быть рядом в такой сложной ситуации. Парень сжал руки в кулаки и стал тяжело дышать. Его брови прижались к переносице, пока губы выдали дрожащее: — Что вы хотите донести своими фразами? — чем больше тянулось волокно времени, тем сильнее накручивалось напряжение по всему телу. Парень давно не испытывал бурных эмоций, но именно этот момент заставлял его затаить дыхание в ожидании итогового приговора по «делу Чарли». Кареглазая боязливо оглянулась. Никаких новых посетителей не было рядом, вокруг сияла лишь пустая чистота. Где-то из-за соседних дверей раздавалось еле слышное гавканье, где-то клиенты говорили с врачами. Всё это дошло до ушей Лололошки. Кажется, жизнь пытается отвлечь его от чего-то? Шатенка сделала неуверенный шаг вперёд и тяжело вздохнула. С её губ сорвались сухие слова: — К сожалению Чарли осталось совсем мало. К сожалению Чарли осталось совсем мало. — Думаю, сейчас врач будет предлагать усыпление. Думаю, сейчас врач будет предлагать усыпление. В глазах тут же потемнело, а голова потяжелела в несколько раз. Мир вокруг перестал казаться живым и цветным, он весь поплыл, превращаясь в чёрно-белую лужицу. Лололошка раскрыл глаза и недоверчиво прижал руки к груди. Он морально готовил себя к подобному исходу, проговаривал план действий, чтобы помочь Ричарду. Видимо, это не помогло. По всему телу потекли струи пота. Лололошка не мог осознать, облили его кипятком или же застудили на морозе, ведь рассудок потерял точку опоры. Парень стоял посреди коридора с ощущением полного отчаянья. В каждое сухожилие, сосуд крови и мышцу, словно тонну ваты погрузили, заставляя всё тело обмякнуть без причины. Мироходец не осознаёт происходящее, не верит в то, что находится не в клишированной сказке. Почему он неожиданно стал чувствовать себя чужим в этих кругах? Почему всё тело теперь разрывается от неизвестных мук? Парень пытается проморгаться, но всё выходит зря. С каждым закрытием вокруг становится всё темнее, а очам открываться – сложнее. Рядом стоящая шатенка ушла на второй план, перестала быть чем-то важным. Её силуэт растворился в сознании клетчатого, превращаясь лишь в собранные рядом друг с другом мазки-пятна художника. Парень в панике старался сдвинуться с места, хотел было закричать, но всё тело превратилось в одну безжизненную статую. Только голова отделялась от образа, тряслась из стороны в сторону в неверии. Лололошка желал услышать слова о том, что всё это является шуткой, придуманной администратором. Только вот все голоса и звуки слились воедино, превращаясь в огромный продолжительный шум, напоминающий забагавшийся телевизор. Больше ничего не хотелось ощущать. Мысли не могли связаться друг с другом. Чего хотел добиться Лололошка, надеясь на хорошее? Шёл ли он на это ради Ричарда? Проникся ли он сочувствием к Чарли или разум придумал это ради того, чтобы быть ближе к Труману? Является ли происходящее реальностью? Есть ли смысл продолжать бездумно стоять и «слушать» слова шатенки? Почему нельзя просто замереть без дыхания, отдаться страхам? Почему всё тело горит, но в то же время не двигается, словно насмерть замёрзло? Почему Чарли не справился? Почему это произошло? Почему? Больше всего не состыковывались мысли о самочувствии Ричарда. Лололошка находится в полном оцепенении, не являясь истинным хозяином Чарли. Что же тогда станет с его другом? Силы бороться заканчиваются. Контроль над телом берёт не сам парень, а что-то нереальное. Только безумец мог бы продолжить говорить после услышанного, нагло перебивая девушку рядом: — У в-всего есть в-второй ш-шанс. Чарли е-ещё м-может выкарабкаться, д-да? Он б-боец, с-самый наст-тоящий бое-ец, — голос потерял свой истинный тембр, превращаясь в писк маленького мальчика. Только вот парню на это всё равно, его мысли лишь о питомце и зеленоглазом хозяине. – Шансы давно истекли. Шансов нет. Смерти не избежать. — Почему? — глупый вопрос, который Лололошка начинает повторять под свой нос снова и снова. Он не чувствует, как под руку его берут мягкие женские пальцы, не ощущает, как усаживают на диван, оставляя без ответа. В голове вертится лишь один вопрос. Почему? Почему? Мир потерял свои оттенки, стал чем-то ненужным. В его глубине Лололошка слышит лишь звук открывающейся двери из конца коридора. Тяжёлые шаги уставшего тела раздражают, хочется их уничтожить, остановить. Обстановка донельзя напрягает, заставляет сжать уши и закрыть глаза в нежелании слушать и видеть. До Лололошки поздно доходит, что разбитым приближающемся телом является Ричард. Он узнал точно такую же новость, как и Лололошка несколько секунд назад, но каким-то образом нашёл силы бороться. Чёрные волосы Трумана лезут в глаза, вызывают отторжение из-за своего растрёпанного вида, но зеленоглазый давно позабыл о них. Везде чувствуется жар и усталость, ток и чесотка, раздражение и ненависть. Парням одинаково плохо осознавать, что миг светлого питомца окончен. До Лололошки поздно доходит, что Ричард продолжает сдерживать данное Чарли обещание Бороться до конца. Иначе его бы здесь не было. Сын уборщиков останавливается прямо перед Лололошкой, смотрит куда-то сквозь него, не может сосредоточиться. Мир вокруг потерял свою ценность, уплыл вместе с последним куском надежды. Ричард Винит себя в том, что не смог помочь Чарли раньше, что допустил усыпляющий исход. Парень придерживает хлипкую дверь агрессии, не хочет повторить случай на кухне с Лололошкой. Только вот Ричард всё равно осознаёт, что времени на сдерживание ненависти остаётся всё меньше и меньше. Если он не сбежит, то сломается окончательно, убьёт первого попавшегося прохожего, видя в нём себя. Лололошка опускает руки и поднимает взгляд на Ричарда. Труман даже не дёрнулся, лишь продолжил молчаливо топтаться на месте, не в силах выжать из себя хотя бы кусочек энергичности и положительных эмоций. Всё это было отдано Чарли, а животное забрало их с собой в мир мёртвых. И только спустя несколько дум Лололошка замечает, то, какие же у Ричарда тёмные очи. Они безоговорочно выражали его состояние, оправдывая поговорку о том, что «глаза – зеркало души». Только сейчас мироходец видит мёртвые чёрные глаза перед собой. — Чарли больше нет, — сухо проговорил Ричард, отворачиваясь к Ло спиной. Чарли умер. Чарли испарился. Чарли уснул беспробудным сном. Чарли больше нет и не будет. Зеленоглазый парень начинает отходить от мироходца без единого зова. Слишком устал он объясняться и распинаться перед кем-то, очень хочется покоя и вечной тишины. Труман желает стереть каждую мысль, которая кричит о случившемся, делает ещё хуже. Парень хочет побыть один, узнать душащее одиночество поближе. Всё-таки теперь он вновь ощущает его присутствие прямо за своей спиной. Одиночество дышит без заминок. У него множество рук и глаз, но ни одна из частей чёрного тела не засияет нежностью. Это создание всегда рядом, даже когда ты веселишься с кем-то. Одиночество заставит поверить тебя, что ты лишний во всех компаниях, убедит тебя в неправоте и заживо похоронит. Ведь это и является его изначальной целью. И сейчас Ричард готов указать Одиночеству место. Ради Чарли парень преодолеет горы. Ради мёртвого питомца парень станет лучше. Только немного позже. Потом. Не сейчас. Через день. Или, может, два. Перед самой дверью Ричард оборачивается к Лололошке и одними губами произносит: — Я прогуляюсь до дома пешком, хорошо? И, совершенно не дождавшись ответа, парень хлопает дверью, скрываясь в лучах солнца. Лололошка находится в помещении и слышит лишь собственное сердце. Все дела и занятия уходят на другие дни, ведь сейчас парень явно не в состоянии хоть как-то реагировать. Ричард ушёл без заминки, лишь громко хлопнув дверью. И этот удар разбивает бокал вины Лололошки на миллиарды маленьких стёклышек. Теперь у него нет барьера между чувствами и реальностью. Парень чувствует себя раненым со всех сторон из-за этих осколков, только вот ему совсем не больно. Вина, заполнившая его с ног до головы убеждает, что так будет правильнее. Лололошка заслужил это, ведь так? Правда, да? Он явно плохой человек, он должен вобрать в себя как можно больше страданий. Парень считает, что он обязан отплатиться за ужасы прошлого. Ло не знает, что было тогда, но всё равно ощущает стыд за существование своей оболочки и личности. А Вина затопила все его органы и перекрыла кислород. Всё не будет хорошо.

***

Парень бежит в полной темноте, по его волосам стекают капли от идущего на улице ливня. Ноги ударяются о каждую лужу, однако Лололошка не обращает на это внимания. Мироходец с трудом дышит, но не останавливается ни на секунду. Проще было бы в такую погоду поехать на автобусе, только в моменты волнений и невзгод они казались слишком медленными, да и не ездили по нужному маршруту. Вся ткань одежды давно промокла, из-за воздействия дождя она прилипала к каждой области тела, заставляя недовольно морщиться. Вокруг нет ни единой души, одни лишь спешащие по домам машины и высокие здания с закрытыми на ночь окнами. Кудрявые волосы на голове мироходца заметно потемнели и опустились вниз, прилипая к участкам кожи, парень ведь даже не взял зонтик. Лололошка срывается вперёд из последних сил, изредка посматривая на карту в телефоне, присланную Диланом. При каждом взаимодействии с техникой её окружали капли, прилетающие из чёрных туч, так что приходилось по несколько раз протирать экран своим липким рукавом. Надоело. Птицы давно затихли, попрятались и скрылись от ужасов реального мира. Вокруг бродили одни силуэты одиночества, страхи людей и боль. Голова мироходца разрывалась от различных мыслей. Начинались они обычным беспокойством, а заканчивались кровавыми представлениями, связанными со смертью его возлюбленного. Ноги от длительного бега путались между собой, заставляя парня упасть прямо в огромную коричневую лужу перед пешеходным переходом. Судя по всему сухими останутся лишь предметы в его плотной сумочке-инвентаре, и то это не является фактом. Лололошка не может перестать прикусывать губу, не в силах закончить молитвы вслух. Хоть бы с Ричардом всё было в порядке, хоть бы он не навредил себе, иначе мироходец не сможет вытерпеть бесконечное одиночество и гложущую вину до самых костей. Руки хватаются за камни, а ноги двигаются из желания встать и продолжить свой путь. По лицу парня стекают грязные полосы, но он игнорирует их, начиная переходить дорогу. Голова не поворачивается ни вправо, ни влево, не видит смысла. Даже если с поворота вдруг загорится машина, собьёт бледное тело, то Лололошка встанет и отправится за Труманом вновь. Он не прекратит поиски до того момента, пока не увидит здоровое тело в зелёной кофточке или болотной куртке. Мироходец сбрасывает очки в свою сумку, ведь в них перестали быть видны даже силуэты предметов. Мир преобразился на несколько секунд, но позже стал таким же тёмным, таким же унылым и пустым, как глаза Лололошки. В душе парень надеется, что организм его расы окажется намного плотнее и живее, что мироходец так легко не сможет заболеть. Не хочется лишний раз беспокоить друзей о его состоянии, и тем более нет желания спускать свои деньги на какие-то глупые выписанные средства. Ло уже не маленький, вполне сможет вылечиться сам! Плотные здания с каждой улицей появляются реже, под ногами внезапно начинают попадаться обломки треснувшего асфальта, мусор и объедки. Лололошка знает, что ему не стоит приближаться к территории Марло Брендо, понимает, что тогда нарушит их договорённость. Однако в этой ситуации иного выхода нет. Лололошка готов пойти по головам любого, даже Евсея, чтобы дойти до отмеченного места на карте. В каждом движении руки отсчитываются секунды, минуты, которые могут стать летальными. Почему зеленоглазый оказался именно там? Что Лололошка должен был подумать? Парень не мог понять, когда у него сорвало крышу. С самого появления Ричарда в его окружении, или, может, сегодняшним вечером после диалога с Клео? Одной парой слов девушка пробудила в мироходце настоящее поисковое животное. Нет, не собаку, сейчас не хотелось бы думать о ней. Один лишь диалог пробудил в парне очаг нервов и чувств.

***

Дверь в родной дом приоткрылась легким движением, одаряя мироходца приятным запахом выпечки. В гостиной, кажется, вновь кто-то включил забавное аниме, только вот людей совсем не было видно. Должно быть, его соседи отошли на ужин или же просто уснули от скуки. Такое бывало несколько раз, когда Лололошка возвращался поздно, он мог застать Брай или Клео на диване с прикрытыми глазами от неимоверной усталости. Мироходец всегда проходил рядом так, словно он самая маленькая серая мышь в этом хаусе. Не хотелось беспокоить чудесных дам. Парень хотел было снять свою длинную белоснежную куртку, как его взгляд упал на взволнованную рыжеволосую девушку, которая стучала своими ноготками по экрану телефона. Она сидела на малиновом пуфике в прихожей явно намеренно, видимо, кого-то ждала. Мироходец неуверенно помялся на месте, а затем потянулся к вешалке, чтобы повесить вещь, как вдруг его окликнули: — Ох, Лололошка, наконец-то ты вернулся и, – пролепетала соседка, поднимаясь с предмета, чтобы поравняться с парнем, — так ты один. Я просто думала, что, эм. Лололошка остановил свои действия и притянул куртку к себе, чтобы прижать к груди. Почему он должен был вернуться с кем-то? Неужели Клео ожидала увидеть вместе с мироходцем Ричарда? Кудрявый удивлённо приподнял брови от осознания того, что, быть может, зеленоглазый испытывает романтические чувства к кому-то из соседок. Каждая девушка в Хаусе по своему грациозна и элегантна, имеет чудесное чувство юмора и обладает женственностью. В особенности Клео отличается добротой и заботой, а так же чудесно готовит. Какие ещё могут преграды для влюблённости? — Тебе Ричард нужен был? — удивлённо протянул Лололошка, в его сердце почему-то начало раздаваться покалывание. С чего в голове завертелись ревностные мысли, парень совершенно не знал, лишь догадывался и старался избегать истины. Клео энергично кивнула, а затем вновь уткнулась в собственный телефон. Она мигом стала искать в нём какой-то контакт, который недавно отправил ей пугающее сообщение. Рыжеволосая понимала, что не может контролировать каждого участника, что они уже совершеннолетние и имеют право на собственные решения. Только вот в душе всё равно поднималась буря волнений и беспокойства, когда кто-то из её близких друзей не появлялся дома. — Ричард написал, что не придёт сегодня ночевать домой, Ло! Я-я думала, что ты всё-таки притащишь к нам, но видимо этого не случилось. Ты случайно не знаешь, что произошло? — губы девушки тонкой полосой опустились вниз, показывая её замешательство. В качестве доказательства собственных слов девушка протянула телефон Лололошке, в нём была открыта переписка с Труманом. На экране сияло одно короткое сообщение: «Сегодня не приду в Хаус, дела». Всё тело мироходца пробила дрожь, а Клео продолжила свои слова: — Я писала ему потом, но он даже не читает сообщения. Видишь? На экране и вправду отображались недоставленные смс. Лололошка моментально потянулся к собственной сумке, чтобы ухватиться за устройство с подслушивающим Диланом. Нужно было придумать, как решить объявившуюся проблему. Кудрявый точно не сможет уснуть, пока не увидит Ричарда спокойного и живого. Только сейчас нужно было успокоить рыжеволосую, убедить, что Ричард не врал и он в самом деле занят. Лололошка сглотнул липкую слюну и с улыбкой на лице произнёс: — Не волнуйся, Клео. У Ричарда, конечно, есть проблемы, но пусть он сам расскажет, когда будет готов, — руки мироходца опустились на плечи соседки. Кажется, его слова звучали убедительно, раз девушка опустила взор и немного поуспокоилась. Она аккуратно отстранилась и кивнула с благодарностью. — Какие же вы крутые друзья всё-таки. Я не думаю, что эта информация полностью сотрёт мои тревоги, но, Ло, спасибо тебе за уточнение, — рыжеволосая поспешила покинуть в прихожую, направившись прямо по коридору. Она так легко приняла слова Лололошки, что в его голове стал созревать вопрос о том, не слишком ли Клео наивная для серьёзной самостоятельной жизни? Не то, чтобы парень мог судить её за жизнерадостность и улыбку, но он чувствовал всё это как-то иначе. Радостные эмоции были диковинкой, до которой Лололошка не мог дотянуться всю осознанную жизнь. Даже сейчас в груди холод и пустота. Рядом с Клео он чувствовал себя мусором. После того, как силуэт косплеерши пропал, Лололошка уткнулся в телефон с тяжёлым дыханием. Дилан сразу же стал что-то печатать, спасая ситуацию во много раз. Пожалуй, автоматон был единственным, кто мог бы достучаться до Ричарда с помощью своих умений и промыслов в технологиях. Тело совершило шаг назад и упало на пуфик, где недавно сидела Клео. Что-то подсказывало, что нужно срочно набраться сил для решения самых различных проблем. «Ло, у тебя такое выражение лица, словно тебя штормит. Неужели волнуешься за состояние Ричарда? Я, конечно, не психолог, но думаю, что ему нужно просто побыть одному и обдумать проблему. Не трясись уж так», — всплыло новое сообщение на экране устройства. Лололошка сжал его с силой в своих руках, ведь такое развитие событий его не устраивало больше всего. Ричарду плохо и больно, должно быть, зеленоглазый стоит где-то и мокнет под ливнем, который совсем недавно начал идти. У них весна вообще, или что? И всё же Лололошка не мог оставить близкого друга в беде. — Дилан, мы должны добиться ответа от него или найти, — прошептал Лололошка в динамик телефона, стараясь не беспокоить своих соседей подозрительной болтовнёй. А если сюда спустится Тим, то точно целый концерт устроит! Не хотелось думать о возможных последствиях, так что Лололошка отвлёкся на сообщение автоматона в чате. «Ты перегибаешь. Ло, Ричард уже взрослый мальчик, он не потеряется в трёх соснах. К тому же, наверное, он пошёл к родственникам, что уж там», — на экране показалось сообщение от Дилана с предположением. Оно являлось довольно разумным, только вот Лололошка помнил о недавней ненависти Трумана к отцу. К родственникам тот бы точно не заявился прямо сейчас. — Дилан, ты не видел состояние Ричарда в клинике. Ты не осознаёшь, что может произойти с человеком, который потерял практически всё. Для Ричарда Чарли являлся не просто другом, а фактически спасением из одиночества. Я не уверен, что он захотел бы вновь ощущать себя таким же уязвимым и пустым, — отчеканил Лололошка, начиная одевать на себя куртку. Парень заранее предполагал, что если Дилан откажется помогать ему с Труманом, то он сам попробует найти его. Пройдёт весь город, осмотрит каждый укромный уголок, но всё же обнаружит. «Ты в чём-то даже прав, Ло. Я тоже волнуюсь за Ричарда, но стоит сначала написать ему пару тройку сообщений или позвонить. Я сделаю это прямо сейчас, жди меня и никуда не рыпайся», — пришёл вдумчивый ответ от Дилана. Лололошка вздохнул и решил подготовиться к будущему походу. Что у него есть из одежды в склизкое дождливое время? Кажется, что ничего, ведь парень совершенно не бывает в магазинах одежды в последнее время. Одна лишь рабочая ткань, повседневная и белёсая куртка на случай, если станет прохладно. Лололошка не нуждался в том, чтобы быть пиком моды, да и деньги из карманов всегда уплывали на штрафы. Что уж поделать. Сообщения от Дилана без конца текли на телефон Ричарда, обрываясь на половине пути. Труман словно отключил сеть на своём устройстве, перекрыл все возможные способы связаться с ним, что казалось странным. Автоматон пытался обойти любые блокировки, даже попробовал включить в устройстве Ричарда будильник или музыку, но ничего не произошло. Телефоном никто не воспользовался, не позволил Дилану увидеть происходящее вокруг сына уборщиков. Геймер действительно не знал, в порядке ли его друг. Кажется, Лололошка был прав, что нужно найти этого негодного. Мироходец между тем обыскивал каждую полочку, брал всё, что поможет ему защититься от назойливого дождя, который образовался на улице совсем не вовремя. В голове парень старался найти причину, по которой Ричард мог резко пропасть с радаров. Может, он застрял там, где нет доступа в сеть? Может, Труман просто отключил устройство или куда-то отложил? Лололошка надеялся, что в порыве одиноких переживаний Ричард не нанесёт себе вреда. Почему-то в голове отчаянно витало дежавю. Лололошка не знает, когда ещё была такая же ситуация с потерей. Но внутренние чувства подсказывают, что во время своих приключений мироходец ощущал на себе такое горе, да и не раз. Воспоминания всё ещё скрыты внутри, не дают полного обзора на проблему. Вот бы кто-то помог, дал подсказку и направил на верный путь. Ведь если Ричард нанесёт себе вред, то Лололошка до конца недели будет винить себя в этом. Он и так допустил множество ужасных поступков, разрушил многим радостные мгновения и счастье. Ло не знает, как скрыться от переживаний, касающихся прошлого. Парень хочет закрыться, забиться в угол от ужасов, которые кроются в его голове. Страшно. «До Ричарда не доходит ни единое моё сообщение», — сообщает Дилан, побуждая Лололошку бросить дела и разочарованно прижаться к стене. Что он ожидал, что Труман ответит Дилану, когда он игнорировал всех остальных? — Дилан, что нам делать? Всё это переходит грани дозволенного, Ричард может быть в опасности сейчас, а мы попросту медлим, — проговорил Лололошка, прижимая телефон к груди. Каждая секунда была на их счету, если и вправду случилось худшее. Телефон не прозвенел вновь, опускаясь в раздумья. Дилан в собственном мирке взвешивал все стороны «За» и «Против», стараясь найти правильное решение. Они располагаются в криминальном мире, где все считают Лололошку JDH, стараются надавить на него и подчинить. Произойти может любая трагедия, которую злодеи с лёгкостью смогут замять. Этот факт беспокоит больше всего. Дилан осознаёт, что придётся ворваться в личное пространство Ричарда, даже если тот не хочет. Отчитываться всё равно Лололошке. «Я посмотрю его геолокацию. Собирайся, Ло».

***

Лололошка помнит, как моментально вылетел из дома, позабыв о всех найденных вещах, стоило ему услышать, что Ричард находится в их старой.. квартире? Это разваленное корыто тяжело было охарактеризовать по-особенному. Сам факт того, что Лололошка и Ричард проживали там раньше, не менял ситуацию, а наоборот делал её более странной. Что Труман мог позабыть в той разрухе? Как оказался и почему продолжает находиться там, совершенно один? Лололошка старался оставаться спокойным, но преодолев четверть пути остановился, хватаясь за сердце. Все его беспокойства о Ричарде всплыли обратно даже не из-за плачевной ситуации, не потому, что тот не вернулся домой. Всё произошло после того, как мироходец посмотрел в глаза Трумана. Они были мёртвыми и пустыми, обдавались чёрным оттенком по всему зрачку. Со стороны казалось, что Ричард потерял все свои чувства и эмоции, попросту обсох к миру. Парень совершенно не моргал, не совершал лишних движений, выглядел отречённо и сухо. Лололошка смотрел в его очи и видел в них самого себя. Это пугало больше всего. Скрип прошёлся по всей комнате. В старом доме не горело света, не пахло чем-то пряным, не отдавало уютом. Воздух не был заполнен чем-то, кроме заброшенной атмосферы. Лололошка с предельной осторожностью двинулся вперёд, каждый раз неприятно морщась, если под ним скрипнули половицы. За мироходцем тянулась дорожка воды после ливня, создавая дополнительные звуки от капель. Вокруг стало слишком шумно, хотя к композиции добавилось всего лишь одно явление – стук воды. Кухня была не тронута, стояла, слабо объятая лёгкой дымкой пыли. Парни не были в этом доме всего несколько недель, а он уже заплесневел и стал ещё более отвратительным, чем был. Проводя взглядом по когда-то привычным углам, Лололошка удивлялся, как они с Ричардом смогли выжить в этом корыте. Неужто безысходность настолько меняет людей? Когда исследование гарнитура закончилось, мироходец принял решение переместиться в подобие спальни. Тело Ло окружали сомнения, которые так и прогрызали кожу в сомнениях. Они не должны с Труманом находиться здесь, ведь больше не владеют этим домом. Положение выходит из рамок закона, неприятно отзываясь в душе. Лололошка не хочет получить ещё один штраф, который точно сгребёт с его карточки все деньги. Ло обернулся, поднимая взор промокшей головы. Спальня у них была даже не комнатой, но на неё Лололошка всё равно посмотрел в последнюю очередь. На кровати растянулся натерпевшийся друг. Во тьме нельзя было увидеть, спит он или же лежит в раздумьях, но главным было, что он жив. Ричард расположился на кровати, сбросив куртку на пол. По предмету одежды было видно, что Труману досталось от дождя не меньше, чем Лололошке. Половину тела смуглого парня покрыло одеяло, а остальная невольно болталась на остальной части мебели. Ричард старался согреться после побега от бурной стихии. Давление в груди уменьшилось, а на губах расцвела слабая улыбка. Лололошка бросился к Ричарду, падая около кровати на колени. Именно с этим зеленоглазым придурком мироходец ощущал игру настоящих эмоций. Радость плескалась бабочками в животе, заставляя забыть о собственном холоде и воде во всех местах кроме внутренностей сумки. Ло сощурился, чтобы попытаться разглядеть во тьме состояние Трумана. Глаза Ричарда были прикрыты, чистое дыхание выдавало погружённость в сон. Только вот руки слегка подрагивали от того, что температура вокруг не соответствовала их ожиданиям. — Ричи, я так волновался за тебя, — произнёс Лололошка, обращаясь к пустоте. Парень знал, что зеленоглазый его не слышит, но всё равно поделился своими чувствами. Напоследок мироходец рассеянно огляделся вокруг, чтобы повторно убедиться в том, что они с Ричардом находятся лишь вдвоём. Когда парень осознал это, то привстал с непокрытого пола и надвис над Труманом. Лицо Лололошки покрылось пунцом от осознания того, что он желает сделать. Парень убеждал себя, что это простой метод успокоиться, способ полностью проверить самочувствие Ричарда. Только вот на самом деле Ло хотел убедиться в том, что его порывы эмоций реальны, что происходят именно рядом с зеленоглазым. Момент выдался не самый подходящий, но позже его может и не быть. Губы парня накрыли чёрные волосы вперемешку с горячим лбом и оставили нежный поцелуй. Лололошка быстро отстранился и прикрыл рот рукой, сминая собственные губы. Волна смущения и стыда покрыла всё тело. Он готов разорваться на чистые ощущения, которые покрыли каждую его частичку. Лололошке кажется, что он превращается в тронувшегося умом мироходца. Чтобы отвлечься от скверных мыслей, парень начинает изучать всё, что находится у Ричарда не под одеялом. В первую очередь взгляд цепляется за сильные руки без единой родинки или отметины. Стоило Ло пройтись взглядом по тёмной коже к гибким пальцам, как мироходец дрогнул. На них располагались недавно образовавшиеся по неизвестным причина царапинки. Судя по всему Ричард успел остановить кровь после их появления и кое-как промыл. Мироходец устало вздохнул и начал рыться в собственной сумочке. Они с зеленоглазым стали похожи, ведь оба были ранены. Только вот Лололошка не намерен был оставлять Ричарда в таком ужасном состоянии. Парень помнил об утреннем случае, о пластырях и помощи Клео. Он так и не осмелился использовать их, оставил на самый крайний случай, который образовался этим же вечером. В процессе бегов к зеленоглазому, Лололошка переместил пластыри из своего кармана в сумку, так они не должны были промокнуть. Спустя недолговременное шуршание в руках Лололошки оказалась упаковка пластырей с картинкой в виде котиков. Они забавно поджимали лапки и краснели, веселя своим видом любого недотёпу. Аккуратными движениями мироходец открыл крылышко коробки, чтобы достать её содержимое и разместить рядом со спящим Ричардом. Лишние части были отброшены под стол, находящийся сбоку от Лололошки. Затем парень принялся рыться в своей сумочке, в поисках ножниц или острого предмета, которым можно было бы вскрыть тоненькую оболочку покрытия вокруг одного пластыря. Под руку вечно попадались скудные или ненужные предметы. С каких пор у Лололошки полная мусорка в багаже? Ни единого предположения. В руках засверкал голубой ножик, оставшийся с очередного задания Санчеза. Предмет был достаточно остр и неприметен, чтобы сохраняться в сумке продолжительное время. Всё же в качестве самообороны использовать его было бы довольно полезно. Только вот сейчас Лололошке придётся обороняться против скудного пакетика, который так и норовит полезть в драку. Мироходцу нужен этот пластырь, он готов принять бой! Лезвие разрубает оболочку и ложится в свой старый дом – сумку. Лишний мусор отлетает куда-то назад, Лололошка сразу же забывает о его наличии, слишком увлечён делом. Тоненькие ноготки поддевают полупрозрачную обёртку, чтобы легким движением снять её. Наконец-то пластырь поддаётся власти Лололошки! Мироходец довольно хмыкает и тянется к сопящему Ричарду. Кажется, что они поменялись ролями, ведь сейчас безумно горячие подушечки пальцев обвивают смертельно холодные концы Трумана. Зеленоглазый двигает головой, не отрываясь от царства дрём, он ещё не осознаёт, как же сильно напугал мироходца своим бессмысленным движением. Лололошка расслабленно выдыхает и оборачивает ранку кошачьим пластырем, а затем достаёт новую партию. Все последующие движения превратились в цикл повторений и однотипности. Со временем каждая ранка на руках Ричарда покрылась заботливой медицинской помощью. Теперь-то Лололошка был полностью доволен своей работой. Парень смог расслабленно выдохнуть. — Не волнуйся, Дилан, Ричард в полном порядке, — оповестил автоматона Лололошка, прежде чем в носу неприятно закололо и зачесалось. Мироходец резко чихнул себе в ладони, чтобы заглушить звук и не разбудить Трумана. Погода не сладко подействовала на него. Уставшее тело Лололошки опускается на пол. Он бездумно смотрит в потолок, окутанный тьмой. С Ричардом приятно быть рядом, нет никакого напряжения, мир становится живым и красочным. Недавно он сумасшедше несся по улицам, а сейчас, довольный, как кот, лежит на полу рядом с зеленоглазым. Не иронично ли? Мироходец усмехается и на секунду прикрывает глаза. Капли ливня за окном создают неповторимую мелодию, напоминающую колыбельную. Вокруг парня протекают лужи, он ощущает кусочками ног прохладу воды, но старается игнорировать. Лололошка помог Ричарду, вновь стал спасателем в глазах других. Круг замкнулся всего на одном значении, которое мироходец уже не желает произносить вслух. С каждым днём он устаёт всё больше, но дела лишь увеличиваются. Сейчас, пожалуй, Клео волнуется за него и Ричарда, а Ло ведь даже не сообщил о том, что уйдёт. Глупый поступок, но парню всё равно. Он упускает с рук момент, когда грёзы обхватывают его руки и нежно гладят по голове, заставляя прикрыть глаза. Днём Лололошка стал бы сопротивляться, но то время уже прошло. Мироходец смахивает с головы остатки воды, дёргает ногами, а затем устраивается поудобнее. Хотя бы один раз ему стоит поддаться искушению отдыха, в особенности если рядом находится Труман. Хочется уснуть и не очнуться. Ричард спокойно посапывает на кровати, не ожидая никаких изменений, кроме прекращения дождя. Лололошка же находится на полу, прижав ноги, как можно ближе к телу, чтобы было теплее. Они лежат рядом, но находятся в мыслях так далеко. Безоговорочно Ло может утвердить про то, что он привык спать рядом с Ричардом. По всей комнате плещется кучка мусора от пластырей, которая в душе Лололошки символизирует недавнюю заботу и скрытую влюблённость в зеленоглазого. А тучи над городом всё больше чернеют, всё сильнее обливаются слезами-дождинками. Разве ситуация не схожа с роковым затишьем перед бурей? Или, если быть точнее, не схожа ли она с затишьем перед потопом в одном единственном колком чувстве? Вина медленно окружает компанию молодых парней, начиная поджидать своего момента. Почему так больно внутри?

***

Почему стало так страшно снаружи после удара молнии в небе? Комнату озаряет белоснежный свет, который просочился из окна после яростного поведения стихии. Ливень не прекращался, казалось, что молнии лишь сильнее его раззадорили и заставили идти сильнее. Дверь от бурных порывов ветра поскрипывает вдалеке, показывая свою слабую структуру. Хорошо, что насекомые не пришли в эту разруху за укрытием. Тело юноши на кровати сжимается в три погибели от нашедших кошмаров. Странных кошмаров Ричарду снится Чарли, умирающий вновь и вновь на его глазах. Каждый раз Труман не может спасти любимого питомца от неожиданных поворотов судьбы, постоянно не хватает одного шага и касания. Смерти чередуются одна за другой, ни одна из них не повторилась, каждый раз демонстрируя новые сценарии мозга. Ричард в одном из снов останавливается, смотрит вдаль и видит за верным другом Лололошку, который бесчувственно наблюдает за происходящим вокруг. Зеленоглазый тяжело дышит и бросается к мироходцу, в надежде вырваться из замкнутого круга борьбы за жизнь питомца. Ричард не замечает, как пол за ним опускается, как собака исчезает в тумане вместе с построениями вокруг. Стоит ему лишь ступить ближе, дотронуться до плеча кудрявого, как Ло отшатывается назад с отвращением. На губах мироходца вырисовывается улыбка, а сам он приоткрывает глаза ещё шире, стараясь этим что-то показать Ричарду. Сам же парень не понимает, что с другом происходит во сне. Зеленоглазый умоляюще кличет Ло, старается пальцами зацепиться за ткань одежды, которая могла быть единственным способом спастись. Лололошка вращается вокруг себя, торсом шевелит и элегантно уклоняется от лишних касаний. Шарф мироходца с трудом поспевает за ним, создавая подобие красивых лент, которые используются в танцах. Парень со смешком продолжает разыгрывать игру в бесполезные догонялки с Ричардом, прыгает с плитки сна на плитку. После каждого прикосновения ноги к ним, на полу отражались многоцветные круги, которые постепенно создавали полноценную картину. Труман не мог понять, к чему приведёт его взаимодействие с игривым парнем, но продолжал доверчиво следовать. Ричард верил, что происходящее вокруг не является кошмаром. И вот, наконец, смуглая рука обхватывает светлую худую конечность, притягивает мироходца грудью к себе. Зеленоглазый прижимается к пареньку, утыкается носом в его кудрявые волосы, чтобы вдохнуть запах родного человека рядом. Ричард, ранее отсыпаясь вместе с Ло, приметил, что от мироходца исходят нотки запаха карамели, шерсти и, иногда, ромашек. Сочетание сладких ароматов всегда пробуждало Трумана, давало заряд бодрости на весь день. Всё же, парень чувствовал, что он находится далеко не в реальности. Так пусть он насладится близостью с клетчатым хотя бы в грёзах. Нос втягивает воздух, изумрудные глаза прикрываются в ожидании чудесных мгновений рядом с Лололошкой. Только вот внезапно Ричард давится, выплёвывает струю крови и отшатывается назад. В носу щиплет до невозможности, а во рту загорелся привкус неизвестного металла. По телу медленным хватом начала взбираться анемия, а Ричард не мог ей противиться. От кудрявого сквозит мертвечиной и просроченным мясом с примесью алкоголя. Владелец сна искал Ло без веской причины, старался только укреплять их взаимоотношения. Так почему даже в мечтательных грёзах модель мироходца решила отвергнуть его, когда они так близки? Сын уборщиков морщится от горьких хрусталей в его глазах, желание смотреть вперёд отсутствует. Сон губит его, погружает в бесконечные обвинения и прокручивает худшие моменты. Только вот Труман не ожидал, что он попробует тронуть золотой образ Лололошки, который приносил лишь хорошие моменты в его жизнь. Сомнений насчёт друга никогда не было, Ричард уверен в том, что Лололошка последует своей цели помогать людям, обеспечит каждого счастьем. Мироходец вечно переживал по этому поводу, работал на износ. Почему же сейчас он представился таким жестоким? Шаги, покрытые склизкими красками мира снов, приближаются к зеленоглазому. Его подбородок обмазывают в липкой субстанции и приподнимают вверх, чтобы парень смог взглядами встретиться с Лололошкой. С лица мироходца очки пропали ещё в самом начале событий, испарились за ненадобностью. Чёрные очи сверлят каждую частичку кожи на лице Ричарда, вынуждают сжаться и с трудом прикрыться ладонями от назойливого внимания. Перед ним стоял не Лололошка, а его проклятая копия. Всё тело было покрыто кровавыми пятнами, а ноги погрязли в чёрной жиже. Она словно изнутри пожирала мироходца, избавляла от красок и лишних эмоций, которые могли бы вернуть парня в былую версию. Поздно Ричард увидел, как с лица вымышленной фигуры стали скатываться слёзы, которые при едином прикосновении с кожей оставляли серые ожоги. Родная фигура Лололошки изменилась без причины настолько сильно, что стала походить на сумасшедшего монстра или недоработанного автоматона. Почему он здесь? Ричард тянет руку, хочет дотянуться до резко побелевшей кожи, как вдруг мироходец отходит назад. На его лице вырастает улыбка с чёрными клыками, отражающая факт того, что он не существует. Лололошка приоткрывает рот и произносит всего одну фразу: —« Я не хочу спасать никого более, Ричард, я устал страдать в теле мироходца », – раздаётся треск и мироходец падает в пучину бездны. Ричард срывается и бежит к огромной пропасти. Взгляд зеленоглазого носится от предмета к предмету. Парень тянет руку в попытке ухватиться за улетающий шарф мироходца, но Труман не рассчитывает силы и поскальзывается. Уходит в пучину бездны. Тонет в страданиях и боли. Ричард задыхается в собственной крови. С лица стекают капли пота, когда парень открывает глаза и принимает сидячее положение на кровати. Простые кошмары ли это? Старое и сырое помещение всё так же остаётся вокруг, Ричард не замечает ничего нового, кроме внезапно изменившейся атмосферы. После кошмара иначе казался мир. Труман обращает свой взор на окно и подмечает лишь усиленный ливень с элементами грома. Быть может неприятные стихийные бедствия снаружи и привели к нему кошмары. Пальцы заученно нащупывают телефон и поднимают над головой Ричарда, только вот устройство остаётся по-прежнему разряженным и выключенным. Однако это являлось значительным плюсом, ведь после кошмара сообщения с назойливым волнением за него стали бы раздражать. Никто даже близко не мог понять, что произошло за последние часы с зеленоглазым, что говорить о ненужном сочувствии? Люди глупы, дико раздражают одним своим присутствием. Лучше бы Ричард забрал Чарли сам, не мучался, сбежал бы с ним на край света. Врачи не смогли помочь его другу, они попросту вновь угробили его! Парень должен был сообщить об этом родителям, должен, но.. им будет плевать, да? Ричард сжимает зубы и опускает брови к переносице. Толпы созданий и людей в голове до жути нервируют. В радиусе слепой ненависти после кошмара оказывается и Лололошка. Ричард краснеет, то ли от злости, то ли от любви, когда вспоминает его. Если бы этот мироходец не появился, не стал маячить перед его глазами, то Ричард продолжил бы спокойно сосуществовать. Если бы не Ло, то парень мог бы жить в отсутствии постоянных экстравагантных ситуаций, к нему бы не могла прийти мафия в любой момент с пистолетом в руках. Зеленоглазый парень хватается за горло, отставляя телефон, проводит ногтями по коже. Злость бурлит незримым потоком по телу. Ричард поддаётся влиянию кошмара, ругается на любые неточности и мелочи. Черноволосый тяжело дышит, пока в его мыслях витает лишь Лололошка. Зачем они вообще встретились? Ногти с неприятным скрежетом оставляют белоснежную полосу на шее, а сам Труман поднимается с кровати, слегка пошатываясь. Пока на улице ливень, нужно обыскать здание-корыто на наличие хоть какой-то еды. Неприятный узел затянулся в животе от голода, совсем уж неуютно стало. Внимание переходит на мусор, оставленный прямо перед Ричардом. Парня нервирует то, в каком месте он оказался. Дешёвые полки, сквозняк и сырость, лужи на полу, да одни глупые бумажки. Желание схватить их и смять в ладони до ужасного шелеста возрастает с каждой секундой. Еле слышно Ричард рычит и сжимает руки в кулаки, он явно не в себе. Труман уверенно шагает вперёд, но нога сталкивается с холодным препятствием и не позволяет сделать шаг. Что-то мягкое расположилось под чёрным носком Ричарда, заставляя парня сморщиться с отвращением. Он не хотел бы делить свою комнату во время ливня с каким-нибудь животным, в особенности с собакой. Ричард слишком недоволен миром после глупого кошмара. — Ну кто ко мне явился?! — прошипел парень и опустил свой взгляд на деревянный пол. Внезапно зрачок уменьшается, а сам Ричард перестаёт дышать, замечая под собой застывшего в ожидании Лололошку. Мироходец лежал с открытыми глазами, голубые очки покоились слева от него. Пустые зрачки мироходца были направлены на потолок, оповещая о том, что Ло находится в сильных раздумьях. Он совсем не обращает внимание на окружающий мир, утопая в мыслях. Ричард протирает глаза и отшатывается, прежде чем испуганно спросить: — Лололошка, это ты? Смуглые руки легли на плечи мироходца, парень стал трясти лежащего друга, стараясь вернуть его в реальность. Ричард находился на корточках около Лололошки. В изумрудных глазах запылал огонь враждебности и недопонимания. Ричард начал повторять имя мироходца из разу в раз, думая, что так он очнётся. Во время глупых действий пальцы Трумана съехали с ткани одежды Ло и случайно перешли на шею. По всему телу прошлись мурашки от того, насколько же тело мироходца потеряло своё прежнее тепло. Он словно умер, потерял краски, застыл. Прямо как во сне. Ресницы неожиданного посетителя дрогнули, а зрачок переместился в бок. Лололошка приоткрыл губы, а затем резко поднял торс с улыбкой на лице. Ричард перед ним находился в полном порядке, старался его растормошить и поднять. Немного посиневшие уголки губ приподнялись в искренней радости. — Ричард, — прошептал Лололошка и вытянул руки, чтобы коснуться волос парня. Пальцы зарылись в них и начали растрёпывать локоны в детской забаве. Взгляд мироходца после отдыха в неимоверном холоде стал помутневшим, а сам парень напоминал пьяного юношу. Только вот самого Ло это не волновало. Конечность мироходца обозлённо перехватили и сжали, намереваясь нанести побольше боли. В глазах Ричарда образ Лололошки двоился, совпадал со сном. Зеленоглазый запутался в том, где расположена реальность, а где – хитрые чары неправды и одиночества. Черноволосый парень начал шипеть, стараясь напугать Ло: — Что ты здесь забыл? Разве я не ясно выразился, что дойду до дома сам. Для тупых поясняю, что это обозначает – «Я хочу побыть один», — голос повысил свой тон, парень чуть ли не срывался на крик, сам того не замечая. Мироходец смотрел на Ричарда с упоением и нежностью, но не видел ответных чувств. — Я просто волновался за тебя, Ричи. Ты в порядке? — губы слегка дрожали при высказывании слов. Лололошка постарался подняться с холодного пола, чтобы усесться напротив Ричарда. Мироходец заинтересованно склонил голову на бок и расположил собственные руки в замочке около него. — Мне к чёрту не сдалось твоё волнение. Оставь меня в покое, Ло, — приблизился к лицу парня Ричард и чётко отчеканил. Ситуация напоминала случай на кухне, но это совершенно не волновало Трумана. Парень хотел покоя, хотел избавиться о назойливом воспоминании про сон, который так и душил изнутри своими сюжетами. Лололошка вздохнул и пододвинулся ближе, чтобы положить свою ладонь на лоб черноволосого. Взгляд внимательных чёрных глаз сосредоточился на его самочувствии и бурлящих эмоциях. Мироходец старался из последних сил осознать, как он может помочь. Как сделать так, чтоб Ричард меньше страдал из-за потери питомца? Как в очередной раз искупить Вину, в возникновении которой Лололошка даже не причастен? — Тебе приснился кошмар с Чарли, да? Я понимаю, что это страшно, но, Ричард, выслушай меня, я просто хочу помочь, — проговорил мироходец, прижимая свою руку к своему сердцу в качестве подтверждения. Из горла вышел весь воздух, когда на нём оказалась чужая рука. Касания не были заботливыми или доброжелательными, они служили удушьем и выражением агрессии. Кожа смялась под пальцами, которые старались посильнее сжать её. Ричард поднялся с пола вместе с Лололошкой, его зелёные глаза были полны отвращения. Мироходец, сам того не понимая, задел обидную точку в душе Трумана, а теперь страдает от желания оказать помощь. — Не смей сегодня упоминать больше Чарли. Мои кошмары и страхи тебя не касаются. Слушай, если ты не хочешь, чтобы я удушил тебя к чёрту, скройся с моих глаз. Я испытываю отвращение к тебе и к твоей жалкой помощи, — не обдумав, процедил Ричард, размыкая пальцы вокруг горла страдающего парня. Беззащитное тело рухнуло на свои колени, соприкасаясь с полом. Бледные пальцы обвели круги по белоснежной кожей, а голова медленно поднялась в сторону Ричарда. Зеленоглазый застыл, видя перед собой картину: Лололошка совершенно спокойно сидел на полу, пока его зрачки увеличились до огромных размеров после применения удушья. Парень не метался, не старался переговорить сына уборщиков. Он сидел без движений. Ему было абсолютно всё равно. — Извини, Ричард, я просто хотел помочь. Я не желаю, чтобы после первого траурного события у тебя на душе осталась огромная рана и травма, — прошептал Лололошка, осознавая, что после сказанной фразы его могут ударить. Прямо тогда, как произошло на кухне. На кухне этого же дома. Парень заранее подготовил свои руки для самообороны. Ричард может преподнести любой неожиданный сюрприз, Лололошка должен быть к нему готов. Мироходец замолчал на несколько секунд, стараясь чётко выразить окружающие его мысли: — Я, как и ты, тоже очень-очень устал. У меня нет желания спасать кого-то, Ричард, но не могу оставить друзей в беде. Я просто, я. . . Я не хочу спасать никого более, Ричард, я устал страдать в теле мироходца. Черноволосый опустился к Лололошке после сказанных им же слов. Парень стал промаргиваться, тяжело дыша. Образ сна распадался на его глазах, оглашая реальность победительницей. Парень слишком зациклился на страданиях, слишком много переживал по поводу Чарли, что сам не заметил, как накрутил себя на сумасшедшее состояние. Перед ним находится не глупый алчный силуэт, а его настоящее солнышко. Ричард ещё несколько секунд сидел молча, прежде чем притянуть к себе парня. Он в очередной раз сорвался и отдал контроль собственным эмоциям. Он поставил себя не выше хищного животного, которое только и умеет нападать, да агрессировать. Парень поклялся, что не повторит случая на кухне, что не сделает хуже его солнышку вновь. Что вышло же по итогу? Разруха? — Ло, мне так жаль, я вновь сорвался и разозлился на тебя по собственной ошибке и глупости, — начал извиниться Ричард, поглаживая мироходца по спине. Лололошка сидел молча, никак не выражая собственные эмоции, совершенно не двигаясь. Труман задрожал и взревел от собственной ошибки. — Как я могу исправиться, Ло? После смерти Чарли я стал ужасен, я просто сам не свой. Ощущаю себя не лучше животного. Зеленоглазый опустил свою голову ниже, чтобы прижаться носом к плечу Лололошки. В нос ударил запах карамели и ромашек. Это его парень, это живой и настоящий Лололошка. Краем глаза Ричард уловил собственные руки, замечая наклеенные на них пластыри. Стало ещё более стыдно, чем было. Ло позаботился о его царапинах, полученных в после попытки с разбегу пробраться в дом, пришёл в полный ливень и ожидал пробуждения Ричарда. А как отплатил сам зеленоглазый? Жалко и по-идиотски. Руки парня стали оглаживать спину клетчатого, пытаясь показать, что он рядом, что ему жаль. Ричард тихо шепчет бессвязные предложения, пытается достать до разума застывшего Лололошки. К чему привела их судьба? К конфликтам и вечным слезам из-за трудностей жизни? Парни сидят в тёмной комнате, не замечая, как к ним приближается раскат вины. Сердце бьются быстрее, стараясь подать владельцам знак, что нужно действовать. Только вот почему-то стало всё равно. — Я устал, — прервал шёпот Ричарда клетчатый, обращая свои слова не то к парню, не то к кромешной тьме. Голова Ло опускается ниже, а на глазах начинают скапливаться хрусталики слёз. — Ричард, я очень устал. Зеленоглазый спешит отстраниться от Лололошки, чтобы взглянуть ему в лицо. Смуглые руки ложатся на мягкие белоснежные щёки, стараясь согреть их от мёртвого холода. Ричард пронизывает своим взором мироходца, пока тот не может оторваться от одной точки в полу. Каждое касание Трумана неприятно жжёт, заставляет стискивать зубы. Неприятно. — Мне не нравится это тепло, — проговорил Лололошка, не в силах прямо попросить Ричарда о том, чтобы он убрал руки. До ужаса хотелось остаться в холодном доме, чтобы позже застыть и наконец-то перестать продолжать участвовать в жизни города. Как же он был не прав, когда всякий раз утверждал, что будет каменной стеной для всех. Общество слишком сильно выматывает его в последнее время, что хочется уйти на дно без лишних слов. Ко дну молчания. Ричард хмурится, но руки поневоле убирает. Желание близости не пропадает, нарушить личные границы хочется до безумия, только вот Лололошка вряд ли оценит подобный подход. Остаётся лишь уныло опустить руки, не дав им определённого занятия. Ричард позволил себе лишь незаметно пододвинуть ноги ближе к парню, чтобы их колени соединялись через ткань одежды. — Мы можем поговорить, обсудить проблему, Ло, — начал было Ричард, ожидая реакции. Парень осознавал, что отчасти виноват в случившейся ситуации, что позволил себе разгуляться и повысить голос. Извинения потеряли свой смысл, испарились в пучине Вины и печали. Ричард ощущал себя скованным в проблемах и бурях отрицательных эмоций. Он почувствовал себя истинным злодеем, стоило Лололошке поднять голову и взглянуть ему в глаза. — Какой смысл, Ричард? У меня нет желания ни на что, — пробормочет Лололошка, еле слышно вздыхая. Остаётся ли что-то, что по-настоящему сможет упокоить его душу навсегда? Мироходец хочет использовать искру, сбежать туда, где нет ничего, лишь бы оставить свои проблемы на прилив течения. Сможет ли справиться с проблемами Ричард без его присутствия? Скорее нет, чем да. Отчего-то в груди звенит при этой мысли. В мироходце теплятся остатки заботы и волнения даже сейчас. Ричард замолкает, стараясь придумать оправдание для своей стороны. Парень не хочет показать себя полным глупцом, не желает, чтобы Лололошка думал, что он попросту возвращает долг за помощь в метро и в больнице. Мнение Трумана редко уважали, но теперь от его слов зависит целая жизнь мироходца. Внутри кошки скребут из-за страха, что Ло испарится или сбежит, как это сделала Шэрон. Что будет делать Ричард в этом случае? В лучшем исходе сгниет в своей комнате, ведь он останется один. Если это произойдёт, то доверие к миру падёт окончательно. Ресницы парня дрогнули, когда в голове засверкала глупая мысль. Разве может быть выход лучше, чем искренние чувства? Они глупы, безрассудны и тонки, однако способны вывести из тоски даже самого потерявшегося. Голова до жути болит из-за перепада температур и погоды, да и волнения знатно стали затемнять рассудок. Ничего же не случится, если парень скажет простую глупость ради поддержки? Кто ж её запомнит? — Потому что я сильно привязан к тебе, люблю тебя, Ло, — неуверенно слетело с губ Ричарда. Зеленоглазый отвёл взгляд, стараясь бороться со смущением. Не время поддаваться красноте на щеках и горячему состоянию, когда от слов зависит будущий диалог. Труман ёрзает на месте, прежде чем перевести взгляд своих очей в самые глубины черноты Лололошки. — Любишь? — переспросил мироходец, недоверчиво прикладывая руку к груди. Лололошка старался найти отклик у сердца, хотя бы единое биение под ритм дыхания Ричарда. Парень не мог понять, говорил зеленоглазый о платонической симпатии, или же выбрасывает свои страстные чувства. — Я люблю тебя, как, как, ха, не знаю, как кого. Я не смог определиться. Знаешь, не хочу давать пояснение к своим странным чувствам. Я просто люблю. Именно тебя, Ло, — признаётся Ричард и аккуратно кладёт свою смуглую руку поверх ладони Лололошки. Зеленоглазый желал услышать сердцебиение мироходца, ведь оно дало бы подсказку насчёт чувств клетчатого. Молчание служит грузом для состояния парней. Лололошка не издаёт звуков, стараясь переварить сказанную Труманом информацию. Сердце готово испепелить себя на мельчайшие клетки, лишь бы не слышать признание, напоминающее Лололошке про влюблённость. Он устал от ощущений и чувств, хотел от них отгородиться, но они всё равно последовали за ним. По щеке стекает слеза, принимающая чёрный цвет из-за темноты в комнате. В окне раздаётся гром, а где-то далеко-далеко в небе сверкает молния. Лололошка находится к ставням спиной, кривится от резких звуков. Почему он плачет? Что вынудило его показать истинные эмоции? Мироходец всхлипывает и поднимается с места в попытке сбежать с клеймом позора. Он не должен был находиться рядом с Ричардом. Он не должен был идти в это корыто. Мироходец устремляется к двери, но его ладонь перехватывают и притягивают к себе. Парень пропускает мимо собственных глаз момент, когда Ричард успел быстро подняться с холодного пола и поспешить за ним. Осознание, что больше Ло не сможет убежать, ведь Труман не отпустит, пробивает тело тошнотой. — Зачем вы любите меня? Зачем? — хрипит Лололошка, оборачиваясь к зеленоглазому за ответом. — Я не смогу ответить, ничего не изменю, ведь я неправильный мироходец. Пустое и бесчувственное создание. — Эй, Лололошка, ты чего такое говоришь? Это сущие бредни и неправда, — спрашивает Ричард, становясь ближе к мироходцу. Зелёные очи сверкают обеспокоенно, Труман догадывается, что перед ним раскрывается настоящий Лололошка. Не фальшиво-радостный, не вечно улыбчивый, а настоящий мироходец с собственными проблемами и заботами. Лололошка вытягивает руку вперёд, чтобы создать дистанцию между ним и Ричардом. Ладонь упирается в тяжело дышащую грудь, пальцы еле заметно схватывают ткань одежды. Мироходец испуганно выдаёт: — Это сущая правда, Ричард. Ты знаешь сколько раз мне признавались в чувствах, знаешь? Я тоже без понятия, но в этом и проблема. Кем я являюсь, Ричард? Обычный опустевший мироходец без памяти, находящийся в другой реальности. Я не помню ни собственных родственников, ни друзей ни знакомых. Из моей головы полностью вырвали всю жизнь, — тараторит Лололошка, стараясь стоять на месте без дрожи. — Я хотел бы отпустить эту проблему, но каждодневные упоминания меня, как JDH полностью выматывают. Днём покоя не найти, а ночью его и вовсе не существует. Постоянные кошмары с однотипным действием. Я не понимаю, что вижу в них, но это, кажется, сотни миров, сотни людей. Всех их я бросил, всех их я оставил с одиночеством в груди. — Я так виноват перед каждым из них, меня до жути сгрызает совесть. Все эти души, скорее всего подобны тебе и Чарли. Должно быть они считают меня умершим, проливают слёзы и страдают. Я виноват за всё это, я не должен вызывать у них эти эмоции, я не должен быть в кругу подобного внимания. Это не счастье, это не подарок. Сущее чёрное проклятье. Оно поглощает меня постоянно, не отпускает ни на минуту. Проклятье всегда терять людей и всегда покидать свой дом. С каждым словом Лололошка опускается ниже к полу, его губы трясутся, а хватка руки становится слабее. Мироходец поворачивает голову в тьму, а оттуда видит тысячи голубых глаз. Они все смотря на него, насмешливо сияют и дергаются. Парень не может избавиться от ощущения, что за ним следят. Лололошка пытается убедить себя, что ему кажется, что все в порядке, только становится хуже. Вина ли это подбирается? — Я понятия не имею, сколько мне лет и когда я родился на самом деле. Нет понимания даже того, стиралась ли у меня память всегда или она является в таком состоянии только в первый раз. Сколько испытаний я прошёл за все эти, наверное, годы? Мои руки, кажется, будут всегда до жути грязные и потёртые, хотя я постоянно мою и очищаю их. Всё моё тело словно обволочено сыростью и испорченностью, от которой невозможно избавиться. Всегда неполноценен и испачкан в чём-то. Мог ли я убить кого в иных мирах, мог ли я быть злодеем? — тело Лололошки опустилось на колени, а слёзы поглотили практически всё лицо. Он жалок, но не может остановить собственный поток слов. Эмоций нет, лишь монотонный голос, который появился после второй же фразы. — Я постоянно живу во лжи, я так устал, Ричард. Выдаю себя за другого человека, ввязываюсь в незаконные дела, пытаюсь разгадать тайны, которые дали мне незнакомцы из другой реальности. Я не могу любить их или ненавидеть, ведь совершенно не помню их. Они чужие для меня, хотя скорее всего стараются спасти меня. Только от чего? Почему именно моя личность стала особенной диковиной и оказалась в другой реальности? Сколько ещё недосказанности ждет меня впереди, сколько лжи просочится через моё ложе? Лололошка притягивает руки к глазам и закрывается от внешнего мира. Он упускает из реальности действия Ричарда, парень не замечает, как оказывается в лежачем состоянии на груди Трумана, который опустился на пол всем телом. Смуглые руки перебирают кудряшки, между пальцев закручивают узлы, пока их владелец молчит, впитывает информацию, как губка. Ричард поступает точно также, как Лололошка в больнице – позволяет выговориться сполна. Лололошка не знает, благодарен ли он. — Я постоянно виню себя за то, что заставил людей страдать, хотя не знаю их. Во мне огромная пустая дыра, которую я не могу заполнить даже после многочисленных молитв, просьб и разговоров. Каждое утро я просыпаюсь и ощущаю лишь пустоту. Дела не приносят удовольствия, а рутина утягивает за собой в бездонную нишу, — Лололошка с каждой секундой говорит всё тише и тише, его нос уткнулся в зелёную футболку Ричарда, — Я-я грешен, я попросту ничтожен. Ричард, понимаешь, в моей душе не осталось искреннего добра. Ричард притягивает Лололошку ближе и вдыхает запах с его кудрявых волос. Объятья согревают, возвращают здравые мысли и чувства. Мироходец постепенно начинает осознавать свои слова, но всё ещё лежит, не в силах умолкнуть: — Я грешен потому, что никогда не помогал людям искренне. Во мне попросту не осталось никакого желания и веры в себя, они ушли с самого осознания, что вокруг одни лишь автоматоны. Мне стыдно за то, что я помогаю людям не бескорыстно, а с целью пробудить в себе хоть что-то. Каждый день Вина за безнадёжность и тупость заполняет меня с ног до головы. . . — Я виноват в том, что не способен помочь Дилану, что заставляю его ждать и злиться. — Я виноват в том, что ты вынужден страдать из-за смерти Чарли, побега с острова и множества ужасов, которые произошли из-за меня. — Я виноват в том, что мироходцы пострадали, потеряли веру в хорошие миры и попросту разочаровались в жизни. — Я виноват в том, что не могу помочь людям искренне, что заставляю страдать не только народы этого мира, но также и «близких» в родной реальности. — Я виноват во всём зле, которое происходит здесь, ведь я стал его причиной. — Я задаюсь вопросом, жив ли я на самом деле? Мыслей слишком много, а сил на них – мало. Всё сказанное мной, лишь часть моей вечной усталости. Я осознаю, что завтра ты, должно быть, от измотанности все забудешь, так что не зацикливайся на моих словах, пожалуйста. Всё это неисправно, я останусь навсегда монстром в оболочке доброго парня, — улыбается Лололошка, внушая Ричарду то, что ему следует отстраниться от мироходца. — Не люби меня, прошу, я не хочу, чтобы люди, чувствующие некую симпатию ко мне, после моего ухода стали тосковать и плакать. Я не хочу ранить тебя, Ричи, я не хочу видеть твою боль. Лололошка окончил словесное представление и умолк. Лишь засчёт прикосновений он понимал, что Ричард не уснул, что всё ещё слушает. Только вот ответа от зеленоглазого не поступило, он всё так же продолжал вдыхать запах мироходца, ни на что не отвлекаясь. Ло перевернулся на спину и с трудом сумел поднять руки, чтобы стереть со своих глаз чёрные слёзы. Правда, проблема не исчезла после пропажи влаги около очей, стыд за слова не отпускал душу, раздирал её. Ричард не отвечает потому, что больше не желает иметь дела с этим проблемным мироходцем? Лололошка попытался выпутаться из крепкой хватки, но на пути к достижению цели встретил поражение. Пришлось остаться на полу с теплом тела под ним. Лололошка принялся обдумывать свои слова. Парень не мог смириться с тем, что, должно быть, показал себя не в лучшем свете. По этой причине Ло начал новый диалог: — Ричард, я не должен был высказываться так, когда у тебя присутствуют явные проблемы с принятием смерти Чарли, — заметил Лололошка, чувствуя, как вздрогнул рядом Ричард. Всё-таки зеленоглазый слушает, что говорит ему мироходец. — Я не буду больше так делать, мне очень жаль, что я загружаю тебя проблемами, я винова.. На губы опустилась чужая рука, мешая словам вырываться наружу. Ричард сжал бледное тельце покрепче, нервно фыркнув. В воздухе проскользнули искры раздражения, которые перемешались вместе с волнами молний и грома за окном. Ричард явно не желал слышать глупые отговорки и извинения от Лололошки, он просто хотел помочь ему и создать зону уюта. — Не говори так, Ло. Ты не виноват в том, что родился с таким дефектом, как амнезия, — процедил Труман, опуская свою конечность на белоснежную щеку, чтобы заботливо погладить её, ощутить то, насколько же мягок человек под боком. — Я не хочу переставать быть рядом с тобой. Не в моём стиле прекращать общение по мелочам, тем более, когда ты стал мне больше, чем просто однокурсник или знакомый. Мироходец прильнул к касаниям, стараясь оставить в своей памяти как можно больше ощущений. Парень не мог поверить ни в единое слово Ричарда, но старался. Нет сил бороться, они закончились уже давно. Разве какой-то сын уборщиков может убедить его в том, что жизнь продолжается? — Не могу описать боль, которую испытываю после смерти Чарли. От одного его упоминания я возвращаюсь в прошлое, вижу остров автоматонов и вновь иду по улочкам, где никому нет до меня дела. И, знаешь, я всегда винил машины в этом, — признаётся Ричард, не в силах перевести свой взгляд с макушки Лололошки, в голове мелькают беззаботные деньки на острове, которые сменяются огромным взрывом и пожаром. — Когда я встретил тебя, то моё мнение поменялось. Я осознал, что был не прав. Я, честно сказать, думаю, что повзрослел благодаря тому, что встретил тебя, Ло. В груди разгорелся огонь благодарности. Ричард ради светлого будущего не только себя, но теперь и Лололошки, готов был принять смерть Чарли. Их путь окончится, если оба парня забудутся в горе и перестанут существовать ради освобождения мира от лжи. Конечно, Труман не любил сам факт того, что Лололошка участвует в мафиозных делах. Однако теперь зеленоглазый догадался о настоящей причине такого поведения. Мироходец хотел попросту докопаться до истины. Кем по итогу он является на самом деле? Парень желал загладить вину перед незнакомцами во снах, пытался искоренить безразличие и Вину, но только сильнее утонул в них. — Мне страшно быть среди людей, ведь они оказались не такими, какими я их себе представлял. Безумные и богатые уроды, закрывающие глаза на существования мафиозных группировок и винящие друг друга. Законы запретили им насиловать друг друга, так что они решили отыграться на автоматонах. Животные, не более, — прорычал Труман, вспоминая слова Дилана, всё же автоматон был прав в том, что в мире происходит полное неравенство. — Я думал, что после переезда в город станет, мм, легче? Но это не так, признаю, всё здесь совершенно другое. Грубое и высокомерное, но реальное. Лололошка склонил голову, раздумывая над словами Ричарда. Не было ясно, старается зеленоглазый таким образом поддержать его или просто делится своим мнением. Мироходец надеялся, что парень не перевёл тему. Ло решил уточнить этот вопрос, чтобы не накручивать себя в лишний раз: — К чему ты это говоришь? — слова сорвались неуверенно, а сам Лололошки зажмурился от того, как же странно он себя ведёт в последнее время. — Неужели я заинтересовал тебя? Ло, всё общество вокруг давно прогнило и пропахло криминалом. Оно ужасно. Ну, почти всё, кроме моих фанатов, родственников и участников хауса, конечно. Хотя, знаешь, я не могу быть уверен, что и они чистейшие ангелочки, — хихикнул Ричард, вспоминая о своём канале. Парень не понимал, как он только мог забыть в пучине проблем о том, что его контент хотят видеть люди, что его уважают и почитают. — Но, скажем так, среди всего склада сброда и мусора я доверяю лишь одному человеку. Тебе, Ло. Лололошка ахнул и перевернулся на живот, чтобы задрать голову и взглянуть на Ричарда. Сильные руки переместились на спину и стали оглаживать позвоночник, пока Труман улыбался, стараясь показать свою искренность. В груди всё ещё не опустились страдания по Чарли, но после признания Лололошки они слились с его проблемами, создавая единый ком. Среди мироходца и человека у каждого есть свои проблемы, но они стараются поддерживать друг друга несмотря ни на что. — Нам с тобой ещё долго не будет хорошо, Ло, ха-ха, но это не значит, что проблема будет всегда. Мне не важно, скольким людям ты навредил или от скольких ушёл, ведь Ты делал это ненамеренно. За всё время, которое Ты находился в этой реальности были моменты, в которых ты вёл себя, как добродушный лидер. Помнишь, Ты предполагал, что мироходцев на острове закрывают с корыстными целями. По этой причине именно Ты старался спасти каждого из них вместе с Шэрон. Ты был искренен тогда, — заверил Ричард, отпуская мироходца из объятий, чтобы приподняться на локтях, так получше видно Лололошку. — Если не веришь, то посмотри мне в глаза. В детстве мама всегда говорила, что в них отображается, когда человек лжёт, а когда говорит правду. В промежуток между руками и телом зеленоглазого Лололошка положил свои руки и приподнялся, сохраняя таким образом равновесие. Чёрные раскрытые глаза неловко посмотрели в изумруды рядом, стараясь найти в них изменения. В очах Ричарда переливалась горстка правды, маскирующаяся под яркие белоснежные звёзды. К окну парень был повёрнут спиной, но светила все равно заполняли его зрачки, полностью отражая его личность: бурный и эмоциональный парень, который за правосудие готов рвать и метать. На улице его самоуверенная улыбка, выражающая превосходство над трагедиями, по крайней мере казалось так. В своей голове Ричард кличет Лололошку ярким солнцем за его удивительную внешность, дружелюбность и смекалистость. Теплые лучи светила и доброжелательное личико мироходца всегда тянули Трумана к себе без веской причины. Да и сам Ло просыпается, как только солнце показывается из-за горизонта! Как уж не сравнивать их? — Что если я забуду тебя и весь этот мир? Мне нужно вновь будет уйти, я вновь подведу всех, я буду виноват, — тихо сказал Лололошка, не в силах выбраться из омута изумрудных глаз, — я не хочу вновь потерять всё. — Ло, прекрати зацикливаться на том, что произойдёт когда-то. У нас есть много времени, чтобы наслаждаться нынешней ситуацией, вместе мы сможем найти выход из постоянного цикла однообразия. Я постараюсь не винить тебя ни при каких обстоятельствах, а ты не бойся отрицательных исходов, — левая рука Ричарда прикоснулась к подбородку Лололошки, начиная удерживать его без единого намерения, — Знаешь, Ло, мы с тобой очень разные. Я всегда был эмоционален, вспыльчив, пока ты вечно тихий и спокойный. Страдаешь от постоянных перемен, пока я за них готов голову отдать, не странно ли? — Я просто устал, Ричард, я не знаю своего настоящего характера, темперамента и смысла. Для чего я создан? Почему я здесь? Всё это кружит голову не меньше, — признался Лололошка, немного приблизившись к лицу Ричарда, грудь мироходца вжалась в зелёную футболку, создавая жар на коже. — И, знаешь, тем более мы разные, есть ли смысл надеяться на лучшее будущее, которое не случится? — Значит мы откроем в тебе его вместе. Ты не должен подходить по нравы и любовь общества, ты не обязан иметь предназначение, ведь твоя жизнь принадлежит лишь тебе. Если испытываешь желание заниматься всей это криминальной историей, то ты вправе это делать, а если хочешь покоя, то оставь всё это. Я не осужу тебя, помогу и поддержу при любом раскладе событий, — Ричард не прекращал шептать, с надеждой глядя на Лололошку. — Будущее можно изменить, каждый вправе сделать это. Я сказал тебе про наши различия, чтобы показать, что какими бы люди не были разными, они всё равно смогут найти общий язык. В особенности если один из них является ярким солнцем. Прямо как ты. Зрачки Лололошки увеличиваются, как только до ушей доходит комплимент, сказанный почти мурчащим голосом Трумана. Мироходец хотел бы противиться словам Ричарда, но его поступки заставляют надежде зародиться в груди и, судя по всему, на щеках, раз в них закололо жаром. В голове вновь всплыло признание зеленоглазого в любви, неужели оно было искренним? Ричард кажется романтиком, который готов дарить тебе собственную голову, лишь бы настроение поднялось вверх. Лололошка хочет подозревать его во лжи, но не имеет доказательств. Неужели ему и вправду помогают? — Ло, в жизни будет множество трудностей, но я хотел бы попросить тебя об одной услуге, — проговорил Ричард, привлекая к себе внимание мироходца, Лололошка вопросительно приоткрыл губы и поднял брови, на что Труман тихо хихикнул и продолжил. — Никогда не сдавайся, солнечный мироходец, как бы плохо не было, давай мы вместе пройдём этот путь от и до. Ты говорил, что слишком устал, что перестал ощущать эмоции, могу помочь с этим. Я, знаешь, я слишком уж вспыльчив и игрив, но это не меняет того, что я хочу помочь тебе с помощью собственных чувств и умений. Искренне желаю передать частичку собственной души, чтобы увидеть на твоём лице настоящую яркую улыбку. Клянусь, что научу тебя жить по-новому, Ло. Ты должен увидать счастье хотя бы раз. — Хочешь, чтобы я помог справиться тебе с постоянными вспышками и сумасшедшими действиями? — губы клетчатого парня поднялись вверх, одаряя Ричарда своей доброжелательной улыбкой. Она, казалось бы, поразила очи Трумана, заставляя застыть на несколько секунд в изумлении. Ричард уверен, что сейчас Лололошка ярче любого солнца. Он слишком красив для мира в сущем криминале, — Я не уверен, смогу ли быть всегда рядом, Ричи... — Личное пространство мы всё-таки не нарушаем! Необязательно всегда находиться вблизи ко мне. Знаешь, Ло, если бы мы говорили так каждый день перед сном – без какой либо лжи и пафоса, как близкие люди, я бы был тебе благодарен. Мне хватает этих мгновений, чтобы жить проще. С тобой становится гораздо спокойнее, что не хочется прекращать говорить. Я буквально растапливаюсь от наших диалогов, как кубик льда, всё благодаря тебе, — Ричард прикрывает глаза, вслушиваясь лишь в свои тихие слова и умеренное дыхание Лололошки рядом, приятно до жути, — В который раз я повторю, но я приношу сожаления за свои слова про психотерапевта. Если хочешь, то мы можем ходить к нему вместе, может, это поможет тебе сосредоточиться и узнать о себе больше. Тем более, раз я тоже решился записаться на лечение хоть куда-то, то было бы неплохо, если бы ты меня поддерживал в этом, ха-ха. Извини, если вновь задеваю тему про помощь, я не хотел, Ло. Мироходец не может сдержаться, улыбается по весь рот, почти что сияя в комнате. Парень считал, что давно разочаровался в мире, потерял смысл, но сейчас он готов идти вперёд, покорять даже смерть. Всё это будет посвящено одному лишь Ричарду. Он определённо успеет погоревать, пролить тысячи слёз, всё это ждёт его в будущем и в воспоминаниях о прошлом. Сейчас настоящее, всё прошедшее он успеет осознать и набраться опыта, а ждущие его впереди трагедии всегда можно принять. Мироходец смотрит вперёд, вместо дыры вины он видит тонну недосказанности и целей для будущей жизни. Вокруг него миллиарды возможностей и целые круги технологий, так почему же он не может попробовать использовать их ради осознания себя? Лололошка не сможет избавиться от невидимой крови на его руках, от царапин и шрамов, но он способен окупить их. Парень является бесчувственной оболочкой амнезийного мироходца, но рядом с Ричардом всё равно испытывает какие-то эмоции. Не скрывается ли в этом выход? В метро парень чуть ли не начинает паниковать при виде сходящего с ума Ричарда, в больнице застывает, стоит ему только услышать весть о смерти Чарли после разговора с Ричардом, в полуразрушенном доме начинает улыбаться, как только замечает хитрую лыбу Ричарда. Лололошка считал, что все вертелось вокруг глупой влюблённости. Но теперь он осознал, что был не прав. Всё время Ло смотрел слишком узко на мир, постоянно закрывался в своих думах ни о чём. Мысли парня крутились лишь в кругу расследований и своей симпатии к близких друзьям, ведь рядом с ними Лололошке становилось легче. Он слушал их, не перебивал, впитывал информацию. Лололошка впитывал их эмоции, учился заново быть "нормальным". После предательства Шэрон мироходец попросту стал отрицать все воспоминания с ней, все ощущения и чувства, стал испытывать вечные угрызения совести. Ведь тогда он понял, что мог быть таким же. Что пропадал без следа, оставлял людей виноватыми и унылыми. Лололошка осознал, что не знает на самом деле, сколько раз он оставался одинок вновь и вновь. И все мысли о его сотнях переходах подтвердил парень в оранжевых очках и беловолосое крылатое создание позади. Ло запутал всех, даже себя. После диалога с зеленоглазым Лололошка почувствовал, что открыл в себе замок постоянных побегов от проблем. Он старался помогать людям, но зацикливался только на себе, он пытался найти в сердце остатки эмоций, пока они парили вокруг него. Лололошка определённо ошибся. Правда в том, что ему стоило обращать внимание на ценность счастья остальных, а не думать о себе, как о мусоре. Тогда Ло смог бы почувствовать похожие чувства, ведь именно он подарил им эти ощущения. По всему телу прошлось жжение, а глаза парня, казалось бы, на несколько секунд засветились ярким лазурным цветом, одаряя комнату приливом света. Лололошка на несколько секунд ушёл внутрь себя и ощутил слабо пробудившуюся искру. Она открылась перед ним в настоящем виде. Значит ли это, что парень на правильном пути? Мироходцу кажется, что после душевного разговора он смог найти себе место хотя в этом городе. Жизнь начинает цвести по всему его телу, заставляет верить в лучшее. Сможет ли Ло справиться со всеми недоразумениями вместе с таким же проблемным Ричардом? Уверенности никакой, но желание бороться за счастливые мгновения возрастает. Труман прав, что сможет подарить эмоции Лололошке, что избавит его от цепей вины. Он подал ему начало. Клетчатый готов бороться за справедливость и радость каждого окружающего. Если их жизнь станет налаживаться и они избавятся от постоянных тяг вины и страданий, то и Лололошке, должно быть, станет легче? В лице тысячи прохожих мироходец откроет и свою судьбу, постарается помочь без единой отрицательной мысли. Станет спасать людей, медленно смывая ужасы с собственных рук. Он не ангел, но и не монстр прошлого. Памяти нет, не значит ли это, что Лололошка – чистый лист? Чистый лист, на котором можно нарисовать любую судьбу. — Я клянусь, что покажу тебе жизнь без одиночества. Найду способ подарить тебе покой и успокоение. Я верю, что Чарли гордится тобой, как изменившимся человеком. Повторю ещё раз, что жизнь, подаренная дорогому другу с острова, была явно одной из самых чудесных. Я горжусь тобой, Ричард, — проговорил Лололошка, замечая мечтательный блеск в глазах Трумана. — Мы навсегда останемся рядом, всё-таки мы друзья. Губы Ричарда невольно поджимаются, когда он резко приходит в себя после слов Лололошки. До этого парень изумлённо разглядывал черты имиджа клетчатого, которые стали отличаться от его прошлой версии. Труман стал первым, кто заметил проявление искры у его солнечного мироходца. Зеленоглазый в момент появления необычной магической силы успел застыть, готовясь с испугом схватить Ло, чтобы остановить от незапланированного перемещения. Труману показалось, что ещё немного и кудрявый потеряется в пространстве, прямо как Шэрон. Благо его черствые мысли не сбылись. Ричард вглядывался в глаза Ло, пока тот сидел с глупой ухмылкой. В его зрачках покоилась тёмно-синяя радужка, которая была видна лишь тем, кто желал изучить образ мироходца полностью. Осознание того, что чёрные глаза не являлись настоящими, поразило сущность Ричарда. Тёмный цвет, напоминающий бездну, означал состояние и мысли мироходца. У Лололошки они были полны уныния, черноты и бесконечных страданий. В глазах была не его сущность, а Вина, о которой постоянно твердил кудрявый. Он сам себя убедил в её существовании, сам смирился и заставил ощущать нечто подобное. Между Лололошкой и Ричардом должно произойти неограниченной количество разговоров, чтобы кудрявый полностью очистился. На этом и строится поднятие взаимоотношения и их укрепление. Ричарда готов отдавать всю свою любовь и прикосновения, лишь бы больше не увидеть слёзы близкого сердцу мироходца. Ло и сам желает помочь, показывает свою близость открыто. Они ведь друзья, так и должно быть. Друзья. Слово на привкус перестало быть тягучим и сладким, как некоторое время назад, когда они были на острове. Сейчас же набор букв отдавал от себя кислотой и странной горечью. Ричард тупит взгляд, стараясь понять, что сломалось внутри него после слов Лололошки. Появляется ли у всех друзей постоянный тактильный голод, хочется ли всегда просыпаться в комнате и первым действием встречать растрёпанного близкого человека рядом? Понимание Лололошки в качестве товарища стало слишком чуждым и лишним. — Так твои слова про любовь были правдой, Ричи? — спрашивает Лололошка, наблюдая за реакцией Ричарда, который в миг поутих и застыл. Мироходец помнит слова, сказанные зеленоглазым в порыве исправления ситуации, но до конца не был уверен, что они являются правдой. Они в первую очередь друзья, которые не так давно познакомились, но пережили целую бурю событий вместе. Ло не мог принять сам факт того, что его чувства могут получить отклик, что судьба дарует ему ещё один шанс на исправление. Мироходец продолжает сидеть на месте, смотря в глаза сбитого с толку Ричарда. — Я, Ло, я не до конца уверен в своих словах, это… Так сложно. При виде тебя мне становилось легче, всегда хотелось говорить с тобой часами, совершенно не отрываясь. Я был уверен, что всё это из-за того, что раньше у меня не было, ну, живых друзей. После того, как мы стали взаимодействовать больше, прикасаться друг к другу, сердце словно воспламенилось. С каждым днём хотелось всё больше и больше обниматься, проводить время вместе. Каждый раз, когда ты, Ло, не возвращался домой вовремя, все мысли были забиты беспокойной бурей и туманом. Я ощущаю себя сумасшедшим. Я будто привязан к тебе, хотя являюсь свободным человеком, — смущённо признался Ричард, проводя ладонями по гладкой коже. Зеленоглазый ощущал на себе жар, служащий напоминанием про то, как сильно Труман не хочет отпускать Ло из хватки. — И ты всё равно не уверен, — бормочет Лололошка, вслушиваясь в красноречивые слова Ричарда. Они похожи друг на друга, но отказываются признавать сам факт того, что стоит перейти на иную стадию взаимоотношений. Каждый новый шаг и признание может нести за собой большие последствия и риски. Кто же из них в разрушенном состоянии способен принять шанс оплошать на себя? Чувства – игра на удачу, но почему-то обоим парням кажется, что они могут забрать куш на этой рулетке. — Я не хочу обременять тебя, Ло. Вдруг ты пострадаешь от моих чувств? Всё это может стать ошибкой, которая разлучит нас навсегда. Общество вряд ли оценит мои странные интересы и действия к тебе. Ло, я боюсь, что ты… Тебя.., – Ричард не может найти слов, чтобы договорить предложение. В душе становится горько и одиноко от осознания того, что он упускает возможность начать с Лололошкой нечто большее, чем дружбу. Зеленоглазый старается отгородить его от худшего, но по итогу вредит своим чувствам. Если бы Лололошка мог его остановить. Одно слово мироходца о взаимности, как Труман изменит свой выбор. Только хочет ли этого Ло? Кудрявый смотрит на Ричарда с некой мечтательностью, совершенно пропускает слова о неправильных взаимоотношениях и об опасности. Беспокойство Трумана греет душу, заставляет отдаться дымке влюблённости. Ночь и плохая погода вокруг создана лишь для их разговора и взаимодействий, так почему нельзя стать неправильным хотя бы сегодня? Люди успеют посудить о действиях мироходца, мафия ещё много раз будет угрожать ему расправой, но ничто из этого не сможет заменить счастливые мгновения рядом с любимым человеком. Они никогда не были нормальными вдвоём, находясь в мире автоматонов и криминала. — Ричи, ты сам сказал, что нам не стоит смотреть на будущее. Каждый сам выбирает, что ему делать, — проговаривает слова Ричарда мироходец, тихо усмехаясь от того, что они вернулись настолько быстро. — Если это станет роковой ошибкой, то я забуду этот момент ради тебя. Всё будет хорошо, Ричи, ты не станешь виноват. Ричард молчит, взволнованно смотрит в глаза Лололошки, стараясь в их отражении намёк на глупый розыгрыш. Ничего не происходит, он не видит лжи или отрицания ситуации. Дыхание начинает сбиваться от осознания того, что мироходец позволил ему рассказать об истинных чувствах, сделать невозвратимое прикосновение. Зеленоглазый вдыхает воздух и тихо отдаёт свои чувства мироходцу вновь: — Ло, я… Нет, знаешь, я хочу признаться в одном моменте. Никогда не пожалею, что встретился с тобой и нахожусь сейчас рядом. Я люблю тебя.. очень сильно. Ричард неспешно притягивает Лололошку ближе, прикрывая глаза с трепетом внутри каждой косточки и клетки сердца. Бархатные губы Трумана стеснительно прикоснулись к бледным устам мироходца, соединяясь в лёгком танце сладкой пробы. Время самостоятельно остановилось, пока парни осознавали, чем именно они занимаются. Двигаться стало страшно, боязнь спугнуть незадачливого мироходца заставляла Ричарда действовать аккуратно и неуверенно. Зеленоглазому казалось, что от неожиданных и резких порывов его яркое солнце может исчезнуть, превратиться в пепел многогранного смущения. Труман старался не напирать, лишь заботливо сминал губы Лололошки, позволяя в любой момент отстраниться и прекратить безмятежные прикосновения в полной тишине. Но мироходцу это и не нужно. Лололошка поддаётся заклятью наслаждения, старается впитать в себя как можно больше сладкого наваждения. От Ричарда сквозит нежностью и любовью, пока мироходца медленно окружает ненавязчивый аромат лаванды. Парни находятся в тёмном разрушенном доме, пропитанным сыростью и мраком после сильного ливня за окном, но все эти мешающие запахи перекрывает волна цветов. Мироходец с каждой секундой всё больше осознаёт, что аромат букета лаванды рядом с ним появился не просто так. Ло позволяет ему проникнуть к самому сердцу и завладеть им, немного склоняет голову в бок, чтобы было удобнее вновь и вновь поддаваться приятному вниманию. Кудрявый перестал бояться и волноваться, чувствуя истинный запах беззаботной любви. Лаванда – цветок, выражающий восхищение и искреннее признание, но в то же время он отдаёт холодным одиночеством и постоянными сомнениями. Много дней его загоняли в дальний угол, вытесняя из аромата лишь отрицательные качества. Лололошка жил в общежитии, наполненный недоверием и постоянным осуждением со стороны. Мироходец полностью закопал себя чёрном отражении цветка – Вине. Она является образом, который Лололошка создал сам, чтобы покарать себя за ошибки прошлого, которые даже не помнит. Стыд, смятение и принижение собственной личности – всё это было заложено с самого начала. А затем Лололошка встретил Ричарда. Парня, в котором содержались все проблемы Ло, но в противоположном ключе. И тогда Вина нашла своё место. В современном мире ей больше не рады, она осталась там, где и разыгрались все проблемы и глюки Лололошки – на острове. В кругу мягких прикосновений Ричарда мироходец не должен чувствовать себя одиноко и постыдно, ведь теперь зеленоглазый будет защищать его. Труман обещал изгнать скверное чувство и выполняет сказанное, целуя Лололошку, чтобы без слов сообщить о том, что он чувствует. Любовь Ричарда до безумия напоминают светлую сторону Лаванды. Труман ведь и сам признавался, что хотел бы подарить эти цветы своей второй половинке в будущем. Сладкий оттенок прикосновений пошёл на спад, когда губы медленно разъединились, оставляя лишь сияющие взгляды очей парней. Они не могли оторвать друг от друга мечтательных глаз, окунаясь в бездонную лужу понимания и заботы. Хотелось прижаться сильнее, целоваться до следующего утра, лишь бы очистить душу от тревог и почувствовать себя забитыми грёзами романтики. Ричард слегка облизывает тёплые после контакта губы, забирая внутрь последние частички ненавязчивого поцелуя с Лололошкой. После поцелуя их отношение друг к другу явно изменились, но парень не готов думать об этом сейчас, когда мироходец продолжает завороженно сидеть. Рука зеленоглазого отпускает возлюбленного, оставляя на его щеках яркий бурый румянец. Состояние Трумана выглядит не лучше. Он полностью умотался и покраснел во все щёки и уши, сердце в груди, казалось бы, разорвёт сейчас все рамки здравого смысла. Руки Трумана медленно сгибаются, позволяя ему лечь обратно на пол. Лололошка же опускается немного ниже по телу Ричарда, чтобы положить кудрявую головушку на его грудь и довольно прикрыть глаза. Руки мироходца лениво приобняли черноволосого, а сам Лололошка почувствовал на своей спине поддерживающие поглаживания. Время текло незаметно, Ло даже не заметил, как выжал на решение проблемы все свои силы. Сейчас он способен лишь трухлявым куличиком валяться на теле Ричарда и впитывать исходящее от него тепло. — Всё хорошо? Я не навредил тебе, Ло? Ты в порядке? — спросил Ричард, осматривая усталую фигуру возлюбленного. Парень хоть и старался вложить в прикосновения губ все свои слова поддержки, но не был уверен, что мироходец не ощутил себя тошно от контакта. Вдруг Ричард где-то ошибся и сделал неприятно? — Всё в порядке, Ричи, спасибо тебе за., эм, поддержку и такую заботу, ха-ха, — сонно произнёс мироходец в ткань одежды Трумана. — Я просто подустал сам, понимаешь. Но мы можем ещё поговорить и обсудить наши.. ну, кхм, взаимоотношения. Ричард вздыхает, немного приподнимается и обвивает свои руки вокруг худого тела мироходца, чтобы аккуратно переместить его на пол. Лололошка начал яростно сопротивляться, но вскоре опустил свои попытки и согласованно помог Труману усадить его сбоку. Затем зеленоглазый быстро оказывается на ногах и начинает стряхивать лишнюю пыль с чёрных штанов. Труман задумчиво осмотривает комнату, прежде чем вернуть свой взор к склонившемуся в бок от усталости Лололошки. Казалось, ещё пара секунд, и он заснёт прямо в сидячем положении. — Мы достаточно наговорились, Ло, тебе нужно отдохнуть, пойдём, — Ричард протягивает руку Лололошке и ожидает взаимного прикосновения. Мироходец кивает, хоть и с задержкой кладёт светлую ладонь. Понимает ведь, что к хорошему не приведёт, если он продолжит глупо сидеть на холодном полу. Ричард помогает Лололошке подняться на ноги и правой рукой притягивает его ближе к себе, чтобы ненароком мироходец не упал обратно. Кудрявый обхватывает плечи зеленоглазого и благодарно начинает держаться за него, как за прочную опору. Они стоят, наблюдая за утихомиривающимся дождём за окном с лёгкими улыбками на лице. Признавать никто не хочет, но после поцелуя груз признаний спал с души. Ричард стал уверен в чувствах, а Лололошка, хоть и промолчал, но в душе кипел из-за признания Трумана. Теперь он может ответить взаимностью. Ричард двигается к кровати, утягивая за собой Лололошку, который что-то невнятно бормочет. Силы истекают вместе с бодростью, а ноги заплетаются, заставляя их хозяина чуть ли не спотыкаться. Преодолеть несколько шагов с ярким мироходцем под боком становится более трудной задачей, чем думал Ричард изначально. Зеленоглазый шепчет слова о том, что осталось еще немного, прежде чем они оба упадут на кровать и уснут, подбадривает Лололошку, вынуждая уныло вздохнуть. Сантиметры истекают один за другим, в конце концов перемещая парней к спальному месту. Лололошку желают усадить на кровать, но мироходец решает отпрянуть, сглатывая ком в горле. Остаётся одно единственное испытание на сегодня – кошмары. Кудрявый не хочет беспокоить Ричарда этой проблемой, но и желание спокойно отдаться в мир грёз вовсе не отсутствует. Парни собираются спать в этом ужасном доме, где в каждом углу присутствует напоминание о том, как они сбежали с острова и что стали делать. Взрывы, предательство Шэрон, развалившийся Дилан. Лололошке уж точно не здесь ждать покоя. Клетчатый набирается смелости и признаётся Труману: — Мне неприятно тут спать, Ричард. Есть одна проблема, молчал о ней, извини. Может, я и стал спать спокойно, но мне всё ещё снятся кошмары с разными вселенными. Все они напоминают о каких-то действиях, произошедших в этот день и.. эти же самые жесты, вещи и слова, кажется, уже происходили, но в других мирах. Я не хочу вспоминать о них даже под дулом пистолета Санчеза, — Лололошка морщится и начинает массировать виски от трещащей по швам голове. Он, кажется, уже говорил об этом Ричарду. Или так только кажется? — Прямо как и мне, но про ситуацию на острове? — вздохнул Ричард, мельком оглядывая кудрявого, он перевёл взгляд обратно на кровать, находясь в раздумьях. Парень обвил талию Лололошки своей рукой и притянул ближе, чтобы мироходец находился перед ним. Подбородок Трумана нашёл своё место на плече кудрявого, Ричард старался отдать всё своё тепло и нежность волнующемуся Ло, чтобы он ложился спать без лишней нервозности. Он не нашёл иного решения, как ещё раз поддержать мироходца словами: — Я буду рядом. Мы справимся, Ло, по крайней мере я уже пытался найти способ избавления от кошмаров. Психологи советуют во сне представлять других людей или вещи, которые могли бы спасти от происходящей трагичной ситуации. Попробуй приложить все силы и вывести свой кошмар на альтернативную концовку, где всё встанет в сторону хорошего русла. — Это воспоминания, Ричард, я не уверен, что получится их изменить, — проговаривает Ло, опуская голову от нахлынувшей красноты на щеках. Забота Ричарда была чуждой и неестественной, мироходец никак не может привыкнуть к тому, что к нему кто-то может испытывать любовь. Ему понадобится много времени, чтобы принимать чувства Трумана, как правду, а не иллюзию. — Воспоминания, говоришь? Попробуй заменить их на что-то приятное, сосредоточься на хороших моментах и смести ужасные. Ты можешь вспомнить наши с тобой вечерние посиделки или глупые разговоры, знакомство с Диланом в общежитии или же первые впечатления по приезде в город, — улыбка Ричарда поднимает настроение и придаёт уверенности. Парень поднимает голову с плеча Лололошки, позволяя ему сосредоточиться и сделать выбор. Уши зеленоглазого не могли избавиться от пунца из-за тесного контакта. Ричард попросту не мог оторваться от мироходца. После признания к нему стало тянуть только сильнее, а прикосновения казались смыслом жизни. Лололошка простоял в комнате несколько минут, взвешивая свои возможности с предложением Ричарда. В конце концов он коротко кивнул и обернулся к зеленоглазому со слабой улыбкой, выражающей только благодарность. Хоть кошмары и являлись прямой связью с отрицательными, но воспоминаниями Лололошки, парень не хотел встречать их этой ночью. Каждое утро после неприятного представления во сне не было сил даже подняться с кровати, а приходилось, ведь дела с мафией и деньгами не ждут. Все утренние часы становились муторными. По этой причине Лололошка и уходил из дома раньше, что не докучать своим настроением. Мироходец сбрасывает сумочку со своих плеч и аккуратно кладёт её на прикроватную тумбочку, у которой отсутствовала одна ручка. Лололошке будет удобнее, если после пробуждения он сразу же сможет забрать вещицу и умчать по делам. Правда, Ричарда покидать нет желания, Ло нужно будет немного подумать, прежде чем действовать по привычной схеме. Лололошка садится на кровать, рукой подзывая Ричарда к себе, чтобы определить, кто на каком боку будет спать. — Я сплю у стены, ведь ты обычно встаёшь раньше. Не хочу мешать при подъёме, — опередил Лололошку зеленоглазый, распределяя позиции. — Какая же тут всё-таки маленькая кровать. Лололошка согласился с зеленоглазым с помощью молчания. Ричард приблизился к кровати и залез на неё, располагаясь у стены спиной к мироходцу. Зеленоглазый успел забрать свой разряженный телефон и спрятать в карман, на что клетчатый повёл бровью. Лололошка опустился спиной на потрёпанную серую простыню, притягивая одеяло ближе к себе, чтобы было теплее. Оно укрыло обоих парней, защищая от чрезмерного холода. Только вот рядом друг с другом они давно позабыли о низкой температуре. Парни молчат некоторое время, раздумывая над тем, что сказать напоследок. Лололошка смотрит в потолок, прижав руки к груди. Он пытается придумать запоминающуюся фразу, которая содержала бы в себе поддержку для Ричарда. Нужно было присыпать произошедшую ситуацию с Чарли и людьми вокруг, чтобы она не приснилась ему в виде кошмара. Сам же зеленоглазый лежит, притянув колени к себе, и размышляет над ситуацией с Виной и кошмарами Ло. Ричард пытается понять, как исправить положение. Парень обыскивает все уголки сознания, пытается найти способ поднять настроение солнечного мироходца. Они не могут перестать думать друг о друге и осознают это. — Если приснятся кошмары с островом или Чарли то, как ты говорил, попробуй представить там меня. Мы справимся и переживём это, Ричи, — шепчет Лололошка, опуская правую руку на покрывало ладонью вверх. Парень ожидает ответа от Ричарда, который мигом поник, стоило ему услышать о Чарли. — И ты, ну, тоже, Ло. Я всё ещё не представляю, как буду по-прежнему жить без Чарли, но постараюсь принять это. Спасибо тебе за день и то, что пришёл сквозь этот сумасшедший ливень. Ты тоже не волнуйся, сегодня сон обязательно будет спокойным, а с виной и с твоей памятью мы разберёмся. Спустя время, правда, но справимся, — отвечает Труман, откидывая левую руку, чтобы занять побольше места и расслабиться. Концы пальцев парней соприкасаются, Ричард с удивлением поворачивает голову, чтобы посмотреть на создавшуюся картину через плечо. Он сталкивается с вопросительными очами Лололошки, который сразу же среагировал при первом коротком прикосновении. Мироходец и черноволосый продолжали смотреть друг на друга, пока не сверкнула последняя за эту ночь молния. Парни дрогнули и смущённо отвернулись, пока их пальцы влюблённо соединились в замок, застывая в таком положении на всю ночь. Они не уверены, что смогут спать в обнимку после того, что произошло. Трепетные ощущения на губах не проходят до сих пор, создаётся ощущение, что отпечаток первого поцелуя в этой реальности останется навсегда, напоминая клеймо. Простые скреплённые руки доставляют комфорта больше, чем самый интимный контакт. Сплетённые пальцы кажутся самым гармоничным контактом для Лололошки и Ричарда, который может растопить любую их беду. Пусть лучше они будут любить глупо и по-детски, но этого хватит с лихвой. Лололошка прикрывает глаза и тихо шепчет последнюю фразу, направленную прямо к сердцу Ричарда. Кудрявый не знает, услышит ли его возлюбленный, но надеется, что утром получит ответ: — Я тоже люблю тебя, Ричард, не представляешь как. И Ричард слышит, но не шевелится, пока сердце застывает в осознании, а зрачки расширяются. Тоже любит. Капли дождя прекращают своё движение, а чёрные тучи на улице медленно пропадают. Это будет первая полностью спокойная ночь у Лололошки в городе. Ему приснится лишь то, что Ричард находится рядом, обнимает и целует в щёки, одаривая тёплой поддержкой. Не счастье ли это? Вина – чувство, которое не должно быть рядом с каждым вечно. Она долго мучала Лололошку своим присутствием, игралась с чувствами и направляла на худшее будущее. Теперь для неё нет места, ведь её настоящий дом – остров. Придётся покинуть солнечного мироходца, медленно, но пропасть с горизонта. Ричард не боится по кусочкам собирать разбитый бокал Лололошки, ведь он хочет изменить их судьбу. Придётся хорошенько постараться, и времени на это будет предостаточно. Вместо вины медленно расцветает лаванда, кажется, скоро начнется новая эпоха, дарованная сердцами.

***

Солнце сияет ярче прежнего, пока парень прыгает с пакетом продуктов по почти растаявшему снегу на дорожках. Вчерашний ливень прошёл не зря, теперь на многих улочках пропали элементы зимы, оставляя за собой лишь слякоть и лёгкий туман. Если прислушаться, то можно засечь поющих воробьёв с утра пораньше, они уж точно обрадованы изменениям в природе. Не нужно искать себе тёплый ночлег больше, ведь весна начинает перетягивать локоны судьбы в свою сторону. Прохожих окутывает запах невысокой промокшей травы, которая прямо-таки озеленилась от счастья. После глубокой ночи ничего не исчезло, не стало страшнее. Жизнь продолжает идти полным ходом. Поутру гопников не бывает, так что Лололошка не боится, что его засекут лишние глаза. Он встал как всегда рано, по привычке спорхнул в места и побрёл навстречу приключениям. Несколько посылок было с лёгкостью и искренней улыбкой на лице доставлено, а деньги с увеличившимися от чего-то отзывами получены. Мироходцу стало казаться, что после того, как с нового дня он начал жить по-другому, в мире стало просторнее и лучше. Он даже штрафы сегодня не получил, какая удача! За это хотелось благодарить только Ричарда, о котором черноглазый не успел позабыть. Полученные деньги были спущены на продукты без единой слезы жалости, их он ещё успеет заработать. Лололошка думал лишь о том, как бы удивить Ричарда с утра пораньше. В голову взбрело решение приготовить оладьи, ведь им перед отправкой домой нужно хорошо перекусить. Ветерок играется с кудряшками, прохлаждая голову Ло, который резко остановился посреди дороги, хлопая глазами. Вот он дубина, забыл Клео отписаться! Мироходец поджал губы, предполагая выговор со стороны девушки, но что уж поделать, сам поступил безрассудно. Лололошка ударяет ногой впереди стоящий камушек, отправляя его в лужу. На воде вырисовываются несколько кругов, пока мироходец достаёт телефон и включает его. Зарядка за ночь не успела закончиться, что приятно радует взор. Конечно, Ло не в первый раз открывает его за сегодняшнее утро, но зайти в пейджер мироходец решает только сейчас. Очутившись в приложении, он обращает внимание на стопку сообщений от рыжеволосой и всего пару уведомлений от остальных соседей. На самом верху горы волнения красуется Дилан, желающий доброго утра. Лололошка жмурится и открывает чат с Клео, листает вниз, чтобы отправить доброжелательный ответ вместе с извинениями и забавными смайликами. Парень двигается дальше по тропе, медленно приближаясь к дому-корыту. По пути, уткнувшись в телефон, он чуть было не столкнулся лбами с какой-то хмурой брюнеткой, выглядевшей официально. Интересно, как такие личности забрели в эту заброшенную местность? Лололошка крайне рад, что отделался от надоедливой женщины без лишнего ущерба. На него просто повысили голос, да и парень быстренько направился прочь. Главное, что он смог вынести на своих плечах целую гору сообщений вместе с продуктами! Мироходец застыл перед дверью, пальцами проматывая стопку контактов до заветного сообщения от Дилана. Открыв чат с автоматоном, Лололошка пробегается взглядом по тексту и решает поскорее разобраться с продуктами, чтобы после соединиться с геймером без задержек. Бледная рука легла на ручку двери и осторожна потянула её вниз, стараясь как можно тише приоткрыть дверь. В первую очередь в квартире показалась вторая рука с белым пакетом с продуктами, а лишь за ними прошёл Лололошка, хитро хлопая глазами. Его взгляд зацепился за Ричарда, и парень стал анализировать его состояние. Благо зеленоглазый всё ещё не двигался, утопая во снах и мечтах, что являлось хорошим знаком. Время творить! Шаги парня превысили свои прежние размеры, Лололошка старался тихо, но скоропостижно достигнуть подобия кухни, чтобы начать заниматься приготовлением блюда. Стоило парню перемахнуть за стойку, как он облегчённо выдохнул, выпуская из рук тяжёлый пакет. Лололошка приблизился к столешнице рядом с раковиной и наклонился на неё, стараясь определиться с тем, что делать дальше. Из-за амнезии мироходец явно не является лучшим поваром, на что Ло хмурится и достаёт мобильное устройство. С самого утра, нежась на солнышке, он уже успел поискать информацию на просторах всемирной сети, но сосредоточил своё внимание только на нужных продуктах. Теперь же нужно было отыскать сам рецепт. Стоило Лололошке коснуться первой буквы на клавиатуре, как его телефон погасает, выдавая на экране возмущённое лицо Дилана. Автоматон стоит в собственной симуляции, скрестив руки, и смотрит на мироходца, чего-то ожидая. Ло выдавливает нелепую улыбку и не может отпустить из рук телефон, ожидая хоть каких-то слов от Дилана. Не зря же он так резко заявился прямо посреди поиска рецепта! — Ты не ответил на моё сообщение, значит я скажу тебе в лицо. Доброе утро, Ло. Как спалось? Вижу, ты в домохозяйки наделался, — с насмешкой замечает Дилан, поддразнивая Лололошку таким образом. Геймер направился в гостиную общаги, чтобы с гордостью усесться на ярко-красный диван и продолжить диалог с другом: — Рад, что с Ричардом все в порядке. Мироходец чуть ли не роняет телефон из рук, услышав шутливую интонацию геймера. Одной рукой парень оставляет устройство около стены, чтобы Дилану было видно происходящее вокруг, а другой прикрыл половину лица, постепенно обретающую более тёплый оттенок. На действие клетчатый получает лишь многозначительное «угу» и короткий кивок от автоматона. Кудрявый фырчит и вздыхает. Нужно набраться сил и вернуть себе привычный спокойный вид и позу для разговора с Диланом, не хочется получить ещё больше шуток за несколько секунд. — Из меня домохозяйка, как из тебя уборщик, Дилан, — заметил Лололошка, в этот раз встречаясь уже с закатанными глазами автоматона. — Ты, кстати, мне помешал с важным делом – готовкой. Не вечно же ходить и питаться одними ягодами, да сладостями. А ещё нужно, чтобы Ричард не голодал. После смерти Чарли он может запустить своё здоровье, что очень уж нехорошо. Дилан порылся в карманах, доставая собственное мобильное устройство. Геймер уткнулся в него, находясь в неизведанных поисках. Лололошка же повёл плечами и принялся разбирать брошенный на полу пакет с продуктами. Только сейчас парень осознал, что мог повредить что-то из купленных предметов, например, свежие яйца, которые являются неотъемлемо важным ингредиентом для изготовления теста. В общей сложности Лололошка не был уверен, что каких-то продуктов стоило брать больше или меньше, по этой причине он взял их столько, сколько было написано в первом попавшемся сайте. Видимо, искать нужно будет только его. — Оладья решил изготовить? Ладно, бро, это странный выбор на завтрак, но я помогу тебе и продиктую нужные указания. Заодно мы и переговорим насчёт дальнейших действий, связанных с лабораторией. Идёт? — протянул Дилан, поднимая голову, чтобы убедиться в согласии Лололошки. Увидев положительный ответ, парень вновь уткнулся в своё устройство, начиная медленно диктовать, — В глубокую миску просей муку, добавь туда соль, сахар, лимонную кислоту и соду. Потом тебе нужно хорошенько перемешать сухие ингредиенты и вбить яйцо. Лололошка кивнул, начиная действовать точно под диктовку Дилана. Мигом в руках оказалась довольно глубокая миска желтого цвета, в которую парень отправил муку. Руки мироходца работали быстро, он научился справляться с хитростями готовки ещё в походе с Дженной и во время подработки в кафе в центре. Конечно, делал он заказы быстро и по кулинарной книге, отчего постоянно забывал после смены, как и что он создал. Не то, чтобы мироходцу нужна была информация, но теперь кажется, что клетчатому и вправду стоит подмечать в своей жизни много деталей. Время ведь шло, а он застыл только в мыслях про мафию, да про лабораторию. На руках появились белоснежные следы от случайных прикосновений к муке. Мироходцу хотелось досконально прочувствовать то, что он делает, чтобы запомнить это на всю жизнь. Он старается не смотреть на будущее, не представляет в нём один ужас, как просил Ричард. Лололошка решил, что найдёт занятие, которое станет ему близким по духу. Уютное, спокойное и полезное. Именно по этому поводу мироходец так же заинтересовал готовкой, как видом увлечений. Если срастётся с готовкой, то он сможет держать Ричарда и себя в здравии, а заодно получит чудесную плату за «вкусную» работу. Разве не чудесно? — Я хотел Ричарду написать и поддержать как-нибудь. Весь интернет перерыл, а там все советы противоречат друг другу. Где-то пишут, что нужно оставить его в покое, а где-то – наоборот, нужно быть рядом. В любом случае с обоими вариантами успел управиться ты, так что, думаю, мне всё же не стоит ему писать, — проговорил Дилан, откладывая телефон на красную поверхность. Парень осмотрелся, а затем улыбнулся чему-то вне экрана. Лололошка хотел было поразмышлять, что же заметил автоматон, как причина сама покорила колени геймера. Виртуальная Абилка разместилась на Дилане, едва слышно мурлыча. Голова улеглась на чёрных лапах с белыми подушечками, а глаза прикрылись в блаженстве, на что Дилан рассмеялся с нотками нежности: — Ну ты посмотри на неё. Зрачки Лололошки расширились при виде взаимодействий геймера и его питомца. Хотя бы в симуляции они могли встретиться, ведь в реальности для Дилана ещё нет тела, а Абилка осталась на острове, так что встретить её вряд ли удосужится. Мироходец осознаёт, что в произошедшей ситуации не только Ричард потерял своего друга, но ещё и автоматон, только он об этом молчит. Парень решает попробовать завести об этом диалог: — Она чудесна, Дилан. Только вот, что ты собираешься делать, когда обретешь тело? Абилка, ну, понимаешь, она же не переместится вслед за тобой, — клетчатый неловко помялся на месте, прежде чем продолжил следовать рецепту, насыпая соли и сахара вместе с чуточкой лимонной кислоты и соды. Затем, окинув взглядом кухню, Лололошка обнаружил слегка заржавевший венчик, который остался в здании из-за забывчивости прошлых хозяев. Дилан склонил голову и перевёл своё внимание на Абилку, начиная заботливо оглаживать её. Было видно, как сильно нелюдимый геймер привязался к чёрному питомцу. Он аж решил восстановить его подобие при первой же возможности! Не успел Лололошка подумать об этом, как Дилан уверенно произнёс: — Ничего. Не стоит упоминать об этом с беспокойством, бро, я давно принял факт, что шанс нашей встречи с ней очень мал, — Дилан откидывается на спинку дивана, удивляя своим холодным тоном мироходца. — Эта Абилка далека даже от модели автоматонов, что говорить уж о настоящих животных. Разумеется, когда я обрету тело, я не забуду о ней и продолжу предпринимать попытки найти или создать хотя бы подобие. Я же всё-таки программист, может, выйдет что-то. А пока что продовольствуюсь этим. Так как у меня много свободного времени, я написал ей сценарий, Ло. Теперь она может существовать не зависимо от меня. Также я заложил ей некое подобие системы отношений, так что то, что она находится сейчас рядом со мной, говорит о том, что я ей не противен. — Тебе не было даже немного грустно? — спросил Лололошка, забирая одно свежее бежевое яйцо. Парень поднял его над миской и с хрустом разъединил оболочку, позволяя содержимому с рыжей серединой выпасть в гущу муки с приправами. Лололошка хотел узнать Дилана не просто получше, но и попробовать прочувствовать его эмоции. Хоть парень и является автоматоном, но он – искусное создание JDH, больше всего походящее на человека вместе с Дженной и Саймоном. Так почему же не попытаться? — Было, но у меня присутствовало достаточно времени, чтобы обдумать этот вопрос. Вся проблема пропала таким же образом, как и переживания по поводу того, что я автоматон и у меня больше нет тела. Хотя, если с первым я смирился благодаря скептичности, то со второго у меня всё ещё присутствует негодование. Ты ведь пытаешься понять, что я чувствую, да, Ло? Скажу так: всё пройдёт, но на это понадобится время и силы. За один разговор никакая проблема не исчезнет, но она значительно уменьшится, — констатирует факт Дилан, намекая Лололошке на его ночную ситуацию с Ричардом. Странно, что автоматон в этот раз не зарекнулся о теле и о том, как его раздражает сидение в коробке телефона. После своих слов Дилан уткнулся в телефон, продолжая диктовать рецепт: —Взбить миксером, добавить молоко… Чувак, у тебя вообще есть инструменты? Лололошка ухмыльнулся и стал рыться в брошенном пакете под вопросительный взор Дилана. Спустя несколько мучительных попыток выпутать предмет из хватки злобной хватки салафана, мироходец возносит над своей головой современный железный миксер вместе с его чёрным проводом. На кухне слева от телефона как раз находилась розетка, которая была вполне работоспособной, хоть выглядела со стороны заплесневевшей. В доме находился слабый, но поток электричества, за которым владелец совершенно не следил. Наверное, он и сам забыл о том, что у него во владениях находится трухлявое здание. Однако Лололошке это играло на руку, никаких проблем с миксером не будет. — Ты потратил деньги на миксер, который тебе понадобится один раз в жизни, Ло? Боже, чувак, это такая умора, — смеётся Дилан, указывая пальцем в сторону Лололошки. Абилка также поднимает голову, заинтересованно смотря в то место, куда направляет свою ладонь геймер. Питомец старался понять, чем так увлечён хозяин, но в скором времени теряет интерес и ложится обратно, прикрывая глаза. Лололошка щёлкает пальцами и подключает провод к розетке, успевая энергично кивнуть Дилану. Мироходец вдыхает как можно больше воздуха и подносит устройство к миске, а затем поворачивает кнопку. Внезапно по всей комнате раздаётся оглушающий звук быстро вращающихся вентилей, которые начинают старательно вбивать рыхлое тесто, комбинируя компоненты. Рука Лололошки медленно обводит круг внутри миски, как следуя обрабатывая тесто. Уже сейчас хотелось попробовать получающуюся смесь, но Ло решил не рисковать своим здоровьем. Когда миксер прекратил свою работу, Лололошка отложил его на первую попавшуюся мокрую тряпку и вытер лицо рукой, избавляясь от попавших на него частиц теста в результате резких движений. Пока мироходец усердно трудился, Дилан успел закодировать в симуляции кусочек шоколадного торта, который теперь располагается на белоснежной тарелке вместе с серебряной вилкой. Парень наблюдает за кулинарией со стороны Лололошки, как за искусным кино, не издавая никаких звуков и лишних слов. — Тебе-то легко, Дилан, строки вводишь, да всё появляется. Ну ничего, скоро я найду лабораторию, а вместе с тем – твоё новое тело. Будешь со мной жить в одинаковых, как говорится, равноправных условиях, — произнёс Лололошка, дразняще помахав рукой в сторону экрана телефона. После легкой передышки он направился за бутылкой молока, начиная пытать её синюю крышку с росписью компании. Мироходец попытался провернуть её, чтобы быстро покончить с молоком, но ничего не вышло. Уж очень крепко крышка вцепилась в горлышко бутылки. Никак не желает поддаваться действиям! Дилан преподнёс к своему рту кусочек сладости и вкусил его, оставляя Лололошку без ответа. Брови автоматона опустились в хмурости, а зрачок поменял свои размеры сразу же после слов мироходца. Между тем Лололошка в возмущении выхватил со стола небольшой, но острый ножик, чтобы избавиться от крышки. Клетчатый аккуратно поддел её и провернул нож вверх, таким образом отдирая небольшую часть проблемы. Лололошка принялся повторять действие, пока крышка окончательно не поддалась и с глухим стуком не упала на пол, укатываясь в темноту стола. Мироходец хотел было отправиться за ней, чтобы вернуть на рабочее место, как сзади раздалось покашливание в кулак от Дилана: — Ло, пока что повремени с походом в лабораторию, —произнёс автоматон, слегла прикрывая глаза, чтобы выразить свою серьёзность непонимающему мироходцу. — После произошедшей ночью ситуации тебе стоит морально отдохнуть, а не пытаться помочь всем вновь. Я терпел всегда, значит, что и сейчас смогу подождать. — Дилан, я знаю, что делаю. Да, я определённо всё ещё не в порядке, но ты же сам говорил, что проблемы не решаются за один вечер. Будет легче, если мы найдём тебе тело и будем решать поставленные задачи уже втроём. Я правда хочу этого, не волнуйся, — промолвил Лололошка с улыбкой, решая не трогать крышку, затем он покрепче ухватился за бутылку молока и наклонил её, чтобы вылить часть содержимого в миску. — Знаешь, сегодня мне не снились кошмарные воспоминания и я чувствовал себя бодрее. С души словно камень сняли. Я готов трудиться вновь и вновь, ха-ха. Определённо предстоит ещё много работы в этом городе, чтобы добиться спокойной жизни, но мы же справимся с ней, верно? Я хочу прислушаться к совету Ричарда и перестану думать о будущем, как о чём-то ужасающем. Не знаю, правда ли хочу впитывать в себя каждый момент настоящего, но хотя бы попытаюсь в первое время. Может, это в самом деле изменит меня в лучшую сторону? — Звучит неправдоподобно, Ло, — заметил Дилан, прежде чем уткнуться в телефон, чтобы продолжить считывать рецепт, — Продолжай взбивать до однородной консистенции. Добавь растительное масло. Взбивай ещё примерно 2 минуты. Должно получиться довольно густое тесто. Лололошка возвратился к столу и подхватил миксер, показательно вращая его меж своих пальцев, парень посмотрел на Дилана. В его глазах застыла тягучая вечность, показывающая, что высказывание автоматона – правда. Ло упустил с губ улыбку и обратился к геймеру: — Раскусил, но только наполовину. Мои слова – чистая правда, а вот выражение лица – частично. Улыбка для незнакомцев всё ещё выходит криво, не думаю, что в ближайшее время получится выдавить что-то дельное. Я верю тебе и Ричарду, мы прошли через многое, ну, по моим рамкам, а вот остальные для меня всё ещё чёрные прохожие, — склоняет голову Лололошка и начинает энергично жестикулировать, расставив руки по обе стороны. — Люди вокруг кишат жизнью, а я остаюсь пустым руслом. Не уверен, что готов сейчас менять это, хотелось бы хотя один раз посетить Линду Бермут и обсудить с ней проблему. Эмоции – это целая система, напоминающая огромное дерево, а начало оно, должно быть, берёт с меня. Я хочу попытаться спросить у своих воспоминаний насчёт того, кто я на самом деле. Даже самый худший исход даст мне толчок в сторону исправления, если только я могу рассчитывать на опору. Лололошка взглянул на Дилана с невидимой надеждой, намекая на его кандидатуру с Ричардом. Пока геймер молча смотрел в экран, мироходец успел слабо прикусить губу, измываясь в ожидании. Автоматон привстал, отпуская кошку со своих ног, а затем протянул руку в сторону экрана, слегка улыбаясь: — На мою точно можешь, но при условии, что ты ни в коем случае не отпустишь попытки найти мне тело. Телепатически помогать тебе намного труднее, чем в живую. Чел, клянусь, у меня после такого долгого ожидания точно появится триггер на одиночество, — Дилан уставился на Лололошку, стараясь что-то разглядеть в нём. Между тем мироходец благодарно кивнул и вновь включил миксер, начиная взбивать тесто вновь. Катышки в тесте медленно исчезали, создавая вместо рыхлой кучи спокойную пелену однородной консистенции. Лололошка завороженно наблюдал за изменениями в структуре, запоминая каждую деталь. Несмотря на это плечи парня оставались в напряжении, он почти что был уверен в том, что что-то пойдёт не так. Руки Лололошки прочно вцепились в миксер, сжимаясь до побелевшей кожи. — Если ты хочешь начать исправлять проблему, то ты в первую очередь должен принять произошедшее ночью со спокойствием, — произнёс Дилан, как только миксер прекратил свою работу, и Лололошка принялся добавлять в структуру растительное масло. — Твои движения скованны, а привычки остались такими же. Посмотри на свою губу, которую ты вновь чуть ли до крови не прокусил. Постарайся воспринимать готовку, как отвлечение от внешнего мира и способ воссоединиться с мыслями. Ну, не знаю уж, может, поможет. По крайней мере так пишут в интернете. Лололошка вопросительно взглянул на автоматона, который успел за несколько минут обуздать узы психологии во всемирной сети. Мироходец был ему благодарен за оказанную помощь, руки ослабили хватку, пока тело постаралось расслабиться. Вентиль вновь закружился спиралью и опустился в тесто, пока Лололошка старался создать удобное для него положение. Постарался ровно дышать и сосредоточился на спокойствии вокруг. Сейчас он находится рядом с Диланом, которому доверяет и готовит оладья для себя и сладко спящего Ричарда. Ло под защитой, всё хорошо. Лололошка медленно прикрывает глаза, погружаясь в полную тьму, в которой он хочет подумать о происходящей ситуации, желает найти выход из волнения и кусков Вины. Мироходец ощущает себя одиноким в гуще бесконечного беспамятства, старается выкрутить счастливые моменты в мозг, но ничего не выходит. Вместо этого Лололошка осознаёт, что рассудок уходит в сторону. Он больше не может контролировать его. В голове трескается самосознание, передавая парня в руки воспоминаний. Лололошка старается открыть глаза, но они словно окаменели и перестали поддаваться его воле. В разуме становится светло, Ло видит перед собой небольшой мирок, ограниченный чёрными стенами. В нём расположен храм из светло-коричневых кирпичей. Некоторые бежевые колонны украшены золотыми кристаллами, которые так и завораживают взор. В одной из стен стоит большая еловая дверь, украшенная кровавой растительностью. Она приоткрыта, предоставляя вид на подобие космоса или вечности. На краю сидит парень из видения с двумя парами чёрных крыльев, на которых порой мигают глаза. Стоило мироходцу совершить шаг вперёд в сознании, как живот сильно скрутило, заставляя его закашляться. Таинственное существо спереди оборачивается, сверкая аметистовыми глазами. Стоило ему опустить свой взор на незадачливого мироходца, как на лице расцвела нахальная улыбка. Ресницы Лололошки дрогнули, как только крылатый начать подходить к нему. Парень хотел было сделать шаг назад, чтобы сбежать, но тело словно примагнитилось к полу. Ло застыл, наблюдая за тем, как белоснежный незнакомец остановился перед ним и протянул руку, чтобы грубо ухватить на подбородок. Могучие крылья расправились в полную силу, красуясь своими настоящими размерами. Они обвили Лололошку, создавая пугающую клетку. —« Невозможный мироходец, вот ты и попался. Думал, что убежишь от правды с помощью небольшого отвлечения и советов своего зеленоглазого дружка? Не забывай, что Я и JDH не перестанем предпринимать попытки достать тебя и вернуть в родную реальность. Мы найдём тебя, где бы ты ни был. Ты – наша добыча », — беловолосый оскалился, его зрачки покрылись чёрной пеленой, которая заставила ноги подкоситься. Лололошка принялся мотать головой, пока руки вцепились в волосы. Парень старался убедить себя, что это всего лишь глюк или кошмарное воспоминание, что ничего такого на самом деле нет. Однако помещение не пропадает. Его зацикленность на существовании вины попросту играется с ним и не хочет отпускать. Лололошка давится воздухом, опускает глаза вниз и слабо трясётся, будучи напуганным внезапными зрелищем. Крылатый парень же склоняется перед и сильнее задирает голову Ло вверх, заставляя сощуриться от неприятных ощущений — Думаешь, проблема сама по себе рассосётся? Как же ты слаб, мироходец, пытаешься найти в себе ответ, не замечая, как губишь. Не игнорируй проблему, пойми наконец, что и Ричарда, и Дилана, и эту реальность ты вскоре бросишь, как только мы получим координаты. Чего ты добился за эти месяца? Подверг людей опасности, разрушив город, вступил в противоречащую закону группировку, верно? Представь, как же страдали семьи, узнавая о смертях. И в этом Виноват только Ты », – холодно вбивает информацию в голову Лололошки незнакомец, игнорируя его состояние. Лололошка желает заплакать, но слёзы застыли глубоко в теле. Зубы потягиваются, чтобы оттянуть губу и прокусить наконец-то до самой крови, но мироходец внезапно останавливает себя. Если он вновь поддастся привычке, то не найдёт больше пути к счастливой жизни. Стоит ли рисковать? Всё, что совершал парень, было нацелено на спасение и освобождение мироходцев от постоянной лжи и обмана. Лололошка пытался открыть людям на правду об тирании и автоматонах, чтобы укрепить справедливость. Если люди издевались над Диланом и ему подобных созданиях, то это всецело их вина, а не его. Лололошка расслабляет руки, заставляет их устало упасть на узоры на полу храма. Он находит в себе силы поднять взор на крылатого незнакомца, смотрит холодно. Парень же решил, что с этого дня станет жить по-другому, что попытается выпутаться из нитей рутины и кровавых ужасов! Только вот, когда он встретился с тьмой один на один, то забыл о принятых уставах. Лололошка видит явно не воспоминание, не что-то важное, а собственный страх. Мироходец дрожит всем телом, истекает потом, но не может оторвать взгляда. Вокруг тьма так и сверкает своими голодными ртами, которые хотят ухватиться за слабые места клетчатого, желают опустить его на нишу бездны вновь. Если парень решил жить по-новому, то почему он всё ещё боится противиться воле придуманного создания? —« Безэмоциальная кукла, считающая, что может изменить систему, работающую в течение множества миров. Не считай себя пупом земли и прими собственную слабость », – проговорил беловолосый, он опустил корпус чуть ниже, чтобы приблизиться к лицу Лололошки. Прими собственную слабость. Если ты хочешь начать исправлять проблему, то ты в первую очередь должен принять произошедшее ночью со спокойствием В голове раздаются слова Дилана, а по всему телу проходит жжение от бывших прикосновений Ричарда. Лололошка приподнимает дрожащую руку и опускает её ладонь на кисть руки беловолосого, стараясь отодвинуть. Лололошка переживал о том, что происходило в будущем и прошлом, но теперь старается стереть эти волнения. Только парень забыл, что он не исправил настоящее, где всё ещё чувствует себя потерянным среди гущи людей. Ло чувствует, что хочет отступить, но не отходит. Если создание перед ним хочет, чтобы Ло принял свои слабости, то он сделает это. — Я сделаю, как ты хочешь, — проговорил Лололошка, наблюдая за тем, как крылатое существо довольно оскалилось и потянулось к губам мироходца, чтобы соединиться с ним, но парень успел прервать его одним предложением: — Я приму свои слабости, Вина. Ужасающее Лололошку существо отпрянуло, с отвращением мотая головой в знак отрицания происходящего. Мироходец открыл истинное лицо создания, сказал прямо, что принимает собственные слабости. Сделал то, что поручила ему Вина, но всё равно не впал в агонию, как было это ранее. Кошмары, ужасы, видения и воспоминания – всё это давило Лололошку, закапывало его в безразличии и унынии. Всё должно пройти точно также, но этого не случилось. Цепочка прервалась. Лололошка принимает Вину и её нахождение здесь. Принимает себя таким, какой он есть. Пользуясь загнанной работой разума страха, мироходец поднялся на ноги и ринулся вперёд, поглощённый энергией, которая напоминает адреналин. Стоило парню коснуться манящей пустоты в дверях, как храм раскололся на две части, оставляя Лололошку и Вину на разных половинах. Мироходец обернулся, в последний раз оглядываясь на крылатого незнакомца, но его там не оказалось. Впереди находился лишь огромный чёрный силуэт, весь покрытый голубыми глазами. Дыхание перекрывается, Ло уже видел похожую картину ночью. Странности поглощают тело, но Лололошка решает разобраться с ними позже. Мироходец шагает назад и падает в пустоту, растворяясь в её волнах. Парень открывает глаза, замечая привычную кухню. Дилан шумел в телефоне, пока Лололошка попросту завис с миксером в руках. Мироходец не мог понять, когда успел выключить устройство и потратить 2 минуты на то, чтобы взбить тесто. Лололошка уронил предмет на стол, начиная ликующе ощупывать собственное тело. Он смог справиться с кошмаром, который обычно утягивал его на самое дно, выводил на паническую атаку. Разумеется, Ло не смог одолеть его, но пересилил себя и сбежал из цепей. Он сделал ещё один шаг в сторону свободной жизни. Принятие страхов – испытание к конечной цели, и Лололошка смог дотронуться до него. Он стал сильнее. — Чел, ты только что застыл, а потом стал корячиться от боли. Я пытался достучаться до тебя, но ты усердно игнорировал все попытки. Ты что-то видел? — спросил Дилан, приблизившись к экрану с напряжённым лицом. — Кошмарное воспоминание. Дилан, я поборол его сам, не упал в обморок, как обычно, понимаешь? Я смог, я.., — начал тараторить Лололошка, стараясь отдышаться. Улыбка на губах сама засветилась, пока в теле появился большой объём энергии. Ло точно знает, что находится на верном пути. Хотел он было начать описывать всё происходящее в подробностях, как вдруг услышал громкие шорохи с противоположной стороны комнаты. Ричард понемногу стал просыпаться. — Я думаю, что он скоро проснётся, Ло. Если ты хочешь поделиться своим видением, то сохрани его в памяти до того момента, как закончишь все дела, — произнёс Дилан и расслабленно выдохнул, — пока ты был в этой иллюзии, я уже успел выучить продолжение рецепта. Доставай сковороду и хорошо разогревай, ложкой выложи небольшие порции теста, желательно округлой формы. Затем жарь оладья на минимальном огне примерно 1-2 минуты и, как только на поверхности появляются пузыри, можешь переворачивать. Лололошка принялся за дело, быстро открыл практически все имеющиеся шкафы и вытащил массивную чёрную сковородку, на которой Ричард когда-то готовил им завтрак. Помнится, они вместе наслаждались яичницей под песни птиц. Лололошка ожидает, что сегодняшний завтрак будет похож на эти воспоминания. Только в этот раз парни поменялись местами, что добавляет новизны. Стоило пальцам прикоснуться к плите, как на ней мигом загорелись огоньки, поверх которых была поставлена сковорода. Работа пошла в гору, Дилан не успевал реагировать, как Лололошка уже занимался нужным делом. Оладья с лёгкостью подлетали вверх, когда достаточно подрумянивались. Правда, первые два из них улетели на пол под нервные хихиканья Лололошки и бурчанье автоматона, но они быстро отправились в урну. Клетчатый еле сдерживался перед желанием съесть все оладья разом, каждый раз облизывался, стоило ему только зацепиться за еду взглядом. Когда на двух тарелках оказалось в сумме 12 оладьев, Лололошка выключил огонь и принял решение, что на этом кулинарную работу можно завершить. Парень довольно осмотрел свою работу, а затем преподнёс её прямо к экрану, чтобы Дилан смог подивиться умениям мироходца. Ощущения спокойной готовки отличались от того, что Лололошка получал в центре. Никто на тебя не топчет ногами, не злится. Лололошка тратит столько времени, сколько ему угодно, он ведь никуда не опаздывает. Мир стал тише и позволил мироходцу отдохнуть от постоянных головокружительных событий. Лололошка соврёт, если скажет, что с Диланом ему не понравилось проводить время в разговорах и в полезном деле. Остаётся всего ничего, лишь украсить получившуюся гору оладьев с помощью дополнительных приправ. Лололошка закупился ими, кажется, на всю жизнь. Банки варенья, кремов и сладостей станут отличным способом быстрого восполнения настроения. — Отличная работа, Ло. Ты молодчина. И я говорю не только про оладья, но и про страх, — похвалил парня автоматон, наблюдая, как тот начинает радостно кружиться вокруг себя, чуть ли не опрокидывая тарелки. Дилан на это лишь обводит круг глазами и ухмыляется. Он ощущает себя рядом, хотя находится всего лишь в коробке телефона. Геймер замечает, что Лололошка от радости теряет время, так что спешит ему напомнить об этом: — Не забывай, что твой горячо любимый друг скоро проснётся или у тебя разрядится телефон, так что пото… Доброе утро, Ричард. Лололошка пошатнулся, мигом убирая все тарелки за спину на стол. Парень закрыл своим телом всё приготовленное добро, оборачиваясь к Ричарду с добросовестной улыбкой. Только что сюрприз мироходца могли увидеть раньше положенного времени, что никак не должно было произойти. Лололошка стоит нервно, глядит исподлобья на Дилана, одними губами выражая просьбу помочь. На это автоматон закатывает глаза в несправедливости и на ходу придумывает план отвлечения. Сам же зеленоглазый только поднялся с кровати. Приметив Лололошку у плиты, он поспешил к нему, чтобы пожелать доброго утра и обсудить заевшийся в груди вопрос. Слова, сказанные мироходцем перед сном являлись правдой или обычной глупостью? Ричард надеется, что ему не послышалось, что они смогут стать ближе. Сын уборщиков выглядел потрёпанно: волосы торчали по сторонам, одежда везде помялась, а из глаз ещё не успела развеяться дымка сна. Парень замедленно реагировал и не обращал внимания на многие странные детали, ему было дело лишь до клетчатого. Ричард протёр глаза и зевнул, чтобы окончательно проснуться. Парень обвёл взглядом всю фигуру Лололошки, прежде чем приметил, что по кухне витает странный запах, который так и манил к себе. В животе тут же стало неприятно посасывать, пока Ричард старался разобрать, где находится его источник. — Доброе утро, Ло, — пробормотал Труман, делая шаг вперёд, чтобы вдохнуть как можно больше губящего аромата, который только усилился. — Ты что-то принёс? Запах на весь дом сквозит. Лололошка неловко помахал Ричарду рукой, сильнее прижимаясь к столику, чтобы получше загородить приготовленный сюрприз. Парень не издал ни звука, ведь знал, что одно простое доброе утро выйдет с писком, который точно раскроет его хитрые планы. Дилан в экране телефона попытался позвать Ричарда, на что получил лишь холодное игнорирование. Зеленоглазый и вправду был сосредоточен только на Лололошке. Автоматон пожал плечами, откидываясь на спинку красного дивана в полной безысходности. Видимо в защите блинов он помочь не сможет. — Всё в порядке, Ло? Ты чего вжался в стол? — спросил Ричард, делая шаг вперёд. В изумрудных глазах сверкнуло то, чего так боялся Ло – интерес. Зеленоглазый, словно любопытный котик, постарался задрать шею, чтобы увидеть скрытую мироходцем вещь. Только вот ничего не вышло, кудрявая голова то и дело загораживала вид, заставляя Ричарда возмущенно буркнуть: — Ну дай посмотреть. Лололошка вертит головой с заметным отрицанием, не подпускает к себе Ричарда с помощью выставленной вперёд руки. Труман возмущённо хмыкает на преграду и встаёт прямо перед ней. Зеленоглазый склоняет голову в бок и спрашивает вновь: — Что там такое, что я не могу посмотреть, Ло? — бровь Ричарда поднимается, но Лололошка продолжает стоять, не издав ни звука. Парень лишь качает головой в очередной раз и грозит вторым пальцем, таким образом стараясь отогнать Ричарда. Лололошка надеется, что его хлипкие угрозы подействуют на черноволосого, но его сонную натуру это только рассмешило. — Тогда я сам узнаю, что ты скрываешь, — неожиданно заявил парень. Не успевает Лололошка и пропищать, как Ричарда ловко перехватывает его вытянутую руку и закидывает себе на шею через плечо. Обезвредив преграду, Ричард придвигается ближе и обхватывает свободной конечностью талию Ло, чтобы прижаться к негодному мироходцу. Кудрявый стремительно краснеет и начинает бить по спине Трумана свободной рукой, но обезвредить хитрого зеленоглазого не успевает, ведь тот уже положил свой подбородок на плечо Лололошки. Изумрудные глаза встречаются вместе с тарелкой. Он победил. Ричард вдыхает запах и понимает, что нашёл его источник. Понадобилось всего несколько секунд для того, чтобы Труман радостно пискнул: — Ты приготовил для меня оладья? — ноги Лололошки оторвались от земли, когда Ричард решился переместить его в бок, чтобы подробнее изучить закуску. Только горячие после сна руки отпустили тельце мироходца, как они нашли новое занятие – растягивание свежих рыжих оладьев. Ричард смотрел на них завороженно, игрался так, словно видел впервые. Парень был приятно удивлён тому, что Лололошка решил устроить ему сюрприз, будучи не самым искусным поваром. Конечно, он видел, как мироходец подрабатывал в кафе в центре, но не был уверен в его кулинарных способностях. Ричард приоткрыл рот и погрузил дурнящий запахом оладушек, откусывая его часть прямо перед затихшем в смущении и ожидании Лололошкой. Труман стал медленно разжёвывать угощение, стараясь сохранить вкус во рту на продолжительное время. Раньше оладья готовила ему только мама, и то очень редко, ведь она часто не находилась дома. От еды витали в воздухе элементы заботы и кропотливого труда Лололошки. Стоило Ричарду прожевать кусок и проглотить, как он размяк в тепле, в животе распространилось приятное ощущение. Есть хотелось ещё и ещё. — Ты ведь приготовил этот завтрак для нас, верно? Спасибо тебе, Ло, это очень вкусно! — прокомментировал Ричард, продолжая уминать приготовленный оладушек, не замечая, как в ход пошёл уже второй, а то и третий. Лололошка лишь развёл руками и поспешил приблизиться к увлечённому закуской Труману. Нужно забрать у него тарелки, а то вся еда не улетит за пару минут. — Я старался, а ещё мне диктовал рецепт Дилан. Садись за стол лучше, а не стой просто так, — цокнул Лололошка, унося приготовленную пищу в сторону деревянного стола. Мироходец любезно отодвинул стулья и поставил тарелки на деревянную поверхность, дополнительно обнося их вилками, чтобы лишний раз не отвлекаться. Помнится, что под ножками стола находится крышка от бутылки молока, но Лололошка предпочитает забыть про неё до самого последнего момента. Ричард кивнул и поспешил присоединиться к мироходцу вместе с оставленными на столе приправами. Лололошка не желал выбирать добавку, так что Ричард взял на свой выбор обыкновенное клубничное варенье. С помощью ножа банка практически сразу поддалась, а вскоре и потратила свои запасы. Парни сели напротив друг друга, начиная завтракать в тишине. Труман старался подхватить как можно аппетитных оладьев, пока Лололошка уныло водил по закуске своей вилкой, раздумывая над тем, как обратиться к Ричарду и узнать о его самочувствии. — Как ты, ам, поспал? — начал диалог Лололошка, вкушая кромку рыжего творения. Его глаза столкнулись с зелёными очами, огонь в которых медленно пошёл на спад. Ричард сглотнул и поджал губы. Слегка отодвинув от себя тарелку, он откинулся на спинку стула. Труман неуверенно помялся, а затем разместил на столе свои локти, укладывая подбородок на сложенные лодочкой ладони. — Никак не могу перестать думать о Чарли, — признаётся Ричард. Он приподнял голову и провёл рукой по лбу. Мысли о верном друге не желали отступать, но перестали быть столь назойливыми. Лололошка приоткрыл губы и потянулся к зеленоглазому, но его прервала хватка умелых смуглых рук. Ричард отрицательно качнул головой, заставляя мироходца вернуться в исходное положение. Черноволосый отправил в рот сладкий оладушек, пока Ло старался сдерживать эмоции внутри себя. Труман ведь ясно указал на то, что сейчас не время высказываться. Благодарность за бездействие стала витать в воздухе до того момента, как Ричард вновь не подал голос: — Мне стало легче, Ло. Только вот страхи никуда не ушли, мне всё ещё не по себе, не могу смириться с произошедшим. Всё, кажется, потеряло смысл, хочется лечь в кровать и уснуть вновь, чтобы не видеть жестокой действительности, — зеленоглазый отставил тарелку и стал тихо постукивать пальцами по столу, тема неимоверно жгла сердце. — Ну, кхм, почти всё. Быстро вспорхнув со своего места, Лололошка направился к горюющему и остановился около него со скрещенными у груди руками. Оладья на столе не сдвинулись места, начиная остывать в отсутствии их мучителя. Тёмные брови Трумана поднялись вверх, парень слегка отодвинулся назад, чтобы сохранять дистанцию. Похоже, начинается очередная волна разговоров и помощи от мироходца. Ричард не утверждает, что это плохо, но предпочёл бы избежать этого. Парень желал обдумать всю проблему самостоятельно, личные указания служили бы лишней морокой. Ему нужно собрать кучку своей мужественности к кулак, а не плакаться за столом. — Ричард, ты чувствуешь себя потерянным сейчас, верно? Должно быть, ты всё ещё злишься на произошедшую ситуацию, мучаешься от того, что не можешь вернуться обратно и обняться с Чарли вновь, да? — рука мироходца прокружилась в воздухе, рисуя происходящую картину. —Ты не виноват, Ричард. Я… — Я не хочу говорить об этом сейчас, Ло. Я просто пытаюсь отстраниться от этих мыслей за вкусной трапезой и ярким днём. Извини, правда, но, думаю, что мне нужно сейчас подумать о случившемся самостоятельно. Я не прогоняю тебя, нет-нет, просто хочу предупредить, — по столу прошёл звенящий удар, Ричард вскочил с места и приблизился к Лололошке. — Извини, я не хотел тебя обидеть этим или что-то в подобном роде. Зеленоглазый стыдливо переступил с ноги на ногу, изучая пол. Парень готов был услышать лепет Лололошки вновь, повествующий о продолжении переговоров. Только вот его не последовало. Вместо этого по телу разошлось неизвестное тепло, которое позволило расслабиться и выдохнуть. Ресницы Ричарда слегка дрогнули, прежде чем он понял, что находится в объятьях мироходца. Смуглые руки с лёгкой дрожью взаимно обвили тело Лололошки, смыкаясь на спине. Голова Трумана опустилась на плечо, пока сам он стал нервно хихикать. Тело потеряло свою тяжесть, а мир вокруг стал незримым созданием. Парень испускал звуки не то от нервов, не то от волнения за ситуацию с Чарли, не то от любви. Он продолжал горько усмехаться, пока Лололошка рядом не прочистил горло и не подал голос: — Я и не собирался тревожить тебя проблемой с Чарли. Ричи, я просто хотел сказать, что ты молодец. Держишься, не сдаёшься. Продолжай в том же духе. Знай, я постараюсь всегда быть рядом. Мы справимся со всем и станем счастливее, чем сейчас и были, — чётко проговорил Лололошка, отстраняясь от Ричарда, чтобы взглянуть ему в глаза. Мироходец надеялся, что смог вселить в черноволосого больше уверенности, чем было до этого момента. Только успел Труман смущённо кивнуть, как кудрявый со скоростью ласточки прокружился обратно к своему месту, чтобы приняться за слегка остывшее блюдо. Произошедшее несколько секунд показалось вымыслом, мироходец сидел так, словно ничего не случилось. Ричарду оставалось лишь присоединиться к Лололошке без какой-либо причины. Тарелка была пуста, только варенье сверкало на её гранях. Нужно бы убрать посуду, но тело, казалось бы, приклеилось к стулу. Ричард стал глупо смотреть на Лололошку, дожидаясь момента, когда он закончит завтракать. Время плыло, ударялось волнами о кромки миров, а оладья медленно пропадали с глаз, оставаясь частицами в желудке. В воздухе кружилось молчание, которое часто обрывалось завыванием ветров за окном или хрустом пищи во рту мироходца. Ричард уложил локти на стол и замкнулся в их тьме, вспоминая приятные моменты с Чарли, парень старался решить важный вопрос в своей голове: что делать дальше? Лололошка же рядом сверлил чёрными глазами белоснежную тарелку. В голове не было ни единой мысли, но всё равно парень без причины зависал порой, смотря в одну точку. Даже тогда, когда он окончил завтрак – не смог сразу оторваться от бессмысленной зацикленности. Приложив усилия, мироходец поднялся с места, также молчаливо стал захватывать в руки пустующие тарелки вместе с приборами. Посуда мирно переходила из места в место, не издавая лишних шорохов или звуков. Лишь один раз, дотронувшись до стены слева от раковины, тарелка прозвенела, заставляя Ричарда приподнять голову с интересом. Лололошка тихо фыркнул и продолжил приводить стол в полный порядок. Прежде чем начать мыть посуду, парень решил протереть поверхность стола, чтобы избавиться от появившихся после оладий крошек. После встречи с водой из крана тряпка стала достаточно мокрой, чтобы впитать в себя лишнее недоразумение. Лололошка провёл ею по столу, замечая на себе ожидающий чего-то взгляд. Мироходец не придал этому особого значения и усердно продолжил избавлять мебель от лишней грязи. Благо, парни не были полной некультурщиной, и на столе покоилось минимальное количество крошек или капель варенья. Стоило Лололошке вернуться к раковине, как взор уткнулся в погасший телефон. Видно, Дилан решил не тратить время на трансляцию своего мирка и поскорее прикрыл его, когда Ло и Ричард начали завтракать. Мироходец оглянулся, чтобы убедиться, что ему никто не помешает во время разговора с автоматоном. Пальцы ловко обошли экран блокировки, и Ло оказался в пейджере. Парень не совершал лишних действий, так что он остался там, где был: в диалоге с геймером. От Дилана успело поступить несколько новых сообщения, которые содержали в себе исключительно рабочие детали: «Чем бы ты хотел сегодня заняться? Раз ты так утверждаешь, что готов продолжать свой план с таким-то состоянием.» «Можем пойти к барменше и взять парочку новых заданий. Ещё есть вариант оказаться на территории Санчеза и копнуть глубже, чтобы отыскать лабораторию JDH.» «А, может, ты подумываешь над записью к Линде?» «У тебя миллионы вариантов. Освободишься – ответь», — на этом тирада сообщений от автоматона заканчивается, оставляя Лололошку с тучей возможностей в голове. Желание отказаться от всей работы под предлогом отдыха кружилось и цеплялось за одежду, но мироходец поспешил отбросить его. Нужно всё же довести дела до конца. Вся ситуация с Марло Брендо и с Диего Санчезом вела лишь к одному исходу – нахождению пути в лабораторию. Она способна решить множество проблем: Дилан обретёт тело, Лололошка сможет отправить сообщение в родную реальность, появится больше информации о JDH. По этой причине остальные варианты сразу же отпадают прочь. Да и что такого в мирном поиске лаборатории? Никаких убийств, сокрытия личности и преступлений, Ло всего-то порыщет у Санчеза под носом. Звучит, правда, пугающе. Мироходец слегка сморщился, идей, что на уме у чокнутого главы, совершенно нет. Однако жизнь всего лишь одна, будет Ло стоять на месте – провалит сразу же кучу миссий и целей. Парень сам не замечает, как машинально проводит пальцами по клавиатуре, чтобы обозначить Дилану своё итоговое решение. Лололошка едва замечает, что по полу проезжаются ножки стула, невыносимо противно скрипя. Телефон отходит обратно на стол. Только Ло собирается выключить его и обернуться, как на его плечо опускается ненавязчивая хватка руки Ричарда. Экран устройства теряет свой смысл в глазах мироходца, продолжает светиться бессмысленно и одиноко. В пейджере светятся три синих кружков, которые символизируют печатающего Дилана. А ведь геймер всё видит сейчас. Вновь. Лололошка повёл плечом и слегка повернул корпус тела и голову. Парень окунул свой взор в изумрудные глаза напротив, непрерывно горящие одним сплошным вопросом. Губы Трумана слегка подрагивали от неуверенности, пока парень продолжал стоять, сжимая ткань одежды Ло. Ричард вспомнил о том, что желал узнать с момента пробуждения. Думы о Лололошке, о его поддержке и ситуации натолкнули мысли на одну неразгаданную тайну, которую он может разъяснить прямо сейчас: — Я хотел узнать, Ло, — ласково произнёс Ричард, стараясь настроить кудрявого на доброжелательный разговор, который не спугнул бы его. — Помнишь, ты говорил со мной перед сном? Я о твоих самых последних слова вчера. Лололошка напрягся, стараясь перенести своё сознание во вчерашние воспоминания. Парень рыскал сквозь фразы и прикосновения, на мгновение задерживаясь на поцелуе, который всё ещё мозолил кожу. Лишь спустя несколько секунд Ло опомнился, осознал, что вчерашней ночью произнёс слова ответного признания. Неловкая улыбка приукрасила его выражение лица, пока по щекам прошлись уколы стеснения. Загаданное мироходцем находится прямо перед ним: Ричард услышал сказанное ночью и решил поговорить об этом, но всё произошло слишком внезапно. Они, должно быть, могут начать встречаться, раз произнесли одинаковую мысль перед сном, но в голове колотится ожидание худшего исхода. Если красноречие Ричарда будет ошибкой, то сможет ли это принять Ло? Догадок никаких, мироходец лишь сдержанно кивает, стараясь вернуться в реальность. — Хорошо, Ло. Ответь мне на всего-то один вопрос, пожалуйста, без шуток, это очень важно, — мироходец вновь кивнул, ожидая услышать продолжение речи зеленоглазого. — Произошедшее вчера является недоразумением для тебя? — Я так не считаю, — в ту же секунду выпалил мироходец, мысли о ситуации кружились вокруг Ло во время прогулки, видения и сна, он успел принять окончательное решение, которое должно стать первым шагом в сторону счастья. — Мои слова – не ошибка. Однако что насчёт тебя, Ричи? Мягкие прикосновения к плечам кудрявого внезапно спали. Лололошка бегло осмотрел себя и хотел было поднять вопросительный взор на Ричарда, но не успел. Его талию окружили сильные руки, решающие оторвать ноги мироходца от пола с помощью подъёма в воздух. Вокруг Трумана словно засверкало поле ярких звёзд, по его лицу расплылось облегчение и радость за произнесённые Ло слова. Ричард со смехом закрутил Лололошку вокруг себя, ощущая в сердце облегчение. Его сердце не станет разбитым, сказанное ночью не приснилось и не явилось бредом. Лололошка жив, находится рядом, покрывшийся розоватой пудрой на щеках, но такой родной. Ричард готов любоваться им при свете яркого солнца из окна вечно. Становится теплее при каждом повороте мироходца вокруг себя, не это ли сердце трепещет? — Успокойся, Ричи, ты меня сейчас до тошноты укружишь, — со смехом промолвил Лололошка, краснея с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Его ладони обвили оба плеча Ричарда, а голова слегка наклонилась вбок. Парень еле справлялся с крапинками хрусталей на глазах, которые образовались из-за продолжительного веселья. Ричард замер, а затем энергично закивал, опуская замученного мироходца обратно на пол. Зеленоглазый и сам покрылся пунцом от неожиданной активности. Труман слегка помял шею и прохрустел пальцами, прежде чем начать диалог: — Извини, Ло, я как-то на радостях увлёкся, — похлопал глазами Ричард, неловко переминаясь с ноги на ногу, его глаза всё ещё сверкали от бурной любви к солнечному мироходцу. — Я не думал, что всё это станет правдой, что чувства так вскружат голову, ха-ха. Ло, я так счастлив! Я взаимно люблю тебя. Люблю, люблю и люблю! — И я тебя, — проговорил Лололошка, обращаясь к каждой частичке тела зеленоглазого, чтобы он запомнил этот момент ещё надолго. Ричард пискнул и приблизился к Лололошке, чтобы сгрести его в охапку тёплых объятий, где всегда будет царить только любовь и счастье. Все волнения глубоко в их сердцах стали испаряться, пока парни попросту переступали с ноги на ногу, наслаждаясь близостью. Лишь спустя время Ричард нехотя отстранился и по-ребячески решил просить: — Погоди-погоди, если мы, ну, любим друг друга, то мы могли бы, эм, как бы выразиться, — Ричард слегка заикался, стараясь правильно сформулировать предложение, но у него не выходило из-за лишнего стеснения и неопытности, — Ло, мы могли бы с тобой, ну, получается, начать встречаться? — Выходит, что да? — протянул Лололошка, приглаживая свои кудряшки, чтобы отвлечься от лишней неловкости и упорного сердцебиения. — Получается… Ло, могу ли я? — Ричард закусил губу, слегка надуваясь от волнения и предвкушения, постепенно его голос потерял свой тембр и стал казаться слишком высоким и забавным. – В плане, я хотел бы тебя, как ночью... То есть, Ло, разрешишь ли ты мне, эм… Знаешь, я бы хотел… Мироходец обречённо покачал головой и ринулся вперёд, проходя сквозь оболочку личного пространства. Она обволокла его тело, но никак не остановила, лишь подтолкнула вперёд. Лололошка остановился около Ричарда, который продолжал растерянно подбирать слова. Как только зеленоглазый нашёл силы приподнять свой взор, бледная рука Лололошки поддела его подбородок и направила в свою сторону. Зеленоглазый затих, вместе с тем остановилось и дыхание в груди Лололошки. Парень не осознавал, что делает, но верил, что поступает правильно. Ресницы Ричарда потянулись вниз, а сам парень уложил руки на талию Ло и сжал её, сминая ткань толстовки. Мироходец неловко усмехнулся, не понимая, стоит ли ему продолжать. Дыхание опалило кожу, превращаясь в взбесившиеся мурашки, которые успели оббежать всё тело. Лололошка сглотнул вязкую слюну, слегка вздрогнув. Ещё немного и Ричард самостоятельно прикоснётся к его устам. Чёрные зрачки расширились, опаляя синюю радужку. Ло резко дёрнулся, хватая ладонями футболку Трумана, чтобы стянуть его к себе за несколько мгновений. Теплота губ слилась в единую синергию, напоминающую пожар. Рука мироходца напирала на ткань одежды, не отцеплялась до тех пор, пока по талии не начали проходить томные поглаживания. Парень, казалось бы, чувствовал любовные прикосновения к себе через ткань одежды. Ричард, кажется, отбирает контроль. Стоило губам смуглого слегка повести уста кудрявого, как его хватка спала. Лололошка разжал ладонь, опуская пальцы на плечи черноволосого. В поцелуе мироходец ощутил довольную улыбку зеленоглазого, ресницы которого слегка дрогнули от нахлынувших ощущений. Вокруг любви парней раскинулась целая поляна чистой и искренней заботы, смешанной с хрустальной привязанностью. В каждой травинке их состояния расцвёл цветок лаванды, которая стала уже не чем-то новым, а скорее их символом открытия отношений. Поцелуй казался требовательным и взрослым, но совсем скоро перетёк в сладкую пробу парней. Они бросили борьбу за главенство или попытку попробовать новое, решили отдаться ощущениям подростковых потягиваний губами. Глупо, только вот не для них двоих. Мир перевернулся с ног на голову, стоило им сказать заветные слова и перейти на новую ступень. Это очередное испытание, но никто из парней уж точно не пожалел, что начал его прохождение. Любовь не сотрёт проблемы, не избавит судьбу от тяжёлого пути, но позволит встать на ноги и продолжить жить с радостью в сердце. С каждым прикосновением Лололошка всё больше отпускает реальность, всё сильнее отпускает Вину. Пальцы шагают по спине, а после в ней словно вырастают крылья. Ричард дарит Лололошке свободу, а затем целует вновь, стараясь передать надежду со своих уст. И у него получается. Лололошка готов измениться, готов найти себя. Ночные разговоры позволили ему поменять свою точку зрения, настроиться на иной способ решения накипевшего. Все страхи и тревоги сползают с тела, как лишний крем. Парень знает, что прокручивал мысль в голове множество раз, но всё равно прибегает к ней. Вина и обиды должны остаться на острове. Он сможет отпустить воспоминания и станет идти по течению настоящего, а не вымышленного кем-то будущего и забытого прошлого. Ричард согласится с ним в мыслях, ведь взаимно готов идти за руку вперёд. У каждого есть свой шанс побороть монстра в душе, которой превращается в разные фигуры. Иногда он окружает человека страхом, иногда изводит вечной агрессией, а порой превращается в силуэт одиночества. Но несмотря на трудности, все формы существа можно побороть. Телефон на это мысленное высказывание согласно подёргивается в пришедшем уведомлении от Дилана. Автоматон, ведь наблюдал за Лололошкой и Ричардом всё это время: «В следующий раз выключай экран телефона, когда хочешь пососаться с Ричардом, бро! Я не фанат ваших тёрок, уж извини. Могли бы и постыдиться всё-таки…», — интонация в сообщении была пропитана негодованием, но было видно, как Дилан рад за воссоединение сердец. Сообщение геймера остаётся непрочитанным, а экран устройства меркнет сразу после окончания поцелуев. Лололошке долго придётся объясняться и извиняться за этот случай – это Дилан знает точно. У каждого есть шанс побороть свои внутренние проблемы и недостатки. Вина, кажется, считается за участника этой категории. Считалась. Теперь её власть треснула.