Бабочки на моём запястье

      «В этом мире у каждого человека есть хотя бы несколько причин для того, чтобы себя ненавидеть. Бывает, ты это делаешь с такой силой, что решаешь совершить свой последний шаг для решения проблемы, которая, подобно дементору, высасывает из тебя всю энергию. Потом, когда наступит нескончаемый мрак, ты, возможно, пожалеешь о своём решении. А, быть может, ты и пожалеть уже не сможешь. Никому ведь неизвестно о том, что находится за гранью.»       Далее был приведён список рекомендаций, которым нужно было следовать, чтобы не причинять себе вред. Меня привлёк лишь последний пункт, в котором говорилось о рисовании бабочек на запястье. Советовалось рисовать их всякий раз, когда возникает желание полоснуть острым лезвием по запястью.       Я никогда таким не занималась, но мысли о подобном часто посещали мою пустую голову. Возможно, я всё ещё любила себя или же была обыкновенной трусихой. Но моя телесная сохранность вовсе не означала, что внутри ситуация такая же. Маленький человечек во мне, иными словами — моя душа, был до такой степени изувечен, что я удивлялась, как он до сих пор может функционировать.       Если призадуматься, то мелким самовредительством я всё-таки занималась. Обкусывание губ, битьё головой о стену, царапины от щипков на руке. На большее я не была способна. С другой стороны, всё, что я перечислила, относится и к обычным тревожным людям. Спросите ли вы о причинах, по которым я себя ненавижу? Всё просто, я это делаю из-за того же, из-за чего меня ненавидят и другие. А это буквально всё во мне, каждая маленькая чёрточка с ног до головы. И без ваших «дружелюбных» советов я знаю, что так нельзя. Но что поделать? Вместо того, чтобы любить себя, я примкнула к тем, кто питает ко мне совершенно противоположное чувство. Наверное, это всё не особо интересно слушать. Хотя, какое вам вообще до этого дело?       Так или иначе, я решила испробовать метод с бабочками на себе.       Чёрная бабочка медленно появилась на моей руке. Правда, крылья вышли немного кривыми. Легче не стало.       Вдруг рядом с моим ухом раздался тихий шёпот, похожий на перелив колокольчиков. — Глупая! Тебе это не поможет. С чего ты взяла, что такая ерунда может что-то изменить? Я спешно попыталась спрятать ручку. Как назло, она выскочила из рук и ещё долго катилась по полу, пока не остановилась, врезавшись в ножку письменного стола.       — Ах, какая тебе разница, увижу я то, чем меня нарисовали, или нет? Это не играет для меня никакой роли. Лучше расскажи, что такого в твоей жизни случилось, что ты решила прибегнуть к таким мерам? — Я себя ненавижу. — Чуть помедлив, ответила я. — И на этом основании ты решила, что сейчас самое время сойти с ума? — Ехидно спросила она. — С чего ты взяла, что я не сделала этого давным-давно? Бабочка промолчала. — Тебе стало легче? Я прислушалась к себе. Ненависть и боль никуда не делись. — Ты же не думала, что с первого раза тебе моментально станет лучше? В этом она была права. Я, в-принципе, ни на что не рассчитывала. — Расскажи, за что ты себя ненавидишь? — Разве я обязана? — Пожала плечами я. Её назойливость начинала раздражать. — Нет, но тебе немного станет лучше. Лучше уже не будет. В этом я была абсолютно уверена. — У меня есть на то причины. Можешь не сомневаться. — Дорогая моя! — Воскликнула бабочка. — Сдаётся мне, ты просто маешься дурью! Займи себя чем-нибудь и тебе будет не до этого! — Неужели? — Усмехнулась я. — Чтобы ты понимала, это не всегда помогает далеко не всем. Её сияние чуть всколыхнулось. — Ох, много вас таких нынче развелось! Сил моих больше нет! А главное, какая польза мне с этого? Вот и я о том же. Загоняли меня бедную. В конце-концов, завела бы ты себе друзей хоть… Я с раздражением закатила глаза. — Думаешь, я не пыталась? Вот только уродливые нытики мало кому нравятся. Если бы у бабочки были руки, то сейчас бы она сделала всем известный жест. — Ты просто повесила на себя клеймо. Вот как с тобой говорить? — Так и не говори. Я не просила. Бабочка возмущённо захлопала крылышками. Кажется, мне даже удалось разглядеть пару искорок. — Ещё и хамят! Ну что у меня за жизнь, скажите пожалуйста?! Несколько минут она молчала и я было подумала, что она обиделась на меня. — Я знаю, чего тебе не хватает. — Раздался вновь её задумчивый голос. — Тебе нужно пообщаться с подобными себе. Я могу побыть твоим почтовым голуб… бабочкой, если хочешь? Идея показалась мне, мягко говоря, глупой. Если здраво мыслить, то от такого общения вреда будет гораздо больше. — Ах, думай скорее! У меня ещё уйма дел, в отличие от некоторых! — Нетерпеливо воскликнула бабочка. Я пожала плечами в ответ. — Ну, значит, договорились. Ты знаешь, как меня найти, если что. Фиолетовая бабочка слетела с моего запястья. — Ну, что? Её звонкий смех чуть не оглушил меня. — Если хочешь знать, то я нашла одного балбеса. Но, он не намерен писать тебе первым. Предупреждая твой вопрос и речь о ходячих красных флагах… Он хочет убедиться, что ты хочешь общаться и он не будет навязываться. Типичный тревожник. — Фыркнула бабочка. — Чего молчишь, дорогая моя? Письмо писать будем или как? — Но… Я не знаю, что мне писать. — Это было очевидно. Да пиши, что хочешь, какая разница! Но, учти, я не буду мотаться туда-сюда из-за жалких двух-трёх строчек. Я достала давно позабытую ручку и приготовилась писать послание. Бабочка назойливо кружилась вокруг, мешая мне собраться с мыслями. — Может, ты пока полетаешь где-то в другом месте? — Вот уж дудки! Я должна знать, с чем полечу туда. Вдруг ты напишешь проклятье или ещё чего похуже, а огребать за это потом придётся мне! — Думаешь, мне совсем нечем заняться? Я тут вроде как не в игры играю. — Ох, дорогая, тут стало слишком душно! У меня начало создаваться впечатление, что в месте, откуда бабочка прилетела, манерам не уделяют должного внимания. Может, так оно и надо было. Вряд ли, вежливыми словами можно достучаться до тех, кому уже давно на всё наплевать. Порой, такое обращение похоже на спасительный пинок, после которого, возможно, кое-что в голове встанет на место. Наконец, я начала писать. «Здравствуй, незнакомец! Раз ты согласился на всё это, то давай поговорим. Вот только, я не знаю, о чём спросить. Бабочка сказала, что ты похож на меня, поэтому хочу узнать, настолько же ты неудачник, насколько и я. Прости, если задела, хотя, мне вообще-то всё равно. Раскажи, почему ты всё ещё здесь? У тебя не достаёт смелости или есть что-то, что тебя всё ещё держит? Мне кажется, во всём изначально не было смысла. У нас нет козырей в рукаве и мы не родились с золотой ложкой. Проще говоря, мы неудачники. И да, у меня не получается быть довольной тем, что у меня есть. Вот такая вот я, неблагодарная сволочь. Думай, что хочешь. Решила я написать только потому, что бабочка посоветовала пообщаться с себе подобными.» — Ого, что-то ты разошлась! Я даже довольна. — Хмыкнула бабочка. — Надеюсь, ты не написала ничего пугающего. Она уже не первый раз подобное говорит. Создаётся впечатление, что я пишу письмо кому-то очень трусливому. Это мне даже на руку, потому что я тоже немного волнуюсь. Бабочка забрала письмо и когда она улетела, во мне появилось зерно сомнения. Стоило ли вообще это делать? Вдруг общение с тем, кто похож на меня, не поможет? Знаете ведь, что происходит, когда встречаются два пессимиста. Так можно и в депрессию впасть, если ты уже не в ней. Но, наверное, это будет интересно. «Дорогая незнакомка! У меня нет особой причины для того, чтобы оставаться здесь. Вроде бы, ничего, что меня могло бы остановить, попросту нет. Бабочка сказала, что мне стоит попробовать с тобой пообщаться. Вот я и решил написать тебе ответ. Я понимаю тебя, потому что у меня тоже не получается быть довольным тем, что есть. Правда, жалким неудачником я себя назвать не могу. Просто немного не повезло. Но с кем не бывает? Каждый рано или поздно, ступает на свою чёрную полосу. Моя ещё не закончилась, наверное, из-за того, что я так на ней и топчусь. Веришь или нет, но я не могу заставить себя сделать и шага вперёд, не потому, что мне страшно или что-то наподобие того, просто не могу найти в этом смысл. Зачем что-то делать, если рано или поздно всё закончится? Понятное дело, я занимаюсь тем, чем должен заниматься и при этом чувствую, как я падаю всё ниже и ниже. Не думай, что я не делал никаких попыток для того, чтобы это состояние прекратилось. Знаешь ли, я не буду тебя просить о том, чтобы ты не говорила гадости о себе или что-то в этом роде, потому что я не знаю, через что тебе пришлось пройти и что происходит в твоей голове. Расскажу тебе о том, почему я стал таким, чтобы не возникало недопониманий. Дело было так… Влюбился я сильно не в того человека. Причём, довольно давно. С детского сада, как бы смешно это ни звучало. Она была не только моей любовью, но и самым близким другом. И как ты знаешь, насильно мил не будешь, а дружить со мной после признания, ей резко перехотелось. Кто знает, вдруг я не смогу сдержаться и что тогда? Поэтому нам пришлось прекратить общение. Наверное, это глупо, но с тех пор мир словно потерял краски. Я не смогу тебе объяснить, просто представь, что в один момент, ты начинаешь всё видеть в чёрно-белых цветах, будто в старом кино и ты не можешь понять, что нужно сделать, чтобы оно закончилось. Не буду тянуть кота за хвост, тебе уже, наверняка, стало скучно. В прошлом письме ты не представилась. но мне бы хотелось узнать твоё имя. Ещё мне интересно… Что заставило бабочку появиться перед тобой? Моя слетела с обоев. Звучит, как бред сумасшедшего, правда? На этом я с тобой прощаюсь. Надеюсь на твой ответ. Кстати, моё имя — Карен.» — Ну и что он там пишет? — Нетерпеливо спросила бабочка. — Чего молчишь? Вот так и летай туда-сюда и что ты получаешь в ответ? Ни-че-го! — Обычное первое письмо, какие пишут при знакомстве. — Ответила я. — К слову, он и про тебя спрашивает. — Ой, ну хоть кто-то помянул добрым словом. Мой золотой мальчик! Не то, что некоторые! — На этих словах она многозначительно покосилась в мою сторону или мне так показалось. Не могу точно сказать, поскольку её глаза не такие уж большие, чтобы мне можно было увидеть, в какую сторону направлен их взгляд. Меня тронуло его письмо, поскольку мне показалось, что он был честен со мной. Я решила, что ничего не потеряю, если продолжу общение. И так, я узнала о том, что он любит и что ненавидит, хотя он мало что способе любить, в данный момент. И теперь, я не могу относиться к себе так же, как раньше, потому что, в отличие от него, я не потеряла чувств и всё ещё могу испытывать весь спектр эмоций. Разве не глупо их тратить на ненависть к себе? Общаясь с ним, я поняла, что мне рано сдаваться. Однажды, я предложила ему перейти на более удобный способ общения, на что он ответил отказом. До сих пор помню, что он мне написал: «Я не хочу доставать тебя постоянно, а это точно случится, если мы откажемся от бабочки. Не хотелось бы, чтобы ты чувствовала себя моей жилеткой. Ты этого не заслуживаешь.» Ох, если бы он знал, чего я заслуживаю, не говорил бы так. Но спорить я не стала, хоть и очень хотелось. Бабочка стала прилетать всё чаще, соответственно, и ворчать тоже. Иногда, я давала Карену советы, чтобы помочь выйти из такого состояния и, не смотря на то, что он следовал каждому из них, ничего не работало. Насколько же сильно он любил ту девушку, если пришёл к такому опустошению… Я не вправе судить, но для него так девушка стала подобием дементора. Эта влюблённость высосала из него все эмоции, не оставив даже маленькой крошки. Не оставив ничего, с чего можно было бы начать восстановление. Осколки разбитого сердца, хоть и с трудом, можно собрать воедино, но как это сделать, если нет ни того, ни другого? А новое сердце из ниоткуда не появится. Понимая, что я больше ничем не смогу помочь, я посоветовала ему обратиться за помощью к специалисту. Карен не сделал этого из-за банального страха угодить в психушку. И я его полностью понимаю, поэтому наставивать на этом не стала. Мои попытки чем-то заинтересовать епго тоже особым успехом не увенчались. Было видно, как он старается и какую вину чувствует из-за того, что ничего не получается. Мои слова о том, что он в этом не виноват, не работали и моя ненависть к себе усиливалась. Впервые у меня появился человек, который по собственному желанию согласился со мной общаться. И в итоге, он получает того, кто никак не может помочь. Сеня после этого можно считать другом? Если бы могла, то забрала бы его состояние себе. В конце-концов, я этого заслуживаю. Но что плохого сделал он? На самом деле, оставалась одна вещь, которая приносила ему прежнее удовольствие. И этой вещью была грустная музыка. Скорее, даже депрессивная. Он говорил, что она заставляет его вспомнить, что он всё ещё жив и способен ощущать хоть что-то, даже если это беспроглядная тоска. Ему было неважно, какая это будет группа. Главным было ощущение безысходности, которое можно было ощутить, слушая те или иные песни. Так или иначе, мы стали друзьями, если это можно было так назвать. Как-то раз, он мне сказал, что хотел бы у меня отнять то, что я чувствую к себе. Забавно. Я бы ему не позволила, поскольку такие эмоции не принесли бы ему никакой пользы. От лица Карена. Она оказалась замечательной, поэтому я совершенно не понимал, за что она себя ненавидит. Возможно, повлияло окружение. Я видел, как она старается, чтобы мне помочь, не смотря на своё собственное состояние. В глубине души, я несколько раз порывался разорвать общение, но что-то меня останавливало. Я понимал, что рано или поздно, у меня получится стать прежним, но сколько для этого потребуется времени, я совершенно не представлял. Пока у меня такое состояние, я вряд ли смогу ей чем-то помочь, хотя мне и очень этого хочется. А тот факт, что она мне ничем не может помочь, наверняка, заставляет её ещё глубже погружаться в пучину ненависти к самой себе. Врать мне не хотелось, но в голову закралось несколько идей о том, как мне хоть немного поднять ей настроение. А именно — обменяться фотографиями. И она согласилась. Думаю, ей нужно было узнать, как я выгляжу, как минимум, для того, чтобы отогнать тревожные мысли. Так я узнал о том, что у неё тёмно-зелёные глаза и светлые пушистые волосы. Само вополщение мягкости и теплоты. Вот только её глаза выражали бесконечную грусть и на её лице не было улыбки. Я бы сравнил её взгляд с тёмной чащей, гуляя по которой, ни за что не угадаешь, что тебя ждёт в самой её глубине. Возможно, выйдешь на полянку, на которой растут прекрасные цветы, освещённые солнцем, а может, заблудишься и наткнёшься на дикое зверьё, что беспощадно тебя растерзает. Николь была похожа на плюшевого котёнка, который по непонятной причине, оказался на свалке, среди груды бесполезного хлама, наподобие сломанных солдатиков, забытых деталек от конструктора и частей кукольных тел. Одним словом, она была очень красивой. О чём я и сообщил её в следующем письме. Как оказалось, она всегда хотела быть черноглазой брюгеткой с прямыми волосами… И я не знал, что на это ответить. Вряд ли, человек, погрязший в ненависти к себе, сможет верить чьим-то комплиментам. Тем не менее, я не прекращал их говорить. А ещё я узнал одну интересную вещь. Её бабочка была всегда разных цветов, даже если она рисовала их одной и той же ручкой. В отличие от моей бабочки, которая всегда была серого цвета. Но в один день всё изменилось. Бабочка перестала приносить послания, кроме того, она даже не говорила со мной и все мои попытки узнать о том, что случилось, ничего не приносили. Я не мог понять, что произошло, пока пока бабочка не принесла мне маленькое письмо, с приложенной к нему, фотографией. С первых же строчек меня охватило лёгкое беспокойство и чем дальше я читал, тем сильнее оно становилось. «Я очень устала, но не подумай, что от тебя. Жалко говорить тебе такое, но нам придётся попрощаться. У меня не получается не ненавидеть себя. Казалось, если я смогу тебе помочь, то это застваит меня почувствовать себя хоть чуточку полезной. Но это не сработало. Я бы хотела, чтобы всё было по-другому, но у меня нет столько сил. Мне жаль, что я так и не узнаю тебя в полной мере. Но я верю, что ты справишься. Напоследок, я хочу оставить тебе свою улыбку или подобие на неё, потому что вряд ли у кого получится искренне улыбаться, если он не чувствует ни радости ни счастья. Тем не менее, имею я право хотя бы напоследок притвориться, что я счастоивая. Так и должно быть, ведь скоро я стану свободной и водоворот мыслей, который никогда не давал мне покоя, скоро затихнет. Надеюсь, в скором времени, твоя жизнь снова окрасится в яркие цвета. Спасибо тебе за всё, мой последний и первый близкий друг.» Я посмотрел на фотографию. Николь улыбалась самой тёплой улыбкой на свете, а в её глазах плясали искорки. На обратной стороне было написано всего одно слово — «Спасибо». Если раньше мир был чёрно-белым, то теперь он полностью окрасился в серый цвет. Нет смысла. Больше нет смысла ни в чём. Бабочка рассказала о том, что Николь порезала себе вены. А перед тем, как сделать это, она долго вертела в руках ножик и смотрела в одну точку, будто пытаясь там что-то разглядеть. Её было некому остановить. Маленькая бабочка не в счёт. Да и что бы она могла сделать? Вот и со мной она тоже ничего не смогла сделать, чтобы остановить от последнего чаепития в моей жизни. — Если там не тьма, не пустота… — Прошептал я бабочке, которая тревожно кружилась надо мной. — Я бы хотел отыскать её и всё исправить. Ответила мне что-то она или нет, было уже совершенно неважно. У каждого человека в этом мире есть причины для того, чтобы себя возненавидеть или сделать что угодно для того, чтобы навредить себе. Только мало кто верит в то, что есть хотя бы один человек, который бы хотел тебя остановить от этого последнего и разрушительного шага. Этому человеку будет больно и у тебя уже не получится узнать, справился он или поддался сомнительному голосу, который шепчет о том, что есть лишь один-единственный верный выход.