Соври мне

Эндрю казалось, что его сердце не выдержит. Что оно просто разорвется от ударов о грудную клетку. Всего десять минут назад полуодетый Ваймак влетел в общежитие и велел всем Лисам сохранять спокойствие. Сам тренер выглядел так, будто на ночь всыпал в себя сто грамм крекерной пыли и шлифанул это дело коньяком. Разумеется, никто из Лисов даже и не подумал оставаться спокойными. Они носились вокруг и собирали с собой все, что только могло пригодиться в поездке. Ночное прибытие Дэвида Ваймака в общежитие могло означать только одно – Нила нашли. — Эндрю, ты слышишь меня? — Ваймак обеспокоенно заглядывал в его глаза, придвинувшись непозволительно близко. Эндрю кивнул, сбрасывая с себя секундное оцепенение. — Нам нужно поговорить. Не при них. Эндрю кивнул, доставая из кармана ветровки пачку сигарет и протискиваясь мимо орущих Ники с Кевином к двери. Крыша встретила его прохладной и запахом грозы. Пальцы нервно поддрагивали, зажигая сигарету. — Курить вредно. — Ваймак протянул руку, вынимая пачку из ослабленных пальцев и доставая себе одну. — Мне за это не доплачивают... С минуту они простояли в тишине, вдыхая ядовитый дым и приходя в себя. Ваймак и коса смотрел на него, оценивая состояние. Большинство Лисов не могло прочитать эмоции Эндрю с тех пор, как его сняли с таблеток. Вечно одна и та же холодная маска. Ваймак видел в ней морщинки и трещины, когда ресницы слегка поддрагивали и чуть хмурились брови. Видел злость и ненависть в поджатых губах и крошечный проблеск надежды в карих глазах, когда Эндрю наконец поднял на него взгляд. В этом взгляде считалась непоколебимая решимость, и Ваймак даже пожалел, что пришёл к нему. Это только сделает падение ещё более болезненным. — Он жив. — мгновенно расслабились жёсткие плечи, исчезла морщинка между бровями. Ваймак выдохнул сигаретный дым и продолжил, отводя взгляд. — Но я не знаю, надолго ли. Он не в больнице, так что гарантий нет. Эндрю снова нахмурился, пиная окурок, отправляя его в полет с крыши. — Поэтому я пришёл к тебе. Он сказал, что ему нужно успеть все объяснить. Чтобы больше между вами лжи не было, что бы это не значило. Ваймак протянул ему телефон, и Эндрю быстро открыл его, листая недавние звонки. Исходящие:Добсон, Эбби, ФБР. Входящие: неизвестный номер. Эндрю скривился. ФБР подключилась к делу практически сразу после пропажи Нила, но отвечать на вопросы Лисов они отказались. Пояснил ситуацию подозрительно побелевший после услышанного Кевин, не без угроз, конечно. Обратный отчёт на телефоне Нила только подтвердил, что тот знал, что за ним придут. Эндрю нажал на кнопку звонка. Пошли гудки. Ответили на звонок только после второго звонка, и Эндрю не смог сдержать небольшой выдох облегчения. — Алло, тренер. — Не тренер. — Эндрю. Оба замолчали. Тяжёлое дыхание на другом конце трубки прервалась хриплым, булькающим кашлем. Пальцы Эндрю сприпнули о корпус телефона. — Где ты. Из трубки послышался лающий смех. — Слишком далеко, чтобы это имело значение. — Где. Ты. — В Блумингтоне, Индиана. — Мы приедем. — Эндрю... — Заткнись. Протяни 8 часов. Эндрю захлопнул телефон, перебрасывая его обратно Ваймаку. — Миньярд... — Тренер, у вас есть эксклюзивная возможность поехать со мной. Даже побывать за рулём моей машины. Вы со мной? На решение пять минут. Хлопнула дверь на крышу. Дэвид Винсент Ваймак остался один. — Мне совершенно точно за это не доплачивают. Эндрю нервно барабанил пальцами по рулю, наблюдая как стрелка датчика бензина ползёт к отметке «полный». Рядом с ним Ваймак безуспешно пытался размять затекшую за три часа спину. Миньярд предпочитал объезжать города, зная, что даже небольшая пробка может отнять драгоценное время. Оставалось чуть больше половины пути, Эндрю явно рассчитал время с запасом. — Тут звонят, Эндрю, ответь. Мне он едва два слова скажет, сразу просит тебя и только тебя. Эндрю молча выкинул сигарету в окно, принимая у мужчины телефон и прикладываю к уху. — Эндрю, прошу тебя, не сбрасывай. Эндрю оцепенел, сжимая руль до побелевших костяшек. Голос Нила хрипел ещё сильнее, чем в прошлый его звонок. — Я хотел рассказать тебе... — Заткнись. — Нет, Эндрю. Я действительно хочу рассказать тебе. Правда, за которую не нужно платить. Вся правда. — Нил, звонки на этот номер отслеживаются ФБР. — Тем лучше. Им же нужно поймать моего отца? Иначе почему бы они не приехали, как только стало известно, где я. Они ждут. — Балтиморский Мясник? — Так ты знаешь... Кевин сболтнул, да? Хотя уже не важно. Да, я сын Натана Веснински, Балтиморского Мясника. Мама сбежала со мной, когда мне было 10... Эндрю расплатился, завёл машину и двинулся дальше в путь, слушая слабый голос из динамика телефона. Этот голос рассказывал о разных странах, о разных жизнях казалось, и Эндрю запомнил каждую. Голос то становился слабее, то звучал с новой силой. Ещё через час Ваймак взял управление, а Эндрю устроился на заднем сидении, полулежа слушая историю Натаниэля Веснински. Недели без сна давали о себе знать, но он не мог уснуть. Нил снова закашлялся и замолчал. — Эй, бегунок, ты как? — Я в порядке, Эндрю. Наглая, безцеремонная ложь, но ему так хотелось в неё верить. — Я не в Блумингтоне. Добрался автостопом до Бедфорда. Вы, должно быть, уже близко, поэтому я говорю. Этот телефон сложно отследить, всё-таки, у отца все самое лучшее. Не хотелось мне встретиться с ФБР раньше, чем увижу тебя. — Ты полный кретин. Ваймак, нам нужно в Бедфорд. И поднажми. — Что, так нетерпится меня увидеть? — Так нетерпится выбить из твоей головы мозги, если они там есть. — Эндрю... — Нил. Послушай меня, Нил. Мы приедем, и отвезём тебя, идиота, в больницу, и все будет хорошо. — голос Ваймак с переднего сидения звучал очень устало. — Но сейчас мне нужно, чтобы ты был абсолютно честен со мной. Куда тебя ранили, Нил? — Тренер, я предпочту не отвечать на этот вопрос. — Нил... — Нет. Дальше они ехали в молчании. Изредка из динамиков раздавался мучительный кашель. — Эндрю... — Да, бегунок? — Что самое лучшее, что ты помнишь в своей жизни? Я знаю, что жизнь у тебя была не сладкая, но... Было же хоть что-то хорошее? Эндрю нахмурился. Что-то хорошее... Все приёмные семьи были ужасными, семья Кэсс – в особенности, но... — Она пекла мне лимонные пироги на Дни Рожденья. Это было самое вкусное, что я ел в жизни. Ещё мы иногда ходили в парк развлечений вместе, это тоже было неплохо... — Для меня это был ты. Экси, команда, дом... Ничего бы не случилось, если бы ты тогда меня не остановил. Я бы до сих пор бежал, никогда не оглядываясь, никогда не оставаясь на месте. Вечно один. Эндрю фыркнул, выглядывая в окно. Мимо пролетало очередное маленькое поселение. Оставалось ехать примерно полчаса. — И ты все это бросил, вот так просто? Тебе сказали пойти, и ты пошёл? Ты даже не надеялся, что выживешь. Ты знал, что не вернешься. Что умрёшь. — Да, знал. Но я устал бежать. Нил Джостен не сбежал из Пальметто. Нила Джостена просто догнала карма за 22 чужих жизни. Моё время закончилось. У Эндрю по спине пробежал холодок. Ему показалось, что Нил уже говорил не о том, как его похитили и увезли, а прощался. Снова, во второй раз. — Нил. Послушай. Даже если ты знаешь, что мы не успеем. Даже если знаешь, что выжить никак не удастся. Пожалуйста, я прошу тебя в первый и единственный раз в своей жизни. Соври мне, Джостен. Нил молчал долго. То, что он ещё живой, доказывали только тихие хрипы в трубке. — Да или Нет, Джостен? — С тобой всегда Да, Эндрю. Ваймак резко свернул с дороги на едва заметную грунтовку. До небольшого городка оставалось минут 10, не больше. Эндрю слушал шумное дыхание Нила по телефону, и молился несуществующему Богу, что они успеют. Что Нил будет в порядке. Нил перевернулся, глядя в потолок. Деревянный остов заброшенного дома скрипел уцелевшими балками. Снаружи послышался визг шин. Конечно, Эндрю догадался, что к жилым домам он не пойдёт, а заброшенных в маленьком городке не так уж и много. Темные силуэты подступали к нему, вытянув когтистые лапы. Горящая голова и воспаленные раны делали каждое движение мучительным. Как во сне он увидел всплывшее перед глазами лицо Эндрю, яркий свет среди окружающей тьмы. В груди кольнуло неприятным ощущением. Наверное было бы лучше, если бы он не позвонил Ваймаку. Если бы он никогда не узнал, что произошло с Нилом, то у него никогда бы не было того ужаса в глазах, который сейчас в них плескался. — Никакой лжи... Помнишь? Я дождался... Вас. Слова давались все тяжелее. Глаза слипались, и дышать было тяжело. Как со дна колодца до него донеслись звуки падения чего-то тяжёлого. Прохладные руки накрыли его лоб. Обвели осторожным пальцами повязку на лице и протянули вниз, обнажая старый, воспаленные ожог. — Что случилось с твоим лицом, бегунок? — Автомобильный.. Прикуриватель. — Насколько все плохо, Нил? — Все хорошо... Я в.. Порядке. Мне совсем не больно... Тренер. Нил больше не мог держать глаза открытыми. Последние силы на покинули его, когда он услышал машину на улице. — Я просто... Посплю немного... Очень... устал. Эндрю? Он слепо повернул голову, протягивая перебинтованную абы-как рук в сторону. Чужие пальцы перехватили его ладонь, слегка сдавливая и придавая немного болезненной ясности угасающему мозгу. — Дрю... Ты и правда самое лучшее... Что со мной случилось... За все мои жизни. — Нил. Постой. Подожди. Нил уже закрыл глаза, дыхание его стало судорожным, а Эндрю наблюдал, не в силах оторвать глаза, как жизнь покидала его бегунка. Ваймак в углу комнаты о чем-то ожесточенно спорил по телефону, мелькали имена Лисов, Добсон и Эбби. Эндрю смотрел на бледное, изуродованное лицо, и впервые за всю жизнь плакал из-за потери близкого человека.