Глава 7. Неделя службы - часть 1
14 июля 2024 г., 14:20
«Наша служба и опасна и трудна
И на первый взгляд, как будто не видна
Если кто-то кое-где у нас порой
Честно жить не хочет
Значит с ними нам вести незримый бой
Так назначено судьбой для нас с тобой
Служба дни и ночи»
— В. П. Макаров
Первые три дня после воссоединения были для меня реально хорошими днями. Я вновь стал смотреть на жизнь более оптимистично, я даже не сомневался, что со мной всегда будут люди, которые мне помогут, и что я буду работать не один, и заниматься тем, что я люблю. А именно — помогать другим. Воскресенье было обычным днём, отличающимся только тем, что мы с Тако поехали в штаб БОП, чтобы она могла присоединиться к нам. Бася сказал, что был польщён решением человека, благодаря которому зло удалось удержать на некоторое время, присоединиться к нам. Ей удалось договориться с начальством её первичной работы, что она может приходить на вызовы в любое время. ПОНЕДЕЛЬНИК, 14 ИЮЛЯ, 2025 Г. Этот день был началом того самого отпуска алгебралиенов, на который Икс отказался идти ради благополучия жителей нашего города и, я бы сказал, даже человечества. Вот здеся начинается разогрев. Получили мы вызов где-то в середине дня. Народу было в штабе больше, чем два дня назад. Собрались мы внизу, там, где парковка. — Фанатики алгебралиенов свихнулись — из-за начавшегося отпуска, о котором говорили Икс, они захватили местную ТЭЦ, грозясь её взорвать, если они сегодня не вернутся, — тиражировал нам Бася. — Ваша задача — усмирить их и вывести оттуда. В случае вооружённого сопротивления — устранить. Он достал рацию и указал на неё. — В машине есть рации и индивидуальная защита для каждого из вас. Обязательно, повторяю, обязательно сообщайте, если начнут стрелять. Мы с Тако, Эном и Иксом кивнули и двинулись к машине. Нашей машиной был чёрный фургон. У меня сразу сложилось некое ощущение дежа вю, ведь мы раньше на единственном дряхлом фургоне катались, а тут почти для каждого можно раздать, ибо их было много. Но перед тем, как мы поехали, Бася остановил меня: — И да, Серёжа, ты взял с собой Никон? — Нет, а что? — Нужно просто сфотать, чем они это там занимались. Мало ли, с Неоплопинаторами ещё связаны может. — Блин… — Ладно, на телефон сфотаешь. И только не фоткай, как фоны рабочего стола из Windows. — Да-да. Фургон наш был включён на режим автопилота, поэтому он сам нас довёз туда, куда нам надо было. И это был один из эвакуационных выходов, видимо, единственный, не занятый никем. Экипировка наша состояла из бронежилета и касок. Мы, одевшись и спустившись, оказались будто в подземной фабрике из БФДИА 5б. Буквально в самом низу был пол из лавы. А на платформе валялась пиксельная бита. Это была бита из Хотлайн Майами. Так как все, кроме меня, были по факту вооружены, я взял её с собой. И с тех пор она для меня стала как монтировка для Гордона Фримена. Мы прошлись дальше по коридору, где вообще никого не было по началу. Только шумы работающих машин и идущие мы. А ещё по пути были металлические бочки. Оказавшись на развилке, мы увидели в конце коридора какого-то парня, который сначала крикнул «эй!», а потом начал пальбу. Одет он был в чёрную майку, камуфляжные шорты и на его голове была синяя повязка. Его товарищи выглядели точно так же. Я отпрыгнул на пол и стал доставать рацию. Тако спряталась за бочками. Эн и Икс объединили свои усилия: Эн превратил свои руки в автоматы, а Икс создал ему невидимый непробиваемый щит, через который и проходили эти автоматы. Они медленно пошли дальше по коридору. — По нам начали стрельбу, в коридоре к эвакуационному выходу! — сказал я, наконец найдя рацию. — Поняли, пришлём подкрепление на всякий, — доносил голос. Я выглянул из бочки после конца стрельбы. Обоим удалось ликвидировать того чела. — Может быть, вы, ребят, зачистите этот этаж, а мы пойдём и ещё дальше глянем? — спросил нас издали Икс. Я пригнулся к Тако. — Что думаешь? Она кивнула. — Окей! — крикнул я Иксу. — Ну что, ты — направо, я — налево? — спрашивает меня Тако. — Звучит, как план. Вперёд! Мы побежали по своим сторонам. В стенах по моей стороне местами были двери, откуда и выходили эти вооружённые фанатики, которых я лупасил битой из ХМ, будто я профи в этом деле. В комнатах, в которых они прятались, не было почти ничего, кроме их арсенала. Ещё они рисовали шизофренические эзотерические рисунки, где алгебралиены карали человечество, видимо, ради прикола. Собирался идти дальше по коридору, как тут из рации прозвучал голос Тако: — Не поможет кто? — Я иду! — сказал я и ринулся в обратном направлении дальше. Пробежавшись, я услышал звуки борьбы. Я вошёл и увидел, что моя любимая на свете Тако дралась с одним из них. Я выждал момента, чтобы херакнуть этому челу по башке. Я сделал это. — Ха-ха, я ему мозги вышиб! — Красава! — сделали мы с Тако «дай пять». — Я пойду обратно, пожалуй. — Удачи! — Тебе тоже! Я возвратился в свой коридор. Минус дверь. И ещё одна дверь. В какой-то момент всё затихло, будто бы никого уже здесь и не было. Я сбавил темп своей ходьбы, начал доставать свою рацию, чтобы предложить Тако свою помощь, как мои глаза завязали и меня начали куда-то тащить. Я стал кричать о помощи, но всё, что я слышал — это смех фанатиков. Меня отвели в комнату с двумя металлическими стульями, на одном из которых уже сидела Книжка. Да, та самая из БФДИ, с голубым цветом слева и зелёным справа на своей обложке. Они связали её. У её ног стояло ведро. Она удивилась моему приходу, думая, что я пришёл её спасти, но нет. Тем более, я вместе с нею мог стать их жертвой. Её удивление сменилось на страх, когда она увидела, что меня завязывали так же, как и её. — Так, так, так… У нас пополнение. Знакомься, «освободитель», это та самая жертва, за которой вы пришли. Ты ведь знаешь её, правильно? — Да, но… О ней мне ничего не говорили, — говорю я. Фанатик засмеялся. — Да ты что? Ну, чтож, вы видитесь лицом к лицу в последний раз в своей жизни. — Он огляделся по комнате. — Посмотрим… Кого-то из вас я могу разрезать на месте, а одного из вас заразить «Красным конём»… «Красный конь»… Помните, что я упоминал Year Zero и НИНов в одной из предыдущих глав? Так вот, они его «разработали», или «раздобыли»… Почему всё в кавычках — расскажу позже. — Книжка, давай я пожертвую собой, а ты ещё хоть немного поживёшь? — Н-нет, чувак, — говорила она трясущимся голосом, — уж кто должен пострадать первее — так это я… Я многим людям вред причинила… — Довольно! — разъярённо вскрикнул фанатик. — Книгу мы разрежем. Это редко, кто обычно делает. Тебя, паренёк, мы заразим. Убедимся, что ты вспотеешь кровью, и… Его речь прервала моя рация, из которой донёсся голос Тако. — Моя половина этажа очищена, мне присоединиться к тебе, Серёжа? Книжку косвенное появление Тако испугало немного даже больше того факта, что её сейчас могут зарезать. Тем не менее, этот психопат подошёл к моей рации и стал говорить: — А твоего Серёжи сейчас и не станет! — Тако, беги к концу моей стороны, нас тут пытают! — перекрикнул его я. — Ч-что? — сказала она. Это было последнее, что оттуда донеслось, потому что фанатик выключил её. Фанатик отошёл от рации и достал… лобзик. Ха. Лобзик… интересный выбор для инструмента убийства. Он подкрался прямо к ней. — Приступаем! — сказал он и начал пилить Книжку снизу. — Погоди, кто мы-то? — спрашиваю я. — Ты один здесь! Он лишь фыркнул и приступил к резне. Книжка издавала мольбы о помощи, крики «нет», «за что», и просто вопли. Когда они начали резать её в районе рта, оттуда будто начала течь кровь… И на всё это меня заставили смотреть. На то, как с кем-то беспомощным и безоружным, как Книжкой, обошлись, как токарный станок с древесиной. Я знал, что её восстановят наверняка, просто… это очень сильно врезалось мне. Даже хуже, чем то, как я потерял квартиру, и хуже того, что случилось с Бейсболлом почти неделю назад. Я сам участвовал в уличном бою два года назад, но чтобы кто-то так издевался над ещё живым существом, да и ещё с таким садизмом… …Он свалил все остатки Книжки в ведро, которое стояло у её ног. Вот кого не смогут восстановить — так это меня. В обоих смыслах этого слова. Настало время мне молиться о пощаде и помощи. Я правда боялся, что я заражусь тем самым вирусом, из-за которого я могу просто умереть. Он надел резиновую маску, чтоб он сам не мог заразиться этой хренью и собирался выливать на платок химикат с тем самым вирусом. … Мои молитвы были услышаны. Дверь была выбита Эном и Тако. Первый расстрелял этого психопата, а вторая пошла развязывать меня. Для меня это было настоящим спасением. Я крепко обнял обоих. — Ребята… — говорил я сквозь слёзы, — я вас… теперь… в десять раз больше люблю… Спасибо! — Как ты в такую передрягу попал-то? — спросил Эн. — Я собирался проверить, нет ли кого-нибудь здесь ещё… А потом меня схватили и заставили смотреть то, как тот чувак убивал Книжку… — Погоди… Книжку? — удивилась Тако. — Да… Её остатки — в том ведре… Немного отойдя от случившегося, Эн сказал: — Так, ладно, пошлите наверх. Мы с Иксом всё зачистили и задержали их главаря. Сейчас сюда приедут легавые — того хрена мы им и сдадим. Я схватил ведро с остатками Книжки и вместе с ребятами пошёл наверх. — Наконец-то вы здесь, ребята! — сказал Икс. — Он уже тут несколько раз сбежать пытался! — Кхе, Икс, а я, на самом деле, польщён твоим визитом! — говорил глава фанатиков. — И… быть прижатым к полу — особая для меня честь! Икс ударил головой главу фанатиков об пол и прижал ещё сильнее. — ТЫ КАКОГО ХРЕНА РАДИ НАС ХОЧЕШЬ ЛИШИТЬ ЛЮДЕЙ СВЕТА, ТЕПЛА, РАБОТЫ И БЛАГОПРИЯТНОЙ СРЕДЫ, А?! — орал, прям орал на него Икс. В таком состоянии его редко увидишь. — Ну… ну… Знаешь, эта ТЭЦ малопродуктивная… и тепла сейчас не надо… И вы же любите издеваться над объектами! Ха-ха, ха-ха… А представь, был бы сейчас декабрь! Под Новый год взорвать!.. — Малопродуктивная — не значит, что станет лучше, если её уничтожить! — Икс схватил этого ебанутого. — А теперь — пошёл нахрен отсюда туда, куда тебе надо и не возвращайся никогда! Икс вышвырнул главу фанатиков. Фанатик намбер ван приземлился перед капотом полицейского фургона. Люди в погонах оперативно увезли его к себе. Сам Икс ещё немного нервно пыхтел. — Итак, — повернулся к нам он, уже добрый, — Серёжа, тебе же надо сфотографировать то, чем они здесь… — Он заметил ведро с остатками Книжки, которое держал я. — …Что это? — Это? Это, ну… Книжка… — говорю я. — Они её убили при мне. Он стал глазеть на это ведро, не двигаясь, ничего не делая. Потом он уже менее энергично сказал: — Да… Я теперь правда вижу, куда ведут их мотивы. Я что-то даже призадумался, зачем я всем помогаю, если существуют, ну, вот такие… Нам стало немного неловко, будто мы были теми самыми фанатиками, что поклонялись таким, как Икс… Особенно мне. Я же не вымышленный персонаж. Но Икс заметил то, что мы немного приуныли и обнял нас. — Но эй, вы же мои друзья! Вы определённо не попадаете под определение тех чуваков, которых мы только что искоренили. Я сделал несколько фотографий по всей ТЭЦ, преимущественно рисунки, которые они делали на стенах. Честно, это походило на то, если бы пещерные люди были свидетелями обжект-шоу. Мы взяли их документы и журналы, которые они там вели, ведро с Книжкой, а ещё тот химикат, в котором был вирус «Красного коня» и поехали обратно в штаб-квартиру. Как оказалось, это была местная группировка фанатиков «Свидетелей Единицы». Они верили в то, что человечество обязано подчиниться алгебралиенам, что всё, что сделали люди — ничтожно. Алгебралиены смогут преобразовать этот мир в более лучшую его версию. А что насчёт вируса? Тот химикат — оказался обычным нашатырем. И никакого «Красного коня» там не было, хотя и были опасения, да такие, что весь штаб эвакуировали. Книжку мы, кстати, восстановили. Пояснили всё и отпустили домой. Оставшуюся часть дня мы провели с ребятами в центре города. Весь день было пасмурно, даже иногда моросил дождь, но это нам не мешало бродить по смеси европейской и советской архитектур. Мы втроём были в ресторане, в котором работала Тако. У них там был телевизор, на котором был включен новостной канал. В эфире рассказали о нашей сегодняшней в ТЭЦ. Казалось бы, ничего необычного, но футаж самой ТЭЦ был заменён на анимацию смены флагов различных стран. Это либо прикол от канала, либо режиссёр перепутал нужный ролик для показа в эфир. Эн в шутку назвал случившееся «международной цензурой».***
ВТОРНИК, 15 ИЮЛЯ, 2025 Г. В этот раз вызов поступил ночью, в полпервого. Что самое забавное, вызвали только меня и Тирдроп. Штаб в такое время ещё работал. Мы с ТД приехали туда на моём Приусе, Бася стоял снаружи. — Итак, что случилось? — спрашиваю я. — У пары восстали все телевизоры в квартире. Они сводят их с ума, крушат всё, в общем, Охотники за приведениями теперь реальны, — пояснил он. — Так… Почему бы им просто не вызвать полицию? — Да они вот звонили, и пришли, но… Полицейских съел один из телевизоров. Буквально. — Ч-чего? — Съел, говорю. — Да не, я то услышал, просто… Телевизор? Съел? Это как? Через экран затащил в себя? — Ага. Я немного хихикнул и сказал «ничё се», но не потому, что это смешно, а потому, что это очень странно и абсурдно. Но, видимо, учитывая, что я недавно встретил самого себя из будущего, ныне возможно ВСЁ. Мы с Тирдроп направились вниз к нашему фургону, чтобы взять всё необходимое. Как только мы открыли заднюю дверь, мы заметили в салоне Аннонсера. — Бу! — сказал он, как только увидел нас. Я не испугался вообще. — Привет, Аннонсер… Бася знает, что ты здесь? — Нет, но лучше бы знал. Не говори ему о том, что я тут был в любом случае, потому что я взял на себя роль Джимена в этой истории. — Я уж без тебя забыл, что мы в симуляции живём. — В это время ТД зашла в фургон и взяла то, что нам надо. — А что ты здесь делаешь? — Я хочу сказать, что вы все обречены. Вамбукз придёт. Я не совсем понял, о чём он, но заставить меня взволноваться у него удалось. — Ну да, никогда не знаешь, как и когда закончится человечество… — Но ты знаешь. И это будет очень скоро. Мне стало ещё некомфортнее. — Что ты имеешь в виду? — Слушай, это будет попросту невозможно. У них оборудование чересчур мощно. Вы просто не сможете её разминировать. — …Кого? После этого вопроса, двери автоматически захлопнули. И когда я открыл их снова, Аннонсера уже внутри не было. — Типичный Аннонсер, как всегда всё таинственно… Ты поняла, что он имел в виду, ТД? Она покачала головой. — И я не понял… В любом случае, мы приехали по адресу ул. Мира, д. 38. Там, где эта пара жила. Это был бежевый дом в стиле северного модерна. Даже в подъезде ощущается, будто сейчас конец XIX — начало XX века. Не то, что у нас, выполненное в стиле 50-х гг. Но мы сюда не архитектурой пришли интересоваться. С 6 этажа уже слышались крики, мы с Тирдроп стали быстро подниматься. Дверь посередине была раскрыта — именно оттуда сегодняшней ночью эфир забрал нескольких людей живьём. Войдя, всё было разбросано — одежда, посуда, всё было на полу. Мебель передвинута на непонятные места и местами опрокинута. Все шкафы и двери раскрыты. Мы пошли в гостинную и увидели, что три толстых телевизора (один из них был совсем небольшим) грозились нападать на Пин и Койни. Телеки, как стая бродячих собак, загнали их в угол и окружили со всех сторон, и единственным их возможным вариантом спасения было только лезть по стенке. Телевизоры, видимо услышав нас, обернулись к нам и побежали в нашу сторону. Телевизоры изначально показывали белый шум и издавали аналогичный звук, но заметя нас, их экраны стали меняться между настроечными таблицами и криповыми лицами а-ля Вайомингский инцидент. Издавали они синусоиду, криповые эмбиенты, общались будто с нами через зловещие фразы. И, что самое главное — нападали на нас. Один из них чуть не сцапал мою ногу. Долбанул один разок по тому телевизору — вмятина осталась, но был как живой, так живым и остался. Ещё и показывать продолжал. Моя бита ничем не помогала. Зато лазерный пистолет Тирдроп уничтожил их троих, не оставив ни следа. — Спасибо, Тирдроп! — обнял я её, когда она уничтожила телевизор, который гнался за мной. — За мной должок. Она обняла в ответ и улыбнулась. Но одного уничтожения телевизоров было мало. Надо же проверить, как там Койни и Пин. Если не учитывать, что они были очень сильно напуганы, то они были в порядке. Койни подошёл ко мне и смотрел, как на какого-то святого. — С… Сергей? Это же ты, да? — Ну да, — сказал я. Он улыбнулся, начал нервно смеяться и крепко обнял меня. Я тоже его немного приобнял в ответ. А ещё я помахал рукой Пин, ибо мы с ней год не виделись. Она помахала мне в ответ. — Спасибо! Спасибо вам большое, ребят! — Ну, ну, не стоит… Это как вообще произошло, кстати? — Ну, — отпустил он меня, — всё началось с того, что мы с Пин смотрели ужастик. Затем, когда наступил страшный момент, из-за которого мы с Пин испугались, картинка прервалась помехами… и телевизор накинулся на нас. Из кухни прибежал ещё один, а со шкафа упал и также ожил старый советский телевизор, который, не знаю, лет 8 назад включали. А на постоянной основе смотрели ещё давно. — Вот это да… — Мы вызвали полицию. Когда полицейские зашли, их съели телевизоры. Они начали крушить всё вокруг и пытались даже к соседям зайти, — присоединилась Пин. — Но, видимо, мы для них оказались более важными, — сказал Койни. — Мы решили в этот момент вызвать вас. Кстати, вы оба чтоль единственные рабочие бопники на данный момент? — Не думаю. Может, кто-нибудь ещё сейчас не спит, — сказал я. — Мы сами сейчас спали. — О. Ого как. Койни взглчнул на пол и почесал репу. — Блин… Как же мне вас отблагодарить? — Да это не обяза- Я оборвал свою речь, ибо вспомнил, чего хотел, да и сейчас наверное хочет Бася. А именно — как можно больше людей. — Знаешь… А ты к нам можешь присоединиться? — В БОП? Хех, звучит заманчиво! Я вполне себе энергичен и могу пригодиться в боевых условиях! Ещё могу снайпером пригодится… — Я уверен, тебе смогут найти призвание. А вам, может, помочь? Бардак этот убрать, например… — Да не, мы потом сами приберём, — сказала Пин. — Пока ночью в… таком поспим. В тесноте, да не в обиде. Только здесь правильнее сказать в бардаке, да не в обиде. — Ну ладно, как хотите. Постояв ещё немного, я сказал: — Ладно, мы, пожалуй, пойдём. — Давайте, ребята! — пожал нам руки Койни. — Спокойной ночи вам и удачи! — Вам тоже! — говорил я, пока мы выходили с ТД за порог входной двери. Закрыв дверь, я начал чувствовать беспричинный страх. Будто тот страх, что я должен был испытывать при драке с телевизорами, запоздало пришёл ко мне. Я слегка трясся. Эту тряску заметила Тирдроп, которая позже сама слегка трясла руками. Я взял её на руки и обнял. — Т-ТД, мне страшно… Она сначала бегала глазами, а потом кивнула. Я стал бежать вниз по лестнице, прижимая левой рукой к своему телу ТД. Мы выбежали из подъезда и мигом сели в машину. ТД села мне на ляхи. Мы пристегнулись воедино. Когда я начал водить, ей будто стало страшнее меня. Она обняла меня, даже сжимала и гладила по спине. Я свободными руками гладил её в ответ. Это всё ощущалось, как массовый кошмар на яву. Всё ощущалось нереально. Эта машина, которой я вожу. Эта улица, по которой я еду. Эти звуки, что я слышу. Эта голова, что видит и думает, что всё нереально, но на самом деле реально, и лишь заставляет думать, что это нереально, чтобы я случайно не сошёл с ума. Не хватало ещё внетелесных переживаний. Придя домой, мы с ТД легли в одну кровать. В ней же спала Тако, а на полу Эн. Тирдроп не прекращала меня обнимать. …Утром я проснулся в холодном поту, и вообще удивился, что я проснулся. Я думал, что сводящие меня с ума ощущения за ночь должны были разъесть мой мозг, но этого не произошло. ТД, видимо, за ночь перешла к себе, ибо я её у себя в руках не заметил. Тако уже ушла на работу. Эн всё так же валялся и сладко спал. Руби сидела в телефоне. Я встал и присел к Руби. — Доброе утро, Руби. — И тебе, Серёжа. Я сел поближе. — Слушай… Ты, это, прости, если мы все уделяем тебе мало времени из-за всей этой штукой с БОПом… — А? — отложила она телефон. — Это-то? Ну… Не переживай, ты же знаешь, что я иногда, когда мне скучно, в игры играю. А ещё я хожу в гости к Флауэр! Я кивнул, обнял свои коленки и, как сегодня ночью, начал слегка трястись. У Руби было озадаченное выражение лица. — …Ты в порядке? — Не знаю. У меня это так с сегодняшней ночи. У ТД такое же было. — Так… Вы куда-то ходили? — Да, на вызов… там у Койни и Пин после ужастика телевизоры жизнь обрели, всех и всё на дыбы… Может быть, это у меня побочка от этого… — С-серьёзно? Телевизоры ожили? — слегка усмехнулась она. — Ага. Я вот тоже не поверил сначала, а потом меня как чуть не сцапал один, чуть не затянул в себя через экран… — М-м… Я ещё сидел. В какой-то момент я начал трястись сильнее. — Тебе может воды принести? — Н-нет, нет, нет… Ты можешь… обнять меня? Она обняла меня. — Всё, что скажешь! — Спасибо, это правда… очень приятно. — Я обнял её в ответ. — Опять же, прости, если мы тебе мало времени уделяем… — Чтож, по крайней мере я знаю, что БОП следят за тем, чтобы с нами не случилась большая жопа, а? Я был настолько отчаян в утешении, что даже не стал судить, насколько плоха была эта шутка, а просто обнял её крепче. — Господи, Руби… Ты такая дурёха… Я тебя люблю, по дружески… — Я тебя тоже люблю, Серёжа, — засмеялась она. ‐ То же самое я могу сказать и про тебя. Я лишь улыбнулся, закатил глаза и похлопал ей по спине. — Слушай, я знаю одно место, которое поможет тебе с поправкой самочувствия! И оно не хуже всяких санаторий и спа-салонов! — Хм? — На улице Северной есть небольшое заведеньице под названием «Дом няшности». Я туда часто прихожу, когда мне скучно или грустно, и даже страшно. Тебе, думаю, тоже понравится. Она встала из кровати, схватила меня и потащила за собой. — Пошли! Спустя десяток минут мы пришли в этот ваш Дом няшности. Внутри он походил как на своего рода котокафе, только помимо котов были ещё и другие милые зверьки: зайчики, кролики, и прочие пушистики. Интерьер был очень милый, создавалось ощущение, что сюда даже не ступала нога ни одной злой буки. Будто убежище от этого жестокого, угрюмого реального мира. — Ладно, тебя я оставлю, а я пока пойду сгоняю к Флауэр! — Давай. Руби мигом побежала дальше по улице. Внутри никого не было. — Есть кто? — спросил я, серьёзно ожидая, что кто-то кроме этих зверьков мне ответит по-человечески. Но, к моему удивлению, из-под столика, похожий на тот, что можно увидеть в каком-нибудь банке, где обычно сидят люди в белых воротничках, показались уже знакомая мне золотая рыбка и жёлтая пони с розовой гривой. Это были Дарвин Уоттерсон и Флаттершай. С последней я не был лично знаком. — Кого я вижу! Серёжа! — воскликнул Дарвин, увидя меня. Я пожал ему руку. — А тебя какими здесь судьбами? — Да вот, понимаешь… Про МОПИОК слышал? — Да, а что? — Так вот, оно недавно возродилось в виде Брядлского Общества Протектората, и я там, в общем, участвую. — Ого, не тяжело? — Да вот, не знаю, как сказать… В общем, сегодня ночью я с Тирдроп отправился на вызов. Там у наших друзей телевизоры ожили, криповые все были. ТД с ними управилась, но позже мы начали испытывать беспричинный страх. Она, как я понял, за ночь успокоилась, а я нет… — Чтож, ты по адресу! Мы с Флаттершай поможем тебе расслабиться! — Да! — кивнула она. — Спасибо, ребят. Меня повели к дивану. Он был очень мягкий, в нём будто утонуть можно было. — Ну, распоряжайся, как сам знаешь, — сел рядом со мною Дарвин. — Чувствуй себя как дома, Сергей, — сказала мне Флаттершай. — Может, тебе принести чашку чая, или дать кота погладить? — Ну, чай бы мне не помешал, — сказал я. — Один момент! Она побежала за дверь, которая стояла за их столиком. — Ну, Дарвин, расскажи-ка, ты сам как? — О, да вполне нормально! Мне очень нравится здесь работать. Вполне себе даже приятнее, чем работать психиатром в поликлинике, а то знаешь, бывают люди настолько нервные, что даже меня могут вывести из себя… — Да уж… — кивнул я. — Тут, кстати, периодически появляется Руби. — Да, я знаю. Она меня сюда и привела. — Круто! — Думаю, буду ходить сюда каждый раз, когда плохо себя чувствую, в плане настроения, конечно… Мне уже правда становится лучше. — Вот и отлично! Мы посидели ещё немного. Я слегка топал ногой под бит песни, которая негромко играла у них через колонку. — А ты сам-то как вообще? — вдруг спросил меня Дарвин. — Было чего нового? — Нового очень много было совсем недавно. Я чуть не потерял друга, чуть сам не потерял свою жизнь, обрёл новых друзей, ну и… Как я уже говорил, в новый МОПИОК вступил. — Ух ты-ж… Как это ты чуть не потерял свою жизнь? — Про случай с криповой штуковиной в Отеле ОДжея слышал? — Ну, и? — Так вот, мало того, что она меня чуть не съела, или что она там собиралась сделать, я ещё чуть не попал под горячую руку сошедшей с ума толпы. У этой штуковины есть возможность сводить людей с ума, если она выйдет за пределы того заброшенного ТЦ, где она жила. Все вокруг начали убивать друг друга… Слава Богу я не пострадал даже, но было очень близко. — Жесть… — покачал головой Дарвин. — Я сам в шоке был, на самом деле… Мне ОДжея больше всех жалко, ему о той хреновине никто ничего не говорил, а тут такое случилось… — Да уж… К нам вернулась Флаттершай с чашкой чая. Чашку я взял и начал потихоньку пить чай, а Флаттершай к нам подсела. — Ну как вы, уже лучше? — спросила она. — Ага! — сказал я. ‐ Спасибо вам, что создали такую приятную атмосферу! — Всегда пожалуйста! — сказал Дарвин. Мы сидели и болтали дальше. С такой приятной компанией, обстановкой и отношением, все проблемы оказались лишь страшным сном. На самом деле, во мне должна была остаться хоть частичка ощущения того, что нужно быть начеку в любом случае. Потому что… В тот момент, когда всё казалось наиболее спокойным, в мой скромный, тихий уголок комфорта на всей скорости врезалась реальность. Это то, что буквально произошло. Во входную дверь влетел чёрный фургон, очень схожий с нашими. Входная дверь разлетелась в щепки и на осколки. Благо никого из зверей там не было. Водитель, похоже, погиб на своем месте, ибо его голова буквально впечаталась в руль. Из салона вышел какой-то чувак, который пытался окликнуть водителя. Тот ничего не произносил. Тот чел приподнял голову водилы — она была всё в крови. И он откинул её, как ненужную вещь, тихо сказав «бля». Одет тот чел был также, как и лихач, что привёз его. Дарвин и Флаттершай буквально тряслись от всего, что успело произойти меньше, чем за полминуты. Зверьки оцепенели. — О! Ты же этот, подопечный Баси! — сказал он, увидев меня. Он схватил меня, сидевшего на диване, за шкирку. — Ха-ха, так ты ещё же этот, как его… — Отпустите его! Сейчас же! — закричал Дарвин, выглядя вполне устрашающе. Тот хрен достал пистолет. Зря я, конечно, не взял с собой биту, потому что я уже теперь не сомневаюсь, что меня всё хочет убить. Дарвин, увидя пистолет, стал паинькой. — Вот так-то, рыбка, тебе молчание лучше подходит. Маньячелла смотрел на меня, будто он хотел что-то выдавить из меня, чтобы я рассказал ему что-то секретное, но он даже не знал, что именно. Он, очевидно, хотел прикончить меня, но обыграв это, как какой-нибудь допрос, ещё и распугав всех вокруг. Ощущение было схожим — я его тоже хотел прикончить. Внезапно, Флаттершай указала своим копытом на нас. На некоторые доли секунды сначала ничего не было, но зато после этой доли все зверьки напали на того хрена. От боли, он отбросил меня и выронил свой пистолет. Меня они немного поцарапали, но это было терпимо, по сравнению с тем, что они с ним сделали… Они исцарапли всё его тело до крови, искусали… Бедолага, сказал бы я, если бы не его изначальные мотивы и поступки. Я встал рядом с Дарвином и Флаттершай. Мы смотрели, как зверьки терзали живьём вторгнувшеговся. Зрелище страшное, жуткое. Я удивлён, как я ещё не сошёл с ума, учитывая, что я до этого видел на ТЭЦ. — Вот, что ты получишь, когда попытаешься атаковать няшек… — сказала Флаттершай сквозь слёзы. Мы с Дарвином невольно начали гладить её. Постояв ещё немного, я попрощался с ними и вышел из Дома няшности через заднюю дверь протаранившего фургона. У заведения собралась небольшая толпа зевак. Среди них я увидел Руби. — Серёжа! Ты живой! — крикнула она. — Живой, живой, родная… — обнял я её. О случившемся надо было доложить штабу, а у меня ничего с собой не было. — Что здесь произошло?! — Я тебе по пути расскажу. Пошли. Я взял Руби за руку и повёл её за собой. Мы пошли в штаб, в некоторых местах преступая правила дорожного движения и идя по оживлённым шоссе и проспектам. Меня это не столь волновало. — Так что случилось-то? — Похоже, неоплопинаторы. — А куда мы идём? И почему мы идём там, где хотим? — Ленинградское шоссе, строение 24. — А я зачем тебе? — …Для успокоения психики. — …Оу… Ого… Мы пришли довольно быстро (ещё бы). — Так, мы на месте. Это, Руби, наш штаб. Я тебя оставлю в холле, вон, не знаю, на фонтан посмотри, или телевизор посмотри, или с моим другом Рокко поболтай. Он у нас охранник, один из них, точнее. — Окей! Я в голове принял решение доложить сразу Басе. Я поднялся на лифте на 70 этаж. Не удивляйтесь, что его кабинет так высоко, он же любит панорамные виды, ибо зачем ему в Крейзи Сторис своеобразный закос под Цитадель из Half-Life 2? Дверь в его кабинет была приоткрыта, наверное потому, что сегодня народу было мало, и он не ожидал, что к нему будет кто-то входить. В кабинете были он и Ви, они пожимали друг другу руки. — Чтож, Ви, я, опять же, очень рад, что мы работаем вместе. Эта информация будет ценна для всех нас, — говорил Бася. — Лично для меня это было очень просто добыть, — нервно смеялась Ви. — Я, может быть, в ближайшее время, сделаю тебя моим заместителем. — Для меня это будет честь. Они оба заметили меня, когда я слегка просочился в открытый дверной проём. — Разрешите? — спрашиваю я. — Ээ… Ты всё, что мы говорили уже услышал, да? — спрашивает меня Бася. — Ну да. — Это знаешь только ты, я и она. И никто другой. — Да. Расскажешь кому-то ещё — дело будешь иметь со мной лично. Ясно? — спросила Ви. Я кивнул. — Ну вот и хорошо. — А войти-то можно? — Заходи уже! — раздражённо сказал Бася. — В общем, тут такое дело — в Дом няшности буквально десяток минут назад со всей силы врезался фургон, чересчур похожий на один из наших. Водитель то ли в отключке, то ли умер — не откликается, короче. Его напарник был, ну… Как это сказать… Отдан на растерзание животным Дома няшности. — Чтож, я помню, мне докладывали, что один из наших фургонов украли. Фургон новенького такого, круглого, маленького, оранжевого. — Койни чтоль? — Вроде он, да. — Ничего себе. Вот тебе и первый день… — А как были одет водитель и пассажир? — Все элементы одежды в чёрном. Ещё и куртка кожаная, тоже чёрного цвета. — Это неоплопинаторы, — внезапно вторглась Ви. — Серьёзно? — Да. — Ничего себе… — покачал я головой. — Хе, а я ведь туда зашёл, чтоб расслабиться. — Ну, знаешь, сейчас не время расслабляться. — Да… Кстати, Ви, а что ты здесь делаешь? — Доставила важную информацию о неоплопинаторах, как и о Чёрных Плопинаторах. Это всё, что я скажу. — В наши информационные системы будет добавлена история Плопинаторов, кто они такие, каковы их цели и всё такое, — сказал Бася. — Но, думаю, тебе они ничего нового не скажут. — Ясно, — говорю я. — Я пойду, пожалуй. Увидимся. Как только я собирался выйти из кабинета Баси, он внезапно окликнул меня: — Стой, Серёжа! — А? — Раз уж уходишь, поставь чай, а? Я вздохнул и поставил ему чайник. Стоял он прям у входа на столе. — Спасибо. Я вышел из кабинета и поехал вниз на лифте. В лобби я увидел, что в фонтане… была Руби. Мало того, так она ещё и спала в нём. — Руби! — подхожу я к ней. — Ну кто в воде спит?! — А-а? А! Я это… Мне стало невыносимо жарко, и я думала охладиться в бассейне! Мне твой друг сказал, чтобы я вышла оттуда, но я сказала, что я буду тут ненадолго, и… Я засмотрелась, как течёт вода и заснула. Я сделал фейспалм и стал вытаскивать Руби. — Господи, Руби… Ты такая дурёха, а… — Но эй, по крайней мере я освежилась! — Молодец. В армию если и пойдёшь служить — проси, чтоб в ВДВ записали. Каждое начало августа будешь освежаться. — Я подумаю… Она меня подбила локтем. — Дурёха, блин… — пробормотал я. — Пошли домой уже! И мы пошли. И мы пришли. Дома были все, кроме ТБ и ГБ. Я просто сел на кровать, тихо наблюдая, как все вокруг развлекаются, и задумался, немного осмысляя, что успело пройти за последний час. И в кой-то степени, как это обычно у меня бывает, меня бросило в ностальгию. После того, как я таращился в никуда несколько минут, я решил присоединиться к друзьям. Был, короче, очередной обычный облачный день. Пока снова не пришёл вызов. В штабе я был вместе с Эном и Узи, с последней я давненько не виделся. Бася нам выдал билеты. — Зачем нам эти билеты? — спрашиваю я. — Неоплопинаторы начали расселяться по СЗФО. Глянь, куда вы едете. Я посмотрел. Нашей конечной точкой была деревня Ваганово, что в Ленинградской области. — Ваганово? Так далеко? — Ага. — А что мы там будем делать? — спрашивает Узи. — Серёжа, может, помнит, что недавно крали начальников, бизнесменов и так дале, и что их выводили на чистые поля, как скот. Так вот, основная их ферма находится именно там. Он на момент взглянул в сторону и снова посмотрел на нас. — Узи, рельсотрон с собой? Она достала его. Это была большая чёрная (местами кисло-зелёная) пушка. Это была настолько имбовая пушка, что она могла расщепить на атомы даже алмаз. — Отлично. Поспешите, поезд скоро прибудет. — Вас поняли! — отдал часть Эн, схватил нас с Узи и мы полетели к вокзалу. Подождали и уселись в поезд. С нами ехали ещё обычные простые граждане. По пути я иногда посматривал в окно, ибо, если честно, Карельский перешеек — одно из самых красивых творений природы, ничем не хуже, чем наши леса и холмы. Потому что, ну, мы почти одна и та же местность. Ехали, ехали, ехали мы в Ваганово. Ехали, да. Ехали. Стоп, а почему мы ехали? Почему мы не полетели? Эн и Узи же могут летать. Но осознал я это на пол-пути. — Погодите, ребят, а почему мы просто не полетели? — спросил их я. Мне не ответили. Я глянул на обоих. Дисплей Узи жёстко глючил, а дисплей Эна отображал «неизвестную серьёзную ошибку». Они не двигались и ничего не говорили. Я их тряс, но ничего не было. Стучал им по головам, и ничего не было. А потом я взглянул в окно. Проехав целые стены из елей и прочих деревьев, наконец-то открылась просторная местность, вдали которой я увидел гигантскую полупрозрачную руку с четырьмя пальцами (по крайней мере, с моей точки обзора). Мне казалось, что когда я на неё посмотрел, она посмотрела и на меня, причём очень зловеще. Но у неё не было глаз. Я стал ощущать, что во мне нет ничего больше, кроме чувства вины. Я ощущал, будто я вновь участвовал в битве за Майское Солнышко, и что я одновременно был Чёрными Плопинаторами. Я никогда себя так беспомощно не чувствовал. Я забыл, зачем мы ехали в Ваганово, и что я хотел спросить у своих дронов-друзей. Я стал тихо плакать. Я даже, вроде, слышал, как кто-то среди других пассажиров плакал. Но, это, быть может, ложное воспоминание. Присутствие — именно так называлась эта гигантская рука — вскоре исчезло после километра очередных деревьев. А тут и Эн с Узи очнулись. Только вот мы продолжили сидеть, как ни в чём не бывало. Мы сошли на платформу и удивились тому, где мы оказались. Ни один из нас серьёзно не понимал, зачем мы приехали в Ваганово. Но когда мы двинулись в сторону деревни и увидели, что рядом с одним из дачных участков в ряд стояли люди в официальной одежде, я сразу вспомнил, будто из ниоткуда, зачем мы сюда на самом деле приехали. Я отвёл Эна и Узи подальше в придорожные кусты. — Серёжа, что случилось? — спрашивает меня Эн. — Я вспомнил, зачем мы сюда приехали! Бизнесменов выручать! — Ты имеешь в виду тех челов, которые там вдали встали, как барашки? — Да! Мы смотрели на это стадо через кусты. Не похоже, чтобы их кто-то охранял. Ещё подождали несколько минут, но ничего другого, кроме того, что эти формалы стояли, как вкопанные и местами поворачивались, чтобы посмотреть куда-нибудь ещё, не было. — Так, я не особо-то хорош в проработке планов, но… Что делать будем? — спрашиваю я. — Просто пойдём и освободим их? — предложила Узи. — Боюсь, это может быть ловушка. — Он прав. Может, окажется, что кто-то из неоплопинаторов спрятался в домах рядом. — говорит Эн. Я посмотрел на участки вокруг, и они были в идеальном состоянии. Под этим я подразумеваю то, что в них не было какого-то следа неоплопинаторов, по типу выбитых стёкол и дверей, разрушенных грядок, и тому подобного. Хотя о чём это я, Эн же вообще машина для убийств! Он может и сканировать местность на наличие кого-то вокруг. — А ты отсканируй место. Он посмотрел в сторону, где стояли люди. — Ого, прямо в деревьях за ними большая толпа, — сказал он. — И, не похоже, что это могут быть ещё бизнесмены. — Ясно. Прямо к ним пойдём — могут и их прикончить. У меня есть идея. Я повёл обоих в обратное направление того, откуда мы пришли, и на полпути остановились. — Зайдём к ним с тыла. Эн, ты сейчас понадобишься нам для того, чтобы найти плопинаторов. — Неоплопинаторов, — поправил меня он. — Знаю я. Взлетим здесь, держась за Эна, он вновь увидит их через стены, устраним их и тогда освободим бизнесменов. Всё так и случилось. Эн взлетел ввысь, мы врезались в центр их укрытия и стали валить по ним. Делал это преимущественно он, потому что у меня была бита, а у Узи очень имбовый рельсотрон. Своей битой я отбивался от нападавших и иногда помогал Эну. Узи дралась с неоплопинаторами в рукопашную. Но было ощущение, что их всё больше и больш. В какой-то момент Узи достала рельсотрон. — Отойдите! — крикнула она, но её почти не было слышно среди свистов пуль. — А?! — кричу я. Я правда хотел её расслышать, но, увидев рельсотрон, я сразу понял, что нужно было отойти. А Эн не слышал, а он был под прицелом, считай, ещё и ходил вокруг. В самый последний момент я бросился на него, чтобы он не попал под зону поражения рельсотрона. И вот он — выстрел. Все неоплопинаторы исчезли под гигантскую лазерную струю, которая сопровождалась ещё и очень бассовым низкочастотным звуком, и сейсмособытием с магнитудой 4,5 в радиусе километра от нас. Рельсотрон поразил не только неоплопинаторов, но ещё и деревья. Но от них мы убежали. Руки и ноги бизнесменов буквально были на замке. Мы сломали их, доложили о том, что освободили их. За ними приехал автобус, на котором стали увозить их обратно там, где они и были. Уехали обратно в Брядл так же, на поезде.
