С первого сообщения и взгляда

Мы были даже не знакомы никогда

Не видел ты моих сожженных волос

И не смеялся над моими панчлайнами

Что я, идиот, говорил всерьёз

Не удивлялся моим крохотным рукам

И не ругался, если чай остынет

Зато голосом охриплым своим

Ты оправлял мне голосовые

Через холодную клавиатуру

Сумел мне подарить май в выходные

Я обещаю, больше не буду

Просто ещё раз повтори мое имя

И твои сиплые ноты прольются

Звучит в динамике опять колыбельная

Я агрессивно-опасен на улице

Но ты мне пел в голосовых сообщениях

Все остальные любили Би-2

Им пели Бледный и Pyrokinesis,

А хотел бы лишь услышать тебя

Ты был моей неизлечимой болезнью

Я ненавижу этот пасмурный день

Когда под каплями дождя и пыли

Они разбили мне лицо, наплевать,

Но эти суки телефон мой разбили

••• Люциус не мог сказать точно когда они познакомились. Будто они были знакомы всю жизнь. Так ощущалось. Но отматывая переписку к началу, он понимал, что знает его лишь месяц. Но этот месяц был настолько восхитителен, что затмевал всю остальную его унылую жизнь. Написать по пьяни какому-то рандомному человеку и в итоге так стать зависимым от него. Это и правда походило на зависимость. На ту, что была у Ивлиса к наркотикам, что была у Воланда к алкоголю, что была у Зефириона к сексу, что была у Абиссы к мясу. Тоже ощущал Люциус к нему. И это было до жути глупо. Черт, да он даже его лица никогда не видел! Они никогда не были знакомы, этот парень не видел сожженных волос Люциуса, его маленьких рук из-за маленького роста, которым удивлялись все остальные. Но при этом он знал его наизусть. Как и Люциус его. Он знал, что Люциус любит пить остывший чай и никогда не осуждал его за это, хотя сам пил только горячий. Знал, что Люциуса выперли из универа, где он учился на юриста по наставлению отца. А Люциус знал, что он любит приключения. Вернее, они его. Знал, что его любимый цвет голубой и он старается, чтобы этот цвет всегда присутствовал в его одежде. Даже немного, но все же. Люциус вновь, кажется уже в сотый раз за месяц, отмотал переписку в самое начало, перечитывая их знакомство. Вы: «Я закопал тело того парня у тебя в саду. Тепрь осталось притвориться перед мусрами, что мы ничего не знаем»

MrLololowka:

»???»

«Я думал тело нужно закопать за городом. Зачем оно мне во дворе?»

В тот день они выпивали с Абби, Зефиркой и Воландом. Люциус проиграл в карты на желание, а они загадали ему написать рандому подобие такого текста. Обычно Люциус не берет с собой на пьянки телефон, потому что в пьяном состоянии может натворить много всего, а с телефоном эти возможности сильно расширяются. А повторять судьбу Зефириона и видеть потом себя пьяного в трусах в инете не сильно хотелось. Но эта была одна из немногих пьянок, где у него с собой телефон. Вернее, изначально они вообще не планировали пить, поэтому телефон был при нем. Когда они свернули не туда было сложно. Но такой поворот событий происходит довольно часто, так что Люциус уже даже не удивляется такому. И вот, он проиграл желание и пишет незнакомцу, стараясь соблюдать орфографию, чтобы собеседник не догадался, что общается с пьяным в стельку парнем. По задумке этот везунчик должен был ответить что-то типо: «что? о чем ты? какое тело?», а Люциус бы ответил, что играть дурачка нужно не перед ним, а перед полицией. Но этот незнакомец решил подыграть. Вы: «А зачм оно за городом? А у тебя удобрение. Не жалуйся» «Чтото не нравится, или откапывай»

MrLololowka:

«Боюсь, тогда мне придется пробираться на участок чужого дома. Я в квартире живу, а ты говоришь, что закопал его в саду ;)»

Спустя два дня, когда Люциус обнаружил эту переписку, он почувствовал себя неловко. Хотел подколоть кого-то, а в итоге сам не смог ничего ответить. Вы: «Хей. Хотел пояснить за те смс» «Я напился и проиграл друзьям желание. Ты просто попался под удар, так что без обид»

MrLololowka:

«Приветик»

«Я почему-то так и подумал, ха-ха»

«Не хочешь продолжить общение? Меня Лололошка зовут»

Вы: «Пиздец у тебя имя странное, чел. Я думал это просто ник» «Меня Люциус звать»

MrLololowka:

«Ты не первый, кто так реагирует на мое имя, я привык»

«Но и у тебя оно необычное. Не такое как у меня, но все же. Ты что, король ада?»

«Прости, просто смеюсь. Приятно познакомится, Люциус: 3»

Вроде все выглядело так просто. До смешного просто. Написать незнакомому человеку по пьяни, а теперь стать близкими друзьями несмотря на то, что они даже не видели лиц друг друга. Сперва Люциус подумал, что Лололошка поступает так из какого-нибудь отчаянья, к примеру, из-за того, что у нет друзей или что он просто какой-нибудь неудачник, ну или что-то в этом роде. Но чем дольше они общались, тем больше Люциус понимал, что неудачник здесь только он. У Лололошки хоть и не было семьи, но он был умным парнем, который закончил Академию, у него есть работа, которую он любит всей своей душой, и целая гора друзей (такое ощущение, что он может подружиться с кем угодно). Единственное, что являлось брешью его идеальности — семья. У Лололошки полная амнезия из-за чего он не знает своих родных. Ему пришлось начинать свою жизнь с чистого листа одному, без семьи, дома и всего остального. Но он смог. Люциус на его фоне выглядит просто жалко. Из университета его отчислили за оценки и многочисленные прогулы (а ещё за хамство); работы нет, ведь он просто напросто не привык трудиться; на сотню друзей Лололошки, у Люциуса их всего трое — Воланд, Абисса и Зефирион, хотя Люциус считал, что этих троих ему более чем достаточно; а семья… это был отдельный кадр. Внимание привлек внезапно появившийся значок о том, что Лололошка в сети. Оно почти мгновенно изменилось на «печатает».

MrLololowka:

«Только иду с работы: <»

«Я так устал, что наверно готов уснуть прям посреди улицы»

Вы: «Ого. Чувак, ты вообще видел время?» «Старик тебя сегодня явно не щадил»

MrLololowka:

«Не, Бастиан тут не причем. Я задержался из-за клиента. Мужчина сбил собаку и принес ее к нам. Нужно было делать операцию самому, но я справился!!!»

«Главное, что собачка будет жить, так что я не жалуюсь»

Люциус улыбнулся, видя это сообщение. Доброта Лололошки всегда его поражала. Он работал ветеринаром под началом старика, который помог ему. Кажется, Лололошка устроился работать у него на полставки кассиром, а после, подружился и тот помог ему попасть в Академию, где сам работает преподавателем биологии (или ботаники, Люциус не запомнил подробности). А когда Лололошка закончил ее, то решил не уходить от старика, работая там уже полноправным ветеринаром. Ведь это лишь небольшой бизнес Бастиана «для души», чтобы помогать животным, его основной заработок — преподавание. А Лололошка хорошо приспособился работать там, да и старику нужен был помощник. По словам Лололошки вместе с ним и стариком там работали ещё две девушки — Селести и Катрина.

MrLololowka:

«Прости, сегодня я не смогу говорить»

«Устал очень сильно…»

«Надеюсь, ты не обиделся. Я правда не могу. Сомневаюсь, что ещё зайду в сеть. Так что, заранее спокойной ночи, Люциус V⁠●⁠ᴥ⁠●⁠V»

Люциус не обижался. Все-таки Лололошка работал допоздна. Сейчас уже девять, а он только идёт домой, учитывая, что в семь они закрываются. Только было немного грустно. Ему нравилось слушать голос Лололошки. Сначала они просто начали присылать друг другу голосовые, но после, недели две спустя, начали регулярно созваниваться. Лололошка предложил это, под предлогом, что параллельно со звонком он может заниматься другими делами, а по вечерам у него обычно нет времени просто сидеть в телефоне. И его голос был таким… необычным? Почти всегда хриплым из-за того, что он мало разговаривает, но одновременно таким спокойным и нежным, расслабляющим. Особенно необычно было слушать как Лололошка поет. Он делал это нечасто, обычно просто напевая какую-то мелодию, но иногда, полноценно пел. Песенку, которая играла в клинике, в машине по радио, или завирусившийся новый трек в интернете. Это могло быть чем угодно. И каждый раз Люциус чувствовал мурашки по всему своему телу, слушая его голос. Это было так необычно. Люциус в принципе не любил музыку, испытывая отвращение к мюзиклам и в фильмах постоянно перематывал песни (в кинотеатрах он начинал бубнить и утыкался в телефон, пока вся эта какофония не закончится). Постоянно ворчал, когда Абби включала на колонке музыку, морщился при жалких попытках Воланда и Зефириона перепеть исполнителей, но когда пел Лололошка, он почему-то молчал и слушал, чувствуя, как расслабляется. Он не мог слушать оригиналы исполняемых им песен, Люциус пытался, но дольше тридцати секунд на каждой песне он не продержался. Однако голосовые Лололошки прослушивал постоянно. Из-за этого он сделал вывод, что любит слушать именно его… На кухне послышался грохот. Это был явно отец, проголодавшийся после своих супер-важных бизнес дел. Было слышно, как он говорил по телефону. Люциус уже и забыл, что он дома. Хотя, возможно Агний не знал, что Люциус дома. Добро пожаловать в жестокий реальный мир, сучка. Люциус ждал, что он придет к нему сразу, как вернётся с работы. Накричит, отчитает за вчерашний побег из дома и взрыв заброшенного дома. Ведь об этом твердили все улицы, даже в газетах это было на первой полосе, об этом упомянули в телевизоре, интернете, и Агний прекрасно знал, что его сына вчера не было дома, знал, что он уже занимался подобным и раньше, но ему было плевать. Кристально похуй. На сына, на его поведение, на все остальное связанное с ним. И так было всегда. Ивлис получал все внимание, не Люциус. Из семьи на Люциуса не плевать было лишь Ивлису. И то в ужасном смысле этих слов. Младший брат был для него объектом насмешек, поводом повысить свою самооценку за его счёт, самоутвердиться. Люциус был рад, когда он сдох. Первое время. Потом было плохо. Сейчас уже похуй. От семьи здесь одно только название. Люциус, оставив телефон на столе, открыл окно, чувствуя холодный воздух на своем лице. Он вновь сбегает. Но на этот раз просто потому что хочет. Знаки по типу: «обрати на меня внимание, ебаный отец, придурок, я вообще-то твой, блядь, сын» для Агния не работают. Люциус это давно уже понял, но все равно из раза в раз пытается. Ему нужно побыть одному. Или с друзьями и виски. Да, второй вариант ему больше симпатизирует. •••

MrLololowka:

«Почему, когда я сплю часа два я чувствую себя лучше, чем когда посплю человеческую норму ಥ⁠╭⁠╮⁠ಥ»

MrLololowka:

«Хотя, сегодня я поработаю всего до трех»

«Бастиан сказал, что вчера я хорошо себя проявил, задержался, поэтому сегодня позволит мне уйти пораньше»

MrLololowka:

«Сегодня так мало посетителей… С одной стороны я очень рад, ведь это означает, что животные в порядке, но блин… почему никто не заходит чтобы купить что-нибудь?..»

«Мне скучноооо… я из-за этого даже склад начал перебирать, ведь никого нет!!!»

MrLololowka:

«Блин, я конечно понимаю, что ты обычно поздно встаёшь, но уже 11. Надеюсь, что у тебя все хорошо и ты просто спишь: <»

Вы: «Я жив» «Просто ходил ночью к Воланду. А после бутылки виски отрубился моментально. Ток домой пришел» «Голова болит пиздец как» Люциус зевнул, чувствуя, как в уголках глаз скопились слезинки из-за зевка. Вчера они поздно легли, Люциус помнил, как светало и Воланд ворчал на солнце. Кажется, вчера он сделал много глупостей. Но глупости эти были нормой. От них не должно быть последствий. Подумаешь, выперлись на улицу пьяными, орали песни на всю улицу. Подумаешь просидели в участке пару часов, пока дежурный не сказал им проваливать, весь сам хотел пойти домой и лечь спать. Перечитав сообщения Лололошки, Люциус решил ответить на них, чтобы это не выглядело так, будто он его игнорит и Люциусу плевать на его слова. Ему не было плевать. Он знал, что если не ответит, Лололошка поймет. Ведь это просто небольшие жалобы, слова о эмоциях. Повседневные и простые. Но Люциус все равно решил ответить. Вы: «Рад, что старик не сильно тебя нагружает» «А насчёт посетителей — забей. Поверь, лучше страдать от скуки, чем от наплыва клиентов. Забыл как на прошлой неделе жаловался, что из-за распродажи не успеваешь шампуни и диетическую кошачью еду расставлять?» Лололошка буквально через секунду зашёл в сеть. Видимо, клиенты так и не появились.

MrLololowka:

«Ладно, убедил»

«Приятно знать, что ты в порядке. Постоянно беспокоюсь, когда ты уходишь выпить»

«Ты ведь вообще не предупреждаешь об этом!!! А потом до тебя невозможно дописаться, потому что ты не берешь с собой телефон (⁠٥⁠↼⁠_⁠↼⁠)»

MrLololowka:

«Почему ты не берешь телефон с собой? Твои родители ведь могут беспокоится за тебя»

Эта фраза заставила что-то неприятно сдавить грудь. Люциус почему-то вспомнил, как на встречах Абби и Зефериону иногда звонят предки, чтобы спросить как дела. У Воланда нет родителей. Их жестоко убили, когда ему было пять. В их дом просто пробрались, чтобы вырезать целую семью и уйти от наказания, ведь этого психопата до сих пор не поймали. После этого маленького Воланда забрали в приют. Ему просто некому было звонить. Возможно, именно это послужило его буйному нраву. Когда домой к Воланду ворвался маньяк, то сам Воланд, услышав крики, спрятался под кровать. Его не нашли. Хотя, особо и не искали. Просто не было времени. Ему очень повезло остаться в живых. У Люциуса же был Агний. Вот только складывалось такое ощущение, что его и нет вовсе. Порой Люциус думал, что лучше быть сиротой, как Воланд, чем жить с отвратным чувством ненужности в груди. Лучше чувствовать скорбь по родным, чем взращивать в себе ненависть к ним и все равно жаждать хоть капельку внимания. Вы: «Моему отцу похуй на меня.» Напечатал в ответ Люциус прежде, чем успел подумать. А когда подумал, то было уже поздно. Лололошка уже прочитал. Возможно, он догадывался о том, что у Люциуса плохие отношения с семьёй. Вернее, их, блядь, вообще не было. Единственный родственник Люциуса — Агний, а Агнию плевать на его существование. И долгое молчание Лололошки лишь усугубляло неприятную пульсирующую боль в груди. Наконец он начал печатать, а уже через секунду на экране высветилось новое сообщение.

MrLololowka:

«Мне не похуй»

Лололошке не плевать на него. Не плевать на человека, с которым он знаком всего месяц, не плевать на человека, являющегося полного неудачника жалевшего себя и завидовавшего другим. И почему-то эти три слова подействовали на Люциуса. Он почувствовал, как успокаивается. Он настолько зацикливается на отце, что забывает про всех остальных. Забывает, что Воланд — его лучший друг, которому на него не плевать, с которым они прошли огонь и воду в прямом смысле, поддерживая друг друга почти уже тринадцать лет. Забывает, что Зефирион и Абисса — люди, с которыми ему комфортно, которым не плевать на него, которые всегда рядом, если это нужно. Забывает, что Лололошке не плевать на него. Вы: «Блядь. Прости. Я придурок» «Прости, что заставил беспокоиться» Люциус редко извинялся. Редко благодарил. Но сейчас он не знал, что сказать ещё. Он действительно ведёт себя, как придурок.

MrLololowka:

«Все в порядке, Люц: 3»

«Я знаю, что у тебя с отцом тяжёлые отношения. Но знай, что ты не один, у тебя есть друзья. Не забывай об этом»

MrLololowka:

«Но в следующий раз, пожалуйста, возьми с собой телефон. Я же беспокоюсь (⁠づ⁠｡⁠◕⁠‿⁠‿⁠◕⁠｡⁠)⁠づ»

Вы: «Хорошо. Просто, я боюсь сделать глупость. Знаешь ведь, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке»

MrLololowka:

«Сомневаюсь, что можно сделать БОЛЬШУЮ глупость, если просто взять телефон на пьянку»

Люциус усмехнулся. Он знал, что способен на глупости. А когда телефон под рукой, то этот спектр глупостей увеличивается в тысячу раз. Вы: «Однажды, по пьяни, я залез в переписку с группой из универа и послал на хуй преподавательницу по математике, расписав подробно всю её родословную. Кем они являются и на чем сидели. Или ты думаешь, что меня выперли из-за универа только из-за прогулов и оценок?»

MrLololowka:

«…»

«Вау… Это… действительно большая глупость…»

«Ну, если что, можешь писать глупости мне. Ты уже знаешь, тему про закапывание трупа я смогу поддержать ;)»

Это правда. Вот только, почему-то в этот раз Люциус боялся сделать глупость именно по отношению к Лололошке. Судьбу профессора он вряд-ли повторит, ведь эту женщину Люциус ненавидел всей душой, а вот Лололошку… Люциус не знал, что это за чувство. Он дорожил им, как другом, хорошим собеседником, но было что-то ещё… Люциус боялся. Потому что не знал, что ожидать от себя в минуты опьянения. Ведь не понимал свои чувства. И боялся, что Лололошка их тоже не поймет. ••• Яркое солнце больно резало глаза. Было непривычно выходить из дома днём. Днём отца не было дома, он работал, а это означало, что Люциус был целиком и полностью предоставлен только себе. Не было тех тяжёлых мыслей, которые не хотели контролироваться. Люциус чувствовал себя свободным. Но у Айко кончилась еда. И теперь он идёт по жаре в ближайший зоомагазин (который находится на другом конце города!!!). Вроде это и магазин, и ветеринарка. Лололошка работает в подобном. Благо, Айко уже стала довольно большой змеёй и кормить ее нужно раз в неделю. Можно и реже, но Люциусу не особо представляется, как такая змея может не есть полторы-две недели. Гай Уайт — владелец того самого зоомагазина, говорит, что и раз в неделю нормально. Но будь у Люциуса воля, он кормил бы свою любимицу чаще. Не сдержав расслабленного вздоха, Люциус наконец дошел до нужно места, заходя внутрь. Здесь всегда было прохладно. Кондиционер работал постоянно, поддерживая комфортную температуру для людей, еды и животных, которых приносили для ветеринарных штук. Операции, осмотры и так далее. Люциус не разбирается в этом деле. Старик, стоящий за кассой приветливо улыбнулся парню. И раньше Люциус бы жутко разозлился, что это не молчаливая блондинка или рыжая веселая девчонка. А сейчас наоборот был рад, что сегодня за кассой именно этот старик. Ха, ведь были времена, когда они каждый раз собачились. В первые пару раз Люциус был слишком предвзят к этому месту, а Гай Уайт был предвзят к Люциусу. К парню с белоснежно-белыми, сожженными волосами (из-за их огненных похождений с друзьями и попытки обратно вернуть свой родной белый цвет после ярко розового, в который покрасился на спор), бледной кожей, кучей проколов на ушах, одетом всегда в черное или красное. Ну, и учитывая, что Люциус в первую их встречу язвил и обещал прикрыть их контору, то в принципе реакция старика понятна. Но сейчас они уже успели привыкнуть друг к другу. — Здравствуй, — кивнул ему старик. — Тебе как обычно? — Да, — сказал Люциус, наблюдая, что Гай Уайт развернулся, направляясь к холодильникам с замороженной едой, в основном, как раз для змей. — Моей малышке только лучших мышей. Старик усмехнулся. — Не хочешь разнообразить ее питание? Цыплят не обещаю, но могу ещё лягушек дать. — Не. Айко не любит лягушек, я пробовал. Цыплята были бы неплохим десертом для нее, но сомневаюсь, что мне где-то продадут парочку, желательно убитых и свежих. — А зачем убитые? Ты бы ей в террариум запустил бы парочку и пусть развлекается, — у старика сегодня явно было хорошее настроение. Он достал из холодильника пакет с кучей трупиков лысых мышей, лежащих друг к дружке вплотную. Люциус полез в карман, доставая карточку и оплачивая покупку. Сзади послышались чьи-то шаги. Наверняка ещё один посетитель. — Сынок, поставь эту коробку пока здесь. Там медикаменты, я ее сам разберу, — неожиданно сказал старик, обращаясь к кому-то за спиной Люциуса. Люциус обернулся, видя позади себя незнакомого парня. Первыми бросились в глаза волосы этого парня. Их было сложно не заметить. Это были русые кудрявые волосы, торчавшие в разные стороны. Но опуская взгляд чуть ниже он наткнулся на яркие, голубые глаза и розовые губы. Глупо отрицать, что этот парень красивый. Ладно. Очень красивый. Парень кивнул старику, ставя коробку, которую он видимо принес со склада на пол, около стенда с игрушками для кошек и собак. А после этого, обратил свое внимание на Люциуса, быстро осматривая его, а после, какого-то черта, улыбаясь. И эта улыбка была такой простой и искренней. Блядь, они только в первый раз увиделись. Нахера он улыбается? Люциус ощутил, как щеки почему-то начинают гореть. — Да… Я. Пойду, — бегло сказал Люциус, убирая карту обратно в карман, хватая мышей, выходя из зоомагазина, чувствуя, как парень продолжает смотреть на него. Кажется, он даже слышал тихий смешок в ответ на свою реакцию. Черт… Какого хера этот парень такой красивый? Какого хера он вообще улыбнулся?! «Что, блядь, со мной происходит?!» ••• Люциус обычно любил дождь. Но этот день ненавидит всей душой. Не то, чтобы они могли что-то сделать против десяти человек, но схватка была легендарной. И если бы эти крысы дрались по понятиям, с честью, то Люциус бы не проиграл. Но этих сук было слишком много. Алкоголь не затмевал разум. Потому что Люциус не был пьян. Он мог трезво мыслить. Но эти идиоты были явно в хлам. Десять человек, в два раза старше каждого из друзей Люциуса, в два раза шире и выше. Такие себе перспективы. Было плевать на поражение, на разбитую губу и кучу синяков на теле. Но эти суки разбили телефон. Хотя, «разбили» это мягко сказано. Один громила буквально сложил его пополам. И теперь его даже починить было нельзя. Повезет, если удастся вытащить симку, но это все равно не даст многого. Люциус сидел на мокром от дождя асфальте, смотря на переломный телефон, чувствуя злость и обиду в груди. — Хэй, Люц, ну ты чего? — послышался голос Абби неподалеку. Она села рядом с Люциусом, тоже глядя на разбитый телефон. Абисса знала какие отношения у Люциуса с отцом. И знала, что Агнию будет плевать. — Не переживай, мы поможем накопить тебе на новый. Все будет хорошо. — Или ты переживаешь из-за своего парня? У тебя ведь есть его контакт в ноуте, да? — подошёл Воланд, кладя руку на плечо друга. — Есть. Но мне удобнее общаться в переписке, через телефон. По ноуту мы обычно разговариваем. Через дискорд, — ответил Люциус, беря в руки телефон, пытаясь вытащить оттуда симку. Ну, вытащить то он ее вытащил, вот только она помялась. Супер. Ещё и контакты все просраны. Он умолчал о своей странности. То, для чего и правда ему нужен был телефон и переписка с Лололошкой в нем. Он считал это глупым. Поэтому не стал озвучивать. — Ну вот видишь, Люц! Все обойдется. Отец скоро даст мне карманные деньги, так что я могу отдать их тебе, чтобы ты купил новый телефон, — улыбнулся Зефирион, тоже желая поддержать друга. Его отец, Аэро, был богатым бизнесменом, в деньгах его семья не нуждалась. — Спасибо, — улыбнулся Люциус, вставая. — Но сперва поговорю с отцом. Может, он вспомнит, что я его сын… Не хочу забирать у вас деньги без веской необходимости. Друзья грустно переглянулись. Они знали. Они все знали и понимали. Агний богат. Они с Аэро на одном уровне, вот только если один любил тратить эти деньги и ничем себе не отказывать, обеспечивая сына и жену всем о чем можно только мечтать, то второй жил ровно наоборот. Ивлис умел надавливать, выпрашивать деньги, которые потом спускал на наркоту. Люциус так не умеет. Отец явно разочаровался в нем еще с рождения. Глупо надеяться, что ему доверят хоть одну монету на новый телефон, но обкрадывать друзей не хотелось, а личных денег явно не хватит. Люциус ненавидит этот пасмурный день. ••• В доме горел свет, несмотря на то, что было всего пол восьмого, но из-за мрачной пасмурной погоды по ощущениям уже начинало стремительно темнеть. Хотя, это не важно. Само наличие света в доме означает, что отец там. Так и оказалось. Он сидел на диване в гостиной, читая какую-то книжонку. — Привет, — поздоровался Люциус, чтобы привлечь внимание к себе. Агний взглянул на него поверх книги, тут же возвращая свой взгляд обратно. Уже хоть что-то. — Пап. Ты… Не мог бы дать мне денег на новый телефон? Пару секунд ответом служила лишь тишина, но потом ее разрезал грубый и холодный голос Агния. — А со старым что? — Он… Сломан. Хотя, «сломан» это мягко сказано. — Отнеси его в ремонтный центр. Люциус достал из кармана телефон, демонстрируя повреждения отцу. — Сомневаюсь, что там смогут это починить. Агний, вновь отвлекся от книги, посмотрел на Люциуса, а после на переломанный телефон в его руках. А после, закрыл глаза, вздохнув, глубоко и раздражённо, словно вел беседу с маленьким ребенком, который пристал к нему. — Значит купи себе новый. «Спасибо, гений, блядь. Как я до этого сам не догадался?!» — промелькнуло в голове Люциуса, но он сжал кулаки, чувствуя, как острые края поломанного телефона впиваются в руку. Он постарался ответить более вежливо. — Да, я так и планирую. Вот только моих денег не хватит, чтобы купить что-то стоящее. — Значит накопи денег, чтобы купить что-то стоящее. Люциус услышал, как хрустнула какая-то деталь телефона. Настолько сильно он сжал ее в руке. Такое ощущение, что он разговаривает со стеной. Хотя, стена и то была бы поразговорчивей. Люциус почувствовал, как начинает терять терпение. — Почему ты просто не можешь мне дать немного? Не делай вид, что мы бедные и ты не можешь оплатить сыну телефон, который я прошу у тебя купить спустя столько лет! И не делай такое лицо, будто я часто что-то у тебя прошу! Сделай хоть что-то, чтобы показать, что тебе не насрать на меня!!! Агний не смотрел на Люциуса. Но и его терпение явно тоже кончилось. Он закрыл глаза, хлопком закрывая книгу, откладывая ее в сторону, направляя свой прожигающий взгляд на сына. — Напомни, а почему я должен давать тебе денег на новый телефон? И не говори, что это потому, что ты — мой сын. Телефон — это не жизненно необходимая потребность. А жизненно-необходимым я тебя обеспечиваю, — он встал, становясь из-за этого будто в сотню раз выше и больше, нависая над Люциусом, непоколебимо стоявшим прямо, отвечая таким же гневным взглядом отцу. — А теперь, послушай меня внимательно. Ты сам виноват, что разъебал телефон в драке. О, а я уверен, что это произошло в драке. И я не дам тебе ни копейки на новый. Потому что если дам — это будет означать, что я поощряю то, что с тобой происходит. И если тебе не хватает на новый — устройся на работу и стань нормальным человеком! Твои проблемы — не мои. И ушел в свою комнату, оставив шокированного Люциуса смотреть ему в след. Чудно. Просто, блядь, замечательно. Обычный вечерний семейный разговор, ничего не скажешь. — Да пошел ты на хуй! Как будто в эту драку я специально ввязался! — в сердцах крикнул Люциус вслед отцу. Но тому было уже плевать. Он скрылся в своей комнате, заперевшись на замок. Ничего нового. Люциус кинул сломанный телефон в телевизор, разбивая тому экран. Раз отцу настолько плевать, то значит и ему тоже. Этот телевизор чуть ли не во всю стену и Люциус знает, как отец его любит. Гораздо больше, чем сына. Все могло пойти иначе, если бы Агний соизволил дать сыну пару тысяч. Пусть теперь покупает новый телевизор. Оставив все как есть, даже не выключая свет, Люциус поднялся к себе. Он собирался напечатать друзьям, пожаловаться, но увидел, что в чате с Лололошкой появились непрочитанные сообщения и даже звонки, которые Люциус просто не мог увидеть раньше из-за той драки.

MrLololowka:

«Сегодня такая погода плохая… Меня весь день в сон тянет»

MrLololowka:

«Надеюсь, твой день проходит лучше, чем мой»

«Я бы на самом деле хотел бы созвонится вечером. Хочется отвлечься от этой пасмурной погоды»

пропущенный звонок от пользователя «MrLololowka»

MrLololowka:

«Ты наверное занят. Перезвони, как сможешь»

«Надеюсь телефон при тебе»

Ага. Конечно при нем. Вон, сейчас валяется сломанным около сломанного телевизора. В сообщениях Лололошки не было ни одного смайлика, что странно. Видимо его день тоже мало чем был хорош. Люциус решил, что может пожаловаться на отца и Лололошке. Тот явно хочет поговорить. И это, кажется была правда, ведь на звонок правда ответили очень быстро. — Люциус! Я уже думал, что ты пошел выпить с друзьями и не взял телефон! — послышался голос Лололошки. Он не был радостным. Скорей натянуто-радостным. Люциус фыркнул. — Нет. Я гулял с ними, телефон был при мне, но угадай что? Правильно! Какие-то долбоебы разбили мне его в дребезги!!! Тут теперь только новый покупать, а денег почти нет, я почти все потратил на выпивку. Лололошка притих, заметив гневные нотки в голосе Люциуса. — Ой. Это плохо. А ты не пробовал попросить немного денег у родных? Мне кажется они дадут тебе немного, — попытался поддержать его Лололошка. — Ага. У родных. Разговаривал только что с отцом и нихера! Лишний раз убедился, что он не выгнал меня из дома только из-за собственной репутации. У самого денег дохера, а дать мне пару тысяч на новый телефон это, извините, но не в наших силах! Заебался у друзей деньги просить. Воланд беднее меня раз в сто, но именно он даёт мне денег, а не наоборот! Это бесит. Чувствую себя низко, но я ничего не могу поделать! У кого ещё просить? Мама бы без вопросов дала, вот только сомневаюсь, что у нее завалялось пара купюр в гробу. С Ивлисом тоже самое, вот только этот уебок даже будучи живым не дал бы мне ни копейки. От «семьи» одно только слово и то у слова больше смысла, чем есть на самом деле! Ну ничего, отцу придется, блядь, придется потратиться, ведь я разбил его любимый телевизор. Как он со мной поступает, так и я с ним! В следующий раз сожгу его книги. Раз он не хочет обращать на меня внимание, когда я разрушаю город, значит будет по-плохому и ему придется заметить меня, ведь я буду разрушать его вещи и его дом, пока он нахуй не… — Люциус. Успокойся, пожалуйста. Голос Лололошки подействовал, как отрезвитель. Люциус замолк, понимая, что слишком увлекся. Он всегда успокаивался от голоса Лололошки. И в этот раз он прозвучал так грустно. Точно. У него ведь тоже сегодня плохой день. А Люциус начал вновь говорить только о себе, добавляя негатива, хотя Лололошка хотел отвлечься от всего плохого разговором. Какой же он идиот. — Прости. Ты ведь не хотел говорить о плохом. Я обещаю, больше не буду, — чуть успокоившись, сказал Люциус. Нужно было разбавить обстановку. Он тихо улыбнулся сам себе, прикидывая в голове идею, как можно заставить Лололошку улыбнуться. — Просто ещё раз повтори моё имя. Послышался слабый смешок. Кажется это сработало. — Только если ты произнесёшь мое, Люциус. — Лололошка. — Люциус. — Лололошка. — Люциус. Люциус тоже засмеялся. — Чувствую себя идиотом, когда сотню раз повторяю твое имя. В ответ послышался тихий смех. Кажется, Лололошка сейчас чувствовал тоже самое. Злость в груди улеглась. Осталась лишь тупая боль, пульсирующая внутри. И по быстро стихшему смеху, заменившимся молчанием, было понятно, что и эти чувства они разделяли. У Лололошки что-то произошло. — У тебя что-то стряслось в ветеринарке? — решил спросить Люциус, ткнув пальцем в небо. Произойти у Лололошки могло что угодно. Он мог сильно поссорится со стариком или с кем из друзей, ему могла отказать девчонка, а может у него был просто неудачный день и он разлил суп, да что угодно! Но в динамике послышалось грустное мычание, говорящие о том, что Люциус попал прямо в точку. — Щенок, — тихо произнес Лололошка. Кажется, ему было тяжело вспоминать произошедшее. Это было понятно по длинной паузе. Он собирался с мыслями, искал подходящие слова. — Щенок умирал от кровотечения внутренних органов. И я не смог его спасти… Вот в чем дело. — Что с ним произошло? — также тихо, мягко спросил Люциус, понимая, что его сломанный телефон кажется ничтожным по сравнению с жизнью живого существа. Он на секунду представил, как Айко умирает. И это было в тысячу раз больнее, чем телефон и беспечность отца. — Подростки. Им показалось забавным закидать его камнями, а потом избить… — голос Лололошки начал дрожать. Никогда ещё Люциус не жалел, что между ними возможно тысячи километров, что он не может быть рядом. — Щенка обнаружил пожилой мужчина, принес к нам. Бастиана рядом не было, а Селести ничего не смыслит в этом. Я пытался сделать все что смог… Но сделал недостаточно… Он был таким маленьким… — Это не твоя вина, Ло. Вина лежит на тех, кто довел щенка до такого состояния. Некоторые люди жестоки. Настолько жестоки, что даже животные по сравнению с ними человечнее. Мне жаль, что тебе пришлось в этом убедиться. Это не было похоже на слова утешения, которые обычно говорят в таких ситуациях. Люциус не умел поддерживать. Но он умел говорить о том, о чем думает. Возможно, в какой-то степени это лучше, чем глупые сопливые утешения без смысла. Кажется, это первая смерть животного, которую видел Лололошка. Раньше он о подобном не упоминал. — Ты увидел смерть. Почувствовал ее. Все ветеринары проходят через это. Когда к вам приносят смертельно раненое животное и все что вам остаётся делать — пытаться. И чаще всего эти попытки не приводят ни к чему хорошему. И это не означает, что вы не должны пытаться дальше. Пока есть хотя бы маленький шанс, что пациент выживет — нужно пытаться его ухватить. Чтобы не получилось так, что умрет существо, которое должно было жить. Люциус не знал, насколько эти слова могут утешить или наоборот, расстроить ещё сильнее. Он слышал много историй о том, как некоторые врачи и ветеринары после такого понимали, что это занятие не для них и уходили в более спокойную среду. Это нормально. Не каждый может выдерживать это. — А ты? Ты видел смерть, да? Этот вопрос застал Люциуса в тупик. Хотя, это даже больше звучало, как факт. Лололошка знает, что у Люциуса остался только отец, но не знает, что случилось с остальными членами его семьи. Он не любил об этом говорить. В основном это вырывалось из него когда он пьян, когда ему больно и грустно, когда хочется выговориться и не важно кому. Люциус был уверен, что друзья знают обо всем, поэтому стараются поддерживать его в проблемах с отцом. Но на трезвую голову говорить об этом странно. Но Лололошку поддержать надо. — Моя мама умерла незадолго после моих родов. Ее могли спасти, но врачи решили не утруждаться… — в горле образовался неприятный ком. Об этом тяжело говорить. Тяжело вспоминать. Не стоит упоминать, что Ивлис всю жизнь винил Люциуса в смерти мамы. Возможно, отец тоже. Может из-за этого он так относится к нему? — Я ее не помню. Знаю лишь, что очень похож на нее. Ивлис так говорил. Говорил, что ненавидит брата из-за того, что он мало того, что виноват в смерти мамы, так ещё и до ужаса похож на нее. Точно ее мужская копия. Сам Ивлис похож на отца. Агний видел в нем свое продолжение. — Твой брат тоже умер? — нарушил тишину Лололошка. Люциус только сейчас заметил, что замолчал, слишком сильно погрузившись в не самые приятные воспоминания. — Да. У нас были очень плохие отношения. Не сказать, что скучаю по его насмешкам, но он был моим братом. Каким-никаким. Хотя, сомневаюсь, что я стал скучать, если бы он вернулся хотя бы на день. Он был тем ещё мудаком. В динамике послышался неожиданный смешок. — Теперь я понимаю почему ты так расстроился из-за реакции отца на телефон, — голос стал твёрже. Кажется, слова Люциуса хоть каплю, но помогают ему прийти в себя. — Пустяки. Было глупо ожидать от отца какой-нибудь другой реакции. — Ну, сомневаюсь, что твоя жизнь сильно изменится. Не то чтобы ты много пользовался телефоном, — с явным намеком в голосе сказал Лололошка. И это была правда. Люциус действительно крайне редко пользовался телефоном, в основном проводя свое время за компьютером или на улице. Поэтому он не хотел себе новый, просто потому что это ему не нужно. Но все же… Сейчас почему-то Люциус чувствовал жуткую нехватку этого гаджета. — Ты ведь почти все время с друзьями. А со мной ты можешь и через компьютер поговорить. Люциус хмыкнул, внутренне соглашаясь с этими словами. — Да. Только через комп твои голосовые перед сном не удобно слушать… — после этих слов Люциус почувствовал странное смущение, только потом понимая, что сказал это вслух. Тихо, себе под нос. Но тишина, воцарившаяся на другом конце говорила о том, что Лололошка услышал это. Щеки начали гореть. — Блядь, я не это имел ввиду! Типо, я. Ну, понимаешь колонки компа… Через них же не удобно голосовые слушать! Вот я и через телефон слушаю. А перед сном потому что мы вечером общаемся. Ну и… — Люциус почувствовал себя глупо. Это самые ужасные отговорки. А правда была в том, что под голосовые сообщения с пением Лололошки ему хорошо засыпалось. Унизительная правда. — Давай ты просто забудешь о моих словах? Это глупо. Но тишина никуда не ушла. На секунду даже показалось, что Лололошка отключил звонок, но нет. Звонок шел. Просто оба собеседника молчали. — Тебе нравится мой голос? — наконец тихо и мягко произнес Лололошка. Да. Пиздец, как нравится. Но в ответ Люциус молчал, откинувшись на кресле, закрыл горящее лицо руками, оставив лишь маленькую щёлочку для глаз, чтобы видеть, когда Лололошка не выдержит и завершит звонок. Но он не завершал. А просто молча ждал ответа. Вот только Люциус не мог его дать. Это слишком глупо. Признавать, что ему настолько нравится чей-то голос, что он, человек ненавидящий музыку, готов слушать его бесконечно; признавать, что не засыпает так хорошо ни от каких снотворных, как от него. Поэтому он продолжал молчать. — Можешь не отвечать. Просто, я хотел сказать, что мне нравится твой. Сердце начало стучать быстрее, настолько сильно, что пульс отдавался в ушах, заглушая любые другие звуки. Блядь, Люциус был уверен, что Лололошка слышал его стук через микрофон. Открывать рот и что-то говорить — ещё большая глупость. Люциус вообще сомневался, что сможет сказать что-то адекватное, за что потом не станет ещё более стыдно. Но что-то сказать нужно. Хотя бы просто потому чтобы у Лололошки не создавалось впечатление о том, что он говорит со стенкой. — Он успокаивает меня. Твой голос. Было ли лишнем пояснение в конце, никто не скажет. Это не игра, где можно выбрать несколько вариантов, почитать, как это отобразится на сюжете и переиграть. Было бы проще, если бы он мог видеть лицо Лололошки. Вот только Люциус сомневался, что ему самому было бы легче от того, что и его видят в ответ. — …спасибо. Моему голосу редко делают комплименты, потому что я почти всегда молчу. Ха… Бастиан говорит, что если бы не ты, я бы разучился разговаривать, — послышался нервный смешок из динамиков. Люциус тоже слегка улыбнулся, немного расслабляясь. Он был благодарен, что Лололошка не стал его расспрашивать или удивляться, делая на этом какой-то большой акцент, заставляя Люциуса ещё больше краснеть от стыда. Почему-то с Лололошкой было легко. Легче, чем с кем бы то ни было. Если бы это услышали его друзья, то потом долго бы прикалывались над этим. Это нормально. У них много локальных шуток, которые возникают из-за таких ситуаций. Но это потом весело вспоминать. А не когда ты просыпаешься, а твои друзья говорят, что ты исключен, смеясь над причинами и подкалывают тебя. И в этот момент все что ты хочешь сделать — сдохнуть, чтобы не испытывать этот стыд. Потом ты к нему привыкаешь и сам смеёшься над этой ситуацией. Но в момент ее переживания чувствуешь себя идиотом. Неприятное чувство. — Мне нравится, как ты поешь, — чуть успокоившись, сказал Люциус. Хотелось открыть окно, потому что щеки все никак не хотели остывать. Это чувство слишком незнакомо. — Я ненавижу музыку, но… у тебя хорошо получается. Почему-то Люциус представил, что Лололошка улыбается. Широкой и искренней улыбкой. Сейчас он больше всего хотел увидеть его лицо. Чтобы потом лучше представлять черты лица собеседника. Было бы достаточно хотя бы фотографии. Но приходилось опираться лишь на свою фантазию. Кажется, Лололошка рассказывал о том, что у него русые и кудрявые волосы. Возможно, сейчас они смешно торчат в разные стороны. Но это единственное, что Люциус знал о нем. — Тогда, буду петь тебе почаще! — радость светилась в его голосе. Он больше не грустил и это хорошо. Про то, что Люциусу нужен новый телефон он вспомнил лишь ночью, после звонка, когда хотел полистать ленту новостей перед сном. И сейчас было уже глубоко плевать на это все. Главное, что он смог поднять настроение Лололошке. Почему-то это сейчас занимало все его мысли. Хотя, кажется Лололошка уже давно живёт там. О нем невозможно не думать. Какой-то ужастик вполне себе подходил под критерий того, под что можно полежать на кровати и возможно даже уснуть. Люциус пододвинул монитор ближе к краю стола, вытягивая мышку на кровать, сам располагаясь на кровати, схватив подушку, обнимая ее. Тебе нравится мой голос? Сердце вновь дрогнуло, словно заполняя все в груди этим странным теплом. Сюда бы подошла фраза про бабочек в животе, потому что эти ощущения очень похожи на реальных бабочек, которые забрались внутрь тела и теперь щекочут там внутренности своими крыльями и лапками. Люциус сильнее сжал подушку, утыкаясь в нее лицом, пропуская мимо ушей все начало фильма. «Блядь, какой же я придурок. Только я мог влюбиться в человека, которого никогда не видел и скорей всего даже не увижу» ••• Вы: «Хе-хе! Угадай с чего я тебе печатаю»

MrLololowka:

«(⁠・⁠o⁠・⁠)»

«Ты купил себе новый телефон?!»

Вы: «ДА!!! СПУСТЯ МЕСЯЦ, ЧУВАК, МЕСЯЦ!!!» «Я так заебался быть отрезанным от мира! Клянусь, я теперь его не только на пьянки брать буду, а даже спать с ним в обнимку!»

MrLololowka:

«Ха-ха. Смотри, не раздави его во сне. А то будешь потом опять мучиться: Р»

Вы: «Ло, иди в задницу. Ты не испортишь мне хорошее настроение! Я слишком счастлив, так что выкуси, зануда!»

MrLololowka:

«Пххпхп. Ладно, прости. Я просто рад за тебя (⁠つ⁠≧⁠▽⁠≦⁠)⁠つ»

Люциус улыбнулся в экран телефона, чувствуя, как сердце снова ускоряет ритм. Он почувствовал, как его толкнули в бок, а после наглая физиономия Воланда возникла сбоку, заглядывая в переписку. — Да ну, Люц. Ты только его купил, а уже написываешь своему парню. Это не честно! — произнес Воланд своим громким басом прямо на ухо Люциусу, из-за чего тот поморщился, уходя от него в сторону. Пальцы быстро нащупали кнопку выключения экрана. — Отвянь, придурок. Это первый раз за месяц, когда я могу написать ему не вечером или ночью. И я просто хвастаюсь покупкой, — закатил глаза Люциус, оглядываясь на магазин, где застряли Абисса и Зефирион (ему захотелось себе новые часы, а Абби «помогает» выбрать какие именно). — Это было во-первых. Во-вторых — мы не встречаемся. Воланд скептически изогнул бровь, фыркнув. — Ага. Конечно. Игнорировать желание ударить друга было тяжело. Но звук уведомления с нового телефона отвлекло. Он был противным и звонким. Этот гаджет ещё долго придется настраивать под себя. Нужно не забыть поставить его на режим вибрации.

MrLololowka:

«Люциус»

«Если хочешь, могу предложить кое-что, что сделает твой день ещё лучше»

«По крайней мере очень на это надеюсь»

Блядь. Вариантов того, что может предложить Лололошка, слишком велико. Это может обыкновенная, незначительная вещь. Или новое голосовое с завирусившейся песней. Люциус скучал по этим ощущениям. Когда для того, чтобы прослушать его голосовое, прикладываешь динамик к уху, чувствуя, как тебя пробирают сотни мурашек. Щеки предательски покраснели. Бегло кидая взгляд на Воланда, замечая, что тот продолжает наблюдать за ним, Люциус попытался напомнить себе, что он, вообще-то, его лучший друг и придушить Воланда прямо здесь — плохая идея. Но эта идиотская рожа, говорившая больше, чем сам Воланд за всю свою жизнь, очень бесила. Поэтому перед тем, как ответить на смс, Люциус отошел в сторону и отвернулся, чувствуя, как взгляд: «да ты влюблен в этого чудика по полной» теперь сверлит ему спину. Как будто, сука, Люциус сам этого не знает. Вы: «Хочу» «Предлагай» Обернувшись, Люциус увидел, как Абби и Зефирион возвращаются из магазина. Зефирка хвастливо махал левой рукой с новыми часами, которые красиво блестели на солнце. Воланд, оставшись на месте, помахал им, сказав одну из своих идиотских шуток о том, что ума Зефириону это не прибавило. Люциус закатил глаза, вновь отворачиваясь, зная, что лучший друг сообщит остальным о том, почему он стоит в стороне во всех красках и даже больше. Снова раздался неприятный звук уведомления. Люциус почувствовал на себе взгляд друзей, пока включал режим вибрации. Из-за чего не сразу обратил внимание на сообщение. Но после того, как обнаружил его, почувствовал, как время остановилось.

MrLololowka:

«Не хочешь созвониться сегодня по видео-звонку?»

Это самое неожиданное, что Люциус вообще ожидал увидеть. Они никогда не обсуждали это. Люциус даже подумал, что Лололошка стесняется своей внешности, ведь не кидал видео с лицом или фотки. Люциус тоже, потому что не видел в этом особого смысла. Почему-то казалось, что так будет всегда. Они ведь могут жить вообще на разных концах страны, да и Люциусу плевать на внешность человека, хоть по нему так и не скажешь. Нет, в пример можно было бы привести Воланда, ведь некоторых девчонок отпугивали его шрамы по всему телу, про вспыльчивый характер можно даже не упоминать. Но Воланд привлекал людей своей харизмой и телом. Некоторым нравились шрамы, его грубая наружность (хотя и внутренность тоже), накачанное тело, благодаря уличному образу жизни. Уродливым он не был. Но сам факт того, что Воланд — сирота, росший в ужасных условиях и сейчас живёт в бедной и ветхой однушке показывало его с не самой лучшей стороны. Так что да, Воланда можно привести в пример того, что Люциус смотрит только на комфорт общения с собеседником. Если он максимальный, то ты можешь быть хоть пьяным бомжом, Люциус будет с тобой общаться, потому что ему комфортно. Вы: «Да» На большее его не хватило. И плевать, что этот ответ походит на ответ умственного инвалида. Стук сердца был слышен в ушах, заглушая остальные звуки. Это действительно самый лучший день в его жизни. Вернувшись к друзьям, Люциус игнорировал их вопросительные взгляды. И ему было плевать, что он сейчас улыбается, словно идиот. Он слишком счастлив. — Люц, твою ж мать, я думала часы Зефира так сияют, а оказалось, что ты. Что стряслось? — первой спросила Абисса, ехидно бросив взгляд на Зефириона, который фоткал свои новые часы, выкладывая в соцсети. — Что? Твоя парень скинул тебе какую-нибудь похабщину? — Воланд, с полностью серьезным лицом вопросительно изогнул брови. Нет, в рожу он сегодня явно хочет получить. — Ваш уровень общения дошел до вирта? — поддержав Воланда спросил Зефирион, ухмыляясь глядя в телефон. Абисса ударила его локтем в живот, заставив согнуться пополам, чуть-ли не выпустив телефон из рук. — Какие же вы мерзкие, — поморщилась она, хотя по ее лицу было видно, что тоже смеётся с их шуток. Это нормально. — А что, Воланд, завидуешь? Тебе такого и в грязных мечтах не светит. Так со своей правой рукой и проживёшь до старости, — ответил Люциус Воланду, заставив остальных смеяться во весь голос. Они все знали, что все эти слова — просто шутки. Зачем ещё нужны друзья, если вы не смеетесь друг над другом 24/7? — Но нет, твои гениальные предположения не верны. Ло просто предложил устроить видео-звонок. — Так вирт все-таки будет? — улыбаясь спросил Зефирион получив от Абиссы на этот раз подзатыльник, более мощный, чем просто удар по боку. — Волнуешься? — ласково спросила Абби. Она видела ответ в его глазах, но все равно решила спросить. Люциус кивнул. — Да. Ужасно. Но и одновременно с этим очень рад. Абисса мягко улыбнулась, кладя ему руку на плечо. Его друзья понимали, что Люц влюблен. Это сложно было не замечать. Иногда это мелькало в шутках, но эти шутки никогда не переходили границы. И Люциус был благодарен. — Ну, будем надеятся, что он живёт не за три пизды от этой дыры. Иначе хуй вам, а не встреча, — засмеялась она. Да. Люциус тоже на это надеялся. Иначе будет довольно сложно жить, если чтобы встретиться придется ехать или лететь через всю страну. И все же было страшно. Не известно, что ожидать. Люциус чуть не засмеялся в слух от мысли, что Ло может в итоге оказаться девушкой с мужским голосом. Это было бы действительно смешно. ••• Домой он вернулся раньше обычного. Отрицать тот факт, что Люциус жутко нервничал — крайне глупо. Он нервничал. И очень сильно. Проходя мимо зеркала в коридоре он остановился, глядя на свое отражение. Не нужно ли сходить помыть голову? И успеет ли он ее высушить, если через полчаса Ло обещал позвонить? Люциус чуть пригладил волосы, чтобы они не торчали в разные стороны. Особо не помогло. Надо бы причесаться. Взгляд опустился чуть ниже. Одежда. Стоит ли переодеться во что-то более парадное или наоборот в более домашнее? Нужно снимать цепочки и кольца? Ведь Люциус обычно одевает их на прогулки. Не покажется ли странным то, что он так приоделся к обычному видео-звонку? Любимые черные джинсы, порванные на коленях и ещё паре мест, можно оставить. А вот красную футболку с надписью «The north wind» и черную ветровку лучше переодеть во что-то более домашнее. Порывшись в своем шкафу в поиске «нормальной» одежды, Люциус, прокляв то, что во всей этой куче нет ничего подходящего, немного забыл про время. Оставалось десять минут. Возиться времени уже нет. Схватив первую попавшуюся под руку толстовку, Люциус надел ее, понимая, что когда-то давно ее ему подарил Воланд. Удобная и комфортная, обыкновенная черная толстовка с поплывшим смайликом на лицевой стороне. Одна из самых любимых вещей Люциуса в принципе. Пожалуй, она — самый лучший вариант. Пнув кучу одежды в сторону, чтобы она не попадала в камеру, Люциус все же отправился причесаться. Ветер сегодня был довольно сильным и это очень сказалось на состоянии его прически. Не то чтобы он укладывал волосы каждый день перед выходом, но запускать их тоже не стоит. Расчесаться один раз в день не сложно. Подумаешь, сегодня он это сделает два раза. Наверное, стоило все же хоть немного прибраться в комнате, но времени уже не было. Компьютер уже был включен, дожидаясь звонка. И вот на весь экран отобразилось сообщение о звонке, стоило Люциусу включить настольную лампу. Если до этого он чувствовал лишь обыкновенную нервозность в душе, то сейчас сердце громко застучало, заглушая все остальные звуки. Люциус сел в кресло, нажимая принять вызов. Началось подключение, которое обычно длилось секунду, максимум две. Но на этот раз было ощущение, словно эти пара секунд увеличились в сотню раз. Но вот звонок наконец начался. Первое, что Люциус увидел — глаза. Ярко-голубые, словно июльское небо жаркого дня или чистый поток воды в реке. И эти голубые глаза смотрели на него спокойно и мягко. Второе, Люциус заметил копну русых кудрявых волос, торчащих в разные стороны. Почему-то взгляд замечал сперва лишь отдельные кадры только потом показывая всю картину целиком, оставляя Люциуса в ступоре. Потому что это тот красивый парень из зоомагазина, который почему-то улыбнулся ему. Тот парень был Лололошкой. И сейчас Люциус смотрит на того, в кого был влюблен даже не зная его лица. — Привет, Люциус. Рад наконец поговорить с глазу на глаз. Привычный и такой родной голос так подходил этой внешности. А ещё он не выражал и капли того удивления, которое испытывал Люциус. Понимание ситуации накрыло с головой. — Ты знал… Знал, что это был я, — уточнять, что Люциус имел ввиду ту случайную секундную встречу в зоомагазине, который одновременно был местным ветеринарным (блядь, а ведь Лололошка говорил, что работает в точно-таком же…) не пришлось. Лололошка понял его. И теперь Люциус понимал его эмоции не по голосу, а по глазам. — Да, я знал, — прямо признался Лололошка, немного виновато улыбаясь. — После того, как ты ушел, я расспрашивал Бастиана о тебе. Спрашивал, что это за парень, как его зовут и все такое, пытался подтвердить, что имя Люциус не простое совпадение. Бастиан в тот день сказал, что я никогда так сильно никем не интересовался. В голове все ещё не укладывалось, что Лололошка все это время жил неподалеку. И это можно было бы сложить воедино, словно дважды два, но все списывались на простое совпадение. Вернее не так. Люциус никогда не предавал этим «совпадениям» значения. Он знал, что Гай Уайт что-то преподает в местной Академии. Люциус пытался туда поступить, но в итоге его приняли только в универ неподалеку (из которого его выперли. Да, спасибо, Люциус ни о чем не жалеет). Во время подачи документов сам Люциус никогда со стариком не пересекался. И соответственно, вместе с этим не знал, как его зовут, потому что видел старика лишь мельком в коридорах и на доске, где висели лица всех преподавателей. Б. Гай Уайт. Кто же, блядь, знал, что это тот самый Бастиан, который пожалел и пристроил Лололошку. Люциус тихо засмеялся, откидываясь назад в кресле. Он знал, что с такого расстояния микрофон не захватит звук, а значит не придется разъяснять причину секундного «безумия». Но тихое «Я сказал что-то смешное», которое донеслось из динамиков, напомнило, что Лололошка видит Люциуса. И видит то, что он смеется. А значит, причину разъяснить все же придется. — Нет-нет… Ты тут не причем, — все ещё тихо посмеиваясь произнес Люциус вновь садясь в нормальное положение, чтобы его было нормально слышно. — Просто вспомнил, как мы с Абби обсуждали наш вечерний видео-звонок. Она говорила, что будет надеятся, что ты не живёшь за три пизды от меня. Ха-ха. А в итоге ты живешь в нашем городе. Лололошка тоже тихо посмеялся, оценив комичность того разговора. — Даже лучше. Я живу буквально на следующей улице от тебя, — добавил Лололошка. — Ты живёшь на Дворцовой 6, а я на Лесной 2. Заметив непонимающий взгляд Люциуса, он добавил: — Я же говорю, я много расспрашивал Бастиана о тебе. — Сталкер, — прыснул Люциус, закатывая глаза. Так не честно. Лололошка успел узнать о нем очень много информации ещё месяц назад, а Люциус только сейчас лицо его увидел. Обидно. Ну, самую малость. — Есть немного, — пожал плечами Лололошка, соглашаясь с этим прозвищем. Возможно у него в подкорке мозга осталось что-то такое. У него же полная амнезия. Кто знает, каким криминалом он был раньше. Люциус вновь засмеялся, чувствуя это странное тепло в груди. Чувство, благодаря которому он был сейчас искренне счастлив. — Мог бы тогда хоть немного и о себе рассказать, — буркнул Люциус, понимая, что его наигранная обида слишком фальшива. Тем более он и так знал о Лололошке очень многое. — Например, почему ты именно сегодня решил предложить видео-звонок? Раз уже давно знал меня в лицо. Это было не честно, чувак. Лололошка улыбнулся, чуть опуская глаза вниз. — Не знаю, — пожал он плечами. А потом поднял взгляд, смотря Люциусу в глаза. Это пробивало до мурашек, даже с осознанием, что они сидят напротив мониторов, отображающих друг друга. — Боялся, наверное. А сегодня, решил, что не хочу бояться. — Ты и так сама смелость, Ло. Начал жизнь с чистого листа и погляди на себя, — Люциус улыбнулся, протягивая ладонь к экрану, указывая на Лололошку. — Не каждый бы смог выбраться из этого дерьма! «Я вот не могу выбраться из своего» Это промелькнуло в голове случайно. Мимолётно, но настолько четко, что кажется даже улыбка на его губах слегка дрогнула, превращаясь в фальшивку. «Не могу перестать эмоционально зависеть от отца. Не могу перестать вести себя как идиот, взять себя в руки, начать учиться, устроиться на работу. Только ною» — Я не такой смелый, как ты думаешь, — неожиданно произнес Лололошка. Его голос был спокоен, а взгляд даже сквозь монитор выражал лишь что-то теплое и родное. — Я ужасно боялся, когда очнулся в больнице, не зная кто я, где я и что происходит, а когда меня допрашивали врачи, мог вспомнить лишь свое имя. Боялся, когда поступал, думая, что человек без прошлого никому не нужен. Когда заводил друзей, а они начинали спрашивать меня о родителях или чем-нибудь ещё. Мне страшно, когда к нам приносят раненое или больное животное. Я боюсь, что не смогу ему помочь. Пф. Да даже пару дней назад я боялся предложить видео-звонок человеку, который мне нравится. Так что я не смелый. Я такой же человек, как и ты. Почему-то эти слова подействовали. Лололошка смог выбраться из безвыходной, на первой взгляд, ситуации. У Люциуса все поправимо. Главная его проблема, которая тянет на дно — отец. Можно сбежать, уйти, ничего не сказав. Пожить у друзей, начать работать, накопить на дешёвую однокомнатную квартиру. Перестать зависеть от других. Лололошка всегда умел подбирать необходимые слова. «Да даже пару дней назад я боялся предложить видео-звонок человеку, который мне нравится» — Я тебе нравлюсь? Люциус не хотел это спрашивать. Вопрос сам вырвался, стоило лишь воспроизвести в голове недавние слова Лололошки. Но сам Лололошка не выглядел смущенным. Словно ожидал этот вопрос. Словно это до него дошло раньше, чем до Люциуса, намного раньше. Его слова не вырвались случайно. Он хотел об этом сказать. Возможно, это и было его целью, когда предлагал видео-звонок. Сказать правду, которую было бы нелегко объяснить в сообщении, не видя лица собеседника. Показать всем своим видом, что это не шутка, не случайно сказанная фраза. Показать, что это осознанно и принято. — Да. С первого сообщения и взгляда.