Wheel of Fortune

Один из самых жарких дней Лос-Анджелеса за прошедшую половину лета почти убивал каждого второго жителя города. Пожалуй, с Сержем случилось бы то же самое, будь он сейчас дома, а не в кафешке с хорошим дорогим кондиционером над головой, поедая горячую пиццу и не чувствуя при этом никакого дискомфорта. Денëк вышел бы довольно скудным, не будь рядом его лучшего друга детства – Джека Моррéна – всегда живого в общении человека, слушая которого тебе никогда не будет скучно. Джек – низковатый, но довольно сильный и мускулистый мужчина, при этом всëм обладатель миловидными чертами лица, глубокими голубыми глазами и чёрными, как смоль, волосами. Недлинными, но и не настолько короткими, чтобы не видеть, насколько же они прямые. Даже складывается ощущение, что любой спец по физиогномике, посмотря на него, растеряется и так и не скажет ничего об этом человеке. Ведь его телосложение ничуть не походит на тело добряка, а лицо до невозможности искреннее, особенно глаза. Остаётся только гадать, что из себя представляет этот человек. Сержу представлять не придëтся, ведь знакомы они с самого детства. Джек безумно добрый и общительный человек, но если его обидеть, пожалуй, лучше беги, если хочешь выжить. Познакомились они еще в классе третьем, с того момента стали лучшими друзьями и были неразлучны до самого конца школы. Они даже жили в соседних домах. Однако судьба повернула немного не туда, так что Джек переехал на окраину Лос-Анджелеса, на учёбу, лишь иногда созваниваясь с Сержем, чаще именно летом. Если Танкян уже давно работает, то Джек пока только заканчивает медицинский университет. О да, они по-прежнему обожают друг друга, как и в детстве, но вынуждены жить довольно далеко друг от друга, занимаясь каждый своими делами, работой, учёбой, заботами, что нанесло на их дружбу приличный такой удар, как по хрустальной вазе. Трещина есть, но эта ваза всë ещë стоит. И вот, наконец, освободившись от бесконечной рутины, что Серж, что Джек могут спокойно увидеться и поделиться каждый особенностями своей жизни, буквально обменяться частицами души. А именно сегодня, поедая пиццу и попивая безалкогольное мохито под хорошим кондиционером. Слава богу, пришли сюда с утра пораньше. Хотя даже сейчас на улице уже безумно жарко, но большинство людей, не вынужденных идти на работу и не имеющих никаких особенных дел, пока что лежат дома и видят свои последние сны. Днëм здесь забиты все столики. Тут и не дорого, и кондиционер самый прохладный, по сравнению с другими в ближайших кафешках. Сейчас жизнь слишком хороша благодаря присутствию друга детства, который почти физически ощутимо питает настроение своей оживлённой энергией. – Ну что, Джек, рассказывай, что нового у тебя? – Вопросил Серж, точно зная, что сейчас друг начнëт без умолку вещать ему о множестве своих новых идей и о таком же множестве пóтом и кровью заслуженных достижений. – Не поверишь! Я окончил универ с отличием! Я совсем близко к своей мечте детства. Буду работать кардиологом. Начал увлекаться психологией и искусством, и почти дописал книгу со стихами. – Так и оказалось. Он говорил и сиял. Огонëк в его глазах передавал настоящую увлечённость тем, о чëм он рассказывает. Ему было очень важно, пусть и раз в полгода, но поделиться с Сержем всем, что вызывает у него восторг, получить поддержку и, конечно, послушать о жизни Сержа в ответ. Иногда даже кажется, что у Джека нечто вроде биполярного расстройства в маниакальной стадии, так что его импульсивность хоть и вдохновляла, мотивировала, но иногда заставляла уставать от себя. В детстве всë было немного иначе: Моррен всегда был тихим ребёнком, но его внутренний мир, о котором знали только его семья и близкие друзья, был нереально богатым. Как будто он сидел и всë время размышлял о целях на жизнь, а теперь стадия его жизни перешла в практическую и он стал реализовывать все свои планы. Серж же всегда был довольно приземлëнным человеком, хотя его внутренний мир был не менее богатым, но никогда не отличался особенной импульсивностью. Он всегда всë делает медленно, но качественно. Так что книги читаются со скоростью движения улитки, но дочитай он эту книгу до конца, хрен ты его успокоишь, пока он не расскажет тебе всë в мельчайших деталях. Этой чертой они с Джеком были очень схожи, хоть Серж и в меньшей степени отличался этой особенностью. – Джек, я всегда в тебя верил! Ты этого заслужил. – Пусть Танкян особо не умеет поддерживать, услышь он Джека, сразу находит, что сказать в ответ. Конечно, Серж понимает, с каким трудом приятель добивается всего, о чëм потом так увлечённо делится. Наверное, очень приятно всë таки достигать того, к чему ты так упорно и долго идëшь, проходя невероятно сложный путь с бесконечными препятствиями, добиваясь целей, несмотря ни на что. – А ты как живешь? Что нового? – Он откусил огромный кусок сырной пиццы и запил тремя огромными глотками ледяного мохито. Теперь в его глазах горел другой огонëк, но такой же живой, как и до этого. Огонëк интереса и готовности выслушать друга в ответ. – Я всë больше занимаюсь самосознанием, ну, по крайней мере, стараюсь, хотя на данный момент я почти нетрудоспособен от жары. Когда есть моральные силы, формирую личностный рост. Ещë читаю классическую литературу. Только понял, что маркетингом интересуюсь всë меньше. Я закончил универ ещё года четыре, наверное, назад. Всë это время работал маркетологом, мне всë нравилось, но чувствую, что это не моë. Сейчас, слава Богу, вышел в отпуск. Всë чаще играю на фортепиано и пою. Этого прям больше всего. Очень хочу создать свою музыкальную группу в ближайшее время. Всë не можем собраться с друзьями и обсудить это, но сейчас времени на это дохрена, так что как раз планируем встретиться через недельку-две, а может и раньше, дай Бог. Вот как-то так. – О да, Серж, я уже давно понял, что сцена – твоë место. Как твой второй или даже первый дом. Это точно твоë. – Он похлопал Танки по плечу, замечая его заразительную улыбку до ушей. – Очень надеюсь. – Пожалуй, он вот-вот добавил бы еще пару слов на лучшую в его понимании тему для разговора, но Джек стал выглядеть довольно подозрительно. Стало заметно, как он бродит взглядом где-то позади Сержа и, вероятно, за кем-то наблюдает. Концентрация его довольно странно и непривычно была смещена с друга на что-то другое, и что именно, пока не было понятно. – Слушай, Джек, что ты там выглядываешь такое интересное? – Только не поворачивайся! Танкян тут же инстинктивно повернулся назад, не успев переварить в голове последние сказанные Джеком слова. На самом деле, ничего удивительного он не увидел, но предположение, что именно стало магнитом взглядов Моррена, всё таки, возникло. Белокурая, словно снежная королева, девушка с блестящими изумрудно-зелёными глазами сидела в компании трëх своих не менее обворожительных подруг. И те меркли на фоне неë – красотки с точëным профилем, Элизабет Брукс. Она хороша, с этим не поспорит даже слепой, но Сержу она не была симпатична. В конце концов, не бросаться же ему на каждую привлекательную особь прекрасного пола, как только та окажется в поле зрения. Девушка училась на одном курсе с Танкяном в университете в Нортридже, успешно окончила его. Но при всей её прекрасноси за эти годы единственное, что вызывало у Сержа интерес, пока он был на учëбе – сама учëба. – Ты, полагаю, про ту девушку в красном платье со светлыми волосами? – Он старался говорить как можно тише, но даже при всяких их попытках привлечь внимание Элизабет, у них ничего не получится, так как она явно увлечена беседой со своими подружками, поскольку широко улыбается и громко смеëтся. – Неужели я настолько предсказуем? – Джек чуть ли не застонал от того, насколько он читаем. – Ну, типа того. А что, ты еë знаешь? – Ладно, что мы как идиоты? Давай не будем говорить так тихо. Им всем насрать на нас. И да, я еë знаю. Её зовут Элизабет. Мы учились в одном универе. Ну, что ещë скажу, её отец, дядя Генри, дружит с моей мамой с самого их детства, ну, прям как мы. Раньше, конечно, у него была жена, мама Бетти – тëтя Белла. Прекрасная женщина. Каждый раз, когда я приходил к ним в гости, она встречала меня так любезно, будто я её сын. Она всегда дарила мне какие-нибудь сладкие подарки, игрушки, много чего. Но я вырос, уже стал подростком, так что мне было не до того, чтобы ходить в гости к маминым друзьям, но я всегда любил эту милую женщину. Наверное, она была мне как вторая мать. Я заходил уже довольно редко, только в один из многих раз, когда к ним приходила мама, так что я совсем уже не был в курсе, как там у них дела. Оказалось, что по какой-то причине Генри и Белла развелись. А почему именно, я так и не понял из тех двух единственных слов, которые мне мама повествовала о ситуации в целом. С того времени я тëтю Беллу уже не видел. Она съехала. И я скучаю по ней. Теперь у Генри новая женщина. У них совсем скоро будет свадьба, так что он пригласил моих родителей и меня, но я отказался. Я не пойду туда. Тепло их дома переехало вместе с Беллой. С Бетти, она же Лиззи, мы почти никогда не пересекались, так как она всегда сидела у себя в комнате, насколько я знаю. – Серж вещал довольно увлечённо, но ослеплëнный пленительностью Лиззи Джек половину слов Сержа пропускал мимо ушей. – Ну, слушай, довольно интересно, хоть и грустно. Во всяком случае, раз всё так, значит, так должно быть. – Ну ты конечно гений, Джек. – Извини, я не умею поддерживать. Кстати, ты не знаешь, есть ли у Бетти парень? – Понятия не имею! – Сееерж... – Почти моля Танкяна неизвестно о чëм, он протянул его имя. – Мне уже страшно. Что ты задумал? – Его страх был обоснован. Идеи Моррена всегда сводили его с ума и казались безумными. – Я хочу узнать, есть ли у Лиззи парень. Может сходишь на эту свадьбу? Оценишь обстановку, посмотришь, не будет ли с ней мужика, все дела. – Угадай мой ответ с одного раза. – Ну Серж, пожалуйста, ну она мне очень понравилась, правда. – Ты увидел её пару минут назад. О чëм ты? – Серж, пожалуйста, ну я умоляю тебя. – Не отстанешь же? – Не отстану. – Ладно, уговорил. – Он ответил так, будто ни он, ни Джек не знали, что его довольно легко уломать на любую просьбу. Серж ещë тот эмпат. Иногда просто не может подвести друзей, потому что представляет себя на их месте. Хотя представить, что на данный момент его жизни он вместо самопознания, работы или музыки выберет девушку, довольно нелегко, но он по прежнему эмпат. – Серж, ты лучший. – Белоснежная улыбка тут же расплылась на милом лице Моррена. – Я приду. У них свадьба послезавтра, чëрт возьми. Я морально не готов. Но я иду туда только из-за тебя, Джек, ебать твой рот. – Я у тебя в долгу. – Как только свадьба пройдёт, я тебе всë доложу в мельчайших деталях. – Ты настоящий друг, Серж. Бог знает, сколько ещё времени прошло, прежде чем они наболтались и разошлись по домам. Почти под вечер уставший Серж вернулся домой, лëг в любимую кровать и отрубился, даже не приняв предварительно душ. Пожалуй, пару следующих дней он точно не задастся вопросом «Чем бы мне, блять, заняться сегодня?». Намечается насыщенное дерьмо, которого он никогда не любил. Это движение, что не в мозгах, а в телах, множество людей, из которых знакомые это только родители и люди, которые их туда пригласили, сплошное мракобесие. Так или иначе, он не сможет подвести лучшего друга. Никогда.