Речка, мольберт и лебеди

Вечер. Персиковый закат окутал город, касаясь лучами уходящего солнца крыш домов. Тёплый ветер гулял по улицам, окутывая прохожих лёгкими муражками. Перебирая кисточки, лежащие у мольберта, парень обернулся на небольшую речку, в которой плавали два белоснежных лебедя. В такое время он выходит порисовать, но вдохновение всё никак не настигало его. Прошло достаточно времени с того, как он пришел сюда, но лист всё так же оставался чистым. Безумно сильно хотелось рисовать, выплеснуть все свои эмоции с помощью этого. Мимо проходили люди: компании подростков, парочки, пожилые люди, выгуливающие своих домашних питомцев. И паренёк, что медленной походкой прогуливался по трапинке, вертя головой в разные стороны. Увидев его, у Хвана что то замкнуло в голове и он подорвался со складного стула. Быстрым шагом дойдя до незнакомца, обратил его внимание на себя. – Добрый вечер, могу ли я кое о чем вас попросить? Парень замешкался, вытаскивая из уха наушник. – Добрый, конечно. – Понимаете, я художник и у меня кризис. Я сижу тут битый час и всё никак не могу взять в руку кисточку. Вдохновения нет вообще. -почесав затылок, Хёнджин указал головой на место, где сидел ранее.- В чём собственно просьба моя. Я хочу вас нарисовать. Парень выпучил глаза, смотря то на Хвана, то на мольберт. – Вы хотите нарисовать меня? -указывая рукой на себя и Хёнджина, ошарашено говорил паринишка.- Но почему я? – Не знаю, просто увидев вас подумал, что это было бы неплохой идеей. -пожимая плечами, убрал руки в карманы пальто.- Ну так что, вы согласны? Если нет, то я конечно всё пойму. – Нет нет, я согласен, конечно. Улыбнувшись, Хван развернулся на пятках и довольный направился обратно. Незнакомец шёл за ним. Достав из сумки ещё один складной стул, поставил напротив себя, указывая рукой присесть. – Я Хёнджин. – Феликс. – Вот и познакомились. -не убирая с лица улыбку, Хван достал из чехла с красками нужные ему цвета.- Взяв в руку кисточку, посмотрел на парня, а потом на холст. - Чего то не хватает. Поднявшись с места, указал Ликсу встать и переставил стул так, чтобы он был на фоне речки. Мольберт быстро был передвинут в другое место и Хван сел. – Теперь идеально. И начал. Первые движения кистью по холсту и он увлекся процессом. Изредка поглядывая на парня, после чего на задний фон, пытался уловить всё, что видит. Пока ещё небо сверкает красками, он должен зарисовать это. Понемногу начали появляться силуэты деревьев, лебеди и сам Феликс. Никогда Хёнджин так легко не срисовал людей. Всегда нужно было что то поправлять, заново рисовать какие то черты лица. А сейчас всё так просто. Веснушки, что рассыпали лицо парня, дались художнику легко, будто он лично оставил их на его лице. Из за солнца, которое светило со спины Феликса, лицо было разглядеть довольно трудно, но у него это получилось идеально. Начиная от цвета глаз и заканчивая губами. Он будто точно знал их форму и расположение. Будто когда то сидел напротив и учил их каждых сантиметр. Волосы, что спадали на лицо, ничуть не мешали и легко вписались во внешний вид парня. Бежевые брюки, белая футболка и пальто того же цвета, что и брюки. Блондинистые волосы с вьющимися концами слегка спадали на плечи. Восхищению Хвана не было предела. Он так давно не видел столь красивых людей, что моментами отвлекался на него. В Феликсе было что то до боли знакомое и родное. Это ощущение, которое Хёнджин не мог описать, било в грудь с такой силой, что руки иногда забывали, как рисовать. – Знаете Феликс,вы очень похожи на одного человека. Слегка повернув голову, он посмотрел на Хвана. – На кого же? – На мою первую любовь. В глазах Ликса что то свернуло,но вмиг потухло. – А что случилось с этим человеком? – Ничего такого. Ты не подумай, он жив. Просто мы 10 лет не виделись. Не знаю где он и как он. Разошлись на не очень приятной ноте. Медленно кивая головой, отвёл свой взгляд Феликс. – Вот как.. -теребя в руках рукав пальто,парень рассматривал деревце, стоящее неподалеку.- И какая была ваша первая любовь? – Прекрасная. Я тогда чувствал себя живым. Не всегда конечно, но большую часть наших отношений так и было. Я человек не искренний и не буду разбрасываться словами о любви когда попало, но с ним было иначе. Я хотел говорить это постоянно. -лицо не выражало эмоций, но руки потряхивало, и на время он убрал кисть от холста. - В конечном итоге я не справился со своей апатией и ушёл от него. С того момента мы оборвали все связи. – Вы до сих пор любите его? Хван пожал плечами, возвращаясь к работе. – Честно не знаю. Я долго тосковал по нему, но вернуться было бы эгоистично. За все эти годы я так никого и не нашёл. Считаю, что отношения явно не для человека, вроде меня. – Он не хотел общаться с вами? – Хотел. Я - нет. -прополоскав в стакане кисточку, поменял цвет краски.- Понимаете, я довольно грубый. Даже не довольно, а очень сильно. И ему я эту грубость в тот день и показал. -ухмыльнувшись, посмотрел на Феликса.- Я ему отвратителен. Хёнджин снова замолчал, стараясь больше ни на что не отвлекаться. А Ликс после его небольшого рассказа проглотил тяжёлый ком в горле. Кто бы мог подумать. Сделав завершающие штрихи, Хёнджин встал со своего места, откладывая всё ненужное и беря в руки мольберт, повернул в сторону Феликса. У того дыхание сперло. – Это.. Чудесно, Хёнджин. – Спасибо, без твоей помощи этот лист так и остался бы белым. Улыбнувшись,Ликс поклонился. – Уже довольно поздно, я пойду. Хван взглянул на часы и кивнул. – Верно, отпускаю тебя. И больше спасибо тебе, что согласился стать моей музой. -протянув руку парню, улыбался Хёнджин.- – Пожалуйста, рад, что смог помочь. -вложив руку в чужую, несильно сжал.- Ты ещё будешь тут рисовать? Собрав все вещи, парень накинул сумку на плечо. – Нет. У меня завтра рейс, я улетаю. – Ого, куда, если не секрет? – Домой. За тысячи километров от сюда меня ждёт мой кот. -хмыкнув, подмигнул Хёнджин парню и обойдя его, зашагал по трапинке.- До встречи, Феликс. – До встречи, Хёнджин. Смотря ему в спину, у Ликса все внутри перевернулось. Спустя 10 лет он снова увидел его и не мог поверить, что такое возможно. Он сильно изменился, как внешне, так и внутренне. Речь стала более чёрствая, а глаза потеряли прежний блеск. Сколько времени прошло, но те чувства никуда не делись. Оба от них бежали, но в конце тоннеля для них двоих горел лишь свет душ друг друга. И вот спустя такое количество времени, они снова теряют друг друга. Узнали, но так упорно делали вид, что не знакомы. Хёнджин по прежнему любит чай с наименьшим количеством сахара, котов, лето и своих друзей. Феликс любит чай, котов и Хёнджина. Кто бы мог подумать, что первой любовью Хёнджина окажется Феликс.