Ты и есть моя слабость

      На следующий день, София вместе с Колом направились на встречу с ведьмой. Если парень был уверен, что все пройдёт гладко, просто восхитительно и все такое. То внутри Софии была жгучая тревога, нехорошее предчувствие. Она думала о возможных событиях и их разрешениях. Искала пути отхода, так на всякий случай. Нутром чувствовала не хорошее, и в последние минуты хотела сбежать. Но сбежать, значит показать свою слабость. А София не слабая.       Она медленно шла вслед за Колом, ведь только он знал дорогу к месту, где была назначена встреча. Эта ведьма ни одно столетие помогает семье Майклсон, таким образом отплачивает за свое бессмертие и могущество. Если бы точнее, то она просто пешка в их руках, и они ходят ею так как захотят. Понимая, что она способна на многое ради них, и что отступать не собирается. — Поторопись, — пробурчал парень, София закатила глаза. Куда ей торопиться, итак, идёт за ним буквально в паре сантиметрах, так чтобы не наступать ему на ноги. А он хочет чтобы она шла быстрее, было куда, она бы с удовольствием. Шла и пялилась в его спину, не под ноги, хотя стоило бы, а в его спину. Дорога стала шире, а перед глазами оказалось какое-то здание. — Дамы вперёд, — открывая перед Софией дверь, говорит Кол, как обычно, нагло улыбаясь. — Как это мило с твоей стороны, — произнесла София, медленно переступая порог. Внутри тепло и наполняет воздух приятный аромат, что-то хорошее впервые. Она слышит шаги Кола, который осторожно следует за ней, но оставляет после себя настороженную тишину. — Кто это к нам пожаловал! — воскликнула девица, янтарные волосы сползали с ее плеч. Она стояла на пороге в какую-то комнату, руки были сложены на груди, и глядя на Майклсона она широко улыбалась. — Кол, мой любимый Майклсон!       Подойдя ближе, она обвила его шею руками, после поцеловала его, очень страстно. София удивлённо подняла брови и отвела взгляд в сторону, стало понятно почему он ее любимец. Пока они страстно обжимались за спиной девушки, София осматривала помещение. — Софа, — девушку даже передёрнуло, как ей надоело, что он все время называет ее так. — София, — ведьма взглянула в глаза девушки, пристально оглянулась ее с ног до головы. Затем улыбнулся, — Блейк... Давно не виделись, малышка.       София по-другому взглянула на ведьму, да было в ней что-то знакомо. Только что девушка не могла понять. Краем глаза видела как Кол, спокойно усаживается за один из столов и внимательно наблюдает за разворачивающейся ситуацией. София была уверенна, он привел ее сюда специально. И была права, он хотел, чтобы Софи вспомнила эту ведьму и со временем она потеряла некоторые воспоминания, Кол был в этом уверен.       Ему необходимо было, чтобы София вспомнила ведьму, год и город. События, которые разворачивались, о которых знали лишь двое. София и эта ведьма. Только зачем...? — 1878, Нью-Хейвен, ты пряталась в моей лавке...

***

1878

Нью-Хейвен

      София бежала от охотников, искала способы укрыться и передохнуть. Желательно было подкрепиться, но София была, итак, на крючке у охотников. Сама не понимала, как так получилось, что попалась на самом простом! Не успела спрятать тело, как ее настигли мужчины. Схватив все возможные вещи она стала убегать, несколько недель в бегах, без еды и остановок.       Да была она вампиром, но силы были на исходе и она уже просто не могла бежать. На краю города заметив лавку, она вбежала нее. Встретившись с девушкой, отличавшиеся чудесной внешностью, опрятностью и ярким цветом волос. — Прошу вас, — упав проговорила София, сил не было даже стоять на ногах, взглянув в глаза девушке говорила София. — позвольте укрыться у вас, и передохнуть. Уверяю, вас, это ненадолго. — От кого же ты бежишь, убийца? — голос девушки был груб и строг, она сразу поняла кем является София. Таких, как София, было легко узнать из всей толпы, хотя так казалось лишь ведьме. — Ведьма, — усмехнувшись проговорила София, вот это ее затянуло. — От охотников, от кого же еще? Я несколько недель в бегах, сил больше нет... Если вы решили убить меня, то прошу вас, сделайте это быстро. — сжимая руки в кулаки, насколько хватала сил, говорит Блейк. София хотела бы оказаться с матерью, хотела бы быть не одна, но лишить себя жизни или позволить охотнику поймать себя — не могла... Внутри голос все время говорил ей, что сейчас ей стоит жить, быть, просто существовать. — Уж лучше умереть от рук ведьмы чем попасться в руки эти поганым человечишкам! — Поднимайся, — протягивая руку говорит девушка, София удивлённо смотрит в ее глаза, протягивая руку. Голос ведьмы становиться мягче, от чего по телу Софии растекается странное ощущение. Руки девушки до безумства горячи, и София удивляется вдвойне. — Я не буду убивать тебя, вижу ты другая... Внутри тебя много хорошего, даже несмотря на твою сущность. — За укрытие, буду вам благодарна и за спасение, разумеется тоже, — ведьма помогает ей поднять. Как оказалось они одного роста и телосложения тоже. — Меня зовут София, София Блейк... — на одном дыхании произносит девушка. — Лилиан, просто Лилиан, — ухмыляясь отвечает ведьма, София слышит знакомые голоса, они находились поблизости. — Заходи сюда, располагайся, я что-нибудь придумаю...

***

      София улыбается, понимая, что спустя столько времени вновь встретила свою спасительницу. Лилиан. Ведьма расплылась в улыбке, понимая, что София все вспомнила. Сразу так и не вспомнишь эту ведьму, что укрыла ее от охотников, прошло много времени, а она по-прежнему прекрасна. Что же случилось с Лилиан, что спустя такое длительное время она все такая же. — Что ты хотел, Кол? Чтобы София вспомнила меня или у тебя ко мне другое дело? — подходя ближе к парню, спрашивает Лилиан. Между Лилиан и Колом было что-то сверх ее понимание, это не было похоже на любовь, привязанность или что-то в этом роде. Какие-то иные чувства, такие что все в округе накалялось вместе с ними. Лилиан смотрела иначе на него, хотя не Софии было судить. А вот Кол в его вечно озорных и наглых глазах, которые казалось питаются страхом, холодом и ненавистью играли более теплые и нежные искры. Между ними явно что-то было. — Хочу чтобы ты помогла отследить Юстину с помощью этого заклинания, — протягивая ей листок и брошь говорит Кол. Лилиан лишь качает головой, заклинание было сложным и кем являлась Юстина Лилиан хорошо знала и бороться с ней не хотелось бы. — Возьмешься, или мне поискать более способную ведьму? — Не зли меня Кол, ты же знаешь, что отказать вам, Майклсонам, я давно уже не в силах, — бросив ещё один гневный взгляд в сторону парня, Лилиан удалилась в другую комнату и провела там следующий 15 минут, долго чем стуча, что-то шепча. — Что между вами? — присаживаясь рядом с парнем говорит София, пока ведьма возиться в своей комнатушке, больше похожей на кладовку. Кол хитро улыбаясь, поворачивается к ней. — Ничего особенного, просто интересно! — Ничего, просто она много столетний принадлежит Майклсонам, и выполняет каждое их поручение... Ею можно пользоваться как вздумается, — подмигнув говорит Кол, София понимает его последнюю фразу. Понимает то, как пользовался ею сам Кол... Пользовался ее телом, ведь она не имела возможности отказаться ни ему, ни кому-то другому из их семьи. — Личная игрушка каждого из вашей семьи, интересно, — Кол на слова Софии лишь усмехается. Он давно уже не пользовался Лилиан, она надоела ему, каждый раз безотказно участвуя во всем что тот предлагал. Вечно благородный Элайджа хотел дать ей возможность быть свободной в решениях, да и в принципе, чтобы Никлаус снял это чёртово подчинение. Но, Ник, этого не хотел, вечно властный и жестокий, желающий чтобы все было так как скажет он. В тот день они даже драку устроило, вывели из строя любимую гостиную. И в конечном итоге Элайджа следующее столетие пробыл в гробу. Кол никогда не лез в их пререкания ему было все равно. Главное, чтобы они не касались его. И как бы то ни было Никлаус спустя какое-то время поступил с Колом, так же как с Элайджа. Только Кол спал в этом чёртовом гробу далеко не одно столетие... — и вы ни разу из-за нее не ссорились? — смеясь спрашивает София, выводя Кола из размышлений. — Почти никогда, — говорит Кол в это время Лилиан возвращается к ним. В руках у нее брошь и карта, но ее она сразу же складывает. Софии и Колу она не потребуется, они и так знают дорогу. Дорогу домой. — Неужели все готово, а Лилиан? — Готово возвращайтесь домой, в свой Мистик Фоллс и ждите ее. Юстина направляется туда, — говорит Лилиан холодным и очень отстранённым голосом. В глазах ее больше нет того тепла, которое София увидела в самом начале. Возможно из-за них она подвергла себя опасности. Юстина может добраться до нее и убить, не важно сколько она живёт и как выглядит, она все ещё смертная. — А теперь уходите. Давайте!       София переглянулась с Колом, совсем не понимая что происходит. И все же Кол забрал брошь из рук Лилиан, совсем не добро улыбнулся ей и резко схватив Софию за руку испарился. Лилиан лишь тяжело вздохнула и оглядела своё помещение, стоило очистить его и наложить некоторые заклинания.       София с отвращением отдернула свою руку, так как фокусы Кола вызвали у нее сильное раздражение. И без его помощи она могла бы выбраться, зачем эти лишние касания? Почему туда они шли не применяя вампирских способностей? Чёртов Майклсон, чертова ведьма! — Не нервничай, малышка! — хоть голос его звучал, как и обычно, насмешливо, немного ядовито... То лицо было серьезным и злым, в глазах пылал огонь злобы. София глядела прямо в его глаза, ни чуть не боясь его злобы. — Возвращаемся в квартиру, собираем вещи и возвращаемся в Мистик Фоллс. Вопросы? — Иди к черту, Майклсон! — Если только с тобой Блейк, — бросает парень в спину девушки, она хмыкнув испаряется из его поля зрения. Возвращается далеко не в квартире, ищет себе новую жертву. Пора было подкрепиться, да и выместить откуда-то взявшуюся злобы стоило поскорее.       И пока София вымещает свою злость убивая двух невинных парней, сначала обещая оставить в живых, и на самом деле собиралась оставить их в живых. А потом уже угрожая сломать им шею, и после действительно сломать им шею. Бросив, что они вдруг ей надоели и она хочет домой.       Вся в крови, София возвращается в квартиру, где ее ждал Кол. Честно он звонил ей трижды, но трижды София была занята тем что игралась с парнями, и их жизнями. Высасывала из них кровь, постепенно убивая, лишая возможности существования. — Ты сдурела? — спрашивает Кол, стоило Софии войти в квартиру. Показать в каком виде она шла по городу, и сразу давая понять, чем она занималась прошлые пару часов. София показательно облизывает кровавый палец, а после выдвигает средний палец вперёд и ехидно улыбается. — Вопросы будут? — облизывая нижнюю губу, чувствуя кровь, говорит София. Кол и не знает какую эмоцию и выдать. София толкает его плечом и просто заходит в ванную. Чувствовала она себя замечательно, словно заново родилась, больше ничего странного вокруг она не чувствовала, ей не хотелось сбежать. Страха она уже тоже не чувствовала, лишь своё превосходство и возможность издеваться над любым человеком.       После того как София умылась, она покинула ванную комнату. Кол сидел за столом, и его выражение лица выдавалось его настоящими эмоциями и чувствами, несмотря на улыбку, которая была на его губах. Сегодня София смогла вывести его из равновесия дважды — это было её личное достижение. Она была импульсивной, вспыльчивой и немного сумасшедшей. Эти качества вызывают у Кола одновременно и интерес, и недовольство. Безжалостная, он был уверен София не оставила свою жертву в живых, слишком злой уходила от него. Да и вспылила на ровном месте, не понравилось, что он ее насильно вывел от Лилиан.       Иногда ему казалось, что они чем-то похожи, а иногда София становилась похожей на жалкую Гилберт и всех ее дружков, которые цепляются за малейшие проявления хорошего в окружающих. Любое настроение Софии вызывало у него раздражение: порой она была чересчур суровой, а в другие моменты — чрезмерно доброй. — Скажи мне, милый, — передразнивая вампира, говорит София. Она опирается о стол, за которым он сидит. — Мы едем домой, или остаемся тухнуть в этом городе? — оттолкнувшись от стола, заканчивает говорить София, поправляет волосы, отводя взгляд в сторону. Это было ее главной ошибкой.

***

      София не помнит как оказалась в машине, и как они выехали из города. Придурок, Майклсон, сломал ей шею и половину пути она провела в бессознательном состоянии. Очнувшись хотела вырвать его сердце, или задушить, но сдерживалась. Они проехали вывеску «Мистик Фоллс», до дома оставалось совсем немного и София решила перетерпеть это время с Колом. — Успокоилась? — неожиданно спрашивает Майклсон. «Да он что вообще издевается?!» — думает девушка, и поворачивает голову в сторону Кола, всем своим видом показывая недовольство, и да она не успоилась. Лишь разозлилась и следующая жертва, будет на его совести, если он не сдохнет раньше. — Да ладно тебе, зато выспалась! — Придурок, — бурчит София складывая руки на груди, терпеть его было больше невыносимо, хоть на ходу выходи из машины. — Ты всегда такой... Противный? — вновь повернувшись к нему спрашивает София. Сама знает, что иногда он другой, и ведет себя более менее адекватно. Ей не хочется убить его каждые пять минут, и вполне нормально может с ним общаться. — Противный я только для тебя, похоже... Остальные без ума от меня, так и просят задержаться с ними, — подмигнув Софии говорит Кол, девушка закатывает глаза. А действительно, какого ответа она ожидала. Боже, это же Кол Майклсон, и когда-то она была ему благодарна за чертов бал! — Ты знаешь ли тоже далеко не ангел, — вдруг говорит Кол, заставляя Софию вновь повернуться к нему, убедиться точно ли это он говорит. Бросить взгляд, мол, а ну-ка продолжай... Говори какая я на самом деле, поведай мне то, чего я сама не знаю. — Слишком вспыльчивая и импульсивная, да горяча в эти моменты... Но так же раздражительна, как и горяча. — Кто бы говорил о вспыльчивости и импульсивности, я хотя бы не настолько безжалостная, и не лежала в гробу тысячелетиями... — немного задетая словами Кола, Блейк не уступает ему в этом диалоге, обмене колкостями и правдой. Подумав, что на этом разговор окончен, София вновь отворачивается к окну. «...да горяча в эти моменты...» — вдруг всплыли слова Кола в голове, от чего София не смогла сдержать улыбку. — Согласен, тут ты права, — говорит Кол, уже в конце их поездки, когда останавливается возле двери в поместье Сальваторов. — Да тебе кажется, что я безумен и жесток, но если бы захотела, то увидела, что я могу быть другим, — пожимая плечами говорит Майклсон, крепко вцепившись в руль. В этот момент на его лице не было улыбки, и говорил он очень серьёзно. — В прочем неважно, увидимся!       Сразу изменился в лице, улыбнулся как по гадски, снова это высокомерие и чувство превосходства в его голосе. София лишь хмыкнула в ответ на его слова. В дом зашла лишь тогда, когда машина парня скрылась из виду. Дома было слишком тихо, словно пока их не было все вымерли, на телефоне ни одного пропущенного. — Кто-нибудь вообще дома сегодня? — бросила София и завалилась на диван, гостиная вновь потерпела изменения. Что происходила в ней пока Софии не было дома? На диване были новые подушки, какой-то гений даже этикетку не оторвал. Новый стол для алкоголя, новые стаканы. Кто-то явно психовал... — Софа, ты вернулась... — проговорил Деймон, входя в гостиную с новой бутылкой бурбона. Вид у него был такой себе, София даже напряглась. Разбитый, вымученный и до боли грустный голос, заставлял Софию бояться узнать последние новости. — Ну как поездка? — присаживаясь рядом разливая немного бурбон на пол, на диван и даже на себя. — Да так себе, — пожимая плечами отвечает София, все ещё осматривая вампира. Тот лишь бровями повел, и вновь начал пить, прямо так с горла. — Что за повод для запоя? — забирая бутылку из рук парня, говорит София, Деймон разводит руками в стороны и недовольно смотрит на нее. — Стефан уехал, с Еленой поругался.... А и ты связалась с Майклсонами, — откинувшись на спинку дивана отвечает Сальватор и вырывает из рук Софии бутылку, так же расплёскивая алкоголь кругом. Ну вот теперь и София виновата в его запое, подумаешь, уехала убить ведьму, что хочет убить ее саму. — Так что дай мне спокойно напиться! — С каких пор ты теперь такой?! — удивленно, и очень возмущенно спрашивает София. Его слова и действия терзали её, она не привыкла видеть его таким. С ней он всегда был другим, вел себя иначе. Но что-то внутри него изменилось, что-то сломалось, потерялась необходимая гайка и теперь вся конструкция трясётся и рушится. — А ты? Когда ты стала такой, София? — вопрос на вопрос отвечает Деймон, и словно больше не в силах терпеть ее поднимается с дивана. Он напевает себе под нос какую-то песню, и игнорирует все в округе. То что бесит — ломает, то что мешает — откидывает в стену. И песенка, которую он напевал постепенно превращается в его тяжелые, злые вздохи. Софии в ужасе смотрит на то, как внутри ее друга постепенно все разваливается, он становится шатающейся конструкцией, которую добивают все события, чувства и эмоции. А отключать он их не хочет. Ему нужна эта боль, эти страдания.       Наказывал и уничтожал, ненавидел, но терпел. Терпел всю боль, себя и эти ненавистные дни.       А София не узнавала Деймон, сильного и безжалостного вампира... С последним сломанным стулом Деймон упал на пол как-то обессиленно. Софии не понравилось, он страдал и не только от переживаний, внутренней душевной боли. Он страдал физически, и София не заметила этого сразу.       А сейчас опустившись рядом с ним, наконец, увидела причину его перемен... — Это укус оборотня, — приоткрыв рот София смотрела на рану Деймон, она была на шеи с левой стороны. А парень сидел к ней правой стороной, когда ломал все вокруг метался по комнате и София не заметила этого. Рана была ещё не совсем большой, и у него не было галлюцинаций... Лишь адская боль, жение, усталость и вечный голод.       Эту проблему стоило решить сию же минуту, только как она уйдет к Майклсонам и оставит друга без присмотра...? Ей нужна была помощь, и она собиралась звонить Кэролайн. Просить её об услуге, надеясь, что Никлаус уже вернулся в Мистик Фоллс. Без его крови, они могут потерять его. Потерять друга, парня и брата.       Набрать Кэролайн удалось лишь после того, как она отвела его в спальню и там же закрыла. На всякий случай мало ли что в бреду может сделать вампир? Тем более с жутким голодом, и душевными страданиями. София не боялась смерти, не боялась, что Деймон может убить ее... Переживала за людей, за город, больше всего правда за Елену.       Если он сделает что-то со своей ненаглядной, с этим чудесным двойником Еленой Гилберт — не переживёт, похоронит себя заживо рядом с ней. И никто не остановит его, а если и попытается — лишиться жизни. Елена, его безумство, его сумасшествие, болезнь, дурная привычка от которой он без ума. И он погибнет, если сделает ей больно.