звезды и вечность в твоих руках

Этой ночью звезд на небе особенно много, а Луна очень яркая. Чонин сидит у окна и откровенно любуется. Как вдруг он слышит шорохи, а потом и стук по окну. Сильно напугавшись Ян вздрагивает, но потом видит лицо своего хёна. — Привет, Чонин! – Чан заглядывает в окно и улыбается, — Пошли на поле? Младший же бьёт парня по голове и дуется. — Хëн! Напугал блин. – долго обижаться не получается, потому что предложение заманчивое, особенно для фаната космоса. — Меня бабушка не отпустит, поздно же. — Можно перелезть через окно, – по глазам Чонина видно, что идея не самая лучшая. Страшно, как никак. — Не бойся, я подстрахую. И он сдаётся. Одевается потеплее и перелезает, чувствуя чужие руки на талии. Чан ловит младшего и опускает на землю. — Пошли? — Ага. Выйдя на тропу, парни переплели руки. Не хотелось, чтобы кто-то из деревни увидел их так : держась за руки и улыбаясь друг другу нежно, попутно смеясь от шуточек. Их дорогу освещала только Луна. Только она знает о их секрете. Чонин с Чаном встречается уже полгода. Они встретились не в лучшее время. Зима накрыла сильной грустинкой и холодом, что аж на улицу выйти невозможно. Но, конечно, Чан всегда знал, как уговорить на маленькую прогулку. Но дело не только в холодном времени года : старший почти закончил учебу в школе, а Ян только в десятом учился. Он знал, что скорее всего, его хëн поедет в столицу, чтобы отучиться в нормальном заведении. Значит они не будут вместе долго. Думать о таком исходе Чан не позволял. « Мы справимся. Я могу дождаться тебя и мы вместе уедем отсюда. » — говорил тот, и Чонин правда хотел верить. Самое глупое, что даже находясь в маленькой деревеньке, они не могли быть открытыми. Гомофобия по прежнему была проблемой. Поэтому быть открытыми в той же тактильности они могли не часто. И это больно. — Чонин, ты о чем задумался? – Чан аккуратно притрагивается к чужому плечу и заглядывает в глаза, в поисках ответа и хоть каких-то эмоций. Конечно, он все понимает. Старший переживает не менее. Потому что любит сильно. Будет очень тяжело без взглядов, без прикосновений к щекам алым и объятий тёплых. Но они обязательно что-нибудь придумают. — Да так, неважно. – Ян увиливает от взгляда и осматривается : пока он думал, они успели прийти. Поле было покрыто белой пеленой : кучу ромашек извивалось на теплом ветру. Чан протягивает руку свою, а когда младший медленно кладёт свою на ранее протянутую, переплетает их пальцы и направляется в поле, утягивая Чонина за собой. Заходя вглубь, они шли очень аккуратно. Не хочется повредить цветы красивые. Парни остановились по середине поля и Чонин лег прямо на траву. — Кто-то же всегда боялся жуков, нет? – Чан садится и смотрит на Чонина нежно. В его взгляде любовь вселенская. Очень тепло. Ян стеснялся своей любви. Ему в новинку дарить объятия, любить и проявлять эту любовь по-особенному. Но для Чана стараться хотелось. Потому что чувствовать себя любимым приятно. И ему хотелось, чтобы его партнер не был обделен. — Переживу. Сегодня небо очень красивое, хëн. – Чонин смотрит на звезды и тепло разливается по всему телу. Проводить время со старшим так — терапия. Особенно летом, когда из забот только насекомые и не политый огород, из-за которого могут гулять не пустить. — Ты тоже, Йена. – улыбается и отворачивается, а потом в локоны младшего вплетает ромашку, предварительно отряхнув её от мелких жуков, что могут там быть. — Вот теперь ты точно цветочный мальчик. Чонин лишь смущенно улыбается и берет старшего за руку, после чего тот ложится рядом, положив под голову руку. — Как думаешь, хëн, мы справимся? Со «взрослой жизнью» и проблемами, что могут встать у нас на пути? – он поворачивается и обнаруживает на себе чужой взгляд, пропитанный теплом. — Мое сердце у тебя, Чонин. А все наши секреты у Луны, что осветит нам путь. Мы обязательно справимся со всем. Во имя нашей любви. – наклоняется и целует в лоб. И Чану правда хочется верить.