Приоритеты

Их тела движутся в причудливом тандеме на ощупь, кое-как переступая горы одежды на полу, пустые банки из-под газировок. Кровать не застелена, и Руи падает туда, совершенно без сил. Тянет Нене за собой. Обнимает, сжимая в охапку. Добрый, дружеский жест. Он скорее ведёт себя как старший брат, нежели что-то иное, и не даёт повода для не правильных мыслей. Но Нене повод не нужен. Никто ей не запрещает отчаянно бесполезно фантазировать, как эти крепкие руки могли бы обнимать её по-другому. С другим подтекстом. Так, как обнимают того блондина, например. Нене его терпеть не может. Раздражает эта улыбка по любому поводу и шум, аурой излучающийся от скачущего тела. «Как бешенный, ей богу...» — сказала она однажды Руи. Руи тихо посмеялся. Что он в том сумасшедшем Цукасе нашёл — не ясно. — Твой парень ревновать будет, — с иронией произносит Нене, прижимаясь к телу позади крепче, закрывая глаза от приземляющего спокойствия, которое может чувствовать только рядом с Руи. — Он мне не парень, вроде, — заспанно ответит тот, улыбаясь уголками губ. И лучше бы никогда им не становился, — думает Нене, но вместо слов прислушивается к дыханию позади, к дождю, барабанящему по навесу окна. Они с Руи сегодня целый день вместе разбирались в новой теме по математике, а потом непогода, предложение Руи остаться, наскоро выделенная футболка и шорты парня, и вот они лежат в постели. Руи всегда таким был — не замечал простейших фактов, любил причудливые вещи и причудливых людей. Нене всегда такой была — робко, несмело привязывалась, но если уже привязалась – отпускать не хотела. — В конце концов, он не может быть для меня ближе, чем ты, — говорит Руи, прежде чем уснуть. Нене улыбается. Не везде тебе быть первым, Цукаса Тенма. В конце концов, есть такая вещь, как приоритеты.