Звëзды и лилии

Идёт сильный дождь, но окно на кухне открыто настежь. Ветер задувает ледяные капли дождя в комнату, заставляя продрогнуть до костей, но Чимина это совсем не волнует. Нет, ему не грустно и плакать совсем не хочется, просто иногда так и тянет посидеть у окна и поразмышлять о всяком. И Чимин часто не думает о последствиях, и именно поэтому сейчас горящие нездоровым румянцем щеки говорят о том, что кого-то ждёт забитый нос, температура и кашель. Болеть не хочется от слова совсем, а Юнги расстраивать ещё больше. Чимин любит Юнги, и очень сильно, поэтому закрывает окно и вытирает рукавом лавандового свитера подоконник, и неважно, что сам промок до ниточки, в доме разводить сырость он не собирается. Вообще, Чимин всегда был весь из себя слишком правильный, хороший и до звёздочек в глазах очаровательный. Его друзья на протяжении большого времени удивлялись как у них с Юнги всё закрутилось. Юнги был какой-то нелюдимый, хмурый старшеклассник, словно неприступная крепость, он одним лишь своим видом вызывал убийственный страх, да и вообще считался почти самым главным хулиганом школы, отсюда и шли вопросы, мол: «Как такой милый цветочек может дружить с таким мухомором?». Их считали полной противоположностью друг другу, но мальчиков это наоборот притягивало. Они с каждым днём стремительно набирали обороты в общении, испытывали что-то особенное, каждый раз получая переизбыток эмоций друг от друга, а потом совершенно случайно Юнги поцеловал Чимина на крыше многоэтажки, на которой они решили встретиться, дабы посмотреть на ночное звёздное небо. В ту ночь Чимин признался, как сильно любит розовые лилии и Юнги, а Юнги пообещал подарить ему все лилии в мире. Через некоторое время Чимин уже растворялся в новых ощущениях на мягкой кровати, покрывшись розовым румянцем и чувствуя приятный цветочный запах, а Юнги ловил каждый его нежный стон, спускаясь к бёдрам и оставляя мокрую дорожку поцелуев. А потом они закончили школу и Чимин переехал к Юнги в квартиру, сразу сказав о том, что нужно срочно завести кота и купить парные кружки, и хозяин квартиры был совсем не против, ему хотелось лишь бесконечно считать созвездия в глазах напротив, запоминая их во всех деталях, чтобы пересматривать во снах. С тех пор в их доме всегда было тепло. Они завели кота и купили парные кружки. На кухне в вазе всегда стояли розовые лилии, а на потолке в каждой комнате были наклеены светящиеся звезды. Они любили нежиться в разворошенной постели ранним утром, оставляя невесомые поцелуи на пухлых и желанных губах. Юнги писал различные строки, а Чимин покупал всё больше и больше мягких кофт лавандового цвета. Юнги поклялся тогда, что лавандовый цвет теперь его самый любимый. Чимин, кстати, тоже. — Чимин, почему так холодно дома? Юнги пришёл. Мальчик в лавандовом свитере ластится к нему с поцелуями, а в ответ его нежно и аккуратно обнимают за талию, замечая покрасневшие щеки и мокрый вид. — У тебя щеки горят, можно заболеть, Чимин, — еле слышно говорит Юнги на ухо младшему, а Чимин покрывается мурашками от любимого прокуренного голоса и лишь сильнее обнимает старшего, немного качая головой, якобы ничего страшного не случится. — Тебе сделать чай? Я испёк клубничный пирог, — также негромко говорит Чимин, чуть отстранившись и заглядывая в глаза напротив. Улыбка сразу же расцветает, а глаза превращаются в полумесяцы, когда Чимин замечает переживания вперемешку с любовью на лице Юнги. Ему иногда самому чудно как старший поменялся рядом с ним. Это мило. — Юни, я просто сидел у открытого окна, всё хорошо. — Ты безумный, Пак Чимин. Юнги обязательно ещё выпьет тёплого зелёного чая и попробует клубничный пирог. Обязательно. Но сейчас в приоритете согреть младшего и заново пересчитать рёбра Чимина поцелуями.