Старый друг.
«— Вот. Сколько она будет стоить? —»
Спокойно спрашивает Вару у флориста, аккуратно держа в руках ярко-красную розу. Ему на самом деле абсолютно всё равно на то сколько она будет стоить, хоть сто рублей, хоть тысяча, он в любом случае её купит.
«— Ох, всего лишь одна роза? Ну, рублей 200… —»
Немного огорчённо отвечает девушка за прилавком, грустно смотря на одну жалкую розу.
«— 200? Так мало? У вас такие прекрасные цветы, а вы так дёшево продаёте. Я в любом случае беру, но у вас есть листок.. ручка? —»
Флорист немного была смущена от такого комплемента, из-за чего появилась лёгкая улыбка.
«— Д-да, конечно. —»
Девушка подаёт прошенные предметы пятому, а тот в свою очередь кивнул в знак благодарности и стал что-то писать на маленьком листке. Когда он закончил попросил даму прикрепить записку к розе, что она и сделала. После Вару отдал деньги с наценкой, намного больше чем надо было, в честь благодарности.
«—Ой, мужчина вы… —»
Уже хотела сказать флорист пиковому что он дал намного больше чем нужно, но Вару перебил её и пожелал отличного дня, после удалился из магазинчика с ярко-красной розой в руке. Кассирша могла только озадаченно смотреть в след покупателю.
Вару выходит из магазина, блестая от радости. Он ищет глазами голубоволосую «девушку» что должна стоять где-то рядом. В конечном итоге видя «её», которая стоит спиной к дороге, пиковый подходит и блаженно дотрагивается до «её» плеча обращая на себя внимание.
«Она» поворачивает голову в сторону пикового, и вид открывается на прекрасное, спокойное лицо, это был Зонтик.
Вару протягивает ему ярко-красную розу, от чего шестой удивлённо открывает свои красивые глаза, которые ранее скрывались за густыми, длинными ресницами.
«— Ох, Вару! —»
Трефовый всё так же восторженно берёт в свою бледную, тоненькую ручку розу, только аккуратно, чтобы случайно не уколоться и не сломать её.
Он завороженно стмотрит на неё и замечает листок с надписью, он начинает тихонько читать её в слух.
«— Зонтик ты пиздец классный… —»
Его глаза открылись чуть шире, а щёки немного краснеют. Он смотрит на ярко-красную розу, а потом обратно на Вару. Расплывшись в огромной, нежной улыбке, так же нежно прижимает подаренный ему цветок к груди, от чего маленькие шипы немного впиваются в вязанный свитер.
А сам пятый тоже красный, тоже смущён. Как же прекрасно слышать от него своё имя, прямо как бальзам на душу. Они какое-то время так и стояли, смотря друг на друга, они и вправду наслаждаются всеми этими моментами что провели вместе.
Вару взял Зонтика за руку, так осторожно, так как будто бы шестой это фарфоровая куколка, которая может сломаться от дуновения легкого ветерка.
***
Два года назад у Зонтика нашли головную опухоль. Никто даже не подозревал об этом, всё было хорошо, даже можно было сказать прекрасно. Правда Зонт порой жаловался на головную боль, которая конечно же решалась обезболом, но он ни на секунду не мог подумать о том что у него какая-то там опухоль которая может убить его. Он правда жил счастливо, Вару так же шутил над ним, но шутки в какой-то момент даже перестали обижать шестого, иногда это было реально смешно. А Феликс как и всегда дружил с ним как и Ромео, у него была любовь, поддержка, даже собственный король хоть и был холоден, но любил по своему.
Вот почему всё не может быть прекрасно?
Когда вскрылась вся правда об опухоли было уже совсем поздно что-либо делать.
Ему осталось пару лет, ну максимум 4 года.
Все были поражены, напуганы, Феликс сразу пустился в слёзы и решил проводить с Зонтом все сто процентов своего времени, но самому шестому было уже всё равно, он был разбит, потерян, ему всё это было просто не нужно. Ведь представьте что бы вы чувствовали если бы вам сказали что вы умрёте через 4 года? А Зонтик переживает эти чувства на яву.
***
У Зонтика сегодня день рождение, ему исполняется 21 год, изумительный возраст, прекрасная осень. Поэтому Вару и купил ему розу, и сейчас они едут в парк на маршрутке, к своему любимому пруду.
Оба счастливые, смотрят в окно, держутся за руки, тем самым греясь об тёплые ладони друг друга. Но в основном это делает лишь шестой, ведь его аккуратные руки чаще всего были всегда холодные, как и в данный момент тоже.
Но пятому было абсолютно плевать на это, ему даже нравится, нравится этот нежный холод от его рук, то как они становятся теплее со временем, то как Зонтик иногда подёргивает кончиками пальцев. Все эти вещи заставляют Вару просто дрожать от бабочек в животе, и он рад этому, рад этому мгновению так, как будто бы это их последний день.
Пятый наслаждается всем этим, и в том числе наслаждается его красотой. И как он раньше этого не замечал? Его аккуратный носик, нежные, длинные черты лица, а подбородок так и требует прикосновения.
Он бы смотрел на Зонтика целую вечность, но в конечном итоге его поймали с поличным посмотрев в ответ.
Пятый аж вздрогнул от такого, но при этом продолжая всё так же смотреть, но теперь уже прямо в глаза своему возлюбленнному. Его глаза как два алмаза, такие же красивые, драгоценные, хотя им точно нету цены. А если она и есть, то никому в этом мире просто не хватит денежных средств.
И этот момент так взбудоражил обоих, так заставил их сердца стучаться в унисон, что один, что второй потянулись за поцелуем.
Их губы соприкоснулись, это было так нежно, так детский, прямо как впервый раз. Этот поцелуй был наполнен любовью настолько сильно, что никто на свете бы не смог такое повторить.
И им абсолютно всё равно на то, что они считай в общественном месте, неважно то, как на них посмотрят, ведь им — можно всё.
***
После поставленного диагноза все стали потакать Зонтику, все говорили как его любят, ценят, что сделают всё что он попросит.
Конечно же, не делали так только пиковые и бубновые, но в любом случае, трефовому валету было просто тошно от этого всего.
Ему ничего не хотелось, ему лишь хотелось остаться одному в этом бренном мире, не хотелось ощущать всех этих эмоций, не хотелось знать этого, вообще лчше бы Зонтик никогда не слышал этого, лучше бы он последние года жизни провёл в неведении и умер бы внезапно.
Он даже ниразу не заплакал за всё это время, он был настолько потрясён что не было даже слёз, не было ничего.
У него было такое чувство, что как будто в нём проделали дыру забрав все хорошие чувства и эмоции себе, оставив только ужас несравнимый ни с чем.
Зонтик просто разругался со всеми кто якобы пытался «помочь» ему. Он не выходил из своей комнаты, он не ел, он выгонял прочь всех кто пытался зайти к нему.
И так продолжалось днями, неделями.
В конечном итоге прошёл месяц, а может и два.
3:00
Шестой всё не спал, он перестал спать от слова совсем, для него уснуть – просто невозможно, ведь тишина в голове слишком сильно давит на него, на его череп, прямо как и опухоль.
Голубоволосый лежит на кровати, смотрит пустым взглядом на потолок, ну а чем ему ещё заниматься? Он бы пролежал так всю ночь, и ещё одну ночь, и ещё...
Но в дверь робко постучались, и не дождавшись ответа вошли внутрь, закрыв за собой. Ну а Зонту было просто всё равно, он даже не повернул голову чтобы посмотреть кто там, ему уже без разницы, будь-то вор, будь-то кто нибудь из клонов, он в любом случае умрёт, даже если не сейчас, даже если не так.
Через пару секунд край матраса прогнулся под чьим-то весом.
«Наверное человеку что сидит на углу очень неловко»
подумал про себя Зонтик, который всё так же пялит в потолок, как будто ища в нём помощь.
Но тут голос из-за угла разорвал это бесконечное молчание.
«— Знаешь, Зонтик. Даже мне стало грустно от этих новостей. —»
Трефовый даже раскрыл глаза побольше от мимолётного шока, это был голос Вару?
Нет, ему точно показалось.
«— Когда я только услышал это всё, я даже не поверил, и сьязвил. Ну ты помнишь наверное. —»
Шестой внимательно слушал пятого, всё не веря своим ушам, но уже не пробывав в таком шоке.
«—Я очень долго мирился с этим, я не верил. Мне показывали справки, спорили со мной, всё что-то доказывали, но я не поддавался. —»
«Что ещё можно ожидать от Вару?»
Задумчиво задал себе вопрос Зонтик, он уже понял что якобы «Заснул», но всё равно слушал.
Довольно интересный сон, однако.
«— ...Я так много подшучивал над тобой, у тебя всегда была такая смешная реакция на это. —»
...
«— Помню как подложил тебе резинового таракана в чай, ты ещё закричал и разлил на себя пол кружки, весь был мокрый. Я думал умру со смеха. —»
«Вару из сна» начал вспоминать разные ситуации связанные с издёвками над трефовым, всякие пакости которые он строил и то как ему было очень весело в те моменты, Зонт даже хихикнул на парочку, отчего пятый заводился ещё сильнее и рассказывал ещё красочней иногда вскакивая и максимально жестикулируя руками.
Но когда он закончил последнюю историю успокоился, и поник. Молчал минуты четыре.
Шестой всё так же смотрел на потолок, ему хотелось бы чтобы «Вару из сна» продолжил, ведь спать ему, наверное, ещё долго.
«—Я так скучаю по всему этому. —»
Сказал пятый просто душераздирающим голосом, было слышно всю его боль, тоску, сожаление, он как будто бы молил о прощении, молил чтобы Зонтик снова испугался когда он выскочет из-за угла, чтобы он снова попался на какую-нибудь глупую ловушку, чтобы всё было как раньше.
В Зонтике что-то щёлкнуло.
***
Поцелуй был хоть и не долгим, но продлился достаточно времени чтобы сосед напротив обратил на это внимание. Он смотрит на Вару с Зонтиком и с ужасом рябится, наверное он не знает что в паре бывает и такое.
Вару посмотрел в окно, они уже на нужной остановке, поэтому пятый выпалил такое:
«— Ну что, выходим бейби? —»
Зонтик лишь рассмеялся на это вставая вместе с Вару чтобы выйти, людей было не много, поэтому они довольно быстро вышли, и пиковый, конечно же подал руку своему спутнику, как самый настоящий джентельмен.
Шестой лишь очень довольно улыбается в ответ на все эти вещи, его ничего больше не беспокоит кроме Вару, думая о нём он сжимает подаренную ему ярко-красную розу чуть сильнее, но не очень, чтобы случайно не сломать её хрупкий стебель.
Они уже в парке идут через кустарные дебри, чтобы выйти к пруду которое они так любят. Вару специально идёт впереди держа трефового за руку, которую он не отпускает ровно с того момента как подарил ему розу.
От этого на душе стало ещё теплее, скоро с пятого начнут течь капли пота если они продолжат в таком же темпе.
А они продолжат.
Наконец-то они дошли до того самого пруда, здесь очень красиво, точно так же как и впервый раз, даже воздух точно такой же как и впервый поцелуй, точно такой же как и впервое
«Я люблю тебя».
Вару и Зонтик стали перекидываться простыми предложениями, смотря на эти просторы, такие родные, такие приятные, столько воспоминаний..
Даже небо в этот день точно такое же как и впервый, этот оранжево-золотой закат который ласкал душу, и отдавал бликами на тот самый пруд, который видел все этапы их воссоединения.
«— Вару. —»
«—Да? —»
«— Я люблю тебя. —»
***
После того разговора с Вару, Зонтик всё так же не проронил ни слова. Никто больше не проронил.
Трефовый в эту ночь спал как младенец, нет, даже младенцы не спят так крепко.
Зонтик проснулся выспавшимся, впервые за месяц, впервые за месяц ему хватило сил просто сесть на край своей же кровати и сказать себе:
«Жизнь ещё не закончилась»
Он до сих пор считает это глупым сном, ведь он знает, нет он уверен в том что такого в «реальной жизни» не произошло бы ни при каких условиях.
Наверное именно поэтому Зонтик так удивился, у него появиловь желание жить жальще, ему хотелось переживать такие моменты снова и снова, ему хотелось снова пугаться, слышать всё такой же злобный смех Вару, отмываться от зелёной краски думая «за что мне всё это?»
Конечно же, шестой не избавился от опустошения, тоски, тревоги, страха перед смертью, но в любом случае этот «сон» дал ему толчок.
Зонтик не помнит когда он в последний раз ходил в душ, когда нормально ел и вообще что либо делал кроме как бесконечно расматривал стены своей комнаты на кровати.
Он решил сегодня сходить хотя бы в душ, хотя бы что-то сделать, использовать толчок по назначению, ему кажется что уже само его «подсознание» кричит ему о том что нужно что-то менять.
И вот, Зонтик уже в душе, под тёплой водой которая ласкает кожу, он уже давно помылся, но продолжает стоять обмнимая себя.
Ему хочется вернуться к нормальной жизни, но каким образом если тебе осталось примерно четыре года?
Очень сложный вопрос.
Шестого от бесконечных размышлений отрывает реальность, а тоесть какие-то звуки за дверью, от которых он даже повернул свою голову в её сторону.
«— Агх! Ну кто там сидит так долго!? Сейчас даже не утро для принятия душа! —»
Злостно ворчал Феликс за дверью скрещивая руки на грудной клетке.
«— Сахарок, не кипятись. Возможно это Пик или Вару там опять засели, может Габриэль счёт времени потерял, не стоит так злиться. —»
В своей манере стал успокаивать своего друга Ромео, но естевственно все попытки были четны.
Звук воды прекратился.
«— Вот уже выходит, кто бы он ни был! —»
Уперев свои руки в бока громко проговорил король, смотря прямо в глаза своего валета.
«— Ой да неужели! —»
Сказал Феликс закатывая глаза, ожидая там увидеть Вару или кого-то по типу него.
Зонтик уже оделся и причесался даже, поэтому закончив все эти процедуры открывает дверь, и перед ним такая картина.
Фелис и Ромео стоят и пораженно пялятся на шестого, в ответ на это он ничего не сказал, лишь пошёл в свою комнату, ведь его друзья явно не в себе.
***
Из-за опухоли Зонтик порой может называть Вару «Вася» или же «Вадим», но самому пятому на это просто фиолетово, ему даже нравится это. Так по необычному когда тебя зовут другим именем, да и Вару вообще на любое имя отзовётся если это голос Зонтика.
Но всё же, когда он его называет именно
«Вару»
Момент становится особенным
Сердце как будто останавливается
И ебе хочется пищать как маленькая девочка
«— Я.. я тоже тебя люблю, Зонтик. —»
Дрожащим голосом выталкивает их себя пятый, выглядя так как будто он сейчас заплачет, так как будто он сейчас взорвётся от бесконечных и сильных чувств.
«— Вару, если ты хочешь плакать – плачь. —»
Жалобно произносит Зонтик поворачиваясь к нему и раскрывая свои руки для обьятий.
Пятый лишь поддаётся своим чувствам, его губа начинает предательский трястись в самый не нужный момент, от чего закусывает её. И из последних сил тот падает в обьятия шестому, начиная тихо лить слёзы тому в плечо.
Эти ситуации происходят очень часто, Вару столько слёз пролил за всё это время, думаю, он бы смог наполнить океан. Трефовый никогда п подумать не мог о том что пятый может так сильно, так часто, и так чувственно плакать.
Да Зонтик вообще думал что он не умеет это делать, поэтому когда это произошло в первый раз он испугался, он подумал что сделал что-то не так, не то сказал, ну и всё в этом духе, но дело было в том что Вару боится точно так же как и Зонтик.
Пятый просто безумно боится потерять шестого, он боится однажды проснуться, а его рядом не будет, его не будет не просто рядом, его не будет нигде. Поэтому Вару и плачет, ему больно осозновать такие вещи, ему больно от того что время идёт, ему безумно больно.
***
Зонтик постепенно стал возращаться к нормальной жизни, стал нормально кушать, сделить за собой, наконец общаться. Конечно же, это не произошло за один день, или же неделю, он очень долго возращался, долго реабилитировался так скажем. Но мучило его лишь одно, тот «сон»
Пятый ниразу не подшутил над трефовым когда он восстанавливался, он терпиливо ждал, он поглядывал за шестым, как будто беспокоился.
Вару, очевидно, ничего не говорил, но его вид так и кричал об этом, он хотел узнать как Зонт себя чувствует, как у него дела, чем он занимается.
Но очевидно что пиковый даже не собирался подходить, ему хочется – но не можется, с ним так было всегда вплане общения.
Зонтика волновало это ну уж очень сильно, так и хотелось ему рассказать о том что он ему «приснился», его слова а этом «сне» очень помогли ему принять решение жить дальше.
5:34
По кухне эхом раздаётся звук чайной ложки, которая бьётся об стенки кружки тем самым мешая добавленный ранее сахар.
Такое светлое утро, что аж петь хочется, вот настолько оно светлое.
Зонтик уже сидит за столом и попивает свой зелёный чай, думая, что он так и останется в полном одиночестве пока у всех не начнут играть будильники, но нет. К его большому удивлению после длительного распивания чая к нему на кухню решил зайти Вару.
Трефовый конечно же обратил на того внимание, выглядел он очень взволновоно, как будто ждал этого момента всю жизнь.
«— Ну привет, нюня. —»
В довольно ему несвойственно спокойной манере речи поздоровался пятый.
«— И тебе доброе утро, Вадим. Ой, тоесть, Вару! —»
Зонтик испугался, почему он резко назвал его другим именем? Он очень надеется что пятый не разозлится на это, всё таки они с Вару в натянутых отношениях, даже после того «сна».
«— Боже, прости меня пожалуйста! Я не хотел.. правда. —»
Напуганно стал извинятся перед пиковым Зонт, пока тот в свою очередь присел за стол совсем рядышком, но не прям близко, через один стул максимум, для них это довольно близко.
«— Ой да не парься ты, бывает. Опять разнылсяь от это вот.. ты это, осторожнее с этим, а то вдруг голова ещё заболит. —»
Непринуждённо стал говорить Вару, сделав небольшую паузу между предложениями, как бы «думая» а стоит-ли ему вообще это говорить?
Но решившись, он это всё таки сказал, очень аккуратно, чтобы вдруг это не показалось грубостью.
Зонтик хоть и ожидал того что пятый хоть чуть-чуть да волнуется, но всё равно удивительно, так непривычно.
«— Не переживай, я не думаю что голова заболит от такого.. но всё равно спасибо, за волнение всмысле.. —»
Неловко стал отвечать Зонтик, надеясь что его не собираются оскорблять или что-то типо того, и он вправду благодарит Вару за такое.
«— А я и не переживаю! И ненадо мне никаких спасибо от всяких тряпочек! Я волнюсь лишь за то, чтобы на меня не повесили убийство! —»
Шестой лишь неловко хихикнул на это.
Так прикольно смотреть за тем как пятый оправдывается.
***
Эти двое уже во всю гуляли в любимом парке, всё так же держась за руки, лицо Вару немного покраснело от длительного нытья в плечо своему любимому, но ему как и всегда просто фиолетово на такую незначительную вещь.
Пятый слишком сильно полюбил Зонтика.
В какой-то момент, Вару понял, что готов поделиться с ним всей своей любовью и даже своим здоровьем если тот того попросит, он готов подарить ему всего себя полностью, лишь бы он был в целости, лишь бы он был в сохраности.
Вот настолько сильно он его любит.
Они вот так и гуляли, пока пятый думал о том как любит Зонтика, гуляли долго, свободно, гордо и достоинством, всё так же держась за руки. Порой они обсуждали какие-то вещи интересующие их, в общем очень хорошо проводили время, и Вару «отдавал всего себя полностью».
Но всю эту идилию прервал мерзкий женский голос, он был не громким, но можно было услышать всё то что говорит эта женщина.
«— Смотри какая пара! Они же парни, им что заняться нечем? И тот в кожанке явно на кумарах, если не оба, боже. —»
Тут же по венам разлилась злость в перепемешку с адреналином, какое она вообще имеет права обсуждать их буквально находясь за их же спиной? От злости Вару чуть сильнее сжал руку Зонтика, но прияйдя в себя тут же вернул её в обычное состояние.
«— Не обращай внимание, они просто дуры. —»
Тихо попытался успокоить пятого Зонтик, валет треф немного поглаживал ладонь Вару своим большим пальцем положив голову ему на плечо.
«— С чего это ты взял что я на них внимание обратил? Мне всё равно на такое! —»
Немного в шутливой форме начал оправдываться валет пик.
«— Ох, Вася... Ой, тоесть, я имею ввиду... ну ты понял.. »
Вару лишь тяжело вздохнул и поцеловал своего любимого в макушку, а после положил голову поверх его.
***
Отношения Вару и Зонтика после того непринуждённого разговора на кухне намного улучшились. И как так у пятого всегда получается завести такой лёгкий разговор?
У них обоих как будто расправились крылья, считайте они сразу стали друзьями после этого, только сами ещё этого не поняли.
Конечно, в этой «дружбе» были и свои ньюансы, например резкость Вару и хамоватось, а у Зонтика паранойя перемешенная с ежедневной грустью.
Но они решали эти проблемы, становились лучше, шли на уступки, что для пятого в свою очередь было очень тяжело в моральном плане, за счёт своей «гордыни».
Но и для Зонтика были подготовленны многие трудности. Голова порой предательский болела, напоминая о злощастной опухоли, отчего становилось не просто грустно, а печально.
Но этой печали всегда препятствовал Вару, он как будто чувствовал грусть на несколько метров, и сразу прибегал как шестой весил нос. Из-за этого Зонтик стал ещё более открытым, ведь пятый единтсвенный кто по-настоящему его понимал, и давал ему то, что было нужно в этот момент.
В конечном итоге всё это превратилось в месиво из чувств, и неловких прикосновений Вару, что так и закладывали в себе глубокий смысл. В скором времени обоим стало понятно что они любят друг друга, что они помогают друг другу решать их проблемы, из-за Зонтик уже не был настолько нежен, а пятый настолько груб.
Это всё их привело к тому, что они жить без друг друга не могут.
***
Они уже давно вернулись к пруду и весело проводят время, шутят, играют, порой даже бегают за друг другом, в общем, очень счастливы и прекрасно наслаждаются другу другом. Уже давно потемнело, загорелись фонари, но всё равно был просвет оранжево-золотово заката, от чего темно было не так уж и сильно.
«— Боже, я тоже люблю этот фильм всем сердцем, только от него я смеюсь до слёз! —»
Радостно поделился шестой, разговор видимо зашёл о каком-то фильме.
«— Я думал такой неженке как ты, такое не по вкусу, знаешь ли.. Но в любом случае, мои шутки не на уровне шуток в этом фильме? —»
С искренней улыбкой пошутил пятый, а после вопросительно изогнув бровь, всё так же улыбаясь.
«— Твои шутки намного лушче тех, что в том фильме. Вадим, твой юмор прекрасен, как и ты сам. —»
Не важно то, что Зонтик промахнулся с именем снова, Вару всё равно безумно приятно от этих слов, лучше комплимента он не слышал никогда.
«— Оу, я польщён тем, что вы так считаете, о Великий Зонтик! —»
После пятый похихикал, а шестой вместе с ним. Какой же прекрасный момент для поцелуя, не так-ли?
Эти двое тоже задумались об этом, и когда они закончили смеяться и наступила неловкая пауза, они поцеловались. Всё так же нежно, всё так же влюблённо, всё так же как в последний раз, но уже более глубоко, они ведь одни, поэтому почему бы и нет?
Их обмен любовью продлился ровно до того момента, когда в их лёгких закончился воздух. Они разъединились прерывисто дыша, хватая воздух ртом, когда их дыхание выровнялось Вару начал говорить.
«— Знаешь, пока мы оба живы, нам можно ни о чём больше не беспокоиться. —»
Так печально и с улыбкой произнёс пятый, нежно положив свою тёплую руку на холодную, нежную щёчку Зонтика, немного поглаживая её своим большим пальцем. Шестой на это лишь кивнул и закрыл глаза, полностью погрузив свою голову в ладонь пятого немного краснея.
Пока они оба живы, им можно ни о чём больше не беспокоиться.
