1.
11 июля 2024 г., 12:16
Теплый морской ветер, приносящий аромат надвигающихся перемен.
Яркое солнце залило всю комнату своим светом сквозь широкое окно, ведь прохудившиеся жалюзи уже не спасали от утренней зари. Легко и приятно это тепло окутало полуспящего парня, сидящего на небольшой односпальной кровати, с которой наполовину сползла белая простынь. Солнечные зайчики весело бегали из стороны в сторону, отражаясь от свисающих с потолка плазменных дисков, что были связаны между собой колючей веревкой. Яркие пятнышки пробежались по полкам с книгами и пыльными коробками дисков, которых не настигла страшная участь лишь из-за их содержания в виде любимых песен жильца комнаты. Затем они обогнули маленький телевизор, стоявший на низкой тумбочке, и скользнули по закрытой крышке пыльного пианино, на котором уже немного стёрся лак, показывая блеклый цвет старого дерева. На небольшом столике в тесноте расположились стопки бумаг, пара нотных тетрадей и настольная лампа, плафон которой был заклеен стикерами из пачек с хлопьями, которые он собирал ещё в детстве. Когда озорные светлячки добрались до лица парня, он недовольно сморщился на пару секунд и лишь потом открыл глаза. Ещё немного просидев на кровати, дабы до конца проснуться, он тяжело потянулся и упёрся руками в висящую над кроватью полку. А ведь раньше он не доставал до нее даже кончиками пальцев. Сейчас же вся его ладонь спокойно ложится на внешнем дне полки. С плывущими по мирному течению мыслями, парень встал и сонным шагом двинулся к ванной комнате. Там ему предстояла трудная задача — вырвать остатки своего сознания из сонного царства и наконец проснуться. Его спасением стал быстрый душ, после которого, явно почувствовав себя лучше, он вернулся в комнату и проверил телефон. Сегодня в его личном расписании было множество дел, как и обычно. Однако, это была не ежедневная рутина и вечный «день сурка», а куда более насыщенные события. Вдумываясь в предстоящий день, парень заглянул в смс-ки на своем телефоне. «Мы уже едем. На ближайшей до тебя станции будем через два часа. Жди. ( ° ʖ°)ᕤ», — гласило последнее входящее сообщение. Очевидно, смайлик отправил никто иной, как Чанбин, хотя сообщение пришло от Джисона. Этот любитель поесть мяса своим стремлением вставить три копейки в любом деле иногда ужасно всех поражал своими выходками. «Хорошо.» — кратко ответил им Бан Чан, надеясь, что следующие три месяца лета пройдут как нельзя благоприятнее. В конце концов, это первое лето, когда его лучшие друзья из университета решили приехать к нему надолго.***
— Чан, ну наконец-то! — с крепкими объятьями Чанбин ввалился на Чана, как только тот выпрыгнул из вагона электрички, предварительно бросив потрёпанную спортивную сумку прямо на землю у своих ног, — Как мы по тебе скучали! Бан Чан почти забыл, как тактилен Двекки, потому не сразу среагировал на столь теплый прием. — Да-да, — подхватил Хан, пусть и не так уверенно, — Мы ведь с последнего экзамена не виделись! Нам много нужно обсудить. — Именно! Вот устроишь нам экскурсию и по пути мы все тебе расскажем! — Чанбин не умолкал ни на секунду. — Хорошо-хорошо, только первая остановка в нашей экскурсии — мой дом. Вам нужно вещи оставить, — проговорил Бан Чан, из вежливости закидывая к себе на плечо гитару, что с собой привез Хан. Чехол этой гитары, по рассказам самого Хана, он вместе со своим парнем украшал разными нашивками, а ещё они специально сделали в некоторых местах дырки, чтобы виднелась цветная подкладка. Минхо и Джисон в отношениях уже больше двух лет, а, как помнится Чану, познакомились они у библиотеки при каких-то странных обстоятельствах. Сам Минхо учится в том же университете на хореографа, но с Бан Чаном они никогда не виделись. — У тебя просто огромный дом! Представляю, как по комнатам разносится аромат вкуснейшего мяса с кухни и слюнки текут! — восторгался Чанбин, оглядывая действительно большой, пусть и немного старенький дом. Хан заулыбался, от чего его пухлые щеки немного покраснели, и его родство с белками стало очевиднее некуда. — Тебе лишь бы поесть, Чанбин! — Джисон держался, чтобы не рассмеяться, а потом, переведя дыхание, оглянулся к окну, — Ты видел, какой отсюда вид? Здесь дома такие маленькие, что я даже вижу море! Чанбин ловко подскочил к Хану и вместе они залюбовались открывшимся видом. Домики, рассыпанные по улицам, а за ними — изящная морская гладь, по которой размытой тропинкой света лучи солнца вели взгляд к небу. Бан Чан тепло улыбнулся, так, что ямочки незаметно проявились на его щеках. Их восторженные возгласы напомнили ему детство, в котором он также удивлялся морю почти каждый день. — Я оставил ваши вещи в гостиной. Там есть диван, а на втором этаже ещё одна комната для гостей, но вы лучше сами решите, кто куда ляжет, — проговорил Крис, хорошо понимая предстоящую реакцию. — Чур я в гостевой! — опомнился Чанбин, когда Хан уже на всех порах помчался к лестнице. Конечно, место на уютной кровати заполучил тот, кто был быстрее. Но Чанбин гордо заявил, что спать на диване в гостиной даже лучше, ведь так он ближе к кухне и холодильнику. Дележка комнат окончилась возобновившимся желанием гостей осмотреть окрестности. Поэтому Бан Чан повел их вниз по улице, прямиком к морскому берегу. Даже за столь далёкое расстояние тихий шум волн доносился до ушей, а по приближению становился все громче и отчётливее. Солнце сопровождало их тёплыми лучами, играя в волосах, а теплый ветер приносил за собой слегка соленый запах. На улице было тихо, если исключить звонкий смех и разговоры троих парней. По дороге Чанбин заприметил небольшой круглосуточный магазин и мгновенно потратился на снеки. — Ты после такого плотного перекуса сможешь вместить в себя ужин, Двекки? — смеялся Хан. — Естественно! Это только разогрев. Мне нужно, чтобы мой живот активизировался и был готов принимать ужин! — заговорил Бини, — и я, вообще-то, вам тоже купил! Хан рассмеялся, выслушивая слова про сомнительные ритуалы, а после принял угощение. — Нам ещё нужно будет зайти в океанариум. Хорошо, что ты взял еды заранее, — ответил Чан с похвалой, — Не знаю, сколько времени это может занять. — Точно! Я всю поездку про это думал. В последний раз я был в океанариуме ещё в детстве, так что плохо помню свои впечатления, — воодушевился Джисон, — Если буду ходить как ребенок и всему удивляться, то прошу прощения. Чанбин закинул руку на плечо Хана. — Да ну! Можешь хоть как карапуз на все пальцем тыкать и охать! — смеялся Двекки, поддерживая друга в своей особой манере. Вскоре веселая компания из трёх парней подобралась к песчаному берегу. Белый песок нежно блестел и переливался в лучах солнца, а морские волны окутывали его яркой синевой и провожали пышной пеной. Хан присел у берега и поднял ракушку молочного цвета с розовыми переливами. — Как думаете, из нее получится значок сделать? — заговорил Квокка. Чанбин присел на корточки рядом. — Для Минхо? Ты часто даришь ему всякие безделушки, да? — Бини ткнул Хана в бок, — Когда ты уже нас познакомишь, а? Джисон слегка смутился, убирая ракушку в карман и поднимаясь. — Я вас не знакомлю только из-за твоего дрянного характера, Чанбин! — он отвернулся. Бан Чан молча наблюдал за ними, улыбаясь. Теплота этих обыденных разговоров окутала его и поглотила, а блеск моря лишь сильнее укрепил его чувство спокойствия. Чан уже больше полугода живёт один и учится он заочно, лишь изредка выезжая к этим двоим на время экзаменов. А в городе он общается только с одним официантом из небольшого кафе, но даже тот вечно занят. Он позабыл, какими непринуждёнными бывают такие прогулки, да и к тому же, это его первый полноценный выходной за последние две недели. Ещё какое-то время они сходили с ума у воды, а после уже оказались в большом здании океанариума. — Я помню, ты как-то сказал, что ухаживаешь за морскими котиками. Мы пойдем их проведать? — говорил Джисон, внимательно запомнивший такую незначительную деталь в их давнем разговоре. — Да, именно. Когда я был маленьким, я играл с одним из морских котиков и он сильно привязался ко мне, — отвечал Бан Чан, — Только нужно быть аккуратнее, они довольно пугливые. — Аккуратность — мое второе имя! Не переживай, все будет отлично! — заверил Чанбин. Трое вместе прошли по комнатам с большими аквариумами до потолка. Где-то это были бесчисленные множества мелких рыб самых разных цветов, а где-то — настоящие акулы, устрашающие и интересующие. Все это обилие морских обитателей в приглушённом синем свете грандиозно встречало гостей и впечатляло взгляды. — Я никогда такого не видел. Это просто удивительно, — Хан восторгался, делая фотографии на старенький фотоаппарат, который он везде таскает с собой. — Какие же эти рыбы огромные, просто жесть! Не могу поверить, что ты, Чан, всю жизнь рос в их окружении, — удивлению Двекки не было предела, от чего он ходил, немного приоткрыв рот. — Моя мама работала здесь ещё до того, как я родился. Она очень любила морских животных, потому с заботой и чуткостью находила подход к каждому. Пока она работала, я проводил здесь всë свое время, ведь оставить меня ей было некому, — Чан, окончив экскурсию по океанариуму, довел друзей до аквариума с морскими котиками. Втроём они зашли в служебное помещение и уже там прошли внутрь вольера. Так как морские котики много времени проводят на суше, большую часть помещения занимал «каменистый берег» с плоскими валунами разных размеров, а остальная часть была заполнена водой, куда морские котики спускались и вольно плавали в большом аквариуме. Из «зрительного зала» можно было хорошо увидеть как часть вольера «суша», так и «воду», сквозь широкое толстое стекло. Бан Чан прошел в вольер без тени сомнения, а Хана Чанбин держал под руку, ибо тот немного беспокоился. На большом плоском камне лежал морской котик длиной примерно полтора метра, со светло-бежевым окрасом. Его передние ласты и хвост имели более темный оттенок, ближе к тёмно-коричневому цвету, а на спине у него было большое темное пятно, переходящее на шею и мордочку. Услышав чужое присутствие, он медленно поднял голову и раскрыл большие, черные глаза, похожие на пару стеклянных шариков. Присутствие Бан Чана животное никак не взяло во внимание, а вот двое незнакомцев вызвали некоторый страх, хотя оно не могло скрыть своего интереса. Чан осторожно подвёл двоих парней ближе и начал говорить. — Ребята, это Бьянка, мы с ней почти ровесники, — Бан Чан аккуратно опустил руку на шею животного и оно немного успокоилось, почувствовав знакомое тепло, — Как раз с ней я и играл в детстве. — Привет, Бьянка, — Джисон немного нервничал, стоя чуть за Чанбином, но вежливо помахал ей ладонью. — Ты такая красавица, не верю своим глазам! Просто ослепительна! — Чанбин говорил также бодро, в своей манере, но немного снизив тон голоса, ведь тоже не хотел напугать животное. Бьянка долго смотрела на незнакомцев, а потом чуть двинулась вперёд, будто пытаясь лучше уловить чужой запах. — Она привыкнет к вам быстрее, если покормите ее, — Чан отошёл в сторону и вернулся с ведром рыбы и несколькими парами перчаток. Чанбин первый поднес рыбу к носу Бьянки. — Правильно, лапочка. Надо знакомство начинать с обеда. Я тоже так делаю, — проговорил Двекки, и животное выхватило рыбу из его руки, а потом с удовольствием съело. На запах рыбы еще двое морских котиков показались у поверхности воды и высунули головы. Их окрас был точно таким же, как и у Бьянки, но из-за влажности казалось, будто их шерстка немного темнее. Этого не мог не заметить Хан и осторожно шагнул к Чану. — Ту-ут ещё двое. — все, что он смог сказать. — Это Иви и Обри, их тоже можно покормить, — говорил Старший, — В этом вольере живёт ещё и Жоли, но сейчас она на осмотре у ветеринара. — Больше милых морских кошечек — больше рыбки! Они такие чудесные, как же их не покормить, — Чанбин был только рад прибавлению в их компании. Кажется, вообще все, что касается еды, для Чанбина — одно сплошное удовольствие. Он с радостью накормил всех троих и был горд тем, как смог подружиться с этими чудесными животными. Хан, освоившись, тоже сумел покормить Бьянку, и даже погладить. А после сделал несколько фотографий и в целом был очень доволен. Закончив с кормлением, все трое решили ещё немного побродить по океанариуму и осмотреться. Чанбин и Хан вышли из вольера с морскими котиками под глубоким впечатлением и не прекращали обсуждать произошедшее, пока Чан остался убрать инвентарь и ещё немного посидеть с Бьянкой. — Я теперь буду заходить реже, — говорил он, поглаживая животное по шее, — эти двое не дают мне и на секунду выдохнуть. Такие разговоры, больше походящие на монологи, стали обыденностью в этом вольере. Бан Чан говорил все, что думает, а Бьянка спокойно слушала его рассказы, будто сопереживая ему своим присутствием. Кристофер не слишком общителен, поэтому Бьянка была той из немногих счастливиц, которой удалось так много узнать о тайнах и переживаниях парня. Он знал, что его не услышат другие, поэтому был рад просто «выпустить все, что его тревожит». Закончив ласкать животное, Чан, поднимая уже пустое ведро, сквозь воду на секунду увидел расплывчатую фигуру за стеклом. Ему показалось, будто это видение или призрак, потому он вновь опустил взгляд. На этот раз он уже чётче увидел неизвестную фигуру. Выпрямившись и открыв себе обзор вне воды, Крис увидел, что это был парень с ярко-голубыми волосами, что внимательно разглядывал морских котиков под водой в вольере. Они приветливо плавали из стороны в сторону, будто приветствуя наблюдателя, довольные сытным обедом. Через секунду незнакомец поднял голову, кажется, почувствовав на себе чужой взгляд, и увидел Чана, что стоял рядом с Бьянкой, схватившись за ручку красного ведра. Оба они задержали взгляд друг на друге буквально на мгновение, после чего Бан Чан молниеносно развернулся и шагнул к выходу из вольера, чтобы не создавать ещё больше лишней неловкости. Оказавшись в служебном помещении, он оставил инвентарь для кормления и продолжил стоять, как вкопанный, в окружении ведер, колец для игр и мячей. Он стоял, сам не зная от чего растерянный, будто только что на него ругались за то, чего он не совершал. Тряхнув головой, он спустился по короткой лестнице и открыл дверь в общий зал. Первым делом он оглянулся с неясным ему желанием найти незнакомца. А парень с голубыми волосами все еще продолжал стоять там, у стекла. Также заинтересованно, будто ничего и не было, он любовался Бьянкой, Иви и Обри. Чан успел разглядеть одежду парня совсем смутно, запомнил лишь бледно-голубой свитер, петли которого были достаточно большими, поэтому можно было легко разглядеть под ним белую водолазку. Затем незнакомец рефлекторно повернулся на звук открывшейся двери и они вновь встретились взглядами. На расстоянии всего лишь пары метров, без каких либо видимых преград, Чан отчётливее смог разглядеть черты лица незнакомца. Они казались аккуратными и мягкими, а щеки и нос были усыпаны веснушками. Целым морем веснушек. Через мгновение к Бан Чану подбежал Чанбин, закрывая собой обзор на незнакомца. Старший не заметил, как к нему подошёл Двекки, и потому немного дрогнул от неожиданности, но сразу после пришел в себя, переводя взгляд. — Как же ты долго! Пойдем быстрее, я проголодался! — Чанбин умело подхватил Чана под руку и повел за собой, подальше от неизвестного. — Ты всегда голодный! — отметил Хан. — Я просто смотрел, как едят те милые морские котики и сам проголодался! — уверял Бини, — Я ведь тоже котик! Хан залился смехом. — Я рад, что эта экскурсия оставила на вас впечатление. Даже если это голод, — Чан усмехнулся. Втроём они направились к выходу.***
Ужин получился на славу. Жаренный рис с овощами и морепродуктами. Простенько, но со вкусом. Чанбин, наслаждаясь едой, невольно расплылся в улыбке, словно кот, греющийся у камина. Глядя на это довольное выражение лица, начинает казаться, будто его даже слишком легко обрадовать. Хан был доволен сегодняшней прогулкой, потому радостно напевал что-то себе под нос, и никто не находил в этом ничего странного. Джисон музицировал, придавая этому застолью ещё большей атмосферы теплоты и родства. Чан в спокойствии расслабился и дал себе спокойно насладиться приятной атмосферой, пусть кое-что не давало ему покоя. После ужина гости ещё немного повозились в разборе вещей и после все расселись на диване. Разговор шел не умолкая. За те несколько месяцев, прошедших с их последней встречи, у всех накопилось множество историй и новостей. Вернее, больше рассказывали Чанбин и Хан, ведь в жизни Чана почти каждый день ничего не происходило. Крис почти все свое время проводит в океанариуме, поэтому рассказы его были примерно одного содержания: пополнение животных в аквариумах или интересные инциденты на работе. Ещё, по ночам Чан иногда писал тексты песен у себя в блокнот, и как раз затронув эту тему, они перешли к обсуждению музыки. — У меня тоже есть пара новых стихов, но они плохо ложатся на музыку, — говорил Хан, — могу принести, показать. — Неси! Если не получается их спеть, я просто прочту рэпом и получится идеально! — хвалился Чанбин. Они считали себя музыкальной группой, пусть и, на самом деле, репетировали вместе всего два раза. «3RACHA» — их официальное название, Хан даже вышил его на чехле от своей гитары. В действительности, они как «группа» занимались только совместной работой над текстами. Хотя чаще всего это выглядело как обычное обсуждение стихов друг друга. — У тебя такие чувственные стихи, Хан, — Чан держал в руках пару полу смятых листов, вырванных из тетради, что дал ему Квокка, — Мне очень нравится. Джисон залился краской и, обнимая подушку, немного опустился, пряча подбородок в мягкой обивке. — Спасибо, — неловко промычал он, — У меня сейчас очень насыщенный период. Чанбин рассыпался в похвалах, а потом попытался зачитать пару строк вслух, на что Хан хорошенько треснул его подушкой. Как он сказал, «Эти стихи не для репа, идиот!». Для него это было чем-то слишком личным, поэтому он бы хотел спеть их, когда мелодия сама прокрадется в его разум. Чанбин, конечно, не хотел его обидеть и извинился. Так и прошел остаток дня. В конце концов они даже побренчали на гитаре, а после разошлись по комнатам. Чан снял с себя потрёпанные черные джинсы, которые казались просто огромными из-за своего кроя (но при этом они идеально сидели на самом парне), а потом упал на кровать в одной майке. Усталость дала о себе знать, а завтрашний день предстоял не менее насыщенным, от чего Чан тяжело вздохнул. «Это оказалось не так легко, как я думал» — мелькнуло в голове Старшего. Всё-таки эти двое были неудержимо энергичными. Вскоре он погрузился в глубокий сон. — Чан, ну почему нельзя было взять отпуск? — громко возмущался Чанбин, откидывая голову назад, показательно указывая на свою усталость. Втроём они подошли к дверям океанариума, хотя время только доходило до десяти утра. — Я взял отпуск, да, — отвечал Крис, чуть медля, — Просто мне нужно сегодня забрать свои записи. — И к тому же, Чан предлагал нам остаться! Ты же сам напросился, — возразил Хан, — А я в любом случае не собирался бы оставлять Чана одного. — Я просто надеялся ещё немного поспать, раз началось лето, — мямлил Бинни. — А как же твои тренировки?! — Джисон разразился громом, хотя не был действительно серьезно настроен. — Можете зайти в буфет и пока отдохнуть, а я быстро вернусь, — прервал их Чан. Согласившись с предложением, они разошлись в разные стороны. На самом деле, Чан мог бы забрать свои записи и позже, да и вообще не сегодня, но ему нужно было вернуться в привычную для него среду. Всё-таки, столь резкие изменения были слишком внезапными. Да и Чану казалось, словно он нарушает свое обещание, не посещая океанариум каждый день. Вновь он побрел по длинным коридорам, окружённый огромными аквариумами. Эта атмосфера чуть тусклого света и синих тонов вокруг была такой родной и спокойной, что Чан невольно сбавил скорость и шел, уже любуясь окружением. Он знал тут каждое животное, каждого сотрудника и хорошо здесь ориентировался, но все равно мог часами ходить и разглядывать все вокруг. — Извините? — вдруг позвал его низкий, незнакомый голос…
