Вынужден проснуться

Fight to the death

***

      От стены подвала отделилась статная фигура. Где-то наверху раздавался еле различимый сквозь толстую каменную кладку гул голосов. Первые несколько метров силуэт преодолел молниеносно и беззвучно, лишь слегка покачиваясь каждый раз, когда шаг приходился на правую ногу.       Не семени. Успокойся. Ты тренировалась. Долохов не семенит!       Выдохнув и расправив непривычно широкие плечи, Гермиона принялась чеканить шаг.       Вот так, молодец. Ещё бы не хромать...

 

***

      — Как вы забрались в мой сейф? Вам помог этот мерзкий гоблин? — процедила сквозь зубы Беллатриса.       — Нет! Этот меч не настоящий, он подделка! Просто подделка! — Грейнджер едва успела договорить и снова закричала от боли. Драко сжал кулаки до хруста и поморщился.       Где же этот Поттер с Уизли, когда они нужны? Какого дементора они ещё не пришли за Грейнджер?       — Драко, приведи гоблина. Он скажет, настоящий этот меч или нет, — приказал ему Люциус.       — Да, отец, — свой собственный голос звучал жалко и напугано. Всё его существо стремилось остаться в гостиной. Выходя из комнаты, Драко до последнего следил за болезненно согнутой фигурой на полу.       Вот она разжала кулак и проверила, в порядке ли кулон в виде флакона, который она сжала, когда упала на пол. Вот приподняла голову, вытерла нос и рот рукавом рубашки, а после снова сжала флакон. Вот злобно посмотрела на мучившую её последний час Беллатрису.         Чёрт! Тупая Грейнджер! Она же заметит!         И тут же раздался короткий громкий вопль. Беллатриса заметила. А потом голос Грейнджер стих. Уже выходя из комнаты, Драко краем глаза уловил непонятное движение.         Она потеряла сознание? Или притворилась?       Через секунду он уже спускался в подвал, лихорадочно прислушиваясь к звукам сверху. Пригрозив заключённым смертью, он открыл дверь в камеру и выволок в сырой коридор маленького гоблина.       — Скажи им, что это подделка. Я заплачу столько, сколько захочешь. Пожалуйста… Прошу тебя, — Драко старался говорить уверенно, уговаривая Крюкохвата по пути наверх.       Когда они дошли до гостиной, Грейнджер всё ещё лежала у ног Беллатрисы. Испуганно сглотнув, Драко пригляделся – она была ещё жива.       — Настоящий этот меч или нет? Отвечай! — приказала гоблину Беллатриса.       — Да, настоящий, — глаза Крюкохвата заблестели.       — Так ты соврала, тварь, — медленно протянула Беллатриса, поворачиваясь в сторону Грейнджер. — Люциус, забери меч. А ты, Сивый, можешь забирать грязнокровку, — она с силой пнула её под ребра.       — Нет! — глаза Драко округлились, и он не узнал свой голос. Все в гостиной удивленно на него уставились. — Я… — ледяной взгляд отца пронизывал насквозь, и кровь Драко застыла в жилах.         Вдруг Люциус видел, как он смотрел на Грейнджер?       — Думаю, Тёмный Лорд сам захочет расправиться с девчонкой. К тому же, она может знать, где сейчас находится Поттер. Люциус одобрительно хмыкнул.       — Бросьте её в темницу. Охраняйте до прибытия Лорда.       Хвост схватил Грейнджер за волосы и поволок в подземелье. Она больше не кричала.  

***

      Вихрем промчавшись мимо старинных гобеленов, Драко влетел в свою комнату, попутно наложив Силенцио, и упал головой в подушку, заглушая рвущийся из горла яростный крик.       — Ты стоял и смотрел, — сквозь зубы процедил Драко и, приподнявшись, со всей силой припечатал кулаком стену. Когда костяшки пронзила тупая боль, ему на секунду стало легче, поэтому он ударил ещё. И ещё, а после в бессилии развернулся и сел на кровать, поднеся к губам окровавленную руку.       Комната вокруг была той же, что и всегда. Но сегодня он в ней задыхался. Ему перестало хватать воздуха в тот момент, когда Беллатриса направила на Грейнджер свою палочку. Пока она визжала от боли, его сознание металось внутри черепной коробки, словно зверёк в раскалённой до бела клетке. Но он заставил себя остаться до конца. Заставил стоять и смотреть, не отводя взгляда. Видеть её боль было страшно, но ещё страшнее было бы уйти, не зная точно, мертва она или нет.         Что за флакон был у неё на шее? В нём вполне могло быть припасено какое-то зелье или яд.         Драко потёр виски.           Где же чёртов Поттер? Или Уизли наконец! Он же вроде влюблён в Грейнджер. Когда уже они её спасут?         Когда чуть больше часа назад Драко увидел, как Сивый тащит по коридору Мэнора Грейнджер, плотоядно на неё скалясь, захотелось голыми руками разодрать ему глотку.       И с каких пор ему не всё равно? Может быть, с того момента, как увидел её на Святочном балу? Или с того момента, когда понял, насколько хитрой и смелой она может быть? Так когда же он перестал видеть в ней грязнокровку и увидел… Гермиону?         Драко поёжился, словно от озноба, и отнял руку от лица. Вместо костяшек красовались тёмно-бордовые рассекающиеся пятна. Нужно срочно возвращаться в зал. До прибытия Тёмного Лорда оставались считанные минуты.       Он поднялся с кровати и подошёл к собственному отражению в старинном зеркале на стене. Взглянув на себя и убрав со лба прилипшие волосы, он резким шагом вышел из комнаты.         Да пошли они все! Он поможет ей выбраться отсюда или сдохнет.  

***

      Дверь камеры с оглушительным треском открылась. Хвост зашёл в темницу, с усилием втаскивая Гермиону внутрь.       Из последних сил она резко дёрнулась, и Хвост, явно уверенный, что девушка без сознания, не ожидал сопротивления. Молниеносно вывернувшись из захвата серебряной руки, Гермиона выхватила его палочку.       — Петрификус Тоталус, — прошептала она как можно тише, после чего Хвост замер. Но не успела Гермиона с облегчением выдохнуть, как его зрачки бешено заметались, и она не поверила своим глазам.       Серебряная рука ожила и мёртвой хваткой сжала горло Петтигрю. Спустя пару мгновений Хвост был мёртв, но так и остался стоять как статуя под действием обездвиживающего проклятия.       Дрожащими пальцами Гермиона ощупала свои раны и наскоро наложила заживляющее заклинание на самые тяжёлые из них. А потом схватилась за крошечный сосуд, висевший на шее.       Слава Мерлину, он был цел! Ордену Феникса было не просто достать волосы самых известных Пожирателей смерти. Она бросила сожалеющий взгляд на Хвоста. Его волос был бы сейчас идеален, будь он жив. Оставалось надеяться, что волос, спрятанный под крышкой кулона, именно тот, что нужен.       Она одним глотком осушила сосуд.         Надолго этого не хватит.         Но времени у неё и так не было. Нужно было как-то выбраться из поместья до появления Волан-де-Морта.

***

      От стены коридора, ведущего к камерам, отделилась статная фигура. Через пару мгновений Драко с ней поравнялся.       — О, младший Малфой, и что ты здесь делаешь? — лицо Долохова расплылось в хищной улыбке. — Неужели тоже пришёл поиграть с нашей маленькой грязнокровкой?       Драко почувствовал, как к горлу подступает тошнота, смешиваясь с яростью.       — Авада Кедавра! — процедил он, ткнув Долохова палочкой в грудь. Тот успел лишь моргнуть от неожиданности и с глухим ударом рухнул на пол.       — Хвост, что там за шум? — раздался сверху голос отца.       — Всё в порядке! Девчонка оказалась тяжелее, чем я думал, — очень похоже сымитировал Драко хриплый голос Петтигрю.       Не оглядываясь, он за несколько крупных шагов преодолел коридор и остановился у крайней камеры. Собравшись с силами, он отпер дверь и замер.       На него вполоборота смотрел застывший Хвост. А вот Грейнджер внутри не было. Драко прислушался, будто бы хотел услышать её дыхание.         Неужели Поттер с Уизли всё-таки пришли за ней?       Что ж, так даже лучше.         Драко старался ступать бесшумно, когда возвращался. Подойдя к телу Долохова, он бросил на него взгляд, задумавшись, хватило бы у Поттера смелости применить Непростительное, чтобы спасти подругу.       Из-под чёрного плаща выглядывала тонкая женская рука с кровавой надписью «Грязнокровка».