Мы встретимся снова

Уши закладывало от магических взрывов, что перебивая друг друга, питали надежду и желание попасть по противнику, и отобрать у него несколько частей тела, а желательно и всю жизнь. Все вокруг смешалось в едином круговороте, непонятно было бы для обычного человека, где друг, а где враг. Но Нацу необычный. Он чувствовал каждым сантиметром своего тела, где находяться его товарищи, и пока те сражались с самими порождениями зла, Драгнил смотрел в глаза длинноволосому демону, стоящему напротив него. Тот отчаянно и крепко сжимал в руках потрепанную, сожженую по углам книгу. И это его цель. Приказ Макара — отобрать ее. Любой ценой. Мар-Де-Гир с присущим ему высокомерием смотрел на потрепаного мальчишку. Его силы были уже на исходе, об этом говорило его израненное тело и спекшаяся кровь, на носу, висках и ушах. Но и демону пришлось несладко. Человечешка оказался слишком силен, демону даже пришлось несколько раз отпрыгнуть от него, чтобы не получить непоправимые ранения. И, самое главное, заморал бы свой парадный китель, а встретить своего мастера, он хочет при всем параде. Поэтому, с мальчишкой, пора заканчивать. Нацу понимал, что проиграть ему нельзя, ведь его друзья надеяться на него, что он вернет им свет и надежду. Но вспышки боли в теле, давали о себе знать, и каждое движение было с родни снятию кожи на живую. Но ничего, это всего лишь малая жертва, которую он может принести ради мира. Даже его врождённая, потрясающая регенерация, не способна справиться с получеными ранами и невероятной усталостью. Когда кульминация их боя был близок, и острые ногти обоих существ были готовы воткнуться друг другу в грудь, небеса развреглись и темной молнией обрушились на землю, отбрасывая зеленоглазого в сторону, оставляя на грязной земле шртрихи крови. Император Спринган — собственной персоной посетил сие мероприятие. Брюнет стоял к парню спиной, и по всей видимости обращался к ТарТаросу. Но услышать, о чем они говорят не дано. Уши еще с начала боя заложило. Саламандр поднялся, и немного прихрамывая из-за полученой раны на животе, направился по направлению к тёмному магу. — Зереф! — со всей силы, вкладывая в голос всю ненависть и злость крикнул парень. Его кулак покрылся огнем, и даже если он умрет, то хотя бы успеет оставить ожог на лице врага их гильдии. — Ты еще не разобрался с ним? — без интереса спросил тот у демона, даже не повернувшись. В его голосе велась вселенская тоска, будто ничего в этом мире не в силах утолить ее. — Человек силен. — склонив голову ответил длинноволосый. — Отдай мне книгу и убей его. Нечего тут с ними зассиживаться. — тихо произнёс маг, забирая из пальцев демона книгу, укладывая ее себе на руки так, будто держит на них драгоценного ребенка, а не обычную потасканую книжонку. — Хорошо, Создатель. — Мар-Де-Гир прошел чуть ближе к парню. — Человек, скажи свое имя, и возможно я его запомню. — Имя мое?.. — Нацу смотрел как переливаються темные сгустки между длинных пальцев демона, пока Зереф все дальше отходил от них. — Я скажу свое имя, чтоб даже после своей смерти ты его помнил! — магический круг раскрылся в руке Драгнила. — Мое имя Нацу Драгнил из Хвоста Феи! Зереф остановился, а глаза демона наполнились кровью. — Как смеешь ты грязная крыса называть имя нашего Мастера?! — до этого спокойный голос прозвучал угрожающе, из длинных волос выросли рога, что на своих концах начали накапливать энергию. — Спокойной смерти, можешь даже не желать! Переполненый злостью и желанием защитить свои родных, Нацу вытянул вперед руку с огнем, который должен был сжечь этого демона, даже если придёться пожертвовать рукой. Но резко, прямо как из воздуха, между двумя бойцами возникла фигура Темного мага, и Мар-Де-Гир был вынужден остановиться. — Создатель, этот гадкий человечешка посмел… — но не цспел он договорить, как его голова отлетела в сторону из-за пощёчины. И пока тело, оставшееся без головы, пошло подбирать ее, брюнет повернулся к огненному магу, глядя на него с примесью непонимания и… Надежды? Нацу знает этот огонь веры в глазах, когда она блестит как самая яркая звезда в темном небе, жаль что сам парень редко видел звезды на небе, но по описанию его друзей выглядит это потрясающе. Будто сами Боги указывают тебе дорогу в молумраке. — Нацу, это ты? — Зереф начал медленно сокращать растояние между ними, будто боясь спугнуть парня, словно его резкий выпад заставит его раствориться в воздухе. Как будто тот исчезнет. И это заставило Драгнила напрячься. А маг все приближался, и его глаза постепенно с недопонимания сменялись на осознание, в миг, в черных, смольных глазах промелькнул отблеск слез. Зереф протянул руку вперёд, намереваясь прикоснуться к лицу зеленоглазого. А у того, как мантра в голове проскользнули десятки просьб. «Убить его» И пока враг открыт, стоит пользоваться этим. Ноги и запястья начало жечь холодом, напоминая, какое задание у него сейчас. Рука с поломаными нагтями, вошла в грудь Темного мага, как горячий нож в сливочное масло. Но тот не шолохнулся, игнорируя даже яд, что сочился с концов пальцев и разрывающее плоть изнутри пламя. Брюнет положил свою ладонь поверх руки Хвостатого крепко удерживая ее, а вторую протянул к его лицу. Драгнил не знал куда деть себя сейчас, его руку так крепко держат, что он не может даже отпрыгнуть. А маг то, силен, не смотря даже на свою какую-то пасивность и феминость. Бледная, трясущаяся рука коснулась темных волос, что уже давно покрылись пылью, грязью и копотью. Она отшолушила черноту с пары локонов, открывая взору Зерефа пряди розовых, коротких волос. Губы чернокнижника затряслись, по щекам потекли слезы, оставляя на гладкой кожи мелкие следы раздражения. Пальцы с волос перешли на щеку непонимающего мага. — Не думал, что увижу тебя когда нибудь снова… — он резко притянул парня к себе, крепко обнимая. — Создатель… — Мар-Де-Гир поставил голову на место. Обезглавлевание не способно убить ни одного Этериаса. Теперь и он увидел розовые волосы, что раньше могли принадлежать только одному существу. — Что происходит?! — Нацу не понимал что есу делать. Темный маг окончательно сошёл с ума? — Теперь я все понял. — произнес Зереф, наконец-то отпуская розоволосого. — я все понял! — бледное лицо счастливо улыбнулось. — И ты, все поймешь. Книга в руках хозяина взмыла вверх и открылась, из нее, как из рога изобилия посыпались белые буквы, сформированые в слова. Они настолько обильно и плотно друг с другом падали, что по итогу закрыли белой сферой всех троих. — Мар-Де-Гир… Тебе тоже нужно знать, что произошло. — Что присходит?! Где мы?! — Вся магия покинула Драгнила, будто само пространство не давало ее использовать. — Нацу, тебе нужно многое узнать о себе. — А брюнет то, чувствовал себя здесь весьма комфортно. — Я не был уверен, но когда коснулся тебя, наши воспоминания переплелись и я смог составить единую линию произошедшего. И не только наши воспоминания здесь, еще и книга, дает нам возможность закрепить мои предположения. — Книга мастера Э.Н.Да? — спросил демон. — Она очень ценный свидетель и ей есть, что нам рассказать. — Зереф протянул руку Нацу. — Идем, ты же хочешь узнать секрет своего рождения, который Макар прячет за семью замками? Секрет? Да, Саламандр не помнил, когда стал членом этой гильдии, все что ему говорили, так это то, что он всегда был там. Никакой информации о родных или близких, так ему и не разрешали ее искать. Но парень и не пытался, его семья всегда была рядом. — Хватит пудрить мне мозги, возвращай нас назад! — Нет. — Что?! — Нацу… — мужчина ласково улыбнулся. — Нам некуда торопится. Тем более… — он провел пальцем по воздуху, словно разрезая пространство ножницами. За тонкой пленкой собраных в кучу слов, Драгнил смог увидеть остановленый бой. В прямом смысле, остановленый. Никто не шевелился, замерли, и враги и друзья будто обоженые из глины фигурки. — Мир дал нам шанс поговорить и все увидеть. — Что увидеть? Небольшое окно вновь закрылось и все услышали лёгкое, убаюкивающее напевание. — Начнем с того, что помню я. — Зереф прошёл за спину парня, второй обернулся и увидел, как чернокнижник стоит над своей копией, которая равномерно раскачивалась на кресле-качалке и напевала мелодию. Драгнил подошел к проекции, от которой веяло неведомым теплом. Это действительно был Зереф, ни моложе и не старше, точно такой же, как и сейчас. Его губы мягко двигались в слова песни, а сам он с любовью смотрел на маленький свёрток в руках, в которую был замотан маленкий ребёнок, с розовым пушком на голове. Малыш спал, но в какой-то момент проснулся и забавно чихнул, из-за чего брюнет усмехнулся и большим пальцем погладил ребёнка по щеке. — Будь здоров, Нацу… Не успел нынешний Нацу все понять, как илюзия рассыпалась в буквы и вновь востала в виде людей. На полу сидел маленький мальчик, уже не младенец, довольно взрослый, года два на вид. Он с интересом собирал моргающие кубики, усердно ставя их друг на друга, изредко хихикая, когда те щекотали его своими двигающимися ресницами или обдували нежную кожу холодным дыханием. — Я помню этот день! — Истинный Демон вышел в перед, кладя руку на грудь. — Нацу, посмотри кого я к тебе привел. — из пола появился Император и длинноволосый демон. — Теперь, тебе будет не скучно. Гир из прошлого прошел к ребенку, сажаясь перед ним на колено, положа руку туда же, куда и нынешний демон. — Мастер… — он склонил голову. Мальчик несколько поморгал и коснулся маленькой ладошкой лба нового слуги, и на его одежде огнем выжгло знак двух скрещённых молотов. — Обещаю служить вам вечность. Уже не тяжело было разгадать в ребенке самого Саламандра. И это пугало, но в тоже время завораживало. — В тот день, я встал на службу к молодому Господину и поклялся всегда быть рядом с ним. — Гир обходил иллюзию вновь и вновь, по его лицу было видно, что буть бы у него возможность, он бы заплакал. — И не только ты. Множество картинок сменялись друг за другом, показывая как равные демоны, с которыми сам Драгнил уже имел возможность повоевать, склонялись над мальчиком и обещали в ответ на знак гильдии, свою верность. Тут был и наглый Шакал, и жестокая Кека и даже высокомерная, старая форма Темпестера. И всех их объединяло одно — они с невероятной любовью и преданностью смотрели на ребёнка, который на тот момент, перестал рости. — Почему он не растет дальше? — задал вопрос Нацу, все еще пытаясь придумать хоть какие-то оправдания тому, почему этот малыш похож на него. Но в голове каждый раз появлялись те самые пропущенные моменты. И парень, мог даже почуствовать их. Ощутить мягкость шерсти Шакала, запах кожи Сейры и даже вспомнить голос Бигини Рабской планеты. Что это?! Внушение? Или его память начала проясняться? — Потому что не должен… Был… Все что ты видишь, это события прошедшие за триста лет. Я воможно поступил эгоистично, не дав прежнему тебе возможность вырости, я всегда хотел, что-бы ты оставался ребёнком. Чтобы я мог заботиться о тебе всегда. Тяжело было представить, будто этот бегающий туда сюда мальчик, пережил не одну сотню лет. Но что случилось, почему нынешний Нацу вырос и ничего не помнит? Картинка вновь поменялась, на этот раз, Зереф держал мальчика на руках разговаривая с низкой, длинноволосой девушкой. — Спасибо, что навестила меня, Мэвис. — А… Этот ребёнок? — М? Это мой младший братик. Нацу, поздоровайся. — но вместо приветствия, ребенок прижался к груди старшего, крепко сжимая белоснежную тогу. — Что случилось? — Если бы, я раньше понял что произошло, то всего этого бы не было… — настоящий Зереф положил руку на голову, будто пытаясь сдержать мигрень. Но преодолев ее, он подошел к проекции, поглаживая напуганого ребенка по спине. — Прости, он наверное застеснялся. Обычно, он очень приветливый с незнакомцами — Нужно было прислушаться к тебе… — Ничего, он очень милый. — Я знаю. Мой брат, наверное самое милое и удивительное, что есть в этом гнилом мире. — покачивая мальчика из стороны в сторону говорил Император. Девушка мило улыбалась, и за ее улыбкой, нельзя было рассмотреть ничего, кроме искреней радости встречи и нового знакомства. — Я… Я помню ее? — Нацу пытался понять, кем являеться эта длинноволосая незнакомка, но память каждый раз вырывалась из его рук, убегая куда-то вдаль. И вновь другая локация. Чернокнижник укладывает мальчика спать, только сегодня, малыш слишком сильно сопротивлялся этому. — Нацу, что такое? Сегодня ты такой встревоженый. — мужчина все никак не мог укачать его, как бы не старался. — Ладно, время уже позднее, а то ты завтра не проснёшься. — тот положил его в резную колыбель, но мальчик отчаянно хватал его за одежду и руки, одним своим видом умоляя остаться. — Нет, тебе уже пора. Обещаю, завтра мы еще поиграем. — Не оставляй его… — тихо шепнул брюнет. Темный маг легонько толкнул свесающие с потолка игрушки, и те закружились, играя детскую мелодию. — Не бросай его… -повторил он. Мальчик, до этого активно мотающий в разные стороны головой, как зачарованный закрыл глаза, погружаясь в крепкий сон. — Спокойной ночи… — Не уходи! — уже закричал Зереф, будто это воспоминание могло его услышать и задержаться. В комнате воцарилась темнота и тишина, и только постукивание игрушек друг о друга, напоминали здесь о жизни. Из балкона послышались трепыхание и стеклянная дверь открылась, открыла ее, как оказалась тонкая веточка. В комнату вошла та самая девушка и не долго думая схватила ребенка на руки. — Юра, ребёнок у меня. Как вы там? - спросила она у неизвестности шепотом. — «Книга у нас» — ответили ей из прибора, что оказывается лежал в кармане. Неожиданно, игрушки завыли тревогу и вся комната покрылась красными магическими кругами из них вылезли руки, который устремиоись прямо к кроватке, но девушка успела выбежать обратно на балкон и запрыгнув на ветку, спустилась вниз. В комнату ворвался Зереф с демонами и стражами. Он подошёл к кроватке, но неувидя там ребенка спросил. — Нацу?! Нацу ты здесь?! — он начал оглядываться в комнате, будто малтчик мог спрятаться за какой нибудь из мебели. Но не найдя рентгеновским заклинанием ничего, он громко, на грани истерики закричал. — Быстро обыскать весь замок! Заглянуть под каждый камень! Но найдете мне брата! — стражники и демоны сию минуту разбежались исполнять приказ, начиная активные поиски. — Перекройте все входы и выходы, никого не впускать и не выпускать! — он прикрыл глаза, а потом резко раскрыл. — Книга… Пропала… Всех обыскать! Абсолютно каждого допросить и раздеть до гола! Никто сегодня спать не ляжет, пока мой брат не найдеться! Нацу обернулся, нынешний император держался за сердце, пока его под руку придерживал Этериас. Было видно, что ему тяжело это все вспоминать. — Создатель… — Ваше Высочество, мы не нашли никаких зацепок… — говорил один из стражников. Они уже неделю искали по всей округе, но ничего не нашли. — И зачем ты мне это говоришь? — с красным, безумным блеском спросил Спринган. — Хочешь прекратить поиски? — Н-нет… Разумеется нет, господин! — Тогда продолжайте! — диким зверем зарычал маг и швырнул канделябр в наспех закрывающуюся дверь. За это время, весь замок был перевернут в буквальном смысле вверх наголову. Настолько было сильно безумие императора. — Нацу… Где же ты?.. — А ты… Все это время был у меня под носом… Прямо здесь… — Создатель, мы кое что нашли. — в тронный зал вошли демоны, они передали в руки чернокнижника потрепанную книгу. Зереф со слезами на глазах взял ее трясущимися руками. Он не стал сдерживаться и заплакал, прижавшись лбом к книге. — В тот день, я понял, что наша связь разорвалась. А это значило, что ты мертв. — мужчина сам ронял с глаз слезы, глядя на себя. Он помнил ту боль, с которой осознал, что больше никогда не увидит самого дорого для себя человека. — Теперь, настало твое время э, рассказать, что было… Все вокруг закрутилось, завертелось и перед ними оказалась Мэвис с ее командой. — Мы ребёнка похитили! — кричал мужчина прохожий на дерево. — Мы это делаем во благо гильдии и всех людей. Кто знает, каким монстром он вырастет. — Вот именно, с чего вы взяли, что он вообще будет монстром? — Демон, есть демон. — Да пофиг, давайте откроем книгу. — мужчина, похожий на Лексуса без задней мысли открыл книгу, и из нее вырвалось темное заклинание в виже букв, оно вворвалось в тело блондина через рот, ноздри и глаза. Но тот успел что-то написать на странице. — Юра! — Идиот! Ты как? — все столпились вокруг мага, который начал кашлять кровью. — Эта…книга…проклята… — Да, любая книга этериасов проклята и ее никто не имеет права брать в руки, что-бы не пострадать. Поэтому, я тебя и не узнал. — Зереф обратился к парню. — Нацу, ты должен был всегда оставаться ребёнком, но из-за чужого вмешательства начал рости. Картины менялись, так же как и внешность мальчика. — Почему мне нельзя выходить поиграть? — спросил малыш, лет пяти. — На улице слишком опасно. — ответил одноглазый мужчина, работая над чём-то в подвале. — Да и ты наказан. Из-за тебя умер наш друг, его жена и Мэвис. — Прости… — Брюнет подошел к мальчику, который смотрел в стену в маленькой комнатушке, в подвале. Он присел на корточки и погладил эфемернрго ребёнка по волосам. — Нацу… — Все, я пошёл. Не хулигань. — мужчина вышел, запирая стальную дверь. Маленькими губами, мальчик начал петь неизвестную ему песню. — Братик…? — шёпотом спросил малыш у пустоты, однако ему никто из нее не ответил. — Я тут… С тобой… — чернокнижник обнял малыша, но тот моментально растворился в воздухе. Среди столов, рядом с огромной лакримой с телом девушки, стоял молодой Макар и делал записи. — Зачем ты оставила мне его? Как им пользоваться? — Дедушка, я нас нарисовал. — мальчик десяти лет подбежал к мужчине, держа в ручках рисунок. — Мг, молодец… — не обращая внимания ответил блондин. — Уйди, не мешай! — он оттолкнул ребёнка от себя. — И не называй меня «дедушкой». — Но… Они называют… — резко, Макар спрыгнул со стула, страшно хмурясь. Он ткнул в грудь мальчика пальцем, от чего тот пошатнулся. — Не сравнивай себя с ними! Ты не часть этой семьи, и никогда ею не будешь! — с каждым словом, он толкал мальчика назад, а тот от страха прикрывался рисунком, будто он мог защитить его. Но когда прозвучали последние слова, Макар особенно сильно толкнул ребёнка и тот упал, ударившись затылком о стол. Зереф дёрнулся в сторону мальчика, но остановился. Ведь он ничем ему не поможет. Рядом с розовыми волосами, растекалась лужа крови. — Да и пофиг! — мужчина схватил ребёнка за ногу, как сломаную куклу и потащил за собой. Он закинул его в целиндрообразную трубу, где тот и пришел в себя. — Д-дедушка…? — Я нашёл, где ты можешь пригодиться. — с этими словами он нажал на рычаг и мальчик закричал, скрючившись от боли. По стеклянным трубкам потекли сгустки крепкой магии. Настоящий Нацу прикрыл глаза и уши, не желая слушать и видеть страдания ребёнка. Однако его тело так же начало скручивать, от воспоминаний, которые были заблокированы. — Как так можно, с невинным ребенком? — старший тоже был не в силах на это смотреть. Он будто озвучил мысли брата. А дальше, все только больше разрывали цепи неведения в мозгу розоволосого и он все больше вспоминал. — Отец! Как ты можешь так поступать с ребёнком?! — маленький Иван спорил с Макаром о своей находке, в виде изнеможденного мальчка в подвале. — Он не человек, ему ничего не будет! — Ну ты же человек! Как ты можешь такое с ним делать?! — Иван, не вмешивайся в дела взрослых, выростишь, поймешь меня! — дал сыну пощёчину старик. Череда событий шла перед глазами, и кража книги из тайного места Макара, и обещание самому Нацу, что его обязательно освободят и надо только подождать. А так же, последующее исключение из гильдии. — Вот как книга вернулась ко мне. Иван, хотел справедливости, поэтому украл ее, а ее уже, утащили мои подручные. — Так вот почему, он хотел разрушить гильдию и прорваться в подвал… — осознал розоволосый. — Он хотел спасти тебя… — Нацу помнил, как боролся с ним и Лексусом, и оба повторяли чушь, о том, что хотят освободить Драгнила из плена… По крайней мере тогда, это была чушь, а сейчас, самая настоящая правда. Он сам, не дал спасти себя… — Нет, Нацу. Тебе внушили, что тебя не надо спасать. — опроверг Зереф его мысли. Худой, грязный, изнемажденый мальчик сидел на дырявом матрасе и повповторял обрывки из песни. Его возраст уже был почти пятнадцать лет. Но он прервался и подняв глаза к верху спросил у темноты. — Откуда я знаю эту колыбель? Кто… Кто пел мне ее? Брюнет тряс головой и дрожал, что-бы не упасть на колени и не заплакать от переполневшей его боли. — Создатель, пожалуйста, держитесь. В помещение вошли несколько мужчин, они осмотрели мальчика перед собой. Один из них покрутил его за подбородок в разные стороны и ухмыльнулся. — Если помыть его, то нормально будет. — Братан, это ж ребёнок… — неуверенно ответил другой. — Старик же сказал, что он демон. А значит ничего ему не будет. А еще, он сказал, что можем делать с ним, что хотим. Он рывком поднял мальчика с пола и больно держа за руку, поволок за собой. Следующая сцена… И мальчик лежит на матрассе голый, весь дрожа и истекая кровью в зоне гениталий и плакал. Не нужно было говорить, что с ним сделали. — Людские отродья. — зарычал Мар-Де-Гир, от злости начиная формировать форму демона. Но его остановил чернокнижник. И пока они разговаривали, их от Нацу отделила белая стена, оставляя розоволосого одного в белом пространстве. Но не надолго. Очередная голограмма, где тёмный маг сидит на коленях перед детской кроваткой и плачет навзрыв. Парень даже почувствовал всю его боль и отчаяние, настолько ужасно это все выглядело. — Он не смог пережить смерть брата и впал в отчаяние, которое забирало с собой всех, кто находился поблизости. — говорил голос вокруг, он был глубоким, как у настоящего рассказчика. — Но все изменилось, вернулся наш Мастер. Пора братьям вновь сойтись вместе. Нацу… Пора вернуться домой… Весь купол покрылся чернымт трещинами, и сразу же разбился, возвращая троицу на Тар-Тар, где жизнь снова начала набирать обороты. Нацу отступил назад, его ноги подкашивались, а тело обливалось холодным потом. Сзади, его под руку и талию, подхватил пришедший в себя Мар-Де-Гир. Парень вертел головой в разные стороны, пытаясь зацепиться хоть за что нибудь взглядом, чтобы переварить то, что он узнал. Но кроме головокружения и нарастающей паники, ничего не шло. — Мастер, прошу, дышите ровно. — демон не знал как себя вести сейчас. Он много лет ждал и репетировал, как будет приветствовать пробудившегося Князя, но сейчас, он полностью растерян. — Нацу… Я понимаю, ты растерян. Но ты сам все видел. — ласковым голосом говорил Зереф. — Ты мой родной братик и мастер гильдии Тар-тар. — Нет… — ранее заглушеный в голове голос, появился снова. Он убеждал Драгнила, что чернокнижник не врет, он яркими вспышками показывал воспоминания столетней давности. Те моменты, когда демоны были ему няньками, а рядом всегда был брат, переносились перед глазами, ломая волшебные цепи, что окутывали собой память. Но среди этих воспоминаний, проностлись слова, напоминающие, что цель розоволосого — убить Зерефа. Суставы затрещали и повыворачивались судорогой, дыхание перекрыла печать, приказы огромной кучей сыпались на плечи зеленоглазого, наровясь сломить его и опять подмять под себя. Из-за рта вырывались тяжелые стоны, пот еще сильнее начал лить. Его тело было готово разорваться на части, когда сотни магов разом потребовали от парня защиты, атаки и подчинения. — Мар-де-Гир, закончи обряд. — скомандовал брюнет, подхватывая брата под плечи. — Н-но, Мастер… — Это приказ, я сам разберусь с печатью. — Понял, Создатель. Длинноволосый отпустил парня, оставляя его на брюнета. — Нацу, послушай. — маг поднял голову брата. — Мы должны закончить начатое. И тогда, ты узнаешь намного больше о себе. Твои обидчики должны быть наказаны. — Зереф приобнимал одной рукой брата, а второй достал из кармана адскую флейту — колыбель. — Ты знаешь, что с этим надо делать. Он передал в дрожащие руки розоволосого инструмент, сделаный из древесины проклятого дерева, над которым однажды плакала неизвестная Богиня. — Ты помнишь ноты… — шепнул чернокнижник брату на ухо, и в голове словно открылась тетрадка с прорисованными линиями и нотами. Нацу не знал, что ему делать и как быть. Весь прошлый мир был разрушен, вместе с его представлением о дружбе. Неужели его друзья и правда оказались ему врагами, а враги наоборот, самыми близкими людьми? Или все это промыслы тёмного мага, чтобы заставить Драгнила примкнуть к нему? Но зачем? И почему эти лживые воспоминания приносят тоску в сердце? Неужели, это тоска по потеряным годам, пока он жил там, в подвале, а не был со своим братом? Или тоска от понимания, что он готов был предать своих товарищей? А приказы то, все сыпались. Они оглушали и накладывались друг на друга, мешая переваривать не только свои мысли, но и действия. — Прекратите! — крикнул в неизвестность Драгнил-младший, голоса и правда на мгновение затихли, но почти сразу же закричали в двойном размере, уже не просто отдавая приказы, а другая за неповиновение, и обещала скорую расплату. На уши парня положили ладони, прикрывая их, будто это могло помочь от огромного количества криков. Зереф поднял голову розоволосого и прислонился своим лбом, к его. — Пора закончить этот круг лжи. — его добрые, чёрные глаза с такой любовью смотрели в зелёные, что чаша весов начала набирать пару килограммов в сторону выбора того самого, темного пути. Мужчина убрал руки с головы и переложил их на запястья Драгнила, удерживая их от ненужных поддергиваний, дрожи и скручивающей боли, после которой останутся сломаные, разбухшие суставы. Он помог приложить флейту к губам, но дальше, дело только за самим магом. И прикрыв глаза, тот мыслено взвесил все, и решил, что его жизнь и так полна черной линии, которая никогда не пересекалась ни с чем хорошим. Он всегда думал, что поступает правильно, когда жертвовал собой и избавлялся от неугодных гильдии людей, но это было правильно доя них, для Фей. А для самого Нацу, это была лишь одна из функций. Те моменты, когда он якобы был с ними и радовался редким моментам, были лишь илюзией его сломаного сознания, чтобы не сойти с ума. Нет разницы, предаст он хвостатых или нет, он уже давно предал… Себя… И сейчас ему дают шанс все исправить. Какая разница, в чьем подвале сидеть и от кого пытки терпеть? Вдохнув в грудь больше воздуха, Драгнил выдохнул в инструмент, который сразу же выдал грустный звук. — Не-е-е-е-ет! — громким визгом раздался в голове молодой, девчачий голос, в перемешку со старческим. Мелодия заставила играюшего расслабиться и выпрямить плечи, теперь он играл более уверено, будто он с рождения знал, как обращаться с этим инструментом. Колыбель, подходящее название для этого демона. Она была словно любящая мама, прижимала к груди и пела песню на ночь. Совсем не тот демон, которого он помнил в первую встречу. Зереф отпустил парня и отошел на пару шагов назад. ** ** Сейра задрала голову в потолок, абсолютно позабыв о Миражане. Ее глаза расширились. — Это же… ** ** — Песня нашего мастера… — Кису отвлекся от Дождии, и развивающийся недалеко от него семейной драмы. ** ** Шакал протянул руку вперёд, будто проверяя наличие дождя в небе. — Почему он плачет? ** ** — Лик же ещё не активирован… — впервые Эльза услышала в голосе демона искренее переживание. ** ** — Почему он тормозит? — Штраус старшая вновь и вновь пыталась докричаться до розоволосого, но что-то блокировало их общие сигналы. — Даже не пытайся. — пепельноволосая с силой ударилась о стену, роняя пару зубов и капель крови на пол. — Песня мастера… Словно утробная колыбель матери. — дьяволица выставила руки вперёд, а ее тело начало отдавать луным светом, которого в темном подвале конечно же не было. — Он зовет нас, что-бы очистить его тело от грязи… — ее кожа стала еще более бледная, а глаза стали похожи на отражения тёмной стороны луны. Глубокий голос обратился к Миражане, что уже почувствовала нарастающую силу в этериасе, и скрыть ужас было довольно тяжело. ** ** — Он хочет найти свой путь по кровавому следу… — шерсть взрывчатого демона начала подниматься дыбом, клыки и когти стали длиннее. — Я чувствую… Локи напрягся, что-то творится с этим чудовищем. — Люси, что он там?! — Не идет! — истерично кричала блондинка. — Он не слышит! — Ну ему прилетит, когда закончим… — но не успел лев договорить, да и выполнить свою угрозу он больше не сможет. Рыжая голова покатилась по мокрому, каменному полу. — Кому ты там угрожал? — вся открытая кожа Шакала покрылась чернотой, что раньше присутствовала только на руках. — Не нашему ли мастеру? — он медленно повернул свою голову на перепуганную Хартфилию. Пока та истерично пыталась собрать все осколки сломаного ключа от Водолея, и быстро капетулировать, этериас успел подойти и схватить за волосы, высоко поднимая над землёй. — Это будет подарком, для молодого Господина. — сказал демон скалясь, глядя на золотые и серебряеые ключи. ** ** — Черт! Грей, быстрее, ты должен убить Э.Н.Да! — когда звук колыбели дошёл до Сильвера, он понял, что силы перестали выравниватьмя, и уже демоны начали получать приемущества. Но он замолк, когда холодное тело пронзило нечто острое и чёрное. — Сильвер, ты предал Тар-Тар. Ты предал нашего мастера! — говорил Кису, высовывая из тела сильного мужчины ноготь, что вылез из-под земли. — Отец! — Неблагодарный человечешка… Ты променял благословение господина, на простую месть… — Локсар попыталась атаковать демона, но та была схвачена за ногу и со всей силы ударена об землю. — Ваши глаза будут украшать серьги мастера… ** ** — Вы… То что вы делали с нашим мастером, непростительно… — прорычала Кека увеличивая чужую чувствительность. — А что вы делали с их мастером? — спросила Минерва у Эльзы. — Понятия не имею. Но не это важно, где же Нацу? Почему он не выполняет приказы? — Приказы? Что, черт возьми, происходит? — недоумевала Орландо. — Я вас уничтожу, уничтожу, уничтожу, уничтожу, уничтожу… — без конца шептала демон, пока ее рот и глаза разрывались от ненависти. — Его колыбель дает нам силы… Силы для защиты… Пора снова встать на службу — ВСЕХ ПОД ЗАМОК! По всей территории летающего куба раскрылись ямы, которые вели прямым путем в темницы Тар-Тара. Но перед тем, как скинуть всех фей в ямы, огромные монументы засветились и издали по всей территории королевства вибрирующие волны, что высосали всю магию из Волшебников. Лик начал свое движение… А эра королевства магом окончила После того, как все хвостатые были скинуты в подземелье, этериасы явились перед своим мастером. И все как один, присели на колено, склонив головы. — Мастер… Нацу прекратил игру на флейте, глядя на демонов перед собой. Тут были как и неведаные ранее лица, так и те, с которыми он имел возможность сразиться. — Видишь, Нацу? — Зеркф положил руку брату на плече. — Они все пренадлежат тебе. — Создатель. — Вернулся Мар-Де-Гир. — Лик завершил сбор магии, все королевство истащено. — Нацу, приготовься. Сейчас, все что у тебя забрали люди, вернеться к тебе. И правда, тело мага начало наполняться энергией, которую он терял каждый раз, когда просыпался в подвале. Лёгкие расправились и на полную впустили в себя воздух, кровоток усилился, кишки по дикому зарычали, даже кожа начала дышать. Это такое странное и пьянящее чувство. Как будто сухую губку пропитали водой. Но истощеное тело не способно с первого раза впитать в себя всю магию. Как только Зереф увидел, что розоволосому стало плохо, тот подхватил ослабленое тело на руки. — Пора залечить твои раны… — Брюнет подошёл к стоящему на колене абсолютному демону. — Мар-Де-Гир, теперь, ты вновь служишь моему брату. — Для меня это великая честь. — Чернокнижник передал свою ценную ношу слуге. — Помоги ему помыться и сопроводи в лабораторию. — спустя сто лет, Гир смог увидеть в глазах создателя небывалый покой и радость. — Остальные. — он обратился к другим Этериасам. — займитесь пленными и наведите порядок здесь. — Нам выпытать у них информацию? — Нет. Мне не нужна их правда. — мужчина развернулся, поднимая горячую пыль под ногами. — Просто заставьте их страдать, но не убивайте. А я пока… — смерть обняла Драгнила-старшего со спины. — навещу зачинщицу этого проишествия… Пора платить по счетам, Мевис… ** ** Сознание Нацу все еще находилось в туманом потоке, которое раз за разом выводили его на бесконечный, необъятный океан магии и заклинаний, и не утонуть в полученной информации было крайне трудно. Он еще не до конца понимал, что с ним случилось. И пока парень пытался проморгаться, длинноволосый демон избавился от единственного предмета одежды — рваных, грязных штанов. Они сразу же сожглись, как только соприкоснулись с полом. Сразу было видно, что эти тряпки ему выдали просто что-бы прикрыть наготу, а о защите гениталиях никто и не думал, поэтому и никакого белья здесь не наблюдалось. Куб до их прохода уже создал ванную комнату, но ничего кроме белоснежной ванны и резного стула, на котором и сидел мастер, тут не было. Но именно это сейчас и требовалось, а пока первоначальные приказы были выполенены, ТарТар принялся генерировать остальные помещения, что за век отсутствия хозяина покрылись красным мхом, зарослями и огромными слоями пыли. Драгнил дёрнулся когда его погрузили в горячую воду, он сразу начал ожидать того, что его кожу начнет разъедать что нибудь, как это было в прошлые разы, когда он соприкасался с горячими жидкостями. Но кроме пощипывания на ранах ничего не было. Зато тело расслабилось. Так странно сидеть в горячей ванне, но так приятно… Это как завернуться в огромное, пуховое одеяло и мурчать от удовольствия. Нацу любил тепло. Только сейчас он понял, как сильно ему его не хватало раньше.В те моменты, когда его могли ледяной водой из шланга окатить. Но что делает демон рядом с ним? Зачем мажет ему волосы какими-то гелями? Но что-бы он не делал, это очень приятно. Гир оставил волосы прописываться лосьоном, не стоило удивляться большому количеству вшей, блох и других паразитов, за телом сильно не ухаживали, оттого на нем и в нем появилась уже своя инфраструктура. И с одного раза их не вывести, однако немного сократить их количество можно. По крайней мере, теперь, розовые волосы больше не загрязнены, и их удивительный цвет прекрасно видно. Намылив мочалку, мужчина принялся уже за тело. Однако тут он столкнулся с препятствиям в виде плотных корок грязи, что кажеться срослись уже с кожей. И без боли их не достать. — Мастер, прошу прощения, сейчас будет больно. — еще раз очистив грязную воду, демон размочил островки грязи, что-бы те лучше отлипли и начал осторожно сдирать их. Но тут нужно будет хирургическое вмешательство, чтобы удалить тонкие, белые корешки, что уже успели врости в раны и под кожу. Больше всего ее оказалось на спине, в виде борозд. По итогу, воду меняли по меньшей мере шесть раз, но парень оказался не только грязный с наружи, но и из нутри. Но эту проблему должен решить уже врач. — Тебе не противно меня трогать? — спросил Нацу, когда Мар-Де-Гир в очередной раз натирал тело мага. — Касаться вас, самая великая честь для меня. — Значит, я больше не грязная крыса? Мужчина на мгновение остановился, но потом сразу продолжил. — Я совершил ошибку, за которую понесу самое жестокое наказание. Но сейчас, ваше здоровье стоит в приоритете. Когда оно окажеться в безопасности, я устрою на вашем обеде публичную пытку для себя. — Почему я не считаю это чём-то плохим сейчас? — Потому что так и должно быть. Я слуга, который не имеет право на ошибку. — Нацу откинул голову назад, что-бы Гир мог снова натереть его грудь. — Мастер, если вас что-то тревожит, вы можете мне рассказать. -… Мне кажеться, будто я делаю все неправильно. Я был предан? Или я предал? И мне так тошно от этого. — парень обнял себя за плечи, начая глубоко и тяжело дышать. — Как будто было бы лучше, если бы все осталось как раньше, и неведение о прошлом не терзали бы мою душу. — ломанные ногти вошли в кожу и пошли вниз, оставляя рваные линии на руках. — Может… Все было не так уж и плохо? А я сам себя накрутил? — дыхание перехватило, будто за шею схватила сильная рука. — Еще не поздно все исправить… Может, и правда не поздно все исправить? — Господин… — демон одним движением разрубил эфемерную руку, и вытащил розоволосого из ванны, осторожно сажая на стул. — Мне неизвестны человеческие чувства, но мне заложено самим Создателем любовь и верность вам. — вытирая парню ноги полотенцем говорил абсолютный демон, затем он приблизил ее к себе и поцеловал. — А когда вы кого-то любите, вы хотите это защитить. Верно? — Я люблю их… — Простите за дерзость, но вы уверенно это можете сказать? — закончив вытирать того полотенцем, мужчина расправил лежащий сложеный на стуле белый, мягкий, халат. — Простите… — обув его в тонкие тапочки, решил закончить демон. — Нам надо спуститься в лабораторию, там вас осмотрят. Драгнил поднялся, ощущая себя менее скованым в движениях, кожа довольно дышала и тело приятно пахло. До этого, его могли разве что из шланга холодной водой окатить, перед тем как вывести в люди… Раньше, это казалось ему проявлением заботы, что друзья хотят что-бы он был здоров и заколяли его так… Как же все воспоминания оказались искажены… — Прошу… — Мар-Де-Гир осторожно приподнял мастера, и повел его по известному всем демонам маршруту, не забывая придерживать розоволосого под локоть и спину. В темном коридоре, то тут, то там слонялись низшие этериасы, и оттирали стены и полы от грязи. — Почему они такие… — Нацу не нашел слов, что-бы описать то как выглядели эти демоны. — Уродливые? -закончил за него длинноволосый. — Они созданы из остатков плоти солдат, поэтому выглядят так несуразно. Не всем им хватило по одинаковой паре рук и ног. — Как это ужасно… — Думаете? — Конечно, жить в теле что тебе не подходит, и страдать от этого. — Они хотели жить, поэтому им не важно, насколько не симметричны их тела. А страдания только напоминают им о том, что они живы. Они продолжили дальше свой путь в тишине, и только скрежет щеток о камни напоминал о населённости этого замка. Парень остановился, вдыхая воздух рядом, который принёс с собой лёгкий ветерок. — Мастер? Но тот не слышал, он смотрел на стены, с перекошенными, пыльными картинами, на грязный ковер простирающийся по по всему коридора и завядшие растения, в расписных вазах. Все здесь казалось… Знакомым? Мимо опущенной руки Драгнила пробежал маленький розоволосый мальчик, он пробежал дальше и споткнувшись о ковер опрокинул вазу, стоящую одиноко на маленьком столике. — Мастер, пожалуйста не бегите, вы можете пораниться! — сзади подбежал Мар-Де-Гир, и поднял мальчика с пола, отряхивая его одежду. Магией он востоновил разбитую посуду, ставя ее на место. Но не успел он обернуться, как малыш убежал дальше, не дожидаясь как его слуга закончит уборку. Нацу прикрыл глаза, выдыхая. Он помнит как это было… Так давно, что казалось было в одном из туманных снов. — Господин… — голос демона прогнал собой случайное дежавю, и открыв глаза, розоволосый удивлённо увидел, что разваленый коридор преобразился в целый проход, с красивыми, ровными картинами, чистым ковром и цветущими растениями. — Как это? — ТарТар считал ваши воспоминания об этом месте, и воссоздал все в точности как было. Скоро вся гильдия станет как раньше. — Поскорей бы… Хочу все вспомнить. Так они прошли до самой лаборатории, где уже стоял Зереф и Лами. — Я уже и забыл как ты выглядишь. — брюнет подошел и обнял брата. — Ты наверное очень голоден, давай поскорей начнем анализ твоего тела. — Прошу, мастер, поскорей раздевайтесь и ложитесь! — девушка с кроличьими ушами игриво похлопала по операционному столу, ее лицо было покрыто испариной, а очки запотели. — Давайте я вам помогу снять халат! — Я сам. — грубо ответил Мар-Де-Гир, аккуратно снимая с парня одежду, быстро прикрывая его таз простыней. — Ложитесь. — Не волнуйся, я буду рядом. — Драгнил-старший взял младшего за руку, и погладил по немного влажным волосам. — Закрывай глаза и не думай ни о чем… — шепнул он целуя парня в лоб. Послушно прикрыв веки, Нацу понял что на него накатила дремота, и причина ли этому магия или усталость от насыщенности этого дня, думать было откровенно лень. — Мгффф… Мастер… Как же прекрасен… — крольчиха вытерла слюни с губ, начиная осмотр. Она набрала зеленой жидкости из пробирки, и задержав ее в воздухе, ввела ее в тело парня. Лами водила рукой по торсу, собирая всю нужную информация о внутренних органах, хотя, как заметил Мар-Де-Гир, она могла бы и не касаться его тела напрямую. Хватило бы и на растоянии, у демона аж губа дёрнулась, желая перекусить эту наглую рученку. Но нельзя выяснять отношения при самом Создателе. От одного осознания о том, что в одной комнате находяться Создатель, их Всевышний отец и породитель, так еще и их Князь, Лорд, Господин и Мастер. Единственный, кому они поклялись служить пока не случиться второе Пришествие Христа, но даже тогда их верность соедениться в единое целое, и станет колыбелью, пока Мастер будет спать в колыбели из их тел, голова кругом идет. — Все ясно! — врач вытянула жидкость с примесью гнили из тела. — Много жидкостей в лёгких, печень наполовину не работает, мочевой пузырь заражён и плохо функционирует, в кишках и желудке торжествуют бактерии. Тело способно справиться с ранами, но не с болезнями. Поэтому с мышцами все прекрасно. А вот под кожей начали формироваться удобная для грибков средасреда, вот они и проросли. — кролик приподняла простынь, но ее руку царапнуло тенью. — Ай… С ногтями все проще, обычный грибок, но в некоторых местах расколоты до кутикулы. — она подошла к голове и аккуратно приподняла губы, размыкая челюсть. — Какие губы… Хи-хи… В нижней, правой части челюсти, отсутствуют несколко зубов, вместо них… — демон достала из проклятого круга угловой зонд, и легонько пошкребла темную, каменную субстанцию на десне. — темные, каменные наростки. — она убрала зонд и достала фонарик, раскрывая веко. — Паразит в глазном яблоке. Скорей всего вызван из-за нечистой воды. — Лами отошла от лица, и пошло улыбнувшись направилась к части прикрытой простыней. — Теперь, надо обследовать область паха. — кролик уже начала стягивать ткань с тела. — Прошу доверить эту работу мне. — Мар-Де-Гир натянул ее обратно. — Не знала, что ты врач… — Наша разница лишь в том, что ты можешь вылечить, а поставить диагноз и назначить лечение, могу и я. Демоны сверлили друг друна взглядами, но Лами сдалась первая, не в силах выдержать злобного взгляда Абсолютного демона. — Как вам угодно… Я же все равно увижу, все что захочу. — шепнула она последнее. Длинноволосый встал у ног и приподнял простынь, его руки обволокла красная плоть, формируя перчатки. — На основании виднеються покраснения, похожие на раздрожение. Так же они идут по всей длине полового органа. На… — мужчина нахмурился. — На головке тонкая, красная корка. По всей видимости возникшая из-за отсутствия гигиены и защиты половых органов от внешних раздражителей. Заднее отверстие имеет такие же проблемы. — Понятно. Лечение займет несколько месяцев, но ничего. — Зереф наклонился к брату и снова поцеловал его в лоб. — У нас впереди целая вечность. — По… По поводу печатей… — Лами залюбовалась Драгнилом-старшим, не все Этериасы видели своего Создателя в лицо, но они всегда слышали его голос и ауру. Он как Святой Дух для демонов, который по их мнению защищает и присутсвует в их жизнях. Не каждому везет встретить Создателя лично, и многие умирают или перерабатываются прежде, чем могут его видить. Так что это одно сплошное Богословение для Этериасов, увидеть чернокнижника напрямую. Собствено, поэтому их Мастер и считается святым, ведь он может видеть и разговаривать с самим Создателем, потому что является его частью. — Они окутывают кисти, ступни и шею. Так же, что-то похожее имеется на низу живота. Такие еще на рабов или животных при дрессировки ставят, чтоб выполняли приказы и были послушными. Конечно о изнеможеном теле никто не думал. — Сделать из Мастера раба… — рычал Гир. — Уму непостижимо! — Продолжай… — Основная проблема этих печатей в том, что они впитываются под кожу, зажимаються на костях и суставах, поэтому их тяжело выводить. Но тяжело, не значит невозможно. Целебные травы и время, разобьют и выведут их. — Времени у нас — целая вечность. Начинай лечение прямо сейчас. — приказал Зереф, крепче сжимая руку брата. — Есть! — кролик оперативно начала лечение, в которое входило вынимание отростков из-под кожи пинцетом и последующее смазывание их спиртом с примесью масел, разбиением каменого наростка, и такое же наложение компресса, глазные яблоки залили специальным раствором, и дали полежать так. — Глазной компресс лучше делать два раза в день, для лучшего эффекта. — Лами вынула сломанные ногти и обматала пальцы бинтом. Все это время, она держала в организме парня зеленую жидкость, которая по ее словам должна была очистить некоторые органы и насытить их полезными частицами. Это тебе не работа с простыми демонами, у которых внутри кожаные мешочки, да лакримы с шестеренками. Человеческий организм, самый сложный в построении, каждый из органов отвечает за опреденную функцию, убрать хоть один, и они как башенка посыпяться. Демонам, можно хоть сердца с руками отрывать, толку не будет. Но хорошо ли это? Если эткриасы не способны жить, как люди? — Жить… как люди… — прошептал в сонном бреду Нацу, пока крольчиха накладывала повязку на обезвреживаный участок кожи, чтобы новая инфекция не забралась. Так, споры что уже дали свои плоды внутри пор, погибнут окончательно. — Ой!.. — Ты случайно поймал чью-то волну мыслей… — Драгнил-старший провел по волосам брата рукой. — Я… Я окончила лечение! — Лами отдала честь брюнету. — Хорошо. Нацу… Вставай… — шепнул чернокнижник тому на ухо, и розоволосый послушно открыл глаза. — Как ты себя чувствуешь? — Странно… Как будто из меня решето сделали… — первое что он почувствовал, вату у себя во рту и отсутствие нижних зубов. Болело во всех частях тела, и невозможно было сказать, где сильнее. Он хотел снять повязку с глаз, но его остановила холодная рука. — Нет, походи с ней еще пару минут. — Н… На это лечение не окончено! — Лами достала баночку с мятным на вид кремом. — Этот крем сломает корочку, уменьшит зуд и снимет покраснения с половых органов. — Нацу даже немного нехорошо стало, когда он осознал, что сидит абсолютно голый, перед демонами. У него венерологическое заболевание… Как у какой-то портовой шлюхи. Черт! Как же стыдно, неловко и обидно… — Давайте же не будем медлить! — в глазах врача пролился млечный путь. — Я вас сейчас же им помажу! — Я сам… — этериас вытянул из рук озабоченой крольчихи баночку, отталкивая ее в сторону. — …Помогу господину нанести крем. — Нацу, ты должен немного отдохнуть. — Зереф нежно погладил младшего брата по плечам, как бы снимая с него мерзкие цепи, что навесила на него прошлая гильдия. — Мар-Де-Гир, отведи Нацу в его комнату и помоги одеться. — Слушаюсь Создатель. ** ** Розоволосый никогда не думал, что когда нибудь будет стоять посреди такой дорого обустроенной комнате в окружении слуг. В детстве, когда вокруг не было ничего кроме темноты и одиноко светящейся свечи, он представлял, что живёт как король. Что у него есть большая спальня, где очень много подушек и одеял, красивые ковры и большие окна. Он даже заворчивался в свой грязный матрас как в рулет, и представлял, что спит на роскошной кровати. И вот, сейчас перед ним стоит его личный слуга, и заправляет шёлковую, белоснежную рубашку ему в брюки. На запястья, шею и ступни, ему повязали красные ленты, с маленькими колокольчиками. — Эти ленты не дадут принуждающему заклинанию вас поробатить. Когда приготовления были закончены, демон отвел Драгнила в еще более красивое место. Панорамные окна шли от пола до потолка, открывая прекрасный вид на города внизу. Всю щалу можно было описать одним словом — серебро. Серебряный пол, шторы, даже люстры светили серебряным светом. И посреди этой комнаты, стоял огромный, длинный стол, что ломился от количества разнообразных блюд на нем. У самого окна стоял Зереф и смотрел вниз, но когда в помещение вошли еще двое, тот обернулся. Даже наряд чернокожника прекрасно сочитался с этой комнатой. — Ты в праздничном? — — Так сегодня же праздникпраздник. Мой брат вернулся домой, это ли не повод для торжества? Брюнет взял младшего за руку и направил к столу. Предполагалось, что один сядет с одного конца, а другой у, собственно, другого, но тёмный маг взял стул и сел рядом с парнем, у места, где по правилу этикета сидит либо самый почётный гость, либо слуга. Но имеет ли место этикета сейчас? Все решили, что нет. — Пусть это будет маленькая посиделка между нами. — но заметив встревоженное лицо мага, старший помедлил. — Тебя что-то волнует? — Я… Я как будто нахожусь во сне… Для меня все эти события, все равно что густой туман. Я не знаю как вести себя и что чувствовать. — Ты только начал вспоминать свою прежнюю жизнь. Столько лет прожить в обмане и не знать о себе ничего, это любого запутает. Не волнуйся. У тебя достаточно времени, чтобы напитаться старыми воспоминаниями и создать новые. — А вдруг, все это сон? И я опять проснусь в там? — чувство беспокойство не покидало парня, он не знал, был ли он слишком рад тому, что обрёл ту самую, настоящую семью как на обложках журналов для садоводов, но это все может оказаться лишь бредом больной фантазии? Или боялся, что поддался на искушение дъявола во плоти и предал товарищей? — Даже так, мне этого хватит, что-бы найти тебя. Связь между нами намного крепче, чем ты думаешь. Но раньше, я был уверен, что она оборвана, а теперь, я знаю, что она была просто скрыта от меня. — Зереф обнял Нацу за плече и упёрся лбом тому в висок. — Я так скучал по тебе… — шепнул он. — Ну ладно, ты наверняка очень голоден. Давай пока поужинаем, а все остальные решим завтра. Чернокнижник не стал пользоваться помощью Мар-Де-Гира, который оставался единственным слугой в этой зале, а решил сам поухаживать за братом, как это было много лет назад. — А, чем ты был занят? — Нужно было решить пару вопросов с кое кем. Но теперь, я свободен и могу полностью посветить себя тебе. Мар-Де-Гир, налей нам. — Слушаюсь, Создатель… — поклонился демон и скрылся в дверях. — Удивительные существа, этериасы. — Зереф разрезал кусок мяса. — Их тела ненастоящие, а органы просто кожаные мешки. — из куска полился сок смешанный с кровью. — Маленькие поручения, они делают смыслом своей жизни. Не то что люди. — А что люди? — У них слишком масштабные цели, которые они сами оправдать не в силах. А на мелочь порой не обращают внимания. Хотя это фундамент на пути к великим свершениям. — К чему ты это? — не было смысла говорить, что чернокнижник странный, это и так понятно. — Просто диалог начать. — красный блеск в глазах пропал, и на его место пришёл прежний мягкий взгляд. — В детстве, ты говорил без умолку. Постоянно расказывал о том, как провёл свой день, где гулял и что делал. Эта скатерть никогда не была чистой, на ней всегда лежали камни, ракушки, растения и просто комки грязи. — Я… Я боялся что их могут унести, если оставлю их в комнате… — дежавю пролетело бешеным поездом через весь мозг. Он вспомнил как служанки пытались с ним договориться, что-бы он отдал им свои «трофеи», но это никогда не приводило к желанному результату. И по итогу, он всегда приходил на трапезы грязным. — Точно. Ты никогда не сводил с них глаз. Это было так забавно, смотреть как ты с серьёзным лицом ешь и смотришь за вещами. Еще так смешно пыхтел. В комнату вернулся демон, гордо неся на подносе два графина с красной и жёлтой жидкостью. — Как раз вовремя. — Мар-Де-Гир налил жёлтую жидкость в бокал розоволосого, принюхавшись тот почувствовал запах лимона и сахара. — Что это? — Лимонад. В детстве, тебя было не заставить что-то пить. — подставив уже свой бокал под красную жидкость ответил старший. — Но лимонад ты любил. — По твоим рассказам, я был не очень послушным ребёнком. — Нацу еще пару раз понюхал светлый напиток и немного отпив сначало поморщился от его кислоты, а потом осушил бокал. Кисло-сладкий вкус тлел на языке, оставляя после себя малую долю газированной воды. — Это точно. — на каждое слово, Зереф останавливался, усмехался и часто моргал, будто пытаясь снять с глаз тонкую пленочку прошлых собитый. — Это… Это было так давно… Нацу, ты был самым лучшим на свете. Да, маленький Нацу, был тем еще хулиганом, но все ли дети рождаются послушными? Естественно, брюнет умолчит об этом. Как и том, что брат очень любил чужое внимание, и не важно чье. А если он не получал его, то бежал, не разбирая дороги к старшему. Ведь тот всегда был рад его видеть, даже когда стол второго был забит всевозможными книгами и бумажками. Для нынешнего Нацу, все это впервой. Ему редко кто говорил, что он самый лучший, а точнее никто не говорил. — Хочешь выпить вино? — резко спросил брюнет. — Я… Я не умею пить. — во время «любовных слияний», его не редко могли споить, чтобы тот стал более покладистым. От этого, потом все тело ломило в сотни раз сильнее. Нет ничего положильного для тела, когда после горячей пьянки просыпаешься в сыром подвале и тебе по общему итогу ещё несколько недель кости ломят. Этериас налил немного красного напитка мастеру, тот отпил. — Горькое… Зереф ближе продвинулся к брату. — Сначало берёшь немного мяса… — он положил свою руку, поверх руки младшего, плавно разреая кусочек. — Хорошенько его прожуешь, чтобы сок остался на языке… — наколов его на вилку, он пододвинул того ко рту розоволосого, второй сделал как говорил ему брюнет. — Теперь, бери бокал за ножку. Вино не должно быть тёплым. — все еще держа за руку говорил маг. — Немного взболтай. — круговыми движениями вино окутало собой стенки бокала, начиная постепенно стекать вниз. Виноградный запах усилился. «Плачушие» капли напоминали собой стекающие соки от мяса на языке, еще сильне стимулируя аппетит. — Какой он на запах? — шепотом спросил чернокнижник. — Горький виноград? — зачарованный запахом и видом спросил огненный. — Почти. Сделай маленькой глоток так, чтобы он забрал с собой остатки мяса… — парень по велению руки старшего, немного выпил. Сладкая горечь прошла по языку, размазывая по нему жир и пикантный вкус от недавно съеденного стейка, горечь забралась в уголки языка, оставляя в его центре сладость винограда. — Теперь совсем другой вкус, да? — Ну да, я чувствую виноград. — А теперь, выпей чуть больше… — напиток бархатно обволок небо, уводя разум чуть дальше, выдвигая вперед только вкусовые рецепторы, что-бы по всей возможности насладиться напитком. — Вино надо пить аккуратно, не торопясь. Тогда и его вкус будет чувствоваться лучше. Нацу слизал остатки с губ, немного морщясь от горьковатого вкуса, но он больше не такой сильный как раньше. Наоброт, с ним, можно еще сильнее ощутить сок винограда и пряностей. — Создатель, прошу простить за дерзость… — к братьям подошёл Мар-Де-Гир, дожидаясь, когда ему позволят задать вопрос. — Говори. — ответил Зереф, скрещивая свои пальцы с пальцами Нацу. — Я могу начать свое наказание или вы изволите потанцевать с Мастером? Я бы не хотел что-бы вы испачкались в моей крови. — Точно. Нацу, давай немного потанцуем. В детстве, ты очень любил танцевать во время банкетов и званых вечеров. — Я не умею танцевать. — ответил розоволосый, и это была отчасти правда. Он мог слышать как доносится музыка и ритмичный топот сверху, но он не знал зачем люди это делают. Однако, он чувсвовал странное желание с кем-то покружиться, когда на вечерах, где должны были присутвовать все члены гильдии, пары из мужчин и женщин танцевали. — Я тебе напомню. Всего один вальс. — Драгнил-старший отдал приказ и этериас включил пластинку. — Я хотел побыть с тобой вдвоём, поэтому аркестр решил не созывать. — брюнет встал, не переставая держать парня за руку, таща за собой на открытую часть зала. — Он положил свою руку младшему на талию, а другой продолжал держать ладонь. — Клади руку мне на плече. — он тихо усмехнулся, когда увидел неуверерость на лице зеленоглазого. — Не бойся. — тот все-таки положил руку на плечо брату. — С левой ноги, и раз… Оба закружились в танце под такт музыке. Она смешивала в себе плачущую скрипку, сарказм трубы и радость флейты, все это скапливалось в один комок и с грохотом падал на сияющий паркет, помогая отбивать нужный ритм своей мелодией. С каждым разом маг все больше вспоминал те самые званые вечера, когда ему разрешалось не спать до полуночи, а присутствовать на банкете и учавствовать в важных переговорах, в которые он изредка встревал со своей детской наивностью. Он помнил, как становился на обувь брата и брал его за руки, старший улыбался и танцевал за них обоих. Восторг, роскош и умиление… Это преследовало маленького Мастера с самого момента его создания, и он принимал это как должное, ровно до момента, пока его насильно не окунули в грязь, которую он так же быстро, начал воспринимать как само собой разумеющееся. — Попросим Сейру дать тебе пару уроков, что-бы ты мог танцевать на праздниках. — Так плохо получается? — Ты не уверен в движениях, от этого запинаешься. Но ничего, это не важно… Музыка закончилась и братья отошли друг от друга. — Еще не хочешь спать? — Пока нет. — Хорошо, Мар-Де-Гир, можешь начинать. — Драгнил-старший вновь повернулся к брату. — Ты очень мало поел, попробуй икру отварной рыбы. Нацу было нпмного некомфортно все это есть, в первую рсередь из-за отсутствия нижних зубов, да и все эти роскошные блюда казались чужими, но до ужаса аппетитными. Раньше, его могли намерено отравить, выдав булочку за знак доброй воли. Но его рацион редко уходил дальше обычной, сухой каши. Они сели обратно за стол, продолжая ужин. На середину комнаты вышел длинноволосый демон, прикатывая перед собой деревянный столик на колёсиках. — Я совершил ужасную ошибку. — Начал он. — Посмев назвать Мастера гадким, постыдным словом. Теперь, обязан понести наказание и отрезать себе гнилой язык. — Зереф, это помоему уже слишком. — Ничуть. Нацу, если не практиковать наказания среди подчинённых, они становятся очень наглыми. Продолжай. — махнул чернокнижник этериасу. — Не волнуйся, для них боль лишь малая щекотка, ему скорее будет дискомфортно от отсутствия языка. Обсолютный демон взял со столика скальпел, сделав себе маленькие надрезы на кончиках губов и ухватившись правой рукой о нижнюю челюсть, а левой о верхнюю, потянул в разные стороны. Разрывая себе рот почти до ушей. Нацу поморщился и отвернулся, не в силах на это смотреть. За то Зереф с неким интересом на это смотрел. Длинной иглой демон проколол себе язык, чтобы выдвенуть его вперед, и тем же скальпелем аккуратно срезал себе прямо с корня язык, бережно гладя его на серебряный поднос. — Все, можешь смотреть. — За что ты так с ними? — не поворачиваясь шёпотом спросил парень. — У всего есть своя цена. Даже у небрежно брошеного слова. Нацу быстро, почти одним глотком выпил вновь наполненный бокал с вином. ** ** — Мм~… — розоволосый крепче обнял брюнета за шею. — Ты очень много выпил. — Зереф нес младшего на руках до его комнаты, потому что сам, он идти уже не мог. — Осторожней надо быть. Дверь в комнату открылась сама, и Драгнил-старший положил брата на кровать, снимая с него одежду. Но его руки перехватили. — Н-е-т… — Не бойся, тебя больше никто не обидит… — поцелуй в лоб. — Я об этом позабочусь. — Не у-уходи… — с трудом разлепил глаза младший. — Не уйду. — чернокнижник снял одежду и с себя, ложась рядом с братом. — Мы теперь навсегда вместе… — Нацу закинул ногу старшему на талию, крепко прижимаясь к нему. Тело тёмного мага было очень холодным, почти как у мертвеца, но от него все равно шло больше тепла, чем от жара тел, к которым он принимался раньше. ** ** Так странно просыпаться от света, а не от крика о немедленном подъёме или банальной скуки. Так просыпаться люди, которые живут в домах с большими окнами? Нацу поднялся, ощущая пульсирующую боль в висках. — Доброе утро, мой Господин. — сказал женский голос. Повернувшись, он увидел ту самую жестокую дьяволицу, но сейчас, ее голос был очень мягким. — Прошу, выпейте этот чай, он поможет справится с головной болью. — она протянула красивое блюдце с чашкой, из него приятно шел призрачный пар. На вкус он был довольно крепким и очень сладким, но сахара в нем не было. — А… Зереф где? — он помнил, что они засыпали вместе. Ну как помнил… Чувствовал холод его тела и крепость объятий, почти такой же как и этот чай. Было крепко и очень хорошо. — У Создателя возникли срочные дела. Он хотел дождаться Вашего пробуждения и вместе позавтракать, но дела оказались неотложными. — маг сел на кровать ровно, Кека сразу же начала процесс одевания. Сегодня, кстати, наряд был другим. Пояс штанов, запястья и горло рубахи, украшали золотые, кленовые листья. — Прошу, пойдемьте, Вам нужно поесть. — А где Мар-Де-Гир? — выйдя из комнаты спросил Нацу. — Он сейчас в лаборатории, отрабатывает наказание. Пока что, я Ваша личная слуга. Обращайтесь ко мне по любому вопросу. Теперь, в столовой играли жёлтые и оранжевые цвета, намекая на разгар нынешнего сезона. По полу, словно по течению плыли разные листья, и если наступить на них, то они расплывались, из-за образовавшихся кругов. — Вам налить чай или кофе? Может хотите сок? Ничего из этого, он раньше не пробовал, разве что слышал, как девушки обсуждали новый сорт превосходного кофе. — Хочу попробовать кофе. — на столе лежало уже не большое количество блюд, среди них были каши, яица разного способа приготовления, мясные и сырные нарезки, а так же молочные продукты. — Чем бы вы хотели заняться после завтрака? — поставив кружку уже из другого набора, наполненную черной жидкостью спросила Кека. — А чем можно? — разрезая желток у глазуньи спросил Драгнил. — Чему Вашей душе угодно. Прогулки, чтение, обучением какому либо искустсву или науке, или можете еще поспать. — М-м… Кека, а ты не хочешь есть? Можешь поесть со мной. — Нет в этом необходимости. Демоны могут чувствовать вкус, но мы не имеем такого чувства как — голод. — А как же вы восполняете силы? — Мы их не тратим. Если дело касаеться боя, то погружаем себя в специальную жидкость, она помогает восполнить силы. — Но, вы вчера так много ее потратили во время боя. — Благодаря Вашему Благословению, мы восполнили их и стали сильнее. Господин, не думайте о нашей усталости, мы этого не достойны. — Ну… Все равно, попробуй. — маг вобрал в ложечку немного творога, поднося к губам этериаса. Та немного помедлила. — Это приказ. — она дернулась, но сняла маску и открыла рот. — Что чувствуешь? — Немного кислый. Могу заверить Вас, он свежий и натуральный. Его сделали из молока коровы, которая послась к югу от империи Арболес. — Ты это по вкусу поняла. Та кивнула. — Тогда и это попробуй. — он протянул ломтик сыра. Так он провёл почти час, давая дьяволице ту или иную еду. Кека послушно все съела, давая свой анализ продукта. — Простите, Господин, но Вы сами мало что съели. — Просто это так интересно. Да и я не очень голоден. — Хотите может тогда прогуляться? На улице удивительная погода. — Да, хочу. Ему не терпелось увидеть свет дня без ограничений, смотреть на природу спокойно, без спешки в драке и торопливости. ** ** Дейсвительно, все уже покрылось позолотой, и холодный ветер приятно пробегал по волосам и лицу. Подойдя к перилам из белого мрамора, Нацу посмотрел вниз. Там такая же красота. Озера осыпаные листьями и богатые на цвета деревья, скрывающие целые деревни, где огород больше чем сам дом. Невольно, маг загрустил. — Господин? — Кека заметила, как настроение ее Мастера сменилось с восхищено воодушевленого, на грустный. — Вас что-то тревожит? — Почему… — он сжал кулак. — Почему они так поступали? — шепотом, подавляя слезы обиды спросил он. — Почему запирали в подвале и не давали жить? Почему они это делали? — но капельки все же скотились по щекам, но Нацу спрятал лицо в руке, сильно сжимая волосы — Господин… — садистка встревожено подошла ближе, кладя свою звериную лапу поверх руки парня. — Для ненависти порой не нужна причина. — Но для такой, нужна… — он уткнулся женщине в пышную грудь, желая получить больше нежности к себе, которую раньше он получить не мог. — Я не верю, что для этого не было причины. Кека погладила Мастера по волосам, грустно глядя на него. — Я столько в жизни из-за них не попробовал, столько не увидел… Столько потерял… Я просто хочу знать, за что? Богиня аккуратно оттянула парня от себя, беря его лицо в лапы. Она посмотрела по сторонам. — Господин, если не расскажете Мар-Де-Гиру, то я могу отвести вас в подземелье. — большими пальцами, она стерла слезы с лица. — И Вы лично зададите этот вопрос им. Если Вы конечно готовы к этому. Нацу схватился за лапы дьяволицы как за спасение от неведения. — Хочу… — Тогда, идёмте. Платком та вытерла с лица Драгнила слезы и пошла в известном только демонам направлении. Они прошли мимо разрушенного сада, над которым уже усердно трудились садовники, не забывая поклониться, когда мимо них прошёл Князь и высший демон. — Через несколько месяцев, Вы сможете гулять по этому саду. Где-то работали скульпторы, востанавливая сломаные статуи в виде разных мифических зверей и красивых женщин и мужчин. — Раньше, Вы любили забераться на спины статуи, жаль художники не могли Вас запечатлить, Вы часто крутились. Прошли мимо фонтана, где демоны оттирали дно от плесени. — В этом фонтане, Вы любили ловить рыбу на нитки. — В фонтане была рыба? — Вашей фантазии не было предела. — улыбнулась Кека, не убавляя шага. — Вы верили, что там плавают невидимые рыбы, и даже поймали одну. — но почувствовав удивленый взгляд в спину пояснила. — Вы видели маленький, пустой аквариум с водой в Вашей комнате? — огненный кивнул. — Он пустой, но Вы верили, что там плавает рыбка. Как же давно это было. Наконец-то они дошли до выхода в подземелье, который охраняло не меньше чем дюжина стражников. — Господин, аккуратно, здесь крутые ступеньки. Ленты на запястьях заколыхались, не давая крикам проникнуть под них. Еще один вход охраняло столько же охранников, а за ним уже, шли тяжёлые для служа визги. — Если Вам станет холодно, скажите мне. — дьяволица открыла дверь и крики стали уже четче. Сквозь решётки бывшие соогильдяйцы тянули свои руки к парню… Как он когда-то тянул свои за спасением. И звали его по имени, умоляя спасти их. В камере был свой демон и по всяко у мучал магов, начиная с обычного насилия, заканчивая сексуальным. Их одежда давно разорвалась и клочьями лежала на каменом полу. — Идёмте, не обращайте на них внимания. Легко было это сказать, то сердце все еще воспринимало их как семью, даже после того, как он все вспомнил и осознал. Это и есть изъян человеческого мышления? Когда они продолжают любить даже после всех тех бед, что им причинили? Прикрыв глаза, что-бы не видеть этого всего, они дошли до самой дальней камеры, где спиной к ним сидел Мастер уже вражеской гильдии. Неувереро сглотнув Нацу начал. — Макар… Дед повернулся, в его глазах было все безразличие этого мира, обращённое конкретно на Драгнила. Не смотря даже на большое количество ран на теле, старик держался молодцом. — Вспомнил все-таки… — Да, я все вспомнил. — Так чего пришёл? Наслаждался бы и дальше своим величием и свободой. — Я спросить хотел. — все слова давались ему тяжело, все чувства смешались, и гнев и любовь, и надежда и отчаяние. Может, он мысленно продолжал верить, что у всего этого была причина? — Так спрашивай и проваливай. — Как ты смеешь…? — Кека достала из-за пояса огненный хлыст. — Кека, нет! — твердо произнес парень. — Макар, скажи мне, ты… Хоть в один момент ты считал меня одним из своих сыновей? Тот молчал и розоволосый даже подумал, что он замолчал, потому что глубоко внутри считал парня за одного из них, но у него не было выбора поступить иначе. Что это была лишь маленькая жертва, на пути к чему-то великому. — Господин, нет! — демон схватила Мастера за руку, когда его ладони бессознательно потянулись к замку на решетке. — Я никогда не буду считать дьявольское отродье своим ребёнком. — Наконец-то ответил старик. — Ты не человек и никогда бы им не стал, как бы долго не страдал. Губы затряслись. — Тогда ответь на последний вопрос… За что? — хватаясь за последнюю надежду спросил парень. Хоть бы цель… Хоть бы цель была у всего этого! — Да облако на небе не там было*, вот за что. Внутри что-то треснуло и переломалось, и даже крики тех людей больше так не тревожили как образовавшаяся внутри пустота и обида. Да, обида захватила его почти моментально, она душила собой, вырывая изо рта. — Тогда ты сгниешь в этом месте… Он развернулся на каблуках и направился на выход, но его остановила дьяволица. — Господин, не теряйте голову от обиды. Вы выше этого. — он убрала розовую челку с глаз, заглядывая в зеленые глаза. — Господин! — к паре подбежал Шакал, виляя блондинистым хвостом, и сразу же присел на колено. — Я рад видеть вас. — но увидя растроеные глаза озверел. — Вас кто-то обидел?! — Угомонись. — осадила его женщина. — Ты уже получил свое наказание? — Да, мне стражники сказали, что ты сейчас сопровождаешь Мастера, и они же поведали мне, что вы спустились в подземелье. — Я попросила Кису присмотреть за заключёнными, пока исполняю обязаности Мар-Де-Гира. А ты чего хотел, работы что-ли нет? — У меня вообще-то подарок для Мастера. А где лучше его вручить, если не на глазах у бывшей владелецы? — демон довольно улыбнулся, смотря на заинтересованость на лице у Богини рабской планеты. — Я чувствую запах обиды. Господин, позвольте? — блондин указал на другой проход, ведущий в иную сторону из этого лабиринта из клеток. — Потешьте себя страданиями других. — Я думаю, Мастер сейчас не… — Пошли. — резко ответил Нацу. — Хорошо. — Одну минуту. — из темного коридора появился высокий скелет в шлеме, рядом с ним летал посох. — Господин, не забывайте за эмоциями о здоровье. — он аккуратно положил небольшой плед Драгнилу на плечи. — Здесь слишком много интересного, что-бы Вы могли пропустить это за простудой. Позвольте пройти с Вами, у меня тоже имеется подарок для Его Величества. — Тц, ну идем. — недовольно тцокнул взрывной демон. Они шли недолго, и остановились у клетки с блондинистой заклинательницей. Один из подручных стражников держал черную, плоскую коробку в руках. Шакал забрал ее и поклонившись открыл. — Примите от меня подарок, в виде этого ожерелья. На бархатной подушечке лежало украшение спаяное из ключей звёздных духов, на их ручках, виднелись лица духов, искревленые агонией, который пытались выбраться из них. — Н-е-е-т! — истерично закричала Люси, когда парень повернулся к демону спиной, позволяя одеть его себе. Какой прекрасный крик отчаяния и боли, он как подорожник ложился на искалеченную душу мага. — Ох, оно просто восхитительное. — восхитилась Кека. Кису снял с себя шлем и положив руку на лицо снял его тоже, за ним было зеркало. Демон наклонился к розоволосому, давая возможность рассмотреть себя в отрожении. — Господин, как же Вам идёт золото. — Мне… Нравиться. — душу грел отчаянный крик заклинательницы, и он давал еще больше обаяния этому украшению. — На праздниках, вы будете затмевать собой всех. — довольный Шакал со всех сторон прыгал и рассматривал Мастера, пока тот крутил голову из стороны в сторону, рассматривая со всех ракурсов подарок. — Теперь позвольте мне приподнести Вам подарок. — лицо в костлявой руке некроманта зашевелилось в такт словам. — другая рука выдвинула вперед коробочку по-меньше. В ней лежали серьги в виде глаз… Или не в виде? — Во время битвы я заприметил двух магов и одного предателя, их глаза были на редкость красивы. И я решил, что они дополнят Ваш образ собой. — Лицо и коробка повисли в воздухе, пока Кису осторожно воткнул украшения в уже имеющиеся отверстия в ушах. — Этот цвет… — садистка рассматривала серьги. — Цвет голубой, замёрзшей воды, а этот… Зимнего вечера. Они прекрасно подойдут к Вашему зимнему костюму. Какие прекрасные подарки. — Я даже знаю, чьи это глаза. — Теперь я жду зиму, что-бы увидеть Вас в мехах и этих серьгах. — к этерису подошел другой безликий демон и что-то шепнул на ухо. — Хорошо. Господин. — она обратила внимание Мастера на себя. — К сожалению, у меня нет подарка для Вас. Но если Вам угодно, я могу предложить Вам присутствовать на одном из наказаний. — Моих бывших соогильдяйцев? — Да. — в ее руке появилась голограма голубоволосой волшебницы. — Может, Вы знаете ее? Нацу смотрел на девушку и в зелёных, обиженых глазах вспыхнул огонь мести. — Я хочу посмотреть. — Тогда пройдемьте. Шакал, присмотри-ка за заключёнными. — отдала она приказ демону, на что тот сразу заприпятствовал. — Я вообще-то тоже хочу посмотреть вместе с Господином на казнь! — Потом посмотришь. Идёмте, Мастер. Они ушли, оставляя лабиринт на взрывного демона, который еще долго рычал им вслед, но похоже решил отыграться на полюбившийся ему блондинке, ибо ее визг Нацу узнает из тысячи. Они подошли к огромной, черной, резной двери. Рядом стояли безобразные демоны, держа в руках сложеную одежду. — Кека-сан, Ваш приказ выполнен. — Все готово. — Отлично. Мастер, там довольно холодно, Вам нужно одеться. — Демоница помогла одеть теплый пиджак и кожаные перчатки. Оба этертаса открыли тяжёлую, судя по звуку дверь, впуская молодого Мастера в темную комнату, где единственный свет был сфокусирован над воошебницей слов. Такой же обнажённой и напуганой, как и все ее друзья. Все ее миниатюрное тело окутывали зачарованные цепи, оставляющие на теле непроходимые ожоги, но они позволяли ей стоять на коленях наклонившись вперед, в очень непристойной позе. Почувствовался запах собак. — Наша главная героиня сегодняшнего представления — Леви МакГарден! — будто искусный шоумен провозглосила Богиня, и за тенью за гранью света, заоплодировали и завыли «зрители». Которых скорей всего не было или они были лишь на стенах в виде теней. — А нашим, почётным гостем являеться сам Мастер Тар-Тароса! — все взорвались аплодисментами и довольным свистом, к ногам парня даже прилетел цветок… И еще один… И целый букет… И чья-то рука, которая показывала пальцами знак любви. — Сколько шуму. — Кису магией убрал мусор из-под ног. — Это же публичная казнь, без публики не как. Мастер, желаете что-то сказать? Нацу долго молчал, но все-таки решил подойти к бывшей подруге. Заметив мага, та задергалась, но заклееный рот мешал говорить. За то, ее глаза всет за нее сказали. — Привет, Леви. Дела у тебя не очень. — он присел на колено, приподнимая ее лицо. — Вот мы и поменялись местами, да? — Карие глаза ссузились от страха. — Как же мило, Мастер заигрывает с заключённой. — в глазах демона, это скорее выглядела как игра ребегка с куклой, нежели что-то более ужасное. — Как же летит время… — Потом окунаешься в воспоминания. — заткнул ее некромант, так же зачарованно глядя на происходящее. — Как ты там говорила? — он демонстративно задумался. — «Только такое мерзкое существо, может возбуждаться от такого»? Или «Противно прикосаться к тебе»? А может " Только звери могут тебя тр*хать и не блевонуть»? — последнее он прошептал ей в ухо, вгоняя в еще большее отчаяние. А ведь раньше, он воспринимал это как шутку, как дружескую подколку, а это оказались ее настоящие мысли. — Надеюсь, ты получишь массу удовольствия от этого. Или ты что, хуже меня? — он тяжело выдохнул предвкушая сладость мести. — Можете начинать. — он резко встал и дьяволица подвела его к кожаному креслу, стоящему ближе всех к девушке. Рядом появился маленький столик, на него поставили тарку с фруктами и сыром, а в так же новый сервиз налили горячий напиток. — Это глинтвейн. Красное вино с пряностями. — пояснил скелет. — Простите, что не предлогаю Вам конфет, не хочу что-бы Вы перебили аппетит перед предстоящим обедом — Ничего. — Драгнил понюхал напиток, пах он бесподобно. — Пейте не торопясь, он очень горячий. — Да, Господин. ОЧЕНЬ горячий. — шепнула на ухо дьяволица намекая на что-то. — Ну что, заскучали?! — вновь зал закричал. — Тогда начинаем! Спустить собак! — в дальнем углу стоял стражник и поглаживал дьявольских доберманов, но по приказу спустил их, и они кинулись прямо на волшебницу. — Вы может не помните этих собак, но в детстве Вы любили кататься на них. — Правда? — Как сейчас помню. — подтвердил некромант. — Думаю, они Вас помнят. Собаки обнюхали бывшую волшебницу, обдувая нежную, раздраженную кожу своими мокрыми носами. Но не кусать или грызть они ее собрались. Нет. Во время гона, им нужно совсем инное. Подперев голову рукой, Мастер Тар-Тара не мог не перестать думать о происходящем и произошедшем. Он мстит за свои страдания и обиды, разве это не показатель слабости? — Это показатель могущества — сказал голос в голове и обвил шею розоволосого черными руками, обнимая его, обдувая затылок холодным дыханием. — Пусть знают и бояться тебя… — Я поступаю ужасно с точки зрения человечности… — одними губами говорил себе парень. — Так ты не человек… Они сами это сказали… Так зачем об этом думать? Губы растянулись в ухмылке, которой были очень довольны этериасы. Теперь, это представление точно не казалось каким-то противным или из ряда вон выходящее. Все на своих местах. Король на троне и любуется шоу, а провинившиеся отбывают наказание. Закинув ногу на ногу, парень наблюдал как раз за разом, лицо волшебницы искривляется от отвращения к самой себе и боли, из глаз текут слезы, из носа сопли, а из заклееного рта слюни в перемешку с рвотой. А адские псы все ходят вокруг нее и ходят, по очереди вылизывая, покусывая и пристраиваясь сзади. Вонь неверное там не переносимая. Это не столько больно, сколько унизительно и противно, особенно когда на тебя смотрят так… С высока. Дейсвительно показательное наказание, а не казнь, но и она хороша. А теневые зрители все смеялись и радовались, давая ощущение будто находишься на настоящей сцене вместе с живой публикой. Ох, обида воздушным шаром вышла из горла в виде стона, улитая в высь и растворяясь в этих стенах. Но ей мало. — Господин, не торопитесь, это всего лишь первая казнь, и она щадящая. Вы же не хотите, чтобы они умерли быстро? — Нет, хочу что-бы они страдали. — В таком случае спешка не нужна, и просто наслаждайтесь. — женщина продлила еще согревающего напитка. — Мне все равно кажеться, что она мало мучаеться. — отпив, с ноткой каприза ответил парень. — Отнюдь, видите того демона? — она указала когтем на мужчину, чьи глаза были похожи на огромные, круглые зеркала. — Своими глазами, от транслирует это все в камеры других звключеных. — Получается, они все видят? — Именно, и мне очень интересно знать, какие же эмоции на их лицах. Демон повернулся к мастеру и поклонился. — Инетересно, как на это реагирует твой возлюбленный, а, Леви?! Наверное задыхается от возбуждения. Звон цепей, мычание девушки и скулеж собак еще долго преследовали это место, даже когда доберманы вдоволь удовлетворившись подбежали к розоволосому и начали тереться о его ноги, игнорируя дресировщика. Погладив одну из них по голове, он встал, подходя к истезаному и изнеможеному телу, все еще держа чашку в руках. — Ты ведь любила мне что-то говорить про правосудие и его неминуемое наказание. Так чего плачешь и трясешься? Или у вас людей, правосудие одно? То, в котором вы выиграете. — он ходил вокруг нее, постоянно напоминая про те фразы, которые сама фея ему говорила. Но по итогу, он остановился позади нее, глядя на покрасневшие половые губы, которые вульгарно раскрылись и показывали возбуждённый клитор. — Как тебе не противно? Ты вся течешь после спаривания. Эх… Сколько заклинаний ты на мне опробовала. Некоторые, кстати давали похожий эффект, а после, вместе с ним, ты подклалывала меня под своих подпевал. Помнишь, как это было? Я спрашиваю, помнишь?! — он пнул ее в ягодицу, и та кивнула, мелко дрожа. То ли от страха, то-ли от холода. — И я помню. Как трогая меня, они говорили твое имя… О! — парня осенило. — Я придумал. Мы же до сих пор друзья, так? Так почему бы мне не помочь им? Подложу тебя под них обоих, вот это подарочек будет, согласна? — Леви сразу же заприпятствовала, мотая головой в разные стороны. — Как это нет? Под собак легла, а под друзей боишься? Тебе что те, что те. Все сарозмерны. Или боишься, что Гажилу не понравиться твоя раздолбаное лоно? Так давай я тебе помогу, по-дружески… Как ты мне когда-то… — он протянул руку вперед и горячий глинтвейн вылился на возбуждённую и чувствительную промежность. Зал разразился криком боли и звяканьем цепей. Но тело МакГарден слишком слабое, чтобы хоть как-то расшатать их, поэтому она словно марианетка, в конвульсиях бьеться в этих нитях, не в силах схватиться за больное место или наколдовать лед. — Даже за помощью не обратиться, бедняжка. Знаешь… Мне ведь тоже никто не помогал! — он уперся туфлей на место ожога, сильно надавливая, что-бы боль стала совсем невыносимой и закрепилась в мозгу как самая настоящая татуировка. — Помнишь?! Помнишь?! Ты так же делала! Так же вдавливала в меня боль, что-бы я не переставая сходил с ума! Любила за свои неудачи винить меня! — пока Драгнил кричал, его глаза горели алым племенем, он же и захватил его голову и тело целиком. — Ты была права, когда говорила, что месть для слабых. Но мы же друзья, поэтому можно дать немного слабины?! Тяжело дыша от криков, Нацу отошел назад, где его за плечи перехватил Кису. — Господин, Вы переволновались. Бешеный блеск потух… На время… Он как довольный охотой зверь, ушёл спать в свою обитель, до момента, пока клыки и когти вновь не захотят почувствовать вкус плоти и крови. — Вы утомились, поспите немного перед обедом. — Да… — парень и вправду почувствовал усталость, похоже, моральные переживания и стресс дали о себе знать. Нацу хотел сделать еще один глоток глинтвейна, но кружка в дрожащей руке труснула и разбилась, выливаясь по ладони и забираясь в дырочки оставленные осколками. — Господин! — Кека начала вынимать осколки, чтобы потом снять перчатки. — Вы не обожглись? Но резко, ее за лицо схватил розоволосый, протыкая остатками чашки ее кожу. — Я демон огня… Думаешь такая мелочь может мне навредить?! — не своим голосом спросил парень, пока щеки дьяволицы покрывались возбуженым румянцем. — Н-нет, мой Господин… — женщина заворожено смотрела на истиное золото в глазах мастера. Ее ноги задрожали и она села на колени. Нацу отпустил лицо этериаса, разворачиваясь к выходу. — Кека, вставай и приведи себя в порядок. — пропуская парня вперед высокомерно скомандовал скелет. — Не смей показываться при мастере в таком виде. — Да… — вытащив из лица застрявшие осколки ответили демоница. — Но как же Господин прекрасен в своем обличии. — Сопроводи его до спальни, Мастер должен отдохнуть перед обедом. На последок выдохнув холодный пар изо рта, Драгнил заглянул через плече, рассматривая как Леви за волосы тащат в другую дверь, полностью игнорируя ее крики и слезы. Почему он чувствует сейчас грусть? Стоит оставить ее в этой комнате, и как сказал Макар, радоваться свое власти и свободе. — С-сука…! — рыкнул сбоку красноглазый брюнет, когда демоны вышли из зала. — Привет, Гажил… Смотри. — повернувшись одним ухом к мужчине произнёс розоволосый, показывая серьги. — Узнаешь? Красные глаза распахнулись, осознавая произошедшее. — Дождия… — Мне тоже нравяться, смотряться выразительно. Подумываю, приобрести и вторую такую, для полного комплекта. — Одно Ваше слово, Господин, и я достану Вам одинаковую пару. — поклонился Кису, полностью довольный ситуацией. — Желаете другой оттенок? — Как же тебе… — Как мне не противно? Вам же не было противно протыкать меня и уродовать. Но должен отдать должное, благодаря тому, что ты мне всюду ставил пирсинг, серёжки вошли очень легко. — места бывших железных украшений заболели, напоминая о себе. — Знаешь, было не очень приятно, когда твои чувствительные места заражаются из-за некачественного и грязного железа, и антисанитарных игл. Конечно же не знаешь, но мы же друзья, поэтому помогу тебе узнать. Кека, можно с этим что-то сделать? — Конечно. — Тогда подготовьте все для этого. Думаю… Леви тоже должна поучаствовать, а то сегодняшнего внимания ей мало было. — У*бок!.. Не говоря ни слова, Нацу развернулся и пошел между рядов, боковым зрением глядя на страдания бывших друзей. Даже это слово вызывало теперь отвращение, в нем не было того будоражащего тепла, о котором рассказывали в книжках и мелких застольных беседах. Только темное одиночество и липкое лицемерие, которое все выдают либо за желание помочь, либо за чувство любви. Сколько раз случались моменты, когда у него со светом в глазах спрашивали о мечтах, а потом высмеивали их, находя не такими возвышенными или просто гадкими. А чего он хотел тогда? Защищать людей и быть полезным. А сейчас? Отомстить? Стать свободным и восполнить те моменты, которые отобрали? Или так же бесмысленно существовать? А в чем смысл? Если там, в гильдии, он мог бы хотя бы пользу приносить? Ленты на руках затрепыхали, заставляя звоночки издать звук и вынести из головы Драгнила назойливые мысли, созданые искусственно. — Кека, Кису… — Нацу остановился посередине на пути на вверх. — Какие у вас мечты? — У демонов нет мечты, только прямое предназначение. — ответила женщина. — Мы не можем желать большего, чем есть. Может, вы имели в виду желания? — А они есть? — Они есть у всех разумных существ. — Какие у тебя? — розоволосый посмотрел на Богиню. — Вернуться на пару часов в прошлое, что-бы еще хотя бы раз взять маленького Господина на руки. — демоница окунулась в воспоминания, когда маленький Е.Н.Д. сам тянулся на руки, что-бы прижали к груди и погладили. Маленький Мастер вообще был крайне падкий на женскую грудь, но больше всего на себе это прочувствовала достопочтенная Ирэн. Каждый ее приход не оставался без детского внимания, а она только улыбалась, гладил по спине, и шутила о высокой мужской энергии. — «Мужчина растёт, не тревожьте его». — говорила она каждый раз, когда мальчик очень пристально рассматривал грудь. — Вы были самым славным ребенком на свете… Конечно в мои желания входят и предоставить наказание для всех Ваших обидчиков. — Ясно. А ты, Кису? Скелет приложил руку к подбородку, обдумывая свои слова. — Наверное, чтобы Господин отпустил свои обиды? — Хочешь что-бы я их простил? — вновь в глазах вспыхнул огонь ненависти. — Не поймите меня неправильно, но, да. — И как это по другому понять? — холодный воздух сменился на горячий, начиная окутывать собой весь силуэт парня. — Объяснись. — потребовала демоница. — Я желаю, что-бы Ваши обиды закончились, и Вы получили успокоение для души. Обиды, ненависть и желание мести, портят жизнь и отравляют существование. А Вы достаточно настрадались, за свою долгую жизнь. Когда вы отпустите это, Ваша жизнь и сон, станут легче. — некромант прошёл вперед и встал на колено, пачкая мантию в пыли. — Вашу месть и обиду, оставьте нам, а сами, наслаждайтесь жизнью и ни о чем не думайте. Нацу ничего не ответил, он просто двинулся дальше на вверх, обдумывая слова демона. Тяжело отпустить все свои обиды до конца, но и жить ими, значит подвергнуть себя дальнейшему разложению, и не замечать тех прекрасных моментов, которые проходят мимо. За своими мыслями об этом, Драгнил дошёл до комнаты, он не помнил как, не помнил с кем, но был безумно рад скинуть с себя вверх и рухнуть на мягкую кровать, створчиваясь на ней в клубок, комкая одеяло и простынь. Прохладная, свежая постель приятно остужала тело и унимала головокружение. Только утро, а такое насыщеное. На события и эмоции. ** ** Парень проснулся от поглаживания по волосам, холодная рука убирала волосы с лица, проводя ладонью по лбу. Разомкнув лениво веки, он встретился взглядом с мягкими глазами старшего брата. — Ты не пришёл на обед, я начал волноваться. — даже его шёпот был как морозное дыхание, но именно его сейчас и хотелось. — Кека сказала, что ты не просыпаешься… — Мне жарко… — Ты переволновался… — брюнет поцеловал брата в лоб, сжимая его руку. — Насыщенный день был? — Очень… М? — босых ног коснулось нечто пушистое и мягкое. Посмотрев вниз, парень увидел Шакала. Он тоже свернулся колачиком и хвостом гладил ступни мастера. — Я пришёл, он уже лежал. Охраняет тебя. Нацу откнулся в грудь старшего, не чувствуя там сердцебиения, но прекрасно ощущая его внутренее тепло. — Спать хочу… — Поспи ещё немного. На ужин ты обязательно должен прийти, нельзя целый день ничего не есть. — еще один поцелуй в висок. — Ты уходишь? — Да, после того как эта гильдия пропала и магия исчезла, количесво мародёров, разбойников и воров значительно увеличилось, они начали формировать новые тёмные гильдии без магов. Они все хотят вступить в состав Империи, чтобы иметь мою защиту, поэтому, для некоторых моментов, нужно мое личное присутствие. — Но прошло только два дня… — Мир быстро меняеться. Я уже перестал за ним поспевать. А всякие негодяи готовы воспользоваться любой удобной для них ситуацией, что-бы вырваться вперед. — Драгнил-старший подпер щеку ладонью, обнимая розоволосого за талию, пока тот копошился на его груди. — Зачем ты это делаешь? — Это весело. — Весело? — Меня давно перестали радовать обычные вещи, только после твоего воскрешения, они начали играть новыми красками. А когда ты исчез… Захотелось захватить весь мир с собой в ад. Я верил, раз уж собрался умирать, так хоть весь мир пускай за мной пойдет. Ну, знаешь, чтобы обидно не бы… — сфокусировав взгляд на брате, старший понял, что он заснул. Улыбнувшись, чернокнижник погладил парня по голове, пропуская пальцы сквозь волосы. ** ** Сумерки уже опустились на землю, принося с собой вечернюю прохладу. Нацу стоял у края куба, облакотившись локтями об ограждение. Его взгляд был устремлён вниз, на разноцветные звезды из фонарей больших городов, отсюда, они и правда выглядили как Млечный путь. — Господин… — некромант подошел к парню и встал на колено. — Я бы хотел извиниться за утренние слова, я так перевозбудился от Вашего лика, что позволил сказать лишнего. — Нет, ты был прав. — камзол трепыхался на ветру, желая вспархнуть вверх и улететь как птица. — Если буду думать о своим обидах, то только сделаю им одолжение… Покажу, будто не способен жить как человек. — Мастер, не хотите прогуляться? — Я уже нагулялся. — Вы не поняли, я имел в виду, погулять ТАМ, внизу? Нацу удивлено посмотрел на демона, не понимая, о чем он говорит. Кису воткнул посох в землю и подойдя к краю спрыгнул с него. Но он не упал, его тело увеличилось в размере, и тот теперь стоял на уровне куба. Этериас протянул руку, розоволосый сначало боязливо и с недовеоием, которое сменилось на решительность, наступил на широкую ладонь, держась рукой за большой пальц. Он притянул ладонь к костлявой ключице, куда и уселся парнь, затем начал уменьшаться, пока не стал ростом с двадцати этажное здание. — Они нас не видят? — спросил Нацу, глядя как люди ходившие туда-сюда, не замечали огромного скелета перед ними. — Как люди не видят смерть, так они не видят нас. — О, вон она, идет. — за неизвестным мужчиной шла темная тень, намереваясь вот вот схватить его и утащить с собой. — И вправду. — человек зашел в переулок, а за ним, вместе с тенью пошли еще трое, не очень приятных на вид парня. — Похоже, он оттуда уже не выйдет. — И никто об этом не узнает… — тень вышла из темноты, вытирая черные губы рукой, но заметив случайных зрителей, помахала им. — Люди в принцыпе не видят того, что твориться у них под носом. — Драгнил помохал тени в ответ, провожая ее взглядом. — Например, этот мужчина. — он указал на лежащего у стены человека, его лицо было красным и раздутым. — Умирает от сердечного приступа, а все проходят мимо и думают, что перебрал с алкоголем. — У него был шанс спастись? — Конечно, если бы не злоупотреблял своим здоровьем. Кису начал медленное движение по городу. Останавливаясь у самых живописных местах, будь то хоть разноцветный фантан в центре каменной площади, или резные деревья и кусты парка, по которому ходили влюблённые люди, или невероятные ярморки, с самодельными товарами и аппетитной едой. — Господин, о чем Вы задумались? — Просто думал, что всю жизнь мечтал стать частью этого мира. Наивно полагал, что все, что происходит естественно. А они… — он кивнул на людей, готовящихся к празднику. — Живут как ни в чем не бывало, и не думают о том, что делают плохие дела. — Нацу помнил, как в редкие моменты прозрения, он просил о помощи, но люди лишь отварачивались и просили не докучать им… А сейчас, радуются и не думают о тех, кто страдает из-за них. — Мастер, такова человеческая натура. Они способны принимать свои ошибки, а чужие прощать не намерены. Так же, они ненавидят тех, кто не обращает на их проблемы, в то время как сами, не готовы потратить и секунды на то, что-бы погрузиться в страдания другого. — Ты много знаешь о людях. — Я часто общался с предателем Сильвером. И в его словах были противоречия, которое мне не суждено было понять. — некромант прикрыл парня от резкого порыва ветра. — Люди единственные существа, которые способны на противоречия в своих словах и действиях. Например, он яро ненавидел тех, кто убил его семью, но при этом сам, лешил не одного ребенка отца и матери. Он ненавидит демонов, но с удовольствием пользовался подареной силой. В Этериасах должна быть гордость и непоколебимость. — Судя по всему, не все это понимают. — Создатель сделал невозможное, и дал каждому из нас свое сознание. Воистину, Бог во плоти. Нацу какое-то время смотрел на женщину, которая успокаивала плачущих, капризных детей. — Бесят меня… — Мне их раздовить? — некромант поднял ногу на семьей. — Нет… Все эти лицемерные улыбки бесят меня. — ненависть опять окутала розоволосого, от чего он сжал руки в кулаки, с презрением глядя на людей под низом. — Аж трясет всего от ненависти… — Одно Ваше слово и весь город прям сейчас исчезнет. — Нет… Возвращаемься. Кису вновь увеличился в размере, и поставил Мастера на куб вернулся к нему. На том месте, их ждал Мар-Де-Гир и вид его был крайне негодующий. — Мастер, Вы не замерзли?! — он быстро и твёрдо подошёл к Драгнилу, осматривая его с ног до головы. — Ты снова говоришь? — удивлённо спросил тот, и дотронулся до щеки демона, туда, где были шрамы от наказания. Длинноволосый выдохнул и прижался к теплой, мягкой ладони мастера. — Такая травма не должна освободить меня от служения Вам. — Рад, твоему возвращению Гир. — Некромант вынул посох из земли. — Спасибо, что присмотрел за Господином, но впредь, я справлюсь сам. — чуть ли не рыча произнес этериас, прогоняя скелета. — «Мар-Де-Гир крайне ревнивый и заботливый, если дело касаеться молодого Господина» — вспомнил младший слова Кеки. — Спасибо за прогулку Кису, мне понравилось. Демон вновь присел на колено. — Ваша похвала лучшая награда для меня. — Благодаря разговору с тобой и тому, что я увидел. Я решился… — Драгнил подошёл к краю, глядя вниз, потом он повернулся к двум этериасам, сияя жолтыми глазами. — Объявить войну Фиору… ** ** На огромной концертной площадке танцевали и пели люди, пока на нее не вышел пухленький мужчина, вытирая лоб платком. — Какие все молодцы! Поопладируйте группе «крылатые девочки»! — вся площадь раздалась аплодисментами. — Надеюсь все веселяться на осеннеи фестивале?! — все вновь заголдели, даже праводцы на крохотных, по сравнению с наплывом людей, прилавках. — А теперь, на сцену выйдет нас поздравить… — интригующе прокричал он, глядя в уже изрядно помятый листок. — Певица народных песен с использования музыкальных шкатулок — Леди Сейра! — Под подмывание, на сцену вышла до ужаса красивая девушка, в откровенном кимоно, в руках она держала резную шкатулку. — Поддержите красавицу и ее оригинальный костюм аплодисментами! — Какая красавица… — Богиня, не иначе… — Она откуда? — Рога как настоящие, интересно из чего они сделаны? Без конца шептались люди, заворожено разглядывая прекрасную незнакомку. — До начала… — начала спокойным голосом девушка. — А какой голос… — Как у сирены… — Я влюблен… — Я бы хотела дать слово, своему Мастеру… — Так она волшебница?! — Из какой гильдии? Девушка открыла шкатулку и оттуда вырвался голос. ** ** — Мастер, говорите… — Абсолютный демон отошёл в сторону, освобождая место для Драгнила. Парень подошёл к пъедесталу, на котором стояла ьакая же шкатулка, внутри которой было черное ухо. ** ** — Добрый день Фиор! — раздался годос из предмета. — Магия? — Фокус? — Надеюсь, вы все сейчас веселитесь?! Люди завыли, довольные этим шоу. — Слышу что да! Поздравляю всех с праздником! Но это не единственное на сегодня важное событие! Я хочу вас всех, от мала до велика, поздравить с наступающей, долгой и нескончаемой… — люди с предвкушением ждали чего де им ждать, уже готовые вновь сорвать ладони в мазоли от хлопков. — Войной… ** ** — Войной… — произнес парень и Темпестр дал знак рукой. Вниз упала бомаба… ** ** Люди подпрыгнули и закричали, когда недалеко от них прогремел взрыв. — Что это значит?! — организатор схватил Сейру на руку. — Что за шутки?! Но его голова прокатилась по требуне. — Ааааааа!!! — люди поблизости завизжали. — Опустим формальности. — днвушка закрыла шкатулку и убрала ее в рукав. Люди плспешно начали покидать мероприятие, однако дорогу им перегородили стражники, что до этого стояли недалеко и защищали порядок праздника. — Сделайте одолжение нашему Господину и… Умрите. — Стражники открыли огонь по мирным жителям, не жалея ни мужчин, ни женщин, ни детей. — Раз… Два… Три… Четыре… — демоница стояла и считала до ста, а когда досчитала, подняла руку вверх и стражники остановились. — Бегите, прячьтесь, зализывайте раны пострадавшим. — Леди Сейра. — один из стражников подошёл к девушке. Из 4363 человек, убито 179. — Хорошо. ** ** — Мастер, почему бы не убить всех? — Взрывной демон смотрел на небольшое месиво внизу. — Так не интересно, я хочу, чтобы они жили в постоянном страхе за свое будущее. — Простите меня за недогадливость. — Мастер! — Шакал пьдбежал к мостику. — Солдаты окупировали всю границу Фиора, никто не войдёт и не выйдет. — Как все удачно получается. Мар-Де-Гир… — вышеназванный демон моментально оказался рядом. — Диктуют, записывай. «Любое королевство, которое посмеет вмешаться или пытаться помочь Фиору, автоматически станет врагом Тар-Тароса, и будет втянут в войну». Отправь всем соседям. — Понял, Господин. — Вот теперь, все на своих местах. — произнес сам себе Нацу. К нему подошла Кнка, держа на подносе серебряный бокал с шампанским. — За начало новой Эры для Тар-Тароса. — он поднял бокал вверх. — Эра демонов и века войны… — в глазах сиял дьявольский огонь, который уже никогда не потухнет.