Рядом

Казалось бы, вечер шёл своим чередом: Аль-Хайтам привычно сидел в гостиной и читал очередную книгу, взятую в доме Даэны, у которой, конечно же, истёк срок возврата. Всё как обычно, вот только неожиданно резкий хлопок входной двери, оповестивший о возвращении второго жильца дома, прервал идиллию. Кто-то сегодня был явно не в духе. Что было несколько неожиданно, поскольку… Мысли были прерваны Кавехом, который быстрым шагом направлялся из коридора в свою комнату, но стоило ему заметить соседа, как он остановился. — Что произошло? — чуть наклонив голову вбок, спросил Аль-Хайтам, не убрав и даже не закрыв книгу. — Я… — начал было Кавех, но затем нахмурился. — А тебе зачем? Опять посмеяться надо мной хочешь? Нет уж, спасибо. — Поссорился со своим… Этим, — он не хотел запоминать имя этого человека, он не хотел вообще произносить имя этого человека в их доме. — Ну… Можно и так сказать, — вздохнул Кавех, наконец присаживаясь на диван и смотря, как Аль-Хайтам откладывает книгу на столик. — Он сегодня… Поцеловал меня и предложил встречаться, а я отказал. Хайтам удивлённо приподнял брови. — С чего это вдруг? Вы же сегодня на… Третье свидание ходили. Я думал, он тебе нравится. — Я тоже… Так думал. Но сегодня я такую пустоту чувствовал, словно это вообще не со мной происходит, а я просто зритель. И это было неприятно. Я бы не хотел больше испытывать такого. Поэтому отказал, пусть было и неловко. — Ну хотя бы не так долго как с предыдущим и на том спасибо. Тот вообще был несносным. — Эй, не будь так жесток, не тебе вообще судить людей. Али. он был хорошим человеком, но… — Но выносил тебе мозги и использовал тебя в качестве бесплатного психолога. А ещё ты жаловался, что он целоваться не умеет. Так что я рад, что в этот раз всё закончилось благополучно и для меня в том числе. — Что?.. Когда я успел тебе на это пожаловаться? — Кавех выглядел искренне растерянно. — Знаешь, ты, когда пьяный, совсем за языком не следишь и должен сказать мне спасибо, что я тебе лишний раз тебе всё это не припоминаю. — Я, наверно, предпочту не знать, на что ещё я тебе жаловался, так что, да, спасибо тебе большое, — с долей иронии сказал Кавех. — Обращайся. — Агрх, ты невыносимый, честно, — вздохнул он, полностью откинувшись на спинку дивана. Посмотрев пару секунд молча на потолок, Кавех вновь взглянул на Аль-Хайтам. — Но, на самом деле, спасибо, что иногда, но всё же слушаешь всё это. Я иногда не уверен, что кто-то будет так же принимать все мои самые худшие стороны так, как ты. Сердце громко ударилось о ребра, даже если разум понимал, что в этих словах не было никакого другого смысла и что его чувства такие невероятно глупые. — Для этого нужна выдержка, не у всех она есть, — вместо этого хмыкнул Хайтам. — Ты!.. — начал было ругаться Кавех, но затем лишь недовольно поджал губы. — Ладно, тебе и так наказание досталось. Вновь придётся платить за мои походы в таверну. — Уж лучше это, чем терпеть какого-то идиота в доме. — Да не стал бы я водить его сюда! Ты только представь, как мы с тобой выглядим со стороны. — Ужасно провокационно и мне ужасно всё равно на это. Но, если тебя не устраивает, я могу запретить тебе использовать мой счёт, раз ты так переживаешь, что мы как-то подозрительно выглядим. — Ты невыносимый, — покачал головой Кавех, вставая с дивана. Когда он уже почти дошёл до своей комнаты, он обернулся и едва заметно улыбнулся. — Ещё раз спасибо, Аль-Хайтам. А затем он скрылся за дверью своей спальни.

***

Стоило Хайтаму зайти домой, как он ощутил резкий неприятный запах чего-то горело. Кавех, бездна его дери… — Что ты делаешь? — подчёркивая каждое слово, спросил Аль-Хайтам, добравшись до кухни и смотря на соседа и маленькую кастрюлю, стоявшую перед ним на столе, где явно что-то горело. В один момент пламя вспыхнуло так ярко, что Кавех даже слегка дёрнулся. — Сжигаю письма всякие. Это я в новой книге прочитал. Говорят, что помогает отпустить негативные эмоции и прошлое, — пояснил Кавех, поднося к огню ещё один конверт. — Если собрался жечь что-то из моих вещей, то ты ведь знаешь, что это не пройдет без последствий? — Пф, словно ты мне письма писал, а в твои вещи я не лез. Мало желания читать нудятину из Академии. — У тебя ещё голова не заболела? — подходя к окну и открывая его, спросил Аль-Хайтам, у которого уже немного кружилась голова. — Неа, пойдёт, — покачал головой Кавех, а затем опустил в «маленький ад» последний из лежащих на столе конверт. Пламя мягко обхватило синюю бумагу, внутри которой лежало письмо. Поедая своими языками всё больше и больше, огонь превращал некогда, наверное, приятные воспоминания в чёрные ошмётки, которых даже коснуться не получится. Понаблюдав, как догорает последний кусочек, Кавех печально вздохнул, словно он правда был разочарован, что все письма для поджёга кончились. Однако стоило ему попытаться подняться, как ноги пошатнулись, и он обратно упал на стул. — Вот интерес какой травить себя углекислым газом? — недовольно скрестил руки на груди Аль-Хайтам. — Иди, прогуляйся хоть, а то я не очень жажду рассказывать, почему у меня вдруг твой труп в доме. — Конечно, тебя ведь беспокоит только это, как я мог забыть, — закатил глаза Кавех, а спустя минуту он смог встать крепко на ноги и, проходя мимо соседа, он как бы невзначай немножко толкнул его, но в этом не было ничего нового.

***

И не было ничего нового в том, что через пару дней ночью Аль-Хайтам найдёт Кавеха, спящим за его столом из-за незаконченного проекта. И не было ничего нового в том, что Хайтам аккуратно переложил его на кровать и укрыл одеялом. И не было ничего нового в оставленных на столе стакане воды и таблетках от головной боли. И не было ничего нового в том, что Аль-Хайтам позволил чуть дольше обычного взглянуть на Кавеха перед тем, как ушёл из комнаты. Но было ново найти на кухне с утра вкусный завтрак и большую чашку с кофе. И было ново, когда Кавех аккуратно подошёл к нему со спины, обнял и тихо сказал: — Спасибо, что всегда рядом.