Спорим на пять тыщ

— Просто скажи, ты не заебался ещё? — Изуна недовольно взирал на Тобираму и на единственный источник света в их общажной комнате. — У меня завтра зачёт по «Здоровому новорожденному», я должен всё повторить. К тому же не мешаю тебе, ты просто ни с того решил доебаться, — Тобирама продолжал невозмутиво взирать на экран ноутбука. Нет Изуну раздражал не свет исходящий от монитора, его раздражал сам Сенджу. Во-первых, сегодня воскресенье… Ну ладно, почти понедельник, во-вторых, этот тупица повторяет весь грёбанный день и Изуна из-за солидарности не мог к нему приставать. Не в том плане приставать, а в том чтобы на него именно обратили внимание, позлились и кинули бы подушку хотя бы. Ну в принципе он бы и в другом плане был бы не против. — Ты же весь день читал и повторял. Не веди себя как ботанский червь. Если ты нормально не поспишь, всё забудешь к утру, — нет Изуна не переживал за него. Ну может самую малость. — Я буду повторять столько сколько потребуется, — альбинос недобро посмотрел на соседа. Отпив кофе из своей огромной кружки продолжил заниматься своими делами. На самом деле если бы у Изуны спросили когда он «возненавидел» Тобираму он бы ответил, что как только увидел его. Этого высокомерного, надменого беловолосого говнюка, но такого милого, самого нежного с детьми. Когда они были на практике на 1 курсе Тобираме довелось работать в «Отделении гематологии и детской онкологии». И Изуна соврет, сказав что не видел опухшие глаза от слёз альбиноса по утрам, как он пол ночи выкуривал сигарету за сигаретой стоя на кухне в общаге, а утром Учихе приходилось слушать ор комендантши так как она застукала его там один раз и теперь считает, что курит тут только он. Сенджу долго отходил от этого. Хоть будущих врачей готовят так, чтобы эмоции были на нуле, на детей это не распространялось. Это просто было невозможно. От Мадары, старшего брата, Учиха младший узнал, что альбинос ходил даже к психологу. Изуне всегда было интересно, почему такой как Тобирама выбрал педиатрический факультет. Он бы не задался таким вопросом если бы подобное выбрал бы Хаширама, старший брат этого альбиноса, который на курс старше и учится на лечебном. У него была невероятная тёплая энергия да и по поведению иногда казалось что с детьми он был бы на равных. Вот только от старшего брата он узнал, что Сенджу старший хоть и любит детей, но очень быстро от них устаёт, да и на них не наорёшь если расбушуются, и вообще ему больше по душе проводить операции. Ну дело вкуса. Сам Изуна учился на стоматологическом. Отец очень уж хотел чтобы кто-то унаследовал его клинику. Это бремя и пало на Изуну, так как Мадара последовал за своим передругом-недопарнем на лечебный факультет. Учиха-младший был не против. Отец с детства брал его с собой на работу и прививал любовь к анатомии. Так что его, слава ками, никто не заставлял и не принуждал к поступлению в медицинский. — Ты пьёшь уже пятую кружку кофе за последние два часа, а она у тебя таких размеров что даже сам слон там поместится. Тем более у тебя еще и анемия. — Не нужно делать вид, что ты так переживаешь за меня, лучше позаботься о своем друге Хаку или как его там, — Тобирама, сказав это, ноутбук всё же отложил, снял очки и как ни в чём ни бывало стал готовится ко сну. — А причём вообще тут Хаку? Если ты свалишься с синкопальным состоянием в коридорах универа, последнее что мне хочется делать — это оказывать неотложку тебе. — Меня окружают тысячи студентов, так что в тебе не будет нужды. Это звучало обидно. До неприличя обидно. — Да хуй с тобой вообще, хоть с коллапсом свались мне вообще похуй, — он с силой отвернулся к стене и прижал к себе подушку. — В это я верю больше. Тобирама на самом деле не понимал, как ему удается вечно сводить разговор с Изуной к чему-то конфликтному. На самом деле это последнее, чего ему бы хотелось с парнем, который ему нравится. А понравился ему Изуна ещё на первом курсе. И нет, это было не так романтично или с первого взгляда. В него Тобирама влюблялся постепено. Тогда, когда он сидел в библиотеке за очередной книгой, нервно жуя кончик карандаша и поправляя выбившиеся волосы из хвоста. Тогда, когда он сидел в кафе вместе с этим тупым Хаку и очень счастливо что-то рассказывал. Тогда когда Изуна развлекал малышей в «Отделении гнойной хирургии» чтобы те не боялись перевязки. Тогда когда он читал очередную манхву и пытался повторить эмоции персонажей, думая что Тобирама не видит. Вообще Изуна был прекрасным. Если бы не его тупой брат Мадара. В семье не без урода. А ещё Изуна был единственный кто видел Тобираму в том состоянии о котором бы он хотел забыть. Также как и о ледяном Джеке..... Будильник нещадно завопил под ухом Сенджу. Поспать удалось всего два часа. Он снова закинув в себя чашку кофе, одевшись, направился в корпус. Изуны в комнате не было, видимо снова на пробежке и придёт ко второй паре, на их совместную лекцию. Первая пара была у его отца. Буцума Сенджу, детский невролог, который уже на пенсии, не может сидеть дома, ему ещё и преподавать надо. Конечно по-началу все думали что профессор этот будет относится к Тобираме мягче, каково же было их удивление когда они сами стали свидетелями того как Буцума опрашивает своего же сына. Он даже за малейшую ошибку мог отправить именно его назад повторять материал. Сегодня их тема была лёгкой. Всё что связано с пупочной ранкой и шкалой Апгар. Вообще он до сих пор не понимает почему такая базовая тема не была пройдена ещё на первом курсе, ну система образования сама уж там решит. Прозвенел звонок, известив о начале занятия. — Тобирама Сенджу, начнём с тебя. Кто бы сомневался. Отец всегда начинал с него. Тобирама встал со своего места чтобы его было видно. Тут он начал ощущать как сильно бьётся его серде. Он слышал как оно отбивает ритм в его ушах, тремор по всему телу, как резко повышается его температура, слабеют ноги, руки, картина в глазах становится размазаной, голова тяжелеет, капельки пота начинают стекать по лбу. — Скажите что такое шкала Апгар и какая она в норме у доношенного новорожденного? Тобирама пытается держать себя в руках, но организм истощён. — Тобирама, — однокурсница обеспокоенно теребит его за руку. — Я щас … — всё что успел он сказать перед тем как отключится.

*****

— Недосып, стресс, его организм истощён. Ему нужно лучше следить за своим здоровьем. — Я ему говорил не пить столько кофе, Буцума-сан, ваш сын ни в какую не слушал! — Знаю, с моей стороны это нехорошо, но, пожалуйста, позаботься о нём. — Замолчите. Оба, — Тобирама лениво разлепил глаза и уставился на Изуну который мило беседовал с Буцумой. Несмотря на всю свою строгость, Учиха младший сердце Сенджу Буцумы растопил. И если бы Буцуме дали бы возможность назвать своего любимого студента, он бы не задумаваясь тыкнул бы пальцем в Изуну. — Тебе что, настолько плевать на свое здоровье? — Буцума угрожающе навис над ним. — Папа… Мне нужен свежий воздухе, аромат твоих духов меня душит. — Вот же гадёныш мелкий. Я ухожу, у меня ещё пары, но Изуну я отпросил он за тобой присмотрит. Поешь каши и отдохни немного. В деканат тоже сообщу, что ты пропустишь пару дней. — Всё в порядке, папа, я могу… — Тихо! Возражения не принимаются, — он ушёл хлопнув дверью, не дав Тобираме даже повозмущаться. Отрабатывать знаете ли пропущеное так себе перспектива. — Я тебе говорил, вечно ты не слушаешь. Я вожусь с тобой только из уважения к твоему отцу. Вот, на, — он дал Сенджу чашку горячего чая. — Твой отец дал мне билеты в Касугаи. Сказал чтобы я вывел тебя проветрится, — он уселся в кресле напротив и стал наблюдать за собеседником. — Я не хочу, езжай сам, — ответил он, отпив из чашки. — Ты прекрасно знаешь, что твой отец от нас не отстанет. — Ну езжай с ним значит. — Экий ты проказник, Тобирама, поверь, если бы он предложил, я бы и с ним поехал, но он смягчился и свое место тебе отдал, так что завтра едем. — Ты ведь не отстанешь? — альбинос понял, что отпираться бесполезно. Да и с Изуной может как-то получится сблизиться.

**********

Тобирама скучающе смотрел на промелькивающие пейзажи. Вместо того чтобы ехать на поезде, Изуна решил, что лучше на машине. Сенджу согласился. Так действительно удобнее. На самом деле с Изуной они вполне сносно провели день. Они гуляли в парке, посидели и вкусно поели в местном кафе и дальше осматривали окрестности и достопримечательности города. И они непривычно много болтали. В кафе обсуждали книги «Гарри Поттера» и сошлись на том, что им обоим нравится Северус Снейп. В парке они говорили о фильме «Человек-дождя» 1998 г. Это был первый фильм который смотрел Тобирама. Он вызвал у него тогда нереальную бурю эмоций и это был первый фильм над которым он рыдал. После этого фильмы, он конечно смотрел только один, так как утирать слёзы и Хашираме было тяжело. Говорили о братьях. Сошлись на том что Хаширама и Мадара думают что они встречаются тайно, хотя на самом деле о них знал весь универ и даже Буцума. Говорили о многом. Изуна нравилось когда Тобирама не был колючкой. Потому что знал, что он ему нравится, но альбинос не признавал этого. На закате они отправились на берег реки Сёнай. Волосы Тобирамы переливались, темно-синее пальто красиво на нём сидело подчеркивая скулы. — Дыру прожжешь, — сказал альбинос, ухмыляясь. Раз уж сегодня такой день Изуна решился на ещё кое-что очень важное. — Тобирама, кто такой Ледяной Джек? Тобирама весь похолодел. Он посмотрел на Изуну и всё его лицо выдавало его искреннее недоумение. — Просто когда по ночам тебе снятся кошмары, ты упоминаешь его. Это что-то… — Я сильно тебе мешал? — не то чтобы альбинос не знал о том что может вскрикнуть из-за кошмаров, но Изуна обычно всегда спал и он почему-то думал что у того просто крепкий сон. А он всё это время терпел… — Ты мне не мешал. Мне просто стало интересно. Извини, я видимо не в своё дело лезу. Изуна съежился от дуновения ветра и потеплее укутался в свою куртку. Тобирама обдумывал стоит ли ему рассказать. Наверное и ему пришло время ослабить тяжесть этого груза на своём сердце. — Нет, всё в порядке. Эта история ещё с первого курса… Когда я проходил практику в онкологии, ну ты знаешь, детской, там я встетил мальчика.

***

Тобирама неспешно шёл по коридору, читая на ходу историю болезни маленького пациента которые должен был передать медсестре. Имя пациента было Кагаши Судзуки. Ему было семь лет и у него была лейкемия на последней стадии. Это так ужасно. Он даже думать не хотел о том, какого его родителям. — ЛЕДЯНОЙ ДЖЕК! Сенджу озирается на громкий возглас — Ты выглядишь как Ледяной Джек! — сказал мальчик, тыкая в альбноса. — Прости? — он удивлено уставился на этого мальчугана. — Меня зовут Кагаши! Кагаши Судзуки! И мне вот сколько, — этот милый черноволосый мальчик сложил пальчиками цифру семь. — Меня зовут Тобирама, — он улыбнулся ему и присел на корточки, чтобы быть с мальчиком на равных. — Вы правда не знаете кто такой Ледяной Джек? Он настоящий герой! — Да? И что же он сделал? — Он спас свою сестру и умер. Утонул в воде, провалившись под лёд, но переродился и стал духом. — Он и правда герой. Но ведь я на него совсем не похож, я пока никого не спас. — Да как же! Вы ведь врач! Я вот когда вырасту тоже стану врачом! Буду помогать таким детям как я. — Кагашиии! — мальчика окликнул женский голос. — Я побежал, Ледяной Джек! Приходи ко мне в двенадцатую палату, когда нет родителей — мне скучно! — Давай, беги уже, — он смотрел вслед убегающему мальчику и на его улыбающуюся маму. Она улыбалась сквозь боль и он это чувствовал. Её глаза были красные, опухшие и отёкшие от слёз. — Тобирама, ну ты там скоро?! Заблудился что ли? Давай скорее сюда истории, мне нужно заполнить документы. — ТОБИРАМАААА!! — стоило альбиносу войти в отделение, как он уже оказался в поле зрения Кагаши. — Доброе утро, — он улыбнулся мальчику напрвляющегося к нему. — Давай поиграем у меня в палате в шахматы? Мама ушла домой, а мне скучно, — он схватился за край халата. Да и ему не хотелось отказывать. — Ну пойдем, только ненадолго. Если бы у Тобирамы спросили когда он почувствовал тупым, он бы несомненно выбрал этот момент в своей жизни. — Шах и мат, Джек, ты позорно продул, — Кагаши ослепительно ему улыбнулся. — Тебе точно семь? — Тобирама всё ещё недоверчиво косился на фигурки. — Да! Я просто очень умный. — Даааа, скромности тебе не занимать. Я приду завтра и ещё в партейку погоняем. Так прошла неделя. Тобирама каждый день приходил на практику, а в обеденный перерыв был всегда рядом с Кагаши. Они играли в шахматы, смотрели мультики, Тобираму заставляли читать сказки вслух. — Я умру завтра...... Рука с фигуркой занесеной для хода так и застыла в воздухе. — Что ты несёшь, Кагаши? У тебя операция завтра, — Тобирама не хотел слышать это от него. Нет, не сейчас, нет он не готов. — Это правда, Джек. Но не переживай, я стану героем. Я буду охранять маму и тебя. Кагаши вскочил с места и кинулся на Тобираму. Мальчик так сильно зажал его в обьятиях словно хотелось зацепится за что-то живое в этом мире. Несправедливо. Чертовски несправедливо, когда болеют дети. — Знаешь, Тобирама, когда станешь врачом, я хочу чтобы у тебя была своя больница. Мама говорит что это круто когда она своя. Назови её в честь меня. — Эй! Я же сказал, ты не умрешь! Вот вырастишь сам, станешь врачом и сам назовешь так больницу. Кагаши лишь тепло ему улыбнулся в самый последний раз…

***

Изуна не заметил как по щекам стекали слёзы. — Да ну, что ты сопли распустил, — Тобирама потянул руки к его лицу чтобы разобраться с этим безобразием. — Мне так жаль, — всё что он смог сказать. — Мне тоже. Я уже всё выплакал. Сейчас иногда поддерживаю связь с его мамой. Но тогда мне было тяжело. Он был очень светлым ребенком… Домой возвращались молча. По дороге пару раз останавливались чтобы поменяться местами за рулем. Когда они зашли в комнату Изуна сказал: — Знаешь Тобирама, ты очень сильный и интересный человек. Я теперь понимаю почему я влюбился в тебя. Альбинос застыл у своей. — Ты чт… Изуна быстрым шагом преодолел расстояние между ними оставив на губах Сенджу невесомый поцелуй. А может и не только поцелуй… — Мадара, ну что там с попкорном? — Таджима подгонял сына. Вышла новая дорама, которую они с Буцумой так ждали. Пришлось посмотреть вместе с сыновьями, ибо те наотрез отказывались уходить из дома. Жены их были в отпуске. — Да несу я, пап! — из кухни показалась шевелюра Мадары — Давайте уже скорее!!! Ты был там один, а ощущение будто со своим парнем! — Буцума отнял миску с попкорном и подвинул к другу. Мадара застыл с удивленым лицом. — Буцума-сан, что вы сейчас… — Да господи, ты думаешь мы не знаем про вас с Хаширамой? — друзья переглянулись между собой и посмотрели с какой интенсивностью меняются лица их сыновей. — Но откуда… — начал мямлить Хаширама — Ты мне ещё скажи, что это секрет. Мы вообще ждем когда уже Изуна и Тобирама начнут встречаться! — Уверен что завтра они придут за ручку на мою пару, — сказал Буцума — А я нет. Спорим на пять тыщ? — А давай! Хаширама ломай! — Погодите… Изуна будет встречаться с кем? — Мадара хотел думать, что ослышался. — А что не так с моим сыном? — Буцума метнул на старшего Учиху подозрительный взгляд. — Буцума-сан, ну это же Тобирамааааа! — Отойди от телика, начинается! — Таджима отпихнул сына, чтобы тот уже сел. Ах и да, Буцума выиграл пять тысяч.