По одну сторону

Василиса Скай 2 ноября. 9:00 Я начала собирать вещи. Никто не знал на сколько мы задержимся в коттедже, но эта поездка дала возможность отдохнуть от обязанности старосты, планирования. Мне просто необходим был отдых подальше от надоедливых одногруппников, которым вечно от меня что-то надо. Я отправила сообщение об отъезде своей хорошей подруге Наби, чтобы она не волновалась. Специально убрав все блокноты и тетради с записями в шкаф, чтобы глаза мои их не видели, и у меня не было желания что-нибудь запланировать. После предложения, Арвин сразу отправился в комнату, чтобы собрать вещи, мы немного посидели в столовой, обсуждали данную информацию. Ужасно, что Арвину пришлось пережить смерть не только отца, но и Амалии. Мы хотели его подбодрить, посочувствовать, но он даже не открыл дверь. Сказал уходить и что ему надо побыть в одиночестве. В моей сумочке было сложено всё необходимое: духи, которые подарили родители, самые дорогие из моего списка желаний. Одежда, пижама и конечно же косметичка, без неё никуда. Я вышла из комнаты и пошла в сторону комнаты Явы и Макс. Питер уже стоял там, он знал, что я быстро соберусь и не стал меня выжидать. Девочки вышли, Макс накинула на плечи фиолетовый рюкзак, возможно это её любимый цвет. У неё много вещей такого цвета. Она редко говорит о себе и своих предпочтениях, всё записывает в свой дневник, не удивлюсь, если она его с собой возьмёт и забудет про наше существование. Мне никогда не было интересно, что она записывает туда, но видимо ей не с кем поделиться своей жизнью, кроме Явы, конечно. Они дружат с садика, мы с Питером перешли в шестой класс в их школу, там и познакомились. Арвин и Кейт были с параллели, они всегда держались вместе, после вступления в нашу компанию стали отстраняться друг от друга. Он стал общаться больше со мной и Питом, потом с Явой. Даже с Макс поддерживал общение, но потом что-то резко изменилось и он старался не заводить разговоры с ней, даже избегал. Всегда считал её странной. Как я помню, Максин влюблена в Арвина с первого класса. Ява взяла маленький чемоданчик. Он подчеркивал её предпочтение и её саму, как личность. Нашивки с пейзажами гор и городов, животных. Даже наши подписи остались. Каждый оставил свою цитату и роспись рядом, чтобы запомнить, кто что написал. Питер стоял с пакетом в руках, когда же он приобретет себе чемодан? Кейт подошла к нам через несколько минут вместе с Арвином. Когда все собрались вместе с сумками. Мне сразу напомнило былые времена, когда мы собирались в поход. Никто так профессионально не обрабатывал раны как Кейт. Арвин всем руководил, не удивительно, что он получил титул командира. Пит как всегда был без настроения. Говорил, что устал, как хочет домой и как его всё достало. Он же не хотел уходить, когда мы собирались обратно. Ява очень вкусно готовит, ну, а я, планирую. Кто же ещё смог подобрать хорошее место и время для похода. Макс находилась в своих мыслях. Столько лет прошло, а она до сих пор замкнута в себе. Арвин указал рукой в сторону выхода из общежития и мы отправились к машине, сложили сумки в багажник. Нас было шестеро. Места в машине всего пять. Арвин занял место водителя, Пит сел вперёд к нему, мы же, миниатюрные сели назад и все поместились, с ремнем пришлось что-то придумать, но в итоге всё получилось. Дорога к дому Арвина заняла минут двадцать. Он остановил машину возле синих ворот, у которых уже стала слезать краска и виднелись сильные царапины от чего-то острого. Я тут впервые. Территория была средней для частного дома. Цветы росли на клумбах вокруг дома. Они выглядели засохшими, но их ещё можно было спасти. Краска потрескалась, домик выглядит старым, ему бы точно не помешал косметический ремонт. Но семья Расслов не могла себе позволить. Арвин зашёл во двор. Забор был такого же цвета, что и ворота. По размеру забор был не большим, поэтому можно было увидеть маленький дворик. Арвин попросил подождать нас в машине. Он вышел из дома и направился к нам, к нему подбежала девочка в миленьком платье, на вид ей было лет десять. Она остановила его. Он поднял Её на руки и отошёл от машины на достаточно большое расстояние. Арвин Рассл 2 ноября. 10:10 Я подхватил Женю на руки и отошёл от машины, чтобы меня не слышали. Лучше бы я не заходил в дом. Как всегда они были пьяны и очень сильно, Женя была вся в слезах, так, что слёзы больше не текли. Когда же это закончится? Когда сопьётся этот урод? Вытерев влагу с глаз сестрёнки, я пытался улыбаться, чтобы она отвлеклась, но видимо, я выглядел слишком жалко. - Тебя так давно не было, - она прижалась ко мне сильнее, я почувствовал, как моё плечо становится влажным. - Они снова поругались, сильнее обычного. Мне так страшно. Не оставляй меня с ними. Я их боюсь, особенно отчима. Я ничего не мог сделать. Сам пытался сбежать из этого места, пытался забыть, стереть всё из памяти, все те побои, что мне пришлось пережить, слёзы, крики, угрозы расправой и местью. Всегда страдал только я. Отчим никогда не трогал Женю. Но сколько боли он ей причинил. На глазах маленького ребенка избивал её мать. Я пытался остановить его, но сама мама поднимала на меня руку. "Я слишком похож на отца" - твердила она, а отчим её поддерживал. Я себя виню: за смерть отца, за свою жизнь, за свою внешность. Я стиснул зубы, так, что челюсть чуть не раскололась. Он за всё ответит, обещаю. Нет, клянусь. Наступит день и он будет страдать. Я ничего не мог сделать, только как всегда извинится. И эта беспомощность убивала меня изнутри. - Прости меня, - она начала быстро качать головой. - Нет, не говори это слово, не хочу слышать, - я снова хотел извиниться, но одумался и замолчал. - Ты обещал найти папу, ты едешь туда? Твои друзья тебе помогут, да? Ты вернёшься вместе с папой? Мы будем жить нормально? - нет, я не смогу найти его тело, прошло уже много лет. Она до сих пор верит, что он не оставил нас, он жив и ищет нас, сможет найти. Женя каждый день мне это говорила. Говторяла. Читала как мантру. - Твои синяки прошли? Рука не болит? Шрам не остался от лезвия ножа? Отчим извинялся за то, что натворил, всё время повторял то слово, - какой же я придурок, что оставил её одну среди пьянок, драк, ругани и главное среди отчима. Всё моё тело до сих пор болит, даже, когда нет боли, я чувствую фантомную боль, каждый день страдаю, не сплю ночами, думая только о тебе и твоём самочувствие. Я уже не воспринимаю боль, не чувствую ничего. - Нет, уже прошло, и шрама не осталось, - я обнял её сильнее, надеюсь она поверила в мою ложь, шрам навсегда останется на моем животе, всегда будет напоминать о том дне, всегда. Через силу я отвёл её обратно в дом. В её комнату. Поцеловал в лоб. Тихо прошёл возле кухни, где стояли до сих пор не убранные с прошлого месяца стеклянные бутылки. Мама была в спальне, возможно спала, возможно плакала. Отчим сидел в комнате в обнимку с бутылкой и смотрел телевизор. Я открыл окно, чтобы избавиться от запаха перегара. У меня уже голова начинала по тихонько кружится и я вышел из дома. Питер Скай. 2 ноября. 10:40 Арвин обеспокоенно сел в машину. Он старался этого не показывать, но я знаю его очень хорошо. Знаю, когда он скрывает эмоции. Я вопросительно посмотрел на него. Он улыбнулся, но его глаза никак не тронулись, оставаясь такими же серьезными и грустными. Он завёл машину, включил музыку. Девочки что-то обсуждали, смеялись. Я как всегда был серьёзен, Василиса сказала бы, что у меня нет настроения, но я просто не нахожу смысла показывать свои эмоции и быть сентиментальным в ненужные моменты. Сейчас меня беспокоило состояния Арвина, выйдя из дома он поменялся в лице, он всегда мне рассказывал обо всём и всех, но не о семье, вообще ничего. Никто из нас не знает, что происходит внутри его семьи, нас это беспокоит, но мы не может требовать подробностей. Арвин ходит к психологу, но я не знаю, помогает ли ему. Арвин завёл машину и резко развернул руль в нужном направлении, и вжал педаль до упора. Он не сводил с дороги взгляд, впился ногтями в руль, так что его пальцы стали белеть. Я легонько дотронулся до его плеча, он вздрогнул, стал успокаивается, но напряжение всё равно оставалось. Ехать до коттеджа где-то четыре часа. Я забыл достать наушники из пакета, песни Арвина мне всегда казались слишком грустными, так и хотелось погрузиться в их депрессивную атмосферу. Но другого варианта не оставалось. Из всех от песен Арвина качало только Макс, я не знаю её предпочтений в музыке, но я предполагаю, что включив Арвин самую отвратительную песню найденную им за минуту, Макс бы нашла в этой песне частичку Арвина. Мне хотелось составить компанию Арвину в напряжённом молчании, но не заметил как отключился. Проснулся я только ближе к приезду, меня разбудила Кейт, она провела по моим волосам рукой. - Мы почти приехали, осталось примерно десять минут, - я кивнул. Перевел свой взгляд назад. Макс тоже только проснулась, Вася и Ява общались всю дорогу. Кейт иногда поддерживала диалог, но как Макс положила голову ей на плечо, вовсе замолчала. Кейт Хейс 2 ноября. 15:35 Мы приехали, Арвин припарковал машину на парковочной разметке возле коттеджа. Открыл багажник. Мы забрали сумки. Коттедж был двухэтажным. Огромные деревья скрывали его габаритные размеры. Лужайка успела зарасти травой, несколько лет никто не следил за его видом, выглядело место устрашающе, будто в фильме ужасов, но опасности никакой не было. Мы были далеко от убийцы, что убил бедную девушку, но мне безразлична её смерть, может, она даже заслужила за своё разгульное поведение. Мы вошли в помещение. Было темно, пыль была повсюду. Арвин достал зажигалку. Откуда она у него? Наверное взял дома, он никогда не курил, даже не пробовал, не то что я, не могу прожить без нескольких сигарет в день. В моей сумке всегда лежало несколько пачек на всякий случай. Одна всегда была рядом со мной, в кармане. Маленький огонек пытался осветить территорию, но у него плохо получалось. Пыль стала видна сильнее и, как она кружилась в воздухе, будто танцевала. Арвин подошёл к выключателю, но лампы не зажглись. Передав зажигалку в руки Пита. По темноте, на ощупь, Арвин пошёл в сторону подвала, чтобы включить свет. Мебель была накрыта белыми простынями, они уже утратили былую белизну, пожелтевший оттенок сам бросался в глаза, пятна сильно выделялись. Свет включился, заставляя всех зажмуриться, чтобы привыкнуть к освещению. На стенах висели семейные фотографии, картинку было тяжело разглядеть из-за большого слоя пыли. Деревянные рамки потрескались, поменяли цвет. На столах так же в рамках были фотографии, получилось рассмотреть маленького Арвина в объятиях отца. Удивительно, они так похожи, почти копия. В карих глазах был счастливый блеск, фото передавало всю атмосферу детской радости. Сейчас у Арвина нет такого блеска, всегда холодные, напоминающие бензин глаза, но стоит поджечь, как появятся искры, потом разгорится огонь, но не радости, а гнева, он станет крушить всё на своем пути, пока его не остановить. Сеть здесь плохо ловила, не удивительно, мы были в самой глуши. Как отцу Арвина пришла мысль купить дом вдали от связи? Первый этаж был гостиной комнатой, пройдя прямо был спуск в подвал. На втором этаже были комнаты для гостей, Арвина, родителей и ванная комната. Кухня была на первом, чтобы было быстрее пойти за едой. Мы распределили комнаты, Ява и Макс были вдвоем, я с Василисой, Пит был один. Арвин пошёл в свою комнату. Было уютно, белые обои с цветами, две кровати, абсолютно одинаковые, один шкаф, столик и два стула. Скудно, но для гостей сойдёт. Мы разложили вещи и все спустились вниз. Провели первый день за игрой в настольную игру, которая завалялась в тумбочке, некоторых фигурок не хватало, но больше не было развлечений.