По одну сторону

Василиса Скай 4 ноября. 00:55 Арвин настоял, чтобы мы подождали пятнадцать минут после ухода Кейт и Пита. Он посмотрел на часы, которые перестали идти, циферблат был разбит, большой стрелки не хватало. Он кивнул и указал рукой в сторону двери, открыл её и пропустил меня пройти первой. Мы остались на втором этаже. Пошли в конец, там находится самая дальняя комната. Пол скрипел, но Арвин не обращал на это внимание, он шёл уверенно, без эмоций. Все мои вопросы игнорировал, будто не замечал меня. Мы дошли до двери и он отпер её, но вошёл первым. На деревянном столе было пусто. На половину разорванные белые шторы были задвинуты, они закрывали всё, что происходило на улице. В некоторых местах образовались дыры от старости и насекомых. Шкафы набитые книгами стояли вокруг стен. Только в этой комнате стены были черными, в остальных белыми. Арвин облокотился руками на стол, он стоял ко мне спиной. Его лица не было видно, волосы упали на глаза, но он не собирался поправлять пряди. Ногтями вцепился в стол, он соскрёб краску, оставляя следы. Я подошла к нему и обняла со спины. Он на мгновение перестал дышать, и даже двигаться. Но затем сделал глубокий вдох, отстранился от меня. - Спасибо, стало намного проще жить, - его слова были похожи на сарказм, он до сих пор был повёрнут ко мне спиной. Арвин что-то говорил, но его слова были слишком тихими, чтобы услышать что он говорит. Он поправил волосы, вытер глаза и повернулся лицом к двери, оставалось смотреть только на его профиль. На его правой щеке сразу стал заметен шрам, который первым делом бросался в глаза. Он кивнул в сторону выхода. Мне ничего не оставалась, как пойти за ним. Чувствовалось сильное чувство напряжения со стороны Арвина, будто он хочет что-то сказать, но был не в силах себя пересилить. Он повёл меня на первый этаж, на кухню. Всё было так же, спокойно и чисто. Света нигде не было. С холодильника капала вода, продукты успели растаять. Ещё утром Макс помыла всю посуду и разложила по полочкам. Ножи висели на магнитных подставках. До прихода всех, Арвин в одиночестве точил их и проверял острие ножа на тумбочке, оставляя глубокие порезы на дереве. Мы стояли в центре кухни, он резко развернулся. Его настроение из безразличного стало агрессивным, он был не в себе, от злости его зрачки расширились. Он медленно делал шаги в мою сторону, я отходила назад, но упёрлась в стену, идти было некуда, Арвин подходил. Я потянулась к первому попавшемуся ножу. Руки сильно тряслись и удержать предмет было сложно, пришлось обхватить его двумя руками. Арвин остановился, он безумно засмеялся, смотрел на меня маниакальным взглядом, пропитанным ненавистью. - Почему ты никогда не поддерживала меня? Почему ставила дела выше всего? Ты хоть раз пыталась со мной нормально поговорить? Спасибо, хоть ты не отвернулась от меня, как это сделала Кейт, - он подошёл в плотную. Его руки вцепились в мою шею мертвой хваткой. Он был сильнее меня и я ничего не могла сделать, только пытаться задеть ножом. Я провела лезвием по его руке, лезвие ножа было настолько острым, что разрезало ткань его куртки и немного кожи. Кровь стала впитыватся в рукав. Он скривился, сжал челюсть, стали видны зубы. Он продолжал душить. Разум мутнел, воздух заканчивался, в глазах расплывалось. Ничего не получалось сказать, кроме непонятных звуков. Я пыталась поймать воздух, пыталась спасти свою жизнь, но силы были на исходе. Пока в моих глазах не появилась вечная темнота. Арвин Рассл 4 ноября. 1:30 Её тело упало на кухонный кафель. Я почувствовал облегчение, но гнев все ещё был. Я пообещал себе, что убью всех, кто причинил мне хоть малейшую боль. Внутри меня боролись два состояния. Одно хотело продолжения, другое пыталось меня усмирить. Будь у меня таблетки, которые закончились ещё неделю назад, то второе состояние бы победило. Таблетки мне помогали только усмирить гнев и желание убивать, но сейчас, я не контролировал своих действий. Я долго думал над Василисой, но она редко меня поддерживала, даже делала хуже, говорила, что мои расстройства придуманы и я хочу вызвать к себе жалость. Я прямо в лицо сказал, что она заплатит за свои слова, вот это и случилось. Она сполна расплатилась. Порезы оставленные Васей были видны, но не критично. Руки продолжали трястись от злости. Я быстро вышел из кухни, увидел идущего Питера, решил подойти к нему. Я схватил его за плечи. Мне надо было успокоиться. - Где Вася? Что с тобой? Я сделал грустное лицо, чуть ли не плакал, старался запинаться, будто мне страшно. Я сильно волнуюсь. - Она... Маньяк, там был, - я указал в противоположную сторону от кухни. - Я не смог её защитить, он схватил меня и стал душить. Василиса пыталась меня спасти, но он ударил её несколько раз ножом. Слёзы потекли по моим щекам, но я был спокоен, только играл роль. Питер мне поверил, он сочувствующе смотрел на меня, по его щекам также текли слёзы. Он упал на колени, я продолжил стоять и смотреть на него с высока, как и он всегда смотрел на меня, в компании каких-то незнакомых людей. Он не пытался успокоиться, лишь ещё сильнее заливался слезами. - Где Кейт? - он указал в сторону кинозала. Значит, моё направление было именно туда. Я развернулся и оставил Питера в одиночестве, чтобы он сполна настрадался, как это было со мной, когда Пит бросил меня одного в комнате узнав об смерти моей бабушки. Я был разбит, но он даже не удосужился сказать несколько поддерживающих слов. Только Ява проводила со мной всё свободное время. Ещё Макс пыталась, но я не обращал внимание. Её помощь для меня безразлична. Последний раз взглянул на Питера и я ушёл.