Розовый конверт напшиканный духами.

*** Хван со всех ног бежал в торговый центр. Тот, к счастью, был рядом, так что добрался он достаточно быстро.  Они столкнулись нос к носу на выходе из книжного магазина. Сынмин прижимал к груди пакет с книгами, а Хенджин пытался отдышаться.  — Прости.. — начал старший. — Чанбин растрепал про письмо всей школе.. — прежде чем Ким успел выдать ему хоть какой то ответ, тот сново заговорил. — Прости меня. Я не хотел чтобы так вышло. И за то что я наговорил тоже прости.. И очки у тебя не уродские. — зачем то сказал он. Видимо от волнения.  — Я сам виноват. Не нужно было мне отправлять это письмо. Надо было догадаться что ты.. — Если ты скажешь хоть слово про мой интеллект или моё самомнение. — перебил его Хенджин.  — То что?  Хенджин не стал ничего говорить в ответ. Вместо этого он вырвал у него этот дурацкий пакет с книгами и прижал парня к себе. А в следующее мгновение он поцеловал его.  Сынмин опешил. Нет, так не должно быть. Неужели он… тоже нравится Хенджину? Поцелуй был легкий, невесомый, но чувственный. Время кажется остановилось. Такого у Кима никогда не было. Он распахнул глаза и уставился на Хвана. В этот поцелуй Хенджин вложил все то, что не мог выразить словами.  Хван злился на него. На себя, на Чанбина. Его бесили шутки Сынмина по поводу его тупости. Он вообще неистово его раздражал! Но настолько сильно он ему нравился. Хенджин осторожно смял губы Сынмина, а после отстранился.  — Зачем ты это сделал? — с заиканием спросил младший. Он всегда заикался когда волновался. Это, по мнению Хвана, было очаровательно.  — И кто из нас ещё тупой? — произнес с доброй усмешкой. — Знаешь, когда люди нравятся друг другу, они иногда целуются.  Сынмин снова застыл, а щеки сделались красными. Что он только что сказал? Он был не в силах ему поверить или сказать какие либо слова. Хван Хенджин снова лишил его дара речи.  — Ну что ты так на меня смотришь? — спросил с нежностью и положил руку ему на щеку. Погладил большим пальцем кожу. У Сынмина она была мягкая, нежная и приятная. Хотелось на этой щеке оставлять поцелуи.  — Я.. — он запнулся пытаясь подобрать слова. — Я не понимаю.. Почему?  — Знаешь я тоже.. — он говорил ласково. — Но когда я перечитал твое письмо в семьдесят второй раз, оно показалось мне очень даже милым. И я страшно позавидовал Юнджуну и не смог его выбросить. Читал и представлял, что оно для меня. —сказал это быстро. Почти скороговоркой. Он смутился и отвел взгляд. — Там в конце, ты сказал, что вверяешь мне свои чувства.  — И?.. — спросил шепотом и весь сжался в ожидании ответа.  — И я пришел.. — Хенджин сново посмотрел ему в глаза. — Отдать тебе свои..