Параллельная пара

Постучала пальцами. Посмотрела вниз на телефон. Побарабанила по столу. Посмотрела в окно. К такому шаблону поведения Дивина уже привыкла. Йоко и Энид стали больше общаться друг с другом с тех пор, как Энид сошлась с Аяксом в прошлом семестре. Они проводили множество привилегированных «девичников», видимо для того, чтобы обсудить проблемы Энид с парнями, и больше никого не приглашали. Конечно, сирену это не сильно задевало, она понимала, что Йоко – единственный человек, с которым Энид действительно могла поговорить о таких вещах, поэтому им нужно было уединение. Но одиночество не давало ей покоя. Бьянка болела тяжёлой формой гриппа, и Дивина не хотела заразиться. Все её учебные задания были выполнены раньше весенних каникул, благодаря ободрению её любящих, но властных родителей. У неё не было никакого интереса к самостоятельному просмотру фильмов или сериалов. Единственное, что пока спасало её от скуки, – это бесконечные видео-эссе на YouTube о предметах, о которых она ничего не знала. Её особо не интересовали эти темы, но это было всё, что она могла смотреть. Когда даже это стало монотонным, она начала чрезмерно зацикливаться на каждом едва заметном движении, которое совершала, сосредотачиваясь на своих пальцах и анализируя, как они двигаются по её воле. Когда это наскучило, она начала грезить наяву, и грезила усердно. Представляя, каково это – дружить с людьми, которых она не слишком хорошо знала, погружаясь в разговоры, которых никогда не было. Дивина была в некотором роде социальным поплавком. Она была близкой подругой двух самых популярных людей в школе и как-то с этим справлялась. Кроме Бьянки и Йоко (и Кента), у Дивины было не так уж много друзей. Энид была милой, но она мила со всеми и знала Дивину только как «соседку по комнате Йоко/бывшую девушку Йоко». Ксавье знал её только как «подругу Бьянки», а Аякс вообще её не знал. Чем больше она мечтала и представляла себе мир, в котором она была бы популярна сама по себе, тем больше понимала, что она на самом деле думала только об одном конкретном человеке, который заинтриговал её с того дня, как увидела её: Уэнсдей Аддамс. Уэнсдей была... интересной, мягко говоря. Большая часть того, что она знала о ней, – это непосредственная информация от Энид, описание которой озадачило её: «Я знаю, что от неё исходит вайб серийного убийцы, но на самом деле она просто застенчивая!». Это смешалось с фактом, что она перевелась в Невермор из-за того, что пыталась убить команду по плаванию в своей старой школе, с фактом, что она не пользуется интернетом и отрезана от социальных сетей, с фактом, что из-за неё чуть не убили Энид... и с фактом, что Энид считала её лучшим человеком, которого она когда либо встречала. Дивина была, мягко говоря, очарована. Такой характер заставлял её думать о том, какие разговоры она могла бы с ней вести. Например, о том, как её воспитывали, чем она любит заниматься, какой у неё типаж мужчин... или женщин, как надеялась Дивина. По правде говоря, Дивина всегда считала Уэнсдей красивой. Готическая загадка, которая тихо сидела на месте, позволяя своему присутствию быть громким аспектом её самой. Увидев, как она беззастенчиво кружилась и танцевала на балу в Невермор... В общем, это было то, что Дивина не могла выбросить из головы. Её нарядное платье, чернильно-черные волосы, уложенные в пучок... Можно с уверенностью сказать, что она была по уши влюблена в этого человека, которого едва знала. После этой мысли она вернулась к реальности, осознав, что фантазировала, бродя по Невермору. Сейчас она находилась на третьем этаже перед ступеньками, ведущими в Офелия-Холл. Она сделала паузу, обдумывая, каким должен быть её следующий шаг. Не мешало бы попытаться получше узнать эту девушку, — подумала она. Дивина почувствовала, как её ноги из любопытства несли её вверх по лестнице. Если Уэнсдей там, — решила она, — я могу просто спросить её, не хочет ли она потусоваться. В любом случае, мне буквально больше нечего делать. *ТУК* *ТУК* Через огромные двойные двери послышалось тихое, но твердое «Войдите». Дивина подчинилась. Она приоткрыла одну из дверей, стараясь быть как можно мягче, чтобы не напугать предположительно «застенчивую» девушку. Войдя в комнату, она начала поддергивать руками за спиной, чтобы успокоить нервы перед разговором с загадочной готкой, которая, как она теперь могла видеть, перестала печатать на машинке и обратила на неё внимание с лёгким замешательством, отражающимся на её лице. На готке, о которой шла речь, был свободный вязаный пепельный свитер, подобранная под него чёрная плиссированная юбка и пара носков в черно-белую полоску. Её волосы были аккуратно заплетены в косичку, которую она всегда носила. Даже когда та была одета по-обычному, Дивина находила её великолепной. Она была в очередной раз возвращена к реальности, когда Уэнсдей приподняла брови таким образом, что это могло означать лишь «Покончи с этим», и Дивина начала планировать в своей голове, что она собиралась сказать. Привет, я тут подумала, не хочешь ли ты потусоваться у меня в комнате. Йоко ушла, так что мы будем только вдвоём ;) Ни в коем случае. Слишком откровенно. Привет, меня зовут Дивина, я отличная компания, и мне есть что предложить. Не могла бы ты, пожалуйста, принять моё предложение провести со мной некоторое время? Господи Иисусе, это не собеседование! В панике Дивина решила действовать наобум. — Привет, э-э-э, извини, что побеспокоила тебя, но я хотела спросить, не хочешь ли ты потусоваться со мной, потому что Йоко и Энид ушли за покупками. Если нет, то все в порядке. Голос дрожал, лицо покраснело, руки стали потными. Дивина чувствовала себя дурой из-за того, что вообще спросила, глядя в стену или в пол, чтобы избежать взгляда Уэнсдей. Она с тревогой ждала отрицательного ответа или какой-нибудь угрозы, чем, по-видимому, была известна среди своих друзей. Она почувствовала комок в горле, как только заметила, как Уэнсдей набрала в грудь воздуха, чтобы заговорить. — ...Если бы я согласилась, что бы ты предложила? Её голос прозвучал мягче, чем она ожидала. Дивина была ошеломлена тем, что её не отвергли, и стала лихорадочно перебирать в уме любые идеи, которые та одобрила бы. Это был её шанс, который она не хотела упустить. Она, наконец, встретилась взглядом с Уэнсдей, прежде чем ответить. — Э-э-э... Тебе нравятся фильмы ужасов? Глаза Уэнсдей загорелись при этом предложении, она явно была взволнована её словами. Сердце Дивины стало бешено колотиться при виде этого выражения, полной гей-паники, которую она сама удивилась, что испытала. Уэнсдей опустила глаза, заметив, что Дивина увидела ей взволнованность. Она встала из-за своего стола и снова посмотрела на Дивину. — ... Где бы мы могли их посмотреть? Невермор не предоставляет телевизоры в комнаты. — Они – нет, но мой папа установил телевизор в моей комнате, если тебе будет удобно смотреть фильмы там. Если нет, всегда есть Крэкстоу... Больше информации на сайте рекламодателя — Я пойду в твою комнату. Я полагаю, у тебя есть какой-то способ смотреть фильмы. У тебя есть какие-нибудь видеокассеты? — У меня есть Netflix и несколько купленных фильмов на моем firestick. Уэнсдей прищурила глаза, явно не понимая слов Дивины. Поэтому та перефразировала. — В принципе, у меня есть по крайней мере 100 фильмов из Интернета на моем телевизоре. Так что с этим не будет проблем. Уэнсдей кивнула, не осмеливаясь спросить, как это возможно. Она последовала по пятам за сиреной до самого общежития Дивины на первом этаже. Уэнсдей внимательно следила за сиреной пока они шли до общежития той, глядя ей в затылок в поисках чего-нибудь, на чем можно было бы сосредоточиться. Последнее, чего она ожидала сегодня вечером, – это того, что её пригласят в комнату Дивины смотреть фильмы ужасов. В идеале её план состоял в том, чтобы написать ещё одну главу к своему роману. Хотя, по правде говоря, в последнее время она испытывала серьёзный писательский кризис, не зная, что должно быть дальше в рассказе Вайпер Де Ла Муэрте. Она думала о том, чтобы придать детективу любовный интерес и расслабиться в расследовании после масштабной драки, о которой она только написала в предыдущей главе, но она понятия не имела, кто подошёл бы под её холодный характер. Может быть, — подумала она, — общение с Дивиной могло бы подсказать мне идею о других персонажах, которых можно было бы добавить в историю Вайпер. Хотя сказать, что это была её единственная причина принять предложение, было бы невежеством. Была очень маленькая, более мягкая часть готки, которая просто была заинтересована в том, чтобы подобраться поближе к сирене. Дивина была единственной девочкой, которую Уэнсдей встретила в этой школе и понятия не имела, как её идентифицировать. Она не была игривой или тошнотворно энергичной, как Энид, и не была язвительной, как Бьянка. Уэнсдей нужно было это узнать. Кроме того, она всегда считала, что Дивина выглядела сногсшибательно, но она скорее выпрыгнула бы из окна своего 4-го этажа, чем призналась бы в этом кому-либо, включая саму себя. Прогулка до её общежития показалась ей многочасовой, от чего Уэнсдей отмахнулась, поскольку ей никогда раньше не приходилось бывать в той части здания, где жила Дивина. Скорее всего, это казалось таким долгим потому, что её разум работал с бешенной скоростью. С тех пор как появился Тайлер, готка вообще не очень хорошо реагировала на своё собственное чувство влечения. Каждый раз, когда она ловила себя на том, что тосковала по почти незнакомому человеку, ей вспоминался последний раз, когда она чувствовала то же самое, пока поцеловала того убийцу. Она была так глубоко погружена в свои мысли, что не заметила, как они уже вошли в комнату Дивины. Она была намного меньше, чем в Офелии-холл, и, вероятно, именно поэтому у Дивины не было соседей по комнате, просто потому, что они не поместились бы в том пространстве, которое там было. Это было примерно в треть от того размера, к которому привыкла Уэнсдей. Стены были увешаны несколькими постерами групп и кучей карточек с фильмами. Группы она не узнала, но заметила, как странно они были названы: I Met A Yeti... Ovlov... Prince Daddy & The Hyena? Затем она переключила своё внимание на ранее упомянутые карточки с фильмами. Много ужасов, а также несколько предполагаемых романтических комедий, к которым у неё не было никакого интереса. Она узнала несколько карточек: «Крик», «Дом 1000 трупов», «Техасская резня бензопилой»... Но другие фильмы она не знала, такие как «Вечное сияние чистого разума» и «Неисправимые». Она решила, что упомянет о них, если разговор когда-нибудь станет скучным. Она и не подозревала, что Дивина заметила, что та уже некоторое время пристально смотрела на фильмы. — Заметила плакаты и карточки, хм? Да, я не так уж хороша в декоре, так что я вроде как только начала коллекционировать мерч моих любимых фильмов, групп и прочего барахла. — ...У многих этих групп очень странные названия, — это все, что смогла сказать Уэнсдей. — О да, для тебя это мидвест-эмо. Очень странные названия, но отличная музыка, на мой взгляд! У меня есть несколько винилов и компакт-дисков, если захочешь послушать. Сердце Уэнсдей учащённо забилось при мысли о том, что они будут делить одни наушники и вместе слушать музыку, но она ни за что не согласилась бы на такую авант... — Я бы с удовольствием. Что бы ты порекомендовала? — Э-э-э... Что ты обычно слушаешь? Дивина начала тянуться за виниловой коробкой и осторожно сняла её с верхней полки. — Любое, на чем я выросла, по типу мариачи, ранчеру, корридо... что более современно. Так я склонна увлекаться готическим роком 80-х. — О, ух ты! Это сильно отличается от того, что у меня есть. Я не уверена, что это подойдет твоему вайбу. Дивина нервно хихикнула, ставя коробку с винилами на место. Прежде чем она успела это сделать, Уэнсдей остановила её, помогая вытащить коробку. — Это не обязательно означает, что мне это не понравится, Дивина. Глядя той в глаза, Уэнсдей изо всех сил старалась не скривиться в ответ на её мягкую благодарную улыбку. Дивина первой прервала зрительный контакт, ставя коробку на пол и усаживаясь рядом, скрестив ноги, перелистывая альбомы. Уэнсдей быстро присела к ней на полу, рассматривая грубо нарисованную обложку альбома. Время от времени она поднимала взгляд на Дивину, чтобы ещё немного полюбоваться её лицом. Она зашла слишком далеко. Опустив взгляд, она заметила раскрашенную обложку: руки, тянущие и отталкивающие окровавленное лицо. Мрачный образ, который ей очень понравился. Она достала её из коробки, чтобы рассмотреть поближе. — О, да, эта обложка очень классная! Where the Heart by Sweet Pill – это один из моих любимых альбомов. Но обложка довольно обманчива, альбом звучит совсем не так, как ты себе представила. — Я бы хотела послушать это. — Нет проблем, я возьму наушники и всё установлю. Дивина выхватила винил из рук Уэнсдей, мягко задевая их при этом, отчего у неё по спине пробежали мурашки. Она откинулась назад, потянулась к нижнему ящику своего стола и достала пластиковый контейнер с наушниками внутри. Встав, она взяла плеер со своего стола и осторожно поднесла его к Уэнсдей, отодвигая виниловую коробку, чтобы вместо неё был плеер. Она осторожно достала диск из футляра и вставила его в проигрыватель, подключая наушники. Она вставила в ухо левый наушник и протянула руку, предлагая Уэнсдей другой. Та подчинилась и тоже вставила наушник. Одна вещь, которую Уэнсдей заметила в Дивине, – это то, что та была чрезвычайно нежна. Она несла в себе успокаивающую и заботливую энергию, и Уэнсдей почти почувствовала, что доверяет сирене. Она также чувствовала исходящую от той нервозность, что заставило её задуматься, не нервничает ли Дивина по тем же причинам, что и она сама. Начала играть музыка, за интересной ударной партии последовала сложная партия соло-гитары, переходящая в куплет. Это не было похоже ни на одну музыку, которую она слышала раньше, и она была очень удивлена, что не испытывала к ней абсолютной ненависти. Как только зазвучал вокал, она заметила, как Дивина тихонько подпевала. Она снова потерялась в чертах сирены, безнадёжно влюбляясь в этого почти незнакомого человека. Её сердце, должно быть, останавливалось по меньшей мере 5 раз за одну ночь. Дивина подняла голову. — Ты в порядке? Ты пялишься на меня добрую минуту! Прости, я перестану петь. Уэнсдей занервничала, пытаясь выдавить из себя хоть какой-нибудь ответ. — Мне нравится, когда ты поёшь. Это вышло очень по-гейски, чего готка не ожидала от себя. Дивина тихо хихикнула. — Я польщена, Аддамс. Обычно на тебя трудно произвести впечатление! Ну, так мне говорила Энид... — Ты постоянно производишь на меня впечатление. Уэнсдей подумала, что она могла бы быть правдивой на 100%, так как она уже достаточно опозорилась сегодня вечером. — Правда? Как? — Я не могу тебя понять. Дивина в замешательстве наклоняет голову. — Я никогда не могла предсказать, как ты себя поведешь. Ты постоянно превосходишь мои ожидания. Во-первых, ты абсолютно великолепна, во-вторых, тебе нравятся ужасы. А сейчас я узнала, что ты великолепно поёшь, не говоря уже о том, какая ты невероятно очаровательная... Уэнсдей остановила себя, обдумывая то, в чем она только что призналась Дивине. Прокручивая в голове свои слова, она поняла, насколько влюбленно это звучало. Именно так она себя и чувствовала, хотя она все ещё не могла поверить, что прямо призналась в этом перед сиреной. Оглянувшись, она заметила выражение лица Дивины. Оно было шокированным. — Уэнсдей... — Мне жаль, что это вышло из-под контроля... — Уэнсдей. Она остановилась как вкопанная и посмотрела Дивине в глаза. Дивина снова начала говорить. — Я не думаю, что ты понимаешь, как много это значит для меня. Я... рада, что ты обо мне такого мнения. Если быть честной, я тоже думаю, что ты действительно классная. Это главная причина, по которой я пригласила тебя. Я бы обняла тебя, но я знаю, что ты не любишь физический... Прежде чем она успела закончить фразу, Уэнсдей уже встала, подошла к сирене и обняла её. Та обняла её в ответ, чувствуя тепло готки, отчетливо ощущая биение собственного сердца. Сирена отстранилась, прежде, чем ей захотелось бы сделать что-нибудь слишком импульсивное. — Может, нам, э-э-э... начать просмотр фильма? — По-моему, это звучит заманчиво. Что бы ты предложила? — Ничего слишком мрачного. Может быть, что-то немного ироничное... — Клоуны-убийцы из космоса? — Звучит неплохо. Иди сюда. Дивина посадила Уэнсдей на свой диван, держа в руке пульт. Она взяла одеяло, лежащее рядом с ней, и накрыла их обеих, похлопывая себя по груди, указывая Уэнсдей на то, чтобы она положила голову. После некоторой паузы Уэнсдей согласилась. Дивина нажала кнопку воспроизведения, и они сосредоточились на фильме, время от времени пытаясь украдкой взглянуть друг на друга. Фильм был хуже, чем они обе помнили. Уэнсдей на протяжении всего фильма выдавала лукавые комментарии, заставляя Дивину несколько раз расхохотаться. Уэнсдей провела рукой по торсу сирены, от чего рубашка той слегка задралась. Кожа Дивины была слегка шершавой на ощупь, что очень понравилось готке, которая неосознанно поглаживала бок той. Брюнетка немного хихикнула. — Я смотрю, тебе там весело? — Я обнимаю тебя только потому, что здесь холодно. — Ммм, конечно, Уэнс. Дивина опустила глаза в тот самый момент, когда Уэнсдей подняла свои, чтобы отругать ту за прозвище. Их глаза встретились и удерживали контакт минуту или две, прежде чем Дивина решила заговорить. — ...Эм... Ничего, если я тебя поцелую? — Конечно. Они обе наклонились друг к другу, и их губы встретились, вызывая электрический разряд по телу. Поцелуй был мягкий и спокойный. Это было естественно. И это вызывало привыкание. Когда Дивина отстранилась, Уэнсдей снова притянула её к себе. Они оба подсознательно решили, что ради этого можно пропустить остальную часть фильма. И в голове Уэнсдей мелькнула маленькая мысль о том, что всё будет не так, как у них с Тайлером. Возможно, всё будет в порядке. — Слушай Уэнсдей как насчет романтических отношений? —Если ты хочешь то можем и попробовать . Дивину после услышанного все сразу вскочила с дивана и напугала Уэнсдей она щаслива как не когда ее мечта исполнилась . Уэнсдей поднялась с дивана и подошла к диине чтобы обнять уже свою девушку они стояли в обнимку несколько минут и хотели чтобы это продолжалась вечно Уэнсдей уже надо было идти в ее комнату но она хотела больше времени провести с ней но не могла . — Мне надо идти я завтра к тебе приду или ты ко мне приходи … я тебя люблю. Дивина была в ступоре от того что она услышала от Уэнсдей так еще это симпатия была взаимной . Див обнила и поцеловала в уголок губ Уэнсдей . — И я тебе люблю увидимся завтра. Так как уже было глубокая ночь то Уэнсдей пришла в свою комнату переоделась легла на кровать и сразу уснула . Также зделала и ее возлюбленная. Наступил новый день всем надо на учёбу так совпало что первые два урока наших голубков были вместе они сидели как всегда на своих местах все но почти не отрывали друг от друга взгляд все начали перешептываться на счет этого и Уэнсдей это взбесила как раз прозвенел звонок и учиники начала готовится к следующему предмету . Уэнсдей поднялась со своего места и направилась к Дивине что вместе выйти из класса но как гот подошла то сирена притянула ее к себе чтобы обнять Уэнсдей было не против этого но все же засмущалась Дивина уткнулась лицом в шею Уэнсдей и обдовая ее горячим дыхание что теле Гота сразу среагировала покрылось мурашками но сирене этого было мало и она немного целовала шею возлюбленной это продолжалось недолго Уэнсдей немного оттолкнула ее и посмотрела на ние Дивина немного обиделась на нее развернулась и пошла к выходу из класса и уэнсдей пошла за ней она хотела извиниться она догнала ее только в дворике который был школе там было очень много людей и еще там были все из знакомы : Энид, Йоко, Бьянка, Ксавье, Юджин, Аякс. Когда она догнала Дивину то схватила ее за руки не давая уйти Дивина остановила и погладила в темно карие глаза они просто стояли и глядели друг на друга и уэнсдей улыбаясь когда ее обняли в это мамен все люди замерли и глядели но особенна из знакомые они были ошарашены от того что Уэнсдей улыбается или от того что она обнимает Дивину или от всего месте . Энит первая кто решился потревожить их лицо Уэнсдей сразу сменилось на прежние безэмоциональное Дивина отошла за спину возлюбленной и держа свои руки у нее на талии она чувствовала как все тело девушки напряженно. Энит все также с лучезарной улыбкой смотрит на парочку — И давно вы встречаетесь ? — нет –твердо произнесла девушка — что-то мне слабо верится что вы по настоящему встречаетесь может до полной уверенностью в поцелуетесь –произнес Аякс и в то же самый мамонт получит сильный удар в бок от Ксавье . — если вы не хотите этого делать вас никто не заставляет – произнесла Энид Влюблённые посмотрели друг на друга и Дивина почти не заметно кивнула давая разрешение Уэнсдей притянула ее к себе и их губу соприкоснулись инцеативу в поцелуе взяла на себя сирена они целовались страстно и нежно одновременно руки сирены были на шее гото а руки другой девушки покоились на бёдрах сирены когда они отстранились друг от друга у них дыхание было сбито и покраснели теперь все поверили и как раз прозвенел звонок и все пошли по классам уроки закончились и все ученики побрели по своим комнатам Уэнсдей по-быстрому переоделась во все черное взяла с собой вешь и побежала в комнату сирены она ворвалась в комнату совсем забыла постучатся , а Дивина в этом мамент переодевалась и стоя спиной к двери она знала кто зашел к ней она надела на себя футболку и повернулась лицом к двери Уэнсдей вся красная от увиденного Дивина предложила посмотреть фильм ужасов и девушка сразу согласилась Дивина взяла пульт плед и позвала Уэнсдей присесть рядом она присела рядом с сиреной она накрыла их пледом и запустила фильм они сидели в обнимку руки гота были под футболкой и гуляли там изучая каждый сантиметр кожи возлюбленной она была без лифчика и рука Уэнсдей целе направлена направилась к бугаркам и начала смитать один и что заставила дивину издать ну очень приятный для ее ушей стон им было плевать на фильм они сильно хотели друг друга .