Братство Бури

Почему мне… так холодно?... Где я?... Последнее, что я помню, это то, как я падаю… Да, точно, меня кто-то ранил… Но кто?... За что?... Ничего не понимаю… А собственно… кто я?... Чёрт... как же болит голова, мысли путаются от потери крови, а… Откуда я это знаю?... Ладно, начнём с начала. Меня зовут… меня... зовут… кажется!... Кажется, что-то есть!... Да, точно… Гарри Поттер, мальчишка-что-не-помер… Класс, имя есть, вот только где я? И что со мной произошло? И… что это за чувство? Меня будто кто-то тащит. Кажется, я слышу голоса... Погодите-ка! Мне кажется… да! Я узнаю один из голосов! Я не слышал его уже три года, но я всё ещё узнаю Вас, профессор. Хм? Меня снова тащат? Нет... в этот раз несут. Да, правильно, продолжай думать, Гарри. Если тело не слушается, то заставим работать мозг, сейчас главное не отрубиться окончательно. Один раз Старуху с косой я уже обвёл вокруг пальца, второй раз она меня не отпустит просто так. Проклятье, тело совсем не слушается! Давай же! Хотя бы глаза открой! Ну хоть один! Не выходит.. да и куда там? Я даже слышу-то сейчас плохо, почти ничего не разобрать. Ладно… надо вспомнить, как я тут оказался. Не мог же я сам свалиться с... ну, откуда-то? Погодите... что это за свет? Чёрт, испугался простого света свечей. Даже смешно, жаль я сейчас не могу посмеяться. Посмеяться… Сме…… смеяться!... что случилось? Неужели потерял сознание? Похоже на то: чувствую, что я уже не на столе, а в кровати… Надо думать активнее! Нужно не дать разуму затухнуть. Чёрт... как же мне хреново… всё тело болит, и при этом меня будто бы из огня кидают в прорубь... заболел? Этого ещё не хватало… Что?.. Мне показалось, или только что кто-то побежал? Кажется, девушка... Гермиона?... Вроде бы она... Ладно, Гарри, тебе сейчас надо вспомнить всё. Вспомнить, как ты сюда попал, и что случилось. Что мы отчётливо можем вспомнить?.... Переулок? Серьёзно? Ну что ж... Давай посмотрим, что ты такого можешь вспомнить, Мозг… 21-е Июля 1995-го года, Англия, Литл Уингинг, 23:19 Уже был глубокий вечер. Солнце скрылось за горизонтом, и редкие прохожие уже возвращались домой. И вдоль ночной улицы, без особой цели... шёл я. Шёл, потому что ничего больше не оставалось. Нужно было загасить боль. Мальчишка... я тогда винил себя в том, что не сумел помочь Седрику, хотя теперь прекрасно понимаю, что ничего поделать не мог. Но тогда... тогда я считал, что должен был быть на его месте. Вот же честолюбие... Но хватит об этом, я справлялся как мог. Итак... я шёл вдоль ночных улиц. Одет я был по простому. Старые джинсы, чёрные кеды и красная толстовка с глубоким капюшоном. Помнится, даже сумел выменять на фальшивый галеон у кого-то пьяницы кожаные перчатки без пальцев. Что уж говорить, перчатки и вправду были классные, как раз мне впору. А вот золото я дал ему лепреконское, так что потом будет думать, что потерял. Одна из первых моих намеренных шалостей в сторону людей. Близнецы явно влияют на меня положительно. Так вот. Пока я шёл, то проходил мимо одного паба. Там как раз стояли трое нелицеприятных джентльменов, которые решили, что искать деньги на выпивку у четырнадцатилетнего подростка будет хорошей идеей. — Эй, парень! Поди сюды! – крикнул один из них, который, похоже, был за «старшего». — Не хочу, – просто ответил я, после чего пошёл дальше, когда через несколько шагов почувствовал руку на левом плече. — Ты не понял, парень, я тебя не спрашиваю хочешь ты, или нет. Я велел тебе подойти, – уже ни капли не скрывая агрессии прорычал он. – А теперь ну-ка вывернул карманы! Стоит ли говорить, что, как и у любого подростка, от адреналина у меня стали трястись колени. Да, мне было страшно перед тремя взрослыми амбалами. Но не настолько, чтобы вот так просто идти у них на поводу. — Сэр, я прошу Вас отпустить меня. При себе у меня ничего нет, так что и искать Вам нечего. — Ах ты так заговорил! Щенок! Как же часто я это слышал... и ещё буду слышать, я уверен. Но тогда, буду честен, я вышел из себя. Я видел в одном фильме один приём, который я сразу опробовал на мерзавце. Держал он меня за левое плечо, что было мне на руку (каламбур случая). Я нанёс ему удар локтем правой руки прямо в лицо. В теории, это должно было вырубить его, но лишь заставило его меня отпустить и отшатнуться. Я поспешил этим воспользоваться. Не знаю, что на меня тогда нашло. Может, я хотел выплеснуть на них всё то, что во мне накопилось? Или просто захотел опробовать себя. Я уже и сам не помню. Но, во всяком случае, я не сбежал, хотя мог. Я начал драться. Я нанёс ему удар в челюсть и пнул в левое колено. Он снова покачнулся, хотя и стал наносить удары в ответ. Удары были медленные и неточные: он был пьян. Но всё же попадать под них не хотелось. Так что я изворачивался и контратаковал, пока не прибежали его подельники. Во всяком случае, ему я успел сломать руку. Когда он нанёс удар правой, я ушел от удара, после чего левой рукой схватил его за запястье, а правой рукой нанёс удар снизу – прямо в локоть – и услышал хруст его сустава. Он закричал и отпрянул, а я совершенно забыл о защите и замешкался на секунду. Этого хватило, чтобы меня повалили одним ударом в челюсть. Я упал, а как попытался подняться, получил ногой в живот. Я сразу закрылся. Руками голову, ногами – живот: я видел, что так надо защищаться, если лежишь на земле. Теперь я ничего не мог сделать. Они пинали меня изо всех сил, а я валялся у их ног. Как в детстве, когда меня избивал Дадли с его друзьями... Эти пьяницы вполне могли и убить меня, если бы не вмешался один человек, перевернувший мою жизнь с ног, на голову. — Эй, мужичьё! Ищите себе достойного соперника, а не ребёнка! – услышал я тогда женский голос. Я не помню всего разговора, но точно знаю, что они послали её. То была женщина, одетая в берцы, камуфляжные штаны и зелёную футболку, поверх которой была кожанка. Черная кепка и такие же черные перчатки без пальцев с металлическими вставками. Только они сделали шаг в её сторону, как она встала в боевую стойку. Клянусь, я видел такие приёмы только в фильмах. Хотя нет, она была круче. Она буквально не оставила на них свободного от удара места. Она била их ногами, руками, головой. Кидала их, толкала в стены… это было невероятное зрелище. Потом, когда придурки валялись на земле и стонали от побоев, она помогла мне встать, и похвалила за хороший отпор. Она предложила дойти до её дома и там обработать мои раны. Я сразу согласился, и это было судьбоносное решение.