Пансионат "Айвотер"

      Пять непрочитанных сообщений? Вот это ничего себе. Кажется, пока он спал, случился апокалипсис, не меньше.       Тапнув по уведомлению на экране блокировки и введя пин-код, Дилан провалился в их с Нолой диалог. Вчера, когда он ложился спать, от девушки было всего одно сообщение за целый день – о том, что на конную прогулку она не собирается. Что же такого могло произойти с одиннадцати вечера до половины восьмого утра, что его обычно не столь уж многословная подруга разразилась целыми пятью сообщениями подряд?       >> Nola_Hud: Дилан, ты был прав! Это никакой не призрак!       >> Nola_Hud: Оказывается, в башенку Ларисы ведет тайный ход с кухни, ты представляешь?😱😱😱 Сейчас это кажется таким очевидным, поверить не могу, что за столько лет никто об этом не догадался!       >> Nola_Hud: Я сначала думала, что вход снаружи, и только потом сообразила, что в таком случае его давно бы кто-нибудь нашел. Но дверь оказалась за одним из стеллажей в кухонной кладовой – той самой, которая на кодовом замке.       >> Nola_Hud: И ты ни за что не поверишь, кто именно мне ее показал! Не терпится тебе обо всем рассказать!       >> Nola_Hud: Обязательно напиши мне, как проснешься. Это просто… взрыв мозга, честное слово🤯🤯🤯       Дилан невольно усмехнулся, представив, с каким лицом и какими дрожащими от радостного возбуждения пальцами его подруга набирала эти сообщения. И судя по отметкам о сделанных исправлениях в трех из них, потом еще и перечитывала, чтобы поправить опечатки.       << f*ckin’_awesome: Не пугай меня так больше, Хадсен. Я думал, у тебя реально что-то серьезное случилось🤪       << f*ckin’_awesome: Насчет башни – окей, признаю, тебе удалось меня заинтриговать. Хотя я уже почти настроился на вариант с неупокоенным призраком🤔👻       << f*ckin’_awesome: Я, правда, всю первую половину дня буду на выезде с гостями, но, думаю, твоя страшная тайна доживет до вечера, так? Сорок лет ждала, может и еще денек потерпеть, логично? Напишу, как вернусь.       Отправив все это, парень не стал ждать ответа: очевидно, что Нола еще спала и вряд ли проснется в ближайшую пару часов.       Дилан и сам был не большой фанат ранних подъемов и с куда большим удовольствием остался бы в постели, но через час ему уже нужно было быть у входа в пансионат со списком гостей в руках. Чтобы ровно в девять утра все перечисленные в этом самом списке гости сидели в микроавтобусе, на котором им предстояло добраться до ипподрома, расположенного в сорока минутах езды от «Айвотера».       Как часто водилось с мероприятиями подобного плана, корректировки по членам группы приходили до поздней ночи. Так, последние Эстер отправила ему, уже когда они улеглись в постель, залипнув каждый в свой смартфон.       – Ты серьезно? – вздохнул Дилан тогда, неверяще покачав головой.       – Мистер Николз передумал, у него поясница разболелась, – отозвалась она. – Зато на его место удачно вписалась твоя Стейси Хадсен.       – Чего это она вдруг моей стала? – фыркнул парень, пролистав список до конца и в самом деле обнаружив в ней знакомую фамилию.       – А то я не знаю, как ты смотришь на девиц, которых собираешься уложить в койку, – закатила глаза та. – У тебя на лице всегда все написано. Ту волейболистку в прошлом месяце ты точно так же глазами пожирал. И чем все кончилось? Правильно, тем, что мне пришлось внепланово проверяться у гинеколога.       – Но все же обошлось, – выразительно двинул бровями он.       – В следующий раз сунешься на неисследованные территории без резины, я тебя отсюда выселю, – пригрозила Эстер. – Мне только хламидий в моем расписании не хватало. И кстати. – Это она добавила, когда поставила свой телефон на зарядку и повернулась к парню спиной, собравшись спать. – Девчонка еще школу не закончила и приехала сюда с отцом. А он, кажется, из тех ребят, что сначала отстреливают тебе яйца за посягательство на их собственность, а уже потом начинают задавать вопросы. Так что на твоем месте я бы попридержала член в штанах.       – Спасибо, мамочка, а то я бы без тебя не разобрался, – проворчал парень и тоже отложил телефон на прикроватную тумбочку.       И вот сейчас, отмечая галочками тех гостей из списка, что, сонно щурясь, выползали из здания пансионата, он снова думал о Стейси Хадсен.       Бесспорно, она была очень красивой девочкой – из тех, что становятся капитанами чирлидерш, потом королевами выпускного бала, всю дорогу сидят за привилегированным столом и ежедневно отдирают от шкафчика очередное признание в чувствах.       Выразительные темные глаза с пушистыми ресницами, густые длинные волосы, изящные высокие скулы, пухлые губы, по которым она так очаровательно постукивала подушечкой пальца, когда задумывалась о чем-то. И это еще вкупе со стройными ногами и округлой попкой, которые Дилан искренне считал главными мерилами красоты женской фигуры, – вот и получалось на выходе что-то почти нереальное.       Конечно, Нола ни за что бы его намерения не одобрила, поэтому, собственно, парень о них подруге и не рассказывал. Если все пойдет по плану, старшая Хадсен вообще ни о чем не узнает. Ведь, насколько он мог судить, отношения между сестрами были не слишком близкие – уж точно не до такой степени, чтобы делиться подробностями личной жизни.       Дружба дружбой, как говорится, но возможность замутить с кем-то вроде Стейси выпадает не настолько часто, чтобы можно было позволить себе ее легкомысленно упустить. Тем более, если речь о старшекласснице.       В школе Дилана, например, была только одна подобная девушка, но парень до нее так и не добрался – в то время ни его внешность, ни уверенность в себе к подобным подвигам не располагали. И вот сейчас он стоял на самой крайней границе того возраста – и вполне отдавал себе в этом отчет, – когда засматриваться на старшеклассниц было еще хоть сколько-нибудь прилично. Последний шанс, если так подумать.       – Все собрались? – услышал парень знакомый голос слева и, обернувшись, увидел невысокую плотненькую девушку с собранными в хвост каштановыми волосами.       – Привет, Эмили. Нет, пока ждем последних сонь, – отозвался тот, еще раз пробегая глазами по списку. – Но если не придут до девяти, то поедем без них.       – Много не явилось? – уточнила она, подходя ближе и привстав на цыпочки, чтобы заглянуть ему через плечо. От девушки пахло приторно-сладкими духами – и еще сэндвичем, который она, видимо, съела по дороге.       Эмили работала на ипподроме и в том числе водила тот самый микроавтобус, на котором они возили туда-сюда своих гостей. Человеком она была неплохим, но как девушка – совсем не в его вкусе. Может быть, дело было в ее коротких косолапых ножках, а может, в том, как настырно она лезла в его личное пространство.       – Почти все, – ответил на ее вопрос Дилан, сделав шаг в сторону. – Осталось двое, но мы можем им… А, вон и они.       Стейси и студент-мажор заявились последними – и тот факт, что они вышли из пансионата вместе, парню особенно не понравился. Логично было предположить, что красавчик с татуировками специально ждал девушку в холле. Вопрос был лишь в том, просила она его об этом или нет. И если просила, то…       Прищурившись, он наблюдал за тем, как те двое неспешно спускаются с крыльца, о чем-то увлеченно разговаривая на ходу. Точнее, говорил в основном парень, явно упиваясь звуком собственного голоса, но Стейси его внимательно слушала, иногда кивала и улыбалась. Интересно, что этот ходячий манекен мог ей там рассказывать? Сколько очков для своей футбольной команды он заработал в этом сезоне? Или как не сегодня завтра папочка выделит ему сытную должность в своей компании?       – Значит, это последние? – снова отвлекла его Эмили.       Дилан кивнул, а потом, развернув свою фирменную кепку «Айвотера» козырьком назад, заговорил громче, привлекая общее внимание:       – Так, товарищи отдыхающие, не теряемся, не разбредаемся и не спим. В автобус садимся по очереди после того, как я назову ваше имя. Поехали. Эшер: Тимоти и Сюзанна! Вижу вас, проходим. Доннел: Макс, Синди и Питер. Ага, молодцы, садитесь. Питер, зачетная шляпа, кстати. – Обернувшийся на его слова мальчишка лет тринадцати выразительно цыкнул, видимо, не оценив комплимент в адрес своей откровенно детской панамки, которую явно выбирала и заставила надеть его заботливая мама. – Дальше, Хадсен Стейси.       Услышав свое имя, девушка неспеша подошла к автобусу, будто нарочно давая расплывшемуся в широкой улыбке Дилану возможность оценить свой внешний вид – ну, или просто никуда не торопясь. Естественно, специальных бриджей для верховой езды в ее гардеробе не нашлось, но узкие облегающие джинсы отлично их заменяли.       – Я с ней, – потушил занявшийся было огонь его фантазии парень с татуировками. – Тайлер Стерн.       – Вижу вас в списке, мистер Стерн, – кивнул Дилан, – но вы на «С», а порядок есть порядок. Ждите своей очереди. Мисс Хадсен, проходите пока и садитесь. Почти уверен, что место рядом с вами надолго свободным не останется.       – Какого хрена, чувак? – мгновенно вспылил студент. – Я сопровождаю девушку, в чем твоя проблема?       – Ну так сопровождайте в свое удовольствие, – пожал плечами тот. – Только в порядке очереди.       – Я займу тебе место, Тайлер, – вмешалась Стейси, примирительно улыбнувшись своему спутнику. – Все нормально.       – Идиотизм какой-то, – проворчал тот, но, кажется, обещание девушки его успокоило, потому что он сделал шаг назад, позволяя другим гостям подойти к автобусу.       Дилан же ощутил, как в животе неприятно и жгуче плеснуло. Даже не столько из-за того, что его не слишком-то изобретательный план рассадить голубков подальше друг от друга не сработал, а потому, что все карты ему спутала сама Стейси. А он, между прочим, хотел услугу оказать. Неужели ей правда нравилось слушать самодовольную болтовню этого идиота?       Еще минут пять спустя список был полностью пройден, а все гости сидели на своих местах внутри автобуса. Сам Дилан устроился рядом с водителем и, обернувшись через спинку сиденья, несколько секунд понаблюдал за тем, как Тайлер что-то показывает Стейси у себя в телефоне и та, наклоняясь к экрану, почти касается парня плечом.       И почему-то ему вдруг подумалось, что пахнет от нее явно не парфюмной приторностью и сэндвичами.       – Все готовы? – уточнила Эмили, поправляя зеркальце заднего вида.       – Поехали, – кивнул Дилан, усилием воли заставив себя оторваться от воркующей парочки и сесть прямо.       «Ну ничего, мы еще посмотрим, кто приручит эту дикую кошечку первым, – подумал парень про себя, – и у кого на руках она заурчит по-настоящему».       После того, как они покинули территорию пансионата, могильные сосны за окнами сменились более типичными для этой части страны пихтами, елями и туями, а сам микроавтобус, потихоньку миновав самый опасный участок дороги, выбрался на одно из прибрежных шоссе, ведущих в сторону Мидвэя.       – Напоминаю наш план по прибытии, – зазвучал бодрый голос Дилана из динамиков в салоне. – Не разбегаемся, держим друг друга и меня в поле зрения. Лошадей кормить нельзя, инструктора тоже лучше не стоит, он вроде как на безглютеновой диете. Сзади к животным не подходим, если только у вас не было планов провести остаток отпуска в больнице со сломанными ребрами. Время для фото и видео у вас будет в конце прогулки, так что постарайтесь удержать телефоны в карманах хотя бы на время инструктажа. Если вдруг отстанете – без паники: со следующей группой через неделю мы вас обязательно заберем. Но если у кого-то нет столько свободного времени, советую записать, что в двенадцать тридцать мы все встречаемся около автобуса, а в час едем обратно в «Айвотер». – Сделав небольшую паузу для пущей выразительности, он добавил: – В крайнем случае доверьтесь лошади – она сама выйдет, куда нужно. А, кстати, вы знали, что лошади умеют кусаться? Прям… реально кусаться, как зомби в ужастиках!       – Дилан, хватит, – замотала головой Эмили, кажется, не зная, смеяться ей или пенять ему за то, что он оказывает ипподрому медвежью услугу своей сомнительной рекламой. – Что с тобой сегодня?       – А что со мной? – удивился тот, бросив короткий взгляд в зеркало, отражающее салон. Стейси и Тайлер по-прежнему о чем-то мило беседовали, кажется, вообще не обратив никакого внимания на его тираду.       – Не выспался? – уточнила девушка за рулем. – Хочешь, кофе тебе налью, как приедем? У меня в термосе с собой есть.       – Да, можно, – решил он, подумав пару секунд. – Воспользуюсь своим служебным положением, так сказать.       Эмили просияла, словно совсем не ожидав, что парень согласится, а потом зачем-то начала ему рассказывать о том, как каждый день берет с собой термос с кофе и как это удобно, если вдруг в какой-то момент дня понадобится взбодриться. Дилан слушал и кивал в нужных местах, иногда отпуская разного рода комментарии по поводу услышанного, и она каждый раз смеялась над его шутками с таким неприкрытым удовольствием, что постепенно его неизвестно откуда взявшееся мрачное настроение развеялось без следа.       Когда они наконец добрались до ипподрома, парень еще раз пересчитал своих подопечных по головам, как всегда, ощутив себя персонажем фильма «Один дома» и искренне надеясь, что никакого Кевина они по дороге не потеряли.       Позже, пока встретивший их на месте инструктор зачитывал гостям правила техники безопасности, Дилан угостился обещанным кофе и успел проверить, не ответила ли ему Нола. Но нет, его сообщения по-прежнему значились непрочитанными, а сама девушка так и не появлялась в сети примерно с часу ночи. Интересно, чего она там все-таки нашла в этой башенке? Про дело Ларисы Флоранс парень, конечно, слышал, но подробностями никогда не интересовался. Ну исчезла какая-то там дама кучу лет назад – подумаешь, велика тайна. В их стране больше полумиллиона человек пропадает без вести каждый год.       Однако теперь ему стало даже в какой-то мере любопытно. Может, воодушевление Нолы было заразно, а может, дело было в том, что сам Дилан уже почти дошел до той стадии, когда даже покрытые столетней паутиной семейные драмы приобретали интригующий оттенок. Потому что, признаться, шутка с вендинговым автоматом постепенно начала ему приедаться, а больше в этом сонном царстве и развлечься-то было нечем.       Словно продолжая этот ассоциативный ряд, его взгляд сам собой обратился к Стейси Хадсен. Девушка уже забралась в седло и, пока остальные тоже усаживались, делала селфи с разных ракурсов. Было совершенно очевидно, что рука у нее в этом деле набитая, потому что она как будто даже не тратила время на поиски подходящего ракурса, освещения или выражения лица. Просто поднимала телефон, улыбалась и делала снимок, и Дилан готов был о заклад побиться, что каждый из них выходил просто отпадным.       – Ты сегодня с ними поедешь или в автобусе подождешь? – уточнила Эмили, видимо, заметив, что парень смотрит в сторону гостей.       – С ними, наверное, – подумав секунду, отозвался он. – Твой кофе зарядил меня на подвиги. Спасибо, Эм.       – Обращайся, если надо будет, – широко улыбнулась та, приятно порозовев, а парень, отдав ей термос, направился к группе постояльцев «Айвотера».       – Давай только чтобы не как в прошлый раз, окей? – напоследок попросил Дилана инструктор, когда тот уже оседлал одну из приготовленных к прогулке кобыл.       – Да ладно тебе, я честно не видел, что там бревно было, – заверил его парень. – Но она же перепрыгнула, так? И девчонки так забавно визжали.       – Выкинешь такой фортель еще раз, я тебя к лошадям на пушечный выстрел не подпущу, – проворчал тот, а потом, тронув пятками своего коня, заставил того перейти на шаг, чтобы выехать вперед и показывать гостям путь. Дилан же привычно пристроился в хвосте всей процессии, следя, чтобы особенно голодные животные не стаскивали своих неуверенных наездников с тропы в погоне за сочными ветками.       Стандартный маршрут конной прогулки пролегал через лес, где всем приходилось следовать друг за другом, но в конце добирался до открытого поля, на котором гости по желанию могли пустить лошадь рысью или даже галопом, если у них имелся соответствующий опыт и навыки. Ширина же лесной тропы позволяла ехать бок о бок только двум наездникам.       И, естественно, Стейси и Тайлер ехали рядом. Приставучий мажорчик так от девушки и не отлипал, продолжая что-то там вдохновенно вещать. Правда, сама она слушала его как будто уже не так внимательно, отвлекаясь на телефон каждый раз, как они по какой-то причине останавливались или замедлялись. Со своего места Дилан не мог толком разглядеть, снимала она, фотографировала или что-то смотрела, но зато отлично видел, что Тайлера ее поведение не слишком устраивало. Видимо, собственную персону он считал заслуживающей куда большего внимания, потому что в какой-то момент начал ощутимо раздражаться и говорить на повышенных тонах.       Предчувствуя недоброе, Дилан провел пятками по бокам лошади, вынуждая ее перейти с шага на рысь и, игнорируя растущие по бокам тропы кусты, устремился вперед.       – Мне просто казалось, что раз мы поехали вместе, то и время должны проводить вместе, – услышал он недовольный голос студентика, подъезжая ближе. – Тот придурок из автобуса сказал же, что у тебя еще будет время на фотки и прочую хрень.       – Я просто хочу записать дорогу, – отозвалась Стейси, и судя по ее голосу, все эти претензии ей категорически не нравились. – Здесь красиво.       – Ты ее уже записала. Тут все деревья одинаковые, разве нет? Слушай, если тебе со мной скучно, ты просто скажи и…       – Ей с тобой скучно, – вмешался Дилан, разворачивая свою лошадь прямо перед ними. – Я подозреваю, что даже тебе самому с собой бывает скучно, не говоря уже об окружающих.       – Опять ты, – недобро нахмурился Тайлер. – Чего ты к нам прицепился?       – Слежу за безопасностью гостей, – в тон ему отозвался парень. – И прямо сейчас ты этой безопасности угрожаешь. Лошадям не нравятся крики, это может их напугать. Так что либо снижай свои децибелы до уровня АСМР, либо мне придется исключить тебя из группы.       – Охренел, что ли? – вытаращился на него тот. – Я за эту прогулку заплатил.       – И не ты один. Мисс Хадсен тоже. Как и все остальные, кого ты сейчас задерживаешь.       Тайлер бросил короткий взгляд через плечо, только сейчас осознав, что они и правда застопорили всю группу. Еще несколько секунд потоптался на месте, а потом плюнул и пустил свою лошадь вперед, обогнув замершего на месте Дилана.       – Я тебя об этом не просила, – заметила Стейси, когда парень посмотрел на нее. – И если ты рассчитываешь на благодарность, то закатай губу обратно.       – Я просто слежу за безопасностью и удобством гостей, мисс, – придав своему лицу всей возможной кротости, произнес он. Хотя почти не сомневался, что откровенно любующийся ею взгляд выдает его с головой.       На секунду ему показалось, что что-то в ее мимике дрогнуло, но распознать зарождающуюся эмоцию парню не удалось, потому что Стейси мгновенно справилась с собой и, равнодушно пожав плечами, тоже легонько сжала ногами бока лошади, вынуждая ту двинуться вперед.       И Дилан, глядя ей вслед, не мог избавиться от идиотской мысли, что завидует коню, бока которого так крепко обхватывали сейчас эти потрясающие ноги.             

~

            Стейси решилась на эту прогулку исключительно ради контента. Вчера вечером, когда ее сестра умчалась кому-то доказывать, что она «не сошла с ума», и пропала с концами, девушка, вместо того чтобы начать беспокоиться за Нолу, почему-то подумала, что та наверняка прекрасно проводит время. Ну… или по крайней мере в свое удовольствие. Лежит, например, где-нибудь на шезлонге с наушниками, разглядывает звездное небо… тревожится, загоняется и парится – все, как она любит, короче. А сама Стейси вот – ворочается на кровати и отсчитывает минуты до конца отпуска. Получилось чуть меньше шестидесяти пяти тысяч, к слову. И из каждой из них придется мучительно выжимать контент, как капли сока из засохшего лимона.       Так что девушка решительно поднялась с кровати, оделась и спустилась на ресепшен, чтобы сфотографировать расписание ежедневных мероприятий, а потом принять участие во всем.       Там-то ее и перехватил Тайлер, неотразимый красавец с улыбкой сердцееда и взглядом молодого альфы. Такой… глянцево-идеальный, будто сошел с экрана какого-нибудь современного подросткового сериала, чей рейтинг держится исключительно на модельной внешности актерского состава, но никак не на сюжете.       Тайлер повторил свое предложение о конной прогулке, которое озвучил еще утром у лифтов, и Стейси подумала, почему бы и нет.       Ей даже показалось немного остроумным покататься на красивой лошади в компании красивого жеребца. Главное только, чтоб он в кадр не попал ненароком, а то подписчики заревнуют.       Верность своей аудитории Стейси хранила строгую. Не то чтобы по собственной воле, просто ни один реальный парень, с которым девушка пыталась сблизиться, так и не сравнился с ее парнем виртуальным – безликим, безымянным, коллективным, и потому безупречным. Он был всегда на связи, терпим, участлив, очень внимателен и заботлив. А еще прощал ей любую глупость, стоило выложить особенно милую фоточку с надутыми губками и детским взглядом. Он очень смешно шутил и подхватывал любую авантюру Стейси, в которую та решала ввязаться на этот раз. А еще он никому не давал ее в обиду, безжалостно расправляясь с любым залетным комментатором, который дерзнул усомниться в том, что его девушка недостаточно хороша.       Поэтому Тайлер тоже продержался недолго. Стейси честно пыталась дать ему шанс, была вежливой и милой, слушала внимательно, не перебивала, поддерживала и хвалила. Но уже в микроавтобусе поняла, что улыбается не потому, что ей искренне весело, а потому что Тайлер ожидает именно этой ее реакции – этой эмоции. Ко всему прочему он так и не задал ей ни одного личного вопроса.       Так что когда девушка перестала оправдывать его ожидания и вышла за рамки предпочтительной модели поведения – он тут же стал резок и холоден. Что ж, невелика потеря. Общих детей и имущества, слава богу, за прошедший час они завести не успели, делить нечего – бон вояж. А она лучше еще контента наснимает.       – Мы сотрудничаем с «Айвотером» уже давно, еще с шестидесятых годов прошлого столетия, – заговорил инструктор, когда группа, наконец, вышла с лесной тропы в поле, посреди которого располагался огромный ипподром. – Раньше лошадей водили прямо к пансионату, это было долго и неудобно, животные уставали, прогулки были довольно однообразными. Но потом мы купили автобус и расширили, так сказать, горизонты возможностей. Собираем группы в близлежащих городках и возим гостей к себе сами.       – И по деньгам, наверное, гораздо выгоднее стало, – предположил кто-то из группы.       – Намного, – кивнул инструктор. – Я тогда еще не работал, но слышал, что в восьмидесятые ипподром чуть не разорился совсем. Не то что сотрудникам платить – лошадей содержать не на что было. Из Мидвэя все, кто хотел, уже побывали, в «Айвотер» тоже приезжали завсегдатаи. И только тогдашние хозяева иногда арендовали лошадей в личное пользование, на пару дней или вроде того.       – А так можно?       Инструктор пожал плечами:       – Можно многое, когда животных нечем кормить.       – Жалко лошадок, – заключил Питер с такой печальной интонацией, будто сдерживал слезы. Так что взрослые тут же перевели тему и постарались отвлечь мальчика.       Следующие часа два они провели на самом ипподроме. Слушали всякое-разное про местное хозяйство, лошадей, особенности ухода за ними и прочее. Сначала Стейси покаталась по кругу рысью, пока инструктор придерживал ее коня за веревку, затем угостила сахаром умилительного пегого жеребенка на тонких ножках, который влажно и немного щекотно мазнул губами по ее ладони, а потом умчался к матери с такой скоростью, будто ему не терпелось похвалиться добычей. В целом, можно было понять его радость, потому что весь остальной выданный Стейси сахар сожрал ее конь Хаос.       Невероятно красивый, но страшно наглый, он тыкался в нее своей огромной черной мордой, обнюхал буквально с ног до головы и оставил несколько подтеков слюней на джинсах. Девушке было странно, неловко, но при этом, когда инструктор сказал, что Хаос явно влюбился, так смешно, что ей непременно захотелось поделиться своим хорошим настроением.       – Вы никогда не догадаетесь, кто меня склеил, – хохотала Стейси, включив трансляцию, а потом перевела камеру на коня. – Он просто фантастический, глядите. Знаете, чем взял? Нахрапом! Я буквально не могла сопротивляться. Эти красивейшие черные глаза, эти ресницы, видите? – Она приблизила камеру, давая зрителям возможность рассмотреть Хаоса лучше, а потом обняла его за морду и поцеловала. – Так что ребята, я, пожалуй, домой не поеду и останусь тут с ним. У него, правда, немного тесно в стойле и плохо пахнет, но, впрочем, чья холостяцкая квартира выглядит иначе, так? Обещал делиться сеном и поить из ведра.       Стейси выцепила несколько реплаев на тему размеров конского члена, но, конечно же, проигнорировала их. Зато с удовольствием озвучила другие каламбуры про то, что соседи его громко ржут и топают, как кони; что с таким парнем Стейси станет «in her high horse», и вообще с виду он довольно «темная лошадка», так что, возможно, девушка сделала ставку не на ту лошадь.       Увлекшись общением с подписчиками, она, наконец, отлепилась от коня и принялась рассказывать, как вообще ее занесло на ипподром, что есть в округе, как погода и прочее, и прочее. Удерживая камеру перед лицом, читая комментарии и неспешно прогуливаясь из стороны в сторону, она совсем не заметила, как свернула не туда.       Возникшую рядом тень девушка выцепила только периферическим зрением – как и нервно дернувшийся лошадиный хвост. Она даже обернуться не успела, не то что осознать происходящее или отойти – только вдох ее оборвался на полпути.       А в следующую секунду Стейси обхватили чьи-то сильные руки, рывком дергая в сторону.       – Ну что я говорил про лошадей и их задницы, а? – услышала девушка голос у себя над головой: недовольный, напряженный, низкий. – Ты вот чем меня слушала?       Крепко сжимая в руке телефон с трансляцией, она подняла перепуганный взгляд на держащего ее человека – и окончательно задохнулась. Парень, работавший в «Айвотере», приятель Нолы – вроде бы Дилан или как-то так – продолжал смотреть на нее чрезвычайно сердито, а еще пытливо, будто в самом деле ожидал от нее ответа на свой риторический вопрос.       От его ли взгляда, от запоздавшего ли выплеска адреналина у девушки повело в животе и ударило слабостью в ноги. И она бы, наверное, даже села прямо на землю, чтобы отдышаться и осознать масштабы неслучившейся трагедии, но парень прижимал ее к своей груди крепко, стискивая талию почти до боли.       – У вас там все нормально? – встревоженно обратился к ним инструктор с другого конца поляны.       – Все под контролем, шеф, – громко отозвался Дилан, а потом снова обратился к Стейси, говоря тише и мягче: – У нас ведь все нормально, да?       – Нормально, – наконец смогла выдохнуть она, только сейчас снова начав соображать. Потом, спохватившись, устремила испуганный взгляд в телефон. Там по экрану уже вовсю бежали множественные эмоджи и вопросы о том, что случилось и все ли с ней в порядке.       Часть из этих эмоджи выражала шок и беспокойство, а часть – злость. И Стейси прекрасно поняла, в чем ее причина, поэтому, холодея от паники, тут же уперлась свободной рукой парню в грудь и попыталась отстраниться. Она бы и матом его послала куда подальше, но трансляция еще шла, а идеальные девушки не сквернословят.       – Спасибо тебе большое, – пролепетала она, выкручиваясь из чужой хватки. – Ты меня спас. Боже, я такая дурочка! – И неловко улыбнулась в камеру, поправляя волосы. – Но благодаря внимательности товарища инструктора, дурочка ваша в полном порядке, видите? Торжественно клянусь отныне всегда слушать то, что говорят профессионалы своего дела и следовать правилам техники безопасности. И вы тоже, пожалуйста, берегите себя, хорошо?       Напоследок она одарила зрителей самой обворожительной улыбкой из всего своего арсенала, трогательно приложив ладошку к порозовевшей щеке, потом послала воздушный поцелуй и закончила трансляцию.       – Да уж, тебе следует быть поосторожнее, – хмыкнул Дилан, который, кажется, тоже купился на это шоу. – Или держать меня поблизости, чтобы я всегда мог выручить тебя, когда…       – Не смей ко мне больше прикасаться! – прошипела Стейси, повернувшись к нему лицом. – Какого хрена ты вообще себе позволяешь?!       Брови парня дрогнули и медленно поползли вверх, а на лице проступило откровенно растерянное и как будто даже по-детски обиженное выражение. Словно он развернул аппетитную яркую конфету и обнаружил внутри сосновую шишку.       Или даже что похуже.       Впрочем, выражение это исчезло почти сразу, не успев сформироваться до конца и уступив место скепсису.       – Я тебе, вообще-то, жизнь спас только что. Не заметила? – уточнил он, сложив руки на груди.       Стейси обратила взгляд на кобылу, к которой случайно подошла сзади, громко разговаривая и жестикулируя, что теоретически могло напугать животное, но лошадь преспокойненько стояла на своем месте, пощипывала траву с кочки и выглядела вполне умиротворенно. Хвостом, кстати говоря, она тоже по-прежнему дергала, отгоняя мух и мошкару, так что Стейси всерьез засомневалась, а было ли тут вообще место подвигу.       Девушка отзеркалила упрямо сложенные руки Дилана и вернула ему скептический взгляд:       – Я бы нарисовала тебе на досуге золотую звездочку и прикрепила на грудь, но за то, что ты влез ко мне в трансляцию и прилюдно облапал, наверное, перебьешься.       – Влез? – округлил глаза он, а потом, словно сообразив что-то, сам себе выразительно кивнул. – А, так ты образовательный контент собиралась снимать? Об оказании первой медицинской помощи в прямом эфире, да еще и на себе? Надо же, какая преданность делу! Хвалю. Давай идеек подкину. Я тут знаю пару отличных скал, откуда можно живописно свалиться. А в холодильнике у меня лежит сэндвич с позапрошлой недели: гарантированные три дня поноса – и мгновенная смерть.       Все это он говорил не то чтобы с издевкой – хотя и это, безусловно, тоже, – но еще с таким ненадуманным возмущением, будто Стейси только что оскорбила его в лучших чувствах.       Кем он себя возомнил вообще?       – Ты что, – уточнила она, глазам и ушам своим не веря, – отчитываешь меня сейчас?       – А на что это, по-твоему, похоже?       Девушке потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с желанием огрызнуться, поставить его на место, сообщив, что так-то отец у нее уже есть и в дополнительном источнике нотаций она не нуждается. Надменный и колючий подросток в ней требовал поступить именно так, но, будучи дочерью своего отца и вопреки распространенному мнению, Стейси Хадсен отлично умела подбирать слова и прогнозировать их эффект. Поэтому, подумав, что лучше не заводить столь личную и болезненную тему с первым встречным-поперечным – тем более реальным – девушка покачала головой и выразительно вздохнула:       – Ладно, окей, дядь, – сменил она тон на примирительный. – Я поняла. Если сейчас ты получишь мое «спасибо», то потом наконец отвалишь?       Дилан пару раз недоуменно моргнул, а потом мимика его снова поползла: брови сложились трогательным домиком, уголки губ дернуло вниз, а в интонациях зазвучало столько драмы, что хватило бы на целую театральную труппу.       – Дядь?! – патетично просипел он. – Серьезно? Сколько, по-твоему, мне лет?       Стейси окинула его оценивающим взглядом и выдержала паузу.       Вообще-то, выглядел он молодо. Девушка не взялась бы с уверенностью сказать, что именно создавало такое впечатление. Может, его живая и убойно харизматичная мимика, может, этот забавный, чуть вздернутый нос, или кепка, повернутая козырьком назад, из-под которой озорно торчали темные волосы – но симпатичный, обаятельный и подвижный, Дилан, кажется, принадлежал к тому типу людей, возраст над которыми был не властен.       Но льстить ему Стейси не собиралась. И хоть она прекрасно знала, сколько парню лет – двадцать пять, Нола упоминала об этом еще в день приезда, – однако чисто из вредности решила преувеличить:       – Тридцать три?       Дилан схватился за сердце и побрел омертвевшим взглядом по земле:       – О господи… – А потом чуть согнулся в корпусе, будто ему в самом деле не на шутку поплохело. – Вот так и знал, что на банке того омолаживающего крема для пяток наврали про чудодейственный эффект…       И хоть все предыдущее театральное представление Стейси перетерпела стойко, но последняя его фраза показалась ей настолько тупой и нелепой, что девушка все же прыснула.       А тот как будто только этого и ждал. Самодовольно хмыкнув, он выпрямился и погрозил ей пальцем:       – Ты все-таки улыбнулась.       – Нет, – качнула головой девушка, лицо которой немедленно вернуло равнодушное выражение.       – Улыбнулась, – доверительно сообщил парень, шагнув к ней поближе и смерив плутоватым взглядом.       – И ничего подобного!       – Я все видел. И даже слышал.       Стейси обреченно закатила глаза:       – Ну, даже если так. Дальше что?       – Ничего, – пожал плечами он. – Просто в мире взрослых дядь говорят, что если человек улыбнулся, то и злиться точно перестал. Не злись на меня, вредина. Я правда за тебя перепугался.       Это совершенно неуместное, но как будто почти интимное обращение, вкупе с последним признанием, сказанным приятным и мягким голосом, странно взволновали Стейси. Глядя в теплые карие глаза с искорками смешинок, она вдруг почувствовала, как в животе вспорхнула стайка бабочек.       Всю дорогу до пансионата девушка страшно злилась на себя и за эту свою реакцию, и за то, что взгляд ее то и дело возвращался к затылку Дилана, спрятанному под козырьком кепки, на которой большими буквами красовалось название пансионата. Парень снова занял место рядом с девушкой-водителем, о чем-то с ней оживленно беседовал, улыбался от уха до уха, поворачивался, демонстрируя свой задорный профиль, чем-то отдаленно напоминающий лисий нос, и вообще, кажется, пребывал в приподнятом настроении.       Стейси терпеть не могла инфантильных парней, а также клоунов, шутов и трикстеров. Хуже них были только напыщенные альфачи, типа Тайлера, которые в упор не видели никого и ничего, потому что глаза им застило собственное безразмерное эго. Ни тот, ни другой типаж и в подметки не годился ее виртуальному парню.       Кстати, как он?       Девушка сделала селфи, постаравшись четко дать понять на кадре, что она уже в автобусе и чувствует себя прекрасно, потом быстренько обработала фотографию и выложила в инстаграм с припиской «Еду домой, милые. Живая и здоровая». А потом принялась ждать реакции.       Связь на лесной дороге ловила плохо, так что оставшиеся минут двадцать Стейси коротала время тем, что приказывала глазам смотреть исключительно в окно, пока сама жестоко давила по одной каждую из тех крылатых паразиток, что тихонечко щекотали ей внутренности до сих пор.       Что за дела, вашу мать?!       Когда микроавтобус наконец-то остановился, Стейси пулей вылетела из него и, не оборачиваясь, ускакала в номер.       На часах было время обеда, но Нола, кажется, только проснулась, так как постель ее была не заправлена, а в душе шумела вода.       Стейси плюхнулась на свою кровать и открыла последний пост, под которым, по ее подсчетом, уже должно было накопиться достаточно комментариев, чтобы оценить общее настроение подписчиков.       Ситуация оказалась довольно неприятной. Ей продолжали припоминать не только коня, но и «инструктора», обвиняли в легкомысленности и негодовали, почему она не дала отпор, когда ее нагло лапали.       Значит, заметили. Черт…       Теперь девушка почему-то даже не сомневалась, что никакой угрозы для ее жизни на самом деле не было, а Дилан преследовал какие-то собственные цели. Может, просто решил зло подшутить, а может, и правда таким дурацким способом подкатить хотел. В конце концов, Стейси не дура, и видела, каким облизывающим взглядом он на нее сегодня пялился...       Вдруг мобильник в ее ладони завибрировал, и сверху экрана спустилось уведомление о донате величиной в один доллар. А к нему приписка:       >> RainDeer_xo: Купи себе на обед что-нибудь из меню для грязных шлюх.       – Твою мать, – цыкнула Стейси, плотно сжав зубы.       – О, вы уже приехали, – вдруг раздался голос вышедшей из душа Нолы. Она сделала несколько шагов и сладко потянулась во весь рост, встав ровно по центру комнаты. – Дилан с вами был?       – Да что ты пристала ко мне со своим Диланом?! – взорвалась Стейси внезапно даже для самой себя и, подскочив с кровати, пронеслась мимо сестры. А потом заперлась в ванной.