Только по праздникам

      Гостиная на Гриммо была полна друзей, все по обыкновению расселись за столом и непринужденно болтали. Вокруг них летали маленькие летучие мышки, которые следили за праздником.       Если кто-то не был увлечен всеобщими разговорами и сидел с кислой миной, то эти летучие мышки сразу кусали его за ухо.       Невилл шептал на ухо Пэнси какие-то нежности, и вряд ли он нахваливал украшения дома, судя по ее довольной ухмылке.       Джинни сидела на коленях у Блейза, ни капли не стесняясь, и хохотала от веселого комментария своего парня. Тео с Гарри, как обычно, восседали во главе стола и правили праздником. Они ввели условие для костюмов в этом году — магловские фильмы — и были довольны проведенной подготовкой. Стол ломился от закусок и разнообразных «страшных» коктейлей.       Гермиона сидела рядом с Луной и жаловалась подруге на череду неудачных свиданий. Последние два месяца Гермиона побывала на нескольких встречах и с коллегами из Мунго, и сокурсниками с Хогварста, была даже попытка отношений с маглом. Но, слава Мерлину, она быстро выяснила, что он оказался женат.       Гермиона начала ходить на свидания после того, как узнала, что Малфой добровольно уехал на длительную операцию во Францию сразу после дня рождения Гарри. Ей рассказал об этом Тео, он поделился душевными метаниями друга и причинами его отъезда.       — Он верит, что не заслуживает тебя, — сказал Тео с небольшой ноткой драмы, поднимая брови. — И что ему не будет прощения, поэтому делает то, что считает правильным. Избегает тебя, своих друзей, — подчеркнул Тео, указав рукой на себя, — и прячется во Франции.       Гермиона не знала, насколько следует верить в слова Тео, он вполне мог преувеличить чувства Малфоя из добрых побуждений, если там вообще были чувства к ней. Поэтому, сбившись со счета, сколько раз она ставила точку для себя на своей школьной влюбленности, она с усердием начала ходить на свидания.       Она всей душой надеялась найти хорошего и надежного партнера и не слушала тот маленький голосок в голове, который утверждал, что эти чувства вовсе не остались в прошлом.       Но она не смогла найти себе спутника и в который раз сидела в одиночестве в окружении парочек. И это сильно отразилось на моральном настрое Гермионы для дальнейших поисков, она устала ходить на бесполезные свидания.       Да, иногда это приятный способ провести время, но уж точно не гарантированный. И сейчас ее стали одолевать негативные мысли.       Гермионе было тяжело признаться себе, но она боялась одиночества. С самого раннего детства ей было знакомо это чувство. Будучи уже взрослой женщиной, она не видела ничего плохого в независимом и свободном образе жизни, ей нравилось проводить время с друзьями или уделять его работе. Но все чаще хотелось приходить со смены не в пустую квартиру, а туда, где ждут, или ждать самой. Хотелось тепла и взаимности, как и всякому не лишенному сердца человеку.       Но, видимо, не судьба. С Роном отношения не задались, Малфой не желал быть ей даже другом, не говоря уже о какой-то романтике. Может, они общались так много вначале просто потому, что она прилипла к нему как банный лист?       О Мерлин! Ведь чаще всего именно она инициировала их разговоры! Ему наверняка было неудобно ей отказывать в общении, если он чувствовал вину. Скорее всего, ему было жалко ее, что она так отчаянно искала его компании. А когда услышал, что Гермиона якобы хочет встречаться с другим, подумал, что может уже и отойти в сторону.       Кошмар! Или бред?       Рассказав Луне о своих неудачных похождениях, Гермиона успела выпить пару тыквенных коктейлей, как ее прервала вспышка камина. Из зеленого пламени появился Малфой, отряхнувшись от сажи.       Вслед за ним вышли две девушки, и если одну из них Гермиона смутно узнавала, то вторую видела первый раз. Именно ту, которая, выйдя из камина, взяла под руку Малфоя.       — Дафна, давненько не виделись! — Тео вскочил со своего места, чтобы поприветствовать прибывших гостей.       Гермиона не испытывала никаких негативных эмоций к своей однокурснице со Слизерина. Она помнила сдержанную, немного холодную и не общительную, но одаренную холодной и дерзкой красотой девушку.       Пока все удивлялись присоединением еще новеньких к их компании, Гермиона смотрела на Малфоя, который, к ее удивлению, пришел не в мантии аврора, а в костюме. Любой бы понял, что он дорогой и сшитый на заказ. И за этот костюм в области локтя цеплялась невысокая брюнетка с огромными голубыми глазами и таким наивным и довольным видом, что сразу не понравилось Гермионе. И дело не в том, что они пришли вместе, просто ей не нравились люди «без претензии на интеллект». Она была уверена, что дело только в этом.       Гермиона незаметно сканировала эту парочку, когда наткнулась на ответный взгляд серых глаз. Но не увидела в них ни усмешки, ни гордости, ни сожаления, только пустоту. Гермиона задумалась, не использует ли он окклюменцию. Но на середине размышлений причин, зачем Малфою прятать свои эмоции, к ней подошла Дафна.       — Гермиона, рада тебя видеть! — Дафна сдержанно улыбнулась, — Я слышала, ты целитель в Мунго, наша мама была в восторге от лечения, а она ненавидит уходить из поместья, да и вообще людей. Ты ее покорила, — хохотнула Гринграсс.       — Дафна, привет! Да, мне потребовалось много усилий, чтобы доказать твоей маме, что в приемах больше нет необходимости. А ты чем занимаешься? Твоя мама говорила про учебу, но, боюсь, могу что-то спутать.       — Да, я отучилась на архитектора и теперь планирую агентство в Лондоне, ищу заказчиков. Так что, если захочешь дом, который будет отражать тебя, ты знаешь, к кому обращаться, — указала на себя Дафна. — А это моя младшая сестра — Астория, училась на пару курсов младше нас в Хогвартсе, — Дафна подозвала девушку рукой.       — Астория, — деловито протянула руку младшая Гринграсс. — Дафна вечно представляет меня как младшую сестру, не может отстать со своей опекой, — надула губы Астория, что придало ей поистине детский вид.       — Гермиона. От таких привычек сложно избавиться, особенно старшей сестре, — сказала она, на что получила теплую улыбку от Дафны.       — Я работаю моделью в Париже, Лондон далек от моды и искусства, — скучающе произнесла Астория. Гермиона нахмурилась, не привыкшая к такой манере общения. — В Париже так много выставок и показов. И я частый гость, не только как модель, но и как ожидаемая персона.       — М-м, звучит многообещающе, — неуверенно проговорила Гермиона и посмотрела на Дафну, которая всем видом извинялась за сестру.       Но Астория не замечала их взглядов и продолжала говорить о своих перспективах в модельном бизнесе. Повезло, что Джинни в ультимативной форме предложила сесть за стол. Активные разговоры, в которых Гермиона старалась участвовать, вкусная еда и коктейли смогли отвлечь ее на пару часов.       Но когда компания начала расползаться по углам и интересам, Гермионе стало еще сложнее не смотреть вперед — именно туда, где сидели Малфой с Асторией. Понимая, что нужно срочно отвлечься от наблюдения за парочкой, она стала искать Луну. Та оказалась вовлечена в беседу с Дафной, Забини и Джинни, и Гермиона решительно направилась к ним.       — И вот Блейз разбил мне сердце, бросил учебу и стал только скупать недвижимость, а я до сих пор горю архитектурой и созданием чертежей, — вещала Дафна.       — Погоди, — нахмурилась Джинни, указав на Блейза. — Вы встречались?       — Какое-то подобие отношений у нас было в Хогвартсе, но после этого мы остались хорошими друзьями, — ответила Дафна, но было видно, что Джинни не особо довольна новой информацией.       — Детка… — начал Блейз, пытаясь приобнять Джинни, но, встретив отпор, перестал.       — На самом деле, после него я поняла, чего действительно хочу, — решила вступиться Дафна. — И… Как бы сказать… Это точно не мужчины, — Дафна улыбнулась Луне, у которой появился небольшой румянец после этих слов.       — О, — брови Джинни поднялись. — Так значит, после Забини девушки переходят на другую сторону, — довольно ухмыльнулась Джинни. — Как же ты довел бедную девушку…       — Ладно-ладно, — прервал тираду Блейз. — Один-один, я не буду больше шутить про тебя и Поттера.       — А я давно говорила Дафне, что не надо так напрягаться, чтобы открыть свое агентство, всегда можно найти спонсора, — с воодушевлением сказала Астория, не заметив непонимающих взглядов на такую резкую смену темы.       — Дорогая, тут все работают или ведут свое дело, им, как и мне, близко самим достигнуть результатов без родителей или мужчины, — убеждала сестру Дафна.       Гермиона почувствовала непонятную бурю ощущений из-за Астории и стоящего рядом с ней Малфоя. Это была злость на Драко, ревность к Астории, которая смотрела на него своими наивными глазами, обида на Драко, что пропал, а потом объявился, и гнев на себя, что ей не все равно.       Ей срочно надо собраться с мыслями и успокоиться, она не собиралась выставлять себя на посмешище.       Заходя на кухню, Гермиона встретилась с добрыми глазами Тео, который сидел на подоконнике и курил в окно.       — Не все магловские штучки доведут до добра, никотин убивает, Теодор.       — У меня есть хороший друг — целитель, она меня вылечит от любой болезни, — широко и по-доброму улыбнулся Тео, Гермионе стало дышать чуть легче, от Тео она всегда получала поддержку и заряжалась позитивом. — Мне жаль, Гермиона.       — Не понимаю, о чем ты, — вздернула нос Гермиона, но голос ее выдал. Не выдержав слишком извиняющийся взгляд Тео, она разозлилась. — Меня не надо жалеть.       — Мне жаль своего друга, — ответил Тео, но, столкнувшись с непонимающим взглядом подруги, продолжил: — Он просто…       — Тео, — ледяной голос Малфоя раздался за их спинами.       — Мне пора, — Тео отчалил с кухни, оставив вместо себя неловкость и молчание.       Гермиона не знала, что хотела сказать. Она так запуталась в их отношениях.       Сначала ей казалось, что он позовет ее на свидание. Потом какая-то глупая ситуация с тупым Чарлзом, будь он неладен, Гермиона пыталась наладить их общение, но Драко избегал ее. Дальше она пришла с Хадсоном, ссора с Малфоем, а затем Драко и вовсе уехал во Францию. Она так и не понимала причины его отъезда, о чем он думал и нравилась ли она ему.       Но он ей нравился.       Гермиона смогла себе в этом признаться, когда в его серых глазах она увидела не пустой цвет окклюменции, а истинный жизненный свет.       Тот, который она изредка замечала еще на четвертом и пятом курсах Хогвартса. И который она часто наблюдала, когда они общались в этом году.       У них действительно было много общего, ей нравился интеллектуальный вызов, который он ей бросал, как он внимательно ее слушал. Ей нравился его профессионализм, как он рисковал ради миссии и ответственно относился к работе. Ну и он неплохо смотрелся в форме аврора.       Но он пришел сюда с Асторией. Он сам решил укатить во Францию и найти себе там эту модель. Гермиону обуяла злость.       — Не боишься оставлять Асторию одну, Малфой? А то найдет себе другого покровителя, пока ты здесь, — едко сказала Гермиона, отвернувшись.       — Грейнджер, — устало начал он, — я хотел поговорить.       — Не думаю, что нам есть о чем говорить. Ты здесь с дамой, не забывайся.       — Да? А ты закончила скакать по свиданиям? Уже перебрала всех волшебников?       — Что? Это тебя не касается!       — Моя личная жизнь тоже тебя не касается!       — К моему счастью! — огрызнулась Гермиона и направилась к выходу из кухни. Когда Малфой перегородил ей дорогу, она прорычала: — Уйди, Малфой.       — Мы. Не. Договорили.       — Я не собираюсь вести с тобой беседы, это бессмысленно, — Гермиона обошла его и вышла из кухни.       Уже находясь дома, Гермиона смогла перевести дыхание. Ей нужно было обдумать все, что произошло. Но завтра. Сегодня она даст себе время погрустить, поесть мороженое и посмотреть глупый фильм.       — Как героиня Мерлин знает какой мелодрамы, — пробубнила Гермиона с ложкой, полной мороженого, во рту, нажимая на пульт.