Спаси, найди, успей!

      После обеда Чонгук не мог найти себе места. Какое-то внутреннее беспокойство заставляло бесцельно бродить по городу, ноги сами несли его незнамо куда и зачем.       Вышел на набережную, посидел на парапете, отделяющем пляж от проезжей дороги, спустился к кромке воды.       Что-то тревожное звенело в воздухе, слышалось в шуме волн, трепало ветром волосы и душу.       Посидел на нагретой солнцем за день гальке и уже хотел уходить. Внимание привлёк человек на волнорезе, довольно далеко уходящем в море. Такой каменный барьер, шириной чуть больше метра.       Высокий стройный парень лёгкой походкой шёл к самому концу волнореза. Видимо, хотел понырять на глубине, Чонгук тоже так делал. Парень почти дошёл до края и остановился, вглядываясь в море.       Чонгук перевёл глаза и опешил — к берегу молча и угрожающе катила огромная чёрная волна, гоня перед собой грозовой ветер. Он моментально вздыбил песок и пыль, мелкая галька полетела в лицо и всё наполнилось звуками, шумом и грохотом.       Это была волна — охотник. Такие появлялись весной или осенью, сметали всё на пути, часто оставляя на берегу бездыханных дельфинов, больших рыб, а то и людей. Приходили эти волны неожиданно из ниоткуда и исчезали внезапно в никуда.       Чонгук перепрыгнул обратно через парапет на шоссе и оглянулся — парень на волнорезе бежал к берегу, но явно не успевал, волна уже близко завихряла локоны пены и шумно ударяла по каменному барьеру.       В один момент она догнала и слизнула человека в море. Чонгук видел, как тот барахтается и пытается плыть под прикрытием волнореза, но коварная волна подхватила посмевшего сопротивляться ей, отнесла чуть в сторону и швырнула об камень барьера! Отхлынула и оставила после себя пустое пространство, без человека…       Ошалевший от увиденного Чонгук на бегу сбросил обувь и джинсы, добежал по равнодушному камню до того места, где последний раз видел пловца и нырнул в бушующие волны. Сразу ушёл на дно и открыв глаза попытался рассмотреть что — либо в мутной воде. С облегчением почти рядом увидел парня, странно висевшего в воде. Подхватил под мышки, на секунду вынырнул, сориентироваться, где берег и опять под водой поплыл к нему быстрыми взмахами. Ближе к берегу волны стали тише, спаситель вытащил неподвижное тело на гальку, подальше от воды. Чонгук обеими руками взял парня со спины за живот, поднял и потряс им.       Сильный, тренированный, он легко справлялся с незнакомцем. Изо рта и носа у того потекла вода. Положив парня, увидел безжизненное лицо, синие губы. Никаких признаков жизни…       Огорчённо заматерившись, Чонгук сложил руки и стал делать искусственное дыхание. Раз, два, три на грудь и вдох через синие холодные губы, предварительно проверив, чтоб не запал язык.       Теряя силы и надежду, нажимал и дышал, мысленно прося небо о помощи. Уже совсем отчаявшись, выпрямился, вытер откуда-то взявшиеся злые слёзы… Вдруг тело дёрнулось, изо рта опять вылилась вода и парень закашлялся, повернулся набок.       Чонгук обрадовано схватил его, посадил, придерживая, заглянул в лицо:       -Слава небесам! Ты очнулся! Я уже совсем потерял надежду…       Незнакомец медленно поднял ресницы, и будто теплее стало вокруг, светлее. На бледном лице с синими губами открылись большие тёмно — карие глаза, лучившиеся необычным сиянием. Они смотрели и не видели, будто ещё сознание не включилось.       -Ты как? Что — нибудь болит?       По щеке и по шее парня потекли ручейки крови, он обмяк и затих.       Чонгук с ужасом обнаружил рану сбоку на голове, довольно глубокую. Он осторожно положил тело на землю, сорвал с себя мокрую футболку и аккуратно замотал голову парню. Оглянулся вокруг — никого!       -Телефон! Мои брюки.       Побежал по пляжу, нашёл свою одежду. К счастью, телефон был цел и работал:       -Отец! Я на пляже. Вытащил из воды парня без сознания, ударился о барьер. Сделай что-то, помоги!       --Я понял, сейчас найду тётю Неён, приеду. Жди! Говори с ним!       Отец Чонгука работал водителем на скорой, ему не надо было долго объяснять ситуацию. Тётя Неён, их соседка — врач.       Чонгук захватил свою одежду, обувь, нашёл ещё кучку, видимо, этого парня, так как пляж был пуст. Рубашка, брюки, кроссы, барсетка…       Вернувшись к спасённому, увидел, что того бьёт крупная дрожь, губы совсем синие, сознания нет.       «Он совсем замёрз! Надо одеть его, что ли…»       Накинул на грудь сухую рубашку, стал одевать ему брюки. Ноги засунул в брючины быстро, приподнял попу, надевая дальше…            Проблемка… Довольно приличный бугорок в трусах не давал полностью натянуть и застегнуть джинсы… Скривив гримасу, Чонгук решительно взял его в руку и засунул в брюки, застегнул.       Прикасание к чужому члену как-то зацепило, хоть и через ткань, но явно ощущался достойный орган даже в такой ситуации…       Надел парню обувь, быстро натянул свои брюки и шлёпки. Приподнял очень осторожно, приговаривая что-то, одел рубашку. Не стал опускать его обратно на холодную гальку, обнял, как ребёнка, прижал к себе.       --Откуда ты взялся такой… Явно, приезжий. Тебя будут искать, волноваться. — говорил всё подряд, как отец советовал, удерживая внимание парня. Хотя тот вряд ли слышал, без сознания…       Вглядывался в чужое лицо… Чем больше смотрел, тем красивей оно было. Парень согрелся, чуть порозовел, губы уже не синие. Убрал мокрые волосы с большого, чистого лба. Погладил густые полукругом брови.Обнаружил милую родинку на кончике высокого носа. И на губе. Губы очень красивые, полные…       Чонгук вдруг понял — совсем недавно он, можно сказать, целовал эти нежные губы! Брал в свои, проталкивая дыхание. Много, много раз… Но тогда они были холодные, бесчувственные. А сейчас?..       Неожиданно даже для себя, наклонился и легко поцеловал… Касался ещё и ещё, еле слышно, не мог остановиться… Притягательные, волнующие…они вдруг дрогнули и приоткрылись.       Чонгук отшатнулся — на него смотрели! Эти невероятные глаза! В глубине омуты и сияние…       --Прости…- пролепетал Чон. К своей радости услышал звук подъехавшей машины.- это скорая, там врач. Всё хорошо.       Парень слабо улыбнулся.       Тётушка Неён быстро разобралась в ситуации, что-то вколола, перебинтовала и велела отцу Чонгука:       --Санитара не взял, неси сам его в машину, парню ходить нельзя.       Странно поглядывая на сына, тот подхватил больного и унёс, бросив на ходу:       --Ты тоже в машину марш, потом домой отвезу. Не пойдёшь же голышом по городу.