(Не)верный выбор 2. Сломанные маски.

Лине было, с одной стороны, так страшно сделать шаг вниз, но с другой - хотелось уже распрощаться с жизнью, закончить свои мучения, и, наконец, встретится со своей матерью там... А где там? "Там" - понятие растяжимое. Для всех это "Там" означает совершенно разные вещи: Рай и ад, перерождение, воскрешение души, и так далее, судя по разным мировоззрениям и религиям мира. Стоя здесь, на краю, в голову прилетали разные мысли: "что будет с Сережей?", "Что будет, когда во всей школе узнают, что я успела?", "А Саша? Что будет с ней? Как она отреагирует?", "А Артем? Что если он вдруг объявится, а меня тут уже... Не будет? Он будет скучать?". Последняя мысль больше всего не давала покоя, ведь об Артем не было ничего слышно и ничего не видно с того дня, когда Кудиянову избили. В какой - то моменте Эвелин начало казаться, что его нет на этом свете уже, либо он уехал куда - то далеко. Зная о том, что он был должен денег, первый вариант казался девушке более вероятным. В душе из - за этого была еще одна дыра. Впервые она искренне полюбила человека, но он, получив все, что ему было нужно просто... Просто исчез. Лина чувствовала себя использованной игрушкой, которую выбросили за ненадобностью. Она помнила каждый день из семи, проведенный с Антипенковым. Каждая минута рядом с ним приносила девушке счастье. Даже тогда, когда у него были сильные галлюцинации, когда он, временами из - за них не узнавал ее, или считал призраком, или еще чем - то. На ее руке навсегда останется память о нем - наскоро сделанный, самодельный браслет, который он подарил ей за день перед тем, как исчезнуть. Кажется исчезнуть навсегда... Шрамы на предплечье теперь будут напоминать Кудияновой о том дне, когда она чуть не убила человека. Порезы-то заживут, но шрамы останутся навсегда, заставляя помнить каждый момент того дня. И никакими мазями или кремами, чтобы убрать последствия - из уже не скрыть. Лине не хватило смелости сделать это. Она просто не смогла вот так оборвать жизнь. Это тяжело, принять такое решение, но тяжелее всего - исполнить его. Многие люди совершают попытку суицида, но не многие доводят дело до конца. Кого-то спасают обстоятельства, кто-то становится инвалидом, который может лишь смотреть в одну точку и сожалеть о содеянном, а кто-то уже навсегда теряет способность смотреть в глаза родным, опуская их как можно ниже, чувствуя за собой вагон вины за то, сколько боли он причинил тем, кто любит его, тем, кто всем сердцем верил в этого человека. Верил, что он справиться со всем. Эвелин отошла от края, и присела на бетонную крышу. На небе уже стали появляться звезды. Многие из них уже давно погибли в космосе, но все так же ярко, как при жизни, продолжают светить тут, на земном небе. Девушка посмотрела на одну из них, и потянула руку в сторону звезды. Она знала, что до них миллионы световых лет, но Лина начала чувствовать себя звездой. Звездой, которая давно умерла, но продолжает сиять так ярко, насколько это возможно. По щекам покатились слезы, которые уже было невозможно сдерживать. Чувство стыда накрыло с головой, словно какой-то монстр, пожирающий ее тело и душу, отрывая конечности, но при этом - оставляя в живых, и заставляя мучиться от боли. Лина не знала, сколько просидела там, и начала спускаться с крыши. Выйдя из подъезда, к ней подошли несколько парней, которых она раньше видела в квартире Темы. — О, Линуська! Привет! — Один из них подошел к Кудияновой ближе, — Как ты? — Ой, привет. — Лина обняла знакомого в знак приветствия, — Ты же Макс, верно? — Верно, маленькая, он Макс. — К ним подошел еще один, — А я - Валера, помнишь меня? — Ну, — Эвелин попыталась вспомнить его, — Не очень, если честно, — Она не помнила. — Как дела-то? — Макс повторил свой вопрос. — Да вот... Как - то не очень. Вы же слышали, что произ... — Девушка не успела договорить, как Валера перебил ее. — Слышали - слышали. — Он как-то странно улыбнулся, — Не хочешь развеяться, отдохнуть? — Парень приобнял ее за плечи, — Мы как раз тусовку устраиваем, погнали с нами? Лине стало не очень комфортно находиться с ними, и она попыталась убрать руку Валерия со своих плеч, но он надавил на нее, не давая возможности уйти. Стало немного страшно и неспокойно, но виду девушка не подала. — А вы может, знаете, где Тёма? — Кудиянова решила попробовать сменить тему, в надежде, что они отстанут. — Да мы его не видели уже давненько. — Теперь в беседе их было четверо. Третий из парней тоже решил влезть в разговор. — Линусь, давай, не противься, — Теперь и Макс подошел к ней, — Давай, садись в тачку, поедем, выпьем - расслабимся. Эвелин немного подумала, и решила, что сегодня был тяжелый день, и может вправду, стоит поехать, и отдохнуть от всего. Она очень устала за эти несколько часов, а то, что произошло днем... Это добивало. Разбивало сердце на мелкие осколки. — Ладно, уговорили. — Девушка пошла за друзьями к их машине, — Только недолго! — Да Линусь, через часика три отвезем до дома! — Макс открыл дверь перед Кудияновой, и сел рядом за руль. Уже в машине Валерий достал наполовину пустую бутылку водки, одноразовый стаканчик, колу. Парень налил в стакан сначала водку, а потом и колу, и дал все это Лине, которая, дабы не как она считала, позорится, выпила все залпом. Ей стоило больших усилий сдержать рвотный позыв из-за вкуса водки, которую, похоже, налили больше, чем колы. — Ну что, как тебе? — Валера смотрел на девушку хищным взглядом, но она не замечала этого, — Вкусно? — Да, заебись! — Она соврала, — Давайте еще! — Да, выпендриваться стало важнее здоровья. — О-о-о-о, наша девочка вошла во вкус! — Макс громко засмеялся. Неожиданно для себя, Лина почувствовала на своем левом колене руку Макса. Он начал гладить девушку по коленке, и медленно поднимать руку выше. Когда рука парня коснулась бедра, Эвелин дернулась. — Давай, малышка, — Валера снова протянул стакан который Лина выпила залпом. Даже несмотря на то, что колы там почти не было. — Во! Это по нашему! — Третий толкнул Валерия в плечо, — Мощная девка, да, Лерчик? — Они оба засмеялись. Прийдя в квартиру, как Кудиянова позже узнала, Макса, она обнаружила, что кроме них тут никого нет. Хотя парни обещали ей "вечеринку". Внутри стало нарастать необъяснимое чувство тревоги и страха. Войдя в гостиную, Макс принес еще одну бутылку водки, колу, и какой - то, как Лине показалось, коньяк или ликёр. Телефон девушки уже несколько раз вибрировал, но она даже не обращала на него внимания, допивая один стакан за другим вместе с парнями. — Линусь, — Валера пододвинулся к Кудияновой ближе, и приобнял за плечи, — Чего грустная такая сидишь? — Он приспустил кофту на плече Лины, и провел пальцами по плечу. — Я... Я... Н-н-не... Грустная! — По голосу и поведению можно было догадаться, что Эвелин была уже очень пьяна, и переставала давать себе отчет в том, что она делает. — Да ну! Вон, морда грустная какая! Дэн, глянь-ка! — Валерий взял девушку за подбородок, и засмеялся. — И вправду! Сейчас развеселим! — Денис достал из кармана штанов какую - то пластину с таблетками и протянул их Кудияновой, — Давай, три бери, улетишь. Лина замешкалась, не зная, что ответить и что делать. Артем никогда не позволял никому давать таблетки / порошок / куски чего-либо Эвелин. Он жестко контролировал все это, несмотря на то, в каком состоянии находился. Антипенков всячески старался уберечь девушку от этого, дабы она не пошла по его стопам. Вспомнив все это, и поведение Артема, когда он находился под наркотиками, Лина немного задрожала. С одной стороны хотелось попробовать, а с другой - страх. Страх стать такой же, каким был Тёма. Страх стать зависимой. — Но ведь от одного раза ничего не будет, да? — Нервничая спросила Эвелин, робко протягивая руку за пластиной с таблетками. — Нет, нет, ты чего! — Фактически хором сказали все трое, — Один раз попробуешь, и все! Не понравится - больше брать не будешь! — Ден выдавил три таблетки из платины, и дал их в руку Кудияновой. Лина несколько секунд смотрела на три круглые и маленькие таблетки, прежде чем взять колу, и выпить их под аплодисменты друзей. Эффект наступил не сразу. Спустя тридцать минут голова начала кружится, перед глазами все поплыло и стало двоиться. Эвелин попыталась встать с дивана, но сразу же упала, из - за чего "друзья" засмеялись. Сознание начал отключатся. Сильно захотелось спать. *** — Да ебаный в рот! — Сергей в очередной раз набирал номер Эвелин, но шли лишь гудки. Ответа не было. — Да забей ты. — Друг, который сидел рядом с ним в машине пытался его успокоить, — Утром придет. — Парень сделал глоток из стакана с кофе, — Не первый раз. — "Забей ты". Легко сказать! — Костенко продолжал сбрасывать и набирать снова, — Она нужна мне. Живой. — Ну, понятно, что не мертвой. — Парень попытался пошутить, но сразу же после фразы неловко кашлянул, и продолжил пить кофе. — Просто... Блять... Она напоминает мне меня... Только не в ее возрасте, а чуть постарше, вот. — Так, Серега, а тут поподробнее! — Ну, начнем, — Сергей вдохнул и выдохнул, — Меня тогда повысили в "КГБ", и вышло так, что начал встречаться с... С одной девахой... В общем, закрутилось, чуть до свадьбы не дошло, но... — Он достал сигарету, — В общем, убили на моих же глазах. — Поджог и сделал длинную затяжку, — Я бухал, — Сказал, и одновременно выдохнул, — Пытался как - то заглушить все это. Пробухал два года, а потом, когда чуть не потерял работу, остановился, и понял, что жить надо дальше. А после этого, до моей башки дошло, что я лишь сильно привязался к ней. Не любил. Привязался. — Так, а Линка тут причем? — Она тоже потеряла того, кого любила. Свою мать. Ее отец убил маму, и она только недавно узнала об этом, ну, — Мужчина снова затянулся, — Месяц назад возил ее на кладбище. — Серег, это было ожидаемо. Она - подросток, для нее сейчас каждая мелочь важна и причиняет боль. А тут еще и такое! — Парень тоже взял сигарету из пачки, которую Костенко положил около коробки передач, — Терпи, брат, терпи. — Я к ней привязался. Ну, к Линке. — Э, — У друга глаза стали, словно пятирублевая монета, — За это восемь лет дают! Хах! — Он снова попытался пошутить, но на этот раз еще более неудачно, чем в первый. — Лёш, ты совсем дебил? — Сергей снова набирал Эвелин, — Ты такие вещи говоришь, что я порой в ахере с тебя. — Да я обстановку разрядить, не больше. — Алексей закурил, — Ты чего все так буквально воспринимаешь? — У тебя ж у самого дочка, так что подумай о том, что говоришь. *** Лина проснулась, когда на улице уже было очень светло, даже независимо от того, что солнце было скрыто белой пеленой облаков. Низ живота почему - то немного болел, но девушка не придала этому значения. Она не помнила, что было вчера вечером, а ночь - тем более. Ей казалось, что она проспала часов двенадцать, не меньше. Догадки подтвердились, когда она взглянула на экран телефона, который лежал рядом. Оглянувшись, Эвелин поняла, что находится не в своей комнате, и даже не в своей квартире. Рядом с ней лежал все еще спящий Макс. Девушка взяла свой телефон еще раз, и теперь ее внимание привлекло количество пропущенных от Сергея, и несколько с незнакомого номера. Было куча сообщений в обычных "Смсках" и "WHATS'APP". Лина встала с кровати, и поняла, что сейчас сидит лишь в майке, которая была надета под толстовкой. Рядом с диваном валялись ее джинсы. Девушка решила сначала перезвонить Сергею, дабы тот не начал ее "пробивать", и уже потом одеться, и разобраться, какого черта вчера произошло. Лина решила пойти в ванную, чтобы никого не разбудить. — Сереж? — Она нажала на кнопку вызова, и Костенко ответит сразу. — Ты где, блядь?! — Он стал собираться, поставив телефон на громкую связь, — Ты, где, сука, была?! — Сереж, угомонись, пожалуйста, — Эвелин пыталась успокоить мужчину, — Я с друзьями Темы, мы немного посидели... — Она старалась говорить, как можно тише. — Какие нахер "друзья Тёмы"?! — Сергей взял ключи от машины, — Адрес! Я тебя заберу. Сейчас же. — Сереж, я сама приду, но попозже, пожалуйста, успокойся! — Эвелин пришлось сказать чуть громче, — Я приду! Правда приду! — Да. Ты придешь. Либо ты говоришь адрес, либо я пробиваю. — Выбора особо не было. — Катукова третий дом, первый корпус, подъезд девять, этаж девять, квартиры три шесть восемь. — Кудиянова сбросила геолокацию в мессенджере. — Заодно поговорю с ними. — После этих слов, Эвелин пожалела, что сказала полный адрес. Но она сделала это из - за сильного волнения, и боязни последствий. То, что произошло вчера днем, Кудиянова восприняла, когда проснулась, как часть сна, но кровавые пятна на толстовке, которую она нашла в другом уголке комнаты, показали ей, что это был не сон, а суровая реальность. Все эти пережитые эмоции вновь нахлынули огромной волной. Лина вернулась в ванную, посмотрела на себя в зеркало, прижалась к стене сзади, и скатилась по ней, сев на пол, и закрыла лицо руками. Ей было омерзительно видеть себя после того, что она сотворила. Ей хотелось отрезать себе кисти рук в наказание, но вместо этого она вновь достала лезвие из-под чехла. Эвелин приложила лезвие острым концом к ляжке, сильно вжала его в кожу, и резко дерзнула рукой в сторону, оставляя глубокий порез, из которого моментально потекли струи крови. Они стекали вниз по ноге, окрашивая белые носки в ярко-красный цвет. Сразу же за первым, появился и второй, затем третий порез. Кровь уже фактически рекой стекала по ногам, и капая на пол, образуя большие капли на белой плитке. Слез, чтобы плакать, у девушки уже не осталось, поэтому она молча продолжала царапать уже вторую ногу. Эту область, где находились порезы, можно было легко скрыть за шортами, как и те, что были на плече, только их можно было скрыть майкой с рукавом, либо курткой или толстовкой. Сейчас Лигу это мало волновало. Девушке просто хотелось постараться забыть весь этот кошмар, или по крайней мере научится жить с ним. Чувство вины будет с ней всю оставшуюся жизнь, и это не избежать. Но живут же как - то люди, которые убивают людей пачками, к примеру, на войне? Живут. И неплохо так живут. И многие из них даже не испытывают ничего по отношению к тем, кого лишили жизни. Сергей подъехал к дому, который находил по адресу, названному Эвелин, и позвонил в квартиру. Девушка сразу же подбежала, чтобы открыть. После этого она стала быстро одеваться, стараясь никого не разбудить. На полке, возле входной двери, Лина нашла ключи, которыми быстро открыла дверь, и прихлопнула за собой. — Объяснения будут? — Костенко взял Кудиянову под руку, и повел к лифту, — Или как? — Ты сам виноват. — Тихо проговорила Лина, нажимая кнопку первого этажа. — Виноват в том, что пытался тебя научить защищать саму себя? — Он усмехнулся, — Я научу тебя другой вещи, более полезной в твоем случае. — Какой?! Как горло вскрывать? Или как сорок ножевых херануть?! — Эвелин не смогла сдержать эмоций, и фактически выкрикнула последние пять слов. — Нет. Я покажу тебе пару приемчиков, чтобы ты могла сама, не имея того же самого ножа, защитить себя. — О, класс. — В голосе девушки послышался сарказм, — Я бить никого не собираюсь! — Они вышли из лифта. — Ты всю жизнь будешь грушей для битья? — Дверь подъезда закрылась. — Не буду! — Лина нехотя открыла дверь, и села на переднее сидение. — Будешь - будешь. Ты уже позволила себя избить, значит позволишь и второй. — Сергей завел машину. — Не позволю! — Эвелин продолжала стоять на своем. — И как же ты это "не позволишь" ? — Ну... — Этот вопрос мужчины застал девушку врасплох, и она замолчала. — Вот. Ты не знаешь, как тебе действовать. А я готов тебя научить. *** Трое парней только что вышли из магазина, где купили несколько бутылок водки, дешевый коньяк, один блок сигарет, и несколько литровых бутылок кока - колы. На закуску они взяли три пакета чипсов, на каждого, и несколько пачек самых дешевых бутылок пива. Макс не удержался, и схватил батончик " Nuts ", когда отходил от кассы. Его не заметили, чему он был очень рад, и мысленно ухмыльнулся. Максим с Валерой погрузили все на заднее сидение машины, и стали ждать Дена, который пошел на встречу с человеком, у которого всегда брал таблетки. — Здорова, Ден, — Низкий парень в черной куртке, с накинутым на голову капюшоном, дрожащими от холода руками без перчаток, протянул Денису три пачки таблеток, на которых было написано: " ТРАМАДОЛ ", и две, на которых было большими буквами написано: " КЕТАМИН ". Последний из них был в ампулах. Его было удобно колоть в вену, дабы усилить эффект. — Семь тысяч, как и договаривались. — Денис сунул парню в руки одну смятую купюру в пять тысяч, и две, почти что порвавшиеся номиналом в тысячу. — Приятно иметь с тобой дело. — Ехидно улыбнувшись сказал барыга, — Может зависнем как - нибудь вместе? — Он потер руки вместе. — Да, на связи, брат. — Ден попрощался, засунул упаковки в сумку - барсетку, и пошел обратно к автомобилю. — Принес? — Макс уже дрожал от холода, — Я щас на хуй замерзну! А мне еще за рулем быть! — Угомонись, наркоман ебанный. — С издевкой в голосе произнес Ден, и протянул Максимум пачку " ТРАМАДОЛ'а". Макс тут же по - зверски разодрал упаковку, из пластинки вытащил две таблетки, и не запивая их ничем, проглотил. На его лице в этот момент можно было увидеть удовлетворение. Валера повторил все за другом, только вместо двух, он взял три. Состояние, в котором Макс находился, не мешало ему вести машину, одновременно с этим покуривая сигарету в открытое окно. Проехав пару улиц, они решили остановиться у дома их старой знакомой, и попытать счастье на совместную вечеринку. Валера набрал на домофоне номер квартиры девушки, но вместо нее ответила подруга, с которой она жила, и сказала, что их знакомой дома нет, но они могут подождать двадцать минут. Парни, не раздумывая, согласились. Прошло почти десять минут. Они стояли и курили одну за одной рядом с подъездом, в ожидании прекрасной ночи и вечера в окружении своей старой знакомой. Макс первый заметил знакомую девушку, выходящую из подъезда, и узнав в ней Лину, решил подойти к ней. — Стой, — Денис схватил друга за руку, — Если это все - таки она, то может развлечься? — Он пошло ухмыльнулся, и показал пачки таблеток, — Я ей дам кет, и ее вырубит. На утро ни хуя не вспомнит. — В его голосе можно было расслышать издевательский тон. — А хули нам терять? — Это означало согласие. Они дали друг другу "пять", и решили исполнить задуманное. *** — Вырубилась? — Спросил Денис, слегка похлопывая девушку по щеке. — Да, вроде. — Ответил Валерий, — Кто первый? — Он снял с себя майку, и положил на диван. — Я. — Ден стал расстегивать джинсы на Лине, а потом и на себе. Ден снял с Эвелин трусы, плюнул на член, и стал медленно вставлять, пока Валера с Максом выпили еще несколько таблеток. Лина, казалось, даже не дышала. Настолько крепко она спала. И убедившись в этом, Ден стал двигаться активнее, тихо постанывая. Он перестал себя сдерживать и контролировать, поэтому снял с девушки толстовку. Правую руку он быстро просунул под майку, и через лифчик сильно сжал грудь Лины. Почувствовав, что он скоро кончит, Денис стал двигаться еще быстрее, пока не кончил внутрь, не думая о последствиях. — У-у-у! Две минуты, ну ты пиздец! — Засмеялся Максим, — Дай я. Он подождал, пока Денис оденется, и решил занять более удобную для него позицию, и положил Лину на диван. Макс быстро разделся, оставшись лишь в трусах, задрал майку Эвелин, и решил оставить девушке небольшое напоминание о сегодняшней ночи в виде большого красно - фиолетового засоса на груди, который явно пройдет нескоро. Парень приспустил боксеры, и резко вошел, от чего глаз Кудияновой дернулся, и он подумал, что она сейчас проснется, но к счастью для него она продолжала спать. Макс сразу начал быстро, но аккуратно двигаться, пока не почувствовал, что на его ноге что - то мокрое. Он увидел, тоненькую струйку крови, но быстро вытер, желая продолжать сие действие. Из - за быстрых и резких движений, Максу хватило еще несколько толчков, чтобы вынуть и кончить куда - то на диван. Он хотел передать эстафету Валере, но парню вдруг стало очень жаль Эвелин, и чувство стыда накрыло его с головой. Валерий вида не подал, и выдал отмазку, что - то вроде, что выпил и принял слишком много, и теперь не в состоянии, что либо делать, кроме как спать, и для правдоподобности ушел в другую комнату, и пытался уснуть. Ден с Максимом лишь продолжали пить почти до утра. Они оба знали, что Лина ничего не узнает, и даже не вспомнит об этом, поэтому особо не волновались о последствиях. Однако Валере то, что они сделали, не давало покоя. В миг он пожалел, что согласился на все это, что вообще пошел с ними сегодня, что он вообще употребляет и общается с такими нелюдями, которым хватило совести накачать и изнасиловать ребенка. *** Уже дома, Эвелин пошла переодеваться, и в зеркале заметила тот самый засос, оставленный ночью Максимом. В голову ей пришло лишь то, что она ударилась, и не заметила, но след был очень сильным. Отрицать очевидное, было глупо. Но девушка уже настолько эмоционально выдохлась, что мозг начал "усыплять" ее. Весь пережитый за эти сутки стресс заставил Лину снова уснуть в слезах. Кричать, резаться не оставалось сил. То, зачем ее вчера позвали сейчас оказалось очевидным. " — Как какую - то шлюху ... " — Пронеслось в голове у Кудияновой, и она легла лицом в подушку. Казалось, за сутки она пережила больше, чем за шесть лет жизни с отцом. Желание жить пропало окончательно. Да и желание вообще делать что - либо. Говорить Сергею о том, что случилось, Лина не хотела. Это бы закончилось очередным скандалом, а то и хуже... Ведь она видела своими глазами, на что он был способен. Эвелин не думала о мести эти парням. Она просто хотела одного: чтобы ее полюбили так, как она заслуживает этого, а не как шлюху из подворотни. Ей снова воспользовались. Снова сделали больно. Убить морально? Она уже была убита, а этот случай лишь добил. А стоит ли оно того?