Dad's friend's son

      День начинается как обычно. Яркое солнце пытается пробраться сквозь темные шторы, которые делают комнату, выполненную в темных тонах, еще темнее. Легкий ветерок из приоткрытого окна поднимает тюль, которая зацепляет черную ткань, отчего лучи все-таки попадают на сонное лицо парня, который, сладко посапывая, спал.       Это и неудивительно. У него выходной, и он, наконец-то, забывая про надоедливую учебу, смог нормально поспать, не заморачиваясь, что забыл сделать какой-то проект или презентацию.       Учеба забирала у Джисона слишком много времени, иногда он даже забывал, что помимо нее у него еще и личная жизнь есть, если ее можно таковой назвать.       Ему двадцать два, а он все еще живет со своим отцом, что в принципе не приносит ему дискомфорта. Вот только вечный контроль и вопросы о том, когда же он уже девушку себе найдет, на что Джисон отмахивался и говорил, что у него нет на это времени, так как он постоянно занят учебой.       Отец у него достаточно понимающий человек, даже когда мать уходила из семьи, не стал ничего предпринимать, а просто отпустил ее, оставив ей номер сына, на который женщина так ни разу и не позвонила.       Обидно ли от этого Джисону? Нет, ни капли. Та ушла, когда он был совсем мал. Он даже лицо ее не помнит, просто знает, что где-то в этом мире есть женщина, которая его родила.       Парень и зла на нее не держит. Ушла, так ушла. Не будет же он ее вымаливать назад вернуться.       Рос он только с отцом, так как тот даже и не пытался найти себе кого-то. Он сосредоточил все внимание на воспитании ребенка, чтобы тот вырос нормальным человеком и ни в чем не нуждался.       Так и получилось. Еще со школы Джисон был круглым отличником. Учителя никогда не жаловались, хотя иногда бывали случаи, но и те были не критичны. После он поступил в очень хороший университет, конечно, не на бюджет, так как экзаменами немного не дотянул, но все же.       Пары не прогуливал, некоторым студентам помогал, если им нужна была помощь. В общем, не парень, а просто золото.       Да и с внешностью ему повезло — милое лицо, пухлые щеки, розовые нежные губы — что нравилось большинству девушек, на которых тот даже внимания не обращал.       Девушки ему не нравились, от слова совсем. Еще с детства он понял, что его привлекает свой пол, когда ему впервые понравился парнишка со двора.       Джисон так ему и не признался, потому что тот в скором времени переехал и как только он не выяснял, ничего узнать так и не удалось. Как ему сейчас известно, то у того уже есть жена и даже двое, или трое деток, хотя он года на четыре всего-то старший.       Но не об этом.       Джисон ворочится в кровати, пытаясь спрятаться от надоедливых ярких лучей, которые с каждой минутой становятся все горячее из-за температуры на улице. Весна, как никак.       Так и было принято решение вставать, даже несмотря на то, что спать хотелось ужасно, глаза слипались, а ноги путались, пока он направлялся в ванную.       Ну, а если честно, то Джисон будет не Джисон, если он не уронит что-то, либо сам не упадет, поэтому сейчас он сидит на полу и смотрит на смеющегося мужчину в фартуке с полотенцем в руках.       — Это не смешно, пап. — дует щеки Джисон и обиженно скрещивает руки на груди, отворачиваясь. — Мне вообще-то больно…       — Ох, ну извини. — продолжает смеяться тот. — Видел бы, с каким лицом ты падал.       — Ну все, хватит. Ты лучше скажи, почему не на работе? У тебя же завтра выходной?       Мужчина вытирает руки и забрасывает полотенце на плечо, протягивая уже сухую руку сыну. Тот сразу же хватается и встаёт, немного отряхиваясь.       — Я разве тебе не говорил, что сегодня к нам приедет мой давний друг? — Джисон отрицательно качает головой. — Ладно, так вот, Ли Джевон. Помнишь такого?       — Это тот, у которого сын в один университет со мной ходит?       — Да. Только Минхо на год или на два старше тебя, — говорит тот и, разворачиваясь, начинает уходить на кухню, пока Джисон идет за ним, откладывая водные процедуры на потом. — Сегодня они к нам приедут в гости, так что приведи себя в порядок и, если сможешь, то не нагруби Минхо, как только его увидишь.       Джисон недовольно фыркает и садится за стол.       — За кого ты меня вообще принимаешь? Разве я хоть кому-то когда-то грубил?       — Ну, если вспомнить прошлую вашу встречу…       — Пап, мне было шестнадцать, — вздыхает парень и закрывает лицо руками, скрывая насколько оно покраснело.       — Знаю-знаю, поэтому и надеюсь, что такого не повторится, — мужчина несколько раз хлопает сына по плечу и усмехается. — Теперь иди умойся и приберись в комнате. Они будут примерно через часика два.

***

      Джисон, сделав все, что говорил ему отец, просто мирно лежал на кровати, листая ленту Инстаграма, пока сам мужчина продолжал готовить ужин. С минуты на минуту должны приехать гости, которых Джисон не очень-то и ждал.       Не сказать, что он был не рад, просто как раз в его самые беззаботные выходные к ним решили заявиться друзья отца, так еще и не просто друзья, которых Джисон не знал, а именно Ли Джевон со своим избалованным сынком, которого Джисон старался избегать.       Они не были врагами, но и друзьями их назвать было сложно. Несколько раз они пересекались в коридорах, а несколько раз старший пытался зажимать Джисона в раздевалке, что получалось у него не очень.       Постоянно кто-то его прерывал, пока сам Хан тихонько сбегал под недовольные возмущения.       Минхо, как понял младший, не из тех, кто просто сдается, ведь даже после всех неудачных попыток сблизиться, он все равно продолжал проявлять какие-то знаки внимания.       Джисон прекрасно понимал, что этот вечер тоже не обойдется без каких-либо приставаний, и уже морально к этому готовился, зная, что скорее всего противостоять Минхо он не станет. Красивый этот гад был, настолько, что и ему в душу запал, чувства появились из ниоткуда, а сердце так и хотело вновь оказаться в раздевалке, прижатым к одному из шкафчиков, пока крепкие руки не дают и двинуться.       Эти мысли не давали спокойно жить, нежные немного резкие касания остались на коже после последней попытки старшего залезть под рубашку Джисона в той же раздевалке. И у него почти получилось, но как и всегда их решила прервать компания каких-то студентов, скорее всего, первокурсников, которые пришли покурить.       По лицу Минхо в тот момент можно было сказать, что он разорвать их готов, но как только в поле зрения попадал смущенный худенький парень с румяными щечками, то вся злость моментально пропадала, а на лице читалась только нежность и даже, возможно, частичка любви.       После этого случая, Минхо в раздевалке к Джисону не приставал. Да он вообще перестал приставать. Только вот случайные касания, когда проходят по коридору рядом или мимолетные подмигивания, все также продолжались.       Отцу он никогда об этом не рассказывал, хотя прекрасно понимал, что тот его не осудит и примет таким, какой он есть. Но что-то внутри не давало сообщить о том, что его интересуют именно парни.       Джисон думал, что вот когда он вступит в отношения с парнем, тогда и расскажет. А сейчас — учеба, учеба и еще раз учеба.       Звонок в дверь раздается слишком неожиданно для Джисона и для мужчины на кухне, который все еще не закончил ужин. Недовольный крик раздается на всю квартиру, приказывая сыну открыть, на что тот громко вздыхает, поднимается с кровати и направляется в сторону входной двери.       Смотрит в глазок, чертыхаясь в мыслях, опять же вздыхает и открывает дверь, натянуто улыбаясь.       Сначала в глаза бросается высокий красивый мужчина, держащий в руках бутылку вина, а после — недовольный парень, стоящий у того за спиной в телефоне и, как только выходит из-за него, отрываясь от гаджета, облизывает губы и странно ухмыляется.       — Боже, Джисон, ты так вырос! — начинает мужчина, подходя и обнимая парня, пока Минхо смеясь закатывает глаза. — Хёнсоль, а ты и не говорил, что он так вырос. — говорит он мужчине, который тоже вышел встретить старого друга.       — Конечно, вырос. — смеется второй, приближаясь и заключая того в объятия, похлопывая по спине. — Пойдем, поможешь мне.       Джисон наблюдает за всей этой картиной и улыбается, ведь его отец и отец Минхо были не разлей вода еще с самого детства. Потом семья Хан переехала, но связь они не потеряли, что было очень интересно для младшего, ведь сам он даже не смог раздобыть номер своей первой любви.       Смешно, но еще смешнее то, что пока он погрузился в мысли, входная дверь закрылась, а сильные руки обвили талию со спины, прижимая ближе. Рой мурашек пробежался по коже, а руки легли на чужие, пока теплое дыхание обжигало мочку уха.       Минхо всегда был очень неожиданным и никогда не старался прятаться. Если ему кто-то нравится, то он будет делать все возможное и невозможное только, чтобы заполучить желаемое.       Так происходит и сейчас: он жмется ближе, руки скользят под легкую оверсайз футболку, а нос проводит по шее, вдыхая. Его даже не заботит, что в любой момент из кухни могут выйти и увидеть их.       В нос ударяет едкий запах сигарет, смешавшийся с алкоголем, отчего голову дурманит еще сильнее, но рассудок терять нельзя, иначе все может закончиться не так, как положено.       Джисону удается все-таки вырваться из крепкой хватки, и, поворачиваясь, он победно улыбается, подходя на несколько шагов ближе, сокращая дистанцию между ними настолько, насколько это возможно.       — Я бы не советовал тебе пить, — тихо проговаривает Джисон и ухмыляется, пока Минхо проходится языком по сухим губам. — Ты тогда себя сдерживать не можешь.       — Еще скажи, что тебе это не нравится, — фыркает тот и вновь кладет руку на тонкую талию, прижимая к себе. — Я вижу, как глазки твои сияют, когда я тебя касаюсь.       — Заткнись, — он отводит смущенный взгляд куда-то в стену, а щеки предательски краснеют.       — А то что?       — Эй, ребята, идите. — доносится голос откуда-то из кухни. — Еда на столе стынет.       Пока Минхо отвлекается, второй снова выскальзывает из крепкой хватки, быстрым шагом направляясь в сторону голоса, а старший несколько раз моргает и, тихо матерясь себе под нос, идет следом.       На столе стоит очень много разных блюд, а отец Ли разливает по бокалам вино, пока Джисон бегает взглядом то по бокалу, то по Минхо, который до этого уже что-то пил. В голове сразу же делает заметку, что с ним теперь нужно будет быть предельно аккуратным, иначе последствий не избежать.       — Ну и чего встали? — говорит Хёнсоль. — Садитесь. Джисон, ты садись на свое место, а ты, Минхо, присаживайся рядом.       Младший Хан глупо моргает и все-таки делает то, что ему сказал отец. Немного присев, он движется ближе к стене, пододвигает стул к столу и садится, смотря за действиями Минхо. Тот садится на рядом стоящий стул и довольно странно улыбается, очеркнув парня рядом взглядом. Глаза выглядят немного странными, скорее всего из-за выпитого ранее алкоголя, а в руках уже кружится бокал с вином.       — Ничему тебя жизнь не учит. — качает головой Джисон и легонько бьет того по ноге. — Поставь, потом же плохо будет…       — Переживаешь за меня? — тянет довольную улыбку Минхо и все же отставляет напиток в сторону.       — М-м, ни капли. Мне как-то все равно, а тебе я бы посоветовал за здоровьем последить. Алкоголики меня мало интересуют. — смеется он.       — А я и не знал, что вы друзья такие хорошие. — говорит отец Минхо. — Я знаю практически всех его друзей, но о тебе не слышал ни разу.       — Кстати да. — поддерживает второй мужчина. — Единственный, о ком я слышу каждый день, это Феликс, а вот о Минхо и слова не было.       — Мы не друзья, да и никогда ими не были. Просто несколько раз пересекались в коридорах. — Джисон опивает немного полусладкого напитка и берет вилку в руку. — Ну, еще иногда здороваемся, и то не всегда.       Мужчины переглядываются между собой и улыбаются, кивая друг другу.       Джисону была непонятна такая реакция, но он не придал этому огромного значения. Сейчас его больше беспокоил Минхо, который делал вид, что ничего не происходит.       Чужая рука размещается на маленькой коленке, пока Джисон сглатывает и переводит взгляд вниз, потом на мужчин впереди, которые что-то обговаривают, а позже на старшего, который даже не смотрит в его сторону.       Джисон ожидал, что Минхо начнет чудить всякую дичь, но чтобы вот так нагло, в присутствии своего отца и отца Хана, то об этом даже он подумать не мог.       Рука продолжала находиться на прежнем месте, немного поглаживая чужую коленку, а позже и вовсе вверх повела.       — Джисон, я надеюсь, Минхо тебя не обижает в универе, а то, зная его… — смеется старший Ли.       — Все н-нормально, — кое-как проговаривает младший, когда рука начинает скользить по внутренней стороне бедра.       Кровь в этот момент приливает в два места, а именно в пах и щеки. Внизу живота начинает неприятно тянуть, а щеки моментально краснеют, отчего становится очень жарко и дурно.       Минхо не останавливается ни на секунду, продолжает дело, не смотря ни на что, а у Джисона разум затуманивается и мыслить он трезво не может. Вина он выпил немного, но и то дает свой эффект, помогая мыслям полностью покинуть голову, а телу расслабиться.       На несколько секунд младший приходит в себя и резко подрывается с места, обходя стул Минхо, и под непонимающие взгляды выбегает из кухни.       — Что случилось? — спрашивает отец Джисона и встает, чтобы отправиться за сыном.       — Господин Хан, сидите. Я схожу проверю.       Минхо отпивает немного вина и встает, направляясь туда, куда несколько секунд назад побежал Джисон. Как понял Минхо, то тот направился в комнату. Та была закрыта, а когда они пришли, то дверь была открыта, отчего в глаза сразу бросился темный интерьер.       Рука тихонько стучит, а сам Ли голос не подаёт, ведь знает, что Джисон скорее всего ему не откроет. Еще несколько ударов пальцами, но ответа так и не послышалось, только томное дыхание не давало Минхо покоя.       Он прекрасно знал, что тот сбежал именно из-за него, и оставлять это просто так без внимания не собрался.       Хан не ответил ни через минуту, ни через две, и даже не через пять, что заставило старшего немного поднапрячься. Он больше не стучит, а спускает руку на ручку и дергает. Дверь с легкостью поддается, и он ступает внутрь, отчего парень, находящийся в комнате, пугается и немного отползает по кровати назад, пока Минхо закрывает дверь на один щелчок и, поворачиваясь, скрещивает руки на груди.       — Ну и почему ты сбежал? — спрашивает тот, начиная подходить ближе.       — Ты сейчас шутишь? Ты начал лапать меня на виду у всех, — отрезает Джисон и откидывается на кровати. — Ладно уже твой отец, но не при моем же…       — Не строй из себя недотрогу. Я прекрасно знаю, что нравлюсь тебе, иначе ты бы не позволил вообще себя касаться, — он ложится рядом и смотрит на чужой профиль. — А тут я почти к твоему члену дошел, и аж потом ты среагировал и сбежал. Хочешь сказать, что это чисто из доброты душевной?       — Ащ, закрой рот. Мне и так стыдно ужасно. Я не должен был себе такого позволять, а ты не должен был этого делать, придурок.       — Так я еще и придурок… — хмыкает усмехаясь Минхо. — Знаешь что, Хан Джисон…       Он несколько секунд смотрит в глаза напротив, после чего резким движением оказывается над смущенным парнем, прижимая его руки у него же над головой. Улыбается и, нагибаясь, проводит носом по шее, пока коленом движется в сторону паха, задевая уже твердый член.       Джисон, не ожидая такого, громко взвизгнул и попытался отвернуться, что не увенчалось успехом. Громкий вздох рассекает воздух, когда язык проходится по чувствительной шее, после чего на ней же остается нежный укус.       — Я придурок? — со смешком спрашивает старший, отпуская одну из чужих рук, чтобы у второго был шанс оттолкнуть, когда холодная ладонь скользит под футболку. — Джисон, я придурок?       — Я никогда не отказываюсь от своих слов, так что прими факт того, что ты, мать твою, придурок…       — Ты сейчас договоришься… — шипит парень, продолжая нависать сверху и вести рукой прямиком к чувствительной груди.       — И что ты мне сделаешь?       Ухмылка расплывается по лицу напротив, что выбивает из Джисона всю оставшуюся уверенность. Холодная ладонь проводит по груди, пропуская между пальцев уже твердый сосок.       Выражение лица второго сразу же меняется, а с губ срывается в меру громкий стон. Голова вновь опускается, и линия поцелуев поднимается вверх. Мокрые губы проходятся по подбородку, и несколько теплых касаний остаётся на щеках, лбу, на переносице и на кончике носа.       Глаза исподлобья смотрят в чужие и, не видя в них даже намека на отвращение, в голове происходит полнейший сбой.       Алкоголь вступает в действие, а возбуждение полностью затуманивает разум. Здраво мыслить уже не получается, так что Минхо просто надеется, что если что-то пойдет не так, то Джисон его остановит.       Хотя, смотря на него, он бы и не сказал, что тот сможет как-то противостоять. В его взгляде читается только возбуждение.       — Ну знаешь, я могу запросто тебя здесь трахнуть и даже не посмотрю на то, что за стеной сидят еще люди.       Джисон сглатывает и несколько раз моргает. Он, конечно, ожидал что-то похожее, но чтобы говорить об этом так прямо, такая мысль даже в голову не приходила.       — Минхо… — дрожащим голосом начинает он. — Не нужно. Не сейчас. Не сегодня.       — Не готов? — вполне понимающе спрашивает старший.       — Я… ну… я не знаю, что делать.       — У тебя еще никого не было? — тот еле заметно кивает. — Смешной ты, Хан Джисон.       Минхо отпускает его и поднимается, отползая назад. Он даёт Джисону полностью сесть и немного привести себя в порядок, чтобы продолжить довольно странный разговор дальше.       Несколько манипуляций руками и взлохмаченные волосы аккуратно приглажены. Щеки все еще горят, а возбуждение так никуда не ушло. Неприятное чувство внизу живота привлекает все внимание, отчего Джисон даже взгляд на Минхо не поднимает.       Ему ужасно неловко от сложившейся ситуации, а еще большую неловкость создает именно старший, который продолжает осматривать парня перед собой.       У Ли в голове нет никаких больше пошлых мыслей, он только смотрит и умиляется видом Джисона. Он выглядит слишком мило, и Минхо не смог бы что-то с ним сделать без его согласия. Те слова скорее были сказаны в шутку, нежели за правду.       Старший с удовольствием бы переспал с ним, но как только услышал просьбу остановиться, сразу же пришел в себя.       Думалось, что он запугал Хана своими действиями, но тот спокойно сидел, продолжая прожигать взглядом дыру в кровати, не осмеливаясь посмотреть даже в любую из сторон.       — Извини. — прерывает неловкую тишину Минхо и скрещивает ноги под собой.       — Все нормально. Я тоже виноват… — смеется Джисон. — Я испортил тебе все веселье.       — Боже, не говори так. Я же не идиот какой-то, чтобы принуждать тебя к этому. Если не готов, то здесь нет ничего такого.       — Но ты же хотел…       Минхо с улыбкой на лице вздыхает.       — Хотел, я не спорю. Очень давно хотел, но давить на тебя не буду. Тем более, если говоришь, что у тебя еще ничего не было.       Джисон смущается еще больше, но все-таки переводит взгляд и смотрит в глаза напротив. В глаза, в которых можно прочитать много всего: нежность, доброту, искренность.       Температура в теле поднимается, а щеки вновь краснеют, что вызывает смешок у Минхо.       Они бы так и продолжали сидеть, смотря друг другу в глаза, но неожиданный стук в дверь прерывает напряженную обстановку, заставляя обоих парней сконцентрироваться на источнике звука.       — Джисон, Минхо? — звучит мужской голос, в котором первый узнает своего отца. Они и вовсе забыли, что находятся в квартире не одни. — У вас там все нормально?       — Да, пап, все хорошо. — старается говорить более четко младший, но голос иногда подрагивает.       — По голосу и не скажешь. Но ладно, не буду вам мешать. — со смешком произносит мужчина. — Минхо, поаккуратнее там.       Шаги отдаляются, а Ли заливается смехом, пока Джисон пытается переварить сказанные отцом слова. Осознание приходит не сразу, но как только смысл и подтекст сказанного понимается, Джисон бьет Минхо по колену. Лицо становится недовольным.       — Ну и чего ты ржешь, придурок? — возмущается он.       — Да что опять не так? Это у тебя голос дрожал, а придурком оказался я.