В пустоте

...Сканер запищал, сигнализируя о внезапно возникшей находке. Уверенная тонкая рука скользнула по сенсорам адаптированного под людей пульта. Голограмма увеличилась, показывая только что обнаруженный объект. – Да вы издеваетесь, что ли?! Высокий мягкий голос прозвучал чуточку капризно — не то чтобы было перед кем демонстрировать характер, но всё же... Джин Рикко не любил тишину и в дальнем одиночном рейде часто разговаривал сам с собой. На голограмме отображалась висящая на стабильной орбите между четвёртой и пятой планетами безымянной звезды, где никто не основал даже рудника (за полной бесперспективностью и неудобством расположения), металлическая линза, изуродованная десятками проломов и трещин. Джин запустил поиск совпадений — несмотря на внешнее сходство с человеческими кораблями, найденный объект однозначно принадлежал кому-то другому. Хотя бы потому, что кораблей длиной в сто тридцать пять километров люди не строили. Пока компьютер проводил поиск в базе, Джин прервал выполнение программы автопилота и выстроил новый курс — с финишем возле найденного корпуса. Поиск завершился ожидаемо — стопроцентных совпадений компьютер не выявил, но выдал несколько сотен возможных вариантов близкого по стилистике технического мышления, сопроводив их кратким «недостаточно данных». Это, в общем-то, Джин и сам мог сказать, причём сразу — хотя он и не проходил настоящего обучения на ксеноархеолога, восемь лет в космосе не могли не обогатить вольного торговца огромным количеством самой разнообразной информации. – Ладно, зайдём с другой стороны... Светловолосая голова качнулась, когда Рикко кивнул своим мыслям. Руки прошлись по сенсорам, перенастраивая программу на новый поиск в базе — теперь уже по соответствию повреждений огромной находки видам оружия, использовавшимся различными разумными. Если удастся найти тех, кто убил огромный корабль, можно будет хотя бы сузить область поиска... …«Шальная девчонка», малый универсальный транспорт дальнего радиуса, вытормозилась возле безжизненной громадины через сорок шесть земных минут после того, как Рикко отдал бортовому компьютеру команду на смену курса. «Зализанные», обтекаемые формы небольшого корабля выдавали в нём универсальную машину, могущую летать и в космосе, и в атмосфере. Рикко улыбнулся, кривя полноватые губы. «Девчонка» с её длиной в сто сорок метров и шириной в тридцать пять по миделю* выглядела бы для стороннего наблюдателя пылинкой рядом с древним мёртвым корпусом. Но она была жива — а огромная двояковыпуклая линза висела в космосе не меньше шестнадцати земных тысячелетий. * Ширина по миделю (мидель-шпангоуту) — наибольшая ширина корабля. Собранная с миру по нитке база данных на борту «Шальной девчонки» всё же позволила примерно идентифицировать находку. А скорее — датировать. Повреждения корпуса напоминали следы от попаданий того вида лазерных торпед*, которые использовала неизвестная цивилизация, существовавшая в пределах от семнадцати до шестнадцати тысяч лет назад в непосредственной близости от ядра Млечного Пути со стороны, ближайшей к Солнечной Системе. От тех времён уцелело немного — разрушенная база каких-то орнитоидов возле газового гиганта в Селле, несколько небольших разбитых кораблей с мультивидовым экипажем (вряд ли пираты, учитывая единообразие самих уничтоженных звездолётов) и руины опять же мультивидовой базы на Дзарини-6. Все эти находки несли на себе достаточно схожие следы попаданий — и компьютер «Шальной девчонки» выдал восьмидесятипроцентную вероятность, что раны на корпусе гигантского корабля нанесены таким же оружием. По кораблям совпадений не было — найденные раньше корабли того времени массогабаритными характеристиками наподобие корветов выглядели совсем иначе, напоминая двенадцатигранную угловатую сигару двухсот-трёхсот метров в длину и сорока-пятидесяти по миделю. * Имеются в виду торпеды с лазерной боевой частью (идея в том, чтобы не палить издалека, а доставить одноразовый лазер поближе к цели). Джин задумался было над возможностью просто вызвать изыскателей — в любом случае находка стоила бешеных денег. Однако по здравом размышлении молодой космонавт решил сначала хотя бы немного осмотреться на найденном корабле — слишком ему хотелось узнать хоть что-то первым, до того, как огромный корпус попадёт в руки Службы. Да и с хотя бы минимальным пакетом информации — стоить находка будет, может, и столько же, а вот известность и репутация... Блондин пожал обнажёнными плечами и начал упаковываться в лёгкий скафандр — как только сканеры закончат свою работу, надо будет прогуляться либо к одной из пробоин, либо к шлюзу... если удастся шлюз опознать сходу. Повинуясь введённой программе, «Шальная девчонка» медленно описала спираль вокруг найденного корабля. Автоматика, собрав данные, обрадовала капитана и владельца в одном лице довольно большим пакетом не очень полезных знаний. С другой стороны, размеры древнего монстра знать было довольно полезно. Равно как и то, что на корпусе опознано в общей сложности шесть десятков пробоин от лазерных торпед — хотя часть из них выглядели скорее как двух-трёхкилометровые разрывы. – Видимо, пришлось под прямым, пока эта железка ещё двигалась, – констатировал Джин, разглядывая трёхмерную модель находки. – Чёрт, какой же псих её строил? Вопрос был, конечно, риторическим — данные сканера не дали стопроцентного совпадения материала брони гиганта и того, что находили из этого периода ранее. А заодно не дали никаких засечек энергии — что было в общем-то предсказуемо и, к сожалению, ничего не значило. Броня и сотни, если не тысячи переборок экранировали внутренности гигантского корпуса более чем надёжно, так что отсутствие засечек не давало гарантии, что внутри нет работающих систем. К сожалению, не давало такой гарантии и время — столетней давности история с найденным краллтами кораблём возрастом вообще за полмиллиона лет, внезапно попытавшимся уйти в гиперпрыжок на автомате — и рассыпавшемся волнами фотонов по всей системе Ассилни вместе с изучавшей его экспедицией — была не первой и не последней, хоть и самой эффектной, из тех, которые видела галактика. Древние корпуса далеко не всегда были бесповоротно мертвы... Так же и отсутствие данных о материале брони значило примерно ничего. Сотни тысяч вариантов звёздных сплавов, объединяемые единым сленговым понятием «металлопласт», даже на одной верфи одного вида не всегда совпадали — слишком много было привходящих факторов. Никаких надписей, рисунков и тому подобного на корпусе сканеры не зафиксировали — либо их и не было, либо они не сохранились. Гигантская линза ста тридцати трёх километров в длину, шестидесяти — в ширину по миделю и четырнадцати в толщину хранила свои тайны от беглого взгляда более чем надёжно. – Короче, аффтар офигительно жжОт, – капризно-язвительно пропел Джин строчку из саркастичной земной песни ещё докосмических времён*. – Ладно, придётся прогуляться. * Песня Тима Скоренко «Джон МакЛейн», посвящённая герою «Крепкого Орешка». Автор весьма рекомендует. …«Девчонка» зависла в сотне метров от пробоины — одной из тех, что тянулись по борту мёртвого гиганта. Рикко в последний раз перепроверил программы и настройки, а затем двинулся к шлюзокамере. Те, кто ни разу не видел результатов попадания лазерного оружия, представляют себе аккуратные дырочки или разрезы. Рикко к таким не относился и точно знал, что увидит, добравшись до висящего в пустоте металлопластового гиганта. Лазер не прожигает боевую броню, из чего бы она ни состояла. Не прорезает. Лазер испаряет и взрывает её. Рассчитанный на противодействие звёздным температурам сплав с огромным трудом поддаётся лучу — но поддаётся, если дать в импульсе достаточно энергии. Неведомые древние стрелки знали, как это сделать — и Джин Рикко знал, что увидит рваный разлом, что луч испарил часть внутренних переборок — а часть размягчил и разорвал. К счастью, масса древнего гиганта была достаточной для того, чтобы даже при умерших системах притягивать к себе большинство обломков — так что Джин был уверен, что большая часть пролома свободна. А это значило, что он сможет бросить хотя бы беглый взгляд на внутренности мёртвого корабля. Джин оседлал пустотный скутер и двинулся к тёмной громаде, едва освещаемой прожекторами «Девчонки». Сотня метров пустоты промелькнула почти незаметно, хотя скутер и держал всего три десятка километров в час. Микрогравитация древнего корабля была слишком слаба, чтобы как-то повлиять на движение — и Рикко вытормозился уже внутри зияющего пролома, в котором в принципе легко могла бы поместиться и «Шальная девчонка»... Вот только рисковать кораблём Рикко не собирался. – Хлеборезка не дремлет, хлеборезка готова жрать, – прокомментировал ситуацию молодой блондин строчкой из ещё одной любимой песни*. – Но пока кажется, что жестянка мертва с концами. * Джин цитирует песню Тима Скоренко «Доктора», автор опять же очень рекомендует к прослушиванию. Ухмыльнувшись в пустоту, Джин включил «пищалку» – автоматический зуммер с корабля, помогающий отслеживать прохождение сигнала — и медленно повёл маленький аппарат на ионной тяге вдоль пролома, фиксируя освещённое прожектором на камеру и наговаривая впечатления с записью прямо в бортовой компьютер: – Внешняя броня около двадцати метров толщиной... Не представляю, сколько может стоить один броневой сталепласт для этого корыта. Вот некуда было ресурсы девать строителям... Согласно сканеру, пролом три сотни метров глубиной, внизу наверняка пара метров обломков. Опускаюсь на полсотни, попытка определить сохранность палубы... «Пищалка» исправно включалась раз в десять секунд, а в свете установленного на скутере мощного фонаря проплывали держащиеся на честном слове обломки. – Наблюдаю горизонт внешней палубы... Сохранность ни к чёрту, тут всё разнесло вторичными взрывами. Или обломками от скорлупы, это пусть изыскатели роют... – Рикко прервался, приглядываясь к выхватываемым лучом фонаря деталям. – Поправка, уцелела часть переборки с каким-то рисунком. Чёрт его знает, что там изобразили, дома надо будет смотреть. Опускаюсь до отметки сто десять... Внизу уже пролом был поуже, а повреждения по краям — меньше. Вскрывший когда-то броню луч отдал большую часть энергии до того, как добрался до более глубоких палуб своей огромной цели. – Сохранился отрезок коридора... Трупов не наблюдаю. На стенах какая-то грёбаная абстракция, – Рикко поморщился. – Что-то знакомое, но не улавливаю контекста. Но я где-то эту дичь уже видел... или похожую. Сохранность палубы условно-удовлетворительная, но я туда не полезу. Без чёртовой уймы ретрансляторов тут нечего делать, внешняя скорлупа будет сигнал гасить — мама не горюй. Опускаюсь к отметке двести восемьдесят, осматриваю дно пролома и наверх. Маленькая фигурка верхом на коротком стержне скутера медленно опустилась почти к самому дну пролома в древнем корабле, ощупывая лучом фонаря всё менее и менее разрушенные коридоры, обрывающиеся в космос. – Сохранность палуб удовлетворительная, – продолжал надиктовывать Джин. – Трупов не видно, думаю, они все внизу. Тут гравитация какая-никакая есть... Это если погибших не испарило при попадании. Следы вторичных взрывов в пределах нормы. Отметка двести восемьдесят, зависаю. Осмотр дна... Под скутером ничего полезного разглядеть не удалось. Как Рикко и предполагал, всё, что вылетело из затронутых безумием лазерного удара коридоров, рухнуло на дно пролома, стремясь к центру корабля под действием пусть и мизерной, всего в одну сотую ньютона, но всё же силы тяжести. – Внизу месиво, – констатировал Рикко. – всё попадало, чёрта с два что-то разглядишь. Это щупать надо, но не одному же... Палубы почти целые, рисунки зафиксировал. Пробный поиск считаю оконченным. Скутер с седоком рванулся вверх, к освещающим края пролома прожекторам «Шальной девчонки». Джин Рикко, высвободившись из скафандра и приняв душ, вяло хлебал суп из полётного рациона, пока компьютер анализировал полученные данные. Даже запредельное быстродействие бортового компьютера не позволяло провести мгновенный поиск — базы данных по археотехнике и искусству вымерших видов были слишком велики, кроме того, Рикко поставил поиск по нечётким совпадениям — на то, что где-то было найдено что-то в точности такое же, он не рассчитывал. И был прав. Поиск закончился, когда Рикко уже закончил ужин и откупорил банку «Звёздного света» – лёгкого светлого пива, производимого на Орифламме. – Так, и что тут у нас?.. Точных совпадений, как Джин и ожидал, не нашлось. А вот нечёткий поиск принёс всего два результата — на два больше, чем остальные методы. Проблемой было то, что оба относились к мифологии, причём разных видов. Зафиксированный на отметке сто десять рисунок, сначала показавшийся Рикко чистой абстракцией, изображал гуманоида в чём-то вроде древнего скафандра, раскинувшего руки на фоне угловатой спирали. Соответствие, пусть и неполное (вероятно, древние мастера не осилили изобразить скафандр) имело место в одном из пещерных городов Сиолт, родного мира одноимённого гуманоидного вида, обитающего как раз в области, где нашли два из пяти разбитых лазерными торпедами корветов. Что хотели этими изображениями сказать древние сиолт, не знал никто — культура пещерных городов пришла в упадок за пять тысячелетий до появления у этого вида чего-то хотя бы условно похожего на письменность. Точнее, у строителей пещерных городов письменность была, но совершенно своя, более всего смахивающая на идеограммы, и с расшифровкой дело обстояло достаточно туго — просто не сохранилось достаточно текстов, чтобы применить любые методы дешифровки. Что интересно, расцвет культуры пещерных городов у сиолт примерно совпадал по времени с активностью загадочных пользователей лазерных торпед. Второе совпадение — по тому же символу — отыскалось в мифологии вымершего вида Хорр, чей пик активности миновал двенадцать тысяч лет как, а десять тысяч лет назад последние колонии хорр пали под натиском сразу нескольких давно и качественно обиженных медведеподобными агрессивными гуманоидами видов. Зато от хорр осталось довольно много текстов, да и язык не канул в прошлое — добившие агрессоров локального масштаба виды всё же не забыли изучить как следует своих гибнущих врагов. И в числе прочего сохранился древний-древний, как раз около пятнадцати-шестнадцати тысяч земных лет возрастом, миф с интересным названием «Завет о возвращении». В мифе, кроме привлёкшей внимание аналитической программы фразы «узнаете их по силуэту рыцаря на фоне раскрутившейся пружины», было довольно много любопытного. Джин с нарастающим интересом прочитал про «дом далёких богов, закрывший собой небо», про «достойнейших, взятых в дом богов» и про то, что эти самые «достойнейшие» должны были, оказывается, вернуться. Вернуться под эмблемой «безликого рыцаря на фоне раскрутившейся пружины». Собственно, чтобы соответствовать тому, что якобы хотели «далёкие боги», и не ударить в грязь перед «вернувшимися», хорр и устроили свою имперскую экспансию... приведшую и так-то не слишком миролюбивый и дипломатичный вид к полной изоляции и закономерной гибели. Больше в базе данных не нашлось никаких совпадений — но и этого в общем-то было даже много. Во всяком случае, Джин Рикко вообще не слишком-то надеялся зацепить хоть что-то поиском по своей коллекции всевозможных обрывков информации. – Однако поворот... Джин, впрочем, даже не слишком удивился. Он помнил, что где-то видел этот символ — и действительно, когда-то он интересовался загадкой культуры пещерных городов. Рикко наложил на карту Млечного Пути родные планеты хорр и сиолт, добавил систему, в которой находился... И понял, что ничего не понял. Даже при добавлении систем, в которых найдены следы работы тех же лазерных торпед, прояснилось примерно ничего. – Ладно, посмотрим, что скажут изыскатели... – Рикко наконец упаковал всю информацию, включая найденные компьютером ссылки, в единый архив и послал его на ближайшую базу Службы Изысканий, снабдив кодом высокой срочности. Теперь оставалось только ждать и разбираться с тем, что отвалила система за всю эту свистопляску. Подняв из трея логи сообщений, Джин на насколько секунд завис — настолько неожиданными были цифры. За собственно обследование чужака система отвалила четыре тысячи опыта в классе исследователя, разом подняв с четырнадцатого на пятнадцатый уровень. Кроме того, с четвёрки до пятёрки поднялся навык пилотирования сверхмалых летательных аппаратов, сразу на два пункта — с пятнадцати до семнадцати — скакнул анализ, а заодно до тридцатки поднялось использование техники. Кроме того, россыпью нападало ещё восемь сотен опыта в класс исследователя и три сотни — в класс пилота, подтянув его вплотную к девятому уровню. – Ничего себе... – протянул Рикко, допивая вторую банку пива. Теперь точно оставалось только спать. Ждать пришлось недолго — Джин даже не успел выспаться. Зуммер, оповестивший о входящем вызове, поднял его через три часа сна. Разумеется, связь была только текстовой — ретрансляторы в необитаемых системах не тянули видео- и аудиопоток даже там, где были, а в этой забытой всеми богами космоса — так и вовсе не было собственного ретранслятора гиперсвязи. Полученный вызов от базы изыскателей в Салии на некоторое время вогнал Рикко в состояние ступора — помимо достаточно ожидаемых ста тысяч кредитов за находку (причём подчёркивалось, что это не окончательная сумма), ему предлагали дождаться подхода крейсера Службы, охраняя находку и исследуя дистанционными методами, а затем принять участие в первичном обследовании древнего корабля изыскателями. Сумма контракта составляла три сотни тысяч за охрану и по пять тысяч за каждые сутки работы в команде. Рикко понимал, что Служба вцепится в его находку зубами и когтями, но чтобы настолько... Впрочем, отказываться он не собирался. Запаса автономности у «Шальной девчонки» хватило бы на восемь стандартных месяцев даже без ожидаемой дозаправки с изыскательского крейсера, фрахта у него не было, а геологоразведка или контракты, ожидаемые на Салии, уж точно не перекрывали по ценности хорошее отношение изыскателей — даже в чисто денежном выражении столько он тупо не мог заработать в сравнимый срок. Джин задумчиво заверил контракты и отослал пакет информации на Салию. Теперь действительно оставалось ждать и контролировать окружающее пространство... Ну и осматривать гигантский древний корабль время от времени.

***

Крейсер изыскателей вынырнул из гипера через двадцать два дня после подписания Джином контракта на охрану. Всё это время Рикко провёл, контролируя пространство системы (и получив с этого контроля большую кучу ничего) и периодически проводя различные тесты и разведывательные полёты вокруг огромного корабля. От полётов толку было несколько больше — хотя никаких данных, позволяющих идентифицировать строителей монстра, так и не нашлось, Рикко накопил довольно большой объём информации по самому кораблю. Хотя сканеры так и не смогли — ни на одном из режимов — пробиться вглубь находки, всё, что можно было собрать извне с его аппаратурой, он собрал. Рикко смог определить, где находились двигатели корабля — хотя лезть внутрь он не стал, сам факт расположения гигантского блока маршевых двигателей он смог зафиксировать, хотя от них осталось не так чтобы много после десятка попаданий и неизбежных внутренних взрывов. Он смог определить несколько мест, где удары торпед приходились в уже пробитые ранее точки — и лазеры, которые не тратили энергию на пробивание многометровой внешней брони, там прорвались на три-пять километров вглубь корабля. Он смог найти уцелевшие огневые точки древнего гиганта — и там даже удалось определить, что как минимум «средний калибр» металлопластового монстра был представлен мощными лазерами, которые, судя по всему, были самой популярной орудийной системой в тот период. Во всяком случае, эти лазеры более или менее совпадали с главным калибром ранее найденных корветов того же времени. Покрывавшие стены коридоров корабля изображения занимали в памяти бортового компа уже несколько десятков гигабайт — хотя ни одно из них, кроме всё того же гуманоида в скафандре на фоне спирали, не нашло аналогов в базе данных, сам по себе массив был более чем внушительным. Кроме того, Рикко прекрасно понимал, что его база неполна — невозможно собрать всю информацию со всей галактики. Разумеется, в собранных данных были огромные пробелы. Ни предметы быта, ни сколько-нибудь целые тела опознать не удалось, хотя несколько раз при спуске в пробоины сканер фиксировал разрозненные органические остатки под обломками. Рикко хотел бы посмотреть, как выглядели строители и пользователи гиганта... Но в одиночку пытаться что-то делать с обломками — в лучшем случае чревато уничтожением каких-то данных, а в худшем — уничтожением самого горе-исследователя. Поэтому Джин ограничивался прописанным в контракте дистанционным сканированием на разных режимах. Система по достоинству оценила работу молодого исследователя — в собственно классе «исследователь» он набрал три десятка тысяч опыта, поднявшись ещё на два уровня. Навык анализа подскочил на четыре пункта, дойдя до двадцати одного, а использование техники перевалило за тридцать второй уровень. Пилотский класс поднялся всего на одно деление — но всё же это было весьма немало. Кроме того, попытки разобраться в зафиксированных камерами изображениях на стенах обеспечили Джину получение навыка «анализ (живопись)», свойственного скорее искусствоведам, но уже достигшего пятого уровня, а штудирование материалов об археотехнике догнало навык «анализ (археотех)» до восьмёрки. И вот теперь наконец прибыли специалисты, сотню космических монстров съевшие на обследовании древних кораблей и оснащённые именно для этого. Нет, к своему транспорнику Рикко никаких претензий не имел, просто сканеры общего назначения и специальная археологическая техника — это разные вещи. Совсем разные. – ...«Шальная девчонка», вас вызывает крейсер Службы Изысканий «Звёздная Паутина», – приятный баритон произносил слова с неуловимо знакомым Джину акцентом. – Прибыли для обследования вашей находки согласно контракту. Стыковаться будем или вы блюдёте независимость? Рикко коротко рассмеялся: – «Паутина», здесь «Шальная девчонка». Если у вас найдётся ангар на транспорник типа «Даная», то даже на борт залезть могу. Да, ловите пакет по объекту... Компьютер «Девчонки» пискнул, подтверждая передачу данных и приём пакета штурманских решений по сближению и заходу в ангар. – Спасибо, Джин, лови решение по заходу. Третий ангар свободен, места хватит. Уравниваем скорости через девятнадцать часов... «Капля» малого транспорта легла в ангар трёхкилометрового в длину крейсера даже с некоторым запасом. Рикко улыбнулся... И озадачился извечным вопросом. Что надеть? Понятно, что рядиться в какие-то неудобные напонтованные шмотки бессмысленно — не клуб же... Но и в стандартный корабельный комбинезон одеваться Джину не хотелось. Подумав несколько минут, парень натянул белые в синюю полоску трусики-бикини*, а на них — обтягивающие короткие голубые шорты, подчёркивающие упругость и размер ягодиц. Сверху — обтягивающую светло-синюю футболку, больше даже похожую на топик. Дополнили ансамбль бежевые лёгкие кроссовки на липучках. * Напомню - «бикини» называются женские трусики, примерно равные спереди и сзади. Одевшись, Рикко покрутился перед зеркалом. Невысокий стройный парнишка с мягким андрогинным лицом, по-девичьи пухлой попкой и нарочито беспорядочно лежащими светлыми волосами, отражавшийся в зеркале, мог бы вызвать желание и у него... но на себя Джин не возбуждался. Молодой фембой улыбнулся, удовлетворённо оглядывая своё отражение. Парень с красивым баритоном оказался командиром экспедиции, капитаном Службы Изысканий, доктором ксеноархеологии Тони Ларсоном*. Хотя на вид он больше походил на космопеха — здоровенный темнокожий мужик с суровой, хотя и симпатичной физиономией, которую не портили даже излишне для такого типажа полные чувственные губы. «Нью-Зембабве, Альгоар, Дартана... Или какая-то из дочерних колоний», – подумалось Джину Рикко. * Имя составлено из имён и фамилий чемпионов Кубка NASCAR Тони Стюарта и Кайла Ларсона. Кроме Тони в научном персонале значились темноволосые стройные близняшки Мерайя и Эмбер Бредингер*, тоже имеющие докторские степени — по ксенопалеонтологии и археотехнологии соответственно. Плюс чёртова куча ассистентов, помощников и так далее. *Имена составлены из имён и фамилий гонщиц сток-каров Мерайи Иди (различные грунтовые гонки), Эмбер Болкин и Тони Бредингер (ARKA Menard Series). Впрочем, ассистенты были не так важны — хотя бы потому, что в кают-компании сидели только Джин и троица докторов. – ...Благодаря работе капитана Рикко у нас есть неплохой начальный пакет данных, – Ларсон вывел на голопроектор схему повреждений древнего корыта. – Его предположения о том, что строители объекта имели контакты с культурой пещерных городов Сиолт и с видом хорр, не вполне достоверны, но заслуживают внимательного рассмотрения. Тем не менее у нас нет никаких данных о видовом составе команды объекта, о непосредственных причинах выхода объекта из строя и о том, кто именно сражался против него. Последнее... – Последнее мы и не узнаем, пока не выпотрошим базы на борту корабля, – перебила Тони одна из близняшек. – Мы на пороге одного из самых масштабных открытий, Тони, ведь данных по культуре торпедистов фактически никаких нет... Ларсон пожал плечами, обтянутыми тёмной тканью повседневной формы Службы: – Лично я вообще не уверен, что это единая культура, – голос Тони оставался мягким и доброжелательным. – Идея лазерной торпеды появлялась совершенно независимо у сотен видов. Даже у нас похожую концепцию создали ещё до выхода в Большой Космос*. * Да, автор намекает на цикл Вебера о Хонор Харрингтон. Да, автор его весьма рекомендует. Рикко вклинился в обсуждение: – Судя по вооружению нашего объекта и корветов того времени, капитан Ларсон близок к истине. Вероятно, мы имеем дело с артефактами большой мультивидовой лиги, имевшей запредельный для нас уровень расходов на кораблестроение. – Или с артефактами некоей империи, – Мерайя Бредингер говорила отрывисто и жёстко, куда как резче, чем её сестра. – Джин, ты сам предположил, что хорр нахватались своего бреда от гостей... – Или так, – согласился фембой. – В любом случае единой культуры там может и не быть. Технологическое мышление там точно было разнообразное... – Разнобезобразное, – ухмыльнулась Мерайя Бредингер. – С логикой и рациональностью у них всех было как-то не очень. Тут спорить было не с чем — ни обломки корветов, ни обсуждаемый металлический монстр примером рационального использования ресурсов не были. – В любом случае надо идти внутрь, – закончил обсуждение Ларсон. – Наиболее перспективные для проникновения участки уже отмечены, спасибо капитану Рикко... Трое стандартных суток работы слились в неразличимую череду вылетов, заходов на перспективные участки древнего корабля, аккуратного разбора обломков... Первые результаты уже были. И они были достаточно своеобразными. Научное руководство и капитан Рикко снова собрались в кают-компании «Паутины» на четвёртые сутки. – Получена реконструкция четырёх трупов, – ксенопалеонтолог Мерайя Бредингер искривила в капризной усмешке яркие широкие губы. – Результаты весьма интересны. Голопроектор, повинуясь тонким пальцам с накрашенными красным лаком ногтями, вывел четыре изображения. Два серокожих гуманоида, похожих друг на друга только цветом кожи и количеством конечностей — тонкий, высокий, откровенно «заточенный» под низкую гравитацию и широкий, мощный, с огромным надбровным валиком и тяжёлой челюстью. Шестиногое существо, более всего напоминающее земного жука — но однозначно теплокровное, поскольку покрыто самой натуральной шерстью ядовито-фиолетового цвета. И ещё один гуманоид — здоровенный, похожий на земного медведя, покрытый длинной рыжей шерстью. – Серенькие встречаются впервые, – прокомментировала Мерайя. – Вот этот гексапод напоминает то, что нашли на борту корвета в Теренк, но есть и различия... Вероятно, расовые или вообще половые, в Теренк нам только ошмётки достались и статистики нет. А вот это чучело — самое любопытное. – Хорр, – констатировал Рикко, которому вымершие религиозно озабоченные империалисты последнее время только что не снились. – Базовый подвид, как я понимаю. – Верно, – Мерайя Бредингер укрупнила трёхмерное изображение. – Самый что ни на есть базовый, во всём соответствует тому, что известно о хорр того периода. – Значит, гипотезу капитана Рикко о том, что пресловутый «Завет о возвращении» имеет некоторую связь с реальностью и с нашим объектом, можно считать доказанной, – констатировал Тони. – Что с датировками? – Плохо с датировками, – Эмбер Бредингер чуть покраснела. – По разным образцам разрыв более чем в пять тысяч лет, для погрешности метода это слишком много... – Мы не знаем, сколько времени летал объект, – вклинился Рикко, улыбнувшись темноволосой исследовательнице. – Учитывая его размеры... Тони резко кивнул: – Такая вероятность есть. Если этот корабль действительно долго эксплуатировался, разброс датировок вполне естественен. И в сочетании с участием этого или аналогичного корабля в истории хорр... Заканчивать мысль Ларсон не стал — да оно было и не нужно. Все участники обсуждения прекрасно понимали, к чему это всё. – В древней земной фантастике была идея космических фанатиков, – медленно произнёс Рикко, нервно приглаживая светлые волосы. – По-моему, в чистом виде она до сих пор в реальность не воплощалась... – Да, – Тони заинтересованно посмотрел на молодого фембоя. – Но об этом поговорим позже. Что у нас с внутренностями объекта? Повинуясь движениям пальцев Эмбер, голопроектор отобразил схему мёртвого корабля: – У нас недостаточно оборудования и рабочих рук — слишком уж здоровенная дура попалась. Но некоторые вещи удалось определить... Проекция изменилась, участок с рваной пробоиной укрупнился и занял всё рабочее поле аппарата. – Участок Си-двадцать один, – Эмбер Бредингер изменила режим представления, заставив края пробоины полыхнуть ярко-красным. – Здесь сразу три попадания пришлись в одну зону, в результате глубина поражения достигла восьми километров в самой пострадавшей области. Огромное количество следов вторичных взрывов, – красное свечение смешалось с насыщенно-жёлтым, – и вот это... Под жёлтыми и красными контурами проявилась огромная, в реальности не менее километра в диаметре полость, окрашенная синим. – Судя по всему, гипергенератор был повреждён вторичным взрывом в момент запуска, – девушка говорила уверенно и чётко. – В результате область поражения дрейфом метрики пространства оказалась сравнительно небольшой, для такого корабля это было бы даже не смертельно, если бы не вторичные и третичные излучения. Вероятнее всего, именно они убили большую часть команды. Все четверо пару минут изумлённо молчали. Даже огромные десятикилометровые супердредноуты, используемые некоторыми видами, не могли после взрыва гипергенератора, выходящего на режим, остаться одним куском. Все астронавты во время обучения видели кадры того, что оставалось после таких катастроф — выпотрошенные, разорванные, разбросанные по пространству искривлённые обломки, по которым далеко не всегда можно определить хотя бы принадлежность погибшего корабля... А древний гигант, пусть и мёртвый, всё ещё висел в пустоте. – Из негативных моментов — не факт, что базы данных на корабле пережили взрыв генератора, – Эмбер пожала плечами, невольно привлекая внимание к качнувшейся высокой груди под чёрной футболкой. – Разумеется, учитывая область непосредственного поражения, что-то могло уцелеть... – А в отдалённых от гипергенератора частях корабля могли быть и выжившие, – кивнула Мерайя. – Но вот долго ли они оставались выжившими — мы не знаем. Холёные изящные пальцы Эмбер Бредингер снова пробежались по сенсорам: – Другой интересный участок — Эйч-шесть, – изображение в рабочем поле проектора сменилось. – Одиночное попадание пришлось в стык между двумя ангарами, насколько мы смогли понять. Из-за вторичных взрывов и непосредственного воздействия лазера реконструировать корабли сложно, но они точно не похожи на известные нам конструкции того времени... Новая смена изображения — и перед четвёркой появилось нечто, напоминающее удлинённый треугольник с тянущимися через весь корпус выростами примерно на трети длины от кормовых углов. – Конструкцию определить пока невозможно, там каша, – Эмбер скривилась. – Джин предполагает, что попадание пришло, когда аппараты находились в предполётной, поэтому их выпотрошило. Тони усмехнулся: – Вполне возможно. Как я понимаю, назначение этих игрушек нам не определить? – Именно, – ответил уже Рикко. – Там реально каша, такое ощущение, что были открыты чуть ли не все люки, когда торпеда пришла в корпус. Но судя по размерам — истребители или десантные боты... Или ещё что-то мелкое. Всего тридцать метров в длину, туда толком ничего не запихнёшь. Тони кивнул: – Будем надеяться, хотя бы один сохранный экземпляр удастся найти, – темнокожий мужчина вздохнул. – Что ещё мы имеем? Эмбер пожала плечами: – Полностью обследовать даже окрестности повреждений не вышло — просто не хватает рук. Сканеры, размещённые внутри пробоин, работают нормально, но дальность их действия в таких условиях невелика — слишком много переборок, а установить достаточно много станций не вышло — их нужно несколько сотен. Немного помолчав, Эмбер продолжила: – На данный момент мы имеем сканограммы около половины процента объёма находки. Тут необходима настоящая комплексная экспедиция, мы не справляемся даже с учётом данных от капитана Рикко. – Через три стандартных месяца она будет здесь, – ответил Тони. – К сожалению, раньше не выйдет, место сбора — секторальная База. До тех пор мы должны сделать то, что сможем. – Понятно, – пожала плечами Эмбер. – Словом, вот то, что мы имеем сейчас. В рабочем объёме голопроектора появилось изображение древнего корабля, частично окрашенное в различные цвета. Даже без анализа было ясно, насколько мала обследованная область. – К сожалению, мы пока не смогли идентифицировать ни один энергоблок, – Эмбер скривилась. – Вполне возможно, какие-то из сильнее всего повреждённых вторичными взрывами участков были энергоблоками, но сейчас опознать мы не можем. Также мы не можем корректно определить принцип работы маршевых двигателей, их разнесло ко всем демонам Пустоты. Вероятно, когда взорвался гипергенератор, атаковавшие находку корабли сосредоточили усилия именно на маршевых... и добились больших успехов. Их можно понять, но для нас это большая неудача. Я предлагаю начать осмотр внутренних помещений в зонях, прилегающих к менее глубоким пробоинам. – Можно попробовать, – пожал плечами Тони. – Давайте наметим план действий... ...После совещания Тони попросил Джина задержаться. – Джин, – темнокожий здоровяк выдавил из кофемашины две чашки сладкого чёрного кофе. – Ты говорил о идее космических фанатиков... Я понимаю, что хорр могли натолкнуть на эту мысль, но почему ты считаешь?.. – Я прочитал «Завет о возвращении», – перебил Ларсона блондинистый фембой. – Да, спасибо... – Он отхлебнул крепкий сладкий напиток. – У одного из земных фантастов рубежа двадцать первого века* было нечто очень похожее. Там ожидающий страшной войны инопланетный вид похитил с Земли некоторое количество людей, чтобы вырастить себе союзников. А потом на одной из планет, где они этих похищенных высадили, сформировалась религия поклонения богам на звёздных кораблях, вместе с которыми ушли воевать далёкие предки населения... * Рикко немного неточно пересказывает события, имевшие место в книгах Алексея Бессонова. Фембой закурил «Летящую звезду» – длинную тонкую сигаретку с ментоловым ароматом, производящуюся на Салии. – В общем, очень похоже на то, что у хорр получилось. Те ребята тоже ждали-ждали, пытаясь стать достойными слугами давно мёртвым богам, забравшим их соплеменников... – Действительно похоже, – широкая чёрная ладонь прошлась по светлым волосам фембоя и спустилась на не слишком широкие плечи. – Поганая картинка. – Точно, – кивнул Рикко, с удовольствием придвигаясь поближе к Ларсону. – На редкость поганая, но пока мы не найдём какие-нибудь базы данных, чёрт его знает, насколько она соответствует реальности. Может, просто хорр по каким-то своим причинам всё перепутали. Ларсон усмехнулся, скользя ладонью по обтянутой светлой тканью футболки спине фембоя: – Это было бы лучше всего, – широкая чёрная ладонь опустилась на талию. – Ладно, пока нет толковых данных, мы только гадать можем. А это дурное занятие... Всегда можно найти и более интересные. – Согласен, – улыбнувшись, ответил Рикко, откровенно прижимаясь к мускулистому мужчине. – И мне кажется, одно я уже придумал... ...Полные влажные губы Джина едва впустили толстую тёмную головку. Тони, только расстегнувший шорты, издал тихий стон, чуть надавливая на затылок фембоя: – Давай, милый мальчик, соси! Рикко с удовольствием повиновался, натягиваясь губами на толстую дубину, которую не мог даже обхватить ладонью. Чмоканье разнеслось по помещению, когда фембой принялся жадно насасывать тёмный крупный ствол, прикрыв от удовольствия глаза. Несколько минут Джин увлечённо сосал, прерывая своё приятное занятие только затем, чтобы глотнуть воздуха. В какой-то момент он почувствовал, как сильные руки ложатся на плечи и слегка отталкивают, вынуждая выпустить изо рта покрытый слюной напряжённый член — такой же напряжённый, как и собственный фаллос фембоя, но куда более длинный и толстый. Джин было дёрнулся, не желая выпускать изо рта член Тони, но через секунду уже лежал на диванчике возле стены, чувствуя, как с его пухлой попки спадает ткань шортиков, а затем и трусиков. – Симпатичная попка, – усмехнулся Тони, поглаживая пухлые женственные ягодицы. – Сейчас посмотрим, насколько она вынослива... Рикко почувствовал, как дырочку между полушарий холодит смазка, а затем внутрь проникают жёсткие пальцы, растягивающие, разминающие, готовящие к проникновению. Тело фембоя отозвалось дрожью, зудом вокруг растягиваемого отверстия, тем самым зудом, который заставляет стонать и молить о проникновении. – Давай... – почти прошептал Рикко, подаваясь навстречу пальцам. – В меня, давай, пожалуйста... – Сейчас, белый мальчик, – в голосе Тони звучали смех и возбуждение. – Сейчас... Пальцы убрались — а через несколько секунд Рикко, похотливо выставивший вверх попку, пискнул, почувствовав горячее давление на щедро смазанное и растянутое колечко ануса. Через мгновение писк перешёл в стон, когда толстый член вошёл в готовую и жаждущую попку Джина. Фембой дёрнулся под напористым толчком, подался навстречу, раскрываясь ещё сильнее и приглашая Тони проникнуть глубже, до упора. – Ахх! Громкий стон отразился от стен кают-компании, когда мускулистое темнокожее тело навалилось на хрупкого фембоя, придавливая его к диванчику — и проникая в горячую, пульсирующую, жаждущую глубину. – Да! Давай! Рикко дёрнулся навстречу, ощущая, как прокатывается по стенкам его ануса толстая головка, давит на простату, заставляя дрожать от наслаждения, обмякая на таранящем попку твёрдом стволе. Волосы фембоя ерошило тяжёлое, хриплое дыхание темнокожего мужчины, резко двигавшегося внутри Джина. – Какая... сладкая... попка, – хрипло произнёс Тони, убыстряясь и с наслаждением слыша, как стоны Джина снова переходят в тихое попискивание. Мерные движения заставляли Рикко забыть абсолютно обо всём, кроме давящего, распирающего его попку стержня, каждую секунду бьющего по самому чувствительному месту его похотливого тела. – Ещё... Ещё... Даааааа! Рикко вскрикнул, сжимаясь вокруг члена Тони, когда его сознание заволокло неостановимым, неудержимым наслаждением от анального оргазма. Ларсон захрипел, ускоряясь ещё сильнее — и теряя уже всякий ритм. Беспорядочные толчки длились ещё несколько секунд, прежде чем Тони вжался в ягодицы любовника, наполняя его растянутую задницу горячим семенем... ...Рикко вставил в свежеоттраханную, приятно ноющую попку анальную пробочку, запечатывая в себе семя любовника до возвращения на «Шальную девчонку». – Это было отлично, – он улыбнулся, прижимаясь к мускулистой груди Тони. – Думаю, как-нибудь повторим? Мужчина прижал стройного фембоя к себе, поглаживая спину и ягодицы: – Повторим, конечно, – Тони усмехнулся, чуть надавливая на основание пробки. – Кто же откажется от такого сладкого мальчика, а? С системой Рикко начал разбираться уже после того, как вернулся на корабль, принял душ и избавился от пробочки. За совещание насыпали около пятисот опыта класса «исследователь» и плюс единичку в навыке анализа. Репутация у Службы Изысканий, и так достигшая сотни, поднялась ещё на три пункта. Кроме того, закрылось задание «Работа в научном коллективе», давшее Джину первый уровень нового класса — класса «астроархеолог». Часть навыков, ранее висевших в «общих», перешла в классовые, кроме того, появилась классовая особенность...

Новая звезда

Вы начали карьеру на новом поприще с сенсационной находки и проявили значительные талант и упорство в её анализе. Все навыки класса «астроархеолог» на момент получения особенности +2, репутация, связанная с заданиями класса, растёт на 10% быстрее

Рикко улыбнулся, уже планируя дальнейшую деятельность — расчёты сестричек Бредингер и составленный на совещании план обещали много новой и интересной работы. А заодно — публикации по истории и археологии, в которых Рикко будет как минимум соавтором. Учитывая всё это, Джин не видел ничего сложного в получении постоянного контракта со Службой Изысканий — к моменту, когда к древнему гиганту подползёт комплексная экспедиция, новый класс, скорее всего, пробьёт девятку или даже десятку. Слишком мало рабочих рук, слишком большой объём работы — следовательно, уровни и репутация будут лететь со скоростью космической торпеды. А заодно Джин получит много возможностей для секса с мускулистым, сильным темнокожим мужчиной, под которым ему было так приятно сегодня...