Escaping The Light

Макс вернулась в своё кресло только десять минут спустя. — Всё нормально? — спросил Райли, устроившийся напротив неё. — Да, — кивнула в ответ Макс, после чего сделала пару размеренных вдохов-выдохов. — Прошу прощения. — Не переживай, — улыбнулся ей ведущий. — Итак, ты четыре года провела бездомной. Что было после этого? Макс прочистила горло, чтобы подготовиться к продолжению своего рассказа. — Меня взяли на работу барбеком, — начала она. — В один день я работала допоздна, и... из-за этого у меня не вышло вовремя добраться до приюта для бездомных. Владелец бара нашёл меня спящей возле мусорного бака в переулке по соседству. Он, эээ, сказал, что не хочет, чтобы кто-либо из его сотрудников спал на улице, поэтому предложил остановиться у него, а позже и вовсе помог привести мою жизнь в порядок. Райли одобрительно кивнул. — Похоже, он хороший парень. — Лучший, — Макс улыбнулась счастливой улыбкой. — С тех пор я и работаю у него. Позже, через пару лет, я встретила свою девушку. Но всё это время я старалась не высовывать головы, — добавила она. — В соцсетях у меня всего несколько друзей, профиль под фальшивым именем и даже водительских прав нет. Я ведь понятия не имела, искали ли меня родители или нет, так что... — девушка незадачливо пожала плечами. — И как долго это продолжалось? — Достаточно долго, — признала Макс. — Пока кое-кто случайно не выложил в сеть мои фотографии. Бровные дуги Райли изогнулись в изумлении. — Как же так получилось? — Я была подружкой невесты на свадьбе, и молодожёны выложили фотографии с торжества в Фейсбук, — как ни в чём не бывало пожала плечами Макс. — Это была чистейшая ошибка. Однако благодаря этому меня разыскал журналист, который попросил дать интервью для... — Постой, — Райли отвёл взгляд в сторону и некоторое время с серьёзным видом слушал инструкции через наушник. — Окей, Макс, продюсер говорит, что нам нельзя обсуждать поднятую тобой тему. Макс непонимающе нахмурила брови. — Нельзя? Это ещё почему? — Потому что та история была рассказана на основании показаний анонимного источника, а мы не хотим раскрывать его личность, — покачал головой ведущий. — Извини. Но да, мы читали прошлогоднюю статью "Сиэтл Таймс" о комплексе, который Первый Свет хотел построить в Такоме. Что произошло после того, как её опубликовали? — Городской совет Такомы зарубил планы церкви, и я получила свою первую угрозу смертью, — ответила Макс. — Вообще-то... она всё ещё хранится у меня в телефоне. Хотите посмотреть? Райли прислушался к наушнику. — Не возражаешь зачитать её вслух? — попросил он. — Конечно, — Макс вытащила из кармана свой телефон и открыла сообщения. — Готовы? — Давай. Прочистив горло, Макс начала громко зачитывать то самое сообщение: — Мы знаем, что это была ты. Тебе конец, сука. Тебя будут насиловать перед твоей подружкой-лезбушкой, пока ты не сдохнешь, а её мы заставим смотреть. Советую отрастить глаза на затылке, шлюха, — она подняла глаза с экрана. — Полиция вычислила того, кто это отправил, и ему выписали штраф. — Какие мощные слова, — подметил Райли. — Было что-то ещё? — Да. Они, эээ, вычислили, где мы с моей девушкой живём, и подложили нам под дверь расчленённую кошку, из-за чего нам пришлось переехать, — кивнула Макс. — А на прошлой неделе они отправили одного из своих людей следить за нашими друзьями, чтобы снова нас отыскать. Глаза Райли полезли на лоб. — Ничего себе. И чем же это закончилось? — Этот человек увидел нас, когда мы пришли в гости к нашему другу на День благодарения, — ответила та. — А затем поджёг автомобиль моей девушки. Ошарашенный ведущий откинулся на спинку кресла. — Его смогли поймать? — Да, в тот же день, — Макс утвердительно кивнула, а затем бросила взгляд на Брук. — Эм... Не знаю, хотите ли вы, чтобы я это говорила, но... это был её муж, — сказала она, выделив слово "муж" пальцевыми кавычками. — Любопытно, — Райли нажал пальцем на свой наушник. — Ладно, это мы обсудим уже с ней, — обратился он к Макс, попутно поворачиваясь к камере. — Что-нибудь ещё, Анджела? Целую минуту он слушал инструкции, после чего снова вернул своё внимание собеседнице. — Хорошо, значит, в конце сегмента мы хотим показать, насколько улучшилась ваша жизнь с тех пор, как вы все покинули церковь. Поэтому я попрошу тебя сделать краткое заявление о том, что ты поступила в колледж, завела отношения, и всё такое. Не сдержав счастливую улыбку, Макс довольно закивала. — Что ж... В прошлом году я закончила бакалавриат, — начала она. — А через пару месяцев мы с моей девушкой поженимся. И я знаю наверняка, что ничего из этого не добилась бы, останься я в Первом Свете, — добавила она с покачиванием головы. — Либо меня выдали бы замуж по расчёту, либо убили бы. — Класс. Мне понравилась последняя часть, хотя и не могу сказать, будем ли мы её использовать, — Райли широко улыбнулся, а затем снова приложился к наушнику. — Ну что, Анджела, нужно что-то перезаписывать? Как и до этого, Макс потратила примерно минут двадцать на повторение некоторых своих ответов, чтобы удовлетворить продюсеров. Когда она закончила последнюю строчку, Райли довольно закивал. — Макс, мы не знаем, как тебя благодарить за то, что ты пришла, — сказал он, когда они вместе поднялись с кресел. — Я понимаю, как это, должно быть, тяжело — выйти к камерам и выступить перед всем миром. Даю слово, мы расскажем твою историю с правильной стороны. — Спасибо, — Макс пожала руку мужчины. — Жду не дождусь, когда увижу ваш сюжет. — Ага. Теперь у нас... — тот повернулся к другим интервьюируемым. — Мисс Скотт? Твоя очередь. Проходя мимо друг друга, Макс с Брук безмолвно обнялись, после чего шатенка услышала, как Райли приветствует новую гостью и предлагает ей присесть. Сама же Макс в это время остановилась, чтобы обнять ещё и Саманту. — Мне так жаль, — прошептала девушка в её ухо. — Всё в порядке, Саманта, — Макс крепко обняла опечаленную подругу. Ещё один продюсер с гарнитурой на голове помог ей вытащить микрофон, после чего их с Хлоей сопроводили до выхода из студии. Стоило им выйти в коридор, синеволосая тут же стиснула Макс в медвежьих объятиях. — Как ты себя чувствуешь? — мягким тоном спросила она. — Даже не знаю, — Макс вжалась лбом в грудную клетку невесты. — Это было... Прости меня, Хлоя. Я должна была рассказать тебе о... — Не нужно, — Хлоя сделала глубокий вдох. — С этим покончено. Всё это в прошлом. Сейчас ты здесь, и я рядом, — она поцеловала Макс в висок. — Всё будет хорошо. Поняла? Макс послушно кивнула. — Отлично. А теперь давай вернёмся в конференц-зал. Дорога обратно вышла недолгой. Хлоя открыла дверь первой, и Макс чуть было не упала от представленной перед ней картины. Виктория и Кейт крепко держались за руки, их глаза сильно покраснели — очевидно, они много плакали. Но куда хуже выглядели Стеф и Рэйчел. Их лица до сих пор были мокрыми от слёз, а на рукавах рубашек виднелись следы, оставленные от протирания носов. Как только девушки подняли головы и увидели Макс, выражения их лиц тут же изменились, а губы задрожали. Ох, блядь. Я совсем забыла, что они всё видели. У Макс свело желудок. Я же никогда не рассказывала им о том, что именно произошло в тот день, когда я пришла домой. Или о том, через что мне пришлось пройти в последующие четыре года. Рэйчел была первой, кто выскочил из кресла. Подлетев к Макс, она обвила её своими руками и зашлась в новом приступе плача. — Прости меня, Макс! — выкрикнула она. — Прости! Пожалуйста, прости меня! — из-за нехватки дыхания ей пришлось приостановиться. Из её ноздрей вовсю текли сопли, и девушка судорожно глотала ртом воздух. — Я никогда не хотела, чтобы всё это произошло, Макс, мне так жаль! Практически сразу же в Макс врезалась и Стеф. В отличие от Рэйчел, ей не удавалось связать слова воедино — она могла лишь выплакивать глаза, зарывшись лицом в плечо шатенки. Макс даже не получалось ответить на объятия — её слишком крепко сжимали. Всё, что ей оставалось, — это прижаться к подругам поплотнее. — Всё в порядке, — прошептала она обеим рыдающим ей в футболку девушкам. — Ну правда, девчонки. Всё в порядке. — Нет, не в порядке, — прохрипела Стеф, закрыв слезящиеся глаза и втянув обратно вытекающие наружу сопли. — Ты прошла через всё это дерьмо из-за нас. Я бы отдала что угодно, чтобы вернуть всё назад. Наконец Макс удалось высвободить одну руку, которой она тут же обняла подругу за шею. — Я знаю, Стеф. Но со мной всё в порядке, — прошептала она. — Сейчас всё намного лучше.