Безумная любовь и рандомайзер

— Тише, расслабься, дыши через рот, — в пустой комнате мужской хриплый голос приобретал какой-то пугающе-пошлый отголосок. Кудри рассыпались по подушке, а глаза были ужасно красными. Парень не издал ни звука. Руки были привязаны к изголовью богато украшенной кровати шнуром, а мозг давно не работал. В комнате с запахом благовоний смешалась вонь разлитого пива. Чтобы согласиться на такое, нужно было достаточно сильно напиться.       Цюань Ичжень до конца не мог сказать, правда ли готов. Большая и шершавая ладонь провела по обнажённому животу юноши, где вырисовывались очертания пресса. Мужчина снимает белую домашнюю футболку, кидая последний вопросительный взгляд на Цюань Ичженя. — Ты уверен? Я могу очень увлечься, — будто сюсюкается. Юноша выдыхает, пытаясь собраться с мыслями. — Ничего, я помню, что Вы сказали, — Ичжень прикрывает сухие глаза, игнорируя отвратительную боль. — Хорошо, тогда доверься мне, — только после этих слов рука опускается ниже и стягивает домашние шорты с юноши.       Цюань Ичжень неумело пытается казаться соблазнительным, но неведомый и пьяный стыд захватывает тело, заставляя сжать бёдра. Но Цзюнь У будто подменили. Мужчина шлёпает юношу по бедру так, что Ичжень готов поклясться, что сейчас из карих глаз посыплются звёзды. Цзюнь У грубо хватает парня за щёки и смотрит прямо в душу. — Ты собираешься меня ослушаться? Собираешься сбежать к себе домой? Ты настолько жалок и слаб? — хрипло с надменностью спрашивает мужчина. Ичжень почти что скулит от неприятных ощущений, но при этом получая неведомое удовольствие от этой боли. — Нет, конечно, нет, господин Цзюнь, я сделаю всё, — тихо отвечает Цюань Ичжень, стараясь связать хотя бы такие простые слова в складный текст. — Какой ты молодец, хороший, мальчик, оближи мои пальцы и раздвинь ноги, — Цзюнь У подносит пальцы к чужим губам. И Ичженю ничего не остаётся, как послушаться и облизать те, неприлично широко разведя ноги.       Одеяло сползло на пол уже давно, но сейчас со стуком что-то ещё упало, стукнувшись чем-то пластиковым о пол. Ичженя, будто бьёт током, когда юноша понимает, что это плюшевая игрушка, подаренная самым близким человеком, который пожелал смерти. Сердце пропускает удар, когда в тугое кольцо анальных мышц входят два пальца, заставляя выгнуться и зашипеть. В голове до неприличия много мыслей и воспоминаний. Держание за руки на качелях, первый поцелуй возле дома, удар лопатой по голове, смех до слёз… Больно, Ичжень почти что задыхается от всех этих ценных моментов, которые не имели значения. Самое забавное, что по договорённости, после такого страстного и жестокого секса Ичжень умрёт. Цюань не понимал, откуда этот факт отпечатался в воспоминаниях.       В это время в парня вошло нечто большее, чем пальцы, а на шее сомкнулась чья-то рука, не давая дышать. Цзюнь У второй рукой повернул голову Ичженя на себя и звучно отвесил юноше пощёчину, холодно глядя прямо в глаза. — Ты мечтаешь о другом, трахаясь со мной? Ты жалок, — Цюань заскулил вновь, гнев плескался в венах, заставляя кровь кипеть. Ещё немного и терпение лопнет. Цзюнь У вдалбливался в тело юноши беспощадно, но почему-то Ичженю это до боли нравилось. Гнев стихал, заставляя уже задыхаться не только от руки на шее, но и от острых ощущений. Близилась разрядка. Вот ещё немного и… — Цюань Ичжень! — ужасно громко для такой ситуации произнёс кто-то, заставляя Ичженя подскочить на месте и понять, что что-то всё вокруг не напоминает дом Цзюнь У. Цюань хотел умереть прямо здесь и сейчас. Это был кабинет истории, а прямо рядом стоял учитель, который прожигал юношу взглядом. Ледяным и таким желанным взглядом. Срочно нужно умереть. Учитель стоял так близко, заставляя разгорячённый разум вспоминать все мерзкие подробности сна. Цюань Ичжень густо покраснел, ощущая злость, разрывающую изнутри. Что за чертовщина? Хотеть учителя? Омерзительно, но что-то же тянуло к мужчине, который так часто заботливо клеил пластыри на ранки и угощал проклятыми консервированными ананасами из банки. — Господин Цюань, не желаете ли, наконец, отключить телефон, который разрывается от звонков, и после продолжить спать? — спокойный и безразличный голос Цзюнь У приводит в чувства, пока по классу раздаются смешки. Ичжень кивает и вылетает из класса. Он похоронит с собой эту тайну, спрятав под воротом рубашки многочисленные тёмно-синие и тёмно-фиолетовые пятна-цветы на шее и ниже. Следы похоти и грязи. Такие желанные и сладкие. И он ещё не раз это сделает, похоронив чувства под глупой маской, пока учитель облизывает губы, возвращая лицу невозмутимый вид.