Сезон дождей

      То утро Ханбёль запомнила надолго. Миллионы статей, постов и комментариев тогда она перечитала тогда, холодея от ужаса. Эта новость взорвала интернет. Анонимное заявление – и вот, карьера человека была на грани. Множество гневных комментариев, протесты, кто-то оправдывал, а кто-то винил. Началось расследование. Затем, откуда-то как по взмаху волшебной палочки стали появляться новые доказательства: фото, видео, скрины переписок, посты пострадавших. Ощущался подвох, но Ханбёль не могла понять где.       Уже вот как два с половиной месяца группа существовала без Хёнджина, так как после заявления JYP, ему пришлось уйти в бессрочный перерыв. Она увидела, как это сказывается на всех участниках группы. Следующий Kingdom казалось, прошёл незаметно. Выступление снова взорвало зал, но все номера пришлось перестраивать и смотреть на пустое место в хореографии в одном из фрагментов, который участники отказались перестроить наотрез было почти физически больно. Особенно больно было смотреть на ребят на награждении. На сцене все так же пустовало восьмое место. Распри в соцсетях всё не угасали, а кажется, только набирали обороты. Кто-то активно защищал своего любимого исполнителя, а кто-то обвинял с пеной у рта.       В один из дней, придя на работу, Ханбёль даже увидела автомобиль с экранами, на которых транслировался протест, через зацикленное видео. Как никогда тогда хотелось переступить черту и нанести вред чужому имуществу, но пришлось просто пройти мимо, заходя в здание, минуя журналистов. Это был первый пунктик, благодаря которому Ханбёль приняла решение не оставаться в стороне.       Всё это время, Хёнджин не жил в общежитии вместе с остальными мемберами. Просто в одно утро его кровать оказалась пуста. Ребята ходили хмурые, изредка смеялись и старались не показывать, насколько им было тяжело. Да, они общались. Но это было совсем не то.       Ханбёль писала. Спрашивала, как дела, понимая, что всё не очень. Хёнджин отвечал односложно, будто не желая идти на контакт.       О Ханбёль: Если что, знай, что я рядом.       Это было последнее её сообщение, которое осталось без ответа. Тесон будто не спал, пытаясь решить проблему. Но продвижений не было.       - Как будто специально, все новые и новые скрины сообщений, - как-то поделился он за обедом. – Ничего не могу поделать, как будто выхода нет.       Никогда девушка не видела менеджера таким поникшим. С его опытом работы он умел разгребать любые авралы, а здесь, будто бился о скалы как новичок. Это было втором сигналом – что-то не так. И Ханбёль начала смотреть внимательнее, читать между строк. Она могла помочь. Но это было рискованно, очень рискованно, ведь если что-то пойдёт не так, она может потерять карьеру и вскрыть то, что давно похоронено в дальних уголках памяти. Но остаться в стороне было сложнее с каждым днём.       Ханбёль буквально ощущала это напряжение. Было тяжело, она всеми силами старалась поддерживать позитивную атмосферу, но, удавалось едва ли. Внутри компании тоже обсуждали новости. Кто-то занимал сторону Хёнджина, а кто-то иногда не стеснялся в выражениях. Ханбёль лишь фыркала, стараясь не вслушиваться. Однажды, она застала разборку среди бэк танцоров. Кто-то принёс новый слух. Тогда ей впервые пришлось повысить голос, пытаясь перекричать.       - И вам не стыдно?! – чуть хрипло крикнула она тогда и прокашлялась. – Вы – одна команда! И я не потерплю ссоры внутри неё!       - Тогда пусть не приносят новые слухи, - презрительно буркнул Хосок.       - Каждый имеет право на свое мнение, - нехотя ответила Ханбёль. – Мнение у каждого своё. Мы не можем на него повлиять. Разборки я прошу оставить вне работы. Пожалуйста. Мы – одна команда.       - А на чьей стороны ты? – спросила Наён.       Ханбёль вздохнула.       - Я на стороне правды.       - И какая она? – непонятливо переспросил Хосок.       - Та, что расставит всё по своим местам. И я искренне верю, что Хёнджин еще к нам вернётся. А теперь, разминаться. Пора начинать.       Таким был третий звоночек. И Ханбёль начала выходить на контакт, собирая информацию. Сфера индустрии дала ей связи и умение мастерски давить лыбу, когда это было нужно. Теперь, помимо тренировок, попыток привести в чувство коллектив и обезопасить от драк танцоров, ей пришлось еще и копаться в чужом прошлом. Вмешиваться едва ли хотелось. Но почему-то, было сложно игнорировать окружающее состояние коллег. Никто не знал, что Ханбёль могла помочь по-настоящему.       А она и не собиралась открывать этой правды.

***

      В очередное утро идя по коридору, она увидела открытую дверь в студию звукозаписи. Внутри сидел Чан, склонившись над экраном. Но его взгляд был направлен словно сквозь него. Рядом сидел Феликс, чуть приобняв себя руками и шмыгая носом. Девушка аккуратно постучала в дверь, заставив обоих мемберов обернуться. Феликс попытался спрятать чуть красные глаза, а Бан Чан натянуто улыбнулся.       - Ханбёль? Как ты?       - Скорее, тут нужно спросить, как вы, - ответила она, стоя на пороге.       - Заходи, - отозвался лидер. – Чего встала?       Ханбёль сделала шаг в студию. Она здесь никогда не была, да и ей сюда заходить не разрешалось. Не по регламенту, да и что ей тут могло понадобиться? Все было обставлено экранами, оборудованием, большое стекло разделяло комнату напополам – там виднелась вторая комната, обитая звукоизоляцией с кучей микрофонов и другой техники. Сейчас она пустовала.       - Непросто, - сказал Чан искренне, кинув взгляд на Феликса, который ушёл в свои мысли. – Но мы стараемся.       - Я знаю, - ответила девушка, вздыхая и присаживаясь на кожаный диван.       - Всё ведь скоро прояснится, да? – необычайно хрипло вдруг спросил Феликс. В повисшей тишине раздавался лишь тихий шум дождя из коридора.       - Обязательно, Ликс, - яро ответил Чан. – Обязательно.       Ханбёль знала, как Феликс дружил с Хёнджином. На сцене, на видео, в жизни – между ними была та самая искренняя дружба. Они так гармонично дополняли друг друга. И Ханбёль понимала, что у Феликса как будто отобрали его часть.       - И я в этом уверена, - подтвердила хореограф. Чан искренне кивнул ей в знак благодарности. – Всё наладится.       Феликс торопливо кивнул.       - Просто… Он так редко теперь даже на сообщения отвечает. Ему плохо, - поделился он. – Я знаю. Я ничем не могу помочь и это ощущается так… Но… Я очень переживаю, понимаете?       Его голос сорвался, и он прокашлялся, смаргивая мутную пелену.       - Его очень не хватает.       Кажется, в этот самый момент, Ханбёль приняла внутри себя окончательное решение – помочь.       - Нужно держаться, Феликс, - сказала она серьезно. – В жизни бывает всё. А тут, всего-то небольшая пауза. Вот увидишь, скоро Хёнджин к нам вернётся. И всё будет как раньше. А сейчас, нужно собраться. И сделать так, чтобы стей тоже справились. Для них это тоже – потрясение.       Чан улыбнулся, глядя на Ханбёль. Феликс вскинул на нее взгляд и быстро кивнул, шмыгнув носом. В его глазах сияла такая надежда, что защемило сердце.       - Ты права. Спасибо, Ханбёль. Все получится.       Ханбёль заставила себя улыбнуться и встала на ноги. Да, она приняла окончательное решение.       - До встречи на тренировке.       Осталось лишь встретиться с несколькими людьми, чтобы получить нужные материалы. И тогда, возможно, она сможет что-то сделать. Но у всего есть своя цена. И здесь придётся платить втридорого. Выходя из кабинета, она открыла список контактов. Написав одно сообщение.       О Ханбёль: Привет, Юна. Я готова сделать то, о чём ты попросила. Информации достаточно. Если готова ты – я жду твои доказательства и материалы. Не дожидаясь ответа, она нашла нужный номер телефона. Несколько секунд, чтобы собраться с мыслями – и она начала вызов.       - Привет, - твердо проговорила она. – Внеси меня в список. Надо поговорить. Завтра вечером.

***

      Ханбёль редко, когда выдавалась возможность вести машину. Но сегодня, путь ей предстоял не близкий, а расписание на сегодня, волшебным образом, расчистилось, оставив лишь одну вечернюю тренировку с трейни. Кажется, группу забрали на съемку танцевального видео вместе со всей командой, а это занимало целые дни. Она смогла арендовать машину и поехала за город, погруженная в свои мысли. Адрес вбитый в навигатор приближал её к конечной точке. Это оказался неприметный дом в небольшом пригороде. Он не выглядел как развалины, скорее как дом семьи среднего достатка. Заблокировав двери, девушка решительно постучала в дверь, прячясь под крышей крыльца от легкого моросящего дождя. Она открылась быстро.           - Здравствуйте, госпожа Ким, - поклонилась хореограф. – Я О Ханбёль, я вам звонила.           На пороге стояла молодая девушка, легко поклонившись в ответ. Невысокий рост, тёмные волосы и очень добрые глаза. Одета она была по-домашнему, плотнее кутаясь в легкую накидку, словно прячясь от ветра.           - Добрый день, проходите скорее, я вас очень ждала, - произнесла она, жестом приглашая зайти. – Давайте выпьем кофе и поговорим. Я рада, что не всем всё равно.           Они удобно устроились на кухне в креслах с чашками горячего кофе. Дождь за окном усилился, а тучи стали на несколько тонов темнее.           - Я понимаю, что вы не скажете мне, кто вы и какое отношение имеете к Хенджину. Но мне это и не нужно, - первой начала девушка. – Договоримся сразу – разговариваем на «ты» и по имени. Я расскажу, а после, ты задашь мне вопросы, хорошо?           - Да, Боксу, поняла, - кивнула Ханбёль. – Могу я… Запистаь наш разговор? – и хореограф показала открытый на экране диктофон. Дождавшись кивка, включила его.           - Итак. Зовут меня Ким Боксу. Когда всё только началось, я, честно говоря, была очень возмущена, - начала свой рассказ девушка. – мы с Хёнджином учились вместе в одном классе. И никогда он н делал того, в чём его обвиняют. Наоборот, он защищал слабых. Помогал им, поддерживал и был, так сказать, голосом разума нашего класса, помогая наладить мир. А тут такие обвинения. Да и от кого? Анонимные пользователи! – девушка презрительно фыркнула. – Я тогда подняла все переписки и нашла свои переписки с господином Хваном. И значете что? После того, как я начала публиковать их, мои аккаунты начали тотально блокировать и замораживать.           - Замораживать? – удивилась Ханбёль.           - Ну да. За "спам", как писали или "слишком частые действия". Техподдержка так и не дала чёткого ответа. У меня есть доказательства. Только я не могу пробиться.           - А почему вы вдруг решили помочь?           - Понимаю вашу подозрительность, - ничуть не обиделась Боксу. – Но у меня обостренное чувство справедливости. И я терпеть не могу, когда обвиняют невиновных. Когда ты знаешь, что он не виновен. Но ничего не можешь сделать. И это… Гложет.           Ханбёль понимающе кивнула и выключила диктофон, убирая телефон в джинсы. Кофе был допит, информация была на руках. Боксу любезно отправила все скрины переписок Ханбёль и даже налила кофе в дорогу.           - Позволь спросить, а где ты работаешь? – вдруг на выходе поинтересовалась хореограф.           Солнце вышло из-за туч, освещая мокрые улицы и грея осенним, едва ощутимым теплом.           - В суде, - улыбнулась Боксу. – И многое знаю о несправедливости. Будь осторожна, Ханбёль. И спасибо тебе. Не знаю, сколько бы я еще мучилась, если бы ты не пришла. Так что, если тебе будет нужна помощь – дай знать!           - Всё получится, - улыбнулась девушка в ответ, помахав рукой. – Спасибо!           Ехать стало легче. Ответа на отправленное сообщение еще в компании пока не поступило. Девушка понимала, что тяжело решиться открыть душу и доверить страшный секрет кому-то. В мире не все белые и пушистые. А зачастую, только алчны и жестоки, достигая своих целей.           Следующим в списке ее поездок на сегодня был парень, живший в соседнем пригороде, тем не менее дорога туда оказалось сложной. И там всё вновь подтвердилось – обвинения были ложью. Парень, по имени Минхо, привёл в помощь еще одного бывшего одноклассника и те наперебой доказывали Ханбёль, что всё это ложь. Находились и конфликтные видео, в котором Хёнджин выступал мирной стороной, успокаивая драки и всё новые переписки, даже старый, давно заброшенный чат класса был найден, скопирован и разобран. Помогали все, кто мог и хотел. Их было немного. Но уже к вечеру, доказательств было достаточно. Она ехала обратно в город, сдавать машину и как раз стояла в большой пробке, когда телефон негромко завибрировал.                     Юна: Прости, что так долго. Всё готово.           Юна: «файл».           Юна: Действуй.           Юна: И береги себя.           О Ханбёль: Обязательно. Спасибо, Юна.           Ханбёль со стоном откинула голову назад, упираясь в сиденье. Получилось. Все карты были на руках. Осталось теперь всем этим теперь правильно распорядится. В этом ей не было равных.           Светофор загорелся зелёным, и девушка нажала на газ, подъезжая к компании. После тренировки, вечер обещал быть очень насыщенным.

***

Ханбёль напряженно посмотрела на себя в зеркало. Черное платье-карандаш в пол, в меру открытое декольте, украшения и светлые волосы, уложенные волнами. Вечерний макияж и каблуки, всё удачно дополняло образ, делая её строгой и на вид весьма стервозной. Даже после тренировок, она не выглядела уставшей. Силы воли было не занимать, хотя болела каждая мышца в теле. В душе царил раздрай – она до сих пор не понимала, почему позволила себе принять такое решение и влезть в это дело. Что так всколыхнуло её душу? Но отступать было поздно. Всё должно быть не зря. Она едва вырвалась тогда из грязного мира айдолов, сполна хлебнув негатива. Зареклась вмешиваться и помогать, но сейчас будто не видела выхода иного. Ханбёль могла попытаться помочь. И не смогла бы простить себя, упусти она такую возможность. Такси уже ждало внизу, водитель галантно открыл перед ней дверь. Дорога была свободной, да и не удивительно – все уже разъехались по домам после работы и выбрались куда-то прогуляться. Пятница обещала быть шумной, но не для тех, у кого ожидался завтра полный рабочий день. Девушка вздохнула – опять не выспится.           Такси подъехало к ночному клубу с яркой неоновой вывеской «Эдем». Водитель вновь открыл дверь, подавая ей руку. Ночь уже окутала город своей мягкой тьмой, поэтому огни казались вдвойне ярче. У входа толпилась длинная очередь желающий пройти внутрь, но охрана не пропускала, отсекая толпу. Рядом то и дело проскакивали журналисты. Сегодня Ханбёль не надела маску, поэтому слегка дернулась от вспышек – ей повезло, что она не была айдолом. А лишь никому неизвестным хореографом.           Этот клуб пользовался популярностью у звезд и попасть в него было не так-то просто. Поэтому, очередь вовнутрь всегда была длинной, а рядом то и дело толкались журналисты. Девушка уверенно подошла к охране, называя своё имя. Без вопросов, ее пропустили вовнутрь, ведя в нужном направлении.           Громкая, бьющая по ушам музыка, запах алкоголя, танцующая толпа – всё это тут же окутало Ханбёль с головой, погружая в неприятные воспоминания. Отбросив прочь ненужные мысли, она направилась вслед за охранником на второй этаж, куда пропускали лишь особенных гостей. У лестницы «непринуждённо» толпились девушки в очень ярких нарядах. Значит, сегодня тут точно был кто-то из айдолов.           Её вели прямо к одному из диванов, в самом дальнем конце зала, где по-хозяйски сидел довольно молодой парень в чёрной футболке, черных джинсах и бокалом в руках. Рядом с ним активно хлопала глазами девушка, а декольте её платья, казалось, не прятало вообще ничего. Яркий макияж, высокий хвост – не было сомнений, зачем она сюда пришла. Ханбёль заставила себя надеть на лицо мягкую улыбку. Ханбёль ощущала на себе любопытные взгляды кого-то, кто был скрыт в тени. Сегодня тут и правда было многолюдно. И как только парень оторвал взгляд от девушки, его улыбка стала искренней.           - Ну надо же, что за прелесть к нам пожаловала, - улыбнулся он и лениво повернулся к незнакомке, меняя тон голоса. – Оставь нас.           Девушка притворно надулась, но покорно встала с места, прожигая Ханбёль взглядом. Хореограф лишь закатила глаза. Через секунду ни её, ни охранника уже рядом не было. А хореограф намерено села на другой диван, напротив собеседника.           - Здравствуй, Ханбёль, - кивнул парень, наполняя второй бокал игристым содержимым и пододвигая к ней. – Как всегда – прекрасна.           - Здравствуй, Мин, - ответила она, уважительно кивая. – Рада видеть.           - И все так же лицемерна, - хохотнул Мин. – Была бы твоя воля и за километр бы не подошла. Но, вижу, что что-то случилось. Итак. Чем могу быть полезен?           Был и у Ханбёль своя часть тёмной истории. Только выпустившись из института, юная Ханбёль искала работу. Она была юна, прекрасна и наивна. Увидев вакансию в клуб «Эдем» и понимая, что оплачивать лечение сестры скоро станет не с чего, она откликнулась на многообещающий гонорар. Это была её первая работа хореографа. Зарплата была сильно завышена в объявлении, по факту, её обязанности оплачивались не так высоко. Но она была рада и этому. Прежний менеджер, однажды, спустя время, объяснил, что к чему. Оплата работы могла бы быть выше, как в объявлении. Но помимо постановки танца, необходимо было принимать участие в номерах. А они далеко не всегда были безобидными.           Она долго отказывалась. Долго сопротивлялась. Но однажды, когда её сестру забрали в больницу на неопределенное время – сдалась. Когда она поняла, как ошиблась, обратного пути уже не было. И прежде, чем случилось что-то плохое, пост менеджера занял новый – Мин. Сын владельца клуба, которому сказали «делай что хочешь». И вопреки стереотипам, парень решил очистить имя клуба от грязи, а не увязать в столь денежном бизнесе. Он потратил много времени, очищая имя клуба и его репутацию, сделав его одним из самых престижных мест Сеула. Оставил лишь название – как напоминание.           Ханбёль помнила, как сначала он поддерживал политику предыдущего менеджера. Но однажды, когда ему лично пришлось вступиться за девушку, перед очень наглым клиентом, понял, что так нельзя. Таких было немного. У него было несколько уникальных способностей – видеть людей, вести бизнес и владеть информацией. Как и распоряжаться ей. Он влиял на новости мира индустрии, скрывая за плату те или иные факты, либо публикуя новые заявления.           - Как всегда – проницателен, - отозвалась Ханбёль. – Ты прав, я хочу попросить об услуге.           - Ханбёль. Мне нравится, как ты изменилась. Сразу к делу. Я слушаю.           - Это касается новости о буллинге Хван Хёнджина.           Губы Мина вытянулись в трубочку.           - О-о-о, - протянул он. – Я кажется понял! Вот кто у нас теперь новый хореограф JYP, не так ли?           - Я же говорю, проницателен, - хмыкнула девушка. – Верно. И мне нужно, чтобы это прекратилось. Невооруженным глазом видно, что все состряпано на коленке, и это камень не в твой огород, - спешно добавила Ханбёль видя, как парень притворно оскорбился. – К твоему таланту вопросов нет. Красиво. Но мне нужно это остановить. Я знаю, что тебе заплатили и даже спрашивать кто это не буду. Останови это.           - Милашка, я бизнесмен, - по-доброму улыбнулся он, и вдруг кивнул ей на бокал. – Ты пей, вижу разговор предстоит не простой.           Она сомневалась, стараясь скрыть беспокойство.           - Не бойся, не подсыпал ничего, - развязно произнёс он. – Сегодня, это не в моих интересах, - добавил он, глядя, как девушка делает глоток напитка. – Ну так вот. Ты права. И да, мне заплатили. И я не уверен, что у тебя есть больше средств.           - Конечно же нет, - отозвалась Ханбёль с легкой улыбкой. – Я не наивна, забыл? У меня есть кое-что поинтереснее денег. Это же так… банально, - протянула она, закидывая ногу на ногу. – Не так ли?           В точку. Глаза Мина азартно вспыхнули, хоть он и пытался это скрыть.           - И это?...           - Информация, - закончила девушка. – И она уникальна. Скажем, из первых рук. - А ты умеешь удивлять, - одобряюще кивнул парень, отзеркалив позу девушки, делая вид едва ли заинтересованного человека. Но Ханбёль знала Мина слишком хорошо. – Если эта информация ценная, то я весь внимание.           - Неужели ты думаешь, что я могла так оскорбить тебя, приготовив что-то скучное, - продолжила накручивать хореограф. – А говорил, что знаешь меня…           - Ну, не томи уже! – вздохнул Мин. – Что за тема?           - Как насчёт сексуальных домогательств к участницам популярной группы со стороны менеджера?           Кажется, парень подавился своим напиток. А Ханбёль довольно, но мягко улыбнулась.           - Доказательства?           Она медленно показала экран своего телефона, не выпуская из рук. Тот самый файл, что получила сегодня немного ранее. Весьма интересного содержания видео. Глаза Мина расширились, и он присвистнул.           - И это лишь часть того, что я готова тебе передать.           - А ты умеешь удивлять. Мне интересно. Твоя цена?           - Выпусти опровержение. Я нашла много подтверждений тому, что выпущенная новость о Хёнджине – фейк. Опубликуй новость везде, где можешь. И информация твоя, вместе со всеми доказательствами.           Парень вдруг стушевался. Едва заметно, но Ханбёль заметила.           - Заказчик будет недоволен… - буркнул он задумчиво. – Будет рвать и метать, зная, откуда ноги растут. Ты понимаешь?           - Набиваешь цену? Похвально. Но зря. Это то, что взорвёт сеть. И ты это знаешь, - губы Мина растянулись в улыбке. – Даже не пытайся.           - Моя девочка выросла, - хищно протянул он, а Ханбёль спрятала глубоко внутри отвращение, вызванное ненужными воспоминаниями. Горечь во рту сменилась вкусом дорогого алкоголя. – Горжусь. Я вырастил ту еще акулу, - он еще минуту подумал. – По рукам. Это бизнес. Я согласен.           - Договорились.           - Сбрось мне всю инфу в Телеграм, - ответил он. – И я просто напомню условия. Никто не должен знать. Ни имён, ни мест, ни телефонов. Зачисти всё у себя после. В свою сторону обещаю твою конфиденциальность. Как имя, так и должность.           - В этом я и не сомневалась, - мягко улыбнулась Ханбёль, направляя материалы в мессенджер.           - Я так понимаю, это всё, зачем ты пришла, - хмыкнул Мин лениво. – даже жаль.           - Не останусь и не проси, - сказала она, сделав глоток игристого. – Но тебя я была рада видеть.           Парень искренне улыбнулся ей. Затем, его взгляд стал задумчивым. С минуту он помолчал, а потом…           - Я не должен это озвучивать, это слегка противоречит моим принципам. Но, когда дело касается тебя, я могу чуть поступиться ими, - начал Мин и улыбка пропала с его лица. – Про тебя спрашивали. И много. Предлагали деньги. Тоже много. Но я ничего не сказал. Кто-то копает под тебя. Будь осторожна, Ханбёль.           - Всплыву я, всплывешь и ты, - закончила за него Ханбёль, моментально меняя игривое настроение на серьёзное. – Я поняла. Спасибо за информацию, Мин.           - Есть подозрение, что ты куда-то вляпалась. И сама не понимаешь куда. Как и я. Поэтому и говорю – будь осторожна. Я не всесилен, как бы это не казалось со стороны.           Ханбёль кивнула и допила бокал игристого.           - Спасибо, Мин. Рада встрече, - проговорила она, вставая с места. Парень повторил за ней.           - И я, дорогая. И я.           Покидая этаж, девушка настолько глубоко ушла в свои мысли, ощущая напряженный взгляд в спину. И их словно мгновенно стало несколько. Она лишь краем сознания это ощутила, но списала всё на свою нервозность. Возможно, слегка напугало что о ней спрашивали. Хотя, много кто её искал в последнее время. Её репутация была безукоризненна, а вот мысль о том, что про неё спрашивали здесь напрягала. Возможно, просто обратились к самому известному торговцу информацией. А Мин в этом деле занимал лидирующие позиции. Мир айдолов далеко не такой чистый, каким кажется. Ханбёль знала это по себе. Она знала цену информации и знала, что бывает, попади она не в те руки. Видела и слышала слишком много. Она жила в этом мире, едва справляясь с грязью и отвращением. Но она смогла вырваться. А сейчас, тревожное прошлое давало о себе знать.           Из клуба она вышла по ощущениям искупавшись в грязи. Но она не сомневалась, что теперь, всё должно встать на свои места. Путь домой в такси не занял много времени. И проведя в душе времени чуть больше, чем хотелось бы, она устало упала на кровать, погружаясь в беспокойные сны.

***

          Ханбёль проводила очередную репетицию с мемберами, корректируя хореографию.           - Минхо, соберись, ты же по-другому ставил движение, - проговорила она, когда танцор сбился в очередной раз. – Что с тобой сегодня? Ты в порядке?                     Она с утра заметила, что парень витал в облаках. Девушка не поощряла их скрытые отношения с её подругой, но и не препятствовала. Ханбёль вспомнила их недавний разговор. Как подруга выглядела как нельзя виноватой, но хореограф её поддержала.           - Ты, моя подруга, Данби. Я всегда на твоей стороне, - сказала она тогда. – Только береги себя, пожалуйста.           Данби в тот вечер много её благодарила. И плакала. У них всё было хорошо. Но вот что было с Минхо сегодня, Ханбёль не понимала. Она только ощущала его тяжелый взгляд на себе.           - Вы видели?! – в зал влетел явно взбудораженные менеджер. Его глаза горели, пока он размахивал своим телефоном. – Видели?!           Все стоящие в зале удивленно уставились на него.           - Вышло опровержение! Доказательства неоспоримы! Решение уже принято – Хёнджин возвращается!           Мемберы окружили Тесона, нагло отбирая его телефон и жадно вчитывались в новости. Ханбёль заглянула за плечо Джисона. Статья вновь взорвала сеть. Скрины доказательств, видео, переписки, запись голоса, множество подтверждений о невиновности и, наконец, официальное заявление JYP. Ханбёль расслабленно выдохнула. Получилось. Мин сдержал слово. Теперь, можно было успокоится.           - Завтра вернётся к тренировкам. А в общежитие – уже должен был, - закончил менеджер. – Так что поздравляю. Stray kids снова в полном составе!           Тут же семь пар глаз уставилось на неё. Ханбёль притворно вздохнула и закатила глаза, складывая руки на груди.           - Идите, - кивнула она. – Вам всем это нужно.           Под радостные крики мемберов, ребята начали собираться и покидать зал, читая статью в своих телефонах. В зале стало непривычно тихо. Ханбёль медленно собрала свои вещи, радуясь окну в расписании и уже собралась написать Данби с приглашением на обед, когда развернулась и едва не врезалась в мембера, стоящего почти позади нее.           - Минхо? – она крупно вздрогнула, а потом улыбнулась. Действительно по-кошачьи подкрался. – Ты чего еще тут?           Айдол молчал несколько мгновений, напряжённо глядя на девушку.           - Я не знаю, что тебя связывает с Мином, - начал он и Ханбёль похолодела. – Не знаю, и не уверен, что мне нужно это знать. У каждого своё прошлое. Но то, что ты сделала…           Ханбёль проглотила ком в горле.           - Минхо, я…           - Нет, - он остановил её взмахом руки. – Сейчас говорю я, госпожа О. Я не представляю, как ты додумалась пойти к нему, к одному из самых опасных людей в сфере развлечений. Но… Я злюсь. Я действительно злюсь, потому что это могло не сработать. Ты могла подставить себя, и всю компанию, - произнёс он, сделав паузу, чтобы собраться с мыслями. – Но это помогло. Я не догадываюсь, чего это тебе стоило. И я действительно благодарен тебе.           - Как ты понял? – спросила Ханбёль, словно защищаясь, бегая взглядом по лицу танцора. – Как ты… Ты был там, - вдруг поняла она. – Только так ты мог узнать. Вчера, ты там был. Вот откуда, не так ли, - Минхо не ответил, и девушка усмехнулась. – Мне не показалось. Я чувствовала. Что кто-то за мной следит.           - Это стечение обстоятельств.           - Это не важно, - ответила Ханбёль. -  Тем не менее, я… - она запнулась. – Я не…           - Это не важно, - так же ответил Минхо. – Сдаётся мне, что в твоём прошлом есть что-то, о чём ты не хочешь вспоминать. Захочешь – расскажешь. Но не здесь. Тут слишком много ушей. А я клянусь, что никому не скажу. Просто будь осторожна в следующий раз. Это мог быть и не я.           Ханбёль благодарно кивнула.           - Спасибо, Минхо.           - Не стоит. Ты сделала больше.           Позади в дверях появился Чан.           - Минхо, идешь?           - Конечно, хён.           Когда все участники покинули зал, Ханбёль устало опустилась на пол. Минхо был прав, как никогда. Девушка вздохнула, обхватывая голову руками. Она устояла на краю, едва не упав в пропасть. Стоило быть осторожнее.           Стряхнув усталость, девушка поднялась на ноги. Пора идти. Впереди ещё одна тренировка и ей можно было идти домой.

***

          Следующий день вновь не радовал солнцем. Дождь, казалось, лил без остановок. Но на душе у Ханбёль было спокойно. Стоя посреди тренировочного зала, она неторопливо разминалась, слушая фоновую музыку. Двери распахнулись и вовнутрь ворвалась толпа мемберов Stray kids. Ребята весело о чем-то болтали, обнимая Хёнджина, на лице которого горела улыбка. Он похудел, лицо немного осунулось, но глаза горели тем самым счастливым огнём. У Ханбёль сердце словно пропустило удар. Радость мгновенно окутала всё тело, побуждая улыбнуться.           Но, когда она встретились взглядами, его улыбка пропала с лица. Девушка была озадачена.           - Хёнджин, рада тебя видеть, - кивнула она. – С возвращением.           Парень не ответил, лишь кивнув. Ханбёль ощутила укол боли. Она рада была его видеть, очень искренне. А он смотрел на неё как на врага. Возможно, всё дело было в пережитом. Хореограф решила не лезть, но позже разобраться в ситуации.           - Раз все в сборе, давайте начинать, - проговорила она, сглаживая паузу. Но в аффекте радости, никто и не заметил неловкого момента. – На разминку.

***

          Сегодняшняя тренировка прошла спокойно и впервые за эти месяцы – живо. Ребята переговаривались, смеялись и Ханбёль не останавливала их. Им так не хватало друг друга. Начиналась активная подготовка к туру, а это значит, что тренировок будет больше. Отработав почти четыре часа без остановок, Ханбёль с чистой совестью отпустила мемберов на перерыв. Их расписание было плотным и расходилось. Вот-вот придут трейни и девушка стояла посреди зала, погруженная в программу. Близилось время экзаменов. Она не сразу среагировала на хлопнувшую дверь и несколько запоздало оторвала взгляд от записей, встречаясь взглядом с Хёнджином.           - Хёнджин, напугал, - выдохнула Ханбёль, улыбаясь. – Как ты? Я действительно рада, что ты здесь.           - Да, как видишь, - чуть ядовито улыбнулся он. – Несмотря на твои попытки, чтобы это было не так, я прав?           Девушка нахмурилась.           - Что? – с легким шоком Ханбёль заставила себя начать говорить. – Ты о чём?           - Можешь не притворяться, - ответил айдол, убирая руки в карманы. – Я многое о тебе узнал за это время. Так ты всё делаешь по-своему?           - Я не понимаю, о чём ты говоришь, - прервала парня хореограф, нахмурившись. – И ума не приложу, почему ты пришёл к такому выводу, но…           - Как я пришёл к такому выводу, не твоё дело. Ты давно спланировала это, не так ли? Сделала так, что мы победили, а потом, чуть не выкинула меня, сфабриковав слухи.           - Не неси чушь. От вас зависело, буду я здесь работать или нет.           - Поэтому ты и позволила нам победить, - парировал Хёнджин. – А затем, решила всё разрушить, нацеливаясь на рыбку покрупнее, чем Stray kids. Предложения о работе тебе посыпались уже, не так ли? Конечно я прав, наш мир маленький, несмотря на то, каким кажется.           Это была правда. Многие компании предложили Ханбёль работу после победы на Kingdom, и она отклонила все до единого.           - Хёнджин, я не понимаю, о чем речь.           - Можешь не притворяться больше. Я знаю, ты это умеешь. В глаза улыбаешься, а за спиной… - он тяжело вздохнул и в его глазах была печаль. – Я думал, ты другая, а ты... Я разочарован. И я считаю, что об этом должны знать все, как думаешь?           Дверь в зал неожиданно распахнулась.           - Ты идешь? Я тебя заждалась!           Ханбёль слишком хорошо помнила этот голос. Сначала со времен школы, потом, со времён института. Последний раз, они виделись на прослушивании. В дверях хищно улыбаясь, стояла Ким Сора.           - Сора, - кивнула хореограф мягко.           - Ханбёль, какая встреча, - улыбнулась девушка совершенно неискренне. – Рада видеть.           - Какими судьбами?           - О, так ты не в курсе? – она прошла в зал, вставая рядом с Хёнджином. И теперь, сомнений, откуда поползли нелестные слухи. Вот он источник, прямо перед ней. – Я заключила контракт с JYP как сольный исполнитель. Так что, будем работать вместе, - в её глазах горела усмешка. Она перевела взгляд на Хёнджина. – Идём? Всех айдолов вызвали н конференц-зал.           И вот, Ханбёль осталась одна, стоя посреди зала. Внутри было пусто. Дело пахло керосином.           Тучи постепенно сгущались.           И вот от этого становилось действительно страшно.