Красавица и чудовище.

под тяжёлыми ногами снег хрустел как пережаренный белок, оставляя углубления в виде двух параллельных палок и прямоугольника. серое небо одаривала путника лунным светом и лёгкими пушистыми снежинками, которые словно светлячки, направляли его в нужное место. и хоть выглядел лес прекрасно, в нем было до чёртиков холодно и не будь на мужчине несколько слоев одежды, которые заканчивались пышной черной шубой с мехом поверх белого кимано с черными ветвями, он бы уже давно замерз. правда кончик носа и часть возле глаз были ярко красными, зато остальная часть была покрыта длинным чёрно-белым шарфом. на руках были толстые перчатки с мехом, а ноги окутаны в несколько слоев носков. сущий холод был путнику не по чем, не только за счет такого количества одежды, но и крепкого телосложения. натренированное подкаченное тело вытерпело и не такие условия, так что он шёл спокойно, но быстрым шагом, ведь не терпелось ему оказаться на заданном месте. и всего несколько метров - и перед его глазами ярко блестит лесной ручей. он покрылся толстой плотной льдиной, но не везде, была дыра, явно проломленная насильно. словно специально, все облака сошлись и снег перестал идти, лишь последние игроки зимней гонки упали на белые ресницы путника, пока он сам расслабился, дойдя до место назначения. кросс, коим звали бывшего самурая и нынешнего ронина, спустился на колени перед разломом, который был довольно близко к заснеженному берегу. монохромный снял с лица шарф и оголил белоснежные слегка пушистые волосы и лицо. подбородок был четко высоченный, взгляд груб и насторожен, а чёрно-белые глаза яро впивались в прорубь. имелась легкая щетина и множество заслуженных службой шрамов, которых тот уже больше не стеснялся. раньше кроссу было тяжело оголять лицо, так как многие страшились его из-за сурового вида, коим была лишь внешняя оболочка, но его это больше не волновало. больше нет .. руки опустились на колени и тот стал ждать, а долго и не пришлось. совсем скоро до кончиков уже порозовевших ушей доннёся глухой всплеск и мелькание черной фигуры под водой и вот уже он весь в холодных брызгах, а перед ним, опираясь руками на лёд и закрепляясь острыми когтями, что в него впивались, чтобы не соскользнуть, виднелся хозяин ручья и наверное из сильнейших ёкаев. это был они, демон, кровожадное и мерзкое существо. но существо не было им чисто, скорее развитый род, что приспособился к жизни в воде за около 400~ лет. кончики пальцев были чисто черные и очень острые, словно когти впились с основными пальцами, за спиной извивались длинные черные щупальцы, что всегда помогали его хозяину с работой, длинные заострённые уши, рядом с которыми за волосами были жабры. бледная слегка пожелтевшая кожа и более ярко желтый белок, такого же цвета зубы к которым в комплект шли острые длинные клыки и самое завораживающие - глаза. радужка была ярко голубой, ближе к зрачку отдавая сине-фиолетовым, ресницы густые черные, как волосы, такие же длинные. кожа нежная и гладкая, любые царапины заживали моментально. зрачок сначала сузился, когда его резко обрызгали холодной водой, а после невольно расширился, увидев удивлённое лицо ёкая. – привет.. я вернулся. рад тебя видеть. – хоть и говорил он слегка сухо, даже скорее уставше, уголки губ сами невольно всплыли вверх при виде ничего не понимающего они.– что такое? не скажешь мне ни слова? – ронин позволял себе потешится над опасным зверем, не чувствуя себя в опасности и нося оружие лишь на случай других ёкаев или просто диких животных. – ты.. пришел.. – словно не веря увиденному, прошептал речной. кросс, перед тем как уйти, говорил что обязательно вернётся, выживет, но его друг был пессимистом, он всегда готовился к худшему. монстр осмотрел путника и сполз на берег. несмотря на тонкое и худое телосложение, он был выше монохромного на две головы, хотя мог спокойно менять свой рост как угодно,– пришёл.. – взгляд с ошеломлённого перешёл на нежный, настолько, несколько ёкай мог себе позволить. уголки губ приподнялись и он сразу ринулся обниматься с потеряшкой. – идиот! я скучал.. – хах, ну куда же мы без оскорблений.. – ухмыляется младший, на что получает недовольное бурчание второго,– я тоже скучал, найтмер.. прости, что заставил тебя волноваться,– и вскоре ронин и сам обнимает кошмара, прижимая того к себе, словно пытаясь согреть больно обжигающе холодное тело. они позволяли себе скромные нежности, чаще кросс, ведь ёкай, как оказалось, был очень любвеобильным и просящим тактильного внимания, к чему воин не особо привык, но всегда был рад оказать подобные приятности партнеру, раз того это так волновало,– я очень устал, найт, и замёрз.. пойдем домой? – несмотря на то, что его любовником был никто иной как демон, ёкай, к которым раньше тот всегда относился с признанием и отвращением, сам будучи человеком, жил в городе. не далеко от самой горы, даже больше, в городе, рядом с которым заканчивался тот же ручей, в которым жил найтмер. раньше воин жил в столице, в доме что еще давно отдал ему его прошлый хозяин, которого уже не было в живых, но сейчас монохромный продал его и поселился в том городе, еще не успев провести там экскурсию своему партнеру,– не волнуйся, там тихо, людей живёт мало.. – блять, заткнись, заткнись, заткнись.. – у кросса замерло сердце. неужели его возлюбленный не устраивает мысль о том что он будет жить в городе среди людей? воин тут же начал пытаться рассказывать кошмару плюсы, что ему не нужно будет выходить, воин сам будет ходить на работу и за покупками, что они будут жить вместе и придумают что-то с его проблемой в виде проклятья, – гх заткнись! какой же ты идиот, ну почему ты такой.. я пойду куда угодно, лишь бы с тобой, насрать мне на этих людей, хоть в самую столицу.. – кошмар, приобнимая руками шею ронина, сам без стыда уже сидя на коленях того, чем нижний был не против, сверлил недовольным взглядом, мол, я тебе что истеричка какая-то? – а.. прости, прости, ночь моя, я думал тебе неприятно в людных местах, ты же их так не любишь.. – скулы ёкая слегка розовеют и тот лишь обнимает любовника дальше, бурча что-то: не называй меня так,– но это тебе так подходит, ночь моя, – и вновь легкая улыбка, тревогу как рукой сняло.и действительно, как он мог такое подумать.. чтобы найтмер, такой ревнивый, любвеобильный собственник, предпочел бы находится в глуши от своего партнера? от этой мысли ронин слегка хохочет, чем вызывает недопонимание у старшего,– да я просто.. сам понимаю что чушь сказал. – поэтому и говорю, идиот, дурень, дурак, слабоумный.. – начинает перечислять они, скрестив руки за шеей воина, но тот уже не слушает, он лишь любуется видом своего любовника, которого словно короновала луна.– м? чего так смотришь, дуралей? – кросс прикрывает глаза и лишь кивает, шепча что-то в духе: да, дуралей, и крепче обхватывая талию партнёра, падает назад на снег, чем заставляет старшего опереться руками и соприкоснуться носами друг с другой.– тц, какой же ты.. гх, ненавижу тебя, ненавижу..– что-то неразборчиво шепчет недовольный и более краснеющий кошмар, утопаясь в поцелуе с возлюбленным. фиолетовые языки соприкасаются с бедным одним языком человека, ёкай часто любил так дразнится, также слегка покусывая губы и кончик языка. крепкие руки обняли спину из которой шли щупальца, что бесцеремонно обвили вокруг конечности ронина, сжимая и прижимая ближе к себе, словно тот убежит, бросит, чего как огня боялся найтмер, но чего никогда не произойдёт. а не произойдёт, потому что они любят друг друга, хоть и один из них до сих пор стыдится собственных чувств. и испытывают симпатию друг к другу еще давно. хоть в первую их встречу оба были насторожены: кросс воспринимал кошмара как сущее зло которое нужно истребить, а кошмар воспринимал кросса как чёрствого и мерзкого человека, желающим его пыток. но оба с каждой встречей все больше и больше узнавали разные стороны друг друга. кошмар больше не казался жестоким высокомерным павлином, который только и хотел что наслаждаться мучением людей, а кросс не был холодным недоступным и грубым воином, что не желал общения с другими и всей душой ненавидел монстров. они узнавали больше, проникались, стали понимать друг друга и искренне ждать очередной встречи. кошмару нравился этот легкий холодок и каменная глыба, которую хотелось расколоть, а кроссу было интересно слушать существо, которое в несколько раз старше его. они, сами того не понимая, из соперников перешли в куда большие отношения, не желали причинять друг другу боль. екай понимал человека, что относился к таким как первый настороженно по собственному опыту и историям, а человек понял ёкая, которому приходится есть людей чтобы выжить из-за своего проклятия. и они хотели друг другу помочь, справится со всем дерьмом. кросс больше не волновался по поводу своих шрамов и скудной эмоциональностью, его партнер при каждой встрече их с интересом рассматривает и выводит того в чувства, наслаждаясь красками на чужом лице. а кошмар перестал быть настолько боязливым и негативным к людям, он больше не мучает тех и убивает мгновенно, иногда даже прогуливаясь с любовником по улицам столицы, конечно в чел. облике. они не видели в друг друге былого отвращения, были лишь теплые и нежные чувства, желание увидеть, получить и подарить внимание и ласку, коей не хватало обоим. напоследок язык прошёлся по холодным губам и отпрянул от манящих уст. воину уже не было столь холодно, дыхание партнера приятно согревало замёрзшую мордашку. но этого было так мало, за столь долгое отсутствие он хотел насладится временем с ним горой. пушистые перчатки были откинуты недалеко в сторону, на них сейчас было все равно, и слегка шершавые, не особо нежные от былых тренировок руки прикоснулись к мерзлым щекам. екай облизнул губы и прикрыл глаза, нежась об руки человека, довольно мурча словно кот. эта мысль потешила кросса и заставляла ухмыльнуться. найтмер действительно повадками походил на змею или кота, хотя самому не нравилось когда сравнивали с диким зверем. большой палец скользит под длинную челку и проходится по черной субстанции : правый глаз найтмера был заполнен тем же составляющим из которого сделаны щупальца, иногда они могли выползти и оттуда, но это доставляло сильную боль в голове. от воспоминаний о дне, при котором он получил этот дебафф, кошмар недовольно хмурит брови и кладёт голову на широкую грудь ронина, прижимаясь к тому. хотелось полежать так.. несмотря на весь холод.. но совсем скоро он вспоминает о кое-чем. младший на это хмычет и проходит рукой по головушке монстра, другой поглаживая спину. – кросс. – они устало лаполит и после приподнимается, заметив как нижний расслабляет хватку, отпуская из объятий.– пойдем? мне то холод не по чем, сколько времени проплыл в замёрзшей реке.. а ты то человек! еще и лежишь тут как слабоумный, все мозги отмёрзнешь– он возмущается и спрыгивает с любовника, щупальцами насильно заставляя встать на ноги, на что тот недовольно мычит что-то в духе: сам на меня залез и это единственное что тебя волнует из того что я могу отмерзнуть? – мог бы и спихнуть на снег, дуралей. а что касается этого.. ну мозги себе ты уже и так отмерз, было бы также неприятно если бы ты отморозил себе кое-что другое.– монстр кокетливо хмылится и прилипает к плечу краснеющего воина, будучи довольным реакцией. пару минут и тело существа покрывается черным веществом, а когда оно сползает, перед кроссом уже стоит человеческий облик кошмара, что хмурил брови, так как в этой форме был куда слабее и ниже партнера.– не смотри так на меня, пошли. путь проходил в приятной тишине. пара шла словно влюбленные подростки: за руку, жмясь плечами друг к другу, хоть это и немного кололо гордость найтмера. зато кросс шел с удовольствием, сжимая холодные пальцы меж своих и согревая тем самым. даже в человеческом облике ёкай оставил щупальца, которые невольно приобнимали воина, заставляя того приятно вздрагивать и сильнее прижиматься к старшему, что того даже веселило, обычно это он проявляет тактильную инициативу. на бледном лице появляется ухмылка и одно из щупалец обвивает шею, поглаживая подбородок ронина, словно собачку, на что тот смущается, но не отталкивает. найтмер улыбается и сильнее сжимает ладонь тонкими пальцами, резко ускоряя шаг а после поворачиваясь лицом к партнеру, соприкасаясь с тем грудью. ухмылка на его лицо злорадствует над румянцем младшего, на что тот что-то бурчит и целует партнера в щеку, словно безмолвно говоря: дадада, пойдем уже. удовлетворённый поцелуем, кошмар идёт дальше, пока не замечает вдалеке огни. город не спит. на это монстр рычит, зрачки сужаются, щупальца начинают невольно быстро двигаться. от плохих мыслей в сторону людей его отвлекают объятия. кросс знает, что несмотря на все, его любовник боится людей из-за травмирующего опыта, как минимум не доверяет и не контролирует автоматическую настороженность к ним, поэтому не злится , наоборот, старается успокоить. пару минут и щупальца втягиваются в спину, он полностью прячется под человека и вздыхает, в ответ легко прикасаясь к щеке со шрамами губами, как извинения. воин кивает и идет дальше, ведя за собой старшего. они постараются быстро скрыться в толпе и подойти к дому. холодную руку крепче сжимают в своей, большой, как знак того что ронин с ним, тут, рядом, что он всегда защитит своего возлюбленного. на это екай слегка даже краснеет и нежится к плечу, потираясь щекой, подобный жест всегда нравился бывшему самураю. улыбка с лица сошла на каменную глыбу, как только они шагнули на каменную плиту, что была вся в бумажных рваных клочках, какой-то праздник. мар хмурит брови и выходит вперед кросса, словно того хотят атаковать. подобное заставляет второго слегка ухмыльнуться и хвостиком идти за самоуверенным и гордым защитником. они проходят на главную улицу где собралась толпа, чисто для интереса, чтобы узнать в честь чего такой шум. взгляд лазурных глаз бросается на плакаты, нарисованные каким-то незнакомым художником. на них был изображён кросс, этот праздник в честь его прибытия. сама причина, заметив это слегка хмурится, не любит он подобное, да и кошмар наверняка будет злобно смотреть как на его собственность проглядываются, но судя по ухмылке, он будет лишь рад посмотреть на того. воин вздыхает и отпуская руку партнера, проходить вперед в толпу. его встречают с криками и поздравлениями, что не могло не приятно трогать внутри, всё-таки, целая вечеринка в честь него. любовник же стоит в темном углу, хмылясь и смотря на слегка нервного кросса, который пытается объяснить толпе что устал и хочет лечь спать, но его уговаривают немного отпраздновать. пару бокалов, при которых ронин не стал пить алкоголь, а лишь попросил прохладной воды, и к нему подходит его партнёр, когда того отпускают из толпы на время. – что такое? все же, все город решил отпраздновать твое прибытие..– он улыбается и слегка гладит белые волосы, чем вызывает смешанные взгляды у девиц, которые поглядывали на них и заметив это, мар широко улыбается и резко потянув шарф вниз, целует младшего в губы, напоказ, говоря тем самым что он занят,– и я бы хотел тоже отпраздновать с тобой этот день~.. – ухмылка, сладкий шепот над ухом - это все акуму. он отстраняется и бросив самодовольный взгляд на ошарашенных дев, обратно уходит в угол, оставив партнера озадаченным и смущенным, не этого он ожидал. крики, веселье, танцы, и вот наконец они идут к дому, будучи пьяными. только найтмер от алкоголя, а кросс из-за усталости, не будучи буквально пьяным. идти осталось не долго и они подходят к небольшому домишке, зато уютному. человек достает ключи, оставленные хозяйкой что плясала с ним, и уже собираетесь открыть дверь, но его жмут к ней сзади, целуя в шею. руки проскользнули под ткань, обхватывая торс, а холодное дыхание вызывало мурашки. за этим всем от младшего последовал вздрог от неожиданности и мычание о том что им надо в дом. екай соглашается и нехотя отпускает партнера, фыркая, с блеском в глазах смотря за нелепыми усталыми движениями воина. хлопок, скрежет, торопливые шаги, грохот и кросс уже повален на кровать, если можно так назвать циновку в комнате. – мх. прости, кровати тут нет.. я- м, куплю потом..– сквозь слова идут мычания от поцелуев возлюбленного, которые приятно грели лицо и шею. шарф был уже давно откинут, еще в коридоре, – ты такой нетерпеливый.. – шикает и вздрагивает воин, как только бесстыдный речной хозяин начинает гладить того торс и бедра. –ох да ладно тебе с кроватью, я на дереве сплю вообще, – бурчит кошмар, уже не терпится разорвать эту блядскую одежду и прижаться к горячему телу, приласкать его, помочь расслабится и отдохнуть, – мм? а кто во время танца меня лапал, м?~ – екай ухмыляется и слегка кусает щеку монохромного, напоминая об их танце, при котором тот бесстыже прижимал мара к себе за бедра, чему тот конечно был только рад, – да и к тому же, неужели за почти полгода ты не хочешь насладится мною~..– он щурит глаза и садится на пах нижнего,сжимая его ладони в своих, с удовольствием наблюдая за румянцем на скулах. – а.. конечно хочу.. – воин отводит взгляд от действительно желанного тела, но кое-что было не то, – но ночь моя, почему бы тебе не вернутся в облик ёкая? – он освобождает руки и проводит их по щекам, как бы успокаивая что все нормально, –ты желанен мне в обоих обликах, не волнуйся.. – хорошо-, – кошмар чуть нервирует, сжимая ткань, далеко не первый раз когда он занимается любовью с партнером в этом облике, но всегда волнительно, к тому же он всегда уменьшает рост, до 175, для удобства, – ты уверен? я могу и-, – его перебивают положительным ответом, на что тот все же злорадно улыбается. одно движение и запястья воина были перехвачены щупальцами и прижаты к полу, в то время как другие обвили конечности и сжали их, – даже так?~ – ронин краснеет и отворачивает голову. подобный взгляд снизу вверх на возлюбленного не мог не возбуждать, – ох что такое? нравится когда я сверху?~ – старший хихикает и целует шею, слегка покусывая, на что слышит приглушенное мычание, – хочешь чтобы я был сверху или снизу? – уже более серьезно спрашивает екай, возвращаясь в положении. неловкое молчание и кросс на одном дыхании выдает второй вариант. он был слишком измотан физически для первого. на ответ положительно кивают и целуют нижнего. кросс прикрывает глаза и, когда его руки освободили от щупалец, обнимает ими старшего и прижимает к себе. оба любят, оба знают что любимы, обоих все устраивает. пару последующих поцелуев и они отстраняются, но не далеко. смотрят друг на друга, в глазах читается желание к близости, желание к ласки и вниманию партнера. одежда была лишним атрибутом, пару взмахов щупалец и она уже устремилась в сторону. лазурный глаз сразу устремился изучать тело на наличие новых шрамов, на что воин приподнял уголки губ и погладил того по голове. бурчание, снова поцелуй, поглаживание, стоны, они утопали друг в друге, захлебывались, но это их лишь радовало. последующая ночь обещает быть полной всего, чего им не хватало, пока луна через небольшое окно наблюдала за своими детищами. утром уже солнце билось в стекло, неприятно тычась в лица двух любовников, словно стыдя за произошедшее. мар мычит и подставляет руку, а после отворачивается в сторону, сильнее прижимая к себе монохромного, которому пришлось перенять удар на себя. но терпеть это воин не стал и скользнул вниз, уже сам утыкаясь в холодное тело. на это кошмар что-то неразборчиво бурчит и закидывает ногу на торс младшего для удобства, попутно слегка ухмыляясь. – мх, найтмее-ер.. – кросс мычит и все же протирает глаза, нечего так долго спать, – встаёшь? – ёкай что-то бухтит и обхватывает щупальцами горячее тело, не отпуская, – пх, ночь моя, мне нужно за продуктами..– кошмар отрицательно мотает голову и трётся щекой об макушку мягких волос. не собирается отпускать, – но ночь моя..- – ночь твоя хочет полежать с ее принцем, так что завались. – слегка резво отвечает мар, но через время стыдливо краснеет за позволенную грубость и уже более спокойно дополняет,– а делает это ночь, потому что любит принца.. – он бурчит и зарывается лицом в взъерошенные волосы любовника, приглушенно говоря что продукты он всегда успеет купить. – конечно..– кросс улыбается и пристраивается ближе к нему, закрывая глаза на плече. горячие руки проходились по холодной спине, успокаивающе поглаживая, в то время как ноги партнера прижимали его к себе. – и принц тоже любит ночь, очень любит.. – он приподнимает голову и встречается с недовольным взглядом старшего, чьи скулы предательский отдавали розоватым. смешок, и монохромный целует того в губы как извинения, а мар и не злился, но все равно принимает приятный бонус. – чудовище ты мое.. – воин ухмыляется, колко шутя над любовником. – ха! ишь какой, – на это найтмер также хмылится и соприкасается кончиками носов,– тогда ты - красавица, – белые ресницы дёргаются, но улыбка с лица не спадает. он что-то бурчит и меняет их позу, упираясь руками в простынь над партнером. но тот и не намеревался так просто отдать победу, он обхватывает тело и одним движением сам уже восседает сверху. словно дети, зато счастливые. счастливые потому что любят и потому что знают, что любимы.