воришка

– Это невыносимо, Соширо, – язык заплетался, а девушка пьяно машет руками, расплескав вино по всему полу. – Ты просто не умеешь радоваться мелочам, – Хошина улыбается, достав пару салфеток из пачки, стоящей на столике рядом, и быстро убирает бардак, разведённый его подругой, – посмотри на старика, которого мы недавно взяли, всему рад. – Ага, один из номерных, забавно, не правда ли? – Чиаса хмурится, перед глазами плывёт, и она перехватывает руку заместителя, – может, мне всё бросить? Сано всегда напоминала Хошине кошку: когда ей что-то не нравилось, девушка выпускала когти, а если проблема не исчезала, то она уходила. Так случилось и с шестым, она долго и упорно билась за него, готова была вскрыть глотки каждому, кто говорил, что смысла в повторных испытаниях нет, она только мучает свой организм; сейчас же, когда вопрос с владельцем желанного ей костюма был решён, Чиаса была готова бежать. Он также понимал, насколько девушке было важно получить шестого. Именно в битве с ним погиб отец Сано и единственное, за что держалась лейтенант всё это время – это стремление получить костюм, своеобразная извращённая месть за смерть отца. – Я не буду тебя держать, если захочешь уйти, – Хошина наклоняется, близко, настолько, что девушка чувствует его горячее дыхание и инстинктивно отодвигается, – меньше шума будет во время тренировок. – Придурок, – напускная обида на расслабленном лице Сано выглядела прекрасно, Соширо не переставал улыбаться с того момента, как зашёл проведать подругу, – сдаваться стыдно, а бороться больше нет смысла. – Ты сама себе рамки поставила, – заместитель прижимается спиной к кровати, при этом не сводя взгляда с девушки, – Чиаса, ты хорошо справляешься со своей работой, так продолжай делать то, что умеешь. – У тебя всё так просто, – Сано вздыхает, выговаривать слова становится всё сложнее, – ты же такой талантливый, сама капитан Аширо отметила твои заслуги… – Завидуешь? – лукавая улыбка на лице Хошины стала неожиданно раздражительной. – Завидую, – девушка честна как никогда прежде, – я бы тоже хотела быть такой. Закрывая глаза, Чиаса отчётливо видела сцену: девочка-подросток сжимала ладони в кулаки до кровавых отметин и повторяла, что обязательно получит костюм из убитого кайдзю, отомстит за смерть отца и станет непобедимым бойцом. С того момента прошло много времени, Чиаса хоронила солдат, которые были в её подчинении. Она была той, кто после зачистки всегда обходил раненных и помогал убирать трупы; Соширо всегда ругался из-за этой глупой привычки. После девушка обязательно шла в душ и спортивный зал, оттачивала навыки и наказывала себя за всех, кого не удалось спасти. Мёртвых не вернуть, им плевать на чувство вины, работай лучше, стань сильнее, – всё это набатом звучало в голове каждый день. Сано чувствовала, как сходила с ума. – Чиаса? – Хошина машет рукой перед лицом подруги, привлекая внимание, – ложись спать, ты уже достаточно выпила. Соширо поднимается и протягивает руку девушке. Сано смотрит несколько секунд на раскрытую перед ней ладонь, вкладывая свою. Заместитель рывком поднимает её на ноги, Чиаса пошатывается, а перед глазами всё плывёт. – Не напоминай утром ни о чём, – лейтенант прижимается лбом к груди Хошины, а парень ласково гладит её по голове. – Я подумаю, – помогая девушке лечь, Соширо укрывает её пледом, – спи. – Спасибо, – Сано укуталась в плед, отчего и без того непонятное бормотание превратилось во что-то неясное и совершенно неразборчивое, – какой бы ты ни был вредный, всё равно такой заботливый… и внимательный… спасибо. Заместитель усмехается, позволяет себе ещё несколько секунд посмотреть на макушку девушки, и, наконец, отходит от кровати. Убирает пустую бутылку и бокалы с пола, после чего его взгляд цепляется за небрежно оставленный на противоположном краю кровати пакет. Он уже видел его, в руках того самого кадета, которого Сано проклинала с утра.

***

Утром Чиаса чувствовала себя обновлённой, вечер за бутылкой вина и в компании Соширо помог привести мысли в порядок. Сано обожала утренние тренировки на учебном плаце. Свежий воздух, ясное небо… и недовольные возгласы замученных кадетов. – Ичикава, а ты тут что забыл? – замечая в рядах знакомое лицо, девушка заметно напряглась, – у тебя разве не тренировка с костюмом по расписанию? – Меня отправили к вам, – по одной лишь интонации Рено, Чиаса поняла, что он тоже не в восторге от такого расклада. – Ладненько, вставай в начале строя. Кадеты послушно исполняли приказы, Сано внимательно следила за каждым, делала замечания, требуя идеального результата; единственный, кого она игнорировала – Ичикава Рено. Язык не поворачивался высказывать критику в его адрес, Чиаса плотно сжимала губы, отдёргивала себя каждый раз, когда замечала недостатки в технической части исполнения упражнений. – Можете быть свободны, – Сано вымученно вздыхает, замечая на себе пристальный взгляд Рено, – Ичикава, задержись. Он идеально исполнял сложные упражнения, но совершал абсолютно глупые ошибки в базовых. Боже, да он даже в беге пришёл последним. – Ты себя плохо чувствуешь? – Чиаса внимательно осматривала парня на наличие каких-то ранений, и заметив на себя изучающий взгляд лейтенанта, Рено как-то недобро усмехнулся, – может что-то болит? – Нет, со мной всё в порядке, – отрицательно покачав головой, – я вам неприятен? Сано теряется, удивлённо приподняв брови. Был ли он ей неприятен? Скорее нет, девушка чувствовала собственную бесполезность и некоторую беспомощность, но отвращения к Ичикаве не было. – Я не знаю, что тебе наговорили, но это не так, – Чиасе показалось, что за последние сутки, она слишком часто оправдывается перед ним, – я закрою глаза на то, что сегодня ты тренировался спустя рукава, но в следующий раз поблажек не жди. – Так вы заметили, но всё равно ничего не сказали, – в голосе Рено послышалось разочарование. Лейтенанту показалось, что Ичикава устроил ей какую-то проверку, которую она позорно провалила. – Вчера вы сказали мне делать свою работу, – парень сделал несколько шагов по направлению к Сано, на что она нахмурилась, – но что касается вас? Почему вы не делаете свою работу? – Я провела тренировку, что тебя не устраивает? – Чиаса мгновенно встала в оборонительную позицию, ей не понравился тон голос собеседника, ровно как и упрёки в свою сторону, – с каких пор младшие по званию взялись учить старших, не много на себя берёшь? Девушка искренне не понимала, что Ичикава хотел ей донести и к чему все эти разговоры; Сано и без того чувствовала себя ничтожеством на его фоне, так теперь он смеет ставить под сомнение качество её тренировок. – Я попрошу, чтобы ваш набор больше не ставили в моё расписание, такой расклад тебя устроит? – лейтенант вздыхает, успокаивая больно царапающееся чувство неполноценности где-то под рёбрами. – Нет, – Рено ни разу не отвёл взгляд за всё время их разговора, изучал каждую эмоцию на лице Чиасы, – поставьте мне индивидуальные тренировки. – Ты с ума сошёл?! Остатки самоконтроля были утеряны в тот момент, когда Ичикава со столь спокойным видом заявил о своём желании тренироваться с ней наедине. Что за вздор? – Сделаю вид, что не слышала этого, – девушка разворачивается по направлению к корпусу, – не знаю, чего ты добиваешься, но прекращай, только время зря тратишь.

***

– Держи, твоё новое расписание, – капитан Аширо протягивает Сано листок, уже подписанный и заверенный печатью, – пришлось кое-что изменить. Чиаса бегло ознакомилась с документом, пока взгляд не зацепился за знакомую фамилию. Ичикава Рено. За последнее время его стало слишком много в её жизни. Это какая-то карма за её вчерашние капризы? – Капитан… – Я знаю, что тебе это может не нравиться, – Мина поднимается из-за стола, подходя к подчинённой довольно близко, – но из всех в третьем дивизионе, ты лучше всех справишься с его подготовкой. Аширо решила умолчать о том, что Ичикава лично пришёл к ней после утренней тренировки и попросил Сано в наставницы. Капитан не была обязана идти на поводу у Рено, но посчитала это неплохой идеей. – Да вы издеваетесь… – Чиаса с трудом удержала себя от желания порвать это злополучное расписание, – я могу идти? – Да, иди. Бумажная работа, которую она благополучно забросила вчера, копилась, поэтому до вечера Сано решила заняться именно ей. Минуя коридоры корпуса, лейтенант, наконец, дошла до своего кабинета, дверь которого на удивление оказалась открыта. – Чего хмурая такая? – Хошина опирался о стол, подняв взгляд на Чиасу. – Мне поставили тренировки с Ичикавой. Соширо громко рассмеялся, пару раз ударив по столу, пока девушка так и застыла на пороге, насупившись точно маленький ребёнок. Ситуация выходила из-под контроля с каждой минутой, её план избегать владельца шестого провалился ещё до реализации. – Что ты вообще забыл в моём кабинете? – занимая привычное место, девушка достаёт несколько бланков из стопки, чтобы подготовить отчёты о результатах кадетов в её подчинении. – Я закончил со своей работой, старика забрали, мне скучно, – честно признаётся Хошина, склонившись над столом, – не хочешь вечером сходить в зал? Чиаса отрицательно машет головой, а на губах появляется маньяческая улыбка. – Вечером я проучу этого щенка так, что он сам от меня откажется. – Жуть какая, – Соширо наигранно пугается, поднимая руки в капитулирующем жесте, – ладно, расскажи потом, как прошло, Ичикава кажется упёртым, не думаю, что одна порка поможет. – Значит, это будет происходить каждый день, пока он в слезах не убежит к капитану, умоляя спрятать его от меня подальше. Заместитель ухмыляется, но всё же бросает неосторожную фразу, перед тем как уйти: – Не думаешь, что это и был его план? – Вали уже! В чём Чиаса была уверена, так в том, что она точно не будет танцевать под дудку какого-то сопляка.

***

– Разве не слишком позднее время для тренировки? – следуя за Сано, Ичикава не до конца понимал, почему вообще должен был после отбоя соглашаться с приказом наставницы. – Кайдзю то же самое скажешь? – усмехнувшись, Чиаса открывает перед парнем дверь в спортивный зал, и жестом указывает поскорее зайти. Закрывая за собой дверь на ключ, лейтенант проходит в центр помещения. Ночные тренировки не входили в список того, что Сано любила, хотя отсутствие лишний глаз определённо было ей на руку. – У тебя хорошая физическая подготовка, я не вижу смысла гонять тебя сверх нормы, – девушка разводит руками, – весь руководящий состав прошёл подготовку по рукопашному бою, у вас же была ускоренная программа… – Я понял, – Рено перебивает и послушно кивает, встав напротив Сано, – я знаком с базой. – Замечательно, – Чиаса хитро улыбается, прищуриваясь, – так даже проще, тогда перейдём к основному: если в течение недели тебе удастся хотя бы раз победить, то я больше не подниму тему с индивидуальными тренировками, если же нет, то тебе Ичикава придётся снова пойти к капитану и попросить отменить моё наставничество. Он не спрашивал, откуда лейтенант узнала, что смена расписания – это отчасти его рук дело, но то, с каким рвением она пыталась от него избавиться, позабавило Ичикаву. – Вам не кажется, что у нас изначально неравные условия? – Можешь пожаловаться капитану Аширо, – протягивает Чиаса, – где её кабинет, тебе известно. – Хорошо, договорились.